Добро пожаловать в один из самых полных сводов знаний по Православию и истории религии
Энциклопедия издается по благословению Патриарха Московского и всея Руси Алексия II
и по благословению Патриарха Московского и всея Руси Кирилла

Как приобрести тома "Православной энциклопедии"

КРЕЩЕНИЕ ГОСПОДНЕ (БОГОЯВЛЕНИЕ)
Т. 38, С. 707-723 опубликовано: 18 декабря 2019г.


КРЕЩЕНИЕ ГОСПОДНЕ (БОГОЯВЛЕНИЕ)

[Греч. Τὰ ῞Αγια Θεοφάνεια], один из главных праздников правосл. Церкви (6 янв., в ХХ-XIX вв.- 19 янв. н. с.), посвященный воспоминанию одного из центральных событий новозаветной истории - Крещению Иисуса Христа Иоанном Предтечей.

Событие в Евангелиях

Согласно евангельскому повествованию, в возрасте ок. 30 лет Иисус Христос пришел к Иоанну Предтече, проповедовавшему и крестившему народ в р. Иордан. Приняв крещение от Иоанна, Иисус вышел из вод реки и в этот момент произошло Богоявление - был глас с небес, объявивший Иисуса Сыном Божиим, после чего на Спасителя сошел Св. Дух в виде голубя, указав тем самым на обещанного избранному народу Мессию (Мф 3. 13-17; Мк 1. 9-11; Лк 3. 21-22; Ин 1. 29-34). После крещения Иисус, ведомый Духом, удалился в пустыню.

Крещение Господне. Икона из Кашинского чина. 30–40-е гг. XV в. (ГРМ)
Крещение Господне. Икона из Кашинского чина. 30–40-е гг. XV в. (ГРМ)

Крещение Господне. Икона из Кашинского чина. 30–40-е гг. XV в. (ГРМ)

Т. о., в рассказах евангелистов К. Г. предстает двучастным событием, включающим собственно крещение, совершённое Иоанном Предтечей, и Богоявление и сошествие Св. Духа на Иисуса Христа после Его выхода из вод р. Иордан. При этом во всех 4 Евангелиях рассказ о проповеди Иоанна Предтечи служит предысторией описания К. Г., а между Иоанновым крещением и последовавшей за ним теофанией (глас с небес и сошествие Духа в виде голубя) проводится четкое различие.

Одну из основных богословско-экзегетических сложностей в рассказе о К. Г. представляет сам факт принятия безгрешным Спасителем Иоаннова крещения, к-рое совершалось «для прощения грехов» (Mф 3. 13-15; Mк 1. 4; Лк 3. 3). Но именно этот неудобный для понимания момент является для библейских исследователей одним из признаков историчности евангельского рассказа (см.: Meier. 1994; Ferguson. 2009. P. 99-100).

Сошествие Св. Духа в виде голубя рассматривается евангелистами как знак посвящения (помазания) Мессии, а К. Г. в целом знаменует начало публичного служения Иисуса как Мессии и становится отправной точкой изложения Его благой вести (см. также наиболее ранние формулы евангельской керигмы - Деян 1. 22; 10. 37-38). Отраженное в описании события участие всех трех Лиц Пресв. Троицы стало одним из исходных моментов формирования христологии и триадологии в богословии ранней Церкви.

Каждый из евангелистов по-разному освещает историю К. Г., акцентируя внимание на отдельных подробностях.

В Евангелии от Марка рассказ о К. Г. помещен в самом начале повествования о служении Спасителя (Мк 1. 9-11), поскольку для евангелиста Марка важно сконцентрировать внимание читателя на чудесном пришествии к людям мессианского Царя - Сына Божия. В Мк 1. 4 говорится, что Иоанн Креститель проповедовал «крещение покаяния для прощения грехов», но дальше к этой теме евангелист не обращается (Мк 1. 9-10). Многие исследователи считают греч. слово ἐβαπτίσθη [ Он был крещен] аналогом арам. глагола   (евр.   Мк 1. 9), который в непереходном значении переводится как «погружаться, окунаться в воду». Тем самым в описании К. Г. в греч. тексте усматривается подтверждение того, что совершилось именно погружение Спасителя в воды Иордана (Иеремиас И. Богословие НЗ. М., 1999. Ч. 1. С. 70). При этом употребления предлога εἰς в словах о том, что «Иисус… крестился от Иоанна в (εἰς) Иордане» (Мк 1. 9), для такого вывода недостаточно, поскольку в греческом языке НЗ предлог εἰς выступает синонимом предлога ἐν (в) с локативным значением, указывая лишь на место совершения действия (Moulton J. H. A Grammar of NT Greek / Ed. N. Turner. Edinb., 1963. Vol. 3: Syntax. P. 254).

Текст Мк 1. 10 на лексическом уровне представляет собой гармонично выстроенное повествование: когда Иисус выходит (букв. «восходит» - ἀναβαίνων) из воды, Св. Дух нисходит (букв. «спускается» - καταβαῖνον) на (букв. «в» - εἰς) Него. Использование при описании способа схождения Св. Духа предлога εἰς (в, внутрь) является особенностью этого Евангелия. Чтение во мн. рукописях ἐπ («на» - Nestle-Aland. NTG. S. 89) можно рассматривать как попытку гармонизации этого отрывка со свидетельствами Евангелий от Матфея и Луки (Мф 3. 16; Лк 3. 22). Слова о схождении Св. Духа на Христа «как голубя» (ὡς περιστερὰν), аналогично др. Евангелиям, напоминают слова из Быт 1. 2, где действие Духа Божия над первозданными водами в соответствии со значением использованного в евр. тексте глагола   уподобляется порханию птицы (ср.: Втор 32. 11). Подобно тому как Дух оживлял творение, явление Св. Духа в виде голубя в К. Г. служит символом созидания нового творения во Христе. Кроме того, евангельский рассказ напоминает о голубе, к-рого Ной посылал из ковчега над водами потопа (Быт 8. 8-11).

В словах небесного гласа представлены 2 важные ветхозаветные аллюзии. Фраза «Ты Сын Мой возлюбленный, в Котором Мое благоволение» (Мк 1. 11) отсылает одновременно к мессианским словам в Пс 2. 7 («Ты Сын Мой; Я ныне родил Тебя») и к пророчеству о божественном Отроке, слуге Господа, в Ис 42. 1 («Вот, Отрок Мой… избранный Мой, к которому благоволит душа Моя»). Последние слова Ис 42. 1 («Положу дух Мой на Него») получают исполнение в событии схождения Св. Духа на Иисуса. Т. о., у евангелиста Марка, как и у других евангелистов-синоптиков, фраза божественного гласа предстает комбинированной цитатой, к-рая указывает на Иисуса одновременно как на мессианского Царя и страдающего раба Господня. Однако некоторые исследователи отдают предпочтение аллюзии на Ис 42. 1, считая, что использованное в ней выражение ὁ παῖς μου получает христологическое прочтение в Мк 1. 11 - ὁ υἱός μου (Иеремиас И. Богословие НЗ. М., 1999. Ч. 1. С. 73). Прилагательное «возлюбленный» (ἀγαπητός), использованное по отношению к Сыну, носит уже в греческом языке ВЗ оттенок «единственный» (см., напр.: Быт 22. 2, где этот эпитет употребляется в рассказе о жертвоприношении Авраамом своего единственного сына Исаака - Muraoka T. A Greek-English Lexicon of the Septuagint. Louvain, 2009. P. 4). Это прилагательное встречается в Евангелии от Марка в рассказе о Преображении, также содержащем откровение о божественной природе Спасителя (Мк 9. 7). Нек-рое сходство с этой сценой можно усмотреть в пророческих словах о принятии Богом Израиля как Своего сына в событии Исхода (Ос 11. 1).

Крещение Господне. Миниатюра из Киевской Псалтири. 1397 г. (РНБ. ОЛДП. F. 6. Л. 36 об.)
Крещение Господне. Миниатюра из Киевской Псалтири. 1397 г. (РНБ. ОЛДП. F. 6. Л. 36 об.)

Крещение Господне. Миниатюра из Киевской Псалтири. 1397 г. (РНБ. ОЛДП. F. 6. Л. 36 об.)

Образ разверзающихся небес (Мк 1. 10) позволяет трактовать сцену К. Г. как традиц. описание эсхатологического откровения (Ис 64. 1; Иез 1. 1; Агг 2. 6, 21; ср.: Откр 6. 14; 11. 19; 19. 11). Использованное только в связи с К. Г. выражение «τὸ πνεῦμα... καταβαῖνον» служит отсылкой к пророчеству из Ис 63. 14 (в переводе LXX: κατέβη πνεῦμα).

В Мк 10. 38 Сам Иисус сопоставляет принятое Им крещение с принятием «чаши», т. е. К. Г. выступает как метафора спасительных страданий.

В Евангелии от Луки служению Иоанна Предтечи посвящен самый подробный рассказ по сравнению с др. Евангелиями, при этом К. Г. удостоилось лишь краткого упоминания (Лк 3. 21-22). Сцена К. Г. представлена не как совместное действие Иисуса и Иоанна Предтечи, она подразумевает участие всего народа (Лк 3. 21). В отличие от др. евангелистов Лука не упоминает о том, что Иисус пришел принимать крещение из Галилеи (см.: Мф 3. 13; в варианте Мк 1. 14 - «из Назарета»). Евангелист Лука единственный, кто сообщает о том, что Иисус молился во время крещения. Когда Спаситель молился, «раскрылось небо» и сошел на Него (ἐπ᾿ αὐτόν) Дух Святой «в телесном виде» голубя (σωματικῷ εἴδει)» (Лк 3. 22; хотя в Безы кодексе сошествие Духа описывается с помощью предлога εἰς, т. е. «в Него» - Nestle-Aland. NTG. S. 162). Только у евангелиста Луки на лексическом уровне показано, что уподобление Духа голубю связано именно с его внешним видом, а не с более пространной метафорой полета птицы как образа действия божественной благодати.

Выражение «возлюбленный Сын» у Луки соотносится с ранее встречавшимся в его тексте описанием Иисуса как «Сына Божия» (Лк 1. 35). Кодекс Безы и наиболее авторитетные рукописи древнего латинского перевода Vetus latina вместо слов «Ты Сын Мой Возлюбленный; в Тебе Мое благоволение!» представляют божественный глас с неба цитатой из Пс 2. 7 «Ты Сын Мой, Я ныне родил Тебя» (Itala: Das NT in Altlateinischer Überlieferung / Hrsg. A. Julicher, K. Aland. B., 19762. Bd. 3. S. 33). Такой же вариант слов небесного гласа зафиксирован в ряде раннехрист. текстов II-III вв. (см., напр.: Iust. Martyr. Dial. 88. 8; Clem. Alex. Paed. I 6. 25), что служит свидетельством существования иной традиции для Лк 3. 22.

Только у Луки описание сошествия Св. Духа дополняется рассказом о чтении Спасителем в Назаретской синагоге мессианского пророчества о помазании Духом из Ис 61. 1-2 («Дух Господень на [ἐπ] Мне…»), которое Он относит к Своему призванию (Лк 4. 16-21). После помазания (Лк 3. 22) Иисус, «исполненный Духа Святого», уводится Духом в пустыню (Лк 4. 1; ср.: Мк 1. 12; Мф 4. 1).

О мессианском помазании Христа говорится и в Деян 10. 38. К. Г. знаменует собой наступление эсхатологической эпохи, когда Св. Дух будет пребывать с народом Божиим (Деян 2. 17-21; ср.: Иоил 2. 28-32).

В Евангелии от Матфея к описанию К. Г., представленному у евангелистов Марка и Луки, добавляются новые подробности (Мф 3. 13-17). Только евангелист Матфей сообщает о диалоге Иисуса Христа с Иоанном Предтечей, к-рый отказывается совершить над Ним крещение, возражая, что это ему самому «надобно креститься» от Спасителя. Ответ Христа подчеркивает принятие Им крещения как следование божественному замыслу, состоящему в том, чтобы «исполнить всякую правду» (πληρῶσαι πᾶσαν δικαιοσύνην - Мф 3. 15). Вероятно, этот эпизод призван обосновать проблему необходимости принятия крещения Тому, Кто не имел греха, тем более что, как подчеркивается в Евангелии от Матфея, прерогатива очищать от грехов принадлежит только Христу (Мф 1. 21; 26. 28). Представление о правде (δικαιοσύνην) как о реализации в этом мире Божественного Промысла становится одним из центральных понятий Евангелия от Матфея (Mф 5. 6, 10; 6. 33; 21. 32), а тема богосыновства связывается у Матфея с послушанием божественной воле (Мф 4. 1-11; 26. 39; 27. 43). Матфей единственный из евангелистов, кто говорит о сошествии именно «Духа Божия» (τὸ πνεῦμα τοῦ θεοῦ - Мф 3. 16; в Мк 1. 10 говорится просто о Духе; в Лк 3. 22 - о Духе Святом). Только у Матфея божественный глас с неба предстает как обращение к Иисусу в 3-м лице: «Сей есть Сын Мой возлюбленный» (Мф 3. 17). В др. Евангелиях эти слова носят форму личного обращения, чей адресат представлен во 2-м лице: «Ты Сын Мой возлюбленный» (Мк 1. 11; Лк 3. 22). Эта же усыновительная фраза присутствует в рассказе о Преображении Господнем (Мф 17. 5; ср.: 2 Петр 1. 17). В отличие от Евангелия от Луки в описании сцены К. Г. у Матфея нет указаний, что др. ее участники, а не только Иисус или Иоанн Креститель могли слышать голос с неба.

