СИМОНОПЕТРА

Изучение истории обители затруднено недостатком письменных источников. В истории С. было 3 опустошительных пожара, 2 из которых, в 1580 и 1891 гг., привели к полной утрате книжного собрания мон-ря, в 1-м случае погиб и практически весь архив (Ταρνανίδης. 1987. Σ. 18-19; Πατρινέλης. 1991. Σ. 22-23).

Начальный период истории С. известен только по сведениям, содержащимся в Житии прп. Симона Мироточивого. Житие дошло в новогреч. пересказе, к-рый включает также фрагменты письменных и устных монастырских преданий, сложившихся после составления 1-й редакции Жития (70-е гг. XIV в.?) (Ταρνανίδης. 1987. Σ. 24-32). В наст. время свидетельства Жития в целом признаются достоверными, однако следует учитывать, что изначально в этом памятнике, по-видимому, отсутствовали хронологические указания, а даты, содержащиеся в новогреч. версии, скорее всего введены составителем, прп. Никифором Хиосским (Ibid. Σ. 18, 20, 39; Idem. 1991. Σ. 19). Время жизни прп. Симона Мироточивого и основания С. устанавливается лишь приблизительно.

Высказывавшееся ранее мнение, согласно к-рому С. была основана в X-XI вв., возникшее благодаря упоминанию в афонских актах этого времени «обители Симона» (см. подпись под актом 1057 г.: Actes de Saint-Pantéléèmôn / Ed. P. Lemerle, G. Dagron, S. Ćirković. P., 1982. P. 59. N 5.52. (ArAth; 12)), равно как и гипотеза о существовании «двух Симонов» - основателя и возобновителя запустевшей обители, в наст. время отвергнута исследователями, поскольку археологических или письменных свидетельств существования на месте совр. С. руин прежде воздвигнутой там обители не обнаружено. «Обитель Симона», упоминаемая в документах более раннего периода, вероятно, находилась в иной местности Афона, но ее местоположение неизвестно (Ταρνανίδης. 1991. Σ. 19).

Согласно Житию, прп. Симон пребывал в пещере неподалеку от скалы, где ныне расположен мон-рь (пещера сохр.). В преддверии праздника Рождества Христова прп. Симону во время молитвы на протяжении неск. дней являлась звезда, которая спускалась с неба и останавливалась над скалой, расположенной напротив пещеры подвижника, у моря. В самую ночь Рождества Христова святой ощутил, что обретается в Вифлееме Иудейском и видит Пресв. Богородицу, прав. Иосифа Обручника и Богомладенца, обернутого пеленами и лежащего в яслях. Божественный голос повелел прп. Симону создать на скале, осененной светом виденной им звезды, обитель Нов. Вифлеем. Указание Жития, что святой почил в 1257 г.,- позднейшее прибавление. Обитель возникла в XIII в., возможно в посл. четв. столетия, поскольку памятники XIV в. упоминают прп. Симона как сравнительно недавно подвизавшегося на Св. Горе (Idem. 1987. Σ. 24-26). Сам основатель мон-ря, по-видимому, назвал его Нов. Вифлеемом, однако это именование не стало общепринятым, уступив место более традиционному для Афона - в память об основателе (во время одного из явлений Пресв. Богородица, согласно Житию, предрекла святому, что Она прославит место, где была воздвигнута обитель, его именем - Ibid. Σ. 42). Посвящение кафоликона обители Рождеству Христову осталось неизменным (оно засвидетельствовано в хрисовуле Иоанна Углеши: Кашић. 1976. С. 40).

В Житии прп. Симона делается акцент на общежительном характере устава новой обители, но не исключено, что интерес к киновиальному устройству отражает устремления кругов, к к-рым принадлежал составитель Жития или даже создатель его новогреч. редакции. В Житии содержится крайне мало сведений о жизни С. в годы игуменства прп. Симона. После кончины преподобного у его гроба «ежедневно совершались бесчисленные чудеса». После обретения мощей было явлено также чудо мироточения, давшее святому прозвание, под к-рым он стал наиболее известен в последующие столетия,- Мироточивый. О мироточении сообщается в источниках XIV в., Житиях прп. Максима Кавсокаливита (Kourilas E., Halkin F. Deux vies de S. Maxime le Kausokalybe, ermite au Mont Athos (XIVe s.) // AnBoll. 1936. T. 54. P. 38-112, здесь: P. 64) и хрисовуле Иоанна Углеши (Кашић. 1976. С. 40). Насколько многочисленной была братия С. в первые десятилетия после кончины прп. Симона, сказать затруднительно. Не исключено, что, несмотря на известность места упокоения святого, созданный им мон-рь пришел в запустение к сер. XV в. (Speake, Kallistos (Ware). 2012. P. 92).

