Добро пожаловать в один из самых полных сводов знаний по Православию и истории религии
Энциклопедия издается по благословению Патриарха Московского и всея Руси Алексия II
и по благословению Патриарха Московского и всея Руси Кирилла

Как приобрести тома "Православной энциклопедии"

КОНСТАНЦИЙ II
Т. 37, С. 351-358 опубликовано: 13 июля 2019г.


КОНСТАНЦИЙ II

[Флавий Юлий Констанций; лат. Flavius Iulius Constantius; греч. Κωνστάντιος] (7.08.317, Сирмий (?) - 3.11. 361, Мопсуестия, Киликия, ныне Якапынар, Турция), рим. император (с 21 мая 337), 2-й сын имп. св. равноап. Константина I Великого (306-337) и Флавии Максимы Фавсты, дочери имп. Максимиана Геркулия. Род. в Иллирике, вероятно в Сирмии (ныне Сремска-Митровица, Сербия), где в тот момент находилась имп. ставка Константина I. После победы Константина над имп. Лицинием 8 нояб. 324 г. в Никомидии (ныне Измит, Турция) К. был провозглашен цезарем и стал соправителем Константина. В кон. 328 г. было отпраздновано начало пятилетия правления К. В 332 г. в возрасте 15 лет К. помогал своему брату Константину II вести боевые действия против варваров на Дунае и в Галлии. В 335 г. присутствовал в К-поле на праздновании 30-летия правления Константина I; тогда же К. женился на дочери Юлия Констанция, сводного брата своего отца (ее имя неизв.; ум. ок. 352). Вторично К. женился в нач. 353 г. на Евсевии из Фессалоники; ее происхождение неизвестно (ум. в 360). В нач. 361 г. в Антиохии К. вступил в 3-й брак - с Фаустиной (о ее происхождении сведений также нет). Уже после смерти К. она родила его единственного известного ребенка - дочь Флавию Максиму Констанцию.

В кон. 335 - нач. 336 г. К. провел успешную кампанию на Дунае против сарматов, за что получил титул Сарматского (Sarmaticus). Вскоре К. срочно был отправлен отцом в Месопотамию, чтобы задержать наступление персов, пока Константин I готовил основную армию для большого похода на Восток. С этого времени противостояние с персами и защита восточной границы империи на всю жизнь стали главной заботой К. В кон. 336 г. в К-поле Константин I принял персид. посольство; переговоры с ним завершились перемирием и ненадолго задержали развитие конфликта. Тем не менее Константин продолжал готовиться к столкновению с персами и для этого оставил К. в Антиохии, поручив его управлять рим. диоцезом Восток. Весной 337 г. К. получил известие о болезни отца и отправился в К-поль, однако по дороге его настигло известие о кончине имп. Константина Великого в Никомидии (22 мая 337). К. присутствовал на погребении отца в К-поле.

Имп. Констанций II. Фоллис. 325 г.
Имп. Констанций II. Фоллис. 325 г.

Имп. Констанций II. Фоллис. 325 г.

Летом 337 г. в К-поле произошел солдатский мятеж; воины ворвались в имп. дворец и убили неск. родственников К., в т. ч. сводных братьев Константина I Юлия Констанция и Далмация Старшего, сыновей последнего Далмация Младшего и Ганнибалиана и ряд др. знатных лиц. Спасти удалось 2 малолетних сыновей Юлия Констанция - Галла (цезарь в 351-354) и Юлиана (см. Юлиан Отступник, имп. в 361-363) (Eutrop. Breviar. X 9; Hieron. Chron. // PL. 27. Col. 680; Sozom. Hist. eccl. V 2; Zosim. Hist. II 57; Theoph. Chron. P. 35). Вопрос о причастности к этой расправе К., к-рый в этот момент находился в К-поле, был неясен уже для современников событий. Все погибшие занимали высокие посты в имперской иерархии, нек-рые имели титулы соправителей Константина I и теоретически могли стать соперниками К. Объективно устранение родственников было политически выгодно К. и его братьям, которые вскоре официально приняли власть над империей. Вместе с тем ряд авторов IV в., в т. ч. христиан, были склонны отстаивать непричастность К. к этим убийствам. Так, Филосторгий писал, что к-польская резня была местью братьям Константина, которые якобы отравили его (Philost. Hist. eccl. II 16), а свт. Григорий Богослов приписывал спасение Галла и Юлиана заслугам К. (Greg. Nazianz. Contra Iulianum. I 21). Так или иначе, но слухи причастности К. к этим убийствам сопровождали его всю жизнь. Современники считали бездетность К. наказанием за это преступление. На заинтересованность К. в этой расправе косвенно указывают его дальнейшие действия. Зачинщики солдатского бунта не были наказаны; напротив, К. конфисковал имущество убитых, а в нач. 338 г. под разными предлогами были отданы под суд и казнены сторонники братьев Константина Великого: Аблабий, незадолго до этого отстраненный К. от должности префекта претория Востока, и патрикий Оптат, муж сестры Константина Великого Анастасии.

9 сент. 337 г. формально по решению рим. сената К. принял титул августа вместе со своими братьями Константином II и Константом I. Осенью 338 г. состоялось совещание 3 августов в Виминакии (Мезия) (Athanas. Alex. Apol. ad Const. 5; Libanius. Or. 3; Iulianus. Or. I 19; CTh. IX 34. 5; X 10. 4). На нем территория империи была поделена, за К. было закреплено управление ее восточной частью - диоцезами Восток, Понт, Асия, Фракия и Египтом.

В кон. 338 г. К. вновь отправился на Восток, где шла война с Персией. Осенью 338 г. персидское войско царя Шапура II вторглось в вост. рим. приграничье и осадило Нисибин (ныне Нусайбин, Юго-Вост. Турция). Еп. Нисибина свт. Иаков молился о спасении от врагов вместе с горожанами; после 63-дневной осады из-за наступившей зимы персы сняли осаду (Hieron. Chron. PL. 27. Col. 680-681; Theodoret. Hist. eccl. II 26; Chron. Pasch. P. 533). Кроме того, царь Армении Тиран I вступил в союз с персами и начал нападать на рим. владения. 28 окт. 338 г. в Эмесе (ныне Хомс, Сирия) К. заключил союзнические соглашения с предводителями араб. племен, привлекая их к противостоянию с персами на стороне империи. Зиму 338/9 г. К. провел в Антиохии, приводя в порядок систему обороны вост. границы. Особенное внимание уделялось ремонту крепостей Амиды и Константины. Летом 339 г. К. предпринял поход на Армению, сверг царя Тирана I, арестовал и выслал в Каппадокию мн. видных представителей проперсид. партии арм. знати и посадил на престоле Аршака II. Последующие попытки персов наступать на рим. владения в Сев. Месопотамии и Сирии вылились лишь в пограничные столкновения без решительных результатов. Многие обстоятельства этой затяжной войны не установлены из-за скудости и противоречий в сообщениях источников. Вероятно, боевые действия сменялись перемириями, о которых также сообщают нек-рые визант. хронисты (Ioan. Malal. Chron. P. 326). Вялотекущее противостояние продолжалось до 346 г.; весь этот период почти непрерывно резиденция К. находилась в Антиохии. Летом 346 г. персы во главе с Шапуром II предприняли новое наступление, вновь осадили Нисибин, но и вторая 3-месячная осада завершилась для них безрезультатно.

