Добро пожаловать в один из самых полных сводов знаний по Православию и истории религии
Энциклопедия издается по благословению Патриарха Московского и всея Руси Алексия II
и по благословению Патриарха Московского и всея Руси Кирилла

Как приобрести тома "Православной энциклопедии"

КНИЖНИКИ
Т. 36, С. 134-138 опубликовано: 6 июля 2019г.


КНИЖНИКИ

новозаветное обозначение евр. учителей закона периода Второго храма, в большинстве случаев указывающее на противников Иисуса Христа; этим словом в основном переводится греческое слово γραμματεύς, которое восходит к евр.  или арам.  - писец. Спектр значения   в древних языках был очень широким. В ВЗ это слово чаще употребляется в том смысле, которое оно имело в др. культурах древнего Ближ. Востока - «писец, учитель, секретарь» и т. п. (Niehr. 1986. Sp. 922-925); это же справедливо для эллинистического времени, как показывает использование слова γραμματεύς у Иосифа Флавия (Saldarini. 1989. P. 241-276) и в НЗ (ср.: Деян 19. 35).

Ветхий Завет

Книжник Ездра. Роспись «дома собраний» в Дура-Европос (Сирия). Ок. 250 г. (Национальный музей в Дамаске)
Книжник Ездра. Роспись «дома собраний» в Дура-Европос (Сирия). Ок. 250 г. (Национальный музей в Дамаске)

Книжник Ездра. Роспись «дома собраний» в Дура-Европос (Сирия). Ок. 250 г. (Национальный музей в Дамаске)
Происхождение института К. как учителей закона в позднеперсид. или раннеэллинистическое время связывают с реорганизацией храмового культа Ездрой (Koch. 1974. P. 184-195). В библейском рассказе об этом событии сообщается, что в ответ на просьбу Ездры позволить евреям вернуться из изгнания в Иерусалим персид. царь Артаксеркс повелел предоставить им все необходимые для возвращения и возобновления богослужения ресурсы (1 Езд 7. 21-22). Сам Ездра должен был поставить «правителей и судей», судить тех, кто «не будет исполнять закон Бога… и закон царя» (1 Езд 7. 25-26). Ездра изображается руководителем репатриантов, ведомых священниками, левитами и главами семей, но, имея первосвященнический жезл, он не возглавлял богослужение и оставался лишь религ. главой народа (1 Езд 8-10), а Неемия - его политическим лидером (Неем 12. 26). Также подчеркивается, что Ездра был учителем, к-рый читал закон народу; при этом левиты помогали людям понять Тору, совершать молитвы и приносить жертвы (1 Езд 8).

Акцент на научении народа Торе может указывать на то обстоятельство, что уже в служении Ездры (1 Езд 7. 11; Неем 8; 12. 26) обнаруживается связь института К. со священническими кругами, т. к. изучение Писания с самого начала относилось к функциям священников (ср.: Втор 33. 10). Левитские или священнические К. упоминаются также в книге Паралипоменон (1 Пар 24. 6; 2 Пар 34. 13), а позже в «Завещании Левия» (Test. Lev. 8. 17; ср.: 13. 1-2). Еще один книжник, о к-ром говорится в Книге Неемии,- Садок (Неем 13. 12-13), назначенный смотрителем храмовой сокровищницы (Неем 13. 13), связан со священником (Шелемией) и левитом (Федаией).

Но даже если термин «книжник» в рассказе о Ездре употребляется как указание на персид. писца, секретаря, администратора, обозначение Ездры «книжником, сведущим (  ) в законе Моисеевом» (1 Езд 7. 6), «священником, книжником, учившим (  ) словам заповедей Господа» (1 Езд 7. 11; ср.: Неем 8. 1-2; 12. 26, 36), означало, что наметился переход к пониманию К. именно как учителей закона, к-рые, подобно Ездре, изучают закон и учат ему Израиль (ср.: 1 Езд 7. 10).

При всей сложности вопроса о точных функциях К., священников, левитов, писцов и др. лидеров в ранней послепленной еврейской общине из свидетельств источников ясно, что К. относились к высшим кругам иерусалимского общества.

