Добро пожаловать в один из самых полных сводов знаний по Православию и истории религии
Энциклопедия издается по благословению Патриарха Московского и всея Руси Алексия II
и по благословению Патриарха Московского и всея Руси Кирилла

Как приобрести тома "Православной энциклопедии"

КОЛОКОЛЬНЯ
Т. 36, С. 380-390 опубликовано: 14 июля 2019г.


КОЛОКОЛЬНЯ

[итал. campanile; нем. der Glockenturm; англ. bell tower, belfry; франц. clocher, clocher-tour, beffroi; пол. dzwonnica], отдельно стоящее или связанное с храмом строение башенного типа для размещения колоколов. Следует различать собственно К. и звонницу (англ. bell cot, bell gable; франц. clocher-mur; польск. dzwonnica parawanowa) - аналогичное по функции стенообразное сооружение. В рус. церковном зодчестве сложился уникальный тип строения «иже под колоколы» или «под звоном», представляющий собой храм, расположенный непосредственно под К. (или звонницей).

Типологические различия в устройстве К. (и звонниц) в Европе и в России были предопределены способами звона. Выделяют 3 способа колокольных звонов. Первый способ: раскачивают колокол так, чтобы язык ударял по его краю; считается самым древним, традиционно распространен в Европе и Америке. Второй: по колоколу ударяют молотком, при этом сам колокол остается неподвижным; возник достаточно рано, получил распространение в Китае и странах Юго-Вост. Азии, в Европе начал применяться сравнительно поздно в связи с появлением курантов. Третий: колокол жестко зафиксирован, раскачивается только язык; получил распространение преимущественно в России ок. XVII в.; звон «в языки» изначально применялся для малых и средних колоколов, большие колокола предпочитали раскачивать.

В средневек. Европе раскачивающиеся колокола вешали на железную подвижную ось, концы к-рой были закреплены в стене или стропилах (beffroi), предохранявших каменную кладку К. от вибрации. Ось соединяли с колесом, от к-рого тянулась веревка. Звонарь, дергая снизу за веревку, приводил в действие систему, к-рая раскачивала колокол. Иногда колокола устанавливали так, чтобы они могли не только раскачиваться, но и вращаться. Габариты колокола при этом не всегда влияли на размер арок звона.

В Др. Руси конструкция для качания колоколов - очеп (оцеп, очап) - представляла собой металлическую жердь наподобие колодезного журавля, к-рая крепилась к железной поперечной балке (матице), вращающейся вокруг своей оси. На балке, соединенной со стеной, висел колокол. С одной стороны очепа была привязана веревка, с другой нередко - противовес. Очепные конструкции сохранились в звоннице Псково-Печерского мон-ря. На большинстве древнерус. К., в т. ч. на церкви-колокольне прп. Иоанна Лествичника («Иван Великий») в Московском Кремле, изначально находились очепные колокола. Как правило, колокола устанавливали непосредственно в арках звона, арки делали достаточно широкими и глубокими с учетом размаха колокола. Требовалось множество людей, чтобы привести в действие очеп крупных колоколов. Так, напр., колокол-благовестник «Лебедь» (отлит по указу царя Бориса Годунова для Успенского собора Московского Кремля; вес - 3233 пуда), установленный на низкой деревянной звоннице посреди Соборной площади, раскачивали обычно 30-50 чел. В большинстве древнерус. звонниц и К. доступ к колоколам не предполагался, т. к. звонили преимущественно с земли.

Сложные механические конструкции часовых курантов с шестеренками, муз. валами (барабанами) и системой молоточков требовали наличия просторного изолированного помещения внутри К., звонницы или башни. Так, помещения для часового механизма в башне Сан-Марко в Венеции (1496-1506; архитекторы М. Кодусси и П. Ломбардо) расположены в неск. ярусов. На фасаде размещен циферблат, выше - балкон с появляющимися во время боя часов фигурами Мадонны с Младенцем и волхвов, над ними - крылатый лев; на крыше установлен огромный колокол, по к-рому ударяют фигуры юноши и старца - символы времени.

Церковь Сан-Аполлинаре-Нуово (VI в.) и колокольня (IX–Х вв.) в Равенне
Церковь Сан-Аполлинаре-Нуово (VI в.) и колокольня (IX–Х вв.) в Равенне

Церковь Сан-Аполлинаре-Нуово (VI в.) и колокольня (IX–Х вв.) в Равенне
Характерным примером К. с фиксированными колоколами со звоном «в языки» является соборная звонница в Ростове (80-е гг. XVII в.), единственная в России, где в целости сохранился уникальный колокольный подбор. Колокола подвешены к балке, закрепленной в столбах верхнего яруса звона. В рус. К. XVII-XIX вв. колокола подвешивались не только в арках звона, но и под сводами на перекрещенных балках. Доступ к колоколам осуществлялся по внутристенным каменным или открытым деревянным и металлическим лестницам.

Колокольня Флорентийского собора. 1298–1359 гг.
Колокольня Флорентийского собора. 1298–1359 гг.

Колокольня Флорентийского собора. 1298–1359 гг.
В христианстве практика созыва прихожан на богослужение колокольным звоном появилась не ранее V в. По преданию, у ее истоков стоял свт. Павлин Милостивый, еп. Ноланский. Вероятно, колокола помещались на небольших деревянных звонницах простейшего устройства. Появлению высоких колокольных башен предположительно предшествовало возведение невысоких каменных звонниц на стенах христ. базилик. Наиболее ранними примерами высоких многоярусных К. считаются башни при базиликах VI в. Сант-Аполлинаре ин Классе и Сант-Аполлинаре Нуово в Равенне. Их башни относятся к IX-X вв. и первоначально использовались как дозорные. Обе К. цилиндрические, стоят отдельно от храмов, имеют сходное архитектурное решение. Гладкие стены прорезаны арочными окнами: одинарными в нижних ярусах, двойными - в средних и тройными - в верхних. Равеннские кампанилы повлияли на формирование типа итал. К.

В романский период в Италии строили высокие, как правило отдельно стоящие, К. Чаще они были квадратными в плане. Большинство имели гладкие стены без деления на ярусы, с арочными окнами вверху и плоскими, иногда шатровыми крышами (К. собора Сан-Дзено-Маджоре в Вероне, XI-XII вв.; храма Санта-Мария-Ассунта на о-ве Торчелло, XII в.). Нек-рые были расчленены на неск. ярусов с учащающимися кверху аркадами (К. аббатства в Помпозе, XI в., ц. Сан-Джорджо в Велабро, XI в.). Всемирную известность получила К. в Пизе (1173-1360), т. н. падающая башня. Ее цилиндрический объем имеет 8 ярусов, украшенных аркадами на колонках, придающих башне изящную ажурность. Верхний, более узкий ярус прорезан арками звонов. Иногда К. непосредственно примыкали к собору (базилика Сант-Амброджо в Милане (XI-XII вв.) имеет 2 К. у зап. фасада; в базилике Сант-Аббондио в Комо (XI в.) 2 К. фланкируют алтарную часть).

