СИДОНИЙ АПОЛЛИНАРИЙ

О жизни С. А. известно из его сочинений и писем. Также о нем упоминают некоторые его современники: Клавдиан Мамерт, Руриций, еп. Лемовикский (Лиможский), и позже еп. Григорий Турский в «Истории франков» (Greg. Turon. Hist. Franc. II 21-25). Сохранились краткая заметка о С. А., составленная Геннадием Марсельским (Массилийским) (Gennad. Massil. De vir. Illustr. 92), а также анонимная эпитафия (X-XI вв)., посвященная С. А. (Mommsen. 1887. P. XLIV).

С. А. род. в г. Лугдун (ныне Лион, Франция) (Sidon. Apol. Carmina. XIII 23; Idem. Ep. I 5. 2; I 8. 1; IV 25, 5) 5 нояб. (Idem. Carmina. XX 1-2). Год его рождения устанавливается приблизительно между 429 и 432 гг. на основании того, что в 449 г. ему было от 17 до 20 лет (Idem. Ep. VIII 6. 5; PLRE. P. 116; Giulietti. 2014. P. 2). Он происходил из сенаторской христианской семьи. Его дед, как и мн. галльские аристократы, поддержал узурпатора Константина (III) (407-411), распространившего свою власть на всю Галлию, и был назначен им префектом претория Галлии. Дед С. А. был 1-м в роду Аполлинариев, кто принял христианство (Sidon. Apol. Ep. III 12. 5). После поражения Константина (III) дед С. А. скорее всего был казнен вместе с другими его сторонниками (Mascoli. 2010. P. 203-204). Отец С. А. (имя точно неизвестно, возможно, Альцим - Mathisen. 1981. P. 100-101, 109; Mascoli. 2010. P. 205) служил трибуном при западнорим. имп. Гонории (395-423), при имп. Валентиниане III (425-455), в 449 г. стал префектом претория Галлии (Sidon. Apol. Ep. V 9. 2). Мать С. А. принадлежала к аристократическому галльскому роду Авитов, откуда происходила и буд. жена С. А. (ок. 452) - Папианилла, дочь Эпархия Авита (PLRE. P. 830). В качестве приданого С. А. получил богатое поместье в Арвернии (ныне Овернь) - Авитак (Stevens. 1933. P. 84). В 455 г. тесть С. А. стал императором, в 456 г. он получил консульство, по этому случаю С. А. составил и, возможно произнес панегирик (Sidon. Apol. Carmina. VI-VII; Harries. 1994. P. 4), удостоившись статуи в портике Траяна (Sidon. Apol. Carmina. VIII). Существует недоказанное предположение, возникшее из неясных высказываний С. А., что во время правления Эпархия Авита (455-456) он стал трибуном и нотарием (Anderson. 1963. P. XXXXVIII. Not. 1; PLRE. P. 117). В окт. 456 г. Авит был вынужден отречься от престола, а С. А.- вернуться в Галлию, где не приняли власть нового имп. Майориана (457-461). Центром сопротивления стал Лугдун. С. А. был пленен войсками Майориана, но избежал наказания. В 458/9 г. он составил панегирик имп. Майориану, в к-ром умолял об освобождении Лугдуна от наложенной на город тяжелой контрибуции (Sidon. Apol. Carmina. V; Harries. 1994. P. 5). Поэтические таланты С. А. были оценены императором, и в 461 г. он получил почетный титул комита (Sidon. Apol. Ep. I 11, 13; Giulietti. 2014. P. 5). В авг. того же года имп. Майориан был вынужден отречься от власти, был арестован и вскоре скончался, т. о. С. А. лишился очередного покровителя.

