Добро пожаловать в один из самых полных сводов знаний по Православию и истории религии
Энциклопедия издается по благословению Патриарха Московского и всея Руси Алексия II
и по благословению Патриарха Московского и всея Руси Кирилла

Как приобрести тома "Православной энциклопедии"

КИРИЛЛИЦА
Т. 34, С. 626-632 опубликовано: 23 мая 2018г. 


КИРИЛЛИЦА

одна из двух (см. Глаголица) слав. азбук. Термин «кириллица», очевидно имеющий значение «азбука, изобретенная Кириллом», восходит к имени равноап. Кирилла (Константина), который, вероятно, в сотрудничестве с братом архиеп. равноап. Мефодием не позднее весны 863 г. создал древнейший слав. алфавит - глаголицу. Изначально именно глаголица носила название «кириллица» («коуриловица») (форма зафиксирована в послесловии Упиря Лихого к списку Толковых Пророков 1047 г., сохранившемся в ряде копий XV-XVI вв.), лишь позднее это название было перенесено на К. Степень древности термина «кириллица» неизвестна.

Вопрос об обстоятельствах появления в слав. письменности 2 азбук, об их сравнительной древности и составителях долгое время оставался в палеославистике одним из наиболее спорных и обсуждаемых. Полемика о соотношении 2 азбук, начавшаяся в XVIII в. и продолжавшаяся на протяжении всего XIX в., завершилась в основном в 1-й четв. XX в. В наст. время первичность глаголицы по отношению к К. является общепризнанной.

В кон. 885 г. учениками равноапостольных Кирилла и Мефодия глаголица была принесена в Болгарию, где ее распространению препятствовала существовавшая традиц. практика записи протоболг. и слав. текстов греч. буквами. О широком распространении греч. письма среди образованной части болг. общества и об особом престиже, к-рый имело это письмо, ярко свидетельствуют находки надписей X в. Для образованных представителей болг. знати и болг. духовенства «было самоочевидным, что славянский язык вполне может быть языком богослужения и письменности, но они возражали против того способа записи, который предлагали нашедшие приют в Болгарии ученики Константина и Мефодия» (Флоря. 2000. С. 114-115). Одна из причин недовольства глаголицей, как указывают исследователи, состояла в том, что ряд букв этой азбуки, принесенной из Моравии, соответствовал фонетическим особенностям моравских говоров и не был нужен для передачи звуков древнеболг. языка (ср.: Gălăbov. 1967). По-видимому, в первую очередь именно к Болгарии следует относить слова Черноризца Храбра (сказание «О письменах» (кон. IX - нач. X в.)) о том, что после крещения у славян, живших по соседству с Византией, сложилась традиция записывать тексты на слав. языке греч. буквами: «Когда же крестились, то пытались записывать славянскую речь римскими и греческими письменами, без порядка» (цит. по: Флоря. 2000. С. 197). При этом, вероятно, характерные для славянского языка звуки передавались не соответствующими им по фонетическому значению греч. буквами либо сочетаниями греч. букв. Представители образованной верхушки древнеболг. общества проявили приверженность именно этому способу записи и выступили против применения изобретенного Кириллом особого письма. Позиция их оппонентов получила отражение в сказании Черноризца Храбра «О письменах», посвященном защите глаголицы как боговдохновенного письма. Храбр детально разъяснил совершенство глаголицы как алфавита, специально созданного для передачи славянской речи.

Результатом разрешения противоречия явилось создание новой слав. азбуки - К. Компромиссное решение состояло в том, что в основу нового алфавита было положено греч. письмо, при этом была проделана значительная работа по приспособлению этого письма к особенностям слав. языка. Греч. алфавит был дополнен теми буквами принесенной из Моравии азбуки, к-рые передавали специфические для слав. языка звуки, также был введен ряд новых графем для передачи звуков, характерных для болг. говоров, и опущены те графемы глаголической азбуки, к-рые отражали особенности западнослав. говоров Паннонии и Моравии. Как показывают находки кириллических надписей 1-й пол. X в., процесс формирования К. на территории Первого Болгарского царства следует относить самое позднее к рубежу IX и X вв. (самая ранняя известная в наст. время кириллическая надпись датируется окт. 921 - Попконстантинов. 1980. С. 289). Замена алфавита произошла, вероятно, в начале правления кн. Симеона, традиционно принятая дата - 893 г.

Вопрос о составителе К. до настоящего времени остается нерешенным. П. Й. Шафарик в работе «О происхождении и родине глаголитизма» (1857, изд. в России в 1860) высказал мысль о создании К. учеником Мефодия еп. св. Климентом Охридским, к-рая впосл. была поддержана мн. славистами. Это мнение основывается на данных Краткого Жития Климента Охридского, написание к-рого связано с деятельностью Охридского архиеп. Димитрия II Хоматиана и может быть датировано годами его пребывания на кафедре (1216-1234). В гл. 14 Жития говорится о том, что еп. Климент придал др. формы буквам для большей ясности: «Придумал [Климент] и другие начертания для букв, дабы они были более ясными, нежели те, что изобрел премудрый Кирилл. Посредством [этих букв] он записал и все боговдохновенное Писание, и похвальные слова, и жития мучеников и преподобных святых, и священные песнопения» (цит. по: Флоря, Турилов, Иванов. 2000. С. 273). Основные возражения против этой т. зр. сводятся к тому, что данный фрагмент Краткого Жития Климента Охридского является поздней интерполяцией (см.: Бернштейн. 1984. С. 134). Кроме того, деятельность св. Климента Охридского и как епископа, и как учителя, и как основателя охридской книжной школы проходила в Юго-Зап. Болгарии, в Македонии, где глаголица оказалась наиболее устойчивой и была окончательно вытеснена К. лишь во 2-й пол. XII в.; глаголицей написаны все дошедшие до нас старослав. памятники кон. X-XI в. македон. происхождения.