Башня Ла-Хиральда в Севилье. 1184–1198, 1568 гг.
Башня Ла-Хиральда в Севилье. 1184–1198, 1568 гг.

Башня Ла-Хиральда в Севилье. 1184–1198, 1568 гг.
В готическую эпоху итал. К. мало изменились. Предпочтительными оставались К. квадратные в плане, разделенные на ярусы, с плоскими крышами. Наиболее выразительны колокольня собора в Сиене (1220-1377) с горизонтальными зелено-белыми полосами кладки, учащающимися кверху аркадами и островерхой кровлей и колокольня Флорентийского собора (начата в 1334; архит. Джотто) с огромными стрельчатыми окнами верхнего этажа и богатой мраморной инкрустацией фасадов. Ренессансная К. Сан-Марко в Венеции (1514; воссоздана в 10-х гг. XX в.) развивает тип романских К.; отличается причудливым завершением в виде открытого фонаря с аркадой и шатровой крышей.

В Испании на архитектуру К. оказало сильное влияние распространение на территории страны ислама. Нередко в качестве К. после Реконкисты использовали бывш. мусульм. минареты, напр. квадратная в мавританском стиле башня Ла-Хиральда у собора в Севилье (1184-1198; надстроена в 1568; архит. Э. Руис).

В средневек. Германии и Франции К. обычно строили вместе с собором. Высокие и часто островерхие они стали основой архитектурного образа средневек. храмов Сев. Европы. С каролингской эпохи развивался тип многобашенных базилик с вестверком (букв.- западная постройка). Наиболее ранний образец - аббатство Сен-Рикье (709-799; не сохр.) с 4 цилиндрическими башнями (у вестверка и трансепта) и 2 более крупными башнями над средокрестиями. В оттоновский период были построены ц. в Гернроде (961-991) с 2 цилиндрическими башнями у вестверка и базилика Санкт-Михаэль в Хильдесхайме (1010-1033) с 6 башнями (2 квадратных над средокрестиями и по 2 круглых с боков трансепта и вестверка). Этот тип получил распространение в романскую эпоху в имп. 6-башенных соборах в Шпайере (1030-1103) с 4 квадратными боковыми башнями и 2 8-гранными над средокрестиями, в Вормсе (1171-1234) с цилиндрическими боковыми башнями, в Майнце (начало строительства в 975) и в аббатстве Мария Лаах (1093-1200).

Во Франции развивался тип 2-башенного зап. фасада. Впосл. он стал доминирующим в католич. традиции и даже повлиял (в XVIII в.) на Россию. Можно назвать такие храмы, как Сент-Трините в Кане (кон. XI - нач. XII в.), где 2 мощные квадратные в плане башни с плоской крышей расположены по бокам от западного портала, Нотр-Дам-ла-Гранд в Пуатье (1130-1145) с 2 небольшими круглыми башенками с шатровым верхом, фланкирующими фасад. Собор Сен-Пьер в Ангулеме (1101-1136) также имеет пышно декорированный 2-башенный фасад; кроме того, с севера к трансепту базилики примыкает высокая многоярусная квадратная в плане К. Наряду с этим развивался тип многобашенных соборов (церковь аббатства Клюни III, 1080-1130; не сохр.). В островерхих шатровых завершениях 2 башен на зап. фасаде нормандской ц. Сент-Этьен в Кане (кон. XI - нач. XII в.) появляются готические черты.

Для готических соборов Франции характерно возведение 2 башен на зап. фасаде, иногда этот тип постройки дополняли башни над средокрестием и трансептами (колокола были не во всех башнях). Напр., собор в Лане (1155-1235) имеет 2 квадратные башни на западе, одну 8-гранную над средокрестием и по одной - с каждой стороны трансепта (2 другие у трансепта не были построены). Башни обычно были квадратными в основании, на к-ром нередко возвышалось 8-гранное шатровое завершение. Такие башни, благодаря пинаклям и табернаклям, имели сложный силуэт и ажурную поверхность (наиболее характерно для поздней готики). Арки звонов, небольшие в романский период, в готическую эпоху делали высокими и стрельчатыми по форме. Башни мн. соборов, таких как, напр., в Шартре (1134-1194), остались недостроенными из-за грандиозных размеров. Для Франции типичны плоские кровли башен. Часто планировались шатры, но не были воплощены (Нотр-Дам-де-Пари (1163-1257), собор в Реймсе (1211-1311) и др.). Собор-крепость в Альби (1282-1390) с одной башней на западе уникален для Франции.

Фасад ц. Сант-Аньезе-ин-Агоне в Риме. 1652–1677 гг. Архит. Ф. Борромини
Фасад ц. Сант-Аньезе-ин-Агоне в Риме. 1652–1677 гг. Архит. Ф. Борромини

Фасад ц. Сант-Аньезе-ин-Агоне в Риме. 1652–1677 гг. Архит. Ф. Борромини
В Германии получили распространение островерхие шатровые завершения зап. башен (Элизабеткирхе в Марбурге (1235-1283), Мариенкирхе в Любеке (XIII-XIV вв.)). Собор в Страсбурге (начат в 1277) остался с одной асимметрично расположенной башней (1399-1419), 2-я недостроена. Хрестоматийный пример - Кёльнский собор (1248 - XIX в.) с 2 гигантскими ажурными шатровыми башнями (самые высокие в Европе, 156 м). Церковь во Фрайбурге (1220-1260) имеет на зап. фасаде башню с резным шатровым завершением. К этому типу относится грандиозный позднеготический собор в Ульме (1377 г.- XIX в.).

В англ. готике также сочетались типы дву- и многобашенных соборов. Яркими примерами 1-го типа являются соборы в Линкольне (XII-XIV вв.) и Йорке (XIII-XV вв.), а также Вестминстерское аббатство в Лондоне (XIII-XVIII вв.).

Помимо башнеобразных К., типичных для крупных соборов, в приходских храмах средневековой Европы часто строили стенообразные звонницы с аркадами звонов в завершении западного фасада (clocher-mur), как, напр., в церквах Сент-Андре в Айоне (XI в.), в Преваншере (XII в.) и Плане (XIII в.).