В Евангелии от Иоанна К. Г. представлено как повествование от лица Иоанна Предтечи об уже происшедшем и известном событии. Его речь содержит краткие отсылки к К. Г., при этом воспоминание о событии несет в себе элементы его толкования. Согласно Евангелию от Иоанна, основная цель К. Г. состояла в том, чтобы явить Иисуса Христа народу Израилеву (Ин 1. 31). Только в этом Евангелии говорится, что сошедший с неба Св. Дух в виде голубя пребывал (или покоился - ἔμεινεν) на Спасителе (Ин 1. 32). К. Г. имело особенное отношение к узнаванию Иоанном Крестителем Спасителя на основании полученного в личном откровении обетования о пришествии Его, «крестящего Духом Святым» (Ин 1. 33). Соответственно исповедание Иисуса Христа Сыном Божиим, т. е. провозглашение Его богосыновства, в отличие от других евангельских свидетельств происходит не посредством гласа с небес, но через слова св. Иоанна Крестителя (Ин 1. 34). В Синайском кодексе IV в. и в нек-рых рукописях Vetus latina свидетельство Иоанна «Сей есть Сын Божий» передано как «Сей есть избранник (ἐκλεκτὸς; лат. electus) Божий» (Nestle-Aland. NTG. S. 249; Itala. B., 1976. Bd. 3. S. 7). Термин ἐκλεκτὸς отсылает к пророчеству Ис 42. 1 в переводе LXX. Евангелист Иоанн также отождествляет Иисуса Христа с «Агнцем Божиим, Который берет на Себя грех мира» (1. 29), напрямую увязывая основное содержание крещения Иоаннова во оставление грехов с личностью Спасителя.

Синоптические Евангелия не сообщают о совершении крещения Самим Спасителем, только евангелист Иоанн приводит уникальное свидетельство существования крещальной практики Иисуса Христа и Его учеников параллельно со служением Иоанна Предтечи и его последователей (Ин 3. 22-23, 26). Свидетельство того, что Спаситель с учениками практиковали крещение, представляет тем самым переходное звено от К. Г. к церковному таинству. Однако Ин 4. 2 парадоксальным образом отрицает, что Иисус крестил лично, и сообщает, что крестили лишь Его ученики (поскольку христианское крещение, дарующее Св. Духа, получает силу и действенность только после Крестной смерти Спасителя).

К. Г. в апокрифах и гностической литературе

Крещение Господне. Фрагмент резной пластины. VI в. (Британский музей, Лондон)
Крещение Господне. Фрагмент резной пластины. VI в. (Британский музей, Лондон)

Крещение Господне. Фрагмент резной пластины. VI в. (Британский музей, Лондон)
Апокрифы не добавляют исторических деталей к описанию К. Г., но содержат его раннюю интерпретацию в контексте собственной традиции, часто независимой от евангельских описаний, что приводит к появлению ряда новых подробностей. В «Евангелии эвионитов» (CANT, N 12) рассказ о К. Г. представляет собой попытку гармонизации синоптических Евангелий. Основная особенность изложения этого события - упоминание о явлении «великого света» (φῶς μέγα), к-рый осветил место К. Г. после выхода Спасителя из вод Иордана (NTApo. Bd. 1. S. 169; Epiph. Adv. haer. [Panarion]. 30. 13. 6-8). Великий свет, как и божественный глас с неба, служит знаком, удостоверяющим божественное происхождение Иисуса. Смысловое ударение в этом источнике, так же как и в Мк 1. 10, сделано на том, что Св. Дух сходит «εἰς αὐτόν» (букв.: «сходит и входит в него» - κατελθούσης κα εἰσελθούσης εἰς αὐτόν - GCS. Bd. 1. S. 350).

В близком к нему по происхождению «Евангелии от евреев» (CANT, N 11; II в.) рассказ о К. Г. соткан из библейских реминисценций и аллюзий (Ис 11. 2; 61. 1; Прем 7. 7; Сир 21. 71; Пс 2. 7; 89. 29; 132. 14), при этом Иисус представлен как выдающийся из библейских пророков, на Котором почил (requievit) «весь источник Святого Духа». При выходе Спасителя из вод Иордана не глас божественного Отца, но Сам Св. Дух объявляет Иисуса Своим Сыном, называя Его «Сыном Моим первородным» (primogenitus - титул, отсутствующий в канонических Евангелиях) (Hieron. In Is. 4 (на Ис 11. 2) // PL. 24. Col. 145; NTApo. Bd. 1. S. 177). Тема почивания Св. Духа на Иисусе сближает это свидетельство с Ин 1. 32, где сказано, что Св. Дух пребывал (покоился - ἔμεινεν) на Нем. В «Евангелии назореев» (CANT, N 10; II в.), к-рое близко по содержанию к Евангелию от Матфея, представлено уникальное для раннехрист. лит-ры предание об обстоятельствах принятия Иисусом крещения от Иоанна Крестителя (ср.: Мф 3. 14-15). Согласно этому свидетельству, Иисуса уговаривают принять крещение от Иоанна Его Матерь и братья, на что Спаситель в риторической форме возражает, что Он не может обладать неведением о Своей безгрешности (Hieron. Dial. contr. Pelag. 3. 2; NTApo. Bd. 1. S. 160).

Крещение Господне. Мозаика Палатинской капеллы. Ок. 1146–1151 гг. (Палермо, о-в Сицилия)
Крещение Господне. Мозаика Палатинской капеллы. Ок. 1146–1151 гг. (Палермо, о-в Сицилия)

Крещение Господне. Мозаика Палатинской капеллы. Ок. 1146–1151 гг. (Палермо, о-в Сицилия)

В апокрифических «Актах Пилата», к-рые входят в «Евангелие от Никодима» (CANT, N 66), описание К. Г. вложено в уста Иоанна Крестителя и представляет собой краткий пересказ свидетельств евангелистов Иоанна и Матфея (NTApo. Bd. 1. S. 522).

В папирусе Oxy 840 (CANT, N 1), содержащем фрагмент апокрифического Евангелия, приводится дискуссия Спасителя с первосвященником о ритуальном очищении в Иерусалимском храме: Иисус, противопоставляя Свое крещение иудейским омовениям, говорит: «Я и Мои ученики были погружены [βεβάμμεθα] в воды вечной жизни» (Grenfell B. P., Hunt A. S., ed. The Oxyrhynchus Papyri. L., 1908. Vol. 5. P. 8).

В «Завещании 12 патриархов» (CAVT, N 118) обетование 3-му сыну Иакова Левию содержит близкое к евангельскому рассказу о К. Г. пророчество о новом священнике, который будет поставлен от Господа вершить суд правды на земле. Его явление будет сопровождаться величественными событиями: «Небеса разверзнутся, и из храма славы снизойдет на него святость вместе с отеческим гласом, как от Авраама и Исаака. И изольется на него слава Всевышнего, и дух понимания и освящения почиет (καταπαύσει) на нем [в воде]» (Test. XII Patr. III 18. 6-7). Слова о воде обычно рассматриваются в качестве христианской интерполяции (OTP. Vol. 1. P. 795). Завещание 4-го сына Иуды также содержит весьма близкую аллюзию на К. Г. в пророчестве о пришествии Мессии: «И разверзнутся над ним небеса, дабы излить дух благословения Святого Отца» (Test. XII Patr. IV 24. 2). Образность этого предсказания восходит к библейской пророческой лит-ре (ср.: Ис 11. 2; 61. 11; Иоил 3. 1). Отдаленное указание на К. Г. можно усмотреть в словах из завещания 10-го сына Асира, содержащих предсказание о пришествии Всевышнего, Который посетит землю и «сокрушит главу змия в воде» (cр.: Пс 73. 13) (Test. XII Patr. X 7. 3).

В христ. части апокрифа «Сивиллины книги» (CAVT, N 274; ок. 150 г. по Р. Х.), включающей т. н. гимн Христу (II-III вв. по Р. Х.- OTP. Vol. 1. P. 406), описание К. Г. содержит поэтическую аллюзию на погружение в воды Иордана: «…воскрес Он во второй раз во плоти, когда он омывался водой Иордана… избегнув огня, Он увидел Духа, сходящего на белых крыльях голубя» (Sib. VI 3-7). В др. отсылке к К. Г. не используется нормативный глагол для обозначения крещения в смысле погружения, но говорится об «омовении» (от глагола ἀπολούω): «Несчастная, ты не смогла узнать своего Бога, Который омылся в потоке Иордановом и на Кого Дух опустился как голубь» (Sib. VII 66-67). Упоминание о крещении как о «погружении» (βάπτισμα) встречается в словах ритуальной молитвы позднего происхождения (II в. по Р. Х.- OTP. Vol. 1. P. 408-409), к-рая также содержит одну из древнейших аллюзий на явление в К. Г. огня: «Как Отец породил тебя как Слово, так и я послал птицу - слово, вестника быстрого слов, окропляя чистыми водами твое крещение - из огня которого ты явился…» (Sib. VII 82-84). Тема явления света или огня в К. Г. в дальнейшем подробно раскрывается в богословии ранней Церкви. В др. месте впервые встречается выражение «просвещение» для обозначения К. Г.: Христос пришел к творению, «просвещая водою» (Sib. VIII 271), при этом Он называется «дарующим радость света для тех, кто были призваны к двенадцати источникам» (очевидно, речь о 12 апостолах) (Sib. VIII 245-247).

В гностической лит-ре отдельные элементы евангельского сюжета о К. Г. получали смысловое наполнение, далекое от церковной традиции. Согласно свидетельству сщмч. Иринея Лионского, гностик Керинф, излагая распространенную в гностических кругах версию о природе Христа, учил, что посредством крещения от Иоанна простой человек Иисус был приуготовлен «низшей премудростью» для соединения с небесным Христом, посланным на землю божественной премудростью (Iren. Adv. haer. I 30. 12-14), так что на Иисуса «от превысшего первого начала сошел Христос в виде голубя» (Ibid. I 26. 1). Согласно учению валентиниан, на человека Христа при крещении cошел в виде голубя Спаситель из Плеромы (Ibid. I 7. 2). По др. версии, валентиниане учили, что, «когда Иисус пришел на воду, на Него снизошла в виде голубя... сила... семя Отчее, имеющее в Себе и Отца и Сына… И это есть Дух, глаголавший устами Иисуса, исповедавший Себя сыном человеческим, явивший Отца, сошедший на Иисуса и соединившийся с Ним» (Ibid. I 15. 3). Этой традиции близко свидетельство, сохранившееся в приписываемом сщмч. Киприану Карфагенскому трактате «De rebaptismate» (СPL, N 59; III в.), из утерянного апокрифа «Проповедь Павла» (Praedicatio Pauli). В нем говорилось, что Иисус осознал Свой грех и под влиянием уговоров Своей Матери принял крещение от Иоанна: «...когда Он крестился, огонь явился над водою (ignem super aquam esse visum), о котором не сказано в Евангелиях» (Ps.-Cypr. De rebapt. 17).

Ветхозаветные прообразы К. Г.

Ветхозаветные прообразы К. Г. христ. экзегеты видели прежде всего в библейском рассказе о чудесном избавлении Ноя и его семейства от вод потопа (Быт 6. 9-18). По словам свт. Григория Чудотворца, Господь Иисус Христос в К. Г. явился «новым Ноем и Создателем Ноевым и благим Кормчим терпящей крушение природы» (Greg. Thaum. Hom. 4 // PG. 10. Col. 1188; см. также: Сyr. Hieros. Catech. 17. 10; Tertull. De bapt. 8). Очевидно, на это сопоставление повлияли как крещальная интерпретация потопа в тексте НЗ (1 Петр 3. 20-21), так и схожая образность (голубь над водами потопа и схождение Св. Духа в виде голубя). Ориген отмечал: «Потому и Дух сошел в виде голубя, ибо где примирение с Богом, там и голубь, как в случае с Ноевым ковчегом» (Orig. Fragm. in Matth. 56 // GCS. Bd. 41. S. 37). Свт. Иоанн Златоуст представляет развитие этой темы: «Поэтому и голубица не с масличною ветвью является, но указывает нам на Освободителя от всех зол и подает благие надежды. Не одного только человека выводит она из ковчега, но всю вселенную возводит на небо и вместо масличной ветви приносит усыновление всему роду человеческому» (Ioan. Chrysost. In Matth. 12. 3). Соответственно образ голубя в др. книгах ВЗ также становится указанием на К. Г. По мнению блж. Феодорита Кирского, слова из Книги Песни Песней Соломона: «Глаза его - как голуби при потоках вод» (Песн 5. 12) - «…напоминают нам о сошедшем на Него голубе на Иордане» (Theodoret. Expl. in Cant. Cantic. 5. 12 // PG. 81. Col. 160). Образ голубки из Песн 2. 14 также говорит о К. Г. (Orig. Cant. Cantic. 2. 12). Принесение в жертву всесожжения «чистой и незлобивой голубицы» в ВЗ, считает свт. Кирилл Иерусалимский, также предызображает сошествие Духа Святого в К. Г. (Сyr. Hieros. Catech. 17. 9).

Голубь приносит ветвь оливы праотцу Ною. Мозаика собора Сан-Марко в Венеции. XI в.
Голубь приносит ветвь оливы праотцу Ною. Мозаика собора Сан-Марко в Венеции. XI в.

Голубь приносит ветвь оливы праотцу Ною. Мозаика собора Сан-Марко в Венеции. XI в.

Прообразовательное значение в связи с К. Г. в святоотеческой экзегезе придается Иисусу Навину. Так, блж. Феодорит Кирский видит в переходе израильтян под рук. прав. Иисуса Навина через Иордан указание на крещение Самого Христа в водах Иордана (Theodoret. Quaest. in Jos. 2). Иисус Навин, начав править народом от Иордана, прообразует Христа, Который также начал проповедовать народу Евангелие после Своего крещения в Иордане (Сyr. Hieros. Catech. 10. 11). Как Иисус Навин «провел народ израильский чрез Иордан из пустыни в землю обетованную, так и Спаситель наш провел нас чрез святое и спасительное крещение из пустыни неведения и идолослужения в горний Иерусалим» (Ioan. Chrysost. In Is. 1. 4; ср.: Idem. De bapt. 4).

Среди др. прообразов К. Г. выделяются слова Ис 35. 1-2: «Возвеселится пустыня и сухая земля, и... они увидят славу Господа, величие Бога нашего», к-рые, по мнению Евсевия Кесарийского, предсказывают приход Спасителя на крещение в пустыню Иордана (Euseb. Demonstr. IX 6). Тертуллиан, находя прообраз К. Г. в горьких водах, подслащенных брошенным в них прор. Моисеем древом (Исх 15. 23-25), считал, что этим древом «был Христос, превративший Собою нездоровые жилы прежде отравленной и горькой природы в полезнейшие воды крещения» (Tertull. De bapt. 9. 2-3). Рассказ о железном топоре, к-рый был поднят чудесным образом со дна Иордана прор. Елисеем, бросившим в его воды дерево (4 Цар 6. 5-7), символически указывает на спасение падшего Адама, чей грех «был смыт водой святого крещения нашим Господом, когда Он принял крещение в Иордане» (Ephraem Syr. In 2 Regn. // Opera omnia / Ed. J. S. Assemani. 1737. Vol. 1. P. 534). В обращенных к Иуде пророческих словах его отца Иакова «Он... моет в вине одежду свою и в крови гроздей одеяние свое» (Быт 49. 11), как считают мн. отцы, одежда символизирует плоть Христову, к-рая была омыта в водах Иордана (Ambros. Mediol. De patriarch. 4. 24; Hipp. De bened. Is. et Jac. 80. 13). Подобным образом снятие ангелом Господним запятнанных одежд с первосвященника Иисуса и облечение его в светлые одежды (Зах 3. 1-6) указывают на очищение «нашей рабской плоти» в К. Г. (Greg. Nyss. In bapt. Christ. 8).