Г. А. Ильинский приписывает авторство К. свт. Константину, еп. Преславскому. По предположению исследователя, «глаголица была заменена так называемой кириллицей на Преславском Соборе 893 г. пресвитером Константином по предложению кн. Симеона, стремившегося посредством новой, гораздо более простой и более легко усваиваемой азбуки облегчить и ускорить процесс славянизации болгарской церкви и государства» (Ильинский. 1931. S. 87). Ильинский допускает, что первоначально поручение составить новую азбуку могло быть возложено кн. Симеоном на Климента Охридского и св. Наума Охридского, к-рые, сохраняя верность кирилло-мефодиевской традиции, от поручения отказались; работу по созданию К. выполнил Константин Преславский. В «Повести временных лет» сообщается о    имевшем место в 893 г., т. е. во время Преславского Собора. Ильинский толкует это выражение не как «замена книг» (т. е. греч. богослужебных книг славянскими) или «перевод книг» (с греч. яз. на славянский), а как перемену букв, письма.

В Болгарии в X-XI вв. К. употреблялась наряду с глаголицей, она постепенно вытесняла глаголическое письмо вначале в Вост. Болгарии, в кон. XII в.- в Македонии. Из Болгарии К. была перенесена на Русь и в Сербию, где в XI-XII вв. формировались древнерус. и древнесерб. книжности. На основе К. образовались валашская и молдав. (XIV-XV вв.), румын. (XVI в.) письменности, в составе древнерус. книжности - пермско-зырянская (XIV в.), мордов. (кон. XVII в.) и др. письменности. В качестве делового письма К. использовалась в канцеляриях Далмации (XIV-XVII вв.) и Албании (XIV-XV вв.).

Письменные памятники от эпохи создания К. не сохранились. Наиболее ранние дошедшие до нас кириллические памятники - эпиграфические. Древнейшие датированные граффити, сделанные на славянском языке кириллическим алфавитом,- надпись на стене скального мон-ря недалеко от г. Тырговиште о смерти «раба Божия Антония» (921) и здравица на боковине сосуда для вина (931), найденного в ходе раскопок в районе Велики-Преслава (Popkonstantinov K., Kronsteiner O. Starobălgarski nadpisi. Salzburg, 1994. Bd. 1. S. 48-50, 204-205. (Die Slawischen Sprachen; 36)). К точно датированным относятся древнеболг. надписи на могильных плитах: Добруджанская (943) и царя Самуила (993). Не датирована, но, судя по начертаниям букв и содержанию, выполнена не позднее 60-х гг. Х в. надпись на могиле чергубыля Мостича. Выбитая на мраморной плите Битольская надпись, в которой рассказывается о строительстве крепости в македон. г. Битоле по указу болг. царя Иоанна Владислава, датируется 1015-1016 гг.

Кириллические рукописные книги или их отрывки, написанные на пергамене, сохранились с XI в.: Саввина книга (РГАДА. Ф. 381. № 14, кон. X - нач. XI в.), Супрасльский сборник (1-я пол. XI в.; НБВ. Собр. Замойских. № 21, 151 л.; Любляна, Университетская б-ка. Cod. Kor., 118 л.; РНБ. Qn 72, 16 л.), Энинский Апостол (НБКМ. № 1144, 2-я пол. XI в.), Хиландарские листки (ОГНБ, XI в.), Листки Ундольского (РГБ. Унд. 961, XI в.), Македонский лист (БАН. 24.4.16, XI в.), Зографские листки (Б-ка Зографского мон-ря, Афон, XI в.).

Самые ранние примеры русской письменности - надписи К. на монетах киевского кн. равноап. Владимира (Василия) Святославича кон. Х - нач. XI в., берестяные грамоты (древнейшие - 1-й пол. XI в., в т. ч. кириллическая азбука на бересте); К. написаны самые ранние памятники русского извода церковнослав. языка: Новгородский кодекс (Новгородская Псалтирь) (нач. XI в.), Остромирово Евангелие (1056-1057), Изборник 1073 г., Изборник 1076 г., Архангельское Евангелие 1092 г., Минея служебная (сент.) (1095-1096), Минея служебная (окт.) (1096), Минея служебная (нояб.) (1097). Кириллические памятники серб. извода церковнослав. языка сохранились с кон. XII в.: Мирославово Евангелие (80-е гг. XII в.), Вуканово Евангелие (ок. 1202); старейший серб. памятник деловой письменности - кириллическая грамота бана Кулина (1189). Древнейшие кириллические рукописи болг. извода церковнослав. языка: Добромирово Евангелие (нач. (?) XII в.), Охридский Апостол (кон. XII в.), Битольская Триодь (2-я пол. XII - нач. XIII в.), Болонская Псалтирь (1230-1241), Боянское Евангелие (1-я пол. (сер.?) XIII в.), Тырновское Евангелие (1273).

К. усвоила все основные лингвистические принципы, которые были положены в основу глаголической алфавитной системы. В ней сохранен фонематический принцип алфавита, примененный равноап. Кириллом при создании глаголицы: К. представляет собой фонетическое письмо, в котором, за редким исключением, 1 звуку соответствует 1 знак, специально приспособленный к особенностям слав. языков (наличие редуцированных, носовых, шипящих и др.). К глаголице восходят порядок буквенных знаков в К., их названия, в совокупности образующие связный текст («Аз буки веди…»), тонкая передача специфики слав. фонетической системы.