Собор в честь Рождества св. Иоанна Предтечи Иоанно-Предтеченского мон-ря в Пскове. 40-е гг. XII в.
Собор в честь Рождества св. Иоанна Предтечи Иоанно-Предтеченского мон-ря в Пскове. 40-е гг. XII в.

Собор в честь Рождества св. Иоанна Предтечи Иоанно-Предтеченского мон-ря в Пскове. 40-е гг. XII в.
В эпоху Ренессанса продолжал развиваться тип крупных соборов с 2 башнями. В этом процессе важную роль сыграл проект архит. Донато Браманте для собора св. Петра в Риме (1504), совместивший центрическое купольное здание и 2 высоких К. по сторонам от главного фасада. Позднее эту тему продолжил архит. Антонио да Сангалло Младший в проекте собора св. Петра (1539). В декоре многоярусных башен впервые был применен ордер, а квадратные ярусы нижней части сочетались с цилиндрическими верхней.

Для барокко был весьма показателен тип купольного храма с 2 К. на фасаде: Сант-Аньезе-ин-Агоне в Риме (1652-1677; архит. Ф. Борромини), базилика Суперга близ Турина (1717-1731; архит. Ф. Юварра) и др.; этот же тип использован архит. К. Реном в соборе св. Павла в Лондоне (1675-1710). Рен разработал для приходских храмов выразительный тип колоколен с причудливым многоярусным шпилем (церкви Сент-Мэри-ле-Боу (1670-1680); Сент-Брайд на Флиит-стрит (1671-1678, 1701-1703)). Существовали необычные архитектурные решения, как, напр., овальная ц. св. Карло Борромео (Карлскирхе) в Вене (1716-1725; архит. И. Б. Фишер фон Эрлах) с 2 К. в виде колонн, наподобие колонны имп. Траяна в Риме.

Во Франции в период рококо и в эпоху неоклассицизма развивали стандартную 2-башенную схему: напр., так выполнен фасад ц. Сен-Сюльпис (1733-1777; архитекторы Дж. Н. Сервандони, Ж. Ф. Шальгрен), где в каждом из 4 ярусов башен последовательно применены 4 ордера. В кон. XVIII - нач. XIX в. стали популярны оригинальные формы, напр. завершение К. в виде обелиска (церковь в Живри, 1771; архит. Э. М. Готе). В Англии архит. Дж. Нэш построил К. ц. Всех душ (1822-1824) в виде конуса, окруженного колоннадой.

Церковь в честь Сошествия Св. Духа на апостолов в Троице-Сергиевой лавре. 1476–1477 гг.
Церковь в честь Сошествия Св. Духа на апостолов в Троице-Сергиевой лавре. 1476–1477 гг.

Церковь в честь Сошествия Св. Духа на апостолов в Троице-Сергиевой лавре. 1476–1477 гг.
На Руси от домонг. времени колоколонесущих сооружений не сохранилось. Представление о них можно составить по изображениям на некоторых иконах. Колокола размещали в простейших деревянных звонничках П- или Т-образной формы, которые располагались рядом с церковью или на ее крыше. Рус. храмовая архитектура формировалась под влиянием византийской, в к-рой тип башнеобразных К. не имел распространения. Колокола в Византии появились не ранее IX в.; принято считать, что их размещали в небольших стенообразных звонницах на фасадах храмов. Такая схема была применена в соборе Иоанно-Предтеченского мон-ря в Пскове (40-е гг. XII в.), где над зап. пряслом юж. фасада возвышалась небольшая 2-пролетная звонница, однако есть сомнения, что она была построена изначально. Аналогичная звонница собора Мирожского монастыря (1153) была надстроена в XV в.

Крупные, отдельно стоящие, колоколонесущие сооружения появились в Др. Руси не ранее XIV в. В XV - кон. XVII в. типологическое развитие К. происходит по 3 направлениям: стенообразные (впосл. палатные) звонницы; церкви «под звоном» в виде купольного четверика; столпообразные К. Во всех 3 типах могли быть церкви «иже под колоколы». Какой из типов был более древним, сказать сложно, все они развивались параллельно, иногда соединяясь вместе в причудливые многосоставные комплексы. Происхождение 1-го типа обычно связывают с Новгородом и Псковом; родиной других считается Москва. К. 2-го типа строили до кон. XVI в., 1-й стал распространяться в XVII в., К. 3-го типа возводили и в XVIII в. в виде шатровых и ярусных построек.

В XIV в. в Москве зародился столпообразный тип К. Самая ранняя известная постройка - ц. прп. Иоанна Лествичника на Соборной пл. Московского Кремля (1329). Здание, от к-рого сохранился лишь 8-гранный фундамент, реконструируют как стройный восьмерик с храмом внизу и ярусом звона наверху. Церковь имела завершение в виде кокошников, над которыми возвышалась главка. Это первый на Руси храм «иже под колоколы». Композиция его была уникальна для Европы. Исследователи (Кавельмахер В. В., Панова Т. Д. Остатки белокаменного храма XIV в. на Соборной пл. Моск. Кремля // Культура средневек. Москвы XIV-XVII вв. М., 1995. С. 66-83) связывают ее происхождение с арм. образцами, напр. с колокольней в Ахпате (1245). Здание имело символическое значение, подчеркивая роль Москвы как нового центра Русских земель.

В сер. XV в. в новгородском Детинце возвели т. н. Евфимиевский столп. Предположительно это был 8-гранный храм «под звоном», вероятно по образцу московского. На месте его обрушения в 1673 г. возвели высокую 8-гранную часозвоню. В XV в., видимо из небольших звонниц при церквах в Новгороде и Пскове, возник тип крупных отдельно стоящих стенообразных звонниц. Они, как правило, имели 2 яруса. В нижнем массивном ярусе-основании иногда устраивались сводчатые помещения; наверху была аркада в 3 и более пролета. Звонили в таких звонницах «в очеп». Наиболее известная и самая ранняя сохранившаяся - звонница Софийского собора в Новгороде (построена в 1439 на месте более древней). Она имеет 5 арок звона, над арками возвышались 5 деревянных шатров (ныне под единой крышей с главкой посередине).

В 1476-1477 гг. в Троице-Сергиевом мон-ре под Москвой псковские мастера возвели ц. Св. Духа. 4-столпный крестово-купольный храм «иже под колоколы» имеет необычное решение. Основной кубический объем завершается килевидными кокошниками, на к-рых поставлена глухая глава. В основании главы устроен ярус звона с крупными килевидными арками. В этой церкви соединены черты московского столпообразного храма «под звоном» и древних псковских звонничек над крышами церквей.