Стих Пс 28. 3: «Глас Господень над водами; Бог славы возгремел, Господь над водами многими» - возвещает, по мнению св. отцов, о том, как Господь во время Своего Крещения освятил воды Иордана (Basil. Magn. Hom. in Ps. 28. 3; ср.: Hipp. In Epiphan. 7; Greg. Nyss. In bapt. Christ. 9). Также слова из Пс 113. 5 «Что с тобою, море, что ты побежало, и [с тобою], Иордан, что ты обратился назад?» рассматриваются уже достаточно рано как пророчество о К. Г. (см., напр.: Hipp. In Epiphan. 3).

К. Г. в экзегезе и богословии древней Церкви

Сщмч. Игнатий Богоносец, толкуя Мф 3. 15, первым обращается к теме освящения (очищения) воды в момент К. Г., соотнося это действие со спасительными страданиями Господа: «Он родился и крестился для того, чтобы Его страданиями вода была очищена» (Ign. Ep. ad Eph. 18. 2). Эта же тема присутствует и у Тертуллиана (Tertull. Adv. Iud. 8. 14; Idem. De bapt. 9. 2). Согласно свт. Григорию Богослову, Господь «крестился не ради собственного очищения, но чтобы освятить воды» (Greg. Nazianz. Or. 29. 20; ср.: Ambros. Mediol. In Luc. 2. 83). Не нуждаясь Сам в очищении, через крещение в Иордане Он «делает воды чистыми» (Greg. Nazianz. Or. 38. 16). Свт. Григорий Нисский замечает: «Ибо из всех рек только один Иордан, прияв в себя начаток освящения и благословения, как бы из некоторого источника излил всему миру благодать крещения» (Greg. Nyss. In bapt. Christ. // PG. 46. Col. 592). По мнению свт. Иоанна Златоуста, в этот день Христос «освятил естество вод» (Ioan. Chrysost. De bapt. 2). Свт. Прокл К-польский говорит, что в день Богоявления «море возликовало с радостью… ибо через Иордан оно восприняло благословение освящения» (Proclus CP. Or. 7: In S. Theophania // PG. 65. Col. 757).

Крещение Господне. Мозаика кафоликона Неа-Мони на о-ве Хиос, Греция. Сер. XI в.
Крещение Господне. Мозаика кафоликона Неа-Мони на о-ве Хиос, Греция. Сер. XI в.

Крещение Господне. Мозаика кафоликона Неа-Мони на о-ве Хиос, Греция. Сер. XI в.

Др. важная для христ. экзегезы тема - объяснение цели принятия Спасителем крещения. Церковные толкователи исходили из представления о том, что Христос не нуждался, будучи безгрешным, в очищении и оставлении грехов. Мч. Иустин Философ утверждал, что Господь совершил крещение «за род человеческий, который от Адама подпал смерти и обольщению змия, потому что каждый по своей собственной вине творил зло» (Iust. Martyr. Dial. 88. 2-4). По словам мч. Ипполита Римского, в К. Г. «Владыка обновил ветхого человека и возвратил ему Царственное право усыновления»; в момент крещения небеса отверзлись и раскрыли свои сияющие врата (Мф 3. 16; ср.: Пс 23. 7) (Hipp. In Epiphan. 6). Принимая крещение, Господь не только освящает св. Иоанна Крестителя, но и погребает в воде «всего ветхого Адама» (Greg. Nazianz. Or. 39. 15). Когда Христос выходит из вод Иордана, Он «возносит с Собой весь мир и видит «разводящиеся небеса» (Мк 1. 10) - небеса, которые Адам для себя и для потомков своих заключил так же, как и рай, пламенным оружием» (Ibid. 39. 16). Прп. Ефрем Сирин писал, что «божественная природа Христа не нуждалась в крещении, но в крещении была явлена Его человеческая природа» (Ephraem Syr. In Diatess. 4. 1 // SC. 121. P. 93). Ориген, истолковывая Мф 3. 13, говорит, что «Он омыл Собой (ἀπολουόμενος) наши грехи для того, чтобы мы могли быть освящены Его омовением» (Orig. Comm. in Matt. 16. 6). Свт. Афанасий Великий писал: «Ибо, когда Господь, как человек, крестится во Иордане,- мы в Нем и Им омываемся, и когда крещается Он,- крещаемся в Нем мы» (Athanas. Alex. Or. contr. arian. 1. 48). По словам свт. Иоанна Златоуста, именование Спасителя Агнцем Божиим, берущим грех мира (Ин 1. 29), является указанием на то, что Спаситель не нуждался в Иоанновом крещении во оставление грехов (Ioan. Chrysost. In Matth. 12. 1). Исполнение всякой правды (Мф 3. 15) означает, по мнению свт. Иоанна Златоуста, строгое следование Божественному замыслу о спасении человека и включает не только К. Г., но и принятые на себя по человеколюбию обрезание, принесение жертв, хранение субботы, соблюдение праздников, исполнение заповедей (Ioan. Chrysost. De bapt. 4). Феодор Мопсуестийский писал, что Господь «смиренномудро, как один человек из народа, подчинился пророку и Крестителю Иоанну для крещения, чтобы освятить воды и наше возрождение через омовение, и усыновление, и отпущение грехов» (Theod. Mops. Fragm. in Matt. 14. 1-21).

Крещение Господне. Миниатюра из Псалтири. Кон. XI в. (Walters Man. W 733. Fol. 34)
Крещение Господне. Миниатюра из Псалтири. Кон. XI в. (Walters Man. W 733. Fol. 34)

Крещение Господне. Миниатюра из Псалтири. Кон. XI в. (Walters Man. W 733. Fol. 34)

Сотериологический аспект К. Г. получает новое осмысление в контексте победы Христа над диаволом и его слугами. В сохранившемся во фрагментах трактате «О крещении» св. Мелитона Сардского К. Г. рассматривается в широком космологическом контексте и включает даже античное представление о том, что солнце ночью проходит через мировой океан и затем восходит на следующий день. Согласно автору, то, что происходит с небесными телами, служит обоснованием и объяснением К. Г.: Христос крещается в Иордане, подобно тому как солнце, звезды и луна омываются в небесном океане. Его крещение также сопоставляется со схождением во ад: Христос, крестившийся в Иордане, есть «Царь Небесный и Глава творения, Солнце восходящее, Который явился одновременно мертвым во аде и смертным в этом мире» (Melito. Baptismate. Fragm. 8b // Melito of Sardis. On Pascha and Fragments / Ed. S. G. Hall. Oxf., 1979. P. 72-73). Наиболее подробно этот мотив раскрывается у свт. Кирилла Иерусалимского, который связывает К. Г. с победой над диаволом и смертью: «По словам Иова, в водах был дракон, могущий поглотить Иордан (Иов 40. 18). Итак, поскольку надлежало сокрушить главы дракона, Он, сойдя в воды, связал сильного, чтобы мы получили от Него власть наступать на змиев и скорпионов... Крещением [Господним] притупляется жало смерти» (Сyr. Hieros. Catech. 3. 8). Это представление нашло отражение в последовании праздника Богоявления в современном богослужении РПЦ, где в священнической молитве присутствует основанное на Пс 73. 12 прошение: «Ты Иорданския струи освятил еси, с Небесе низпославый Святаго Твоего Духа, и главы тамо гнездящихся сокрушил еси змиев» (Минея (МП). Янв. Ч. 1. С. 230). В гомилии «О крещении» (ок. 500), сохранившейся под именем Евсевия, еп. Александрийского, раскрывается мотив крещальной победы Христа над диаволом, при этом автор делает ударение на том, что «Иисус принял крещение, чтобы упразднить силу вражию (τὴν τοῦ ἐχθροῦ δύναμιν)». Своим крещением Иисус даровал нам власть (ἐξουσίαν), чтобы «мы смогли попрать (πατήσωμεν) диавола в воде» (De baptismo // PG. 86. Col. 372-373).

В святоотеческом богословии К. Г. часто рассматривается как образец христианского таинства Крещения. Так, напр., представленные в евангельском описании К. Г. схождение на Христа Св. Духа и откровение о Его богосыновстве становятся центральными темами в христ. крещении, где верующему преподаются дар Духа Святого и дар усыновления. Наиболее ранним примером такого осмысления служат слова Климента Александрийского, который говорит, что К. Г. указывает на «то же самое, что происходит и с нами... Через крещение мы получаем свет в душу, со светом получаем право на сыновство, с сыновством - совершенство, с совершенством - бессмертие» (Clem. Alex. Paed. I 6. 2-4). Свт. Амвросий Медиоланский связывает с К. Г. как освящение вод для христ. таинства, так и исцеление человеческой природы: «...воды омылись кровью Христа, не знавшего греха, так что получили силу крестить» (Ambros. Mediol. In Luc. 2. 83). Погружение человеческой природы в воды со Христом в К. Г. должно побуждать к принятию таинства Крещения: «…если Христос принял омовение ради нас или, точнее, если Он омыл нас в Своем теле, то насколько ревностно мы должны смыть с себя наши грехи» (Ibid. 2. 91).

Посредством К. Г. церковное таинство становится обязательным для всех последователей Христа: «Освятил крещение Иисус, крестившись Сам. Если Сын Божий крестился, то какой благочестивый человек может презирать крещение?» (Сyr. Hieros. Catech. 3. 8; cр.: Aug. Serm. 273. 12). Связь между К. Г. и церковным таинством особо подчеркивалась в гомилиях на праздник Богоявления. Так, напр., свт. Григорий Богослов открывает праздничное послание в этот день увещеванием: «Христос крещается; сойдем с Ним, чтобы с Ним и взойти!» (Greg. Nazianz. Or. 39. 15). Феодор Мопсуестийский полагал, что в Своем крещении в Иордане Господь «предобразил символ того крещения, который мы принимаем по Его благодати» (Commentary of Theodore of Mopsuestia on the Lord's Prayer and on the Sacraments of Baptism and the Eucharist / Ed. and transl. A. Mingana. Camb., 1932. P. 65). Однако, по мнению свт. Иоанна Златоуста, К. Г. не было подобно ни евр. омовениям, ни христианскому таинству: Христос «приходил на Иордан не для отпущения грехов и не для получения дара Духа... потому что Он не был подвержен грехам и... плоть Его не была непричастна Духу Святому» (Ioan. Chrysost. De bapt. 3). Вместе с тем К. Г. покончило с иудейскими омовениями и положило начало христ. крещению: на Иордане «…отменяется крещение иудейское, а наше получает начало. Что было с пасхою, то же происходит и с крещением. Как там Христос, совершив ту и другую пасху, одну отменил, а другой дал начало, так и здесь, исполнив крещение иудейское, отверз двери и крещению Церкви новозаветной» (Ioan. Chrysost. In Matth. 12. 3).

Крещение Господне. Икона. 3-я четв. XIII в. (Мон-рь вмц. Екатерины на Синае)
Крещение Господне. Икона. 3-я четв. XIII в. (Мон-рь вмц. Екатерины на Синае)

Крещение Господне. Икона. 3-я четв. XIII в. (Мон-рь вмц. Екатерины на Синае)

Описание К. Г. в НЗ служит для мн. отцов наиболее очевидным доказательством учения о нераздельной и единой Св. Троице (Aug. Serm. 2. 1; Idem. Tract. in Ioan. 6. 5; Orig. Fragm. in Matth. 58). В контексте полемики с гностиками, к-рые утверждали, что в момент крещения Всевышний Спаситель сошел на человека Иисуса (напр., Феодот Кожевник учил, что Христос был простой человек, который посредством крещения «обрел Христа, сошедшего свыше и почившего на Нем в виде голубя» (Hipp. Refut. VII 23. 2; X 19. 2)), свт. Ириней Лионский настаивал, что Бог даровал Христу Тот же самый Дух, Который сошел впоследствии и на Его учеников (Mф 10. 20; Деян 2. 1-13; Ин 16. 7) и Который соединился в момент крещения с Его телом (Iren. Dem. 41; Idem. Adv. haer. III 17. 1-2). Иисус Христос остался Самим Собой до и после крещения: «Не Христос сходил тогда на Иисуса, и не один есть Христос, а другой - Иисус; но Слово Божие. Итак, Дух Божий сошел на Него - [Дух] Того, Который чрез пророков обещал помазать Его, чтобы мы, получая от обилия Его помазания, спаслись» (Iren. Adv. haer. III 9. 3). Мч. Иустин Философ делал акцент на том, что Иисус не нуждался в даре или силе Духа, к-рую Он имел уже с Рождения (Iust. Martyr. Dial. 88. 1), но Св. Дух сошел на Него, чтобы обозначить переход Его дара от иудеев к новому спасенному во Христе народу (Ibid. 52. 4; 87. 2). В контексте полемики с арианами, к-рые использовали евангельский рассказ о К. Г. как одно из библейских указаний на то, что Иисус Христос не был Богом, свт. Афанасий Александрийский отмечал особенность этого события: Иисус был освящен Духом не в Своей божественной природе, но в человеческой: «...когда приемлет Он Духа,-мы чрез Него делаемся духоприемными… Он святится по той опять причине, что соделался человеком и освящено тело Его... Не Слово, поскольку оно есть Слово и Премудрость, помазуется подаваемым от Него Духом, но воспринятая Им на Себя плоть в Нем и Им помазуется» (Athanas. Alex. Or. contr. arian. 1. 47). Свт. Кирилл Александрийский рассматривает дарование Св. Духа в К. Г. в контексте божественного домостроительства спасения. Когда человеческая природа с возрастанием греха оказалась лишенной вселенного в нее Св. Духа, то Бог для спасения рода человеческого послал Своего Сына, так что в К. Г. «Слово Божие… приемлет Духа от Отца, как один из нас, не для Себя собственно получает, ибо Само Оно было Подателем Духа,- но чтобы, прияв как человек, сохранить это для нашей природы» (Сyr. Alex. In Ioan. II 1 [на Ин 1. 32-33]). Лактанций в полемике с иудеями и язычниками, полагавшими, что евангельские чудеса совершались с помощью волшебства, рассматривает сошествие Св. Духа на Иисуса как дар небесной силы, позволившей Спасителю совершать чудотворения (Lact. Div. inst. IV 15. 2, 4). Схождение Духа Святого на Христа прообразует дарование Св. Духа посредством помазания миром в таинстве Крещения (Tertull. De bapt. 7; Сyr. Hieros. Mystag. 3. 1).