Основу К. составил греко-визант. унциал, к-рый был дополнен буквами, заимствованными из глаголицы (возможно, также из др. алфавитов) и графически видоизмененными, для обозначения слав. звуков, отсутствовавших в греч. речи.

К., по дошедшим до нас рукописям XI в., включала 43 буквы, 24 из которых взяты из греко-визант. уставного письма с сохранением графической формы:                          К. использует почти все буквы греч. унциала, в т. ч. и такие, к-рые не были необходимы для передачи звуков слав. речи (ср. 2 буквы для гласного [i] - и   2 буквы для гласного [о] - и   буквы, обозначающие звуковые сочетания,- [ks] и [ps]). Четыре буквы, восходящие к греч. унциалу ( (кси), (пси), (фита) и (ижица)), в составе К. не занимают свое исходное место, а перемещены в самый конец. Остальные буквы К. были заимствованы из глаголицы (и др. алфавитов), при этом их графический облик был стилизован по визант. образцу:                     

Существуют различные версии происхождения новых букв К. Наиболее распространена т. зр., согласно к-рой начертания большинства из них восходят к видоизмененным начертаниям соответствующих глаголических букв, напр.: - , - , - , - , - . Происхождение кириллических юсов объясняют перестроением глаголических букв путем поворота слева направо: - , - . Поздние варианты глаголических еров рассматриваются как прототипы кириллических: - и - . Кириллическая интерпретируется как «перестилизация» (Щепкин. 1999. С. 38) глаголической . Начертание трактуется как результат преобразования глаголической , перевернутой вокруг оси сверху вниз. Верхняя часть возводится к крестовидному глаголическому знаку  

Указываются и др. источники новых кириллических графем. Начертание буквы может быть объяснено видоизменением унциального варианта греч. буквы «бета» (β). Преобразование греч. буквы Α могло дать и   Из греч. Ι возникает кириллическая буква   к-рая в свою очередь стала основой для и   Это предположение имеет палеографическое обоснование: во Фрейзингенских отрывках часто передается посредством i: dine (=  ), minsih (=  ) и др. возводится к греч. сочетанию ΙΟΥ с устранением последней буквы. Кириллическое начертание интерпретируется как лигатура, состоящая либо из 3 знаков: (земля) - i десятеричного - (земля), развернутого слева направо, либо из 2 соединенных крестом букв   одна из к-рых развернута. Согласно др. т. зр., восходит к монограмме имени Иисуса Христа ( ), к-рая представляет собой кириллическую букву (хѣр), перечеркнутую i десятеричным.

В наст. время первоначальный состав кириллического алфавита, сформированный в эпоху кн. Симеона, может быть только предметом гипотез. Возможно, он был построен почти изоморфно глаголице (см.: Дурново. 1929). Предположение о создании в Болгарии разных вариантов К., не копировавших глаголицу, а приспособленных к определенным диалектным особенностям, было выдвинуто А. А. Зализняком на основе исследования древнейших древнерус. абецедариев (новгородских берестяных азбук: № 591 (1-я пол. XI в.), № 450 (посл. четв. XII в.), № 778 (кон. XII (?) - 1-я четв. XIII в.) и др.), в к-рых зафиксирован кириллический алфавит, отражающий особенности некоторого южнослав. диалекта (обзор кириллических абецедариев, служащих важнейшим источником для реконструкции первоначального состава и порядка кириллического алфавита: Зализняк. 1999).

Исследователи полагают, что в первоначальной К. не было йотированных букв      Четыре йотированных гласных засвидетельствованы только в Супрасльской рукописи, однако и в ней употребление весьма ограниченно. Ни в одном др. кириллическом старослав. памятнике полный комплект йотированных букв не употребляется. Йотированные гласные отсутствуют в Листках Ундольского; в Энинском Апостоле встречается только   при этом в большинстве случаев вместо используется   В Саввиной книге   представлено в 10-15 случаях, встречается чаще, преимущественно в позиции после гласных и согласной   в позиции после (l-epentheticum) вместо используется    употребляется только в позиции после гласных. В старослав. эпиграфических памятниках буква отсутствует. Кроме того, диграфы «ук» () и «еры»   ( ), складывающиеся из частей, совпадающих с самостоятельными буквами, могли трактоваться как буквосочетания +    + ( + ). В дальнейшем появляется тенденция трактовать их как единые графемы и они получают статус отдельных букв алфавита.

Уже в древнейших памятниках буквы К. могли иметь разные варианты начертаний (см. таблицу, составленную Т. Славовой: КМЕ. 1995. Т. 2. С. 302-303). Так, во всех старослав. рукописях (за исключением Энинского Апостола и Листков Ундольского, где представлен только знак юса малого - ) имеются 2 варианта начертания юса малого, один из к-рых используется в позиции после точки и после гласной, 2-й - после согласной: в Саввиной книге - соответственно и (), в Супрасльской рукописи - () и (), в Зографских листках - и   в Хиландарских листках - и   Буква «еры» обычно передается как   В некоторых памятниках (Листки Ундольского, Энинский Апостол) между и стоит горизонтальная соединительная черта. В Македонском кириллическом листке, где отсутствует, буква «еры» складывается из и -   В Хиландарских листках используется 2 знака -   и     передает нередуцированный звук [у] (звук [у] полного образования) (  ),   - [у] редуцированный ( ). Перевернутое начертание буквы - , возникшее в К., вероятно, под влиянием греч. дифтонга οι, произношение к-рого в визант. эпоху совпало с υ, фигурирует в Энинском Апостоле и во мн. среднеболг. памятниках (Слепченский Апостол, Охридский Апостол, Болонская Псалтирь, Боянское Евангелие). Два варианта в древнейшей К. имела буква «зело», передающая аффрикату [dz]: начертание в виде перечеркнутой буквы «земля» () представлено в Энинском Апостоле и Листках Ундольского, начертание с крючком справа в середине (^ ) - в Хиландарских листках, в Македонском кириллическом листке, в Зографских листках. В Супрасльской рукописи над мягкими сонорными    и ставится специальный знак - перевернутая вниз дуга; вероятно, подобные написания послужили основой для знаков и , первый из к-рых фигурирует в Хиландарских листках, 2 знака и встречаются в Синайском патерике (кон. XI в.).

