Добро пожаловать в один из самых полных сводов знаний по Православию и истории религии
Энциклопедия издается по благословению Патриарха Московского и всея Руси Алексия II
и по благословению Патриарха Московского и всея Руси Кирилла

Как приобрести тома "Православной энциклопедии"

АРХЕОЛОГИЯ
Т. 3, С. 503-506 опубликовано: 18 ноября 2008г.


Содержание

АРХЕОЛОГИЯ

[от греч. ̓αρχαῖος - древний и λόγος - слово, знание], область науки, изучающая прошлое по его материальным остаткам. Имеет огромное значение для развития библеистики, истории Церкви (особенно истории богослужения и церковного искусства) и др. церковных дисциплин.

А. традиционно делится по технологическим эпохам: каменный, бронзовый и железный век; по историко-культурным общностям: древневост. (шумер., вавилонская, хеттская, егип. и др.), классическая, или античная (др. Греции, эллинистического Востока, Рима и Римской империи), средневек., славяно-рус., древнекит. и др.; по районам изучения: цивилизаций Америки; народов Юго-Вост. Азии, тропической Африки и др.

Практическими задачами А. являются поиск древних памятников (поселений, некрополей и др.), их учет, хранение и исследование (раскопки т. н. «культурного слоя», погребений и пр.), исследование изделий («артефактов») и палеоэкологии, анализ накопленной информации. Базовые методы А., стратиграфический (описания слоев) и типологический, разработаны в сер. XIX-XX в. Первый заимствован из геологии и почвоведения и основан на представлении, что слои почвы (страты), лежащие ниже, древнее верхних. Типологический исходит из идеи медленного изменения форм предметов посредством накопления мелких признаков. Этими методами создается шкала относительной хронологии, даты для нее дают письменные памятники (см. статьи «Эпиграфика», «нумизматика», « сфрагистика») и естественные науки. На типологическом подходе основано и представление об археологической «культуре» - совокупности типов предметов и следов деятельности людских сообществ определенной зоны. «Культуры» далеко не всегда отождествимы с конкретными народами, но, картографируя признаки типов, отмечая их взаимопроникновение и перемещения, можно пытаться зафиксировать историю «культур» и их связь с этнической историей.

А. зародилась в эпоху Возрождения как отрасль собирания и истории искусства, в основном классического (антикварный период - XVI - нач. XIX в.). В XVII в. уже отправляли экспедиции за древностями, открывали историко-археологические музеи и систематизировали материал (Б. де Монфокон, П. Кэлюс). В XVIII в. удалось впервые привлечь к решению исторических задач источники, независимые от письменной традиции, в XIX в. А. была осознана как научная дисциплина, началось формирование археологических музеев и консолидация научных об-в (60-е гг. XIX в.). Первобытная А., опираясь на открытия в зоологии и геологии, приступила к решению вопроса о происхождении и хронологии каменных орудий. Отождествление с конкретными памятниками событий, описанных Юлием Цезарем и Геродотом, положило начало А. кельтов, скифов и сарматов. Сложилась А. Др. и Ближ. Востока, средневек. Европы и др. Были расшифрованы вавилонская клинопись и егип. иероглифы. У. М. Питри разработана методика работы с массовым материалом (керамикой и пр.) на многослойных памятниках. Больших усилий потребовало создание системы деления на каменный, бронзовый и железный века и типологического метода О. Монтелиуса. Открытия Г. Шлимана в Трое и Микенах, а затем А. Эванса на памятниках минойской цивилизации собрали хронологию древнейшего пласта европ. и средиземноморской истории в одну систему. В кон. XIX - 1-й пол. XX в. положение А. было исключительно благоприятным. Об-во ожидало от нее неоспоримых исторических фактов, а правительства Европы охотно субсидировали экспедиции, ставшие средством освоения колоний. В ходе работ 70-80-х гг. XIX в. начал складываться и совр. метод полевых исследований.

В нач. XX в. А. смогла нарисовать цельную историческую картину, согласно к-рой развитие культуры в изучаемой части Ст. Света имело хроно-географический вектор: с Ближ. Востока через Грецию и Балканы в Центр. Европу. С помощью палеоботаники (Н. И. Вавилов) А. открыла ключевой момент истории цивилизации - возникновение производящего хозяйства и городских структур, что поддержало восприятие Ближ. Востока как зоны, откуда распространялись главные культурные открытия, но вскоре Г. В. Чайлд доказал, что древние культуры Европы обладали мощным внутренним и независимо реализованным потенциалом.