К., разделявшие часть функций с др. лидерами (священниками, пророками, политическими лидерами и т. п.) в период плена и после возвращения, несомненно играли определенную роль в составлении и редактировании библейских текстов. По мнению мн. исследователей, они копировали библейские тексты и занимались их несистематической интерпретацией, результаты которой частично могли быть включены в сами тексты. Не ясно, принадлежали ли К. к кругам, создававшим библейские традиции, но, безусловно, они должны были нести ответственность за их передачу (Fishbane. 1985. P. 78-84).

На то, что К. могли быть должностными лицами при иерусалимском храме еще до 70 г., в частности, указывает «хартия» селевкидского царя Антиоха III, освободившего от налогов «книжников при храме» (γραμματεῖς τοῦ ἱεροῦ), а также старейшин, священников и певчих (Ios. Flav. Antiq. XII 3. 3 (138-144)).

О существовании представления о К. как о священниках и толкователях Торы в хасмонейское и более позднее время свидетельствуют кумранские рукописи, в которых изучение Писания представляется основной задачей садокидского священства (1QS 5. 9, 21-22; 6. 6-7; 9. 7; 11QTS 56. 2-11).

Иисус, сын Сирахов. Гравюра из кн.: Yäger C. Das geheime Ehrenbuch der Fugger. Augsburg, 1545–1549. Мастерская Й. Бройя Младшего
Иисус, сын Сирахов. Гравюра из кн.: Yäger C. Das geheime Ehrenbuch der Fugger. Augsburg, 1545–1549. Мастерская Й. Бройя Младшего

Иисус, сын Сирахов. Гравюра из кн.: Yäger C. Das geheime Ehrenbuch der Fugger. Augsburg, 1545–1549. Мастерская Й. Бройя Младшего
Решающее значение для развития института К. имел первый (после Ездры) названный по имени учитель закона Бен-Сира (Иисус, сын Сирахов, нач. II в. до Р. Х.) (см. Иисуса, сына Сирахова книга). В приписываемой ему книге дается наиболее известное в евр. лит-ре описание мудреца-книжника (Сир 38. 24 - 39. 11), при этом его образ заметно отличается от того, к-рый известен по Первой книге Ездры и по Книге Неемии. Он обладает знаниями во мн. областях общественной жизни (приглашается на собрание, участвует в суде, изучает лит. мудрость, ср.: Сир 38. 39), имеет высокий статус правителя (Сир 39. 4), общенародную славу (Сир 39. 11-14). Его мудрость связана с Богом, потому что главный источник всяких знаний - «закон Всевышнего», «размышление» о котором побуждает мудреца к изучению «мудрости всех древних» и их «пророчеств», сохранению «сказаний мужей именитых» и изучению «тонких оборотов притчей» и их «сокровенного смысла» (Сир 39. 1-3).

Очевидно, что в данном описании книжник не обладает к.-л. специфическими чертами священника (иногда в этом видят начало тенденции освобождения института К. от его первоначальной связи с храмом и священством). Но даже если сам Иисус, сын Сирахов, не был священником (Stadelmann. 1980. S. 27-30, 40-176), его современники все еще видели тесную связь между священниками и законоучителями (ср.: Сир 45. 6-22, 25-26). Принципиальной для этого была упоминаемая сыном Сираха связь мудрости и закона (Сир 24): имеется в виду, что  и   фактически отождествляются, но «мудрость» в принципе открыта всем, кто готовы принять ее в изучении закона.

Важной особенностью этой традиции понимания К. является то, что для сына Сираха мудрец не только знаток евр. Библии, ученый и учитель, но и высокопоставленный чиновник, советник, относящийся к правящему классу (Сир 39. 4). Предпосылкой принадлежности к К. является уже не высокое (священническое) происхождение, но действительное, полученное в ходе изучения знание Писания. Если в Книге Иисуса, сына Сирахова между мудрецом и писцом проводится граница, то она трудноразличима (ср.: фразу «мудрость книжная» (σοφία γραμματέως, «мудрость писца» - Сир 38. 24; ср.: Сир 38. 32 - 39. 11)).