В кириллической письменности под влиянием унциального письма широко использовались вспомогательные графемы - надстрочные (диакритические) знаки (знаки придыхания 7 9 , паерок   , ударения    , титло). Однако система правил их употребления формируется в слав. письменности лишь c XIV в., а окончательно складывается в кон. XVII - нач. XVIII в.

В соответствии с традициями греч. письма буквы К., как и буквы глаголицы, имели не только звуковое, но и числовое значение, т. е. применялись для обозначения и звуков речи, и чисел. В отличие от глаголицы, в к-рой числа обозначались буквами в порядке их расположения в азбуке, К. следовала за греко-визант. цифровой системой: числовое значение имели только буквы, заимствованные из греч. алфавита, при этом за каждой из 24 таких букв было закреплено то же самое цифровое значение, которое эта буква имела в греч. цифровой системе (  - 1,   - 2,   - 3 и т. д.). Буквы «стигма» ( - 6), «коппа» ( - 90) и «сампи» ( -900), имевшие в Византии только числовое значение, первоначально использовались для передачи этих чисел и в кириллической письменности. Впосл. они были заменены собственно кириллическими буквами, сходными по начертанию с греч. знаками: буква «зело» (), начертание к-рой восходит к греч. лигатуре «стигма» (), употреблялась в значении 6; односторонняя буква «червь» (), совпавшая по начерку с коппой (),- в значении 90; в значении 900 в древнерусской К. вместо треножной сампи начала использоваться аналогичная треножная буква «юс малый» (). В южнослав. К. под влиянием глаголицы цифровое значение 900 получила буква «ци» () (ср.: глаголическая буква «ци» () - 900). Первые примеры употребления в значении 900 засвидетельствованы в Паремийнике Григоровича (кон. XII - нач. XIII в.). В результате 2-го южнослав. влияния знак в значении 900 в древнерус. письменности был вытеснен знаком   Также вслед за глаголицей в нек-рых южнослав. кириллических рукописях XII - нач. XIII в. 700 может обозначаться буквой (ср.: глаголическая буква «от» () - 700), 800 - глаголической буквой «пе» ().

В случаях, когда буквой надо было обозначить число, над ней ставился надстрочный знак - титло, а по обеим сторонам от нее - точки. Девятью буквами обозначались единицы (  - 1,   - 2,   - 3 и т. д.), девятью - десятки (  - 10,   - 20,   - 30 и т. д.), девятью - сотни (  - 100,   - 200,   - 300 и т. д.). Для обозначения тысяч использовались те же буквы, что и для обозначения единиц, перед к-рыми слева внизу добавлялся знак тысячи (_ ): _   - 1000, _   - 2133 и т. д. Как и в совр. цифровой системе, десятки добавлялись к единицам, а сотни - к десяткам слева:   - 22,   - 345. Исключение составляли числа 2-го десятка, где в отличие от ионийской, или визант., системы счисления представлена т. н. инверсивная нумерация, при к-рой знак единицы ставится перед знаком десяти:   - 11,   - 12,   - 13 и т. д. Инверсивная нумерация является доминирующей в старослав. памятниках. Так, в Саввиной книге на 60 примеров инверсивной нумерации приходится только 1 пример неинверсивной нумерации - со знаком десяти перед знаком единицы. Единственный пример неинверсивного обозначения зафиксирован и в Энинском Апостоле. В Супрасльской рукописи соотношение инверсивных и неинверсивных обозначений составляет приблизительно 5:1. В Листках Ундольского и в Хиландарских листках использованы исключительно инверсивные обозначения чисел 2-го десятка. О преобладании неинверсивной ионийской нумерации можно говорить лишь по отношению к Изборнику 1073 г.

В К. различается 3 типа письма: устав, полуустав, скоропись. Древнейшим и соответственно первоначальным типом письма, возникшим непосредственно под влиянием греч. унциала, является устав. К числу типологических свойств кириллического устава XI-XIV вв. относятся: рисованность и монументальность букв, достигавшиеся тщательным и четким выписыванием всех деталей в рисунках букв; геометричность букв, к-рые можно вписать в квадрат или четырехугольник; начертание букв преимущественно в строке, без выступа деталей над и под строкой; незначительная разница в начертаниях одной и той же буквы; строгое чередование толстых и тонких линий в рисунке одной и той же буквы; пробелы между буквами в словах. С кон. XIII в. у юж. славян и с сер. XIV в. в Др. Руси распространяется новый тип письма - полуустав, появление которого было предопределено нарастанием объема книгописания и постепенным переходом при создании книг с пергамена на бумагу. В сравнении с уставом начертания букв полуустава более мелкие и округлые, они лишены геометрической строгости: прямые линии допускают кривизну, а округлые утрачивают облик правильной дуги, нарушается стабильность расстояния между буквами, возможны варианты начертания одних и тех же букв у одного писца, используются выносные буквы и большое число диакритических знаков. С кон. XIV в. в деловой письменности получает распространение скоропись, рассчитанная на существенное ускорение процесса письма. Появление скорописи связывается с применением письменности для деловых целей (дипломатических, административных, судебных, хозяйственных). Скоропись характеризуется непрерывностью движения пера при начертании букв и многочисленными сокращениями.