Зимой 341/2 г. К. вынужден был спешно отправиться в К-поль, где начались беспорядки из-за спора между партиями христ. общины относительно кандидатов на епископский престол. В 341 г. на место умершего еп. Евсевия горожанами без одобрения митрополита Ираклийского был избран сторонник Никейского Символа веры свт. Павел I Исповедник. Избрание столичного епископа без участия императора было воспринято К. как незаконное. Вскоре К. назначил командующим войсками во Фракии Гермогена, которому среди прочего поручалось сместить Павла и изгнать его из города. Однако, когда сведения об этом приказе дошли до жителей К-поля, в городе произошло восстание, Гермоген был убит, а его дом сожжен. К. прибыл в К-поль, жители к-рого вышли к нему навстречу, прося о прощении. Мятеж был прекращен, свт. Павел сослан в Сингару (Месопотамия), епископом стал Македоний I; К. урезал вдвое определенные имп. Константином I объемы бесплатных выдач хлеба для населения (Hieron. Chron. PL. 27. Col. 681-682; Socr. Schol. Hist. eccl. II 12-16; Sozom. Hist. eccl. III 7-9; Theoph. Chron. P. 42-43).

Новое наступление персов началось в кон. лета 348 г.: они перешли р. Тигр, но в сражении под Сингарой К. нанес им поражение и вынудил Шапура бежать. 3-я осада Нисибина персами в 350 г. также окончилась для них неудачей. В 1-й пол. 50-х гг. IV в. война почти прекратилась, поскольку главные силы Шапура были отвлечены борьбой с хионитами, нападавшими на вост. границы Персидской державы.

Политическая ситуация в империи резко изменилась в янв. 350 г., когда в Августодуне (ныне Отен, Франция) войска провозгласили императором Магна Магненция, а имп. Констант I вскоре был убит. Магненций поставил под свой контроль всю зап. часть империи и прислал посольство в Антиохию, чтобы добиться от К. признания своей власти и заключить с ним мирный договор. К. отказался вести переговоры с узурпатором и начал подготовку к войне против него. 15 марта 351 г. он провозгласил цезарем своего двоюродного племянника Галла, женил его на своей сестре Константине и поручил ему ставку в Антиохии и защиту вост. границ. Главные силы рим. армии во главе с К. двинулись на Запад и начали длительную кампанию против Магненция. 28 сент. 351 г. К. одержал победу в большой битве при Мурсе (ныне Осиек, Хорватия), после к-рой вытеснил силы Магненция из Паннонии. Нач. 352 г. К. провел на дунайской границе, организовав кампанию против сарматов. Затем он продолжил наступление на Магненция и вскоре почти без сопротивления занял Италию. 3 июля 353 г. К. разбил остатки войск Магненция в сражении у горы Селевк (ныне Ла-Бати-Монсалеон, Юж. Франция). 10 авг. Магненций покончил с собой в Лугдуне (ныне Лион). Т. о., под власть К. перешла вся территория империи.

Следующие годы К. посвятил в основном устроению дел на Западе; его ставка чаще всего находилась в Медиолане (ныне Милан) и Сирмии. В 354 г. он провел кампанию против алеманнов на дунайской границе. Тогда же, заподозрив цезаря Галла в подготовке мятежа, К. вызвал его из Антиохии к себе и после расследования приказал казнить. В авг.-сент. 355 г. К. подавил мятеж магистра Клавдия Сильвана в Галлии. 6 нояб. 355 г. он возвел в ранг цезаря Юлиана, женил его на своей сестре Елене и поручил ему управление Галлией и Британией. В 357 г. К. отразил нападение квадов и сарматов на Паннонию. В том же году он единственный раз в своей жизни посетил Рим и провел там 30 дней (Amm. Marc. Res gest. XVI 10.13-14).

С 358 г. началось новое обострение ситуации на вост. границе. Шапур II выдвинул римлянам требование передать Персии земли в Сев. Месопотамии, к-рые еще в кон. III в. на краткое время захватывал царь Нарсес. Переговоры и обмен посольствами позволили К. выиграть некоторое время, но к разрешению конфликта не привели. Осенью 359 г. персы во главе с Шапуром захватили Амиду, Сингару и несколько других пограничных крепостей. Летом 360 г. К. приехал из К-поля на Восток и попытался предпринять ответное наступление, но его войска потеряли время в длительной и безуспешной осаде крепости Безабда. 1 февр. 360 г. в Паризиях (ныне Париж) войска без согласия К. провозгласили Юлиана императором, это стало поводом к очередному мятежу. Возникновение новой угрозы на Западе парализовало военные усилия К. против персов и вынудило его готовиться к гражданской войне. Заключать соглашение с Юлианом он не пожелал. Осенью 361 г., собрав силы, К. вновь отправился на Запад для борьбы с Юлианом, но, достигнув Мопсуестии, в Киликии, умер от лихорадки. Император был похоронен в соборе св. Апостолов в К-поле. Поскольку К. не имел наследников, Юлиан Отступник оказался единственным легитимным правителем Римской империи.

Церковная политика

Церковная политика К. опиралась в основном на принципы толерантности, внедренные Константином Великим. Будучи воспитан как христианин, К. уделял большое внимание жизни Церкви. Император не считал допустимым прямое управление церковными делами и, как правило, стремился опираться в своих решениях этих вопросов на мнение большинства епископата. В эпоху К. большинство иерархов на Востоке империи придерживались мнения о необходимости уточнения и пересмотра Никейского Символа веры, принятия различных форм арианского вероучения, и под их влиянием К. оказался сторонником арианства. В отличие от Константина Великого, к-рый не одобрял прямого пересмотра догматики Никейского Собора, и имп. Константа, к-рый строго следовал принципам политики своего отца (Hilar. Pictav. Fragm. Hist. III 27), К. считал необходимым способствовать развитию догматического церковного вероучения с помощью издания новых формул вероисповедания, которые, по мысли К. и его сторонников, должны были исправить допущенные в Никее «неточности» и определить тем самым дальнейшие пути развития христ. богословия. Для этой цели К. инициировал и поддерживал организацию нескольких больших Соборов. Двум из них - Сардикийскому ок. 343 г. и Аримино-Селевкийскому 359 г.- современники придавали статус Вселенских. В атмосфере постоянно развивавшихся богословских споров и умножавшихся партий сторонников тех или иных вариантов догматики К. прилагал большие усилия к тому, чтобы сохранять вероучительное единство Церкви, но успеха не добился.