Тип четвериков «под звоном» получил развитие в 2 церквах, построенных по заказу московского кн. Василия III Иоанновича по случаю рождения наследника. Благовещенский храм в Ферапонтовом мон-ре (1530-1534) и ц. арх. Гавриила в Кирилло-Белозерском мон-ре (1531-1534) имели в завершении четверика ярус звона (искажены поздними перестройками). Над Архангельской ц. была открытая аркада с 2 главами. Стенные ниши Благовещенского храма завершались горкой кокошников с единственной главой.

Колокольня Спасо-Евфимиева мон-ря в Суздале. XVI в.
Колокольня Спасо-Евфимиева мон-ря в Суздале. XVI в.

Колокольня Спасо-Евфимиева мон-ря в Суздале. XVI в.
На рубеже правления князей Иоанна III и Василия III в Московском Кремле вместо древней ц. прп. Иоанна Лествичника построили новую величественную столпообразную колокольню «Иван Великий» с ц. прп. Иоанна Лествичника в нижнем ярусе (1505-1507; архит. Бон Фрязин). Огромный 8-гранный столп состоит из 3 ярусов, постепенно сужающихся кверху. Нижние 2 яруса с гладкими стенами имеют арки звона. Верхний ярус с арками изначально завершался шлемовидной главой. На К. звонили «в очеп» и «в языки». В толще стены устроена винтовая лестница. Архитектура К., хотя и отражает итал. влияние, не имеет точных аналогов. В итал. К. обычно был 1 ярус звона, в то время как на колокольне «Иван Великий» их 3. Эта К. долгие годы оставалась самым высоким сооружением России (высота 60 м; после надстройки при царе Борисе Годунове - 81 м).

Колокольня «Иван Великий» стала образцом для мн. рус. К. на протяжении последующих веков; широкое распространение получили столпообразные К. нередко с церквами в нижних ярусах, напр. круглая Георгиевская в с. Коломенском под Москвой (ок. сер. XVI в.) с 5 арками звона и изысканным ордерным декором. К этому типу относятся суздальские К.: столпообразная ц. Происхождения честных древ Креста Господня в Покровском монастыре (1515, шатровый верх - XVII в.), с усыпальницей в подклете, храмом в среднем ярусе и звоном наверху; 9-гранный столп Спасо-Евфимиева мон-ря (нач. или сер. XVI в.) с подклетом, ц. св. Иоанна Предтечи и 3-м ярусом звона; уникальная 6-гранная К. Свято-Троицкого Болдина монастыря под Дорогобужем (90-е гг. XVI в.). Восьмигранная К. Спасо-Каменного мон-ря (1543-1549; архитекторы Пахомий Горяинов, Григорий Борисов) на Кубенском оз. под Вологдой была соединена с трапезной.

Церковь-колокольня Распятия Господня в Александровой слободе. XVI в.
Церковь-колокольня Распятия Господня в Александровой слободе. XVI в.

Церковь-колокольня Распятия Господня в Александровой слободе. XVI в.
Отдельного внимания заслуживает Распятская К. Александровой слободы. Выстроенная в 10-х гг. XVI в. как храм во имя свт. Алексия, митр. Московского, первоначально она представляла собой 8-гранный столп с галереей звонов наверху, увенчанный горкой кокошников и шлемовидной главой. Сбоку к столпу примыкала стенообразная звонница в 3 пролета для крупных колоколов. Т. о., здесь в едином комплексе совмещались храм-К. и звонница. В 70-х гг. XVI в. царь Иоанн Грозный повелел укрепить древний столп обходной аркадой и надстроить его высоким шатром, водруженным на горку кокошников. Под шатром устроили дополнительный ярус звона. Перестроенная церковь в Александровой слободе стала первой шатровой К. в России. Звонили здесь и «в очеп», и «в языки».

Колокольня «Иван Великий» (1505) и Успенская звонница (1814–1815) в Московском Кремле
Колокольня «Иван Великий» (1505) и Успенская звонница (1814–1815) в Московском Кремле

Колокольня «Иван Великий» (1505) и Успенская звонница (1814–1815) в Московском Кремле
Создание сложных многосоставных комплексов, соединявших столпообразную К. и звонницу, было заметным явлением XVI в. Так, в Московском Кремле с севера к колокольне «Иван Великий» пристроили 2-этажную ц. Воскресения с приделом Рождества Христова (1532-1539; архит. Петрок Малый Фрязин, достройка в 1543-1552). Церковь имела сложное завершение с кокошниками, волютами и одной главой. Вероятно, при Иоанне Грозном над церковью устроили арки для колоколов. Внизу, между столпом и приделом Рождества Христова, была звонница, предназначенная для «Большого Успенского» колокола, самого крупного на Руси. В 20-х гг. XVII в., при царе Михаиле Феодоровиче, верх Рождественской ц. окончательно был переделан в звонницу палатного типа с 3 колоссальными арками для больших колоколов. По имени самого большого колокола звонницу назвали Успенской. Сооружение увенчала мощная глава. С севера к новой церкви-звоннице примкнула Филаретова пристройка (1624; архитекторы Бажен Огурцов, Джон Талер) с причудливой готической шатровой палаткой для колокола «Лебедь», а еще севернее - семисотенная пристройка (кон. XVII в.). На новой звоннице звонили уже только «в языки». В 1812 г. французы взорвали Успенскую звонницу, она была воссоздана архит. Д. Жилярди и др. в 1814-1815 гг. (в наст. время там висит колокол, перелитый в 1817-1819).

Сложившийся в Московском Кремле уникальный ансамбль стал в XVI-XVII вв. образцом для мн. комплексов монастырских К. Напр., к столпообразной К. Спасо-Евфимиева монастыря в Суздале в 2 этапа (1599 и 1691) была пристроена палатная звонница с 3 крупными арками и асимметрично возвышающейся часозвоней. В XVI-XVII вв. возник многосоставный комплекс из нескольких звонниц у стен ц. Св. Духа Троице-Сергиевой лавры (уничтожен в XVIII в.).

Параллельно продолжал существовать тип псковско-новгородских стенообразных звонниц. Вероятно, он оказал влияние на московскую церковь-звонницу Рождества Пресв. Богородицы (сер. XIV в.; не сохр.) при ц. Покрова Богородицы на Рву (собор Василия Блаженного) на Красной пл. Она была 3-пролетная в 3 яруса звона, увенчана 3 шатрами. Упрощенной вариацией на эту тему можно считать изящную 3-пролетную звонницу при ц. Преображения в усадьбе Бориса Годунова Большие Вязёмы (90-е гг. XVI в.). Лаконичная композиция сочетается здесь с гармоничным ордерным декором.