Как отдельная группа в послепленном иудаизме К. впервые упоминаются в 1-й Маккавейской книге. Здесь сообщается, что в спорах 1-й пол. II в. до Р. Х. о легитимности первосвященника Алкима их задача состояла в поиске для этого правовых обоснований с опорой на соответствующее предание Торы (что предполагает использованный здесь термин ἐπεζήτουν (ср.: Сир 35. 15; 51. 14)). «Собрание книжников» (συναγωγή γραμματέων - 1 Макк 7. 12) в следующем стихе названо «асидеями» (1 Макк 7. 13 - οἱ ᾿Ασιδαῖοι), к-рые искали мира у первосвященника Алкима и царского наместника Вакхида, надеясь, что присутствие «священника от племени Аарона» гарантирует их безопасность (1 Макк 7. 12-14). Тем не менее 60 из них были казнены (1 Макк 7. 16).

Отношения между К. и асидеями в этом кратком рассказе не ясны. К. могли быть частью группы асидеев или, наоборот, асидеи относились к классу К. Уверенность асидеев в том, что первосвященник-ааронид «не обидит их», указывает на их верность традиц. религ. институтам Израиля. То, что К. как отдельная группа были связаны с асидеями, может говорить об их определенном политическом влиянии, которое со стороны правительства было воспринято как угроза (Saldarini. 1992. P. 1015).

В Маккавейских книгах есть еще 2 важных упоминания К. Связь К. с благочестивыми асидеями прослеживается уже в 1 Макк 2. 42. Сообщается, что во время маккавейского восстания (167-160 гг. до Р. Х.) группа асидеев (συναγωγή ᾿Ασιδαῖων, ср. синодальный перевод: «множество иудеев»), «все верные закону», присоединилась к маккавеям в их борьбе с Антиохом IV (1 Макк 2. 42). Рассказ о мученичестве Елеазара, «из первых [среди] книжников» (τις τῶν πρωτευόντων γραμματέων), приводится в качестве примера для молодых евреев (2 Макк 6. 18-31). В обоих примерах нет никаких дополнительных характеристик этого института, кроме того что они «верны закону» и нек-рые из них почитались как лидеры евр. палестинской общины, известные своим благородством, благочестием и ответственностью за общину.

Важной особенностью эллинистического периода является тенденция описания библейских персонажей как «книжников». Напр., хотя Енох в тексте кн. Бытие не обладает никакими характерными для К. чертами, в книгах енохической традиции он может называться «писцом праведным» (1 Енох 12. 3-4; ср.: 15. 1 «писец праведности»; 1-й раздел книги (1 Енох 1-36) датируется домаккавейским временем); «действительным писцом», написавшим часть книги, «полную учения о премудрости» (стих 1 Енох 92. 1; 2-я пол. II в. до Р. Х.,); ср.: 4QEnGiantsa 8. 4 - «особый писец»). В кумран. тексте Давид, восхваляемый за мудрость и благочестие, также назван «книжником» (11QPsa 27. 2). При всей важности тенденции отнесения библейских лиц к К. конкретный социальный контекст, в котором существовали такие традиции, остается неясным.

Развитие института К. в раннем иудаизме происходило не прямолинейно. Наряду с доминирующим «номологическим» направлением (с основным акцентом на изучении Торы, как в целом следует из традиций книг Ездры-Неемии и Иисуса, сына Сирахова) имел место также харизматическо-апокалиптический подход к толкованию закона (в традиции библейского пророчества) (Instone Brewer. 1992. P. 163 ff., 215 ff.; Weiss. 1999. S. 515). Его иногда видят уже в Сир 24. 32-33 (25. 35-36); 39. 1, 6-8 (ср.: Stadelmann. 1980. S. 216-270), но в целом он нашел отражение в раннеиудейских апокалипсисах, опубликованных под именами известных К. (Ездры, Варуха, Еноха). Носители этой традиции могли называться   - разумные, мудрые (ср.: Дан 11. 35; 12. 3, 10 (во мн. ч.) (1QS 3. 13; 9. 12, 21; 1QSb 1. 1; 3. 22; 5. 20 (в ед. ч.)) и имели вполне ясную функцию: «...наставлять и учить народ» (1QS 3. 13) (ср.: Maier. 1996. S. 5ff.). Во 2-й книге Варуха (сир. апокалипсисе), написанной после разрушения храма в 70 г., писец Варух предстает лидером общины; его полномочия больше, чем у самого прор. Иеремии (2 Вар 2. 1; 9. 1 - 10. 4). Он осуществляет традиционные для К. функции, напр., пишет послание плененным, но может, как пророк, получить и передать откровение. В период кризиса община обращалась к нему как к руководителю и чтобы узнать Божию волю. Судя по всему, автор считает К. наследниками пророков, толкователями Библии и провидцами (Saldarini. 1992. P. 1015).