А. в XX в. стремилась достичь уровня, общего с естественными и точными науками, позволяющего осуществлять строгую проверку выводов, выражать закономерности развития об-ва языком математики, предсказывать дальнейшее развитие человечества. Место «истории вещей» заняло изучение взаимодействия с окружающей средой, палеоэкологии, климата, состава населения, социополитических структур. Были введены новые методы датирования (изотопный, дендрохронологический), статистической обработки, сложных анализов физико-химического (спектральный), палеоботанического, зооботанического, антропологического (генетического) круга («процессуальная А.», «новая А.»). В XX в. открытия совершались в Китае, Юго-Вост. Азии (Вьетнаме, Лаосе, Камбодже), на островах и побережье Тихого океана, Американском континенте.

В последние десятилетия XX в. наметился отказ от эволюционистской схемы в изучении об-ва и от картины мира, основанной на европ. ценностях («критическая» А.). В «открытии» новых культур, выявленных А., ученые видят акт «контроля над прошлым», «конструирование» прошлого людьми, сформированными иной культурной средой, и настаивают на адекватности всех альтернативных культурно-исторических картин мира. Разрешение конфликта ищут в «плюрализме интерпретаций», допускающем различные взгляды на один и тот же материал. Усилилась разработка теории А., умножается число научных центров, историко-художественный подход сменяется антрополого-экологическим. Выросло значение А. как общественно-культурного и политического явления, возникают новые «конфессиональные археологии» (напр., исламская).

В XVI-XIX вв. развитие теологии, библеистики, церковной истории и связанных с ними дисциплин сформировало 3 специальные отрасли, изучающие историю Свящ. Писания и Церкви при опоре на данные А.: библейская базируется на материалах Ближ. Востока и Египта позднего каменного, бронзового и раннего железного веков; христианская изучает жизнь христ. мира в период от Рождества Христова до VII-VIII вв.; церковная исследует богослужение и церковную жизнь средневек. и постсредневек. периода (в России под церковной А. традиционно понимается особая историко-литургическая дисциплина).

А. в России

С кон. XVII в. древности Руси пытались анализировать в контексте и с применением терминов античной истории («Скифская история» А. И. Лызлова; осмотры костей мамонтов, к-рые считали кладбищами боевых слонов Александра Великого). В правление Петра I необходимость осознать место России в европ. истории и интерес Петра I к «старым и необыкновенным» предметам вызвали к жизни первые указы о составлении гос. коллекции (Кунсткамеры), об охране памятников в Болгарах, о копировании надписей и снятии плана Дербента. Древности как источники знания воспринимал архиеп. Феофан (Прокопович), пастор Вильгельм Толле провел первые раскопки курганов в Ст. Ладоге.

В XVIII в. основным полем археологических исследований была Сибирь: ее древности целенаправленно изучал В. Н. Татищев, в 20-40-х гг. XVIII в. АН снарядила первые Сибирские экспедиции (см. об этом работы Д. Г. Мессершмидта, Г. Ф. Миллера, И. Г. Гмелина). С сер. XVIII в. А. России была тесно связана с освоением новых земель страны и ни по масштабам, ни по их научному уровню не уступала европейской. В 60-80-х гг. XVIII в. в связи с присоединением Крыма (см. в ст. «Паллас П. С.») и началом эпохи классицизма основой А. стали античные и скифские древности, к-рые определяли ее развитие до сер. XIX в.

С 1-й четв. XIX в., особенно после Отечественной войны 1812 г., началось сложение славяно-рус. А., основателями к-рой были митр. Евгений (Болховитинов), Н. М. Карамзин, З. Доленга-Ходаковский, А. Н. Оленин, П. И. Кёппен, Н. П. Румянцев. Национальные древности понимались как церковные и гос., их историко-церковные описания появились раньше собственно археологических (см. в статьях «Кремль», «Новиков Н. И.», «Сумароков А. П.»). Интерес к А. оживляли находки: Тмутараканский камень, шлем с места Липицкой битвы 1216 г., золотой змеевик XI в. из-под Чернигова и «клад 1822 г.» с городища Ст. Рязань.

В России эпохи имп. Николая I отход от идеализации античности, внимание к национальному прошлому стали частью гос. идеологической программы «самодержавие, православие, народность». В 20-40-х гг. XIX в. центрами А. были Общество истории и древностей российских и Академия художеств. Вклад в изучение А. России внесли церковные археолого-статистические описания и путешествия таких ученых и художников, как К. М. Бороздин, А. И. Ермолаев, П. С. Максютин, Ф. Г. Солнцев. Развитие русско-визант. стиля в искусстве подтолкнуло к изучению зодчества (см. статьи «Храм», «Мартынов А. А.», «Горностаев А. М.») и иконописи. Общественный интерес к А. поддерживали журналы патриотического направления («Отечественные записки») и публикации первых сводов, особенно «Древностей Российского государства».