В Пскове продолжали придерживаться традиц. форм, не обращая внимания на московские «итальянизмы». Выразительна своей простотой звонница-стена при ц. Успения Пресв. Богородицы с Пароменья (1521) с асимметричными пролетами звонов и глухим массивным основанием. Аналогичная ей звонница Псково-Печерского мон-ря (XVI-XVII вв.) имеет 2-й ярус звона. Более сложная композиция у звонницы Тихвинского мон-ря (кон. XVI в.), сохранившей 5-шатровое покрытие. В нижней части устроены 2 яруса помещений и лестница на 3-й ярус звона в виде балкона под 5 арками. Тихвинская звонница представляет собой переходный тип от стенообразной к палатной звоннице; создана под влиянием Успенской звонницы Московского Кремля. В XVII в. именно этот тип стал доминирующим.

По образцу Успенской звонницы Московского Кремля и Рождественской К. на Красной пл. построена палатная звонница в Ипатиевском мон-ре под Костромой (XVII в.). Первоначально 3-пролетная 2-ярусная часть завершалась 3 шатрами. В сер. XVII в. к ней пристроили еще один пролет для большого колокола, сделав композицию асимметричной. Тип Успенской кремлевской звонницы развит в палатной звоннице Саввино-Сторожевского мон-ря в Звенигороде (1652-1654), соединенной с трапезной в одно здание. Три арки звона (средняя больше боковых) увенчаны 8-гранным шатром. Небольшая асимметрично расположенная часовая башенка придает пирамидальному силуэту живописность. Трeхшатровая Троицкая звонница Александро-Свирского монастыря (1647-1674) также относится к этому типу.

К палатному типу относятся звонницы Борисоглебского монастыря (1680-1682) и Успенского собора у митрополичьего двора (1682-1687) в Ростове. Обе звонницы в нижней части имеют храмы «под колоколы». Верхняя часть, галерея звонов с широкими пролетами арок (2 арки в Борисоглебской, 4 - в Успенской звонницах), увенчана главками (3 и 4 соответственно). На Борисоглебской звоннице были устроены часы с курантами. К этому типу можно отнести звонницы Преображенского монастыря в Ярославле (нач. XVII в., перестроена в XIX в.) и Воскресенского мон-ря в Угличе (1674).

С сер. XVII в. самым популярным типом К. стал шатровый. В его основе лежали 2 образца: К. Александровской слободы и надстройка Спасской башни Московского Кремля (1624-1625; архитекторы Вилим Граф, Христофор Галовей). Надстройка представляет собой несколько восьмериков на четверике. Верхний восьмерик с килевидными арками звона увенчан стройным шатром. Знаменитые кремлевские куранты состоят из механизма часов, скрытого за циферблатами, и колоколов, развешанных над ними в верхнем ярусе звона.

Шатровые К. обычно делали 8-гранными, иногда на основании в виде четверика. Вверху располагался ярус звона с крупными арками, а шатер прорезали мелкие окошки слухов. К. этого типа, как правило, были частью храмовых комплексов посадских церквей. Характерные примеры такого типа построек находятся в Москве: церкви Св. Троицы в Никитниках (сер. XVII в.), свт. Николая в Пыжах (сер. XVII в.), прп. Симеона Столпника на Поварской ул. (1676-1679), свт. Николая в Хамовниках (1679-1682). Большинство московских К. расположены с зап. стороны храма по продольной оси постройки. Именно в сер. XVII в. складывается 3-частная композиция «храм-трапезная-колокольня». Отдельно стоявшая шатровая К. (1-я пол. XVII в.) при ц. вмч. Димитрия Солунского у Тверских ворот (не сохр.) отличалась тем, что была прямоугольная в плане. В Ярославле часто строили шатровые К. отдельно стоящими, напр. К. храма свт. Иоанна Златоуста в Коровниках (сер. XVII в.) и незаурядная по композиции К. ц. Рождества Христова (сер. XVII в.) с проездной аркой внизу, храмом в среднем ярусе и часами. Ярославские К. при храмах возводили обычно, в отличие от московских, на углу четверика (церкви прор. Илии (1647-1650), Спаса на Городу (1672), арх. Михаила (1657-1680) и др.).

В мон-рях и при крупных соборах предпочитали строить звонницы или столпообразные ярусные К. по образцу колокольни «Иван Великий». Образ кремлевского столпа развит в 7-ярусной К. Воскресенского собора Новоиерусалимского мон-ря (1658-1685). Верхний восьмерик, водруженный на мощном квадратном основании, завершен луковичной главой. Колоссальная 10-ярусная К. Иосифова Волоколамского мон-ря (кон. XVII в.; не сохр.) имела в основании древний столпообразный храм XVI в. Верхние ярусы К. были богато украшены в стиле узорочье; ни в одном из ярусов мотивы не повторялись.

Нарышкинский стиль вобрал в себя достижения предыдущего периода и в то же время привнес много нового. Шестиярусная К. Новодевичьего монастыря (1683-1689) во многом повторяет архитектуру колокольни «Иван Великий». Равномерно убывающие по ширине ярусы и богатый ордерный декор создают классически гармоничный торжественный образ. К. Высокопетровского монастыря (1694) и построенная по ее образцу К. при трапезной Пафнутиева Боровского мон-ря (90-е гг. XVII в.) представляют собой упрощенный вариант ярусной композиции из неск. восьмериков на четверике. В посадских храмах применялись шатровые К. (ц. Воскресения в Кадашах, 90-е гг. XVII в.).

Колокольня московского Новодевичьего мон-ря. 1683–1689 гг.
Колокольня московского Новодевичьего мон-ря. 1683–1689 гг.

Колокольня московского Новодевичьего мон-ря. 1683–1689 гг.
Вотчинные храмы строились по типу «иже под колоколы». Получила распространение ярусная центрическая композиция из неск. восьмериков на четверике, обычно с 4-лепестковым планом. Над большим световым восьмериком расположен малый восьмерик звона, на который попадали по внутристенной лестнице. Наиболее ранняя постройка такого типа - Успенский храм в Петровском-Дурневе близ Москвы (1684-1688; не сохр.) с 12-лепестковым планом. Четырехлепестковая ц. Покрова в Филях (1690-1694), 3-частная ц. Св. Троицы в с. Троице-Лыкове (1690-1695; ныне в черте Москвы), а также Преображенская ц. в с. Уборы близ Москвы (1694-1697) стали образцами стиля. Более поздняя вариация на эту тему - 8-лепестковая ярусная надвратная Тихвинская ц. Донского мон-ря (1713).