Новый период истории обители наступил после 1365 г., когда к ней проявил интерес серб. деспот Иоанн Углеша. Согласно преданию, отраженному в Житии прп. Симона, решение облагодетельствовать насельников С. и выстроить на «скале Симона» большой и благоустроенный мон-рь Иоанн Углеша принял после чудесного исцеления его дочери, одержимой злым духом. Ценнейшие свидетельства обновления обители деспотом Иоанном содержатся в хрисовуле, изданном им в 1368 г. Этот хрисовул сохранился в позднейшей копии, заверенной подписями патриарха Кирилла I Лукариса и членов постоянного Синода, а также др. представителей К-польского Патриархата. Копия была создана между 1622 и 1633 гг. по просьбе монахов С., обратившихся к патриарху после одного из опустошительных пожаров. Оригинал хрисовула к тому времени находился в плачевном состоянии, поэтому патриарх заказал «точную копию», к-рая затем была заверена всеми необходимыми подписями (изд. греч. текста с параллельным серб. пер.: Кашић. 1976. С. 38-51).

В хрисовуле сообщается, что Иоанн Углеша, впечатленный услышанным о преподобном и о недавнем чуде мироточения от его гроба (об исцелении дочери или кого-то из родственников в этом документе речи не идет), обратился с посланием к проту и Свящ. собору Св. Горы, в к-ром испрашивал разрешение осуществить строительство, обратив «небольшую обитель скалы кир-Симона» (Τὸ κῦρ Σίμωνος Πέτρας μονήδριον) в мон-рь (μοναστήριον) (Там же. С. 40). И. Тарнанидис полагает, что речь идет о строительстве «в пустынном месте», т. е. в хрисовуле содержится указание на плачевное состояние, в к-ром находился мон-рь в сер. XIV в. (Ταρνανίδης. 1991. Σ. 20). Однако прилагательное ρμαῖος скорее указывает на то, что деспот желал построить полноценный монастырский комплекс на «подходящем, удачном месте» (а возможно, и на «промыслительно указанном»). Прот и Свящ. собор выразили свое согласие, и деспот немедленно отправил на Св. Гору духовника иером. Евфимия с помощниками, передав им немалую сумму денег, чтобы они приобрели землю и приступили к строительству. Вскоре обитель была выстроена фактически заново: возведены пирг (башня), келлии, служебные постройки. Храм украшен росписями, ризница пополнилась священными сосудами, иконами, книгами и златоткаными ризами. Кроме того, храм был покрыт свинцом. Новая постройка сохранила прежнее посвящение - Рождеству Христову и именовалась Нов. Вифлеем, в память о явлении прп. Симону звезды над скалой (Кашић. 1976. С. 40). Хрисовул содержит также перечисление метохов, приобретенных Иоанном Углешей и пожертвованных мон-рю (Там же. С. 40-50).

Деспот Иоанн Углеша может по праву считаться 2-м ктитором С. (т. о. он поминался в мон-ре на протяжении столетий). Однако пожары, регулярно опустошавшие обитель, полностью уничтожили возведенные по его повелению постройки. После обновления и приобретения новых метохов, по-видимому, настал период расцвета С. В т. н. Третьем типике Св. Горы 1394 г. она занимает 23-е место в иерархии святогорских обителей (Μαμαλάκης. 1971. Σ. 134-135, σ. 2).

В Житии и в записанном позднее предании сообщается еще об одном знатном муже серб. происхождения, связанном с С. В кон. 70-х гг. XIV в. в С. подвизался некий инок, к-рого считали сыном деспота Иоанна Углеши, чудесно спасшимся после битвы на р. Марице (1371). Согласно преданию, он открыл свое происхождение лишь перед кончиной (Ταρνανίδης. 1987. Σ. 46-48). Однако в наст. время в С. преобладает мнение, что речь идет об Иоанне Уроше Неманиче (Иоанне Уроше Дуке Палеологе, прп. Иоасафе Метеорском). Дело в том, что новое братство С., пришедшее из Преображенского мон-ря Метеор, искало связь между С. и местом их прежних подвигов, и это отождествление составило наиболее зримое связующее звено между 2 обителями. «Царский отпрыск» прп. Иоасаф почитается в С. как один из первых монастырских святых. Поскольку именно в кон. 70-х гг. XIV в. прп. Иоасаф Метеорский удалился на Афон (как повествует Житие прп. Афанасия Метеорского), вполне вероятно, что в тот период он подвизался именно в С., незадолго до этого обновленной серб. правителями и, возможно, населенной серб. иноками.