Следующие 6 лет С. А. провел в Галлии, в своем поместье Авитаке и в Лугдуне, посвятив себя лит. занятиям и поездкам. Он посещал друзей Тонанция Ферреола и Аполлинария в их поместьях (Sidon. Apol. Ep. II 9), Понтия Леонтия в Бурдигале (ныне Бордо) (Idem. Carmina. XXII), грамматика Консенция в Нарбоне (Ibid. XXIII). Существовало мнение, возникшее на основании письма С. А. (Idem. Ep. IV 14. 2-4), что некоторое время он занимал должность префекта претория Галлии, однако это утверждение не нашло документального подтверждения (Anderson. 1963. P. XXXIX. Not. 1). Именно в этот период С. А. написал основной корпус писем и стихи, часть которых иллюстрирует его досуг, заполненный общением с друзьями. Тогда же С. А., как считается, сблизился с Фавстом, еп. Риезским, и погрузился в религ. созерцание (Ibid. P. XXXIX; Giulietti. 2014. P. 5). В стихотворении, посвященном Фавсту, С. А. благодарит его за то, что при его участии «он переступил порог (вошел в двери) Св. Матери Церкви» (Sidon. Apol. Carmina. XVI 84). Некоторые исследователи рассматривают эту фразу как свидетельство принятия С. А. крещения от Фавста (Loyen. 1960. P. 192. Not. 15; Harries. 1994. P. 105-106; Mratschek. 2020. P. 224), однако С. А., рожденный в христ. семье, мог быть крещен младенцем, а в ходе общения с Фавстом Риезским могло произойти духовное обращение С. А., его приобщение к Церкви (Desbrosses. 2018. P. 132).

С. А. вновь покинул Галлию в 468 г. во главе посольства, направленного овернскими аристократами в Равенну к новому имп. Флавию Прокопию Антемию (467-472). Это путешествие С. А. описал в длинном письме (Sidon. Apol. Ep. I 5). В 468 г. по случаю вступления имп. Антемия в должность консула С. А. произнес в его честь панегирик (Idem. Carmina. II), получив в качестве вознаграждения должность префекта Рима и титул патриция (Idem. Ep. I 9. 1; Anderson. 1963. P. XL; Harries. 1994. P. 6; Giulietti. 2014. P. 5). С. А. оказался последним выходцем из Галлии, занимавшим пост префекта Рима (Wickham. 2005. P. 160-161). В течение года он председательствовал в сенате, контролировал судебную и полицейскую власть, снабжение столицы. С. А. покинул должность, чтобы не возглавлять суд над другом Арвандом, префектом Галлии, вступившим в сговор с вестготами и бургундами (Ешевский. 1870. С. 224; Манукян. 2020. С. 50; Anderson. 1963. P. XLI; Pietrini. 2015. P. 319-321), и вернулся в Галлию.

В 469 или 470 г. С. А. был избран епископом Арверна (ныне Клермон-Ферран, Франция) (Anderson. 1963. P. XLII; Harries. 1994. P. 6), благодаря чему жители Арвернии и всей Галлии имели в лице богатого аристократа и опытного администратора надежную опору для противостояния вестготскому кор. Эвриху (466-484), ярому арианину; для С. А. это был способ сохранить с помощью Церкви высокую культуру Римской империи (Anderson. 1963. P. XLIII; Mathisen. 1993. P. 103-104; Hanaghan. 2019. P. 24; Condorelli. 2008. P. 190; Giulietti. 2014. P. 6), а также обеспечить собственную безопасность (Литовченко. 2019. С. 125; Harries. 1994. P. 6). Подобное мнение ставит под сомнение У. Б. Андерсон, видевший искреннее стремление С. А. посвятить себя Богу (Anderson. 1963. P. XLIV-XLV). Принятие священного сана можно также расценивать как очередное повышение в аристократической карьере С. А. на «пути чести» (cursus honorum). На епископской кафедре в круг его задач входило также поддержание социальной и политической стабильности (Манукян. 2020. С. 81). О том, что избрание С. А. епископом было по большей части политическим решением, подтверждается той поспешностью, с к-рой была проведена его интронизация, скорее всего без прохождения необходимых ступеней духовной карьеры; Андерсон считал неубедительными попытки доказать, что С. А. последовательно проходил порядок духовного служения (Anderson. 1963. P. XLIV). Впрочем, совр. наука не исключает и того, что он до посвящения во епископа мог недолгое время быть диаконом (Waarden. 2016. P. 171; Desbrosses. 2018. P. 134).