Кроме того, существовали экзотические варианты К. Напр., в московской ц. Успения Пресв. Богородицы на Покровке (1696-1699; не сохр.) восьмерик звона завершался 5 шатрами с главками. Пятиглавое завершение имеет К. новгородского Вяжищского мон-ря во имя свт. Николая Чудотворца (90-е гг. XVII в.). В Ярославле при ц. св. Иоанна Предтечи в Толчкове (1663-1687) в нач. XVIII в. выстроили отдельно стоящую 6-ярусную К. с равномерно убывающими ярусами звонов, имитирующими традиц. форму шатра.

Церковь в честь Успения Пресв. Богородицы с колокольней на Покровке в Москве. 1696–1699 гг. Литография. Кон. XIX в.
Церковь в честь Успения Пресв. Богородицы с колокольней на Покровке в Москве. 1696–1699 гг. Литография. Кон. XIX в.

Церковь в честь Успения Пресв. Богородицы с колокольней на Покровке в Москве. 1696–1699 гг. Литография. Кон. XIX в.
Уникальный памятник раннепетровского зодчества - ц. арх. Гавриила «под звоном», или т. н. Меншикова башня (1701-1707),- повлиял на распространение ярусных К. Сложная композиция 3-частного храма «кораблем» с возвышающимся средним четвериком, увенчанным полуглавиями, завершается 2 восьмериками звонов; изначально были еще 3-й восьмерик и высокий шпиль (уничтожены молнией). Башня была самым высоким сооружением Москвы (до утраты шпиля высота 84 м); она стала одним из прототипов К. Петропавловского собора в С.-Петербурге (другим считается башня собора в Риге).

Колокольня Троице-Сергиевой лавры. 1741–1770 гг. Архитекторы И. Я. Шумахер, И. Ф. Мичурин, Д. В. Ухтомский
Колокольня Троице-Сергиевой лавры. 1741–1770 гг. Архитекторы И. Я. Шумахер, И. Ф. Мичурин, Д. В. Ухтомский

Колокольня Троице-Сергиевой лавры. 1741–1770 гг. Архитекторы И. Я. Шумахер, И. Ф. Мичурин, Д. В. Ухтомский
Петропавловский собор (1712-1733; архит. Д. Трезини; К. перестроена от нижнего яруса в 1766-70-х гг. XVIII в.; архит. С. А. Волков) был первой в России базиликой европейского образца. В архитектуре храма проявились черты барокко. Переход от фасада собора к К. оформлен волютами, придающими объему пластичность. Четыре квадратных в плане яруса К. имеют ордерный декор, завершаются куполом, несущим 2 малых восьмерика и шпиль. Необычно устройство курантов (1757-1764; мастер Б. Орт Красс). Механизм и циферблаты расположены над колоколами. Помимо муз. вала здесь устроен карильон - клавишно-педальный муз. инструмент для исполнения мелодий на колоколах. До сер. XIX в. шпиль К. Петропавловского собора (переделан в металле в 1857-1858; инженер Д. И. Журавский) с флюгером в виде ангела был самым высоким в России (более 122 м).

В провинции при строительстве К. соединяли древнерус. традиции с петербургскими новациями. Напр., в Соликамске возвели соборную К. (1713) в виде стройного восьмерика с горкой кокошников и высоким шпилем, водружeнного на мощный куб основания. К. Сампсониевского собора в С.-Петербурге (1725-1740; архит. Трезини) совмещает ордерную поярусную декорацию с шатровым завершением.

В XVIII-XIX вв. ярусные башнеобразные К. стали доминирующим типом. В мон-рях часто возводили надвратные К., а при больших городских соборах обычно строили отдельно стоящие. В стиле барокко представлены наиболее яркие образцы К. с поярусной ордерной декорацией (дорический или тосканский ордер внизу, затем - ионический, коринфский и композитный). Выразительна в своей монументальности 8-гранная 4-ярусная К. в Киево-Печерской лавре (1731-1745; архит. Г. И. Шедель), окруженная множеством колонн. В надвратной К. Донского мон-ря (1730-1733; архит. П. А. Трезини; 1750-1753; архит. А. П. Евлашев) применили традиц. форму восьмерика на четверике. Исаакиевская церковь «под звоном» в подмосковном с. Степановском (1-я треть XVIII в.) имеет необычайно широкое основание, на к-рое поставлены четверик верхнего храма и восьмерик звона.

С сер. XVIII в. стали популярны квадратные К. с массивным основанием и резко сокращающимися кверху ярусами. В основе этого образа лежал проект К. Троице-Сергиевой лавры (1741-1747; архитекторы И. Я. Шумахер, И. Ф. Мичурин). Первоначально она планировалась как 3-ярусная, однако в 1753-1770 гг. архит. Д. В. Ухтомский надстроил еще 2 яруса, увенчанные короной. Влияние К. Троице-Сергиевой лавры заметно в К. ц. Петра и Павла на Нов. Басманной ул. в Москве (1745), Преображенского собора в Тверском кремле (1747; архитекторы Шумахер, Ухтомский; не сохр.), а также в отдельно стоящей К. при храме в Спас-Косицах (Наро-Фоминский р-н Московской обл.) в имении гр. А. И. Шувалова (1750-1761). На массивных основаниях были возведены Введенская церковь-К. в Ахтырке на Украине (1783; архит. П. А. Ярославский), К. Мгарского (1785) и Крестовоздвиженского мон-ря в Полтаве (1786). Украинские К. имеют в основании квадрат со скругленными углами и 2 цилиндрических верхних яруса со сдвоенными колоннами по образцу К. Киево-Печерской лавры.

Петропавловский собор и колокольня (1712–1733) в С.-Петербурге. Архит. Д. Трезини
Петропавловский собор и колокольня (1712–1733) в С.-Петербурге. Архит. Д. Трезини

Петропавловский собор и колокольня (1712–1733) в С.-Петербурге. Архит. Д. Трезини
Важной вехой в типологическом развитии барочных К. были нереализованные проекты надвратной К. с.-петербургского Смольного монастыря (архит. Ф. Б. Растрелли). Первый проект (1744-1748) представлял собой 4-ярусную квадратную башню с раскрепованными углами, на к-рые были поставлены сдвоенные колонны, с крупными арками звонов и колоколовидным завершением, увенчанным шпилем. Этот проект повлиял на архитектуру изящной, отдельно стоящей К. Никольского Морского собора в С.-Петербурге (1753-1762; архит. С. И. Чевакинский) с вогнуто-выпуклыми фасадами, а также надвратной К. Новоспасского монастыря в Москве (1759-1785; архит. И. П. Жеребцов).