Об истории С. в период тур. владычества известно немногое, поскольку архив мон-ря погиб в пожаре 1580 г. Однако упоминания игуменов и монахов С. в различных афонских актах позволяют сделать вывод, что монастырь продолжал существовать без каких-либо перерывов. Так, в 1452 г. упоминается бывш. прот Св. Горы Дорофей «из Петры (Скалы) святого Симона» (Actes de Xénophon/ Ed. D. Papachryssanthou. P., 1986. P. 223. N 33.10. (ArAth; 15)). Этот же или иной Дорофей (снова?) стал протом в 1466/67 г. (Actes du Prôtaton / Ed. D. Papachryssanthou. P., 1975. P. 142. N 90. (ArAth; 7)). Акты 1471 и 1472 гг. подписаны игуменом «Петры Симона» мон. Геннадием (Actes de Kastamonitou / Ed. N. Oikonomidès. P., 1978. P. 63. N 7.27. (ArAth; 9); Actes de Dionysiou / Ed. N. Oikonomidès. P., 1968. P. 164. N 31.26. (ArAth; 4)).

Хиландарский мон. Исаия, составивший краткое описание Св. Горы в 1489 г., сообщал о С. как о болг. обители, где подвизались 40 монахов (Григорович-Барский. 1985. С. 5). Х. Г. Патринелис считает, что эти сведения верны, но преобладание болг. иноков не означало, что в С. не было греч. монахов (Πατρινέλης. 1991. Σ. 22). Антипросоп С. в 1494 г. подписывался по-гречески (Actes de Dionysiou. P., 1968. P. 180. N 36. 31-32), известные игумены С. в 1518, 1527 и 1528 гг. также оставляли в документах греч. подписи (Actes de Kutlumus / Ed. P. Lemerle. P., 19882. P. 169, 173. N 51.42, 53.42. (ArAth; 2)). Известна также слав. подпись игум. Анании под актом 1503 г. (Actes de Dionysiou. P., 1968. P. 195. N 42.16). В 1517 г. некий игумен С. был приглашен господарем Валахии Нягое Басарабом на освящение монастыря Куртя-де-Арджеш (Πατρινέλης. 1991. Σ. 22).

Положение С. в 1530-1540 гг. описано в 9 письмах, адресованных игуменом и братией С. различным лицам, у к-рых они просили помощи в трудных обстоятельствах, среди адресатов - митр. Зихны Григорий, фессалоникийские архонты Дука Критопул и Асанина, вдова Феодора Гераки. Др. письма были рассчитаны на более широкую аудиторию, напр., на христиан о-ва Лемнос, где находился один из метохов С. Письма сохранились в копиях, к сожалению, не вполне исправных (рукопись Hieros. Patr. 370. Fol. 154v - 171v, 217v - 219; см.: Παπαδόπουλος-Κεραμεύς ᾿Α. ῾Ιεροσολυμητικὴ βιβλιοθήκη. Πετρούπολις, 1891. Τ. 1. Σ. 388-390; Πατρινέλης. 1991. Σ. 22). Они позволяют заключить, что в 20-х гг. XVI в. в С. поступило значительное число новых монахов (сообщалось как минимум о 40 иеромонахах и монахах, при этом подчеркивалось, что братия продолжала увеличиваться). Пожертвования «милостивых христиан» позволили восстановить обветшавшие стены монастырской крепости и кельи, а также обновить росписи в храме. Однако средству мон-ря было недостаточно, поскольку монахи жаловались, что не смогли починить свинцовую крышу соборного храма, в результате стенные росписи страдали от влаги; акведук, посредством к-рого вода поступала в обитель, также обветшал и разрушился; и, наконец, в С. не хватало больницы. Помощь фессалоникийской знати позволила монахам починить акведук, но в целом их положение оставалось затруднительным. Обитель погружалась в долги и беднела, так что монахам даже не хватало еды (Πατρινέλης. 1991. Σ. 22-23).

