Добро пожаловать в один из самых полных сводов знаний по Православию и истории религии
Энциклопедия издается по благословению Патриарха Московского и всея Руси Алексия II
и по благословению Патриарха Московского и всея Руси Кирилла

Как приобрести тома "Православной энциклопедии"

МИХАИЛ ПСЕЛЛ
Т. 46, С. 8-16 опубликовано: 4 октября 2021г.


МИХАИЛ ПСЕЛЛ

[Греч. Μιχαὴλ Ψελλός] (1018, К-поль - ок. 1078 или 90-е гг. XI в.), мон., визант. политик, в сер. 40-х - сер. 70-х гг. XI в. был одним из наиболее влиятельных придворных советников; ученый-энциклопедист, историк, литератор, философ, богослов, выдающийся деятель визант. культуры. Основные сведения о жизни М. П. содержатся в его «Хронографии» и др. сочинениях. Тем не менее замечания М. П. о себе кратки и не позволяют интерпретировать их уверенно. Т. о., реконструкция ряда эпизодов жизни и политической деятельности М. П. остается спорной.

Мирское имя М. П.- Константин или Констант. Он род. в К-поле в квартале близ Нарсийского мон-ря, в семье столичных чиновников. Среди предков М. П. известны люди, занимавшие должность ипата и носившие титулы патрикиев. Однако к XI в. род Пселлов пришел в упадок. Его дед и бабка дожили до 40-х гг. XI в.; имя отца неизвестно, он умер ок. 1038 г. Мать М. П. Феодота, из столичной семьи невысокого происхождения, после смерти мужа приняла монашество, умерла в 1054 г. У М. П. были 2 старшие сестры, их имена также неизвестны; старшая сестра умерла юной в 1032 г.

М. П. получал образование, состоявшее из 3 ступеней. С 5 до 8 лет он обучался в начальной школе грамматики. После этого родственники М. П. решили, что на этом его обучение можно закончить. Однако по настоянию матери он продолжил заниматься, изучать древнегреч. язык и классических авторов и вскоре обнаружил блестящие способности. С 16 лет М. П. начал заниматься риторикой, вероятно у знаменитого педагога Иоанна Мавропода, позднее ставшего митрополитом Евхаиты. Учеба М. П. завершилась ок. 1037-1038 гг. Он называл Мавропода своим единственным учителем, вероятно, тем самым особо выделяя его вклад в свое образование.

Михаил Пселл и его ученик имп. Михаил VII Дука. Миниатюра из Четвероевангелия Иоанна Каливита. XI в. (Ath. Pantokr. 234. Fol. 245a)
Михаил Пселл и его ученик имп. Михаил VII Дука. Миниатюра из Четвероевангелия Иоанна Каливита. XI в. (Ath. Pantokr. 234. Fol. 245a)

Михаил Пселл и его ученик имп. Михаил VII Дука. Миниатюра из Четвероевангелия Иоанна Каливита. XI в. (Ath. Pantokr. 234. Fol. 245a)
О первых годах самостоятельной карьеры М. П. сведения противоречивы. Уже в юном возрасте он оказался в числе визант. придворных. В конце правления имп. Михаила IV Пафлагона (1034-1041) он находился на гос. службе в столице, был знаком с Иоанном Орфанотрофом и был его «сотрапезником» (Mich. Psell. Chron. P. 57). В правление имп. Михаила V Калафата (1041-1042) он занимал пост имп. секретаря и участвовал в церемониальных выходах императора (Mich. Psell. Chron. P. 94-95). В это время было написано наиболее раннее из известных сочинений М. П.- стихотворное послание к императору с просьбой назначить его на пост нотария (Psell. Scripta minora. P. 49). М. П. упоминал также, что совершил поездку в Месопотамию, скорее всего по делам службы, а также некоторое время исполнял должность фемного судьи в Филадельфии (Фракисий или Фригия?) и в феме Вукеллариев.

В нач. 40-х гг. XI в. М. П. женился на представительнице очень знатного рода, возможно Аргиров. Дочь от этого брака умерла в 9 лет в нач. 50-х гг. После ее смерти М. П. удочерил некую девочку, к-рую в 1053 г. выдал замуж за Елпидия Кенхри (Любарский. 2001. С. 222). Однако их брак оказался неудачным, и в авг. 1056 г. М. П. принял участие в судебной тяжбе против своего зятя, который по неизвестным причинам впал в немилость М. П. и должен был развестись с его приемной дочерью.

Вскоре после начала правления имп. Константина IX Мономаха (1042-1055) М. П. был введен в состав синклита, получил должность протасикрита и вошел в состав правительства, будучи посвящен во все гос. тайны (Mich. Psell. Chron. P. 113). Константин Мономах благоволил к ритору и часто советовался с ним по различным вопросам; М. П. сопровождал его даже в военных кампаниях. В этот период М. П. весьма влиятельный вельможа, получивший звание ипертима, а также вестарха (суть его обязанностей не вполне ясна). В сер. 40-х гг. XI в. была проведена реформа высшей к-польской школы (иногда называется ун-том), были образованы 2 отд-ния - юридическое и философское. Ок. 1045 г. М. П. был назначен ипатом философов, главой философского отд-ния, главой юридического отд-ния стал Иоанн Ксифилин (К-польский патриарх Иоанн VIII Ксифилин с янв. 1064 по 1075) (Mich. Psell. Encomium ad Ioanni Xiphilini // Bibliotheca graeca medii aevi / Ed. C. Sathas. Athenai; P., 1874-1876. T. 4. P. 433; Novella constitutio saec. XI medii / Ed. R. Salac. Pragae, 1954. N 6; Mich. Attal. Hist. 1853. P. 27). Это назначение поставило М. П. в ранг главного ученого и ритора империи, что явилось признанием его научных и лит. заслуг и его успешной придворной деятельности. В то же время благодаря дружбе с имп. Константином IX М. П. превратился в крупного землевладельца. Специальными хрисовулами император подарил ему дом в К-поле, пожаловал во владение василикат Мадит (близ Авидоса), даровал права харистикария мон-рей на Олимпе Вифинском (Келлийского, Кафарского и Мидикийского). В последующие десятилетия состояние М. П. лишь увеличивалось. Он был харистикарием мон-рей в обл. Волерон на Балканах, имел право сбора податей с Трапезийского мон-ря в феме Опсикий (Вифиния), владел рядом др. земельных участков и пользовался финансовыми привилегиями. Т. о., успешная придворная карьера М. П. обеспечила ему и высокое положение в научных кругах, и богатство.

40-е годы XI в. стали временем расцвета деятельности кружка придворных интеллектуалов, в к-рый помимо М. П. входили Иоанн Мавропод, Иоанн Ксифилин, а также Константин Лихуд, занимавший пост логофета дрома (1-го министра; в 1059-1063 К-польский патриарх Константин III Лихуд). Своим друзьям М. П. посвятил большое число посланий, похвальных слов, научных и философских сочинений. Опасаясь за свое будущее, друзья поклялись в случае опалы или угрозы преследования со стороны властей вместе принять монашеский постриг. Ок. 1050 г. положение Лихуда в правительстве пошатнулось, и он ушел в отставку. Над его друзьями нависла угроза репрессий; все они боялись гнева императора, хотя суть обвинений, которые им могли быть предъявлены, неясна. Друзья М. П. один за другим удалились из столицы и приняли монашество в соответствии с прежним договором. Однако М. П. остался при дворе, сохранив доверие имп. Константина IX, выступал в защиту Иоанна Мавропода. В июле 1054 г., когда произошло разделение Церквей и в К-поль прибыло посольство от папы Римского, М. П. принял участие в переговорах между императором и патриархом Михаилом I Кируларием. Он был в числе депутатов, вручавших имп. послание патриарху; Константин IX безуспешно надеялся добиться от Кирулария толерантной позиции по отношению к латинянам.

М. П. принял монашество в конце лета или осенью 1054 г., после перенесенной им тяжелой болезни, а после смерти имп. Константина IX в нач. 1055 г. отправился в мон-рь на Олимпе Вифинском. Однако, пробыв в мон-ре несколько месяцев и не найдя в себе сил для аскетического подвига, М. П. воспользовался настойчивыми приглашениями имп. Феодоры, чтобы вернуться в столицу. К 1056 г., уже будучи монахом, он вновь занял видное положение при дворе, несмотря на то что нек-рые жители К-поля и придворные осуждали его за столь противоречивший его сану образ жизни (Mich. Psell. Chron. P. 212-213). При имп. Михаиле VI Стратиотике (1056-1057) М. П. оказался в центре политических событий. Летом 1057 г. теряющий поддержку константинопольцев и военного сословия император поручил М. П., Константину Лихуду и Феодору Алопу отправиться на переговоры с полководцем Исааком I Комнином (император в 1057-1059), поднявшим мятеж в М. Азии. Миссия не увенчалась успехом, т. к., с одной стороны, Исаак не пошел на к.-л. значимые уступки, а с другой - вернувшись в К-поль, сановники обнаружили, что в городе уже началось восстание против Михаила VI. Спустя неск. дней Исаак вошел в К-поль и был провозглашен новым императором. Тем не менее М. П. вновь сумел сохранить свое положение при дворе, стал одним из важнейших советников Исаака, и тот возвел его в сан проэдра синклита - высший гражданский чин в империи. В 1059 г. М. П. сыграл одну из ведущих ролей в передаче власти от смертельно больного Исаака Комнина к представителю рода Дук. Новый имп. Константин X Дука (1059-1067) оказался многим обязан М. П. В период его правления М. П.- наиболее влиятельный сановник, с которым император советуется по множеству вопросов, доверяет ему воспитание своих сыновей (старший из них, Михаил VII, визант. император в 1071-1078). В 1064 г., после смерти патриарха Константина Лихуда, по совету М. П. Константин X возводит на Патриарший престол Иоанна VIII Ксифилина. Правлению Константина X посвящены наиболее восторженные главы «Хронографии» М. П.