Практически все исследователи сходятся на формальном характере христианства С. А. В его произведениях отмечают посредственное знание Свящ. Писания и святоотеческой лит-ры (Anderson. 1963. P.XLIII; Horvath. 2000; Манукян. 2013. С. 53). Цитаты из Писания составляют чуть более 3% от общего количества цитат в сочинениях С. А.; Псалтирь он цитирует лишь дважды (Horvath. 2000. P. 153, 161). Свою переписку С. А. не использовал в катехизаторских или пастырских целях, подобно блж. Августину Аврелию или Фавсту, еп. Риезскому (Desbrosses. 2018. P. 227). В большинстве посланий С. А. к галльским епископам обсуждаются не столько духовные вопросы, сколько традиционные для рим. аристократии темы дружбы и взаимной любви. Его стихи содержат и нек-рые религ. сюжеты, но и по форме, и по духу больше тяготеют к произведениям языческих авторов (Waarden. 2011). С. А. не только не стал богословом, но и, по всей видимости, сторонился споров, происходивших внутри Церкви. Он оставался близким другом как Фавста, так и Клавдиана Мамерта, посвятившего С. А. соч. «De statu animae», в котором критиковал взгляды еп. Фавста по поводу того, что Божество не подвержено страданию. Возможно, в этом проявилось не только стремление С. А. сохранить нейтралитет в споре 2 друзей (Pricoco. 1965. Р. 121-123), но и непонимание С. А. сути теологического спора (Anderson. 1963. P. XLIII-XLIV). Тем не менее письма, адресованные епископам, безусловно свидетельствуют об изменении традиц. аристократического образа его жизни (Mratschek. 2020. P. 222-226) и о внутреннем перерождении автора, к-рый решил отказаться от привычного поэтического творчества (Sidon. Apol. Ep. IX 12. 2), о его глубоком религ. чувстве (Anderson. 1963. P. XLIV), а также о внимании к аскетическим практикам, в чем особую роль сыграло знакомство С. А. с носителями леринской традиции (см. ст. Лерен; Rousseau. 1976. P. 368; Prévot. 1997. P. 228). Позднейшие источники представляют С. А. весьма набожным человеком, всецело преданным служению Господу, отрекшимся от всего мирского (Greg. Turon. Hist. Franc. II 23).

В качестве епископа С. А. с 471 г. активно противостоял попыткам вестготов под рук. кор. Эвриха захватить Арверн. Каждый год они осаждали город, опустошая окрестности. Однако все усилия епископа, в т. ч. дипломатические (Пикин, Манукян. 2016. С. 74-78), и помощь бургундов, к-рыми командовал Экдиций Авит, шурин С. А., оказались тщетны. В 475 г. город был взят Викторием, римлянином, состоявшим на службе у вестготов. Возможно, не без его участия С. А., хотя и был лишен епископской кафедры, но не был казнен, несмотря на последовательное противодействие вестготам. Почти на год он был сослан в крепость Ливии близ Каркасона (Anderson. 1963. P. XIVIII). О положении С. А. в ссылке судить сложно, но очевидно, что он нашел покровителя или заступника в лице квестора Льва Нарбоннского, по чьей просьбе сделал перевод с греческого соч. «Жизнь Аполлония Тианского» Филострата (Sidon. Apol. Ep. VIII 3. 1). После освобождения С. А. не позволили вернуться в Арверн. Он отправился в Бордо, затем, вероятно,- в Тулузу ко двору Эвриха, чтобы просить о снисхождении (Ibid. VIII 9. 5). Но не получив положительного ответа, он написал для друга Лампридия стихотворение (Ibid. VIII 8), в к-ром не только упомянул о своем тяжелом положении, но и нарисовал яркую картину гот. двора со множеством посольств из разных стран, которые стремились завоевать расположение могущественного Эвриха. Почти нет сомнений, что С. А. хотел, чтобы это поэтическое произведение дошло до короля (Anderson. 1963. P. XLIX); вскоре С. А. было позволено вернуться в Арверн к епископским обязанностям.