В сер. XIX в. возникли археологические об-ва с органами гос. контроля (см. статьи «Археологическая комиссия», «Забелин И. Е.»). С созданием Московского археологического об-ва (1864), Исторического музея (1883), с проведением всероссийских Археологических съездов (с 1869) активизировались занятия в области первобытной А., ранее отстававшей от уровня общеевроп. Археологи работали совместно с искусствоведами, историками и филологами (М. П. Погодин, Ф. И. Буслаев, Д. И. Иловайский, И. И. Срезневский). В результате выделились важнейшие разделы российской А.: финно-угорский, визант., кавк., среднеазиат., сибир. В целом А. воспринималась как часть славистики и палеографии, к-рые были тесно связаны с церковными научными центрами и церковно-археологическими об-вами. Российская А. долго не принимала эволюционизма, сопряженности истории культуры с естествознанием и не имела возможности выйти за рамки библейской хронологии. Но с сер. 60-х гг. XIX в. на рус. Севере, на Украине, в Сибири и в Крыму начались открытия памятников каменного века, был установлен факт заселения Русской равнины в «период мамонта и мамонтовой фауны», и к 80-м гг. усилиями археологов (В. Б. Антоновича, А. С. Уварова), антропологов, зоологов и геологов (К. М. Бэра, А. П. Богданова, Д. Н. Анучина, В. В. Докучаева, А. А. Иностранцева) стали вырисовываться контуры первобытной А. в России.

Славяно-рус. А. в посл. трети XIX - нач. XX в. выделила характерные типы вещей и эталонные памятники. Начало положили массовые раскопки древнерус. курганов Владимирской земли (А. С. Уваров), «Чёрной могилы» в Чернигове, Гнёздова под Смоленском; исследования Сев.-Зап. Руси Н. Е. Бранденбургом и Л. К. Ивановским (Ст. Ладога, сопки); работы по подготовке III Археологического съезда в Киеве (В. Б. Антонович); труды В. И. Сизова («Курганы Смоленской земли», 1902) и Д. Я. Самоквасова («Могилы Русской земли», 1908). А. А. Спицыным («Расселение древнерусских племен по археологическим данным», 1899) были выделены особенности погребального обряда племенных объединений славян. Одновременно с курганами исследовали древние церковные здания, утварь, погребения, обозначая, т. о., виды памятников языческого и христ. периодов.

В посл. трети XIX - нач. XX в. был собран основной массив материалов, работа над к-рым ведется и в наст. время. Свод Б. И. и В. И. Ханенко «Древности Приднепровья и побережья Чёрного моря» (1898-1907), обзор И. И. Толстого и Н. П. Кондакова «Русские древности в памятниках искусства» (с 1889) показали, что славяно-рус. памятники являются своеобразным итогом мн. тысячелетий развития культур в Вост. Европе. Изучались и родственные славянские древности Литвы, Белоруссии и Польши (А. М. Сементовского-Курило, М. Ф. Кусцинского, А.П. Сапунова, Е. П. и К. П. Тышкевичей).

В 80-х гг. XIX в. трудами Уварова был заложен фундамент изучения генезиса древнерус. культуры - визант. А., к-рая в дальнейшем развивалась благодаря деятельности Палестинского православного об-ва, Об-ва любителей древностей в Одессе, музея в Херсонесе, Археологического ин-та в К-поле, а также изданию Византийского временника. Бесспорным лидером этого направления А. стал Кондаков, создавший собственный иконографо-типологический метод изучения памятников искусства.

В российской А. немаловажное значение имел вост. раздел, изучавший древности тюркских народов (хазар и др. кочевых народов степей Евразии), финно-угров, соседних с Русью исламских гос-в (Волжской Булгарии, Золотой Орды), народов Сев. Кавказа и Закавказья (см. статьи «Ани», «Марр Н. Я.», «Уварова П. С.»), памятники домусульм. периода Ср. Азии (В. В. Бартольд, Н. И. Веселовский).

На рубеже XIX-XX вв. российская А. приступила к обобщению накопленного материала (труды В. А. Городцова, Я. И. Смирнова, С. А. Жебелёва, Б. В. Фармаковского и М. И. Ростовцева, В. В. Хвойки). После Октябрьской революции 1917 г. мн. ученые (А. Васильев, Ростовцев, Кондаков) эмигрировали. «Революционная» наука испытывала к российской А. недоверие, поскольку та была тесно связана с придворной аристократией и Церковью. Однако в 20-х гг. XX в. на археологических отд-ниях ун-тов Москвы и Петрограда (Ленинграда) удалось подготовить целый ряд специалистов по древневост., визант. и рус. древностям (М. И. Артамонов, А. В. Арциховский, А. В. Банк, Н. Н. Воронин, Г. Ф. Корзухина, А. П. Смирнов, А. Л. Якобсон и др.).