После смерти Константина X в 1067 г. М. П. остался советником вдовствующей имп. Евдокии, к-рая возглавила регентский совет при сыновьях Михаиле и Константине, воспитанниках М. П. В дек. 1067 г. по желанию Евдокии власть была передана имп. Роману IV Диогену (1068-1071), за к-рого императрица вышла замуж. М. П., по его уверению, выступал против этого решения, указывая на ненадежность нового брачного союза, а также, вероятно, рассчитывая на буд. перспективу укрепления самостоятельного правления рода Дук. По утверждению М. П., его отношения с Романом Диогеном не сложились: император относился к нему подозрительно и брал с собой в военные походы, чтобы держать его под присмотром вдали от столицы. Однако возможно, что указания М. П. в «Хронографии» на вражду с Диогеном были предназначены для того, чтобы отмежеваться от императора, потерпевшего поражение в 1071 г. и лишенного власти и жизни Дуками. Так или иначе, но при Романе Диогене М. П. по-прежнему играл видную роль в политической жизни К-поля, формально сохраняя свое положение в числе регентов юных Михаила и Константина Дук.

Осенью 1071 г., после разгрома и пленения Романа Диогена тюрками-сельджуками, М. П. становится одним из главных сторонников восстановления самостоятельного правления Дук. Он участвует в перевороте в К-поле, в ходе к-рого на престол был возведен имп. Михаил VII Дука. Летом 1072 г. Роман Диоген оказался в руках Дук и, вероятно не без совета М. П., был ослеплен, когда под конвоем направлялся из Киликии в К-поль; спустя месяц он умер. Во время этих событий М. П. написал Роману Диогену утешительное послание. Это сочинение исследователи признали образцом беспринципности и изворотливости М. П. как политика (Безобразов. 2001. С. 123-125; Любарский. 2001. С. 225). До сер. 70-х гг. XI в. он оставался при дворе советником имп. Михаила VII, продолжал ученые занятия и организовывал диспуты с представителями правящей семьи.

Дальнейшая судьба М. П. остается во многом неизвестной. Последние события, упомянутые им в «Хронографии», относятся к 1074-1075 гг. К этим же годам относятся последние точно датируемые сочинения М. П.: гомилия «О чуде во Влахернах» и «Монодия на смерть патриарха Иоанна Ксифилина». После сер. 70-х гг. XI в. о жизни и работах М. П. достоверных сведений почти не сохранилось. Визант. писательница Анна Комнина (сер. XII в.) упоминает, что в конце жизни М. П. покинул К-поль. Письма М. П. братьям Константину и Никифору Кирулариям были написаны за пределами столицы. В то же время, по мнению Я. Н. Любарского, такие поздние сочинения М. П., как энкомии Константину Лихуду и Иоанну Мавроподу, были написаны в К-поле после 1075 г., а монодия митр. Никифору Эфесскому - не ранее 1078 г.

Дата смерти М. П. остается предметом напряженных споров среди исследователей. Среди них есть сторонники ранних датировок - между 1076 и 1078 гг., и авторы, указывающие на 90-е гг. XI в. В «Истории» Михаила Атталиата (кон. XI в.) дважды упоминается некий Михаил из Никомидии, к-рый занимал пост ипертима и к-рый умер ок. 1078 г. Ранее нек-рые исследователи были склонны отождествлять его с М. П. Однако в наст. время большинством ученых эта гипотеза отвергнута, но среди зап. специалистов мнение о ранней датировке смерти М. П. преобладает (Kaldellis. 2011; Jeffreys. 2014; Chronographia. 2014. S. XV-XVI). В российской науке более предпочтительным считается мнение Любарского о смерти М. П. в кон. 90-х гг. XI в. (Sonny. 1894; Любарский. 2001. С. 214, 227-231; Каждан, Schminck. 2001).

Сочинения

М. П. писал практически во всех жанрах визант. словесности. Первая попытка научной систематизации его наследия принадлежит греч. эрудиту XVII в. Льву Алляцию (De Psellis et eorum scriptis diatriba. R., 1634). Исчерпывающий обзор сочинений (ок. 1200 позиций) и рукописей, в к-рых они полностью или частично сохранились, представлен в репертории П. Мура (Moore. 2005). Со времени его публикации были обнаружены новые находки и уточнены датировки некоторых рукописей (Crostini. 2014). Так, бумажный кодекс Laur. Plut. 57.40, содержащий собрание сочинений М. П., ранее датировавшийся XV в., в 2010 г. был передатирован кон. XI - нач. XII в. (Bianconi. 2010). Абсолютное большинство сочинений (ок. 1 тыс.) надежно атрибутированы М. П., относительно авторства других идут споры. Авторство ряда сочинений, прежде считавшихся принадлежащими М. П., было пересмотрено. Так, было установлено, что «Речь на обрушение храма св. Софии в 989 г.» (Oratoria minora. 1985. P. 131-134) была написана непосредственно после события (Mango. 1988). По подсчетам С. Папаиоанну, из 1790 рукописей, учтенных Муром, только 267 датируются XI-XIV вв. и содержат сочинения, авторство которых несомненно принадлежит М. П. (Papaioannou. 2006. S. 341). Нек-рые произведения, в рукописной традиции приписанные М. П., сохранились во фрагментах в составе философских и естественнонаучных антологий (напр., собрание Bodl. Barocc. 131, составленное в 1250-1270). Рукописи, созданные по заказу М. П. или принадлежавшие ему, неизвестны. Единственная рукопись, восходящая ко времени жизни М. П. (Bodl. Clark. 15), содержит неск. строк из одной его дидактической поэмы без указания авторства (Papaioannou. 2012. P. 305). Проект научного издания наследия М. П. был инициирован в 1972 г. Л. Г. Вестеринком, в 1985-2014 гг. в нем. серии Bibliotheca Teubneriana вышло 10 томов.

Условно в лит. наследии М. П. можно выделить: исторические сочинения; богословские труды; философские сочинения; речи на различные темы; агиографию; поэзию; переписку; работы по теории красноречия. Также М. П. писал естественнонаучные труды (граница между ними и философскими сочинениями не всегда отчетлива) и создал множество малых риторических и учебных зарисовок (порицания нерадивых учеников, игровые похвалы клопу, блохе, вши - Oratoria minora. 1985. P. 69-110). Однозначное отнесение некоторых произведений к тому или иному жанру не всегда возможно. Так, издатель «Хронографии» Д. Р. Райнш относит речь М. П., обращенную к имп. Константину IX Мономаху в апр.-мае 1043 г. (Orationes panegyricae. 1994. P. 18-50), к жанру историографической прозы (Chronographia. 2014. S. XVI), Любарский считает риторическим произведением не только эту речь, но и тексты, носящие отчетливо агиографический характер, напр. Энкомий прп. Симеону Метафрасту (Любарский. 2001. С. 497-498, 507).

Исторические произведения

«Хронография» - признанный шедевр визант. исторической прозы и основной источник сведений по политической истории сер. XI в. При этом М. П. относился к своим историческим занятиям как к второстепенной деятельности, в Византии в последующие века «Хронография» была практически неизвестна. Она имела небольшое влияние на историографическую традицию (хотя так или иначе ее использовали Михаил Атталиат, Продолжатель Скилицы, Никифор Вриенний, Анна Комнина и Михаил Хониат - Reinsch. Wer waren. 2013), в полном виде она сохранилась в единственном списке - кодексе P (Paris. gr. 1712). Он был создан в кон. XII в., в этом тексте «Хронография» (Fol. 322-420v) следует за «Хроникой» Псевдо-Симеона и «Историей» Льва Диакона, образуя единое историческое повествование, начинающееся с Сотворения мира (Snipes. 1991). Предположительно рукопись была создана в к-польском мон-ре св. Иоанна Предтечи в Петре и оставалась там по меньшей мере до 1-й четв. XV в. (Chronographia. 2014. P. XXI). Писцом XII в. написана часть «Хронографии» до 178-й гл. VII кн. Завершающие главы дописаны на дополнительных листах в сер. XV в. на о-ве Крит. Кодекс S (Sinait. gr. 1117. Fol. 277v - 279v), созданный в сер. XIV в. в Мистре, содержит только последний разд. «Хронографии» (VII 154-181) и отражает независимую от кодекса P линию развития текста. Кодекс P содержит ряд сложных мест, интерпретация которых потребовала неоднократного переиздания «Хронографии» (с 1874 по 2014 вышло 5 изданий) и внесения многочисленных эмендаций (перечень работ, посвященных критике текста, см. в: Chronographia. 2014. P. XVIII-XXXI). В основу издания Райнша 2014 г. положены новые эдиционные принципы, учитывающие византийскую пунктуацию, отражающую ритмическую организацию текста, рассчитанного не только на чтение, но и на восприятие на слух.