Позднее этот проект был точно повторен в К. Успенского собора в Туле (1772-1776; архит. М. М. Праве; не сохр.), а затем растиражирован костромским архит. С. А. Воротиловым, построившим К. Богоявленского собора в Костроме (1776-1791; не сохр.), Преображенского собора в Рыбинске (1797-1804) и Успенского собора в Рязани (1783; достроена по др. проекту в XIX в.). К этому же типу относится затопленная К. Никольского собора в Калязине (1800), созданная уже в духе классицизма.

Второй проект К. Смольного монастыря по велению имп. Елизаветы Петровны должен был походить на колокольню «Иван Великий», но был реализован только в модели. К. имела 9 ярусов и проездную арку внизу, с 2 сторон к главному столпу примыкали 3-ярусные звонницы. К. завершалась длинным цилиндром под луковичной главой, не соответствовавшим основному объему.

Ранний классицизм развивал барочный тип ярусных К., усиливая геометрическую четкость объемов. К. чаще стали возводить вместе с храмами. Для архит. А. Ринальди типичны 3-ярусные К.: квадратные нижние ярусы несут верхний, цилиндрический (Исаакиевский собор; модель 1768; перестроен в XIX в.; Князь-Владимирский собор в С.-Петербурге, 1766-1772, и др.). Та же схема была распространена в провинции (надвратная К. Наровчатского мон-ря в Пензенской обл., 90-е гг. XVIII в.).

Зрелый классицизм предложил новые и подчас экзотические формы К. Напр., архит. Дж. А. Кваренги разрабатывал тип цилиндрических К. наподобие маяков. К этому типу относятся: К. Владимирского собора в С.-Петербурге (1780-1783), церкви в Никольском-Гагарине под Москвой (1783; архит. И. Е. Старов) с массивным глухим рустованным нижним ярусом и колоннадой в ярусе звона. Под влиянием проектов Кваренги и Старова построены К. в с. Новотроицком (ныне Долгоруковского р-на Липецкой обл.; 1815) и с. Перевлес (ныне Старожиловского р-на Рязанской обл.; 1824-1839).

Архит. Н. А. Львов составлял сложные композиции, сочетающие 4- и 8-гранные ярусы с полукруглыми экседрами и обязательной колонной ротондой-беседкой в завершении. Такова надвратная К. новоторжского Борисоглебского мон-ря в Торжке (1804-1811). В усадебных храмах «под звоном» мотив колокольни с открытой беседкой соединены с архитектурой погребального сооружения (К. в с. Мурине Всеволжского р-на Ленинградской обл., 1785-1790, и дер. Горницы Кувшиновского р-на Тверской обл., 1789-1795). Львову принадлежит оригинальный проект К. в виде отдельно стоящей колонны в усадьбе Арпачево близ Торжка (1783-1791), повторенный в 1796 г. архит. Т. Адамини в усадьбе Ивановское под Липецком. Другие типы К. в творчестве Львова имеют черты пирамид (ц. Св. Троицы в с. Александровском (1785-1787), ныне С.-Петербург; церковь в подмосковном с. Введенском (1812) - в виде цилиндра, окруженного колоннадой и увенчанного конусовидным шпилем). В 90-е гг. XVIII в. в Яготине Полтавской губ. была выстроена звонница рядом с ротондальным храмом (не сохр.; приписывается архит. Львову).

Собор в честь Покрова Пресв. Богородицы Марфо-Мариинской обители в Москве. 1907–1912 гг. Архит. А. В. Щусев
Собор в честь Покрова Пресв. Богородицы Марфо-Мариинской обители в Москве. 1907–1912 гг. Архит. А. В. Щусев

Собор в честь Покрова Пресв. Богородицы Марфо-Мариинской обители в Москве. 1907–1912 гг. Архит. А. В. Щусев
Параллельно со смелыми новациями развивалась и более традиц. линия постройки К. Неожиданным возрождением типов К. Смольного и Киево-Печерского мон-рей была надвратная 4-ярусная К. московского Спасо-Андроникова монастыря (1795-1803; архит. Р. Р. Казаков; не сохр.). На мощном 3-частном основании с центральным восьмериком и 2 симметричными палатками по бокам возвышались цилиндрические верхние ярусы. К. Андроникова мон-ря в значительно упрощенном виде была повторена в Лежневе (1816-1823) и в Шуе (1819-1833; ныне оба мон-ря в Ивановской обл.). В Поречье-Рыбном (1779-1799) была построена самая высокая в рус. провинции К. в традиционных формах классицизма (93,7 м).

В XVIII в. в России стали возводить 2-колоколенные храмы западноевропейского типа. Первым был Троицкий собор Александро-Невской лавры в С.-Петербурге (20-30-е гг. XVIII в.; архит. Л. Т. Швертфегер; разрушен и выстроен заново в 1774-1790 архит. Старовым в стиле раннего классицизма) в виде базилики с куполом наподобие собора св. Петра в Риме с 2 квадратными башнями на зап. фасаде. Двубашенные храмы были особенно популярны в усадьбах. Самые известные памятники этого типа построили близ Москвы: ц. в Троицком-Кайнарджи (1778; архит. К. И. Бланк по проекту архитекторов Ю. М. Фельтена, Ж. Б. Валлен-Деламота); Спасский храм-ротонда в с. Пехра-Яковлевском (1777-1782; архит. Бланк, по проекту архит. В. И. Баженова (?)); псевдоготическая Владимирская ц. в с. Быкове (1783-1789; архитекторы Баженов, М. Ф. Казаков), а также базилика в с. Баловневе Липецкой обл. (1789-1799; архит. Баженов (?)) и др.

В небольших приходских храмах эпохи барокко и классицизма К., как правило, располагалась с запада по продольной оси и имела 2 или 3 яруса. Напр., в Москве барочные храмы святых Бориса и Глеба на Арбате, святых Кира и Иоанна на Солянке (оба 60-е гг. XVIII в.; архит. Бланк; не сохр.) имели небольшие квадратные К. Классицизм принес моду на цилиндрические ярусы звона. Такие К. можно видеть в храмах святых Космы и Дамиана на Маросейке (1790-1803; архит. Казаков), Рождества Богородицы на Кулишках (Стрелке) (1800-1802; архит. Д. Балашов) в Москве. В Скорбященском храме на Ордынке в Москве в 1783-1791 гг. архит. Баженовым была построена элегантная 3-ярусная цилиндрическая К.