Источники позволяют делать предположение о существовании до 70 г. определенного плюрализма в религ. вопросах и даже конкуренции между группами К. Они были не только среди фарисеев, где играли доминирующую роль, но и среди саддукеев (ср.: διδασκάλους σοφίας - Ios. Flav. Antiq. XVIII 1. 4 (16)) и зилотов (ср. обозначение Иуды Галилеянина «замечательный софист», σοφιστής δεινότατος - Ios. Flav. De bell. II 17. 8 (433)). О соперничестве между группами К., возможно, говорится уже в Сир 37. 20-26 (Byrskog. 1994. P. 63 ff.), в I в. по Р. Х. оно имело продолжение в спорах «домов» Гиллеля и Шаммая (Schürer. 1979. S. 365. Anm. 39).

Тенденция к унификации при снижении роли прежних харизматически-апокалиптического и зилотского элементов проявилась только после разрушения храма в 70 г. Доминирующей группой в истории позднеантичного иудаизма постепенно стали только те К., кто испытал влияние фарисеев и имел (как, напр., раввины Йоханан бен Заккай, Гамалиил II) принципиальное значение для иудаизма раввинистического первых послехристианских столетий. Наряду со школами в Галилее и Вавилонии центром фарисейской раввинистической традиции понимания Писания отныне стала Ямния.

Как учителя закона К. участвовали в процессе обучения и передачи традиции, что предполагает достаточно раннее создание школ некоторыми учителями (ср.: Сир 51. 23, 29; Byrskog. 1994. P. 67 ff., 80 ff.), однако на основании источников сделать заключение о существовании уже в дораввинистическое время института учеников К., имевших ординацию, нельзя (Weiss. 1999. S. 514). Своего рода ординация (в форме возложения рук учителями) однозначно засвидетельствована только для раввинистического иудаизма после 70 г. То же самое относится к обращению «равви» к учителю или книжнику. До 70 г. оно еще не имело строгого титулярного смысла и скорее лишь подчеркивало уважение говорящего к высокому учительному авторитету К. Иосиф Флавий, напр., писал, что «...лишь за теми, кто в точности знает закон (τὰ νόμιμα σαφῶς ἐπισταμενοις) и отличается уменьем толковать Свящ. Писание (κα τὴν τῶν ἱερῶν γραμμάτων δύναμιν ρμηνεῦσαι), признается мудрость (σοφίαν μαρτυροῦσιν)» (Ios. Flav. Antiq. XX 11. 1 (264)).

О высоком авторитете фарисейских К. в раввинистическом иудаизме может свидетельствовать спор об авторитете «слов книжников», или «мудрецов» (  или  ), и «слов Торы», из к-рого ясно, что толкованию К. письменной Торы усваивается такое же значение, как и ей самой (ср.: Мишна. Санхедрин 11. 3; Орла 3. 9; Йевамот 2. 4; 9. 3; Пара 11. 4-6 и др.; см. Schürer. 1979. P. 341-342) (см. в статьях Иудаизм раввинистический, Раввины).

Новый Завет

Иисус Христос толкует Свящ. Писание в синагоге Назаретской. Роспись ц. Вознесения мон-ря Дечаны, Косово и Метохия. 1348–1350 гг.
Иисус Христос толкует Свящ. Писание в синагоге Назаретской. Роспись ц. Вознесения мон-ря Дечаны, Косово и Метохия. 1348–1350 гг.