«Хронография» создавалась на протяжении многих лет. Работа над текстом началась не позже 1057 г. (Любарский. 2001. С. 410-411). Первоначально она задумывалась как рассказ о событиях, происшедших между янв. 976 г., когда началось самостоятельное правление Василия II Болгаробойцы, и кон. 1059 г., когда Византийский престол занял имп. Константин X Дука. Т. о., первоначальная редакция, созданная ок. 1060 г. (после отречения, но до кончины имп. Исаака I Комнина), заканчивалась на 91-й гл. VII кн. Именно к ней относится лемма в кодексе P («...вплоть до провозглашения императором Константина Дуки»). Возможно, текст «Хронографии» сохранился не полностью: изложение событий начинается без к.-л. предисловия со слов: «Вот так расстался с жизнью император Иоанн Цимисхий...» Вероятно, составитель кодекса P посчитал нужным пропустить начало сочинения, поскольку оно содержательно пересекалось с завершающими разделами «Истории» Льва Диакона, помещенными в рукописи перед «Хронографией». Раздел, охватывающий правление имп. Константина X (VII 92-121), был создан в правление Михаила VII Дуки, т. е. не ранее нач. 1071 г., раздел, повествующий о Евдокии Макремволитиссе и Романе IV Диогене (VII 122-164),- ок. 1074 г. Завершающая часть «Хронографии» (VII 165-181), посвященная Михаилу VII и другим представителям рода Дук, была написана, по одним данным, в 1074 г. (Reinsch. Wie und wann. 2013), по другим - после 1075 г. (Любарский. 2001. С. 410-411). В кодексе P после «Хронографии» помещено «Письмо императора к Фоке», которое, как доказал Любарский, является обращением Василия II к мятежнику Варде Фоке в 987 г. (Ljubarskij. 1977). Письмо представляет собой часть архива М. П., к-рый тот использовал при работе над своим историческим сочинением. Подзаголовки разделов в кодексе P принадлежат не М. П., а редактору.

Несмотря на заглавие, «Хронография» представляет собой не хронику, а историю. М. П. подчеркивает, что осознанно отказывается от анналистического принципа изложения материала, и настаивает на мемуарном характере сочинения (Любарский. 2001. С. 415-417). Повествование М. П., охватывающее ок. 100 лет визант. истории, практически полностью лишено хронологических указаний и датировок. М. П. не уделяет внимания военным кампаниям императоров, сосредоточивая внимание на придворных интригах. Михаил Атталиат и Иоанн Скилица, описывавшие те же события, что и М. П., но не являвшиеся их непосредственными участниками, иногда приводят более точные данные и подробности, отсутствующие у М. П. Автобиографичность сочинения М. П. делает его ценнейшим историческим источником, вместе с тем попытки прочитать его буквально, не учитывая сложную риторическую и жанровую игру, создают искаженную картину (Jeffreys. 2010). С т. зр. структуры сочинение М. П.- это отдельные биографии императоров, в каждой условно можно выделить 4 части: восшествие на престол, характеристика, деяния, смерть (или постриг). Хронология событий нередко нарушается, поскольку главной целью М. П. оказывается не последовательное изложение событий, а отражение эволюции характеров. Художественный метод М. П. отличают психологизм и внимание к портретам героев (Любарский. 2001. С. 438-486; Lauritzen. 2013), включение в повествование законченных сцен, близких по композиции и драматизму к эпизодам античного романа (Polemis. 2015). «Хронография» - пример изысканной риторической прозы, в к-рой авторский замысел раскрывают малейшие грамматические нюансы (напр., использование двойственного числа - Reinsch. Der Dual. 2013).

В рукописи Sinait. gr. 1117. Fol. 265-276v помимо заключительных глав «Хронографии» содержится еще одно историческое сочинение, приписанное М. П.,- «Краткая история» (Historia syntomos. 1990). В лемме указано, что автором сочинения является «ипертим Пселл». «Краткая история» состоит из небольших заметок о царствовании рим. правителей и царей начиная с Ромула и заканчивая Василием II, при этом рассказы о правлении некоторых императоров сознательно опущены, т. к. эти правители не совершили «ничего примечательного». Рассказ о Василии II прерывается на середине фразы. По мнению издателя В. Й. Артса, «Краткая история» не принадлежит М. П., а создана с опорой на «Хронографию» др. автором. Это предположение поддержали Райнш и А. Карпозилос (Καρπόζηλος. 2009. Σ. 155-168). Гипотезу об авторстве М. П. защищали К. Снайпс, Дж. М. Даффи и Папаиоанну (Duffy, Papaioannou. 2003) и Любарский. Последний полагал, что она могла быть написана для Михаила VII Дуки в период его ученичества у М. П. Именно к этому сочинению, а не к «Хронографии», по мнению Любарского (Любарский. 2001. С. 406), должна быть отнесена критическая ремарка о заслугах М. П. как историка во вступлении к сочинению Иоанна Скилицы (Пселл и др. предшественники Скилицы «...нанесли своим читателям скорее вред, нежели пользу» - Scyl. Hist. 3. 18-26). Оценку «Краткой истории» как лишенного оригинальности компилятивного сочинения подвергли сомнению вслед за Любарским Д. А. Черноглазов и Р. Точчи, отметив фрагменты, в которых М. П. творчески переработал и актуализировал материал своих источников (Хронография. Краткая история. 2003. С. 369-375; Tocci. 2014).

Богословско-философские труды

Среди разнородных работ М. П. для него самого богословие и философия имели первостепенное значение (Beck. Kirche und theol. Literatur. Bd. 2. S. 538). М. П. прежде всего считал себя философом. При этом в его наследии христ. богословие и философия, в основном связанная с изучением трудов античных авторов, тесно переплетены и рассматриваются, как правило, совместно, в одних и тех же сочинениях, но богословие и философия у М. П. не составляли неразрывного единства. Продумывая композицию своих сочинений, М. П. стремился демонстрировать обе сферы знания слитыми воедино, перемешивал идеи античных философов и отцов Церкви. Однако различные противоречия между ними М. П. отчетливо осознавал и не скрывал их перед учениками, так что в течение жизни он неоднократно подвергался обвинениям в излишних симпатиях к языческой мысли и от этих обвинений должен был оправдываться (Garzya. 1966/1967). Амбиции самого М. П. простирались столь далеко, что он называл себя восстановителем платонизма, который начал изучение древней мысли едва ли не с нуля, в то время когда в Византии это знание было уже почти потеряно (Mich. Psell. Chron. P. 80-81). Многочисленные попытки исследователей охарактеризовать собственный оригинальный вклад М. П. в богословскую и философскую мысль до наст. времени не принесли убедительных результатов (Hunger. Literatur. Bd. 1. S. 21; Аверинцев С. С. Философия // Культура Византии. Т. 2. С. 50-51). Абсолютное большинство его трудов в этой сфере носят учебный характер. В соответствии со статусом М. П. они предназначались для работы с учениками, будь то царственные юноши из фамилии Дук или ученики К-польской высшей школы. Этими же дидактическими соображениями было продиктовано и использование М. П. как прозаических, так и стихотворных жанров. Очевидно, предполагая, что важные для обучения богословию и др. наукам сведения могут лучше запоминаться именно в стихах, М. П. охотно брался за создание подобных сочинений. В связи с этим прижизненная и посмертная слава М. П. в Византии в основном связана с тем, что он действительно был выдающимся преподавателем, внес большой вклад в развитие византийской школьной культуры и был способен к созданию большой научно-теоретической школы.

В ряде сочинений М. П. появляется мысль о том, что путь к познанию христ. истины, хотя она и выше разума, идет через упражнения разума в силлогизмах (Mich. Psell. Epist. 8, 31, 69, 77, 89, 109, 134-135). Подобные суждения создают резкий контраст между М. П. и западноевроп. схоластами его эпохи. Но известно и опирающееся на патристическую традицию утверждение М. П. о том, что подлинными философами являются не те, кто исследуют сущность вещей, но монахи, занимающиеся аскезой (Mich. Psell. Chron. P. 45). Взгляды М. П. носили эклектический характер и не выстраивались в к.-л. строгую систему иерархии. Вероятно, сам М. П. избегал преувеличивать значение систематического подхода к знанию; неизменно колеблясь во множестве вопросов и будучи готов принять то одно, то другое утверждение, он всегда имел в виду несколько различных возможностей для движения мысли.