Мч. Иустин Философ одним из первых среди раннехрист. авторов приводит слова из Пс 2. 7: «…пришел с небес голос, провещанный и чрез Давида, который как бы от своего лица говорил то, что имело быть сказанным Ему от Отца: «Ты Сын Мой, Я днесь родил Тебя»» (Iust. Martyr. Dial. 88. 8). В такой же форме усыновительные слова встречаются еще у ряда авторов III-IV вв. (см., напр.: Method. Olymp. Conv. decem virg. 8. 9; Orig. In Ioan. comm. I 204; Lact. Div. inst. IV 15; Hilar. Pict. In Matth. 2. 6). Интерпретация гласа с небес как откровения о богосыновстве Спасителя у церковных авторов также носит полемический характер. Напр., св. Мефодий Олимпийский в своем толковании делал акцент на формах глаголов, представленных в греч. тексте Евангелий: «…о том, что Он есть Сын Его, [Отец] сказал неограниченно и без времени: Ты еси (εἶ), говорит Ему; а не «Ты стал» (γέγονας), выражая, что Он, не недавно произшедши, получил усыновление и, не существовавши прежде, потом получил довершение, но что Он, быв рожден издревле, есть и будет одним и тем же. Слова: «Я ныне родил Тебя» - значат: Я восхотел существовавшего на небесах прежде веков родить и в мире, т. е. прежде неведомого сделать ведомым» (Method. Olymp. Conv. decem virg. 8. 9). Ориген подчеркивал, что Спаситель был Сыном Божиим от вечности, а не стал Им в момент крещения, «так что ни начала Его рождения, ни дня Его не найти» (Orig. In Ioan. comm. I 204). К. Г. было мистическим вторым рождением Спасителя после Его первого Рождества (Idem. Hom. in Luc. 28. 4). О К. Г. как о втором рождении говорит и прп. Ефрем Сирин (Ephraem Syr. In Diatess. 4. 3). Свт. Григорий Ниcский метафорически выделял 3 рождения Христа: физическое (по плоти), от воды и Св. Духа и в воскресении смерти (Greg. Nyss. Contr. Eun. 3. 2. 45-54; Rufin. De bened. Patr. 2. 27). Учение о 3 рождениях Христа, как и Его последователей, представлено также и у свт. Григория Богослова (Greg. Nazianz. Or. 40. 2). Свт. Иоанн Златоуст объясняет название праздника Богоявления как указание именно на К. Г., а не на Его рождение и истолковывает его как время, когда доселе неизвестный Иисус открылся человечеству: «Христос сделался известным для всех не тогда, когда Он родился, но когда Он крестился; до этого дня Он не был известен народу» (Ioan. Chrysost. De bapt. 2).

«Вид реки Иордан при впадении в Мертвое море». 1854 г. Худож. Н. Г. Чернецов (ГТГ)
«Вид реки Иордан при впадении в Мертвое море». 1854 г. Худож. Н. Г. Чернецов (ГТГ)

«Вид реки Иордан при впадении в Мертвое море». 1854 г. Худож. Н. Г. Чернецов (ГТГ)

Патристическая традиция особо отмечает не только глас с небес и Сошествие Св. Духа, но и явление огня и света как элементов теофании при К. Г. Огонь и свет - одни из распространенных образов теофании в ВЗ. Возможно, прибавление этих элементов к описанию К. Г. связано с интерпретацией евангельских слов о крещении «Духом Святым и огнем» (Мф 3. 11). Одно из наиболее ранних свидетельств этой традиции встречается у мч. Иустина Философа: «И когда Иисус пришел к реке Иордану, где Иоанн крестил, и сошел в воду, то огонь возгорелся (πῦρ ἀνήφθη) в Иордане» (Iust. Martyr. Dial. 88. 2-4). В арм. версии (наиболее полной) «Диатессарона», составленного учеником Иустина Татианом, говорится о явлении пламени огня над крещальными водами (Ephraem Syr. In Ev. conc. (arm). 4. 5 // CSCO. Vol. 137. P. 48 (textus); Vol. 145. P. 36 (versio)). В «Пасхальной хронике» также отмечается, что Св. Дух сошел на Иисуса Христа в качестве огнеподобного (πυροειδής) голубя (Chron. Pasch. P. 422). В некоторых старолатинских рукописях чтение Мф 3. 15 содержит вставку: «...когда Он крестился, словно луч яркого света (lumen magnus/ingens) воссиял над водой, так что всех приблизившихся объял страх» (Nestle-Aland. NTG. S. 6). В сир. традиции тема света при К. Г. осложняется фонетическим сходством слов:   - «огонь»,   - «свет». Наиболее частые отсылки к явлению света (огня) в К. Г. встречаются в гимнах прп. Ефрема Сирина: «Вот, огонь и Дух в реке, где Ты крестился» (Ephraem Syr. De fide. 10. 17 // CSCO. Vol. 154. P. 51 (textus); Vol. 155. P. 35-36 (versio)); «Он сошел... и весь Иордан воссиял от блистания Его света» (Ibid. 7. 3 // Ibid. P. 32 (textus); P. 23 (versio)); «вода, освященная крещением, получила от Меня огонь и Дух» (Ephraem Syr. De Nativitate. 5. 32 // CSCO. Vol. 186. P. 221 (textus); Vol. 187. P. 204 (versio)); когда Христос вышел из вод Иордана, «Его свет осветил весь мир» (Ibid. 5. 48 // Ibid. P. 206 (versio), 224 (textus)). Эта тематика сохраняется и у более поздних сир. гимнографов: «Когда Христос - «горящий уголь» (Ис 6. 6) сошел омыться в потоках Иордана, повсюду растеклось пламя Его освящающей силы» (Breviarium iuxta Ritum Syrorum Orientalium id est Chaldaeorum. R., 1938. Pars 1: Ab Adventu ad Quadragesimam. P. 184). Традиция явления света в К. Г. нашла отражение и в названиях праздника Богоявления в греч. (ἐπιφάνεια - «явление света») и сир. (  - «рассвет [восхождение света]») традициях.

Несторианский экзегет IX в. Ишодад Мервский приводит свидетельство «Диатессарона» Татиана в ином варианте: «И внезапно, как сказано в «Диатессароне», там воссиял свет сильный… И Иордан остановился в своем течении...» (The Commentaries of Isho'dad of Merv, Bishop of Hadatha / Ed., transl. M. D. Gibson; Introd. J. R. Harris. Camb., 1911. Vol. 2: Matthew and Mark in Syriac. P. 45). Свидетельства явления именно «сильного света» и остановки течения Иордана во время К. Г. (возможно, это аллюзия на Исх 3. 11-13 и Пс 113. 5) не подтверждаются другими, более достоверными источниками реконструкции труда Татиана. Однако они получили широкое распространение в литургических текстах.

А. Е. Петров

Происхождение праздника К. Г.

Первые свидетельства о праздновании К. Г. происходят с христ. Востока - из Египта, Сирии и М. Азии. В традиции Церквей этих регионов 6 янв. отмечалось Богоявление - праздник, к-рый объединял воспоминание Рождества Христова и К. Г. (см., напр.: Ioan. Cassian. Collat. X 2). По-гречески он назывался ἐπιφάνεια, θεοφάνεια или τὰ Θῶτα (праздник Светов) (Greg. Nazianz. Or. 39 // PG. 36. Col. 336). В этот день было принято освящать воду (Ioan. Chrysost. De bapt. 2 // PG. 49. Col. 366). В некоторых Церквах праздник К. Г. считался днем, подходящим наряду с Пасхой и Пятидесятницей для совершения таинства Крещения (Greg. Nazianz. Or. 40 // PG. 36. Col. 392). Однако с кон. IV в. на Востоке распространяется изначально зап. традиция праздновать Рождество Христово отдельно - 25 дек. При этом наименование «Богоявление» сохранилось за праздником 6 янв., к-рый стал рассматриваться исключительно как воспоминание К. Г. (только в арм. традиции после ряда попыток выделить празднование Рождества Христова сохр. практика совмещения 2 праздников 6 янв.). В визант. традиции К. Г. получило статус великого Господского праздника, входящего в цикл двунадесятых праздников.

Крещение Господне. Фрагмент тетраптиха со сценами 12 праздников. Икона. XII в. (Мон-рь вмц. Екатерины на Синае)
Крещение Господне. Фрагмент тетраптиха со сценами 12 праздников. Икона. XII в. (Мон-рь вмц. Екатерины на Синае)

Крещение Господне. Фрагмент тетраптиха со сценами 12 праздников. Икона. XII в. (Мон-рь вмц. Екатерины на Синае)

О дате праздника К. Г. (6 янв.) существуют 2 конкурирующие гипотезы. Согласно первой, которая известна как гипотеза «Школы истории религий», христ. празднование 6 янв. появилось в качестве замены языческим праздникам, отмечавшимся в тот же день. В «Панарионе» Епифания Кипрского († 403) со ссылкой на прп. Ефрема Сирина сообщается, что Христос родился в 8-й день до январских ид и спустя 13 дней после зимнего солнцестояния, т. е. 6 янв. Епифаний сообщает, что в Александрии, Петре и идумейской Элусе 6 янв. (11 тобе, 21 алеома) совершалось празднование в честь рождения языческого бога (Эона, Душары) от девственницы (Коры, Хаам), сопровождавшееся торжественной ночной процессией, пением и музыкой (Epiph. Adv. haer. [Panarion]. 51. 22). Если допустить, что египетская дата 11 тобе изначально (при старом подвижном календаре - в 27 г. по Р. Х.) совпадала с рим. днем зимнего солнцестояния (25 дек.) и лишь впосл. в результате перехода на неподвижный юлианский календарь переместилась на 6 янв., праздник в честь Эона можно отождествить с праздником в честь Кроноса (Сатурна). Т. о., христ. праздник 6 янв. на Востоке мог быть установлен в противовес языческому празднованию, приуроченному ко дню зимнего солнцестояния. Эта гипотеза была выдвинута Г. Узенером и поддержана Х. Лицманном, К. А. Баумштарком и в особенности Б. Боттом (см.: Botte. 1932).

По поводу 6 янв. Епифаний Кипрский упоминает также другой егип. обычай: в этот день, 11 тобе по егип. календарю, существовала традиция принесения и сохранения воды из Нила; также он сообщает, что вода приобретала вкус вина (Epiph. Adv. haer. [Panarion]. 51. 30). В связи с этим Епифаний отмечает, что 6 янв. христиане вспоминают чудо Христа в Кане Галилейской (Ин 2. 1-11). Литургическое чтение, посвященное чуду в Кане, зафиксировано в егип. Лекционарии V в. для одного из дней попразднства К. Г. (на сам праздник читается отрывок о крещении Иисуса и о Его искушении в пустыне) (см.: Geymonat M. Un antico lezionario della Chiesa di Alessandria // Laurea corona: Studies in Honour of E. Coleiro. Amst., 1987. P. 186-196). Феномен обретения водой в источниках вкуса вина засвидетельствован также Плинием Старшим в «Естественной истории» (Plin. Sen. Natur. hist. II 106), но он не сообщает, в какой именно день это происходило. Но Плиний ссылается на Гая Лициния Муциана, который писал, что в январские ноны (5 янв.) в святилище Pater Liber на о-ве Андрос вода в источнике всегда имеет вкус вина. Эти данные можно соотнести со следующим свидетельством Павсания (Pausan. Descript. 6. 26): на праздник в честь Диониса в Элее в святилище помещались пустые сосуды, которые на другой день чудесным образом наполнялись вином. Согласно гипотезе «Школы истории религий», языческие обычаи, связанные с водой, и феномен обретения водой вкуса вина повлияли на установление христианами 6 янв. воспоминания о чуде в Кане и соответственно на появление особых обрядов, совершаемых над водой в день К. Г.

Однако критики данной гипотезы отмечали, что: 1) описываемый Епифанием праздник в честь Эона едва ли можно с уверенностью отождествить с Сатурналиями и Крониями - праздниками, приуроченными ко дню зимнего солнцестояния, т. к. тезис, что некогда в Египте 6 янв. было днем солнцестояния, невозможно подтвердить из-за неточностей при пересчете дат древнего егип. календаря на юлианский календарь, который был принят лишь в 45 г. до Р. Х.; 2) нельзя считать доказанным, что языческие праздники, связанные с превращением воды в вино, отмечались в один и тот же день, т. е. 5(6) янв.; вероятно, эти праздники имели лишь локальное значение и, следов., не могли оказать существенное влияние на повсеместное празднование К. Г. (подробнее см.: Talley. 1991. P. 103-117).

Другая, т. н. калькулятивная, гипотеза происхождения праздника К. Г. 6 янв. строится на тезисе, что Зачатие и Крестная смерть Спасителя произошли в один и тот же день. Прецедент был найден в раввинистических источниках, где в отношении ветхозаветных патриархов прослеживается совпадение дней их рождения и смерти. Т. о., отправной точкой расчета Рождества Христова является дата крестной смерти, связанной по времени с иудейской Пасхой.

Хотя традиционно датой зачатия в древней Церкви считалось 25 марта (см. ст. Благовещение Пресв. Богородицы), в М. Азии 14 нисана иудейского лунного календаря было привязано к 6 апр. по солнечному юлианскому календарю. Следов., Рождество Христово отмечалось через 9 месяцев, т. е. 6 янв. Эту гипотезу выдвинул Л. Дюшен; усилить его аргументацию впосл. пытался Х. Энгбердинг. Гипотеза подверглась критике в работах Ботта и О. Кульманна. Критика в основном сводилась к тому, что 6 апр., если следовать аналогии с датами рождения и смерти ветхозаветных патриархов, должно было произойти не зачатие, а рождение Спасителя. Калькулятивную гипотезу также разрабатывал Т. Толли (см.: Ibid. P. 91-99) (подробнее об этих гипотезах см.: Roll. 1995).