Иисус Христос толкует Свящ. Писание в синагоге Назаретской. Роспись ц. Вознесения мон-ря Дечаны, Косово и Метохия. 1348–1350 гг.
Из 62 случаев употребления слова γραμματεύς в НЗ 57 встречаются в синоптических Евангелиях, 4 - в Деяниях апостолов и в Посланиях. За исключением Мф 13. 52 (и, возможно, Мф 23. 34), где говорится о христ. К., и Деян 19. 35, где этот термин в согласии с общегреч. словоупотреблением обозначает высокопоставленного городского чиновника («блюстителя порядка»), а также 1 Кор 1. 20, где цитируются слова Ис 33. 18 (LXX), в остальных местах имеются в виду иудейские учителя закона. В Евангелии от Луки термин γραμματεύς заменяется и одновременно уточняется другими - νομικός или νομοδιδάσκαλος, переводимыми как «законник» или «законоучитель» (Лк 5. 17; 10. 25; 11. 45, 46, 52; 14. 3; ср.: Тит 3. 13; 1 Тим 1. 7).

В НЗ, более чем в любом др. источнике, К. рассматриваются как единая группа. Евангелисты-синоптики изображают их противниками Иисуса, при этом никаких др. особых характеристик, объединяющих их в отдельную группу, не приводится. Соответствующие акценты расставлены уже в самом начале Евангелия от Марка: Иисус учит «как власть имеющий (ὡς ἐξουσίαν ἔχων, «как имеющий силу [Божию]»), а не как книжники» (Мк 1. 22; ср.: Мф 7. 29). Нек-рые К., упомянутые в Галилее, по словам евангелиста, пришли из Иерусалима (Мк 3. 22; 7. 1). Описание споров К. с Иисусом позволяет предположить, что они были признаны авторитетными евр. учителями закона (Мк 1. 22; 9. 11).

Иисус Христос обвиняется фарисеями. Фрагмент алтарной картины «Маэста». 1311 г. Худож. Дуччо ди Буонинсенья (Музей собора, Сиена)
Иисус Христос обвиняется фарисеями. Фрагмент алтарной картины «Маэста». 1311 г. Худож. Дуччо ди Буонинсенья (Музей собора, Сиена)

Иисус Христос обвиняется фарисеями. Фрагмент алтарной картины «Маэста». 1311 г. Худож. Дуччо ди Буонинсенья (Музей собора, Сиена)
В синоптических Евангелиях К. изображаются связанными с др. представителями иерусалимских властей, но их точная общественная функция остается неясной (Saldarini. 1992. P. 1016). Т. о. К. упоминаются в предсказаниях отвержения, страданий и воскресения Иисуса в начале Его пути в Иерусалим и во время входа в него (Мк 8. 31; 10. 33), в истории Страстей, когда К. вместе с первосвященниками решают схватить и казнить Иисуса (Мк 11. 18, 27; 14. 1, 43, 53; 15. 31). При этом евангелисты указывают, что К. вместе со «старейшинами» и/или первосвященниками были членами синедриона (Мк 15. 1; ср.: Мф 2. 4; Деян 4. 5; 6. 12).

Что касается содержания споров Иисуса с К., то в изображении евангелистов с самого начала они разгораются прежде всего вокруг вопроса об ἐξουσία - (Божественной) «власти», с к-рой Иисус учит (Мк 1. 22), прощает грехи (Мк 2. 6), принимает мытарей и грешников (Мк 2. 16), совершает исцеления (Мк 3. 22) и сообщает волю Божию невзирая на традиции К. (Мк 1. 22; 12. 28, 32; ср.: 9. 11; 12. 35). Вместе с тем обращение к Иисусу «равви» (ср.: Мк 9. 5; 10. 51; 11. 21; 14. 45) показывает, что и Он Сам многими считался авторитетным учителем-книжником, который, однако, в Своей проповеди отличался от К. того времени именно этой Божественной властью (ἐξουσία). Нежеланием и невозможностью принять ее обусловлены и обвинения Иисуса со стороны К. в богохульстве (Мк 3. 28-29) и служении вельзевулу (Мк 3. 22).

Учение и дела Иисуса (и Его учеников, ср.: Мк 2. 18-22, 23-28) затрагивают вопросы, относящиеся к компетенции К. как хранителей, толкователей и учителей закона, это справедливо и в отношении Его экзорцизмов (Мк 3. 22; ср.: Мф 12. 28; Лк 11. 20) и изгнания торговцев из храма (Мк 11. 15-18; 11. 27-28). Особенно это очевидно в учении и действиях, в к-рых ставится под вопрос авторитет К. как учителей закона, напр., в рассказах о трапезах Иисуса с «грешниками и мытарями» (Мк 2. 15-17), нарушающими в глазах Его противников заповеди о ритуальной чистоте (ср.: Мк 2. 23-28; 3. 1-6; 7. 1-16; ср.: Лк 18. 9-14; Мф 5. 21-48; Мф 23, особенно ст. 23). Иисус критикует К. за их претензии на учительский авторитет и почитание, на почетные места в синагогах и на трапезах, на уважение к их субботним одеяниям. Он осуждает их за молитвенную практику «напоказ» и требование оплаты юридической помощи вдовам (Мк 12. 38-40 и Лк 20. 46-47).