В 337 г. смерть имп. Константина I стала благоприятным событием для ранее изгнанных со своих кафедр защитников Никейского Собора. Уже менее чем через месяц после этого, 17 июня 337 г., правивший в Галлии имп. Константин II разрешил свт. Афанасию вернуться в Александрию, предоставив ему рекомендательное письмо, обращенное к жителям этого города. 23 нояб. 337 г. Афанасий прибыл в Александрию. Во время имп. совещания в Виминакии состоялась встреча К. со свт. Афанасием, к-рый возвращался на Восток из ссылки. На совещании 3 императора-соправителя приняли офиц. решение о возвращении всех сосланных ранее епископов (Athanas. Alex. Apol. contra arian. 8). Вслед за Афанасием на своих кафедрах были восстановлены и проч. защитники Никейского Символа веры: Маркелл Анкирский, Асклепий Газский, Павел I К-польский. В 338 г. в Александрии состоялся Собор егип. епископов, на к-ром были объявлены недействительными все обвинения против Афанасия, выдвигавшиеся ранее. Впрочем, возвращение на кафедру ранее сосланных привело вскоре к возобновлению тех же конфликтов, к-рые развивались уже в последние годы правления имп. Константина I. Ни ариане во главе с еп. Евсевием Никомидийским, ни примкнувшие к ним консервативно настроенные епископы Востока не собирались мириться с реабилитацией сторонников Никейского вероисповедания.

Спустя полтора года после начала правления К. его первоначальное одобрение амнистии церковных иерархов или скорее индифферентность к этому событию сменились более строгим отношением к епископам. Будучи заинтересован в поддержке вост. епископата в условиях разгоравшейся войны с Персией, К. постепенно принял сторону церковного большинства, к-рое и при Константине I выступало за отход от Никейского Символа веры и против его защитников. Как и в последний период правления Константина, главным советником К. в церковных делах стал еп. Евсевий Никомидийский. В 338/9 г., после низложения никейца свт. Павла I Исповедника, Евсевий занял кафедру К-поля, что еще более укрепило его влияние на ход дел в Церкви и политику К. В нач. 339 г., несомненно с санкции К., сторонники еп. Евсевия Никомидийского составили Антиохийский Собор, на котором подтвердили все прежние обвинения против никейцев, прибавив также и то, что их возвращение на свои кафедры было неканоничным, т. к. произошло по решению имп. власти, а не церковного Собора. Все никейцы вновь были объявлены низложенными. Вместо свт. Афанасия на кафедру Александрии был избран Григорий Каппадокиец, который весной 339 г. прибыл в Александрию и при поддержке префекта Египта занял епископскую кафедру и все городские храмы. Свт. Афанасий вынужден был бежать из города и к осени 339 г. прибыл в Рим. Туда же уехали оставшиеся верными ему александрийские клирики и неск. других епископов-никейцев (в т. ч. Маркелл Анкирский). Еще до прибытия Афанасия еп. Евсевий отправил послание Римскому еп. свт. Юлию I с изложением всех выдвигаемых против Афанасия обвинений и постановлений Антиохийского Собора; он просил понтифика признать их. Однако Юлий решил пересмотреть дело Афанасия и пригласил Евсевия и др. вост. епископов прибыть на Собор в Рим. Никто с Востока не откликнулся. Римский Собор состоялся осенью 340 г. и объявил, что показаний александрийских пресвитеров, находившихся в Риме, вполне достаточно, чтобы признать возводимые на свт. Афанасия обвинения ложными. Т. о., оформился раскол между Церквами Востока и Запада, главным вопросом в котором первоначально было отношение к свт. Афанасию, но постепенно начали осознаваться и богословские противоречия. С этого времени свт. Афанасий стал абсолютным авторитетом на Западе в области учения о Св. Троице. В 40-х гг. IV в. обе церковные партии, проникейская на Западе и проарианская на Востоке, укрепляли свои позиции в разных диоцезах империи, находившихся под управлением братьев К. и Константа. Каждая из партий в своей части империи составляла церковное большинство и поэтому пользовалась поддержкой императора. По тем же причинам противоречия между ними первоначально носили ограниченный характер, а полемика развивалась медленно.

В 341 г. с одобрения К. для уточнения вероопределения был созван Антиохийский Собор. Формальной причиной его созыва стало освящение построенной Великой церкви, главной базилики в Антиохии. Анафематствовав учения Ария, Маркелла Анкирского, Павла Самосатского и Савеллия, Собор выработал 3 новые догматические формулы. Их основная идея сводилась к стремлению не использовать термин «единосущный» в Символе веры, поскольку его нет в Свящ. Писании и в восприятии мн. вост. христиан того времени он тесно связывался с савеллианством. Вместе с тем Собор утверждал учение о 3 Божественных Ипостасях, неоднократно подчеркивал Божество Сына, Который считался подчиненным Отцу, но также назывался Единородным.

Однако Запад отказался принимать нововведения Антиохийского Собора, и вскоре возникла идея созыва Вселенского Собора, который мог бы окончательно разрешить сложившуюся ситуацию (см. Сардикийский Собор). Инициатива созыва Собора, видимо, принадлежала западным епископам, но нашла поддержку и на Востоке. Организацию Собора взял на себя имп. Констант; К. ему содействовал (Hilar. Pict. Fragm. Hist. 2). Соборные заседания не привели к разрешению конфликта; вост. епископы покинули Сердику (Сардику, ныне София) и составили Собор в Филиппополе (ныне Пловдив, Болгария), на к-ром подтвердили 4-ю Антиохийскую формулу, а также объявили об отлучении папы Римского Юлия, епископов Осия Кордубского, Протогена Сардикийского, Гауденция и Максимина Треверского за то, что они допустили к общению Маркелла, Афанасия и проч. преступников (Hilar. Pictav. Fragmenta Historica. III 27). После удаления восточных епископов Сардикийский Собор ответил подобным осуждением в адрес 9 арианствующих епископов и вновь подтвердил невиновность свт. Афанасия, еп. Маркелла и прочих изгнанных с Востока никейцев. Собор также подтвердил незыблемость Никейского Символа веры, добавив и свое особое исповедание веры, текст которого приводит Феодорит Кирский (Hist. eccl. II 8). Т. о., вместо разрешения всех накопившихся вопросов и восстановления церковного единства Сардикийский Собор лишь усугубил раскол между Восточной и Западной Церквами.