Для 30-х гг. ХХ в. важнейшим аспектом развития А. в СССР стали масштабные полевые работы и системное введение в науку огромной массы материалов. Великая Отечественная война привела к изменению гос. политики в отношении изучения исторического прошлого славян (см. в ст. «Рыбаков Б. А.»), что позволило возобновить работы над «запретными» темами (гот., варяжской, хазар. и др.). Начали использовать достижения зарубежной А. и восстанавливать связи с дореволюционной традицией (ее объективную оценку дал А. А. Формозов). Для истории ранних славян особенно важна работа по соотнесению «культур» и этносов (П. Н. Третьяков, И. И. Ляпушкин, В. В. Седов). Для истории Церкви имели огромное значение начатые в советский период и продолжающиеся в наст. время активные археологические работы в городах. Была заново написана история храмовой архитектуры домонг. времени (М. К. Каргер, Н. Н. Воронин, Г. М. Штендер, П. А. Раппопорт); обобщены в сводах многочисленные материалы по истории церковной эпиграфики (см. в ст. «Граффити»), литургической утвари (С. С. Высоцкий, Т. И. Макарова, А. А. Медынцева, Т. В. Николаева, Б. А. Рыбаков, Н. В. Рындина, М. В. Седова). Раскопки древних слоев Киева, Чернигова, Смоленска, Пскова, Новгорода, Ст. Ладоги, Ростова, Суздаля, Владимира, Ст. Рязани и др. поселений, а также погребений (Н. А. Макаров) по-новому осветили процесс христианизации Др. Руси, становления и развития ее религ. культуры. Особое значение имели работы, проводившиеся при восстановлении утраченных церковных памятников (соборы Златоверхого во имя арх. Михаила мон-ря и Киево-Печерской лавры в Киеве, собор во имя Казанской иконы Божией Матери в Москве). Выдающимися достижениями стали исследования Новгородской археологической экспедиции (А. В. Арциховский, Б. А. Колчин, В. Л. Янин). Благодаря хорошей сохранности органических остатков средневек. жизнь Новгорода не только поддается восстановлению во всех подробностях: обнаруженные комплексы надежно датируются и даже связываются с определенными семьями. В результате найдены ценные свидетельства, дающие новые факты по истории Церкви (напр., церы кон. Х в. с сохранившимися текстами псалмов 75, 76 и, возможно, 67; усадьба священника-иконописца кон. XII в. Олисея Гречина). Уникальным источником информации о развитии письменности, языка и религ. жизни Новгорода стали берестяные грамоты и др. эпиграфические находки. В посл. трети ХХ в. в российской А. сложились направления, занимающиеся теорией А. (Л. С. Клейн) и пересматривающие традиц. наследие отечественной А. (Г. С. Лебедев), привлекающие математический аппарат для объективизации описаний, использующие методы естественных наук.

Лит.: Жебелев С. А. Введение в археологию. Пг., 1923. Ч. 1; Худяков М. Г. Дореволюционная археология на службе эксплуататорских классов. М., 1933; New Perspectives in Archaeology / Ed. S. and L. Binford. Chicago, 1968; Монгайт А. Л. Археология Западной Европы. М., 1973-1974. 2 т.; Формозов А. А. Страницы истории русской археологии. М., 1986; Daniel G. A Hundred and Fifty Years of Archaeology. L., 1981; Christenson A. L. [ed.] Tracing Archaeology's Past: The Historiography of Archaeology. Carbondale, 1989; Trigger B. A History of Archaeological Thought. Camb.; N. Y., 1989; Лебедев Г. С. История отечественной археологии, 1700-1917 гг. СПб., 1992; Gamble C. Timewalkers: A Prehistory of Global Colonization. L., 1993; Schnapp A. La conquête du passé: aux origines du l'archéologie. P., 1993; Renfrew C., Zubrow E. The Ancient Mind: Elements of the Cognitive Archaeology. Camb., 1994; Fagan B. [ed.] Oxford's Companion to Archaeology. L.; N. Y., 1996.
Л. А. Беляев
Ключевые слова:
Археология российская Археология, область науки, изучающая прошлое по его материальным остаткам
См.также:
АРХЕОЛОГИЯ ХРИСТИАНСКАЯ раздел археологии, изучающий древности раннехрист. общин и гос-в, преимущественно позднеантичной и раннесредневек. эпох
АРХЕОЛОГИЧЕСКАЯ КОМИССИЯ императорская, гос. учреждение в ведении Мин-ва имп. двора, созданное в С.-Петербурге 2 февр. 1859 г. на основе Комиссии для исследования древностей
АРХЕОЛОГИЧЕСКИЕ ОБЩЕСТВА в Российской империи имели статус общественных орг-ций, находились в ведении Мин-ва народного просвещения и под покровительством гос. власти, занимались изучением исторических памятников
АРХЕОЛОГИЧЕСКИЕ СЪЕЗДЫ в Российской империи проводились в 1869-1911 гг.