В повествовании евангелиста Матфея К. неразрывно связаны с фарисеями, обе группы представляют иудейских учителей закона как таковых. При этом Матфей, жестко критикующий иудейских К., приводит и иной, позитивный образ К. (ср.: Мф 8. 19-20). Стихи Мф 13. 51-52 нередко интерпретируют в том смысле, что (ср.: Мф 23. 34; иначе Лк 11. 49) в христ. общине были христ. К., к-рые в отличие от иудейских К. научены не Торе, а «Царству Божию» и, как таковые,- «подобно хозяину (дома) (οἰκοδεσπότη| )» - выносят «из сокровищницы своей новое и старое» (ст. 52). Формулировка здесь не исключающая: «новое» (καινά) не преодолевает «старое», но сохраняет с ним связь («старое и новое»). И т. к. именно в Евангелии от Матфея «старые» Свящ. Писания, «закон и пророки», не отменяются, и соблюдение «старой» Торы (отныне под знаком «нового») играет центральную роль (ср.: Мф 5. 17-19), то евангелист стремится ясно определить задачу К., «наученных Царству Божию»: хранить и обновлять «старое», к-рое отныне воспринимается под знаком «нового». При этом авторитет этих учителей определен и ограничен авторитетом Самого Христа как единственного Учителя (ср.: Мф 23. 10; Byrskog. 1994. P. 287-288).

Образ К. в Евангелии от Луки и в Деяниях св. апостолов менее ясен, К. здесь практически неотделимы от группы фарисеев, и тех и других объединяет вера в Воскресение. При описании казни Иисуса Христа К. здесь (как и в Евангелиях от Марка и от Матфея) выступают вместе с иерусалимскими первосвященниками. В Деяниях св. апостолов К. также изображаются как иерусалимские лидеры, активные защитники иудаизма. Лука также вводит новую категорию лидера - «законник». В одном случае это обозначение применяется вместо «книжника» (Лк 10. 25; ср.: Мк 12. 28), в других - «законники» в изображении евангелиста имеют общие черты с К. и фарисеями (Лк 7. 30; 11. 45; 14. 3). В целом понимание К. у Луки расплывчато, они неотделимы от фарисеев, или же для него это писцы греко-рим. мира.

Нек-рые К. в НЗ названы по именам: Никодим, признанный «учитель» в Израиле (Ин 3. 10), «один из начальников иудейских» (Ин 3. 1), член синедриона из фарисеев (ср.: Ин 7. 50-51), тайный сторонник Иисуса (Ин 19. 39); «законоучитель» (νομοδιδάσκαλος) Гамалиил I (ок. 30 г. по Р. Х.), фарисейский член синедриона (Деян 5. 34), пользовавшийся в народе большим авторитетом (см. в ст.: Гамалиил I). В Деян 22. 3 сообщается, что ап. Павел был «воспитан… при ногах Гамалиила», т. е. получил образование книжника.