Климент Александрийский, сообщая о дате К. Г., ссылается на последователей еретика Василида, к-рые считали, что это событие произошло 11 или 15 тобе 15-го года правления имп. Тиберия. Если считать от смерти имп. Октавиана Августа, 15-й год правления Тиберия длился с 20 авг. 28-го по 19 авг. 29 г. по Р. Х. Однако Климент считал весну 29 г. уже 16-м годом правления имп. Тиберия. Для зимы 27/28 г. 15 тобе егип. календаря соответствует 28 дек. юлианского календаря (воскресенье по подвижному егип. календарю, применявшемуся в астрономических таблицах) или 10 янв. (суббота в неподвижном «александрийском» календаре юлианского типа), а 11 тобе соответствует 25 дек. (четверг по подвижному календарю) или 7 янв. (среда по неподвижному календарю). Для зимы 28/29 г. 15 тобе соответствует 29 дек. (понедельник по подвижному календарю) или 11 янв. (воскресенье по неподвижному календарю), а 11 тобе - 24 дек. (пятница по подвижному календарю) или 6 янв. (среда по неподвижному календарю). Т. о., появление даты 15 тобе, по мнению П. В. Кузенкова, вероятно, связано со стремлением приурочить К. Г. к воскресному дню. Следов., первоначальным вариантом исторической даты К. Г. логичнее признать 11 тобе, с воскресеньем не совпадающее. Именно дата 11 тобе «александрийского» юлианского года (неподвижный календарь), к-рая в переводе на рим. календарь соответствует 6 янв. (в невисокосный год), получила широкое распространение на Востоке. При этом важно учитывать, что К. Г. могло иметь место в тот же день, что и Рождество Спасителя (на основании Лк 3. 23). Климент Александрийский в своей хронологической системе помещал Рождество Христово на 6 янв. (дата конкретно не названа, но установлена на основании расчетов); эту же дату отстаивал и свт. Епифаний Кипрский. При этом егип. традиция празднования К. Г. 11 тобе может быть соотнесена с празднованием Рождества Христова 25 дек. в западной традиции, поскольку по подвижному календарю 11 тобе 27/28 г. соответствует этой дате. Кроме того, в Римской империи 25 дек. отмечались праздники, связанные с зимним солнцеворотом, к-рые, согласно одной из гипотез, при Константине Великом были трансформированы в торжества по случаю Рождества Спасителя, истинного Солнца праведности (см.: Кузенков. 2014. С. 65-68; Он же. 2007). Описанные же в «Панарионе» свт. Епифания Кипрского языческие праздники, выпадавшие приблизительно на те же дни, что и праздник К. Г., судя по всему, представляли собой локальные культы, а значит, были слишком маргинальными, чтобы стать основанием (путем замены) для гораздо шире распространившейся христ. традиции празднования К. Г. 6 янв. Г. Винклер, основываясь на письменных источниках (преимущественно сирийских и армянских), выдвинула гипотезу, что в Сирии и Египте изначально центральной темой праздника 6 янв. было крещение Иисуса в Иордане, к-рое одновременно интерпретировалось как его «рождение» от Бога Отца. Эволюция праздника 6 янв. и введение на Востоке отдельного праздника Рождества Христова 25 дек. могли быть обусловлены развитием христологии, а интерпретация К. Г. как «рождения» стала расцениваться как ересь адопцианства (подробнее см.: Winkler. 2000).

В Риме праздник К. Г. 6 янв., вероятно, появился в понтификат свт. Дамаса I (366-384). Впосл. тематика праздника 6 янв. была сужена до явления Христа язычникам, так что центральной темой стало поклонение волхвов, о чем говорят проповеди блж. Августина и свт. Льва Великого. Вероятно, причиной этого послужил канонический запрет совершать таинство Крещения в иные дни, кроме Пасхи и Пятидесятницы (впервые упом. в послании 385 г. папы св. Сириция к еп. Имерию Тарраконскому). К. Г., а также чуду в Кане была посвящена октава Богоявления, известная с VIII в. В наст. время в католической Церкви она отменена, поэтому К. Г. празднуется в ближайшее воскресенье после 6 янв.

Проповеди на праздник К. Г.

Одной из самых ранних проповедей на тему праздника считается гомилия свт. Василия Великого «Побудительная к принятию св. Крещения» (Προτρεπτικὴ εἰς τὸ ἅγιον Βάπτισμα; Exhortatoria ad sanctum baptisma) (CPG, N 2857; изд.: PG. 31. Col. 424-444). Подлинность др. бесед святителя, посвященных этой же теме, подвергается сомнению (2 беседы «О Крещении» (Περ βαπτίσματος α´, β´, De baptismo 1, 2) и «О водах и о святом крещении» (Εἰς τὰ ὕδατα κα εἰς τὸ ἅγιον βάπτισμα; In aquas et in sanctum baptisma; CPG, N 2930)

Слова 38-40 свт. Григория Богослова (CPG, N 3010. 38: Εἰς τὰ Θεοφάνια, In Theophania; 39: Εἰς τὰ ἅγια Θῶτα, In sancta lumina; 40: Εἰς τὸ ἅγιον βάπτισμα, In sanctum baptisma), вероятно, образуют единый богоявленский цикл, хотя Слово 38 некоторые исследователи считают самым ранним к-польским свидетельством об установлении 2 отдельных праздников Рождества Христова и Крещения Господня (см.: Roll. 1995; Mossay. 1965. P. 34).

На ту же тему Григорий Нисский составил Слово «На день Светов» (Εἰς τὴν ἡμέραν τῶν φώτων; In diem luminum) (CPG, N 3173; изд.: PG. 46. Col. 577-600), его же Слово «Против отлагающих крещение» (Πρὸς τοὺς βραδύνοντας εἰς τὸ βάπτισμα, De iis qui Baptismum differunt; CPG, N 3147; изд.: PG. 46. Col. 416-432) было произнесено в Кесарии 7 янв. 381 г.

Ряд бесед свт. Иоанна Златоуста посвящены празднику К. Г. или основной его теме. Несомненно подлинным считается слово «О Крещении Христа» (Εἰς τὸ βάπτισμα τοῦ Σωτῆρος; De baptismo Christi; CPG, N 4335; PG. 49. Col. 363-372), произнесенное 6 янв. 387 г. Подлинность др. проповеди на Богоявление (In s. Theophaniam seu baptismum Christi; CPG, N 4522; PG. 50. Col. 805-808) у исследователей вызывает сомнения. В указателе CPG под именем свт. Иоанна Златоуста отмечены еще несколько сочинений о К. Г., не имеющих обоснованной атрибуции или неизданных (CPG, N 4648, 4703, 4735, 4882, 4980, 5004, 5021, 5030, 5039, 5063, 5069, 5175.14-15, 5180.5.12.20).

Из проповедей на К. Г. свт. Прокла К-польского подлинной считается гомилия 7 (CPG, N 5806; изд.: PG. 65. Col. 757-764), тогда как гомилия 28 таковой не признана исследователями (CPG, N 5827).

Под именем Ипполита Римского, но ему не принадлежащее, сохранилось сочинение «На св. Богоявление» (CPG, N 1917; изд.: PG. 10. Col. 852-862; Hippolytus Werke. Lpz., 1897. Bd. 1/2. S. 257-263), 1-я часть которого надписывается именем Леонтия К-польского (см.: Voicu S. J. Pseudoippolito, In S. Theophania e Leonzio di Constantinopoli // Nuove ricerche su Ippolito. R., 1989. P. 137-146. (SEAug.; 30)).

Слова «На Богоявление» составлял свт. Григорий I, патриарх Антиохийский († 594) (CPG, N 7385-7387). Однако в последующей традиции его сочинения были включены в сборник творений свт. Григория Чудотворца (PG. 10. Col. 1177-1190; с правильной атрибуцией - PG. 88. Col. 1865-1872; 2 другие проповеди: PG. 61. Col. 761-764; PG. 88. Col. 1871-1884 = 64. Col. 33-38).

Свт. Софроний Иерусалимский также является автором Слова на праздник К. Г. (CPG, N 7643; изд.: Παπαδόπουλος-Κεραμεύς. ᾿Ανάλεκτα. Τ. 5. Σ. 151-168).

Прп. Феодор Студит составил Слово на навечерие праздника (In vigiliam Luminum // PG. 99. Col. 700-708).

Богослужение на праздник К. Г.

В кафедральном богослужении Иерусалима нач. V-VII в.

В иерусалимском Лекционарии V в., сохранившемся в арм. переводе, 6 янв. отмечается праздник Богоявления. 5 янв., в день предпразднства, богослужение совершалось на «поле Пастушков», на расстоянии 1 км к востоку от Вифлеема; поются прокимен Пс 22. 1, аллилуиарий Пс 79. 2, читается Евангелие - Лк 2. 8-20 (Renoux. Lectionnaire arménien. P. 210-211).

На сам праздник совершалось всенощное бдение в ц. Рождества Христова в Вифлееме; указаны 11 ветхозаветных чтений: Быт 1. 28 - 3. 20, Исх 7. 10-17, Исх 14. 24 - 15. 21, Мих 5. 1-6, Притч 1. 2-19, Ис 9. 4b - 6, Ис 11. 1-9, Ис 35. 3-8, Ис 40. 10-17, Ис 42. 1-8а, Дан 3. 1-35а; поются песни из Дан 3. 35b - 51b, 52а - 90с рефренами; прокимен Пс 2. 17, Апостол - Тит 2. 11-15, аллилуиарий Пс 109. 1, Евангелие - Мф 2. 1-12; праздник имеет 8 дней попразднства (Ibid. P. 210-223). Указанные чтения посвящены теме Рождения Христа; крещение Спасителя в Иордане не упоминается даже косвенно, т. е. в Иерусалиме в нач. V в. 6 янв. праздник Богоявления осмыслялся исключительно как пришествие в мир Спасителя, Его Рождение от Пресв. Богородицы. Однако после V в., как это видно из грузинской версии иерусалимского Лекционария (VI-VII вв.), Рождество Христово уже стало праздноваться в Св. Граде 25 дек., отдельно от К. Г., и день 6 янв. оказался посвящен исключительно К. Г. Накануне праздника, 5 янв., богослужение начиналось в 9-м часу дня (т. е. после 14.00): указаны ипакои «Ты, Спаситель, днесь…», чтения 3 Ездр 5. 22-30, Лк 3. 1-8, затем при пении «Свете тихий» совершались вход епископа и Божественная литургия; на литургии указаны тропарь «Когда крестился Христос…», прокимен Пс 28. 3, чтения Ис 1. 16-20, Апостол - 1 Кор 10. 1-4, Евангелие - Мк 1. 1-11, а также песнопения «Просвети сердца наши…» и «Видели Тебя, Боже, воды…». По окончании литургии происходило водоосвящение (отмечено пение ипакои «Ангелов множество...») (Tarchnischvili. Grand Lectionnaire. P. 19-21). В полночь начиналась праздничная служба: читались 10 ветхозаветных чтений (из них 4 те же, что и на бдении на Рождество Христово, 25 дек.: Быт 1. 1 - 3. 24, Исх 14. 24 - 15. 21, Мих 5. 2-7, Дан [?]; остальные: Ис 60. 1-22, Ис 43. 10-20, Нав 4. 4-11, Ис 44. 2-7, Ис 55. 1-13, Иез 36. 25-36), каждое из которых предварялось пением прокимна с особыми стихами, затем читалось Евангелие - Ин 1. 18-28; на литургии пелись тропарь «Великое таинство…», прокимен Пс 117. 27, читались 4 Цар 5. 9-16, Сир 24. 32 - 25. 1, Иер 50. 44-46, Иез 47. 1-9, Апостол - Тит 2. 11-15, аллилуиарий Пс 113. 1-3, Евангелие - Мф 3. 1-17; указаны песнопения «Ты, Христе, крещение…», «Открыты Тебе были небеса…» (Ibid. P. 21-25). Литургические чтения дней попразднства также связаны с Крещением Иисуса Христа в Иордане или христианским таинством Крещения: напр., Ин 3. 1-12, Рим 6. 3-10, Лк 3. 21-22, Гал 3. 24 - 4. 7, Ин 3. 22 - 4. 3 (см.: Ibid. P. 19-27).

В кафедральном богослужении Константинополя IX-XI вв.

Крещение Господне. Мозаика ц. Богородицы Паммакаристос (Фетхие-джами) в Стамбуле. После 1315 г.
Крещение Господне. Мозаика ц. Богородицы Паммакаристос (Фетхие-джами) в Стамбуле. После 1315 г.