В эпоху ампира и эклектики архитекторы меняли в основном количество ярусов, увеличивали размер и масштаб построек, что не всегда способствовало цельности художественного облика К. Характерна в этом отношении гигантская К. Успенского собора в Харькове (1821-1848; архитекторы Е. А. Васильев, А. А. Тон; высота 89,5 м) и квадратная в суховатых формах ампира К. ц. ап. Иоанна Богослова в Коломне (1826-1846). К. при Успенском соборе во Владимире (10-е гг. XIX в.; архит. А. Н. Вершинский) в смешанных формах классицизма и псевдоготики сама по себе гармонична, но ее колоссальный размер подавляет древний собор.

Стилизаторы сер. XIX в. начали обращаться к древнерус. образцам. В проектах К. А. Тона классическая ярусная композиция, увенчанная луковичной главой, не слишком удачно сочеталась с фантастическими «русско-византийскими» мотивами (К. московского Симонова Нового мон-ря, 1835-1839; не сохр.). Более выразительны были К. с шатровыми завершениями: гигантская 5-ярусная К. Гефсиманского скита Троице-Сергиевой лавры в русском стиле (1891-1900; архитекторы А. А. Латков, Н. В. Султанов (?)) точно воспроизводит формы московско-ярославского зодчества XVII в. Псевдорус. граненая К. мон-ря ап. Иоанна Богослова в с. Пощупове под Рязанью (1901; архит. И. С. Цеханский) считается одной из самых высоких в провинции (76 м).

Однако действительно необычные архитектурные решения были редкостью, как, напр., К. Софийского собора в Вологде (60-е гг. XIX в.), где причудливо соединились русские и неоготические мотивы. К. при храме в усадьбе Богучарове под Тулой (1892-1894; архит. Султанов) копирует кампанилу собора Сан-Марко в Венеции. Московская церковь «под колоколы» на Рогожском кладбище (1907-1910) имеет выразительную 3-частную композицию и оригинальную трактовку древнерусских мотивов. Удачными в стилистическом отношении были поиски А. В. Щусева: он обратился к псковским образцам и предложил новаторское решение парных звонниц Покровского собора Марфо-Мариинской обители в Москве (1907-1912).

Градостроительную роль К. как в Европе, так и в России сложно переоценить. Башнеобразные К. всегда являлись главными высотными доминантами среди малоэтажной городской, а тем более сельской застройки. Живописные силуэты разнообразных К., от остроконечных шатровых до причудливых барочных, со шпилями и скульптурными украшениями, неизбежно привлекали внимание. Обычно перед храмом или соборным комплексом с К. устраивалась городская площадь, часто с расчетом на обзор архитектурной доминанты (Соборная пл. Московского Кремля, пл. Сан-Марко в Венеции, площадь перед собором Нотр-Дам-де-Пари). На К. часто были ориентированы улицы. Особенно выразительна постановка К. на развилке 2 улиц (ц. Рождества Богородицы на Кулишках (Стрелке) в Москве).

В эпоху барокко и классицизма в России новые К. часто строились в древних кремлях (напр., в Туле и Рязани). Нередко К. доминировали в панораме города со стороны реки (Москва, С.-Петербург, Рязань, Рыбинск, Тверь). Постановка К. на возвышенном месте или горе была типичным явлением для России (Киев, Смоленск). Особая роль надвратных К. в монастырских ансамблях связана с символикой торжественного входа в Иерусалим, освященного колокольным звоном. Небольшие К. приходских храмов в эпоху малоэтажной застройки, безусловно, были более заметны. Однако и теперь К. являются ориентирами в городской среде благодаря своей оригинальной архитектурной форме.

Лит.: Плужников В. И. Соотношение объемных форм в рус. культовом зодчестве нач. XVIII в. // Рус. искусство 1-й четв. XVIII в. / Ред.: Т. В. Алексеева. М., 1974. С. 81-108; Памятники архитектуры Московской обл. М., 1975. 2 т.; Памятники архитектуры Ленинграда. Л., 1976; Кавельмахер В. В. Нек-рые вопросы изучения древнейших рус. колоколен // Вопросы теории и практики архитектуры и градостроительства: Межвуз. сб. М., 1981. С. 154; он же. Способы колокольного звона и древнерус. колокольни // Колокола: История и современность. М., 1985. С. 39-78; он же. К строительной истории колокольни Иосифо-Волоколамского мон-ря // Архит. ансамбль Иосифо-Волоколамского мон-ря: Проблемы изучения, реставрации и музеефикации: Мат-лы науч.-практ. конф., 30-31 окт. 1986 г. М., 1989. С. 11-15; он же. Новые исслед. Распятской колокольни Успенского мон-ря в Александрове // Реставрация и архит. археология: Новые мат-лы и исслед. М., 1991. С. 110-124; он же. Большие благовестники Москвы XVI - 1-й пол. XVII в. // Колокола: История и современность. М., 1993. С. 75-118; Подъяпольский С. С. Архитектор Петрок Малой // Памятники рус. архитектуры и монументального искусства: Стиль, атрибуции, датировки. М., 1983. С. 34-50; Бусева-Давыдова И. Л. Об истоках композиционного типа «восьмерик на четверике» в рус. архитектуре кон. XVII в. // Архит. наследство. М., 1985. № 33. С. 220-226; она же. Развитие композиции рус. мон-рей эпохи классицизма // М. Ф. Казаков и архитектура классицизма. М., 1996. С. 126-134; она же «Свои» и «чужие» на переломе эпох: Иноземные зодчие в Москве 1-й пол. XVII в. // Архитектура в истории рус. культуры. М., 2005. Вып. 6: Переломы эпох. С. 108-124; Гуляницкий Н. Ф. Колокол в древнерусской архитектуре. // Архит. наследство. 1988. № 36. С. 64-93; Чекмарёв А. В. Двухколоколенные храмы в усадьбах гр. П. А. Румянцева-Задунайского // Рус. усадьба. М., 2006. Вып. 12(28). С. 537-563; он же. Троицкий Собор Александро-Невской лавры как иконографический образец // Архитектура в истории рус. культуры. М., 2007. Вып. 7: С.-Петербург и архитектура России. С. 317-362.
А. Н. Яковлев
Рубрики:
Архитектура
Ключевые слова:
Церковная архитектура Колокольни и звонницы Колокольня, отдельно стоящее или связанное с храмом строение башенного типа для размещения колоколов
См.также:
АКСУМСКИЙ СОБОР БОГОМАТЕРИ СИОНСКОЙ (Марьям-Сийон)
АЛТАРНАЯ ПРЕГРАДА ограждение в христианском храме, отделяющее пространство алтаря от наоса
АЛТАРЬ обобщающий термин для обозначения священного места принесения жертвы
АМБУЛАТОРИЙ обход вокруг алтарной апсиды
АМВОН сооружение в христ. храме, предназначенное для возглашения богослуж. текстов
АПСИДА архитектурная форма