В 344 г. имп. Констант, вставший на сторону большинства участников Сардикийского Собора, отправил ко двору К. в Антиохию посольство епископов Викентия Капуанского и Евфраты из Колонии Агриппины (ныне Кёльн). Посольство было холодно принято еп. Стефаном I Антиохийским, однако К. был настроен примириться. Посольству удалось добиться права на возвращение бежавших из Александрии клириков (Athanas. Alex. Hist. arian. 20). Для рассмотрения вероучительных вопросов К. приказал созвать Собор. Антиохийский Собор 344 г. объявил о неск. важных уступках Западу. Еп. Стефан Антиохийский был низложен, на его место возведен Леонтий. В стремлении разрешить догматические споры Собор принял 5-ю Антиохийскую формулу («Многострочное изложение» веры). Вместе с тем Собор подтвердил осуждение учения Маркелла Анкирского и его ученика Фотина Сирмийского.

«Многострочное изложение» при всей его сдержанности и отсутствии в нем явно арианских формулировок не могло удовлетворить защитников Никейского Символа веры на Западе. В 345-346 гг. имп. Констант I под влиянием консолидированного мнения зап. епископата оказывал давление на К. с тем, чтобы добиться признания Никейского вероисповедания на Востоке или по крайней мере уступок в пользу соборного большинства, которое в Сердике осталось за сторонниками Никеи. Констант написал неск. писем К., призывая брата позволить ранее изгнанным епископам-никейцам вернуться на свои кафедры. Не добившись согласия, Констант отправил К. ультимативное письмо, в к-ром угрожал ему войной. Текст письма К. не сохранился и известен только по сообщениям церковных историков, но, вероятно, письмо произвело впечатление на К. и вынудило его согласиться с требованиями Константа ради сохранения союза между императорами (Athanas. Alex. Apol. contr. ari. 20-22; Hieron. Chron. // PL. 27. Col. 681-682; Rufin. Hist. eccl. X 19; Socr. Schol. Hist. eccl. II 22; Sozom. Hist. eccl. III 20; Philost. Hist. eccl. III 12). Ок. 346 г. с разрешения К. свт. Афанасий, Павел Исповедник и нек-рые др. иерархи вернулись на Восток. С этого времени до кон. 40-х гг. IV в. церковная жизнь на Востоке находилась в состоянии оттепели. Не пытаясь оспорить господство проарианского большинства в Церкви, К. сделал ряд уступок проникейской церковной партии в вероучительных вопросах (Athanas. Alex. Apol. contr. ar. 22-24; Socr. Schol. Hist. eccl. II 15-16, 23-24). Свт. Афанасий прибыл в Александрию 21 окт. 346 г. Почти в это же время свои кафедры вновь заняли еп. Маркелл Анкирский и (вероятно) Павел Исповедник. Положение дел в Восточной Церкви вернулось к тому состоянию, в к-ром находилось после амнистии никейцев 337 г.

Обстоятельства церковной жизни изменились в 350 г., после гибели имп. Константа и прихода к власти на Западе имп. Магна Магненция. Стремясь завоевать поддержку Западной Церкви, Магненций счел необходимым засвидетельствовать свт. Афанасию свое почтение. Посольство, направленное им в Антиохию к К., по пути посетило Александрию и было принято свт. Афанасием, хотя и с политической осторожностью (Athan. Alex. Apol. ad Const.). Однако факт этого посольства в дальнейшем дал противникам свт. Афанасия повод обвинить его в гос. измене.

Посольство Магненция не имело успеха при дворе К. и привело к разрыву между императорами. В 351-353 гг., во время похода К. против Магненция на Запад, в его окружении появились новые церковные советники из числа ревностных ариан. Вероятно, в сент. 351 г. состоялось знакомство К. с еп. Валентом Мурсийским (Паннония), к-рому сразу же удалось произвести на К. благоприятное впечатление. Епископы Валент Мурсийский и Урсакий Сингидунский (см. ст. Валент и Урсакий) стали основными проводниками нового этапа проарианской политики К. Осенью 351 г. в Сирмии состоялся Собор, на к-ром кроме Урсакия и Валента присутствовали нек-рые вост. епископы, прибывшие в Паннонию вслед за К. Собор низложил еп. Фотина Сирмийского как ученика Маркелла и избрал на его место Герминия, сторонника соглашения с господствовавшей на Востоке проарианской доктриной. Собор издал вероучительное определение, 1-ю Сирмийскую формулу, в которой содержались представления о субординационализме в отношениях между Отцом и Сыном. С принятия Сирмийской формулы, к-рая была одобрена подавляющим большинством вост. епископов (кроме архиереев Александрийской Церкви), начался новый этап наступления противников Никейского вероисповедания в Церкви. Будучи одним из главных организаторов этого наступления, К. стремился не только объявить о поддержке им того или иного варианта арианского вероисповедания, но и добиться торжества своих сторонников в церковно-политическом противостоянии. Арианам продолжал стойко сопротивляться союз Церквей Рима и Александрии. Поэтому в нач. 50-х гг. IV в. одной из главных целей К. стало стремление разрушить отношения между этими Церквами, дискредитировать свт. Афанасия в глазах христиан Запада.

Осенью 353 г., после окончательной победы К. над Магненцием, состоялся Арелатский Собор. С инициативой созыва Собора к К. обратился папа Римский свт. Либерий. К. вызвал епископов в Арелат (ныне Арль, Франция), где в это время находилась имп. ставка. Либерий прислал на Собор 2 легатов; К., вероятно, лично присутствовал на заседаниях. Как победитель узурпатора, он имел возможность диктовать свои условия зап. епископату. Поэтому, хотя большинство присутствовавших на Соборе составляли галльские епископы, ранее придерживавшиеся Никейского Символа веры, руководившие Собором Урсакий и Валент с санкции К. добились принятия на Соборе осуждения свт. Афанасия Великого, к-рого обвиняли и в дисциплинарных нарушениях, и в связях с Магненцием. Отказался подписывать осуждение свт. Афанасия лишь еп. Павлин Тирский, к-рый был немедленно низложен и сослан во Фригию. Вопросы вероисповедания на Соборе не обсуждались (Athanas. Alex. Hist. arian. 31. 1; Sulpicius Severus. Chronicorum. II 39. 2-3). Ок. 354 г. эти решения были поддержаны новым Собором в Антиохии, где полностью господствовала проарианская партия (Sozom. Hist. eccl. IV 8).