Лит.: Bacher W. Tradition und Tradenten in den Schulen Palästinas und Babyloniens. Lpz., 1914. B., 1966r; Dobschütz E., von. Matthäus als Rabbi und Katechet // ZNW. 1928. Bd. 27. S. 338-348; Schaeder H. H. Esra der Schreiber. Tüb., 1930; Jeremias J. γραμματεύς // ThWNT. 1933. Bd. 1. S. 740-742; idem. Jerusalem zur Zeit Jesu. Gött., 19623. S. 265-278; Lohse E. Die Ordination im Spätjudentum und im NT. B., 1951; Stendahl K. The School of St. Matthew. Uppsala, 1954. Phil., 19692; Urbach E. E. The Derasha as a Basis of the Halakha and the Problem of the Soferim // Tarbiz. Jerusalem, 1958. Vol. 27. P. 166-182 (на иврите); idem. Class-Status and Leadership in the World of the Palestinian Sages // Proc. of the Israel Academy of Sciences and Humanities. Jerusalem, 1968. Vol. 2. P. 38-74; idem. Sages // EJud. 1972. Vol. 14. P. 636-655; Klijn A. F. J. Scribes, Pharisees, Highpriests and Elders in the NT // NTIQ. 1959. Vol. 3. N 4. P. 259-267; Légasse S. Scribes et disciples de Jésus // RB. 1961. Vol. 68. N 3. P. 321-345; N 4. P. 481-506; Bickerman E. From Ezra to the Last of Maccabees: Foundations of Postbiblical Judaism. N. Y., 1962; Black M. Scribe // IDB. 1962. Vol. 4. P. 246-248; Galling K. Bagoas and Esra // Idem. Studien zur Geschichte Israels im persischen Zeitalter. Tüb., 1964. P. 149-184; Hengel M. Judentum und Hellenismus. Tüb., 1969, 19883; idem. «Schriftauslegung» und «Scbriftwerdung» in der Zeit des Zweiten Tempels // Schriftauslegung im antiken Judentum und im Urchristentum / Hrsg. M. Hengel, H. Löhr. Tüb., 1994. S. 1-71; idem. E. P. Sanders' «Common Judaism», Jesus und die Pharisäer // Idem. Judaica et Hellenistica. Tüb., 1996. S. 392-479. (Kleine Schriften; 1); Demsky A. Scribe // EJud. 1972. Vol. 14. P. 1041-1045; Dov Gilat Y. Soferim // Ibid. Vol. 15. P. 79-81; Tilborg S., van. The Jewish Leaders in Matthew. Leiden, 1972; Williams R. J. Scribal Training in Ancient Egypt // JAOS. 1972. Vol. 92. N 2. P. 214-221; Meyer R. φαρισαῖος // ThWNT. 1973. Bd. 9. S. 20-23; idem. Tradition und Neuschöpfung im antiken Judenrum: Dargestellt an der Geschichte des Pharisäismus // Idem. Zur Geschichte und Theologie des Judentums in hellenistisch-römischer Zeit / Hrsg. W. Bernhardt. Neukirchen-Vluyn, 1989. S. 130-187; Koch K. Ezra and the Origins of Judaism // JSS. 1974. Vol. 19. N 2. P. 173-197; Olivier J. P. J. Schools and Wisdom Literature // J. of Northwest Semitic Languages. Stellenbosch, 1975. Vol. 4. P. 49-60; Cope O. L. Matthew: A Scribe Trained for the Kingdom. Wash., 1976; Cook M. J. Mark's Treatment of the Jewish Leaders. Leiden, 1978; Rivkin E. Scribes, Pharisees, Lawyers, Hypocrites: A Study in Synonymity // HUCA. 1978. Vol. 49. P. 135-142; Westerholm S. Jesus and Scribal Authority. Lund, 1978; Marböck J. Sir. 38, 24-39, 11: Der schriftgelehrte Weise: Ein Beitr. zu Gestalt und Werk Ben Siras // La Sagesse de l'Ancient Testament / Ed. M. Gilbert. Louvain, 1979. S. 293-316. (BETL; 51); Neusner J. The Formation of Rabbinic Judaism: Yavneh (Jamnia) from A. D. 70 to 100 // ANRW. 1979. Tl. 2. Bd. 19. Hbd. 2. S. 3-42; Schürer E. The History of the Jewish People in the Age of Jesus Christ / Ed. G. Vermes et al. Edinb., 1979. Vol. 2. P. 327-447; Harrington D. J. The Wisdom of the Scribe according to Ben Sira // Ideal Figures in Ancient Judaism / Ed. G. W. E. Nickelsburg, J. J. Collins. Chico (Calif.), 1980. P. 181-188; Lange J., Hrsg. Das Matthäus Evangelium. Darmstadt, 1980. S. 52-64; Stadelmann H. Ben Sira als Schriftgelehrter. Tüb., 1980; Riesner R. Jesus als Lehrer. Tüb., 1981; Rendtorff R. Esra und das Gebet // ZAW. 1984. Bd. 96. S. 165-184; Fishbane M. Biblical Interpretation in Ancient Israel. Oxf., 1985; idem. From Scribalism to Rabbinism: Perspectives on the Emergence of Classical Judaism // The Sage in Israel and the Ancient Near East / Ed. J. G. Gammie, L. G. Perdue. Winona Lake (Ind.) 1990. P. 439-456; Niehr H. sôper // ThWAT. 