Традиционную форму букв кириллического рукописного полуустава почти в точности воспроизводили первые рус. типографские шрифты, созданные в сер. XVI в. Такой графический характер они сохраняли до нач. XVIII в.- до введения рус. гражданского шрифта, сформировавшегося на основе ренессансного шрифта «антиква» и скорописного почерка московского письма (канцелярского курсива) кон. XVII - нач. XVIII в.

Слав. книгопечатание кириллическим шрифтом было начато в кон. XV в. в Кракове в типографии Швайпольта Фиоля, который издал 4 книги на церковнослав. языке: Октоих (1491), Часослов (1491), Триодь постную (1492-1493), Триодь цветную (недатированную). В 1494 г. начала действовать Черногорская типография в Цетинском мон-ре, основанная Иваном Черноевичем и продолжившая работу под рук. его сына Джурджа. В этой типографии «священником мнихом Макарием от Черной Горы» были выпущены Октоих первогласник (1494), Октоих пятигласник (1494 (?)), Псалтирь с восследованием (1495), Требник (1496). Третья типография кириллического шрифта была открыта в 1508 г. повелением Раду Великого, воеводы Валахии, в г. Тырговиште. Известны 3 изданные там книги: Служебник (1508), Октоих (1510), Четвероевангелие (1512). В 1516 г. в Праге открылась слав. типография Ф. Скорины, где в 1517 г. вышла Псалтирь на церковнослав. языке. С 1517 по 1519 г. Скорина издал 23 ветхозаветные книги, переведенные им на «русский» (гибридный церковнославянский) язык,- «Библию руску». В нач. 20-х гг. XVI в. Скорина основал в Вильно 1-ю на территории Великого княжества Литовского слав. типографию, где издал «Малую подорожную книжицу» (1522) и Апостол (1525). В Сербии и Валахии в 1-й пол. XVI в. известны типографии в мон-рях Руйно, Милешевском, в Горажде, в Мркшина-Црква, в Белграде. Важную роль в распространении книжной культуры в слав. мире на протяжении XVI в. играли венецианские типографии Божидара Вуковича и его сына Виченцо. В Москве кириллическое книгопечатание возникло ок. 1553 г. в т. н. Анонимной типографии, от которой сохранилось неск. книг без выходных данных (Евангелие, Постная Триодь). Первой же авторизованной и точно датированной московской книгой стал Апостол (1564) Ивана Фёдорова. Им же после переезда в Великое княжество Литовское было подготовлено в Остроге издание 1-го полного церковнослав. библейского кодекса - Острожской Библии (1580-1581). Активное развитие кириллического книгопечатания в Речи Посполитой относится ко 2-й пол. XVI в. Важнейшие типографии были во Львове, в Вильно, Остроге, Стрятине, Заблудове.

С течением времени в древнерус. и южнослав. письменностях изменялась форма букв К., менялись состав букв и их звуковое значение. Изменения были обусловлены преимущественно языковыми процессами в живых слав. языках. Так, в ранних древнерус. рукописях в результате утраты носовых, т. е. перехода [o] > [u], [ę] > [ 'a], буква () приобретает значение [u], буква () - ['a] или [ja], наблюдается смешение    «      «    В XII в. буквы йотированных юсов (  ) и юса большого () выходят из употребления; употребление     определяется разнообразными правилами, напр.: а) пиши после согласных, - после шипящих и ц, - после гласных и в начале слова; б) пиши после согласных, - после гласных и в начале слова; в) пиши после согласных, гласных и в начале слова, - после шипящих и ц. Неразличение аффрикат [с'] и [č'] («цоканье») отражается в ряде древнерусских рукописей (новгородских с XI в.) во взаимной мене «   неразличение шипящих и свистящих - в мене «    « (псковские рукописи).

В среднеболг. памятниках с XII в. переход [o] > [ъ] отражается в виде взаимной мены «   переход [ę] > [ą] > ['a] - в виде взаимной мены « « (мена носовых). Выделение назальности в самостоятельную артикуляцию отражается в памятниках в виде написаний графем    после знаков носовых и их заместителей ( ). Начавшийся с XIII в. процесс перехода [y] > [i] отражается в виде смешения графем «   Появляется новое на месте (не из *g):   (Добрейшово Евангелие, XIII в.).

Во всех серб. памятниках процесс утраты носовых гласных, т. е. переход [o] > [u], [ę] > [е] (с X в.), проявился в утрате букв для обозначения этимологических носовых, за исключением Мирославова Евангелия, в котором наблюдается смешение графем «     «    Начавшийся с XII в. процесс перехода [y] > [i] отражен в виде смешения графем «   Совпадение гласных [ъ] и [ь] в нелабиализованном гласном среднего ряда [« ] в сильной позиции в дописьменный период (Х-XI вв.) проявилось в утрате буквы   для обозначения редуцированного гласного в серб. кириллических памятниках употребляется только   Процесс перехода редуцированного [« ] > [а] (с XIV в.) определил возможность написания на месте   Вследствие изменения [vъ] > [u] уже в старейших сербских памятниках появились написания с вместо  

Изменения в репертуаре графем К. и особенностях их употребления могли быть вызваны факторами культурно-историческими, напр., «активизацией русско-южнославянских связей в рамках средневекового конфессионально-культурного (кирилло-мефодиевского или славяно-византийского) единства» (Турилов А. А. Древнерусские влияния // ПЭ. 2007. Т. 16. С. 162), в процессе к-рой происходило обращение к инославянской книжной традиции и ее усвоение. Так, 2-м южнослав. влиянием были вызваны следующие изменения в графико-орфографических системах древнерус. рукописей в кон. XIV-XV в.: употребление буквы в соответствии с [ja] вместо   использование (i десятеричного) перед гласными; употребление вместо в конце слова после твердых согласных; написание буквы «еры» как вместо   восстановление употребления буквы как в соответствии с этимологией, так и в соответствии с [u]; восстановление употребления диграфа (и лигатуры ) после согласных; употребление буквы «зело» - (a ), ранее использовавшейся только в числовом значении, и/или ^ в соответствии с [z]; написание вместо в словах с неполногласным сочетанием *rĕ; написание в соответствии с ['a] (мена « ); мена юсов « типа среднеболгарской; введение графем «о-очное» - p q Y @ и «о с крестом» - e (p   q   @   e  ); регулярное использование надстрочных знаков и знаков препинания.