Решения Арелатского Собора вызвали протест папы Римского Либерия, который рассчитывал на обсуждение именно догматических проблем. Папа осудил поведение своих легатов и потребовал от К. созыва нового, более представительного Собора. Теперь К. мог добиться осуждения свт. Афанасия и на более крупном церковном форуме. Летом 355 г. был созван Собор в Медиолане (см. Медиоланские Соборы), в к-ром, по сообщениям древних историков, участвовали ок. 300 епископов (Socr. Schol. Hist. eccl. II 26; Sozom. Hist. eccl. IV 12). На Соборе также в присутствии К. большинство зап. епископата во главе со свт. Дионисием Медиоланским попыталось противостоять арианской партии Урсакия и Валета, организовать прение о вере и утвердить Никейский Символ веры. Однако К. выступил перед Собором с обвинениями в адрес свт. Афанасия, участники Собора не могли не считаться с требованием императора и утвердили анафему святителю. К. удалось убедить Собор в том, что Никейскому Символу веры ничто не угрожает и дело Афанасия никоим образом не связано с вопросами веры. Трое отказавшихся поддержать К. (Дионисий Медиоланский, Евсевий Верчелльский и папский легат Луцифер Каралисский) были отправлены в ссылку в вост. провинции. Вместо Дионисия на Медиоланскую кафедру был избран арианин Авксентий. Т. о., все важнейшие кафедры Западной Церкви, кроме Римской, оказались в руках ариан, сторонников политики К. В кон. 355 г. были сосланы и последние противники К. на Западе - папа Либерий и еп. Осий Кордубский. Отголоски пропаганды К. против Афанасия, в т. ч. различных клеветнических обвинений и слухов, распускаемых арианами, сохранились в «Римской истории» Аммиана Марцеллина, который в 355 г. находился в Галлии. «Тогда в Александрии был епископ Афанасий, который считал себя более значительным, чем имел на то право, и совался не в свои дела... съезд многих епископов... лишил его сана. О нем рассказывали, что, обладая большими познаниями в искусстве предсказаний и разных тонкостях авгурской науки, он несколько раз предсказывал будущее» (Amm. Marc. Res gestae. XXV 7. 7-8).

Весной 356 г. был созван Собор в г. Беттеры в Галлии (ныне Безье, Франция), на к-ром уклонившимся от участия в предыдущих Соборах галльским епископам было также предложено подписать осуждение свт. Афанасия. Собор вновь был вынужден согласиться с линией К.; за отказ от нее были сосланы во Фригию епископы Иларий Пиктавийский и Роданий Тулузский.

Тем не менее в течение неск. лет, пока К. и его сторонники вели кампанию против православия на Западе, свт. Афанасий продолжал занимать свою кафедру. Лишь после того, как большой Медиоланский Собор завершился для К. успешно, император получил достаточные законные основания и принял решение удалить Афанасия из Александрии с кафедры. 9 февр. 356 г. арестовать его в храме не удалось: Афанасий скрылся; несмотря на тщательный розыск, в т. ч. по мон-рям Египта, он так и не был найден (Афанасий перестал скрываться только после смерти К. в 361). На кафедру Александрии был возведен лояльный к политике К. Георгий Каппадокиец.

В авг. 357 г. на небольшом Соборе в Сирмии, вновь под надзором К. и при активном участии Урсакия и Валента была издана 2-я Сирмийская формула, превосходящая своими проарианскими тенденциями все предшествующие изложения веры, издававшиеся вост. Соборами. 2-я Сирмийская формула, как было заявлено в ней, преследовала цель окончательно прекратить богословские споры о Св. Троице, начатые Арием, и восстановить мир в Церкви. Актами Собора запрещалось впредь для описания отношения Отца и Сына в Св. Троице употреблять понятия «единосущный» и «подобосущный», т. к. этих терминов нет в Свящ. Писании, и вести дальнейшие споры по этому вопросу. Заявлялось также, что Отец больше Сына во всем. Впрочем, Сын признавался рожденным от Отца и Единородным.

На Востоке издание 2-й Сирмийской формулы было встречено с одобрением. Наиболее влиятельным иерархом Восточной Церкви в это время был еп. Евдоксий, который в 357 г. решением К. был переведен с кафедры Германикеи (ныне Кахраменмараш, Юго-Вост. Турция) на Антиохийскую кафедру. В нач. 358 г. еп. Евдоксий созвал Антиохийский Собор, к-рый одобрил полностью 2-ю Сирмийскую формулу. В послании к Урсакию и Валенту Евдоксий уведомлял их о своей деятельности и принятии нового исповедания всем Востоком.

Однако вскоре часть вост. епископов справедливо увидела во 2-й Сирмийской формуле и действиях еп. Евдоксия возрождение первоначального арианства, о к-ром более 20 лет никто не вспоминал и к-рое осудили ранее. По-видимому, уже в кон. 357 г. еп. Георгий Лаодикийский, известный борьбой против свт. Афанасия и неприятием Никейского Символа веры, отсылал послания ко многим вост. епископам, в т. ч. Македонию К-польскому и свт. Василию Анкирскому, с призывом противостоять возрождению арианства и партии крайних ариан аномеев, в симпатии к к-рым подозревали еп. Евдоксия. Свт. Василий призвал всех епископов собраться в Анкире (ныне Анкара, Турция) для обсуждения сложившейся в Церкви ситуации. Анкирский Собор состоялся весной 358 г.; формальным поводом к нему послужило освящение новой базилики в Анкире. На него прибыли лишь немногие вост. епископы, гл. обр. из М. Азии; еп. Георгий Лаодикийский отсутствовал. Собор предложил такое определение веры, к-рое, по мнению его участников, не содержало бы крайностей арианства и савеллианства, с к-рым многие связывали никейский термин «единосущный». Вместо него было выдвинуто понятие «подобосущный» как в наибольшей степени отражающее единство природы и родственное единение Отца и Сына, а также различие Их ипостасей. С заседаний Анкирского Собора начался новый этап в истории арианских споров; на нем сформировалась церковная партия омиусиан, или василиан, по имени ее лидера свт. Василия Анкирского. К., находившийся в это время в Италии и Паннонии, как и во мн. др. случаях, не контролировал ход событий и узнал о Соборе post factum. Участники Собора решили известить К., направив в Сирмий посольство в составе епископов Василия Анкирского, Евстафия Севастийского и Элевсия Кизического. Посольство прибыло в ставку К. неожиданно, но после общения с епископами К. резко изменил свои религиозно-догматические взгляды и доверился василианам. Причины этого поворота в настроении императора помимо убедительности богословских аргументов свт. Василия и его спутников неизвестны. Вероятно, к этому времени К. уже понимал, что 2-я Сирмийская формула, на к-рую он ранее возлагал надежды, не только не привела к желанному миру в Церкви, но, напротив, усугубила раскол. При этом помимо Западной Церкви, где формулу встретило глухое неприятие епископов, теперь не было единства и в среде вост. иерархов. В этой связи К. возложил надежды на новый вариант исповедания веры, представленный василианами. Прежние советники К. Урсакий и Валент, вероятно, также не были готовы возражать новой партии. В Сирмии вскоре состоялся новый небольшой Собор, его участниками были члены анкирского посольства, Урсакий, Валент, еп. Герминий Сирмийский и 4 находившихся при дворе африкан. епископа. Собор принял 3-ю Сирмийскую формулу, которая стала повторением основных положений Антиохийских исповеданий 341 г. с добавлением слов о том, что Сын является подобным Отцу по сущности (ὅμοιος κατ οὐσίαν).