Среди богословско-философских работ М. П. наиболее значителен трактат «Всестороннее учение» (Многоразличная наука), посвященный имп. Михаилу VII Дуке и предназначенный для обучения одновременно основам христ. вероучения и античной философии. Как и большинство др. подобных трудов М. П., трактат состоит из суммы конспектов из различных источников. Главы 1-20 являются суммой тезисов, отражающих основные принципы правосл. вероучения, взятых большей частью из трудов преподобных Максима Исповедника и Иоанна Дамаскина; главы 21-30 из «Основоположений богословия» Прокла, главы 31-36 из комментария Прокла к 1-му трактату 1-й «Эннеады» Плотина, главы 37-46 из комментария Симпликия к трактату Аристотеля «О душе», главы 51-54 из комментариев Прокла к «Тимею» Платона, главы 139-150 из комментария Олимпиодора к «Метеорологикам» Аристотеля.

Речи

Риторическое наследие М. П. включает энкомии, надгробные речи, инвективы, монодии, апологии, селентии, обвинительные речи, экфрасисы.

Яркими образцами эпидейктического красноречия М. П. являются энкомии, посвященные императорам, представителям имп. дома (имп. Евдокии после того, как она вышла замуж за Романа IV Диогена, нач. 1068 - Orationes panegyricae. 1994. P. 123-127), высшим чиновникам (протосинкеллу Льву Параспондилу в 1055-1057 - Ibid. P. 135-139) и собратьям-интеллектуалам (Иоанну Мавроподу, после 1075 - Ibid. P. 143-174). М. П. принадлежит не менее 7 обращений к имп. Константину IX Мономаху, самое раннее из которых относится к весне/лету 1043 г. (Ibid. P. 1-106). Высокая степень риторизации, неоднозначность надписаний в рукописях, практически полное отсутствие исторической конкретики не позволяют с точностью установить всех адресатов речей М. П. Относительно 2 энкомиев неясно, были они обращены к Исааку I Комнину или к Константину X Дуке (Ibid. P. 111-117). К более позднему периоду относятся речи на воцарение Романа IV Диогена и на заключение им брака с Евдокией в кон. 1067 г. (Ibid. P. 175-179), на начало похода против сельджуков (предлагаются датировки от нач. 1068 до весны 1071 - Ibid. P. 180-186). Сохраняя в общих чертах античную композиционную схему похвального слова, М. П. нарушает жанровые конвенции, завершая энкомии императорам просьбами о подачках, а похвалу Мавроподу - увещанием не уходить в мон-рь (Любарский. 2001. С. 383-387).

Другой вид торжественных речей М. П.- написанные от имени императоров селентии (Oratoria minora. 1985. P. 1-18) и хрисовулы (Orationes forenses. 1994. P. 155-160, 169-181). К судебному красноречию нужно отнести написанные по заказу Исаака I Комнина пространное обвинительное заключение против Михаила I Кирулария, которое не было произнесено из-за кончины патриарха (Ibid. P. 1-103), и 2 апологии: в защиту низложенного митр. Филиппополя Лазаря (Ibid. P. 104-124) и номофилака от Офриды (Ibid. P. 124-142).

Среди надгробных речей М. П. выделяются эпитафии 3 патриархам: Михаилу I Кируларию, Константину III Лихуду и Иоанну VIII Ксифилину (Orationes funebres. 2014. Р. 1-169). Речь в честь Кирулария, вероятно, была составлена для произнесения на ежегодном празднестве, установленном Константином X Дукой (1059-1067) в память о патриархе. Более точно датировать речь невозможно (Любарский. 2001. С. 502). Среди слушателей должны были быть племянники Кирулария Константин и Никифор, учившиеся у М. П. и сохранявшие с ним близкие отношения вплоть до 70-х гг. XI в. Тон речи разительно отличается от тона обвинительной речи 1058 г., в к-рой М. П. уличал Кирулария в попытке узурпации власти и изображал его подстрекателем к убийству, святотатцем, еретиком и покровителем развратников и гадателей. Образ патриарха, который рисует М. П. в надгробной речи, идеализирован, разногласия патриарха с М. П. сглажены. Речь в честь Лихуда создана не ранее осени 1075 г., после кончины Иоанна Ксифилина (Там же. С. 504-505). Эпитафия Ксифилину была произнесена либо сразу после его кончины в авг. 1075 г., либо в одну из ее годовщин (Там же. С. 505-506). Во 2-й части речи восхваления, типичные для энкомиастического жанра, сменяются порицаниями. М. П. осуждает Ксифилина за увлечение учением Аристотеля и «халдейскими» науками, при этом автор оговаривается, что мог бы критиковать его еще сильнее, если бы не законы жанра эпитафии (Orationes funebres. 2014. Р. 161).

По-другому написаны надгробные речи М. П., посвященные дочери Стилиане, скончавшейся в возрасте 9 лет, и матери (Σάθας. ΜΒ. Τ. 5. Σ. 3-87). В речи о дочери М. П. мастерски сочетает пронзительную личную интонацию сраженного горем отца с отступлениями морально-нравственного характера. Особенно сильное впечатление на читателя должен был произвести контраст между описанием телесной красоты Стилианы и изложением течения ее болезни с медицинской терминологией и физиологическими подробностями (Agapitos. 2008). Речь о матери была составлена, когда М. П. уже стал монахом, но еще не покинул К-поль, т. е. в кон. 1054 - нач. 1055 г. На это указывает отказ описывать телесную красоту матери, поскольку монах не должен рассуждать о таких материях. Некоторые пассажи речи сближают ее с произведениями агиографического жанра (Любарский. 2001. С. 389). В обеих речах М. П. подробно пересказывает сны (собственные, матери и дочери), этот прием позволяет ему более эмоционально передать скорбь отца и сына после утраты близких.

Написанное, по признанию М. П., «наподобие энкомия» обращение к внуку писателя («моему любезнейшему малышу») предназначалось для чтения. Внук, увидеть которого взрослым М. П. не надеялся, должен был прочитать послание, чтобы узнать, «каким был его дед в жизни» (Oratoria minora. 1985. P. 152-155). Особую группу речей составляют инвективы в адрес завистников и клеветников: в них М. П. защищался от обвинений в том, что уединенной жизни философа (а позже монаха) он предпочитает занятия политикой (Oratoria minora. 1985. P. 19-43). Лит. ориентиром для М. П. стало творчество свт. Григория Богослова - связь с его произведениями заметна в энкомии, посвященном Мавроподу, и в надгробных речах, обращенных к матери и Ксифилину (Любарский. 2001. С. 397-402).

Агиографические сочинения

Произведения М. П., прославляющие святых, повествующие о чудесах или приуроченные к христ. праздникам, как правило, сложно однозначно датировать и отнести к к.-л. жанру. Так, Житие прп. Авксентия Вифинского (BHG, N 203; Orationes hagiographicae. 1994. P. 1-95), представляющее собой переработку Жития, составленного прп. Симеоном Метафрастом, содержит множество автобиографических элементов (Kazhdan. 1983).

Произнесенное по просьбе имп. Михаила VII Дуки в июле 1075 г. Слово о чуде во Влахернах (BHG, N 1058m; Orationes hagiographicae. 1994. P. 199-229) совмещает элементы экфрасиса, повести о чуде, философского трактата и юридического акта. Формально этот текст стилизован под судебный документ (ипомниму) - пояснение к решению, вынесенному судьей. Ярко описав еженедельное чудесное вознесение богато разукрашенной завесы, прикрывающей образ Пресв. Богородицы во Влахернском храме, М. П. переходит к рассказу о том, как это чудо было использовано в разрешении тяжбы о принадлежности мельницы во Фракии между одним из к-польских мон-рей и военачальником Львом Мандалом (при этом М. П. выступает на стороне генерала). Этот рассказ служит М. П. предлогом для того, чтобы пуститься в рассуждения о знамениях и предсказаниях во времена не только античности, но и ВЗ, а затем развить неоплатоническую концепцию частичного присутствия Пресв. Богородицы на Ее образе (Ruggieri. 2009; Fisher. 2012).

М. П. высоко оценивал труды прп. Симеона Метафраста. Энкомий, посвященный ему (BHG, N 1675; Orationes hagiographicae. 1994. P. 267-288), содержит уникальные сведения об устройстве скриптория прп. Симеона и о методике его работы по унификации агиографической лит-ры. Внимание к лит. принципам, лежавшим в основе труда прп. Симеона, сближает энкомий с литературно-критическим эссе. Рассказывая о Житиях, составленных прп. Симеоном, М. П. формулирует и свои агиографические принципы, согласно к-рым составитель Житий должен стремиться к наиболее точному отображению исторической реальности, при этом надо писать как о положительных, так и об отрицательных героях, позволяя им говорить от 1-го лица. Необходимо стремиться к ясности языка, избегать сложных для понимания или двусмысленных выражений, перемежать повествовательные пассажи описаниями и рассуждениями (Fisher. 1993). Но составленная М. П. служба прп. Симеону (BHG, N 1675a; Poemata. 1992. P. 277-285) вводит читателя в заблуждение относительно времени жизни прп. Симеона, относя ее к нач. X в. Ошибка связана с тем, что М. П. принял автобиографические сведения Никиты Магистра, автора переработанного Симеоном Метафрастом Жития Феоктисты Лесбосской, за слова самого прп. Симеона.