Крещение Господне. Мозаика ц. Богородицы Паммакаристос (Фетхие-джами) в Стамбуле. После 1315 г.
В Типиконе Великой ц. IX-XI вв., отражающем особенности кафедрального богослужения К-поля, К. Г. празднуется 6 янв. (Mateos. Typicon. T. 1. P. 184). Отмечаются литургийные чтения для субботы и воскресенья перед К. Г.- Деян 19. 1-8, 1 Тим 3. 13 - 4. 5, Мф 11. 2-15; 2 Тим 4. 5-8, Мк 1. 1-8 (Ibid. P. 172). 5 янв. совершается навечерие (παραμονή) К. Г.: на вечерне по пении стихир на «Господи, воззвах» отмечен вход патриарха и духовенства с Евангелием, после чего начинаются чтения: Быт 1. 1-13, Исх 14. 15-29, Исх 15. 22 - 16. 1, по окончании которых поется тропарь 3-го гласа ᾿Επεφάνης ἐν τῷ κόσμῳ̇ (    ) со стихами Пс 66. 2-3, 4-5. Затем читаются 3 отрывка: Нав 3. 7-17, 4 Цар 2. 4-14, 4 Цар 5. 9-14, за к-рыми следует пение тропаря 6-го гласа ῾Αμαρτωλοῖς κα τελώναις̇ (   ) со стихами Пс 92. 1-2. Далее прочитываются еще 3 паремии: Ис 1. 16-20, Быт 32. 2-11, Исх 2. 5-10, после к-рых - прокимен Пс 79. 4 и еще 3 чтения: Суд 6. 36-40, 3 Цар 18. 30-39, 2 Цар 2. 19-22 (всего чтений 12; отдельные указания даны относительно 13-го чтения (Ис 49. 8-15) - см.: Mateos. Typicon. T. 1. P. 180). По окончании чтений поются антифоны литургии Пс 26, 27, 28, на литургии по Трисвятом - прокимен Пс 26. 1, Апостол - 1 Кор 9. 19 - 10. 4 (1 Кор 10. 1-4), аллилуиарий Пс 44. 2-3, Евангелие - Лк 3. 1-18. В завершение литургии патриарх читает молитву на освящение воды, а потом идет в атриум храма и освящает там воду в большом фиале, при этом поется тропарь 8-го гласа Θωνὴ Κυρίου ἐπ τῶν ὑδάτων̇ (    ) (см.: Mateos. Typicon. T. 1. P. 174-184). После освящения воды служится обычная паннихис. На праздничной утрене 6 янв. на Пс 50 поются тропари: 4-го гласа Σήμερον Τριὰς ἐν Μονάδι̇ (Днесь Троица во Единице...) и 1-го гласа ᾿Εν ᾿Ιορδάνῃ βαπτιζομένου σου, Κύριε̇ (     ). По исполнении тропарей патриарх идет в баптистерий и совершает там крещение неофитов. На литургии в день К. Г. поются антифоны: Пс 113, 114, 117, вместо Трисвятого - ῞Οσοι εἰς Χριστὸν ἐβαπτίσθητε̇ (    ); прокимен Пс 117. 26-27, Апостол - Тит 2. 11 - 3. 7, аллилуиарий Пс 28. 3, Евангелие - Мф 3. 13-17 (Ibid. P. 184-186). Продолжительность попразднства точно не определяется, но указаны чтения для субботы и недели по К. Г.: Еф 6. 10-17, Мф 4. 1-11; 2 Тим 1. 6-10, Мф 4. 12-17 (Ibid. P. 188).

В византийских монастырских Типиконах IX-XII вв.

Согласно Студийско-Алексиевскому Типикону 1034 г., содержащему самую раннюю сохранившуюся редакцию студийского Синаксаря, период предпразднства К. Г. начинается 2 янв.: до навечерия (5 янв.) на будничных службах поется отпустительный тропарь предпразднства К. Г. 4-го гласа    на вечерне и утрене стихиры предпразднства соединяются со стихирами рядовых святых, на утрене соединяются каноны предпразднства и рядовых святых, также поются трипеснцы (особые каноны) предпразднства (см.: Пентковский. Типикон. С. 314). Литургийные чтения в субботу и неделю пред К. Г. те же, что и в Типиконе Великой ц. Начиная с навечерия (5 янв.) поются только песнопения праздника (Там же. С. 314-315). 5 янв. в конце 9-го часа дня (т. е. ок. 16.00) служится вечерня: совершается вход с Евангелием, чтение паремий перемежается с пением тропарей (ср. с чином в Типиконе Великой ц.), потом начинается литургия; на литургии прокимен, Апостол, аллилуиарий и Евангелие те же, что и в Типиконе Великой ц. По заамвонной молитве совершается освящение воды. Если навечерие К. Г. выпадает на субботу или воскресенье (т. е. в дни, когда пост возбраняется), то литургия служится в свое время, а вечерня с чином освящения воды отправляется позже в тот же день (Там же. С. 315-316). Повечерие поется в кельях. На праздничной утрене 6 янв. на «Бог Господь» поется отпустительный тропарь праздника 1-го гласа       по кафизмам - ипакои праздника, поются степенны, читается Евангелие - Мк 1. 9-11, исполняются 2 канона 2-го гласа, по 6-й песни - кондак 6-го гласа      на литургии 6 янв. указания те же, что и в Типиконе Великой ц. (см.: Там же. С. 316-317). На отдание праздника (13 янв.) поется только последование; в период попразднства песнопения праздника соединяются с песнопениями рядовых святых; в субботу и воскресенье по К. Г. чтения те же, что и в Типиконе Великой ц. (см.: Там же. С. 318-320).

Чин освящения воды на праздник Богоявления (Николо-Сольбинский мон-рь, Ярославская обл.). Фотография. 2008 г.
Чин освящения воды на праздник Богоявления (Николо-Сольбинский мон-рь, Ярославская обл.). Фотография. 2008 г.

Чин освящения воды на праздник Богоявления (Николо-Сольбинский мон-рь, Ярославская обл.). Фотография. 2008 г.

Такой устав богослужения К. Г., его навечерия и пред- и попразднства подтверждается и др. значимыми редакциями Студийского устава: Евергетидским Типиконом 2-й пол. XI в., Мессинским Типиконом 1131 г., Георгия Мтацминдели Типиконом сер. XI в. Тем не менее в них присутствуют и особенности. В частности, в Евергетидском Типиконе в предпразднство на паннихис, особой службе, которая в Евергетидском монастыре совершалась после вечерни, назначаются каноны предпразднства, в т. ч. составленные Феофаном Начертанным и Георгием, еп. Никомидийским (см.: Дмитриевский. Описание. Т. 1. С. 372-375). Если навечерие выпадает не на субботу и воскресенье (т. е. на день, когда пост разрешается), то часы имеют особенность: на каждом из них вместо обычных тропарей поются по 3 особых тропаря со стихами из псалмов, после чего на 1-м часе - прокимен Пс 17. 14 и чтения Ис 35. 1-10, Деян 13. 25-32, Мф 3. 1-11; на 3-м часе - прокимен Пс 76. 17, чтения Ис 1. 16-20, Деян 19. 1-8, Мк 1. 1-8; на 6-м часе - прокимен Пс 28. 3, чтения Ис 12. 3-6, 2 Тим 4. 5-8, Мк 1. 9-15; на 9-м часе - прокимен Пс 26. 1, чтения Ис 49. 8-15, Тит 2. 11 - 3. 7, Лк 3. 1-18 (см.: Там же. С. 376-379). В навечерие К. Г. чин вечерни с чтением 13 паремий, литургией Василия Великого и освящением воды весьма близок (особенно сходство проявляется в чтениях и тропарях) к описанному в Типиконе Великой ц. (см.: Там же. С. 379-781). На сам праздник совершается всенощное бдение (ἀγρυπνία), состоящее из паннихис и утрени, причем после стихир «на хвалитех» поется великое славословие (см.: Там же. С. 382-383).

В Мессинском Типиконе 1131 г. в дни предпразднства К. Г. отмечается пение на повечериях трипеснцев. В навечерие, если оно выпадает не на субботу или воскресенье, как и в Евергетидском Типиконе, часы служатся по особому уставу (если выпадает на субботу или воскресенье, то эти часы совершаются в пятницу): во-первых, они объединяются - 1-й с 3-м, а 6-й с 9-м; во-вторых, принципиально меняется их состав: 1-й час состоит из Пс 5, 12, 26, 3-й - из Пс 28, 41, 50, 6-й - из Пс 76, 73, 90, 9-й - из Пс 92, 113, 85, также появляются особые тропари, прокимны и библейские чтения - те же, что и в Евергетидском Типиконе (в Мессинском на 6-м часе вместо 2 Тим 4. 5-8 назначается Рим 6. 3-11); к этим часам примыкают изобразительны (см.: Arranz. Typicon. P. 94-96). Вечерня с литургией Василия Великого и последующим освящением воды, бывающая в навечерие К. Г., по составу крайне близка к описанной в Типиконе Великой ц.: тот же набор паремий, тропарей, антифонов, те же чтения на литургии (см.: Ibid. P. 97-98). Если навечерие выпадает на субботу или воскресенье, то в эти дни совершаются литургия Иоанна Златоуста и праздничная вечерня с чтением 13 паремий, пением тропарей, прокимна, чтением Апостола и Евангелия, но водоосвящения на ней не бывает - оно происходит после пения великого славословия на праздничной утрене (см.: Ibid. P.101). Праздничная утреня, как и в Евергетидском Типиконе, заканчивается великим славословием; еще одной особенностью является пение на утрене вместо кафизм особых антифонов: Пс 134, 113, 148 (см.: Ibid. P. 101-102).

Тот же в основных своих чертах устав службы на К. Г., его навечерие, пред- и попразднство, что и в студийских памятниках, вошел в Иерусалимский устав, распространившийся в XI-XIV вв. по всему правосл. миру.

В Иерусалимском уставе

Основная особенность этого устава - совершение всенощного бдения накануне воскресений и праздников - отразилась и в указаниях о службе на К. Г. Всенощное бдение на этот праздник, как и на Рождество Христово (богослужение которого имеет очень много параллелей с К. Г. в силу общего происхождения обоих праздников), состоит не из вечерни и утрени, а из великого повечерия, литии, окончания вечерни и утрени. Это связано с тем, что 1-я часть вечерни на К. Г. соединилась с литургией и водосвятием и фактически стала службой навечерия. Кроме того, в Иерусалимском уставе, в его различных редакциях (самой ранней известной редакции - Sinait. gr. 1094, XII-XIII вв. (см.: Lossky. Typicon. P. 185-191), Типиконе Сербского архиеп. Никодима 1319 г. (см.: Миркович. Типикон. С. 76б - 83б), первопечатном греческом Типиконе 1545 г., московских первопечатных изданиях Типикона 1610, 1633, 1641 гг., пореформенном издании 1682 г. и более поздних, в т. ч. современных), окончательно закрепляется совершение т. н. великих (или царских) часов (в ранних редакциях оно обозначено как «тропари» на часах) в навечерие К. Г. (это особое последование часов засвидетельствовано уже в Евергетидском и Мессинском Типиконах); если навечерие выпадает на субботу или воскресенье, то эта служба переносится на пятницу (напр., см.: Lossky. Typicon. P. 186; Миркович. Типикон. С. 78a; первопечатный греческий Типикон 1545 г. Л. 81-83; Типикон. Ч. 1. С. 386-388). Совершаемое в навечерие последование вечерни с литургией Василия Великого и великим освящением воды в целом то же, что и в Студийском уставе; если навечерие приходится на субботу или воскресенье, то служится литургия Иоанна Златоуста в свое время, а вечерня с великим освящением воды - отдельно вечером, как и в Студийском уставе. Всенощное бдение начинается, согласно ранним редакциям Иерусалимского устава (см., напр.: Lossky. Typicon. P. 188; Миркович. Типикон. С. 79б; первопечатный греческий Типикон 1545 г. Л. 85), во 2-м часу ночи (т. е. после 19.00; по современной русской - в 10-м часу ночи, т. е. после 4.00 утра). Служится великое повечерие: за вседневным славословием следует лития с пением стихир праздника, затем - стихиры на стиховне, поется тропарь праздника 1-го гласа ᾿Εν ᾿Ιορδάνῃ βαπτιζομένου σου, Κύριε̇ (     ), совершается благословение хлебов, за ним - праздничная утреня с полиелеем, чтением Евангелия - Мк 1. 9-11, пением 2 праздничных канонов 2-го гласа (авторства Космы Маюмского и Иоанна Дамаскина - те же, что и в Студийском уставе) и великим славословием; на литургии особенности те же, что и в Студийском уставе.

В ранних редакциях Иерусалимского устава (в частности, в Типиконе Сербского архиеп. Никодима 1319 г.- см.: Миркович. Типикон. С. 80б), а также в первопечатном греч. Типиконе 1545 г. (Л. 86) и совр. греч. Виолакиса Типиконе (см.: Βιολάκης. Τυπικόν. Σ. 144-159) отмечается повторное великое освящение воды, к-рое совершается в конце утрени, по пении великого славословия. В русской литургической традиции такая практика не распространена, но в московском первопечатном Типиконе 1610 г. (Л. 524 - 524 об.) ей посвящена отдельная заметка. Отдание праздника К. Г. в Иерусалимском уставе совершается не 13, как в Студийском, а 14 янв.- поется служба только праздника (напр., см.: Sinait. gr. 1096, XII-XIII вв.- Дмитриевский. Описание. Т. 3. С. 38; Миркович. Типикон. С. 83б; Типикон. Ч. 1. С. 413).

В настоящее время в РПЦ богослужение на праздник К. Г., его навечерие, пред- и попразднство и отдание совершаются в соответствии с указаниями совр. Типикона (его основу составляет московское изд. 1682 г.) для периода со 2 по 14 янв. (Типикон. Ч. 1. С. 379-417). Об освящении воды на праздник К. Г. см. в ст. Водоосвящение.

Песнопения и чтения праздника К. Г.

Совр. богослужебное последование К. Г. в основном состоит из песнопений, зафиксированных уже в древних источниках: отпустительный тропарь 1-го гласа ᾿Εν ᾿Ιορδάνῃ βαπτιζομένου σου, Κύριε̇ (     ) отмечается в Типиконе Великой ц. и древнейших Типиконах студийской эпохи (Студийско-Алексиевском Типиконе 1034 г., Евергетидском Типиконе 2-й пол. XI в.); кондак 4-го гласа ᾿Επεφάνης σήμερον τῇ οἰκουμένῃ̇ (    ) авторства прп. Романа Сладкопевца (в совр. богослужебных книгах сохр. лишь 1-й проимий и 1-й икос этого кондака, имеющего акростих - τοῦ ταπεινοῦ ῾Ρομανοῦ (недостойного Романа); полный текст кондака см.: Grosdidier de Matons. 1965. P. 236-259), канон авторства Космы Маюмского с акростихом Βάπτισμα ρύψις γηγενῶν ἁμαρτάδος (    ), 2-го гласа, ирмос: Βυθοῦ ἀνεκάλυψε πυθμένα̇ (    ), нач.: ᾿Αδὰμ τὸν φθαρέντα ἀναπλάττει (   ) и ямбический канон авторства Иоанна Дамаскина с акростихом Σήμερον ἀχράντοιο βαλὼν Θεωφεγγέι πυρσῷ Πνεύματος, ἐνθάπτει νάμασιν ἀμπλακίην, Θλέξας Παμμεδέοντος ἐΰς Πάϊς̇ ᾿Ηπιόων δὲ ὑμνηταῖς μελέων τῶνδε δίδωσι χάριν (Ныне, облекшись богосиятельным огнем чистого Духа, погребает в водах прегрешение, воссияв, Всемогущего славный Сын: воспевающим подай благодать), 2-го гласа, ирмос: Στίβει θαλάσσης̇ (  ), нач.: ῎Ορθρου φανέντος (  ) так же, как и отпустительный тропарь, входят в состав богослужебного последования К. Г., начиная с богослужебных книг студийской эпохи. Среди стихир праздника присутствуют цикл самогласнов авторства Иоанна Дамаскина для «Господи, воззвах», самогласны на хвалитех авторства Германа I, патриарха К-польского - эти тексты зафиксированы уже в Студийско-Алексиевском Типиконе; также на литии назначается цикл самогласнов авторства Космы Маюмского, славник-самогласен авторства Феофана Начертанного. В совр. последование К. Г. входят несколько седальнов, ипакои и светилен (отмечается уже в студийских Типиконах).

