Добро пожаловать в один из самых полных сводов знаний по Православию и истории религии
Энциклопедия издается по благословению Патриарха Московского и всея Руси Алексия II
и по благословению Патриарха Московского и всея Руси Кирилла

Как приобрести тома "Православной энциклопедии"

НИКЕО-КОНСТАНТИНОПОЛЬСКИЙ СИМВОЛ ВЕРЫ
Т. 49, С. 470-472 опубликовано: 10 августа 2022г. 


НИКЕО-КОНСТАНТИНОПОЛЬСКИЙ СИМВОЛ ВЕРЫ

Вероопределение II Вселенского Собора в К-поле (381); принят в качестве главного исповедания веры как правосл. Церковью, так и ориентальными нехалкидонскими Церквами и с добавлением Filioque - католич. Церковью и умеренными протестантами - англиканами и лютеранами, т. е. подавляющим большинством христиан. Древнейшее название Н.-К. С. в.- «вера 150 отцов» (по числу отцов Вселенского II Собора).

Текст Символа: «Веруем во единого Бога Отца, Вседержителя, Творца неба и земли и всего видимого и невидимого. И во единого Господа Иисуса Христа, Сына Божия, единородного, от Отца рожденного прежде всех веков, Света от Света, Бога истинного от Бога истинного, рожденного, несотворенного, Отцу единосущного, чрез Которого все произошло. Ради нас человеков и ради нашего спасения сошедшего с небес и воплотившегося от Духа Святого и Марии Девы и вочеловечившегося. И распятого за нас при Понтии Пилате, и страдавшего, и погребенного. И воскресшего в третий день, по Писаниям. И восшедшего на небеса, и сидящего одесную Отца. И вновь грядущего со славою судить живых и мертвых, Царствию Которого не будет конца. И в Духа Святого, Господа животворящего, от Отца исходящего, вместе с Отцом и Сыном покланяемого и славимого, проглаголавшего чрез пророков. Во единую, святую, соборную и апостольскую Церковь. Исповедую единое крещение во оставление грехов. Чаю воскресения мертвых. И жизни будущего века. Аминь» (ACO II. Vol. 1(2). P. 276).