Однако решение К., оформленное Собором в Сирмии, лишь осложнило ситуацию для Восточной Церкви. Против омиусиан выступали как ариане-аномеи во главе с еп. Евдоксием Антиохийским, так и вост. консерваторы. К кон. 358 г. представители этих группировок Евдоксий Антиохийский, Георгий Александрийский и Марк Арефузский явились в Сирмий с жалобами на василиан. Под их влиянием К. был вынужден делать следующие шаги к умиротворению Церкви и объявить о созыве нового большого Собора (см. ст. Аримино-Селевкийский Собор). Он должен был состоять из 2 частей: вост. епископам К. предписывал собраться в Селевкии Исаврийской (ныне Силифке, Юго-Вост. Турция), западным - в Аримине (ныне Римини, Италия). После завершения основных заседаний по 10 представителей от каждого Собора должны были прибыть к К. для окончательного согласования постановления. Этим разделением К. достигал 2 целей. Во-первых, так можно было избежать нового витка конфронтации между вост. и зап. епископами. Во-вторых, такая форма Собора позволяла сократить гос. расходы на его проведение. Впрочем, К. не хотел допустить бесконтрольных дискуссий, к-рые, как правило, приводили к новым расколам, и подготовил для соборного обсуждения свой вариант вероисповедания. Для его выработки в Сирмий были вызваны все основные представители различных богословских партий (кроме никейцев). В результате совещаний в резиденции К. в течение весны 359 г. появилось новое изложение, известное как «Датированная вера», или 4-я Сирмийская формула. Основным автором текста был еп. Марк Арефузский. Формула представляла собой компромисс: ариане-аномеи во главе с еп. Евдоксием отступились от учения о неподобии, омиусиане отказались от положения о подобии Сына Отцу по сущности. Был признан общий термин - «подобен во всем» (ὅμοιος κατὰ πάντα). Впрочем, уже при подписании этого документа 22 мая 359 г. еп. Валент опустил слова «во всем» и лишь потом поставил их по настоятельному требованию К. Свт. Василий Анкирский прибавил свое понимание этих слов: «во всем... т. е. и в сущности, и в ипостаси...» (Epiph. Adv. haer. 22). Тем не менее с этим исповеданием веры участники совещания направились на Соборы в Селевкию и Аримин.

Аримино-Селевкийский Собор, как и большинство прежних церковных форумов при К., не принес полного успеха имп. политике. Западный Собор в Аримине отверг 4-ю Сирмийскую формулу и подтвердил Никейский Символ веры. Урсакий и Валент, присутствовавшие в Аримине, оказались в меньшинстве и утвердили имп. исповедание, лишь образовав собственное совещание из неск. десятков сторонников арианства. Каждая из 2 частей Ариминского Собора послала делегацию к К. в К-поль. Урсакий и Валент были приняты К., а правосл. делегацию К. даже отказался слушать и приказал епископам дожидаться в Адрианополе (ныне Эдирне, Турция) его возвращения из похода на персов. Встретившись с правосл. делегацией, Урсакий и Валент путем уговоров и угроз убедили епископов поставить свои подписи под вероисповеданием, которое в сокращенном виде повторяло 4-ю Сирмийскую формулу. В нем были опущены слова «во всем» и вместо этого заявлялось, что Сын подобен Отцу согласно Писанию; слово «сущность» впредь запрещалось употреблять. По-видимому, это произошло с согласия К., хотя и без его прямого давления. После этого правосл. делегации было позволено вернуться в Аримин, куда прибыли и Урсакий с Валентом, потребовав от прочих участников Собора подписать новое вероопределение. Большинство епископов постепенно поставили подписи; 20 наиболее упорных никейцев во главе с епископами Фивадием Агинским и Серватием Тунгрским после долгих колебаний согласились принять ее, если к этому тексту будет приложена анафема на учение Ария. Урсакий и Валент согласились на это. Анафематизмы, составленные Фивадием и Серватием, были добавлены к вероисповеданию. После этого Собор, заседавший 7 месяцев (кон. мая - дек. 359), был распущен, а Урсакий и Валент направились к К. в К-поль с окончательным вариантом Ариминской формулы.

В Селевкии Собор был открыт 27 сент. 359 г. и продолжался всего неск. дней. Он также почти сразу распался на 2 части. Большинство составили омиусиане во главе с епископами Георгием Лаодикийским, Элевсием Кизическим и Евстафием Севастийским. 2-я группа сплотилась вокруг склонявшегося к аномейству еп. Акакия Кесарийского. Обнародованную на Соборе «Датированную веру» поддержали и омиусиане и акакиане. При этом акакиане осудили аномейство и заявили, что признают подобие Сына Отцу, хотя и избегают употребления термина «подобный» (ὅμοιος). Тем не менее омиусиане после споров отлучили от Церкви Акакия, Евдоксия Антиохийского, Урания Тирского и ряд их сторонников. Обе партии отправили делегации в К-поль с жалобами друг на друга. На совещании в К-поле в присутствии К. представители большинства Селевкийского Собора обвинили находившегося здесь же еп. Евдоксия Антиохийского в аномействе и добились его отречения от ереси. Виновником еретического влияния на Евдоксия был объявлен его приближенный диак. Аэций, к-рый также был вызван ко двору К., уличен в ереси, низложен и сослан. Все участники совещания при К., в т. ч. и Евдоксий, произнесли анафему на Аэция и аномеев. Однако Евдоксий пошел дальше и после осуждения термина «неподобный» (ἀνόμοιος) как не встречающегося в Свящ. Писании потребовал осудить на тех же основаниях и термин «подобосущный» (ὁμοιούσιος), основной в богословии омиусиан. Последние не смогли на это пойти, и переговоры между партиями вновь зашли в тупик. В это время в К-поль прибыли Урсакий и Валент с вероисповеданием, принятым в Аримине. Омиусиане вновь были вызваны ко двору, где К. потребовал от них подписать Ариминскую (4-ю Сирмийскую) формулу. После долгих и ожесточенных споров они вынуждены были уступить, и в ночь на 1 янв. 360 г. все присутствовавшие при дворе подписали новое вероопределение. В 360 г. в К-поле состоялся Собор, на к-ром присутствовало 72 епископа. Здесь вост. епископы торжественно подписали стилистически переработанный греч. вариант Ариминской формулы, где наряду со словом «сущность» впредь запрещалось употреблять и термин «ипостась».