По рукописям известны дополнительные песнопения К. Г., не вошедшие в совр. богослужебные книги: канон, составленный гимнографом Андреем (вероятно, Андреем, архиеп. Критским) без акростиха, 4-го гласа, ирмос: ῞Αρματα Θαραὼ̇ (  ), нач.: Σήμερον ὁ Θεός (Сегодня Бог) со 2-й песнью (AHG. T. 5. P. 125-145); анонимный канон без акростиха 4-го гласа, ирмос: ῾Ο πατάξας Αἴγυπτον̇ (  ), нач.: ᾿Επεφάνη σήμερον (Явил днесь) со 2-й песнью; канон, надписанный именем Иоанна монаха, без акростиха, 4-го гласа, ирмос: Αἴσομα σοι, Κύριε̇ (   ), нач.: ῾Ο ὕδασι στεγάζων τὰ ὑπερῷα (Покрывающий водами небо) (Ταμεῖον. Σ. 145).

В дни предпразднства К. Г. поется отпустительный тропарь 4-го гласа ᾿Ετοιμάζω Ζαβουλών̇ (  ) - 2, 3, 4 янв., отпустительный тропарь 4-го гласа ᾿Απεστρέφετο ποτέ, ὁ ᾿Ιορδάνης ποταμός (    ) - 5 янв., кондак 4-го гласа ᾿Εν τοῖς ρείθροις σήμερον τοῦ ᾿Ιορδάνου̇ (    ), каноны: авторства Иосифа с алфавитным акростихом 2-го гласа, ирмос: Τῷ τὴν ἄβατον, κυμαινομένην θάλασσαν̇ (   ), нач.: Αἰσθανόμενος, τὴν τοῦ Κυρίου ἔλευσιν (   ), авторства Иосифа с алфавитным акростихом 4-го гласа, ирмос: ᾿Ανοίξω τὸ στόμα μου̇ (   ), нач.: ᾿Αβύσσους προστάγματι δημιουργήσας̇ (   ), авторства Иосифа с алфавитным акростихом плагального 2-го (т. е. 6-го) гласа, ирмос: ῾Ως ἐν ἠπείρῳ̇ (   ), нач.: ᾿Αγαλλιάσθω ἡ κτίσις (   ), канон авторства Иосифа без акростиха 1-го гласа, ирмос: Πικρᾶς δουλείας̇ (  ), нач.: Χριστὸς μολεῖ πρὸς τὸ βάπτισμα (    ).

В дни предпразднства на повечериях назначаются особые каноны в честь К. Г.: 2 янв.- трипеснец и двупеснец, 3 янв.- 2 трипеснца, 4 и 5 янв.- полные каноны. Аналогичный цикл канонов отмечается на повечериях в предпразднство Рождества Христова, что сближает 2 праздника. Кроме того, циклы канонов для повечерий предпразднства К. Г. и Рождества Христова соотносятся с циклом канонов Космы Маюмского для Страстной седмицы (поются на утренях): трипеснцы имеют одни и те же акростихи, все каноны построены по одним и тем же ирмосам.

По рукописям также известны дополнительные песнопения для дней пред- и попразднства К. Г. На предпразднство: канон с именем автора (Георгия) в богородичнах 1-го гласа, ирмос: ᾿Ωιδὴν ἐπινίκιον̇ (  ), нач.: Στολίζεται σήμερον ἡ ἐκκλησία (Украшается днесь Церковь) (AHG. T. 5. P. 22-30), анонимный канон без акростиха 1-го гласа, ирмос: Τῷ βοηθήσαντι Θεῷ̇ (  ), нач.: Τοῦ Ζαχαρίου ὁ υἱός (Захарии сын) (Ibid. P. 31-38) и др. (см.: Ibid. P. 69-113; также см.: Ταμεῖον. Σ. 142-144). На попразднство: анонимный канон без акростиха 2-го гласа, ирмос: Δεῦτε λαοί̇ (  ), нач.: ῾Ο δι᾿ἡμας ἐκ τῆς παρθένου (Нас ради от Девы) (AHG. T. 5. P. 146-164), анонимный канон с акростихом Θῶτα κα φῶς μοι τριὰς ἡ παναγία (Светы и свет мне Троица Всесвятая), ирмос: Δεῦτε λαοί̇ (  ), нач.: Θῶς ἐκ φωτὸς (Свет от света) (Ibid. P. 190-199) и др. (см.: Ibid. P. 200-211; также см.: Ταμεῖον. Σ. 146-164).

Паремии праздника (всего 13 чтений: Быт 1. 1-13, Исх 14. 15-29, Исх 15. 22 - 16. 1, Нав 3. 7-17, 4 Цар 2. 4-14, 4 Цар 5. 9-14, Ис 1. 16-20, Быт 32. 2-11, Исх 2. 5-10, Суд 6. 36-40, 3 Цар 18. 30-39, 2 Цар 2. 19-22, Ис 49. 8-15), читаемые на вечерне К. Г., а также Евангелие утрени - Мк 1. 9-11 и литургические чтения - Апостол Тит 2. 11 - 3. 7 и Евангелие Мф 3. 13-17 - начиная с Типикона Великой ц. IX-XI вв., Типиконов студийской эпохи и по наст. время остаются те же. Кроме того, за богослужением на К. Г. и в дни пред- и попразднства, согласно древним и совр. богослужебным уставам, полагались уставные чтения: 5 янв. на утрене - гомилия свт. Василия Великого «Побудительная к принятию святого Крещения», в навечерие К. Г.- Слово прп. Феодора Студита; на праздничной утрене - толкования свт. Иоанна Златоуста на соответствующие места из Евангелия от Матфея и Слово «На день Светов» свт. Григория Богослова; 7 янв.- его же Слово «На святое Крещение» (подробнее см.: Виноградов В. П. Уставные чтения. Серг. П., 1914. Вып. 1. С. 55-56, 109, 169-170).

Е. Е. Макаров

Лит.: Duchesne L. Origines du culte chrétien. P., 1889. P. 247-254; Bainton R. Basilidian Chronology and New Testament Interpretation // JBL. 1923. Vol. 42. P. 81-134; idem. The Origins of Epiphany // Idem. Early and Medieval Christianity. Boston, 1962. P. 22-38; Leclercq H. Baptême de Jésus // DACL. 1925. Vol. 1. Col. 316-380; Botte B. Les Origines de la Noël et de l'Épiphanie. Louvain, 1932; Frank H. Zur Geschichte von Weihnachten und Epiphanie: 1. Zur Feier der Feste «natalis Salvatoris» und «epifania» zur Zeit des Bischofs Ambrosius // JbLW. 1932. Bd. 12. S. 145-155; idem. Zur Geschichte von Weihnachten und Epiphanie: 2. Indirekte Zeugnisse des hl. Ambrosius für das Weihnachtsfests // Ibid. 1933. Bd. 13. S. 1-38; Cullmann O. Baptism in the New Testament // StBTh. 1950. Vol. 1. P. 8-84; Engberding H. Der 25. Dezember als Tag der Feier der Geburt des Herrn // AfLW. 1952. Bd. 2. S. 25-43; Fendt L. Der heutige Stand der Forschung über das Geburtsfest Jesu am 25. XII. und über Epiphanias // ThLZ. 1953. Jg. 78. N 1. Col. 1-10; Mossay J. Les fêtes de Noël et d'Épiphanie d'après les sources littéraires cappadociennes du IVe s. Louvain, 1965; Wilken R. L. The Interpretation of the Baptism of Jesus in the Later Fathers // StPatr. 1972. Vol. 11. P. 268-277; Beasley-Murray G. R. Baptism in the New Testament. Grand Rapids (Mich.), 1973; Bertrand D. A. Le baptême de Jésus: Histoire de l'exégèse aux deux premiers siècles. Tüb., 1973; Brown R. An Adult Christ at Christmas. Collegeville (Minn.), 1978; Chevallier M. A. L'Apologie du Baptême d'Eau à la fin du Premier Siècle: Introd. Secondaire de l'Etiologie dans les Récits du Baptême de Jésus // NTS. 1986. Vol. 32. N 4. P. 528-543; Heiser L. Die Taufe in der orthodoxen Kirche: Geschichte, Spendung und Symbolik nach der Lehre der Väter. Trier, 1987; Drijvers H. J. W., Reinink G. J. Taufe und Licht: Tatian, Ebionäerevangelium und Thomasakten // Text and Testimony: Essays on New Testament and Apocryphal Literature in Honour of A. F. J. Klijn / Ed. T. Baarda et al. Kampen, 1988. P. 91-110; Talley T. J. Origins of the Liturgical Year. Collegeville, 19912. P. 117-147; Vigne D. Christ au Jourdain: Le baptême de Jésus dans la tradition judéo-chrétienne. P., 1992; Meier J. P. A Marginal Jew. N. Y., 1994. Vol. 2: Mentor, Message, and Miracles; Roll S. K. Toward the Origins of Christmas. Kampen, 1995; McDonnell K. The Baptism of Jesus in the Jordan: The Trinitarian and Cosmic Order of Salvation. Collegeville, 1996; Connell M. F. Did Ambrose's Sister Become a Virgin on December 25 or January 6?: The Earliest Western Evidence for Christmas and Epiphany outside Rome // Studia Liturgica. Rotterdam, 1999. Vol. 29. P. 145-158; Winkler G. The Appearance of the Light at the Baptism of Jesus and the Origins of the Feast of the Epiphany // Between Memory and Hope: Readings on the Liturgical Year / Ed. M. E. Johnson. Collegeville, 2000. P. 291-347; Кузенков П. В. Хронологические расчеты у Климента Александрийского и происхождение традиционных дат Рождества и Богоявления // Вестн. ПСТГУ. Сер. 1. 2007. Вып. 3(19). С. 7-21; он же. Христианские хронологические системы: История летоисчисления в святоотеческой и восточнохрист. традиции. М., 2014; Förster H. Die Anfänge von Weihnachten und Epiphanias. Tüb., 2007; Дионисий (Шленов), игум. Празднование Рождества и Крещения согласно древним свидетельствам и памятникам полемической письменности сер. XI в. // БВ. 2009. № 8/9. С. 275-355; Ferguson E. Baptism in the Early Church: History, Theology, and Liturgy in the First Five Centuries. Grand Rapids, 2009; Bradshaw P. F., Johnson M. E. The Origins of Feasts, Fasts and Seasons in Early Christianity. Collegeville, 2011; Jensen R. M. Living water: Images, Symbols, and Settings of Early Christian Baptism. Leiden; Boston, 2011; Желтов М., свящ. Происхождение и содержание чина великого освящения воды на праздник Богоявления, 18.01.2015 // www.pravoslavie.ru/put/76587.htm [Электр. ресурс]

Иконография

Крещение Господне. Роспись катакомб святых Марцеллина и Петра в Риме. 1-я пол. IV в.
Крещение Господне. Роспись катакомб святых Марцеллина и Петра в Риме. 1-я пол. IV в.

Крещение Господне. Роспись катакомб святых Марцеллина и Петра в Риме. 1-я пол. IV в.
Крещение Господне. Мозаика купола Арианского баптистерия в Равенне. Ок. 520 г.
Крещение Господне. Мозаика купола Арианского баптистерия в Равенне. Ок. 520 г.

Крещение Господне. Мозаика купола Арианского баптистерия в Равенне. Ок. 520 г.
Раннехристианская иконография К. Г. иллюстрирует евангельский сюжет лаконично: показаны Иисус Христос, св. Иоанн Креститель и голубь Св. Духа. Одними из наиболее ранних считаются изображения К. Г. в крипте Лукины (нач. III в.) и «капелле Таинств» (2-я четв. III в.) в катакомбах св. Каллиста в Риме. На плохо сохранившейся фреске в крипте Лукины представлен обнаженный юноша, которому помогает выйти из воды человек в тунике; слева вверху - летящая птица с ветвью в клюве. Исследователи трактуют изображение крещения Иисуса Христа св. Иоанном Крестителем (Покровский. 2001. С. 252, 253). Росписи «капеллы Таинств» выполнены на белом фоне, сцена К. Г. помещена в центре левой от входа стены, обрамлена тонкой красно-коричневой линией. Крещаемый обнаженный Отрок без нимба, Которого идентифицируют как Иисуса Христа, стоит по колено в воде. Справа представлен муж в коротком препоясании (св. Иоанн Креститель), возлагающий Ему на голову правую руку. Струи воды Иордана, расплескивающиеся вокруг головы Спасителя, схематично переданы длинными мазками. Сцена К. Г. в росписи рим. катакомб Марцеллина и Петра (1-я пол. IV в.) частично утрачена. От фигуры св. Иоанна Крестителя, стоящего справа от обнаженного отрока Христа, сохранилась только возложенная на Его голову правая рука. Выше изображен голубь, от клюва к-рого на Спасителя падают струи воды (лучи?), намеченные серыми линиями. Вода у ног обозначена такими же горизонтальными линиями. В клюве голубь держит ветвь. Эта деталь напоминает о голубе, принесшем Ною масличную ветвь как знак окончания потопа (ср. молитву на освящение воды: «Ты еси Бог наш, водою потопивый при Нои грех»). Т. о., уже древнейшая иконография К. Г. подчеркивает тему очищающего воздействия воды, многообразно варьируемую в чтениях и песнопениях праздника. Ветвь - знак мира, дарованного Богом человечеству в крещении, как аналогия с голубем Ноя, использованная Тертуллианом, упоминается позднее в связи с крещением свт. Иоанном Златоустом, свт. Григорием Богословом, прп. Иоанном Дамаскином. Композиции, аналогичные фрескам катакомб, во множестве встречаются на рельефах саркофагов, на к-рых вода Иордана показана вытекающей из скалы. Иногда в сцену К. Г. на саркофагах включали муж. фигуру со свитком в руках; исследователи считают, что это Исаия, пророчество которого упоминают евангелисты (Там же. С. 253-255).