Ямбический парафраз канона на Великий четверг прп. Космы Маюмского (Poemata. 1992. P. 286-294) представляет собой не столько риторическое упражнение, сколько самостоятельное богословское высказывание и своеобразную апологию Космы, к-рого М. П. защищает от обвинений в моноэнергизме и монофелитстве (Lauritzen. 2013/2014). В Речи на Распятие Иисуса Христа (BHG, N 447c; Orationes hagiographicae. 1994. P. 114-198) М. П. совмещает элементы экфрасиса и богословского трактата о сущности иконы (Fisher. 1994; Barber. 2007. P. 72-80). Среди других агиографических сочинений М. П.: Слово на Благовещение (BHG, N 1082m; Orationes hagiographicae. 1994. P. 96-113), Слово на введение во храм Пресв. Богородицы (BHG, N 1107t; Orationes hagiographicae. 1994. P. 257-266), Речь о чудесах арх. Михаила (Orationes hagiographicae. 1994. P. 230-256), энкомий Николаю, игум. монастыря Красивого Источника на Олимпе Вифинском (1055) (BHG, N 2313; Gautier. 1974; Orationes funebres. P. 211-244). Авторство Речи на Усечение главы Иоанна Предтечи (Orationes hagiographicae. 1994. P. 289-323), приписанное М. П., недостоверно. Внесенное в реперторий агиографических сочинений Ф. Алькена (BHG, N 2176) краткое рассуждение М. П. «О стиле Григория Богослова, Василия Великого, Златоуста и Григория Нисского» (De operatione daemonum. 1838. P. 124-131) в действительности представляет собой литературно-критическое эссе (Любарский. 2001. С. 510).

Поэзия

Тематика стихотворных произведений М. П. во многом совпадает с тематикой его речей. Он составлял эпиграммы, используя в качестве отправной точки случаи из реальной жизни (Farkas. 2010), едкие инвективы (напр., высмеивание пьяницы-мон. Иакова с Олимпа Вифинского, пародирующее церковный канон - Poemata. 1992. P. 270-276), стихотворные эпитафии (наполненные языческой образностью и отсылками к «Илиаде» Гомера и аттической трагедии ямбы о Марии Склирене, между 1045 и 1047 - Ibid. P. 239-252) и обращения к императорам. Некоторые из этих текстов, как и речи, предназначались для публичного зачитывания автором во дворце (Bernard. 2014. P. 109-110), напр. обращение к Исааку Комнину, высмеивающее тех, кто предрекали ему смерть в авг. (Poemata. 1992. P. 254-257).

М. П. был автором больших дидактических поэм. Пятнадцатисложником написаны поэмы «На надписания псалмов» (Ibid. P. 1-13) и «Толкование Песни Песней» (Ibid. P. 13-67). Вторая поэма в значительной мере основана на соответствующих текстах святителей Григория Нисского и Григория Богослова (Bossina. 2007). Три церковно-исторические поэмы, как правило, встречаются в рукописях вместе и представляют собой наставление государю: это стихотворное переложение Символа веры «О вероучении» (Poemata. 1992. P. 67-72), краткая история Вселенских Соборов «О Соборах» (Ibid. P. 72-77) и перечень Вселенских и Поместных Соборов с указанием количества принятых на них правил «О Номоканоне» (Ibid. P. 77-80). Пространные поэмы, посвященные грамматике (с опорой на Дионисия Фракийского), риторике (на основе трудов ритора Гермогена) и юриспруденции (Ibid. P. 80-178), написаны для ученика М. П. Михаила VII Дуки по просьбе его отца Константина X. Возможно, 3 церковно-исторические поэмы и 3 поэмы, посвященные светским наукам, составляли единый корпус (Hörander. 2012. P. 58). Дидактические поэмы М. П. активно читали, копировали, редактировали и дополняли, их рукописная традиция значительно богаче, чем традиция остальных стихотворных сочинений М. П. (Bernard. 2014. P. 69-71). Поэма «О Соборах» дополнялась вплоть до XV в., когда в нее были внесены строки о Ферраро-Флорентийском Соборе. В нек-рых случаях установить первоначального адресата поэмы невозможно, вероятно, она перепосвящалась каждому новому императору, взошедшему на престол (Hörander. 2012. P. 58). Единственная естественнонаучная поэма М. П.- пространное (1374 строки) соч. «О медицине» (Poemata. 1992. P. 190-233), к-рое адресовано философам и риторам, незнакомым с медициной. Принадлежность М. П. нескольких поэм сомнительна, исследователи отвергают его авторство, основываясь на лингвистических и метрических аргументах. Среди этих сочинений: «Введение к псалмам», «Комментарии к псалмам», «На Шестоднев», «Изъяснение литургии», «Против латинян» (Poemata. 1992. P. 302-464).

Переписка

В эпистолярном наследии М. П. более 500 посланий (по разным подсчетам, от 515 до 542), почти 100 из них могут быть датированы. Основная часть корпуса опубликована К. Сафасом (Σάθας. ΜΒ. Τ. 5. Σ. 219-523), Э. Курцем и Ф. Дрекслем (Scripta minora. 1941); отдельные письма изданы в составе журнальных статей П. Готье, Карпозилосом, Э. Мальтезе, А. И. Зайцевым и Любарским (обзор см. в.: Papaioannou. 1998. S. 68-71). Критическое издание начал готовить, но не успел осуществить Готье, над новым полным изданием работает Папаиоанну. Корпус писем М. П. сохранился в 19 основных рукописях, еще 25 списков содержат нек-рые послания или их фрагменты (Papaioannou. 2012. P. 307-309). Наиболее значительные рукописи - Laur. Plut. 57.40 (228 посланий) и Paris. gr. 1182 (кон. XII в., 250 посланий). Письма М. П. не были собраны в единую коллекцию и не издавались им самим. Корпус составлялся на рубеже XI и XII вв. на основе разрозненных собраний из архивов адресатов и учеников М. П., поэтому в рукописях, как правило, послания сгруппированы не по хронологии, а по адресатам. В XII в. послания стали активно копироваться и использоваться с дидактическими целями как образцы эпистолярного жанра (Papaioannou. 2012. P. 309-320). Стиль писем М. П. превозносили грамматик Григорий Коринфский и поэт Иоанн Цец; ритор Михаил Хониат составлял свои послания, пользуясь письмами М. П. как примером.

Переписка М. П.- важнейший источник для реконструкции биографий писателя и его корреспондентов, для понимания интеллектуального климата эпохи, а также эпистолярной культуры Византии в целом, напр. визант. юмора (Bernard. 2015). Детальный анализ жизни визант. интеллектуалов сер. XII в. на основе переписки М. П. был осуществлен Любарским (Любарский. 2001. С. 232-340). Российский исследователь показал, что извлечение достоверных исторических сведений из посланий требует внимания к их лит. аспектам и глубокого проникновения в личность М. П., который нередко рисовал образ своего адресата, объективируя одну из черт собственного характера. Среди адресатов М. П. императоры, высшие чиновники, фемные судьи, архиереи, игумены мон-рей. К кругу ученых корреспондентов М. П. принадлежали его учитель Иоанн Мавропод, патриархи Константин III Лихуд и Иоанн VIII Ксифилин, племянники Михаила I Кирулария Константин и Никифор.

Труды по филологии

Наследие М. П. «знаменует собой второй после Фотия этап развития византийской литературно-критической мысли» (Любарский. 2001. С. 349). М. П. составил неск. кратких компилятивных «учебничков» (перевод термина Любарского) по риторике, основанных на трудах ритора Гермогена и Дионисия Галикарнасского, также он написал в ответ на просьбы корреспондентов рассуждения о стиле творений отцов Церкви (Любарский. 2001. С. 509-511). Наиболее оригинальны краткие лит. синкрисисы М. П. произведений Еврипида с текстами визант. поэта VII в. Георгия Писиды и романов Ахилла Татия с текстами Гелиодора (The Essays. 1986). Первое сравнение сохранилось во фрагментах и представляет для ученых множество текстологических проблем (Kambylis. 1994; Idem. 2011). Несмотря на антиисторичность подхода М. П. к лит-ре (он сравнивает произведения, написанные в разные века), его филологический метод отличают внимание к историческим процессам в греч. стихосложении и желание установить точную связь между античными романами (по его мнению, Татий подражал Гелиодору). М. П. не оставил теоретических трудов по поэтике, но в его переписке содержится много суждений о лит. стилях античных и ранневизант. авторов и его современников (Лихуда, Ксифилина, Мавропода, Иоанна Итала).