Основным следствием Аримино-Селевкийского Собора и придворных совещаний в К-поле было формирование партии омиев, у истоков к-рой стояли Урсакий и Валент и к-рой удалось на время объединить все разрозненные элементы антиникейской коалиции. До смерти К. неск. видных деятелей - омиусиан, в т. ч. епископы Василий Анкирский, Евстафий Севастийский и Македоний К-польский, были обвинены в различных церковных преступлениях и изгнаны со своих кафедр. Место Македония в К-поле в янв. 360 г. занял Евдоксий Антиохийский. В Антиохии весной 360 г. епископом был поставлен Мелетий, которого омии считали своим единомышленником. Однако, заняв Антиохийскую кафедру, Мелетий начал проводить антиарианскую политику, что вызвало недовольство омийской партии, и в кон. 360 г. он был низложен на Соборе в Антиохии; на его место был избран Евзоий (Socr. Schol. Hist. eccl. II 44; Sozom. Hist. eccl. IV 28). Низложение Мелетия привело к расколу среди христиан в Антиохии; его сторонники образовали отдельную общину (Theodoret. Hist. eccl. II 31).

Т. о., Аримино-Селевкийский Собор, несмотря на многочисленные расколы и споры, был решительной попыткой правительства К. привести церковное большинство по всей империи к единству хотя бы ценой компромиссов и уступок со всех сторон. Тем не менее единство вновь, как и во всех предыдущих случаях, оказалось призрачным. Запреты К. на обсуждение богословских вопросов не действовали. Продолжали формироваться новые версии вероисповеданий, и появлялись партии их сторонников, к-рые не контролировали ни К., ни епископы, и эта ситуация грозила новыми спорами и расколами в недалеком будущем. В течение года или двух после Соборов Церковь сохраняла лишь видимость единства и спокойствия. Большинство крупнейших общин вост. части империи (Александрия, К-поль, Антиохия) продолжали жить в условиях расколов. После смерти К. (нояб. 361) начался новый этап богословской и церковно-политической борьбы. Многолетние усилия К. по установлению церковного единства путем поиска приемлемых вероопределений и консолидации тех или иных партий внутри Церкви так и не дали ожидаемых результатов.