Крещение Господне. Миниатюра из Евангелия Раввулы. 586 г. (Laurent. Plut. 1. 56. Fol. 4v)
Крещение Господне. Миниатюра из Евангелия Раввулы. 586 г. (Laurent. Plut. 1. 56. Fol. 4v)

Крещение Господне. Миниатюра из Евангелия Раввулы. 586 г. (Laurent. Plut. 1. 56. Fol. 4v)
Крещение Господне. Ампула типа Монца. VI в. (Дамбартон-Окс, Вашингтон)
Крещение Господне. Ампула типа Монца. VI в. (Дамбартон-Окс, Вашингтон)

Крещение Господне. Ампула типа Монца. VI в. (Дамбартон-Окс, Вашингтон)

Наряду с историческими изображениями К. Г. встречаются и символические. Так, на саркофаге Юния Басса (359, Музей "Сокровищница Св. Петра", Ватикан) над арочным обрамлением композиций нижнего ряда имеется сцена с 2 агнцами - один лежит, другой сверху касается его головы копытцем (Там же. С. 255). Др. пример - мозаика купели баптистерия из Келибии (IV в., Музей Бардо, Тунис), обрамленной лат. надписями. На стенке 3-ступенчатой крестообразной в плане купели изображен голубь Св. Духа, отмеченный крестом, от клюва которого исходят лучи. Композиция иллюстрирует определение Христа как «Света истинного», «Света подателя», «Солнца, просиявшего во Иордане» - распространенный мотив святоотеческой проповеди на К. Г., именуемое «праздником светов» или «просвещением». Под голубем помещена монограмма Христа в форме древнеегип. иероглифа «анх» (сrux ansata), фланкированная буквами α и ω, ниже - изображение большой рыбы, символизирующей Спасителя (см. ст. Ихтис).

Крещение Господне. Рельеф трона имп. Максимиана в Равенне. VI в.
Крещение Господне. Рельеф трона имп. Максимиана в Равенне. VI в.

Крещение Господне. Рельеф трона имп. Максимиана в Равенне. VI в.
Крещение Господне. Фрагмент эпистилия. Икона. 2-я пол. XII в. (Мон-рь вмц. Екатерины на Синае)
Крещение Господне. Фрагмент эпистилия. Икона. 2-я пол. XII в. (Мон-рь вмц. Екатерины на Синае)

Крещение Господне. Фрагмент эпистилия. Икона. 2-я пол. XII в. (Мон-рь вмц. Екатерины на Синае)

К V-VI вв., в ранневизант. эпоху, первоначальная композиция К. Г. видоизменяется и постепенно вырабатывается иконография, сохранившаяся до наст. времени с некоторыми дополнениями и отличиями в деталях. Примером новой иконографии является изображение Иордана в виде реки с берегами, в воды которой погружен Спаситель. Первые образцы такой иконографии сохранились в купольных мозаиках Баптистериев православных и ариан в Равенне. В Баптистерии православных (сер. V в.) Христос-средовек (с бородой) стоит по пояс в воде, слева на скалистом берегу - св. Иоанн Креститель в короткой тунике с крестом на длинном древке в левой руке. Композиция была искажена позднейшей реставрацией - в правой руке св. Иоанна Крестителя появилась чаша, в то время как во всех известных ранних памятниках он изображается возлагающим руку на голову Христа. Над головой Спасителя - белый голубь. Справа в воде - фигура старца, олицетворяющего р. Иордан, а также надпись лат. буквами: «IORDANN». Он держит стебель тростника, опираясь левой рукой на опрокинутую урну, из к-рой вытекает вода. Это изображение восходит к античным олицетворениям речного божества - таковы скульптуры Нила и Тибра в виде полулежащих муж. фигур (I в., Музеи Ватикана). В Баптистерии ариан (ок. 520) композиция зеркально повторяет ту же сцену, отличаясь в деталях: Христос изображен безбородым, над Ним - голубь, от клюва к-рого исходит сноп света, справа от Него - св. Иоанн Креститель во власянице с посохом в левой руке, возлагающий руку на голову Спасителя. Слева - олицетворение Иордана - полуобнаженный старец с тростником в руке, опирающийся на опрокинутую урну, из которой вытекает вода. Миниатюра из сир. Евангелия Раввулы 586 г. (Laurent. Plut. I. 56. Fol. 4v) является сокращенным вариантом той же иконографии, но без персонификации Иордана; добавлен небесный сегмент с благословляющей десницей - символом Бога Отца, возвестившего о Христе: «...Сей есть Сын Мой Возлюбленный...» (Мф 3. 17; Мк 1. 11; Лк 3. 22). С кон. VI в. в композиции К. Г. вводятся изображения ангелов: на медальоне свинцовой ампулы из собора г. Монца (VI в.) - ангел; в клейме на живописной крышке сир. реликвария (VI в., Музеи Ватикана) - 2 ангела и 2 фигуры учеников св. Иоанна Крестителя с нимбами (Ин 1. 35). На резной пластине из слоновой кости с трона архиеп. Максимиана (VI в., Архиепископский музей в Равенне) Христос изображен безбородым, св. Иоанн облачен во власяницу и в гиматий. В сцене присутствуют 2 ангела с покровенными руками, а фигура, персонифицирующая Иордан, показана со спины, что буквально иллюстрирует текст Пс 113: «...море виде и побеже, Иордан возвратися вспять». Введение в композицию не упомянутых в евангельском повествовании персонажей и деталей, напр. таких элементов иконографии, как позы и жесты, объясняется текстами службы праздника, насыщенными цитатами из псалмов. Жест св. Иоанна Крестителя, возлагающего руку на голову Спасителя, многократно упоминается в песнопениях праздника (Покровский. 2001. С. 270-271) и отражает практику таинства Крещения, описанного Тертуллианом. Спаситель изображается стоящим в воде нагим, редко - в препоясании. Нагота Христа как знак добровольного «истощания», т. е. умаления Творца до «рабия зрака» и даже до смерти, также объясняется в словах тропарей и стихир: «Адамову наготу одевая, Благоутробне, во одежду славы, хощеши обнажитися плотию во Иордане реце», «Обнажение студное покрывая Адама праотца, обнажаешися вольно и струями Иорданскими Тебе Самого покрываеши». О присутствии ангелов в момент крещения в Евангелиях не сообщается, но об этом упоминают песнопения службы: «Како обнажение Небеснии видят Ангели?», «Ужас бе видети Небеси и земли Творца, на реце обнажщагося и Крещение от раба за наше спасение приемлющаго, яко раба. И лицы Ангельские дивляхуся страхом и радостию», «Якоже на Небеси, с трепетом и чудом предстояху во Иордане силы Ангельские». Склоненные фигуры ангелов и их покровенные в знак почтения к святыне руки указывают на то, что они являются восприемниками при таинстве Крещения (эту роль в древней Церкви иногда играли диаконы и диакониссы) (Там же. С. 273).

Крещение Господне. Миниатюра из Хлудовской Псалтири. Ок. сер. IX в. (ГИМ. Греч. № 129д, Л. 117)
Крещение Господне. Миниатюра из Хлудовской Псалтири. Ок. сер. IX в. (ГИМ. Греч. № 129д, Л. 117)

Крещение Господне. Миниатюра из Хлудовской Псалтири. Ок. сер. IX в. (ГИМ. Греч. № 129д, Л. 117)
Крещение Господне. Пелена. 1580–1590 гг. (ГРМ)
Крещение Господне. Пелена. 1580–1590 гг. (ГРМ)

Крещение Господне. Пелена. 1580–1590 гг. (ГРМ)

В средневизант. период иконография К. Г. обогащается еще неск. деталями. На берегу рядом со св. Иоанном Крестителем изображается дерево с прислоненной к нему секирой: на мозаике кафоликона мон-ря Осиос Лукас в Греции (30-40-е гг. XI в.), на иконе-тетраптихе из мон-ря вмц. Екатерины на Синае (XII в.), на мозаике Палатинской капеллы в Палермо на о-ве Сицилия (ок. 1146-1151) и др. Эти предметы иллюстрируют слова проповеди св. Иоанна Крестителя, призывающего к покаянию: «Уже и секира при корне дерев лежит: всякое дерево, не приносящее доброго плода, срубают и бросают в огонь» (Мф 3. 10; Лк 3. 9). В воде рядом со Христом или на берегу изображается крест на колонне: на миниатюре в Минологии Василия II (Vat. gr. 1613. P. 299; 1-я четв. XI в.); на мозаике кафоликона мон-ря Осиос Лукас; на иконе-эпистилии из мон-ря вмц. Екатерины на Синае (XI в.); на миниатюре из Евангельских чтений из мон-ря Дионисиат на Афоне (XI в.). Крест напоминает, что с момента К. Г. начинается общественное служение Спасителя, конечная цель к-рого - искупление крестным страданием грехов человеческого рода. Об этом говорится в тропаре 7-й песни канона предпразднства: «Мертвость Божественную знаменительне образующее, погружением в воде трикратным в Крещении Христу совостаем, тридневному востанию приобщающеся». Помимо 2 учеников св. Иоанна Крестителя в композицию включается и множество крещаемых - раздевающихся на берегу, прыгающих в воду, плавающих, как, напр., на мозаике собора мон-ря Неа-Мони на о-ве Хиос (1042-1056).

В палеологовскую эпоху выработанные ранее элементы иконографии К. Г. сохранялись, иногда видоизменяясь. Напр., олицетворение Иордана могло изображаться в виде небольшой фигурки в воде, рядом с к-рой помещали персонификацию моря - жен. фигуру в раковине или верхом на рыбе (в качестве иллюстрации вышеупомянутого 113-го псалма: «...море виде и побеже...»),- на мозаике ц. Паммакаристос (Фетхие-джами) в К-поле (после 1315); на фреске кафоликона монастыря Протат на Афоне (нач. XIV в.). Ранее эти образы встречались в иллюстрациях Псалтирей, напр. Хлудовской (ГИМ. Греч. № 129 д. Л. 88, 116 об., 117; ок. сер. IX в.). Крест на колонне, стоящей в воде Иордана, со временем уступил место Голгофскому кресту, что яснее указывало на связь К. Г. с крестной смертью Спасителя, напр. на иконе из монастыря вмц. Екатерины на Синае (XIII в.). На фреске ц. Успения Пресв. Богородицы мон-ря Грачаница, Косово и Метохия (ок. 1320), Христос представлен стоящим в водах Иордана на перекрещенных досках, из-под к-рых выползают змеи. Это изображение корреспондирует с иконографией «Сошествия во ад», где Спаситель попирает сокрушенные врата ада, показанные аналогичным образом. Змей в воде - иллюстрация текста Пс 123: «...ты стерл еси главы змиев в воде, ты сокрушил еси главу змиеву»; в песнопениях праздника Крещения многократно повторяется: «Змиев главы сокрушити Христос спеша, ныне грядет водами» (тропарь 5-й песни канона предпразднства). Т. о., событие К. Г. напрямую связывается с Воскресением и со спасением человечества от смерти. В некоторые композиции К. Г. включаются эпизоды проповеди св. Иоанна Крестителя народу (кафоликон монастыря Протат на Афоне), изображаются множество мужей и жен с младенцами, пришедших на Иордан креститься от св. Иоанна, а также ангелы в небесах, отворяющие райские двери (фреска ц. Богоматери Перивлепты в Мистре (3-я четв. XIV в.)).

Рус. иконография К. Г. лежит в русле визант. традиции - фрески Спасо-Преображенского собора Мирожского монастыря (между 1136 и 1156), ц. Спаса на Нередице (1199). На иконах XIV-XVI вв. закрепились палеологовские композиционные схемы.

Лит.: Strzygowski J. Iconografia der Taufe Christi. Münch., 1885; Beissel S. Die Darstellung der Taufe und der Kreuzingung Christi in einer Handschrift des Trier Domes // ZChrK. 1888. Bd. 1. N 4. S. 131-138; Leclercq H. Baptême // DACL. 1910. T. 2. P. 1. Col. 346-380; Squilbeck J. Le Jourdain dans l'iconographie médiévale du baptême du Christ // Bull. des Musées Royaux d'art et d'histoire. Ser. 4. Brux., 1966-1967. Vol. 38/39. P. 69-116; LCI. Bd. 4. S. 244-255; Покровский Н. В. Евангелие в памятниках иконографии. М., 2001. С. 251-286.
Н. В. Квливидзе
Ключевые слова:
Иисус Христос. Земная жизнь Господа Иисуса Христа Господские праздники, дни церковного календаря, посвященные воспоминаниям и прославлению событий из земной жизни Иисуса Христа Богословие литургическое Двунадесятые [дванадесятые] праздники, 12 праздников, в православные традиции считающихся наиболее важными после праздника Пасхи Крещение Господне (Богоявление), один из главных праздников правосл. Церкви
См.также:
ВЕЛИКАЯ ПЯТНИЦА пятница Страстной седмицы, один из главных дней церковного календаря, посвященный воспоминанию дня искупительных страданий и Крестной смерти Господа Иисуса Христа
ВЕЛИКАЯ СУББОТА суббота накануне Пасхи, когда Церковь вспоминает телесное погребение и сошествие Христа во ад, начиная праздновать Его тридневное Воскресение
ВЕЛИКИЕ ПОНЕДЕЛЬНИК, ВТОРНИК, СРЕДА первые 3 дня Страстной cедмицы, начало непосредственной подготовки к празднику Пасхи
ВЕЧЕРЯ слав. название вечерней трапезы
ВОЗНЕСЕНИЕ ГОСПОДНЕ Вознесение Иисуса Христа на небо - одно из главных событий Священной истории
ВХОД ГОСПОДЕНЬ В ИЕРУСАЛИМ описанное 4 евангелистами одно из главных событий последних дней земной жизни Господа Иисуса Христа
ГОСПОДСКИЕ ПРАЗДНИКИ дни церковного календаря, посвященные воспоминаниям и прославлению событий из земной жизни Иисуса Христа
АНАМНЕСИС литургич. термин, обозначающий одну из частей анафоры
АНАФОРА центральная, евхаристическая молитва Божественной литургии, богослужебный термин
АРХИЕРЕЙСКОЕ БОГОСЛУЖЕНИЕ богослужение, совершаемое архиереем