Соч.: De operatione Daemonum / Ed. J. F. Boissonade. Norimbergae, 1838; Bibliotheca graeca medii aevi / Ed. C. Sathas. Athenai; P., 1874-1876. T. 4-5; Regel W., ed. Analecta Byzantino-Rossica. Petropoli, 1891; The History of Psellos / Ed. C. Sathas. L., 1899; Bréhier L. Un discourse inédit de Psellos: Accusation de Patriarche Michel Cérulaire devant le Synode, 1059 // REG. 1903. T. 16. P. 375-415; 1904. T. 17. P. 35-76; Mayer A. Psellos' Rede uber den rhetorischen Charakter des Gregorios von Nazianz // BZ. 1911. Bd. 20. N 1. S. 27-100; Wurthle P. Die Monodie des M. Psellos auf den Einsturz des Hagia Sophia. Paderborn, 1917; Chronographie ou histoire d'un siècle de Byzance, 976-1077 / Ed. E. Renauld. P., 1926-1928. 2 vol.; Epitre sur le chrysopes: Opuscules et extraits sur l'alchemie / Ed. J. Bidez. Brux., 1928; Scripta minora, magnam partem adhuc inedita / Ed. E. Kurtz, F. Drexl. Mil., 1936. Vol. 1: Orationes et dissertationes; 1941. Vol. 2: Epistulae; De omnifaria doctrina / Ed. L. G. Westerink. Utrecht, 1948; Joannou P.-P. Aus den inedierten Schriften des Psellos: Das Lehrgedicht zum Messopfer und der Traktat gegen die Vorbestimmung der Todestunde // BZ. 1958. Bd. 51. N 1. S. 1-14; idem. Démonologie populaire - démonologie critique au XIe siècle: La vie inedite de S. Auxence par M. Psellos. Wiesbaden, 1971; Garzya A. On Michael Psellos' Admission of Faith // ΕΕΒΣ. 1966. Τ. 35; Gautier P. Monodie inédite de Psellos sur le basileus Andronic Doucas // REB. 1966. Vol. 24. P. 153-170; idem. Eloge funebre de Nicolas de la Belle Source par Michel Psellos moine a l'Olympe // Βυζαντινά. Θεσ., 1974. Τ. 6. Σ. 9-69; Encomio per Giovanni, piissimo metropolita di Euchaita e protosincello / Ed. R. Anastasi. Padova, 1968; Orazione in memoria di Costantino Lichudi / A cura di U. Criscuolo. Messina, 1984; Imperatori di Bisanzio (Cronografia) / Testo critico a cura di S. Impellizzeri, comment. U. Criscuolo, trad. S. Ronchey. Mil., 1984. 2 vol.; Oratoria minora / Ed. A. R. Littlewood. Lpz., 1985. (BSGRT); The Essays on Euripides and George of Pisidia and on Heliodorus and Achilles Tatius / Ed. A. R. Dyck. W., 1986; Autobiografia: Encomio per la madre / Ed. U. Criscuolo. Napoli, 1989; Historia syntomos / Ed. W. J. Aerts. B.; N. Y., 1990. (CFHB; 30); Epistola a Giovanni Xifilino / Ed. U. Criscuolo. Napoli, 19902; Epistola a Michele Cerulario / A cura di U. Criscuolo. Napoli, 19902; Poemata / Ed. L. G. Westerink. Stuttg.; Lpz., 1992. (BSGRT); Orationes forenses et acta / Ed. G. T. Dennis. Stuttg.; Lpz., 1994. (BSGRT); Orationes hagiographicae / Ed. E. A. Fisher. Stuttg.; Lpz., 1994. (BSGRT); Orationes panegyricae / Ed. G. T. Dennis. Stuttg.; Lpz., 1994. (BSGRT); Chronographia / Hrsg. D. R. Reinsch. Bd. 1: Einleitung und Text. B.; Boston, 2014; Orationes funebres / Ed. I. Polemis. B.; Boston, 2014. (BSGRT); Vita di s. Aussenzio di Bitinia / Introd., trad., comment. P. Varalda. Alessandria, 2014; Kaldellis A., Polemis I., transl. Psellos and the Patriarchs: Letters and Funeral Orations for Keroullarios, Leichoudes, and Xiphilinos. Notre Dame, 2015.
Рус. пер.: Похвальное слово Симеону Метафрасту / Пер. архиеп. Арсения (Иващенко) // Воронежские ЕВ. Приб. 1869. № 5. С. 100-111; Слова на свершившееся во Влахернах чудо / Пер. П. В. Безобразова // ЖМНП. 1889. Т. 262. С. 77-91; Обвинительная речь против патр. Михаила Кирулария // Там же. Т. 265. С. 23-84; Литаврин Г. Г. Три письма Михаила Пселла Катакалону Кекавмену // RESEE. 1969. Vol. 7. N 3. P. 302-[311]; Михаил Пселл. О характерных чертах нек-рых сочинений / Вступ. ст.: С. С. Аверинцев; пер.: Т. А. Миллер // Идеи эстетического воспитания: Антология. М., 1973. Т. 1. С. 281-283; Михаил Пселл. О сочетании частей речи; Обзор риторических идей; Ипертима Пселла слово, составленное для вестарха Пофоса; Сравнение Еврипида с Писидой / Пер. с греч.: Т. А. Миллер // Античность и Византия. М., 1975. С. 156-174; Зайцев А. И., Любарский Я. Н. Два письма Михаила Пселла // Bsl. 1978. T. 39. C. 24-28; Богословские сочинения / Пер.: архим. Амвросий (Погодин). СПб., 1998; Хронография: Краткая история / Пер. Я. Н. Любарского, Д. А. Черноглазова, Д. Р. Абдрахманова. СПб., 2003; Судье Фракисийской фемы Ксиру; Константину Мономаху, монаху Феревию, Исааку Комнину, Константину Дуке, Роману Диогену; речи: К спрашивающим, сколько родов философских учений; Похвала блохе; Похвала вши; Речь к ученикам, не пришедшим в школу по случаю дождя; К ученикам, редко приходящим в школу; К манкирующим ученикам; К нерадивым ученикам / Пер. П. В. Безобразова // Безобразов П. В., Любарский Я. Н. Две книги о Михаиле Пселле. СПб., 2001. С. 49, 56-58, 61-63, 85-88, 106-108, 124-125, 132-138, 144-150, 162-169.
Лит.: Скабаланович Н. А. Визант. наука и школы в XI в. // ХЧ. 1884. № 3/4. С. 344-369; он же. Визант. государство и Церковь в XI в.: От смерти Василия Болгаробойцы до воцарения Алексея I Комнина. СПб., 20042. 2 кн.; Sonny A. Das Todesjahr des Psellos und die Abfassungszeit der Dioptra // BZ. 1894. Bd. 3. S. 602-603; Sternbach L. Ein Schmächgedicht des Michael Psellos // WSt. 1903. Bd. 25. S. 10-39; Dräseke J. Psellos und seine Anklageschrift gegen den Patriarchen Michael Kerullarius // ZWTh. 1905. Bd. 48. S. 194-259, 362-408; Kurtz E. Ist Psellos so schwer zu übersetzen? // ВВ. 1906. Т. 13. Вып. 1. С. 227-238; Παπαδόπουλος-Κεραμεύς Α. Γρηγόριος ὁ θεόλογος κρινόμενος ὑπὸ Μιχαὴλ τοῦ Ψελλοῦ // ЖМНП. Н. с. 1910. Ч. 25. № 1: Отд. классич. филологии. С. 1-25; Levy P. Michaelis Pselli de Gregorii Theologi charactere iudisium. Lpz., 1912; Rambaud A. Michael Psellos, philosophe et homme d'état byzantine au XIe siècle // Idem. Étude sur l'histoire byzantine. P., 1912. P. 109-171; Renauld É. Étude de la langue et du style de Michel Psellos: Diss. P., 1920; Zervos Ch. Un Philosophe neoplatonicien du XIe siecle Michel Psellos. P., 1920; Fuchs F. Die hoheren Schulen in Konstantinopel im Mittelalter. Lpz., 1926. (Byzant. Archiv; 8); Schissel O. Die Ethopoiie der Zoe bei Michael Psellos // BZ. 1927. Bd. 27. S. 271-275; Svoboda K. La démonologie de Michel Psellos. Brno, 1927; idem. Quelques observations sur la méthode historique de Michel Psellos // Сб. в памет на проф. П. Ников. София, 1940. C. 384-389. (ИБИД; 16/18); Redl G. Untersuchungen zur technischen Chronologie des Michael Psellos // BZ. 1930. Bd. 29. N 2. S. 168-187; Sykutris J. Zum Geschichtswerk des Psellos // Ibid. Bd. 30. S. 61-67; Praechter K. Michael von Ephesus und Psellos // Ibid. 1931. Bd. 31. S. 1-12; Maas P. Psellos und Theopompos // BNJ. 1936/1937. Bd. 13. S. 1-4; Hussey J. Michael Psellos, the Byzantine Historian // Speculum. Camb. (Mass.), 1935. Vol. 10. N 1. P. 81-90; idem. Church and Learning in the Byzantine Empire, 867-1185. L., 1937; Alexander P. Secular Biography in Byzantium // Speculum. 