Набор букв К. в слав. письменности XV-XVII вв. фиксируется в первых сводных алфавитах, входящих в состав созданных в этот период орфографических трактатов, азбук, букварей, грамматик церковнослав. языка. Их авторы ставили своей целью представить все графемы, реально используемые в книжно-языковой практике, в т. ч. и разные варианты их начертаний. Так, напр., в соч. «Написание языком словенским о грамоте и о ея строении...» фигурируют 45 буквенных знаков, в число к-рых в качестве самостоятельных единиц входят, в частности, скорописная А в виде греч. буквы «альфа» (α), занимающая в азбуке предпоследнее место, и ( с надстрочным знаком «краткая») (Ягич. 1885-1895). 45 знаков регламентированы и в азбуке И. Фёдорова (Львов, 1574; Острог, 1578), где статус отдельных букв имеют и ‚ , и    и    и   Сокращение состава азбуки до 40 букв в грамматике Мелетия (Смотрицкого) (Евье, 1619; М., 1648, 1721) достигается за счет того, что по 2 знака кодифицируются в качестве варианта одной буквы:    ‚ ,              Разнообразные начертания букв К. (уставные, полууставные и скорописные) приводятся в рукописных азбуках XVII в., служивших пособием для обучения письму. В них же впервые появляется выделение прописных букв в отдельный алфавит.

В К. нового извода церковнослав. языка (синодального церковнославянского или новоцерковнославянского) нормировано 40 букв: 37 - в прописном и строчном вариантах, которые графически тождественны; 3 буквы (   ), не употребляющиеся в позиции абсолютного начала слова,- только в строчном; 3 буквы - «есть», «он», «ук» имеют 2 строчных варианта ( -    -    - ):                                                                                  Употребление вариантных начертаний графем и дублетных омофоничных букв (типа - -    - -    -    -    - ) регламентировано орфографическими правилами, основанными на позиционном и семантическом принципах (принцип антистиха). Вспомогательные графемы включают знаки ударения (острое, или оксия ( ), тяжелое, или вария ( ), облеченное, или камора ()), знак придыхания ( ), титло (простое ( ) и буквенное (    )).

Первое законодательное изменение состава К. и формы кириллических букв в России связано с реформой азбуки Петра I 1707-1710 гг., т. е. с созданием русского гражданского шрифта. Инициатива введения гражданского шрифта принадлежит Петру I, и вся подготовка к этому предприятию проходила под его непосредственным руководством и наблюдением. Изменение состава азбуки было направлено на расподобление слав. (рус.) и греч. алфавитов и тем самым могло связываться с отказом Петра I от «славяно-греческого» благочестия (Живов. 1996). Петр I при изготовлении в 1707-1708 гг. 1-го комплекта разработанного по его указанию нового рус. гражданского шрифта исключил из алфавита 8 букв, одни из к-рых, заимствованные из греч. алфавита, были изначально не нужны для передачи слав. звуков, другие же стали ненужными вслед. исторических изменений рус. речи: (пси), (кси), (омегу), (ижицу), (юс малый), (ферт) (оставив (фиту)), (землю) (оставив (зело)), (оставив : ). Тот факт, что из пары омофоничных букв сохраняется именно та буква, к-рая соответствует лат. алфавиту: s (а не «з»), i (а не «и»), свидетельствует о «западничестве» Петра I и его приверженцев. Первой книгой, набранной гражданским шрифтом в его первоначальном варианте, стала «Геометрiа, славенскi sемлемерiе» (1708). Однако впосл. большинство исключенных букв Петр I восстановил, и во 2-ю версию гражданского шрифта, в учебную азбуку 1710 г., не вошли только (юс), (пси), (омега) и (от). Кроме того, в азбуке 1710 г. была кодифицирована буква «э», занявшая место широкого - между и   и закреплена форма совр. буквы «я», восходящая к курсивному начертанию   без левой ножки, слегка повернутого по часовой стрелке.

В результате азбучной реформы Петра I были ликвидированы все надстрочные знаки, употреблявшиеся в К., упорядочены пунктуационные знаки, регламентировано употребление прописных букв, введена система обозначения чисел араб. (европейскими) цифрами (вместо буквенных обозначений).

Гражданский шрифт был предназначен для печати светских изданий: офиц. публикаций и периодики, технической, военной, научной, учебной и художественной лит-ры. Применение же церковного кириллического шрифта было ограничено сферой богослужебной лит-ры. Наличие 2 вариантов гражданского шрифта привело к тому, что в 1711-1735 гг. светские издания печатались то одним, то др. составом азбуки.

Азбучная реформа Петра I повлекла за собой ряд последующих реформ, осуществленных АН,- в 1735, 1738 и 1758 гг. В 1735 г. АН исключила буквы (кси), (ижица), (зело) и была восстановлена буква «й» (особый символ «й», представляющий собой сочетание буквы «и» и заимствованного из греч. яз. надстрочного знака краткости «  » «краткой», исчез при введении гражданского шрифта в 1707-1710, поскольку были отменены все надстрочные знаки). Часто 1735 г. указывают как дату возникновения буквы «й», но формально отдельной буквой она не считалась: официально буквой алфавита «й» стала только в результате орфографической реформы 1918 г.