Ист.: CTh.; CJC; Amm. Marc. Res gest.; Athanas. Alex. Apol. contr. ar.; idem. Apol. ad Const.; idem. Ep. ad Afros; idem. Hist. arian.; idem. De synod.; Lib. Or. 59; Aur. Vict. De caes.; Eutrop. breviar.; Hieron. Chron.; idem. De vir. illustr.; Rufin. Hist. eccl.; Philost. Hist. eccl.; Oros. Hist. adv. pag; Socr. Schol. Hist. eccl.; Sozom. Hist. eccl.; Theodoret. Hist. eccl.; Zosimus. Hist.; Ioan. Malal. Chron.; Chron. Pasch.; Zonara. Epit. hist.; Itinerarium Alexandri: Ad Constantium Augustum / Ed. A. Mai. Fr./M., 1818; XII Panegyrici Latini / Rec. A. Baehrens. Lipsiae, 1874; Hilar. Pict. Ad Const. // CSEL. Vol. 65.
Лит.: Burckhardt J. Die Zeit Constantins des Grossen. Lpz., 18802 (рус. пер.: Буркхардт Я. Век Константина Великого. М., 2003); Seeck O. Constantius (4) // Pauly, Wissowa. Bd. 4. Sp. 1044ff; idem. Untersuchungen zur Geschichte des Nicänischen Konzils // Ibid. 1897. Bd. 17. Sp. 1-72, 319-363; idem. Regesten der Kaiser und Päpste für die Jahre 311 bis 476 n. Chr.: Vorarbeit zu einer Prosopographie der christl. Kaiserzeit. Stuttg., 1919; idem. Geschichte des Untergangs der antiken Welt. Stuttg., 1920-1923. 6 Bde; Hefele, Leclerq. Hist. des conciles. 1907. T. 1. Pt. 1-2; Bury J. The Constitution of the Later Roman Empire. L., 1910; Спасский С. История догматических движений в эпоху Вселенских Соборов. Серг. П., 1914; Hagel K. F. Kirche und Kaisertum in Lehre und Leben des Athanasius: Diss. Lpz.; Tüb., 1933; Baynes N. H. The Byzantine Empire. L.; N. Y., 1925; idem. Byzantine Studies and Оther Essays. L., 1955; Alföldi A. Die Ausgestaltung des monarchischen Zeremoniells am römischen Kaiserhofe // MDAi.R. 1934. Bd. 49. S. 1-118; Opitz H.-G. Athanasius' Werke. Bd. 3. 1: Urkunden zur Geschichte des arianischen Streites. B.; Lpz., 1934; Straub J. A. Vom Herrscherideal in der Spätantike. Stuttg., 1939; Setton K. M. Christian Attitude towards the Emperor in the IVth Cent. N. Y., 1941; Schneemelcher W. Athanasius von Alexandrien als Theologe und als Kirchenpolitiker // ZnW. 1950/1951. Bd. 43. S. 242-255; Downey G. The Builder of the Original Church of the Apostles at Constantinople // DOP. 1951. Vol. 6. P. 53-80; Williams G. H. Christology and Church-State Relations in the IVth Cent. // Church History. Chicago, 1951. Vol. 20. N 3. P. 3-33; N 4. P. 3-25; Karayannopulos J. Der frühbyzantinische Kaiser // BZ. 1956. Bd. 49. S. 369-384; Stein E., Palanque J.-R. Histoire du Bas-Empire. P., 1959. T. 1: 294-476; Nordberg H. Athanasius and the Emperor. Helsinki, 1963; Momigliano A. The Conflict between Paganism and Christianity in the IVth Cent. [Oxf.], 1963; Dvornik F. Early Christian and Byzantine Political Philosophy: Origins and Background. Wash., 1966. 2 vol. (DOS; 9); PLRE. Vol. 1. P. 226; Blockley R. C. Constantius Gallus and Julian as Caesars of Constantius II // Latomus. Brux., 1972. T. 31. P. 433-468; Lucien-Brun X. Constance II et le massacre des princes // Bull. de l'Assoc. Guillaume Budé. Ser. 4. P., 1973. T. 32. P. 585-602; Dagron G. Naissance d'une capitale: Constantinople et ses institutions de 330 à 451. P., 1974; он же (Дагрон Ж.) Император и священник: Этюд о визант. «цезарепапизме». СПб., 2010; Politique et théologie chez Athanase d'Alexandrie / Ed. Ch. Kannegiesser. P., 1974; Simonetti M. La crisi ariana nel IV sec. R., 1975; Luibhéid C. The Arianism of Eusebius of Nicomedia // The Irish Theol. Quarterly. 1976. Vol. 43. P. 3-23; DiMaio M. Zonaras' Account of the Neo-Flavian Emperors: Diss. / Univ. of Mussouri. Columbia, 1977; idem. The Antiochene Connection: Zonaras, Ammianus Marcellinus, and John of Antioch on the Reigns of the Emperors Constantius II and Julian // Byz. 1980. Vol. 50. P. 158-185; Klein R. Constantius II und die Christliche Kirche. Darmstadt, 1977; Barnes T. D. Emperors and Bishops, A. D. 324-344: Some Problems // AJAH. 1978. Vol. 3. P. 53-75; idem. Athanasius and Constantius: Theology and Politics in the Constantinian Empire. Camb. (Mass.), 1993; idem. Constantine: Dynasty, Religion and Power in the Later Roman Empire. Malden, 2011; Brown P. The Making of Late Antiquity. Camb. (Mass.), 1978; idem. The Rise of Western Christendom. Oxf., 20032; Elliott T. G. The Tax Exemptions Granted to Clerics by Constantine and Constantius II // Phoenix. Toronto, 1978. Vol. 32. P. 326-336; Leedom J. W. Constantius II: Three Revisions // Byz. 1978. Vol. 48. P. 133-136; Rosch G. ῎Ονομα βασιλείας: Studien zum offiziellen Gebrauch des Kaisertitel in Spatantiker und frühbyzantinischer Zeit. W., 1978; Chastagnol A. L'évolution politique, sociale et économique du monde romain de Dioclétien à Julien: La mise en place du régime du Bas-Empire, 284-363. P., 1982; Культура Византии: IV - 1-я пол. VII вв. М., 1984; McMullen R. Christianizing the Roman Empire A.D. 100-400. New Haven; L., 1984; idem. Christianity and Paganism in the IVth to VIIIth Centuries. New Haven, 1997; Jones A. H. M. The Later Roman Empire (284-602): A Social, Economic and Administrative Survey. Baltimore, 1986; Hendy M. F. Studies on Byzantine Monetary Economy: c. 300 - 1450. Camb.; N. Y., 1985; Liebeschuetz J. W. H. G. Government and Administration in the Late Empire // The Roman World / Ed. J. Wacher. L., 1987. Vol. 1. P. 455-469; Pelikan J. The Excellent Empire: the Fall of Rome and the Triumph of the Church. San Francisco, 1987; Hanson R. P. C. The Search for the Christian Doctrine of God: The Arian Controversy, 318-381. Edinb., 1988; Kienast D. Römische Kaisertabelle: Grundzüge einer römischen Kaiserchronologie. Darmstadt, 1990; Mango C. Constnatine's Mausoleum and the Translation of Relics // BZ. 1990. Bd. 83. N 1. S. 51-62; ODB. Vol. 1. P. 498-500; DiMaio M., Duane W.-H. A. «Per Vim, Per Caedem, Per Bellum»: A Study of Murder and Ecclesiastical Politics in the Year 337 A.D. // Byz. 1992. Vol. 62. P. 158-211. Bradbury S. Constantine and the Problem of Anti-pagan Legislation in the IVth Cent. // Classical Philology. Chicago, 1994. Vol. 89. P. 120-139; Карташев. Соборы; Болотов. Лекции; From Constantine to Julian: Pagan and Byzan Byzantine Views: A Source History / Ed. S. N. C. Lieu, D. Montserrat. L.; N. Y., 1996; Treadgold W. A History of the Byzantine State and Society. Stanford (Calif.), 1997; Drake H. A. Constantine and the Bishops: The Politics of Intolerance. Baltimore; L., 2000; Harries J. Law and Empire in Late Antiquity. Camb., 2001; Henck N. Constantius o φιλοκτίστης? // DOP. 2001. Vol. 55. P. 279-304; Odahl Ch. M. Constantine and the Christian Empire. L.; N. Y., 2004; Potter D. S. The Roman Empire at Bay: AD 180-395. L.; N. Y., 2005; Kleinbauer W. E. Antioch, Jerusalem and Rome: The Patronage of Emperor Constantius II and Architectural Invention // Gesta. Chicago, 2006. Vol. 45. N 2. P. 125-145; The Cambridge Companion to the Age of Constantine / Ed. N. Lenski. N. Y.; Camb., 2006; Dignas B., Winter E. Rome and Persia in Late Antiquity. Camb., 2007; The Cambridge Ancient History. Vol. 13: Late Empire, AD. 337-425 / Ed. A. Cameron, P. Garnsey. Camb., 2008; Hijmans S. E. Sol: The Sun in the Art and Religions of Rome: Diss. Groningen, 2009; Чекалова А. А. Сенат и сенаторская аристократия Константинополя: IV - 1-я пол. VII вв. М., 2010.
Д. В. Зайцев, Э. П. Г.
Ключевые слова:
Императоры римские Констанций II [Флавий Юлий Констанций] (317-361), римский император (с 21 мая 337), 2-й сын императора святого равноапостольного Константина I Великого (306-337)
См.также:
АВГУСТ ОКТАВИАН [Гай Юлий Цезарь Октавиан] (63 г. до Р. Х.- 14 г. по Р. Х.), римский император
АВРЕЛИАН [Клавдий Луций Валерий Домиций Аврелиан] (214– 275), римский император
АДРИАН Публий Элий (76-138), рим. император (117-138)
АЛЕКСАНДР СЕВЕР (208–235), рим. император в 222 - 235