1940. Vol. 15. N 2. P. 194-209; Westerink L. G. Proclus, Procopius, Psellus // Mnemosyne. Leiden etc., 1942. Vol. 10. N 4. P. 275-280; Вальденберг В. Философские взгляды Михаила Пселла // Визант. сб. М.; Л., 1945. С. 249-255; Joannou P.-P. Christliche Metaphysik in Byzanz. Ettal, 1956. Vol. 1: Die Illuminationslehre des Michael Psellos und Johannes Italos; Darrouzès J. Notes d'epistolographie et d'histoire des textes: Les lettres inédites de Michel Psellos // REB. 1954. Vol. 12. P. 174-186; Michel A. Schisma und Kaiserhof im Jahre 1054: Michael Psellos: 1054-1954 // L'église et les eglises. Chevetogne, 1954. Vol. 1. P. 351-440; Glykazi-Ahrweiler H. Recherches sur l'administration de l'Empire byzantine aux IXe-XIe siècles. P., 1960; Benakis L. G. Michael Psellos Kritik an Aristoteles und seine eigene Lehre zur «Physis» und «Materie - Form» Problematik // BZ. 1963. Bd. 56. S. 213-227; Κουτσογιαννόπουλος Δ. Ι. ῾Η θεολογικὴ σκέψις τοῦ Μιχαὴλ Ψελλοῦ // ΕΕΒΣ. 1965. Τ. 34; Литаврин Г. Г. Пселл о причинах последнего похода русских на К-поль в 1043 г. // ВВ. 1967. Т. 27. C. 71-86; он же. Восстание в К-поле в апр. 1042 г. // Там же. 1972. Т. 33. С. 33-46; Каждан А. П. Византийская культура (X-XII вв.). М., 1968; idem. (Kazhdan A.). Hagiographical Notes: 3. An Attempt at Hagio-Autobiography: The Pseudo-Life of «Saint» Psellus? // Byz. 1983. Vol. 53. P. 546-556; Любарский Я. Н. Михаил Пселл: личность и мировоззрение: Нек-рые итоги и проблемы изучения // ВВ. 1969. Т. 30. С. 73-93; он же. О жанровой и композиционной специфике «Хронографии» Михаила Пселла // Там же. 1971. Т. 31. С. 23-37; он же. Ист. герой в «Хронографии» Михаила Пселла // Там же. 1972. Т. 33. С. 92-114; он же. Визант. монах XI в. Илия: По мат-лам переписки Михаила Пселла // АДСВ. 1973. Т. 10. С. 198-202; он же. Литературно-эстетические взгляды Михаила Пселла // Античность и Византия / Отв. ред.: Л. А. Фрейберг. М., 1975. С. 114-140; он же. (Ljubarskij J. N.) Der Brief des Kaisers an Phokas // JÖB. 1977. Bd. 26. S. 103-107; он же. Михаил Атталиат и Михаил Пселл: Опыт короткого сопоставления // АДСВ. 1992. Т. 26: Византия и средневек. Крым. С. 92-102; он же. «Краткая история» Михаила Пселла: Существует ли проблема авторства? // ВВ. 1994. Т. 55. Ч. 1. С. 80-84; он же. Михаил Пселл в византинистике последнего 20-летия // Московия: Проблемы визант. и новогреч. филологии: Сб. ст. М., 1998. С. 259-274; он же. Визант. историки и писатели: Сб. ст. СПб., 1999; он же. Михаил Пселл: Личность и творчество: К истории визант. предгуманизма // Безобразов П. В., Любарский Я. Н. Визант. писатель и гос. деятель Михаил Пселл. Михаил Пселл: Личность и творчество. СПб., 20012. С. 183-496; Anastasi R. Studi sulla «Chronographia» di Michele Psello. Catania, 1969; idem. Sugli scritti giuridici di Psello // Siculorum Gymnasium. N. S. Catania, 1975. Vol. 28. P. 170-191; Aubreton R. Michael Psellos et l'Antologie Palatine // L'Antiquité classique. 1969. Vol. 38. N 2. P. 459-462; Baggarly J. D. Parallel Between Michael Psellos and the «Hexaemeron» of Anastasius of Sinai // OCP. 1970. Vol. 36. P. 337-347; Karahalios G. The Philosophical Trilogy of Michael Psellos: God-Cosmos-Man: Diss. Hdlb., 1970; Τατάκης Β. ῾Ο Ψελλὸς καὶ λληνικὴ φιλοσοφία // Χριστιανικὸ συμπόσιο. 1971. Τ. 5. Σ. 26-32; Tinnefeld F. Kategorien der Kaiserkritik in der byzant. Historiographie: Von Prokop bis Niketas Choniates. Münch., 1971; idem. «Freundschaft» in den Briefen des Michael Psellos // JÖB. 1973. Bd. 22. S. 151-168; Ebbesen S. ῾Ο Ψελλὸς καὶ οἱ σοφιστικοὶ ἔλεγχοι // Βυζαντινά. 1973. Τ. 5. Σ. 427-444; Weiss G. Oströmische Beamte im Spiegel der Schriften des Michael Psellos. Münch., 1973; Миллер Т. А. Михаил Пселл и Дионисий Галикарнасский // Античность и Византия. М., 1975. С. 140-174; Browning R. Enlightment and Repression in Byzantium in the XIth and XIIth Cent. // Past and Present. L., 1975. Vol. 69. P. 3-23; Dakouras D. Die antiken Religionen bei Michael Psellos: Griechische Religion: Diss. Köln, 1975; Gautier P. Un Chrysobulle de confirmation redige par Michel Psellos // REB. 1976. Vol. 34. N 1. P. 79-99; Grosdidier de Matons J. Psellos et le Monde de l'irrationel // TM. 1976. Vol. 6. P. 325-349; Wolska-Conus W. Les écoles de Psellos et de Xiphilin sous Constantin IX Monomaque // Ibid. P. 223-243; Weiss G. Die Leichenrede des Michael Psellos auf den Abt Nikolaos vom Kloster von der Schonen Quelle // Βυζαντινά. 1977. Τ. 9. Σ. 219-322; Hunger. Literatur; Aerts W. J. Un témoin inconnu de la Chronographie de Psellos // Bsl. 1980. T. 41. P. 1-16; Миловановић Ч. Псел и Григориѣе, Нона и Теодота // ЗРВИ. 1984/1986. Кн. 23/25. С. 73-87; Аверинцев С. С. Визант. риторика: Школьная норма лит. творчества в составе визант. культуры // Проблемы лит. теории в Византии и лат. средневековье / Под ред. М. Л. Гаспарова. М., 1986. С. 19-90; Mango C. The Collapse of St. Sophia, Psellus and the Etymologicum Genuinum // Gonimos: Neoplatonic and Byzant. Studies presented to L. G. Westerink at 75 / Ed. J. Duffy, J. Peradotto. Buffalo, 1988. P. 167-174; Культура Византии. 2-я пол. VII-XII в. М., 1989; Герцман Е. В. Музыкально-теоретические знания Михаила Пселла // ВВ. 1993. Т. 54(79). С. 75-80; Fisher E. A. Michael Psellos on the Rhetoric of Hagiography and the Life of St. Auxentius // BMGS. 1993. Vol. 17. P. 43-55; eadem. Image and Ekphrasis in Michael Psellos' Sermon on the Crucifixion // Bsl. 1994. Vol. 55. P. 44-55; eadem. Michael Psellos on the «Usual» Miracle at Blachernae, the Law, and Neoplatonism // Byzantine Religious Culture: Stud. in honor of A.-M. Talbot / Ed. D. Sullivan, E. Fisher, S. Papaioannou. Leiden, 2012. P. 187-204; Snipes K. Notes on Parisinus graecus 1712 // JÖB. 1991. Bd. 41. S. 141-161; Kambylis A. Michael Psellos' Schrift über Euripides und Pisides: Probleme der Textkonstitution // Ibid. 1994. Bd. 44. S. 203-215; idem. Michael Psellos' Schrift Τίς ἐστίχιζε κρεῖττον ὁ Εὐριπίδης ἢ ὁ Πισίδης: Textkritische Bemerkungen // Ibid. 2011. Bd. 56. S. 135-149; Papaioannou E. Das Briefcorpus des Michael Psellos: Vorarbeiten zu einer krit. Neuedition, mit einem Anhang: Edition eines unbekannten Briefes // Ibid. 1998. Bd. 48. S. 67-117; idem. The «Usual Miracle» and an Unusual Image: Psellos and the Icons of Blachernai // Ibid. 2001. Bd. 51. S. 187-198; idem. Fragile Literature: Byzant. Letter-Collections and the Case of Michael Psellos // La face cachée de la littérature byzantine: Le texte en tant que message immédiat: Actes du colloque intern., Paris, 5-6-7 juin 2008 / Ed. P. Odorico. P., 2012. P. 289-328; idem. Michael Psellos: Rhetoric and Authorship in Byzantium. Camb., 2013; Радошевић Н. Писма владарима Jована Мавропода и Михаила Пcела: Из визант. епистолографjе XI в. // ЗРВИ. 1998. Кн. 37. С. 33-42; Kaldellis A. The Argument in Psellos' «Chronographia». Leiden; Boston; Köln, 1999; idem. The Date of Michael Psellos Death, Once Again: Psellos was not Michael of Nicomedia mentioned by Attaleiates // BZ. 2012. Bd. 104. N 2. S. 651-664; Безобразов