В 1738 г. АН унифицировала написание i: заглавная буква пишется без точки, строчная - с одной точкой, при добавлении ударения эта точка обычно исчезает (однако в дальнейшем, на протяжении еще довольно длительного времени, до нач. XIX в., буква i продолжала употребляться с 2 точками (ï)). Также было упорядочено применение этой буквы (во многом совпадающее с церковнослав. яз.): в позиции перед гласными и «й», в слове «мiръ» в значении «вселенная».

В 1758 г. Российским собранием при АН новая азбука, получившая название «гражданица», была утверждена для набора и издания светских книг. Она включала 37 букв, в т. ч. вновь восстановленную АН букву (ижица), употреблявшуюся в отдельных заимствованных словах преимущественно церковного обихода (мро, смволъ, снодъ), а также лигатуру «io», введенную для обозначения звука [о], который возник в рус. языке в период с XII по XV в. в результате фонетического процесса перехода ['e] > ['o] в позиции после мягкого согласного. Не исключено, что изобретателем буквы «io» может считаться В. Е. Адодуров, зафиксировавший эту «двоегласную литеру» в своей пространной грамматике 1738-1740/41 гг.

Заменившая лигатуру «io» буква «ё», заимствованная из франц. языка, была предложена 18 нояб. 1783 г. председателем С.-Петербургской академии искусства и наук кнг. Е. Р. Дашковой на заседании Российской академии и получила офиц. признание в нояб. 1784 г. Однако отдельной буквой «ё» долгое время не считалась и в азбуку официально не входила. Известной буква «ё» стала благодаря Н. М. Карамзину, в связи с чем он до недавнего времени считался ее автором. В 1796 г. в 1-й книжке издаваемого Карамзиным стихотворного альманаха «Аониды» с буквой «ё» были напечатаны существительные «зарёю», «орёл», «мотылёк», «слёзы», а также глагол «потёк». Официально буква «ё» вошла в рус. алфавит и получила 7-й порядковый номер только в советское время, 24 дек. 1942 г., приказом народного комиссара просвещения РСФСР.

После академических реформ XVIII в. вся последующая история азбучных дискуссий сводилась к проблеме омофоничных букв «е» -   «и» - i -   «ф» - и «беззвучной» буквы «ъ» в позиции конца слова. Так, напр., i десятеричное не включил в азбуку М. В. Ломоносов (Российская грамматика. 1755), (ижицу) - Я. К. Грот (Русское правописание. 1885). В 1781 г. по инициативе директора АН С. Г. Домашнева один раздел «Академических известий» был напечатан без буквы «ъ» в конце слов.

Необходимость очередной реформы рус. письма отчетливо осознавалась в российском обществе в кон. XIX в. В 1888 г. этот вопрос был поставлен в докладе В. П. Шереметевского в Об-ве распространения технических знаний, в 1899 г.- в докладе проф. Р. Ф. Брандта «О лженаучности нашего правописания» в Педагогическом об-ве. В 1904 г. при Отд-нии рус. языка и словесности АН была создана орфографическая комиссия, перед которой была поставлена задача упрощения рус. письма. Председателем комиссии стал выдающийся языковед Ф. Ф. Фортунатов, в ее состав входили крупнейшие ученые того времени А. А. Шахматов (возглавивший комиссию в 1914, после смерти Фортунатова), И. А. Бодуэн де Куртенэ и др. В 1904 г. комиссия разработала предварительные рекомендации по упрощению русской графики: ликвидировать буквы (ять), (фита), исключить одну из букв - «и» или «i», отказаться от буквы «ъ». Проект нового правописания был представлен в 1912 г., но утвержден не был - президент АН вел. кн. Константин Константинович побоялся «орфографической смуты». Новая орфография была введена в 1917-1918 гг. 2 декретами. Декрет Народного комиссариата просвещения о реформе русского правописания, опубликованный в газ. «Известия» 23 дек. 1917 г., был подтвержден декретом СНК от 10 окт. 1918 г. Орфографической реформой 1918 г. из алфавита были исключены буквы (ять), (фита), (i десятеричное); отменено написание в конце слов и частей сложных слов после твердых согласных. Буква (ижица) в декрете не упомянута, но применение ее прекратилось именно в это время. В результате реформы 1918 г. фактически был утвержден совр. русский алфавит.

На основе модернизированного в нач. XVIII в. рус. варианта К. на протяжении 2-й пол. XVIII - нач. XX в. сложились совр. алфавиты правосл. слав. стран: Сербии, Болгарии, Украины, Белоруссии и Македонии. В XVIII-ХIХ вв. правосл. миссионеры (Нижегородский еп. Дамаскин (Семёнов-Руднев), Московский митр. св. Иннокентий (Вениаминов) и др.), разрабатывая основы описания тюрк., финно-угорских, палеоазиат. и др. языков народностей Российской империи, адаптировали кириллический алфавит к ранее бесписьменным языкам России и сопредельных стран (чувашскому, татарскому, алеутскому, якутскому, осетинскому, азербайджанскому, казахскому, монгольскому и др.). В 30-х гг. XX в. на кириллическую основу были переведены алфавиты языков большинства народов бывшего СССР, не имевших ранее своей письменности или же имевших письменность на основе араб. алфавита. В кон. 80-х - 90-х гг. ХХ в. Молдавия и ряд тюркоязычных республик бывш. СССР перешли на лат. алфавит. В наст. время письмом, построенным на основе К., пользуются народы, говорящие почти на 60 языках, относящихся к индоевроп., кавказской, китайско-тибетской, чукотско-камчатской, монг., тунгусо-маньчжурской, тюрк., финно-угорской, уральской и другим языковым семьям.