В основу Н.-К. С. в. был положен Никейский Символ веры - Символ Вселенского I Собора, к-рый впосл. перестал употребляться, хотя еще Вселенский III Собор знает только его и не упоминает о Символе 381 г. (ACO. T. 1. Vol. 1(2). P. 12-13; ДВС. Т. 1. С. 222). Мысль о необходимости восполнить Никейский Символ высказывалась отцами-каппадокийцами (см. Каппадокийская школа). Свт. Василий Великий, неоднократно заявлявший о достаточности Никейского Символа (Basil. Magn. Ep. 114, 125, 140), в конце жизни высказался за включение в Символ «славословия» Св. Духу (Idem. Ep. 258. 2). Один из главных участников II Вселенского Собора, свт. Григорий Богослов, свидетельствовал о том, что отцы Собора были верны Никейскому Символу, но «детализировали недостаточно сказанное» в нем о Св. Духе (Greg. Nazianz. Ep. 102 // PG. 37. Col. 193). Эти два святых отца в основном и подготовили в десятилетие, предшествовавшее II Вселенскому Собору, прибавления к Никейскому Символу. Свт. Василий обосновывал «споклоняемость» Св. Духа Отцу и Сыну и Его «господственность» (Basil. Magn. De Spirit. Sanct. 9-24). Свт. Григорий называл Св. Духа Господом (Greg. Nazianz. Or. 41. 11). Обращает на себя внимание близость к Н.-К. С. в. символа Иерусалимской Церкви, как его реконструируют по тексту огласительных бесед свт. Кирилла Иерусалимского (ок. 350; Сyr. Hieros. Catech. V (append.) // PG. 33. Col. 533). Напротив, почти тождественный Н.-К. С. в. символ, приведенный свт. Епифанием Кипрским в «Анкорате» (374; Epiph. Ancor. 118), не является основой Н.-К. С. в., как часто утверждалось (Quasten. 1987. P. 544): те элементы текста, которые совпадают в Символах 381 и 325 гг., отсутствуют в древнем эфиоп. переводе и, что еще важнее, в том пространном символе, к-рый здесь же предлагает сам свт. Епифаний (Epiph. Ancor. 119), и являются достаточно грубой позднейшей интерполяцией, заменившей в тексте свт. Епифания Никейский Символ на Н.-К. С. в. (Спасский. 1914. С. 594-596). В Символе 381 г. отражены и интенсивные тринитарные споры 341-360 гг., когда многочисленные Соборы пытались заменить Никейский Символ новыми символами, к-рые, будучи в той или иной мере арианскими, часто включали вполне правосл. выражения. При переработке Символа в 381 г. использовались и частные изложения Символа 325 г., сделанные в предшествующие десятилетия православными,- не с целью заменить Никейский, но для того чтобы дать ответ на возникавшие новые вопросы. Символ 325 г., представлявший собой μάθημα, вероучительный текст, состоявший из положительных утверждений и анафематизмов, перерабатывался в крещальный символ, в к-ром не должно быть места анафематизмам. Необходимо было добавить традиционно присутствовавшие в крещальных символах местных церквей положения о Церкви, крещении, всеобщем воскресении и жизни вечной. Не думая заменить Символ 325 г., отцы II Вселенского Собора хотели поставить рядом с ним Символ, имеющий др. назначение. Однако новый Символ оказался значительно лучше старого. Устранив слова Никейского Символа «и во единого Господа Иисуса Христа... чрез Которого все произошло как на небе, так и на земле», отцы исключили возможность понимания слов «как на небе, так и на земле» в значении указания на Логос как на Демиурга, Творца, восполняющего дело Отца, Который создал лишь основные элементы мира - видимое и невидимое. В новом Символе Отец - Творец в полном смысле («неба и земли, всего видимого и невидимого»), Сын же соучаствует во всем деле творения («чрез Которого все произошло»). Выражение прежнего Символа «из сущности Отца» было удалено, т. к. оно могло пониматься неправильно - или в субординационистско-эманационном смысле (см. Субординационизм), когда Отец оказывался выше других Божественных Лиц, или в духе савеллианства (см. в ст. Савеллий), в к-ром вообще отсутствовали Лица, реально отличные от Отца. Каппадокийцы, исходя из того, что божественной сущностью равно обладают все три Лица, не употребляли это выражение. Нек-рые слова имеют полемическую направленность. Один из защитников Никейского Собора, Маркелл Анкирский, понимал «единосущие» в савеллианском, монархианско-динамистском смысле (см. Монархианство): Бог - Монада, Слово не рождается и не есть Лицо, но всегда присуще Отцу, и лишь Богочеловек Христос становится Лицом. Никейские отцы не включили в Символ слова «прежде всех веков», боясь навести на мысль о том, что бытие Сына имеет начало во времени, дистанцируется от бытия Отца. Появление лжеучения Маркелла привело к необходимости включить в Символ указанные слова, встречавшиеся уже в неск. антиникейских символах предшествующих десятилетий, где эти слова также направлены против Маркелла. Антимаркеллианское значение имеют и слова Символа «Царствию Которого не будет конца» (согласно Маркеллу, Сын, все приведя к Отцу, вновь неразличимо сольется с Ним); подобные выражения также встречаются в неск. антиникейских символах (Спасский. 1914. С. 611-612). Особой заботой для отцов Собора было опровержение Аполлинария (младшего), еп. Лаодикийского, который учил о неполноте человечества во Христе: Сын Божий воспринял человеческие тело и «душу неразумную», а высшее духовное начало человека, дух (ум, «душа разумная»), в Нем отсутствовало, будучи заменено Богом Словом. Опровергая Аполлинария, Церковь приступила к детальной разработке христологического догмата. Ответ на аполлинарианство был дан еще в Никейском Символе, где говорится не только о «воплощении», но и о «вочеловечении» Сына Божия, что указывает на совершенство, полноту человечества в Нем. Полнота вочеловечения акцентируется мн. добавлениями в Н.-К. С. в.: «...от Духа Святого и от Марии Девы... и распятого за нас... и погребенного». Христос - Бог и Человек, небесный и земной: «...с небес... на небеса...». Войдя в человеческую историю, Христос становится ее Центром, и происходящее в короткий исторический момент, «при Понтии Пилате», совершается «по Писаниям», во исполнение Божиих обетований роду человеческому. Сын Божий вочеловечившийся «сидит одесную Отца» и должен прийти «вновь, со славою», чтобы судить живых и мертвых.