Год смерти С. А. неизвестен. Т. Моммзен повторяет дату, приведенную в средневек. эпитафии С. А.: 12-е календы сентября, во время правления имп. Зинона, т. е. 21 авг., и предполагает, что речь идет о консульстве Зинона, т. о. годом смерти мог быть 479-й (Mommsen. 1987. P. XLIX). Однако анализ писем и обращение к «Истории франков» еп. Григория Турского позволяют говорить, что С. А. скончался не ранее 482 г., возможно в 486 г. (Stevens. 1933. P. 211; Loyen. 1960. P. XXIX. Not. 2) или с 483 до 490 г. (PLRE. P. 118; Giulietti. 2014. P. 8).

Корпус сохранившихся сочинений С. А. включает 9 книг писем и сборник из 24 поэтических произведений (Carmina). В число 147 посланий входит и ответное послание Клавдиана Мамерта (Sidon. Apol. Ep. IV 2). Все письма были написаны и отправлены С. А. с 455/6 до 482 г. Книга I была издана непосредственно перед посвящением С. А. во епископа, не позднее 469 г. Подготовка книг II-VII к изданию скорее всего началась во время ссылки С. А., они были опубликованы после его возвращения в Арверн - ок. 477/8 г. Издание книги VIII датируется приблизительно 480 г., а книги IX - 482 г. (Mathisen. 2013. P. 231). Несмотря на общее признание продуманного составления эпистолярного собрания С. А., в соответствии со сложившейся традицией, идущей от Плиния Младшего (Альбрехт М. 2002. T. 1. С. 563; 2004. Т. 2. С. 1249; Anderson. 1963. P. LXII-LXIV; Giulietti. 2014. P. 12; Horváth. 2000. P. 151), до наст. времени остается нерешенным вопрос о принципах объединения тех или иных писем в книги (Mathisen. 2013).

Переписка С. А. представляет собой пример сочетания 2 эпистолографических культур: 1-я основана на обмене письмами внутри аристократического круга, 2-я формировала коммуникацию между христ. интеллектуалами (Mratschek. 2020. P. 221). Круг адресатов С. А. достаточно широк и состоит из 111 имен, около трети всех посланий С. А. было направлено духовным лицам, среди них Фавст, еп. Риезский, св. Луп, еп. г. Трикассы (ныне Труа), св. Ремигий, еп. Реймсский, пресв. Грек Массилийский, Клавдиан Мамерт, пресв. Констанций Лионский, буд. епископы Руриций Лиможский, Авит Вьеннский, Волузиан Турский. Не исключено, что целью переписки с галльскими епископами было создание корреспондентской сети, к-рая связывала бы епископские кафедры Галлии в единый орган во время избрания новых епископов. Это была необходимая мера в борьбе с арианской политикой кор. Эвриха за кафолическую Церковь как оплот рим. идентичности (Romanitas; Ibid. 2020. P. 222). С. А. считал, что он, как епископ, должен был заботиться об объединении Церкви и империи, поддерживая кафолическую веру и рим. цивилизацию в противостоянии варварству (Anderson. 1963. P. I; Condorelli. 2008. P. 190; Giulietti. 2014. P. 6).