П. В. Визант. писатель и государственный деятель Михаил Пселл // Безобразов П. В., Любарский Я. Н. Визант. писатель и гос. деятель Михаил Пселл. Михаил Пселл: Личность и творчество. СПб., 20012. C. 11-182; Schminck A. Zum Todesjahr des Michael Psellos // BZ. 2001. Bd. 94. S. 190-196; Duffy J., Papaioannou S. Michael Psellos and the Authorship of the Historia Syntomos: Final Considerations // Byzantium, State and Society: In Memory of N. Oikonomides / Ed. A. Abramea, A. Laiou, E. Chrysos. Athens, 2003. P. 219-229; Karpozilos A. When did Michael Psellus die? The Evidence of the Dioptra // BZ. 2003. Bd. 96. S. 671-677; idem. (Καρπόζηλος ᾿Α.) Βυζαντινοὶ ἱστορικοὶ καὶ χρονογράφοι. ᾿Αθήνα, 2009. Τ. 3: 11ος-12ος αἰ. Σ. 59-185; Høgel C. Psellos Hagiographicus: Contradictio in Adjecto? // Les Vies des saints à Byzance: Genre littéraire ou biographie historique?: Actes du 2e colloque intern., Paris, 6-7-8 juin 2002 / Ed. P. Odorico, P. A. Agapitos. P., 2004. P. 191-200; Maltese E. Osservazioni sul carme Contra il Sabbaita di Michele Psello // La poesia tardoantica e medievale: Atti del II Conv. intern. di studi, Perugia, 15-16 nov. 2001 / Ed. A. M. Taragna. Alessandria, 2004. P. 207-214; Angelidi Ch. Observing, Describing and Interpreting: Michael Psellos on Works of Ancient Art // Νέα ῾Ρώμη: Rivista. R., 2005. Vol. 2. P. 227-242; Moore P. Iter Psellianum: A Detailed Listing of Manuscript Sources for all Works Attributed to Michael Psellos, Including a Comprehensive Bibliography. Toronto, 2005 (Rez.: Papaioannou E. // JÖB. 2006. Bd. 56. S. 340-342; Efthymiadis S. // Speculum. 2006. Vol. 81. N 4. P. 1230-1231); Braounou-Pietsch E. Die Chronographia des Michael Psellos: Kaisergeschichte, Autobiographie und Apologie. Weisbaden, 2005; Sarriu L. Ritmo, metro, poesia e stile: Alcune considerazioni sul dodecasillabo di Michele Psello // MEG. 2006. Vol. 6. P. 171-198; Reading Michael Psellos / Ed. Ch. Barber. Leiden, 2006. P. 57-71; Barber C. Contesting the Logic of Painting: Art an Understanding in 11th-Cent. Byzantium. Leiden; Boston, 2007; Bossina L. Psello distratto: Questioni irrisolte nei versi «In Canticum» // Ducle melos: La poesia tardoantica e medievale: Atti del III Conv. Intern. di studi, Vienna, 15-18 nov. 2004 / Ed. V. Pangal. Alessandria, 2007. P. 337-360; Lauritzen F. Sul nesso tra stile e contenuti negli encomi di Psello (per una datazione dell Oratio Panegyrica 3 Dennis) // MEG. 2007. Vol. 7. P. 149-158; idem. A Courtier In The Women's Quarters: The Rise and Fall of Psellos // Byz. 2007. Vol. 77. P. 251-266; idem. Psellos' Early Career at Court // ВВ. 2009. Т. 68. N 135-143; idem. Psello discepolo di Stetato // BZ. 2009. Bd. 101. N 2. S. 715-725; idem. Stethatos' Paradise in Psellos' ekphrasis of Mt Olympos // ВВ. 2011. Т. 70. N 139-150; idem. Autocrate negli encomi imperiali di Michele Psello (1018-1081) // ЗРВИ. 2012. Кн. 49. С. 113-125; idem. The Depiction of Character in the Chronographia of Michael Psellos. Turnhout, 2013; idem. Paraphrasis as Interpretation: Psellos and a Canon of Cosmas the Melodist (Poem 24 Westerink) // Βυζαντινά. Θεσ., 2014. Τ. 33. Σ. 61-74; Reinsch D. R. Warum eine neue Edition der Chronographia des Michael Psellos? // Byzantina Mediterranea: FS für J. Koder zum 65. Geburtstag / Hrsg. K. Belke et al. W., 2007. S. 525-546; idem. Wie und wann ist der uns überlieferte Text der Chronographia des Michael Psellos entstanden? // MEG. 2013. Vol. 13. P. 209-222; idem. Wer waren die Leser und Hörer der Chronographia des Michael Psellos? // ЗРВИ. 2013. Кн. 50. С. 389-398; idem. Der Dual als Mittel literarischer Gestaltung in Michael Psellos' Chronographia // BZ. 2013. Bd. 106. N 1. S. 133-142; Agapitos P. Public and Private Death in Psellos: Maria Skleraina and Styliane Pselliana // BZ. 2008. Bd. 101. H. 2. S. 555-607; Jouanno C. Les Byzantins et la seconde sophistique: Étude sur Michel Psellos // Revue des etudes greques. P., 2009. Vol. 122. N 1. 113-143; Ruggieri V. Michele Psello e la presenza della Theotokos nel mondo liturgico bizantino // Theotokos. R., 2009. T. 17. N 1. P. 139-157; Bianconi D. Eta comnena e cultura scritta: Materiali e considerazioni alle origini di una ricerca // The Legacy of Bernard de Montfaucon: Three Hundred Years of Studies on Greek Handwriting: Proc. of the 7-th Intern. Colloquium of Greek Palaeography, Madrid - Salamanca, 15-20 Sept. 2008 / Ed. A. Bravo Garcia. Turnhout, 2010. P. 75-96, 707-718; Jeffreys M. Psellos and his Emperors: Facts, Fiction and Genre // History as Literature in Byzantium: Papers from the 40th Spring Symp. of Byzant. Studies, Birmingham, April, 2007. Farnham, 2010. P. 73-91; idem. Psellos in 1078 // BZ. 2014. Bd. 107. S. 77-96; Farkas Z. Epigrammata Pselli // Acta Antiqua Academia Scientiarum Hungaricae. Bdpst, 2010. Vol. 50. N 1. P. 97-102; Riedinger J.-C. Quatre etapes de la vie de Michel Psellos // REB. 2010. T. 68. P. 5-60; Hörander W. The Byzantine Didactic Poem - A Neglected Literary Genre? A Survey with Special Reference to the 11th Cent. // Poetry and its Context in 11th-Cent. Byzantium / Ed. F. Bernard, K. Demoen. Farnham, 2012. P. 55-68; O'Meara D. Political Philosophy in Michael Psellos: The Chronographia Read in Relation to his Philosophical Work // The Many Faces of Byzantine Philosophy / Ed. B. Byden, K. Ierodiakonou. Athens, 2012. P. 153-171; Bernard F. Writing and Reading Byzantine Secular Poetry, 1025-1081. Oxf., 2014; idem. Humor in Byzantine Letters of the 10th to 12th Cent. // DOP. 2015. Vol. 69. P. 179-195; Crostini B. Paul Moore and More Psellos: Still «Wanted» in Byzantium? // Wanted, Byzantium: The Desire for a lost Empire / Ed. I. Nilsson, P. Stephenson. Uppsala, 2014. P. 176-185; Tocci R. Questions of Authorship and Genre in Chronicles of the Middle Byzant. Period: The Case of Michael Psellos' Historia Syntomos // The Author in Middle Byzant. Literature: Modes, Functions, and Identities / Ed. A. Pizzone. Boston, 2014. P. 61-75; Polemis I. Michael Psellos the Novelist: Some Notes on the Story of the Empress Zoe // Myriobiblos: Essays on Byzant. Literature and Culture / Ed. Th. Antonopoulou, S. Kotzabassi, M. Loukaki. Boston, 2015. P. 285-293; Lauxtermann M., Jeffreys M. The Letters of Psellos: Cultural Networks and Hist. Realities. Oxf., 2017.
Л. В. Луховицкий, И. Н. Попов
Ключевые слова:
Богословы византийские Византия. Персоналии Михаил Пселл (1018 - ок. 1078 или 90-е гг. XI в.), монах, византийский политик; ученый-энциклопедист, историк, литератор, философ, богослов, выдающийся деятель византийской культуры
См.также:
АКИНДИН ГРИГОРИЙ - см. Григорий Акиндин
АКРОПОЛИТ ГЕОРГИЙ - см. Георгий Акрополит
АЛЕКСАНДР КИПРСКИЙ (Саламинский), (VI в.), мон., автор богословских сочинений
АНГЕЛИКУД - см. Каллист Ангеликуд
АНДРОНИК КАМАТИР (XII в.), визант. богослов-полемист
АРСЕНИЙ (XIV в.), монах Студийского монастыря, автор полемических богословских сочинений