Новая часть Символа начинается после слов «и в Духа Святого». Одна из главных целей Собора - утверждение веры в Св. Духа, равночестного по божеству Отцу и Сыну. Свящ. Писание именует Духа животворящим (Ин 6. 63), но то же говорится об Отце и Сыне (Ин 5. 21). Т. о. этим словом показывается равное божество трех Лиц. При этом Символ был произведением своего времени. Тринитарные споры еще не утихли, и задачей Церкви было объединить всех в едином исповедании. II Вселенский Собор продолжал ту линию, которую проводил свт. Василий Великий при одобрении свт. Афанасия I Великого. Но не все оказались сторонниками этого направления. Среди несогласных был ближайший друг свт. Василия, свт. Григорий Богослов, один из главных участников Собора 381 г. Собор ориентировался на формулировку свт. Василия, в то время как свт. Григорий хотел, чтобы отцы Собора прямо исповедали божество Св. Духа и Его единосущие Отцу и Сыну (Greg. Nazianz. Carm. de se ipso // PG. 37. Col. 1245-1250). Однако, не назвав прямо Св. Духа Богом и единосущным Отцу и Сыну, Собор недвусмысленно выразил это исповедание др. средствами, утверждая симметричное рождению Сына от Отца исхождение от Отца Св. Духа, настаивая на том, что Св. Дух поклоняем и прославляем наряду с Отцом и Сыном, а на богословском языке эпохи это вполне определенно означало равенство трех Божественных Лиц. Исхождение Духа Святого от Отца несовместимо с восходящим к блж. Августину зап. учением об исхождении Духа Святого от Отца и Сына. И само это субординационистское учение, и в особенности сделанная на его основании вставка Filioque в Н.-К. С. в. стали важнейшими догматическими причинами разделения католич. и правосл. Церквей. Далее следует перечисление 4 свойств Церкви: единая (единственная), святая, соборная и апостольская. Исповедание единого крещения отражает давние споры о крещении за каноническими границами Церкви. Н.-К. С. в. определяет не только христ. веру, но и надежду («чаю»). В древних символах нередко говорилось о «воскресении плоти» (ср. символ свт. Кирилла Иерусалимского). То, что в Н.-К. С. в. не сказано о воскресении телесном, вовсе не означает, что отцы Собора понимают воскресение как-то по-другому: древнехристианское понятие воскресения было достаточно однозначно и расходилось с платоническим спиритуализмом. См. также в статьях Вселенский II Собор, Символ веры.

Лит.: Спасский А. А. История догматических движений в эпоху Вселенских Соборов. Серг. П., 19142; Badcock F. J. The History of the Creeds. N. Y., 19382; Ortiz de Urbina I. Nicée et Constantinople. P., 1963; Dossetti G. L. Il simbolo di Nicea e di Costantinopoli: Edizione critica. R.; Freiburg, 1967; Kelly J. N. D. Early Christian Creeds. L.; N. Y., 19723; Quasten J. Initiation aux Pères de l'Église. P., 1987. Vol. 3; Staats R. Die römische Tradition im Symbol von 381 (NC) und seine Entstehung auf der Synode von Antiochien 379 // VChr. 1990. Vol. 44. N 3. P. 209-221; idem. Das Glaubensbekenntnis von Nizaa-Konstantinopel: Hist. und theol. Grundlagen. Darmstadt, 19992; Hauschild W.-D. Nicäno-Konstantinopolitanisches Glaubensbekenntnis // TRE. 1994. Bd. 24. S. 444-456.
Ключевые слова:
Богословие догматическое Никео-Константинопольский Символ Веры, вероопределение II Вселенского Собора в К-поле (381)
См.также:
АВТОРИТЕТ в вопросах веры, добровольное и безусловное принятие документа или текста по вопросам веры, а также суждения и образа жизни лица, основанное на признании его нравственных достоинств, духовного опыта, святости
АД преисподняя
АКРИВИЯ способ решения вопросов с позиции строгой определенности, не терпящей отступления от основных начал христианского учения
АНГЕЛ "вестник", название сотворенных Богом личных духовных существ