Поэтический сборник С. А. состоит из 2 частей, которые, видимо, первоначально публиковались отдельно и лишь со временем оказались объединены (Anderson. 1963. P. LII; Giulietti. 2014. P. 9). В 1-ю часть (Panegyrici) входят 3 панегирика императорам, собранные в обратном порядке - от более позднего к более раннему: Прокопию Антемию (Sidon. Apol. Carmina. I-II), Майориану (Ibid. III-V), Авиту (Ibid. VI-VIII). Панегирики сопровождают поэтические предисловия и посвящения. Вторая часть (Carmina minora или Epigrammata), по общему признанию исследователей, содержит стихи, написанные С. А. по различным поводам для друзей и родственников до начала его духовной карьеры: эпитафии, эпиталамы, хвалебные стихи (Anderson. 1963. P. LIII). В поэтическом творчестве С. А. заметно влияние классической лат. лит-ры, преобладают языческие образы, панегирики написаны в подражание Клавдию Клавдиану (Ibidem). Его стихотворное славословие поместью Понтия Леонтия начинается с характеристики друзей, представленных в образе богов Диониса и Феба (Sidon. Apol. Carmina. XXII 1-2), но при этом христ. церковь называется «храмом… среди всех величайшего Бога» (Ibid. XXII 218), своего рода намек на признание поэтом существования малых богов. В «Похвале Консенцию» можно встретить как героев эллинского и римского прошлого, так и Аполлона, покровительствующего музам, Феба, спешащего замкнуть годичный круг (Ibid. XXIII 309), Юпитера с Данаей и Ледой (Ibid. XXIII 280-287), Персея и Марса (Ibid. XXIII 289-306). Обилие языческих образов столь велико и они так гармонично вписаны в поэзию С. А., что многие исследователи не решались причислить его к христ. писателям (Голенищев-Кутузов. 1972. С. 39; Мамина. 1984. C. 66; Альбрехт. 2005. T. 3. C. 1435). Однако не следует переоценивать «язычество» С. А. Сын своего времени, получивший классическое грамматическое и риторическое образование, С. А. ориентировался на просвещенных читателей, чей поэтический мир был сформирован сочинениями Вергилия, Горация, Овидия (Mratschek. 2020. P. 222). Образы оставались во многом лишь поэтическими фантазиями, данью лит. традиции, сохранявшейся в галло-рим. аристократических кругах V в. Письма и стихотворения С. А. признаются бесценным источником информации о разных сторонах жизни Галлии его времени, в т. ч. о жизни галльских священнослужителей.

Часть сочинений С. А. не сохранилась. Далеко не все письма вошли в опубликованные 9 книг. О наличии таких писем свидетельствует сам С. А. (Sidon. Apol. Ep. VII 18). Он написал ряд коротких речей или обращений (называемых им contestatiunculae), копию которых послал еп. Мегецию (Ibid. VII 3). Еп. Григорий Турский упоминает также книгу месс (missae), составленных С. А. (Greg. Turon. Hist. Franc. II 22). Из письма Просперу известно, что этот адресат призывал С. А. написать о войне с Аттилой, особенно об осаде Орлеана и о роли в его защите еп. Анниана. Из ответа С. А. ясно, что он начал готовить текст, но скоро, осознав масштаб задачи, решил ограничиться лишь прославлением св. Анниана (Sidon. Apol. Ep. VIII 15). Нет доказательств того, что эта работа была доведена до конца (Anderson. 1963. P. LXXVI). Лев Нарбоннский предложил С. А. написать некий исторический труд (Sidon. Apol. Ep. IV 22. 1), но тот отказался. Не вполне ясна работа С. А. с текстом соч. «Жизнь Аполлония Тианского» Филострата. Его письмо Льву Нарбоннскому (Ibid. VIII 3. 1) чаще всего прочитывают как признание в том, что он выполнил перевод этого сочинения с греч. языка (Pricoco. 1965. P. 71-98; Loyen. 1968; Манукян. 2013. С. 53), хотя Андерсон считал, что речь в письме идет не о переводе, а о создании копии «Жизни Аполлония Тианского» (Anderson. 1963. P. XLIX, LXVI). Возможно, С. А. делал копию не с греч. текста, а с уже имевшегося лат. перевода (Коньков. 2017. С. 109).