Лит.: Ягич И. В. Рассуждения южнослав. и рус. старины о церковнослав. языке // Исследования по русскому языку. СПб., 1885-1895. Т. 1. С. 652; Дурново Н. Н. Мысли и предположения о происхождении старослав. языка и слав. алфавитов // Bsl. 1929. Roč. 1. S. 48-85 (переизд.: Он же. Избр. работы по истории рус. языка. М., 2000. С. 566-612); Лавров П. А. Материалы по истории возникновения древнейшей слав. письменности. Л., 1930. (Тр. Слав. комис.; Т. 1); Ильинский Г. А. Где, когда, кем и с какой целью глаголица была заменена «кириллицей» // Bsl. 1931. Roč. 3. Seš. 1. S. 79-88; Селищев А. М. Старослав. язык. М., 1951. Ч. 1. С. 35-80; Черепнин Л. В. Русская палеография. М., 1956. С. 92-111; Шицгал А. Г. Русский гражданский шрифт. 1708-1958. М., 1959; Gălăbov J. La rotonde de Symeon dans l'histoire du vieux- bulgare litteraire // Bsl. 1967. Roč. 18. Seš. 1. S. 110-111; Tkadlečik V. Systém cyrilské abecedy // Slavia. 1972. N 4. S. 380-392; Карский Е. Ф. Славянская кирилловская палеография. М., 19792; Попконстантинов К. Новооткрите старобългарски надписи от Х век в Северо-Източна България // Славянска палеография и дипломатика. София, 1980. С. 289; он же. Старобългарската епиграфика през последните 10 години (1974-1984) // Археология. 1984. № 4. С. 39-40; Бернштейн С. В. Константин-философ и Мефодий: Нач. глава из истории слав. письменности. М., 1984; Медынцева А. А. У истоков слав. письменности // Наука и жизнь. 1985. № 12. С. 91-96; Истрин В. А. 1100 лет слав. азбуки. М., 19882. С. 51-70, 159-183; Хабургаев Г. А. Первые столетия слав. письменной культуры. М., 1994. С. 104-113; Добрев И. Кирилица // КМЕ. 1995. Т. 2. С. 301-316; Живов В. М. Язык и культура в России XVIII в. М., 1996. С. 66-88; Успенский Б. А. Первая грамматика рус. языка на родном языке: (Неизвестная рус. грамматика 30-х гг. XVIII в.) // Избр. труды. М., 1997. Т. 3: Общее и славянское языкознание. С. 589; Уханова Е. В. У истоков слав. письменности. М., 1998. С. 117-153; Зализняк А. А. О древнейших кириллических абецедариях // Поэтика, история литературы, лингвистика: Сб. к 70-летию Вяч. Вс. Иванова. М., 1999. С. 543-576; Щепкин В. Н. Русская палеография. М., 1999п. С. 34-39, 116-119, 135-137, 142-145; Иванова Н. История на сръбския и хърватския книжовен език. София, 2000. С. 5-47; Пчелов Е. В., Чумаков В. Т. Два века русской буквы Ё: История и словарь. М., 2000; Флоря Б. Н. Сказания о начале слав. письменности. СПб., 20002; Флоря Б. Н., Турилов А. А., Иванов С. А. Судьбы кирилло-мефодиевской традиции после Кирилла и Мефодия. СПб., 2000; Гальченко М. Г. Второе южнослав. влияние в древнерус. книжности: (Графико-орфографические признаки второго южнослав. влияния и хронология их появления в древнерус. рукописях кон. XIV - 1-й пол. XV в.) // Книжная культура, книгописание, надписи на иконах Др. Руси: Избр. работы. М., 2001. С. 325-382; Немировский Е. Л. История слав. кирилловского книгопечатания XV - нач. XVII в. М., 2003. Кн. 1: Возникновение слав. книгопечатания; Плетнёва А. А., Кравецкий А. Г. Церковнославянский язык: Учебник. М., 20064. С. 21-22, 27-31; Ремнёва М. Л. Старослав. язык. М., 20123. С. 26-38, 47-65, 73-81.
Е. А. Кузьминова, М. Л. Ремнёва
Ключевые слова:
Алфавит, система письменных знаков-букв, которая отображает и фиксирует звуковой строй языка и является основой письма История славянской письменности Начало славянской письменности: св. Кирилл, Мефодий и их ученики Кирилл и Мефодий, равноапостольные Кириллица, одна из двух славянских азбук
См.также:
ГЛАГОЛИЦА древнейший из славянских алфавитов, созданный равноапостольным Кириллом
А первая буква всех европ. (кроме герм. рунического) и большинства ближневосточных алфавитов
АБЕЦЕДАРИЙ в широком смысле слова в странах, использующих латиницу, алфавит вообще
АЛФАВИТ система письменных знаков-букв, которая отображает и фиксирует звуковой строй языка и является основой письма
Б 2-я буква всех алфавитов, основанных на кириллице
В 3-я буква всех алфавитов, основанных на кириллице
ВАЙАН Андре (1890 - 1977), франц. языковед-славист, исследователь и издатель памятников древней слав. письменности
Г 4-я буква всех алфавитов, основанных на кириллице
ГОШЕВ Иван (1886 — 1965), прот., церковный историк и археолог
ГРИГОРОВИЧА ПАРЕМИЙНИК [Хиландарский Паремийник], среднеболг. пергаменная рукопись кон. XII - нач. XIII в., древнейший южнослав. список Паремийника