1986. Bd. 5. Sp. 921-929; Lührmann D. Die Pharisäer und die Schriftgelehrten im Markusevangelium // ZNW. 1987. Bd. 78. N 3/4. S. 169-185; Saldarini A. J. Pharisees, Scribes and Sadducees in Palestinian Society. Edinb., 1989. Grand Rapids, 2001r; idem. Scribes // ABD. 1992. Vol. 5. P. 1012-1016; Blenkinsopp J. The Sage, the Scribe, and Scribalism in the Chronicler's Work // The Sage in Israel and the Ancient Near East. Winona Lake (Ind.), 1990. P. 307-315; Baumbach G. γραμματεύς // EWNT. 1992. Bd. 1. S. 624-627; Instone Brewer D. Techniques and Assumptions in Jewish Exegesis before 70 CE. Tüb., 1992; Sanders E. P. Judaism: Practice and Belief, 63 BCE - 66 CE. L., 1992; Byrskog S. Jesus the Only Teacher: Didactic Authority and Transmission in Ancient Israel: Ancient Judaism and the Matthean Community. Stockholm, 1994; Röhser G. Jesus - der wahre «Schriftgelehrte» // ZNW. 1995. Bd. 86. N 1/2. S. 20-33; Strecker G., Nolting T. Der vorchristliche Paulus: Überlegungen zum biographischen Kontext bibl. Überlieferung zugleich eine Antwort an M. Hengel // Texts and Contexts: Biblical Texts in Their Textual and Situational Contexts: Essays in Honor of L. Hartman / Ed. T. Fornberg, D. Hellholm. Oslo; Boston, 1995. P. 713-741; Maier J. Der Lehrer der Gerechtigkeit. Münster, 1996; Sommer B. D. Did Prophecy Cease?: Evaluating a Reevaluation // JBL. 1996. Vol. 115. N 1. P. 31-47; Davies P. R. Scribes and Schools: The Canonization of the Hebrew Scriptures. Louisville, 1998; Schams C. Jewish Scribes in the Second-Temple Period. Sheffield, 1998; Weiss H.-F. Schriftgelehrte // TRE. 1999. Bd. 30. S. 511-520; Jaffee M. S. Torah in the Mouth: Writing and Oral Tradition in Palestinian Judaism, 200 BCE -400 CE. Oxf.; N. Y., 2001; Schniedewind W. M. How the Bible Became a Book: The Textualization of Ancient Israel. Camb., 2004; Tov E. Scribal Practices and Approaches Reflected in the Texts Found in the Judean Desert. Leiden; Boston, 2004; Carr D. M. Writing on the Tablet of the Heart: Origins of Scripture and Literature. Oxf., 2005; Toorn K., van der. Scribal Culture and the Making of the Hebrew Bible. Camb. (Mass.), 2007; Барский Е. В. Богословское осмысление образа Ездры в Ветхом Завете, в межзаветной и апокрифической лит-ре: Дис. / ПСТГУ. М., 2010; Teeter D. A. Scribes and Scribalism // The Eerdmans-Dictionary of Early Judaism / Ed. J. J. Collins, D. C. Harlow. Grand Rapids, 2010. P. 1201-1204.
К. В. Неклюдов
Ключевые слова:
Новозаветные реалии Книжники, новозаветное обозначение еврейских учителей закона периода Второго храма
См.также:
АЙН-КАРЕМ сел. юго-западнее Иерусалима,почитаемое как одно из возможных мест рождения Иоанна Предтечи
АКЕЛДАМА с нач. I в. по Р.Х. название пустынного места южнее Иерусалима, где совершил самоубийство Иуда Искариот
АМИНЬ богослужебная формула
АМФИПОЛЬ древн. город в Македонии, на вост. берегу р. Стримон, кот. посетил ап. Павел