В сер. XVI в. игуменом С. был Кассиан, «именуемый Арабом». Он известен тем, что описал последние дни и кончину прп. Феофана Апсараса († 1544), одного из ктиторов мон-ря Варлаама в Метеорах. Игум. Кассиан был учеником прп. Феофана, что указывает на еще одну связь между метеорскими обителями и С. (Βέης Ν. Τὰ χειρόγραφα τῶν Μετεώρων. ᾿Αθήνα, 1984. Τ. 2. Σ. 373-374). В 1566/67 г. С. посетил знаменитый церковный писатель XVI в. Дамаскин Студит (Πατρινέλης. 1991. Σ. 23).

В 1566 г. великий постельничий, придворный господаря Валахии Гьорма, известный также как Погонианит (из Погониани в Эпире), с супругой пожертвовали С. обитель св. Николая, к-рую незадолго до этого воздвигли в пригороде Бухареста. Обитель обладала немалыми владениями, к ним прибавились и пожертвования господарей Валахии Александру II Мирчи (1575) и Михни II Турка (1586 и 1587). Позднее неподалеку на холме господарь Валахии Михай Храбрый (1593-1601) создал новый метох с храмом св. Николая и многочисленными кельями. Это новое владение С., известное в дальнейшем как Михай-Водэ, было утверждено грамотой патриарха Иеремии II. К новому метоху св. Николая было приписано все имущество, принадлежавшее одноименному старому подворью (Ibid. Σ. 24). В 1567 г. закончилось строительство пирга (башни) на арсане (пристани) С., средства на эту постройку выделил один из валашских вельмож (Ibid. Σ. 23).

11 дек. 1580 г. произошел 1-й из опустошительных пожаров в истории мон-ря. Неск. монахов погибли в огне, но большинство, ок. 20 чел., вместе с игум. Евгением спаслись, спустившись со скалы на веревках, и даже сумели сберечь казну С. Эти средства позволили монахам на время переселиться в мон-рь Ксенофонт, причем они приняли управление этой обителью. Впосл. в качестве платы за гостеприимство и передачу власти симонопетриты договорились взять на себя долг Ксенофонта, составлявший ок. 200 тыс. аспров. Монахи С. отправились в К-поль к патриарху, чтобы он подтвердил имущественные права С. на нек-рые владения, поскольку соответствующие документы погибли при пожаре. Восстановление обители потребовало огромных средств. Несмотря на то что обитель, по-видимому, отстроили заново уже к 1586 г., игум. Евгений был вынужден отправиться за сбором «милостыни» в Валахию, где провел неск. лет (1587-1592). Восстановление обители стало возможным благодаря помощи валашских правителей, прежде всего Михая Храброго. Доходы С. от метоха Михай-Водэ помогали проводить строительство и позднее, в XVII в. (Speake, Kallistos (Ware). 2012. P. 124, 126-127).

Второй пожар, менее опустошительный, чем 1-й, произошел в С. 8 июня 1622 г. Монахи вновь отправились в К-поль, чтобы патриарх подтвердил главный документ на владение обителью - хрисовул деспота Иоанна Углеши. Одновременно были начаты работы по восстановлению тех строений мон-ря, к-рые пострадали от огня. Уже в 1623 г. был освящен отремонтированный соборный храм, а 10 лет спустя он был расписан.

Ок. 1620 г. С. стала идиоритмической (особножительной), как и мн. обители Афона в то время. Свидетельств о жизни С. в это время сохранилось мало. Судя по тому, что С. с 1621 по 1678 г. выплачивала на общие расходы Св. Горы крайне незначительную сумму, насельников в ней было немного, и экономически обитель находилась в тяжелом положении. К 1644 г. долг вырос до 7 тыс. грошей (что, впрочем, не помешало С. в 1661 г. приобрести 2 келии за 405 грошей).

Сведения о положении С. в кон. XVII - 1-й пол. XIX в. содержатся гл. обр. в отзывах путешественников. Подробное описание С. кон. XVII в. оставил врач Иоанн Комнин Моливд (впосл. митр. Дристры Иерофей) в своем знаменитом «Проскинитарии», изданном в 1701 г. (Κομνηνός. 1745. Σ. 79-82). Иером. Ипполит (Вишенский), посещавший Афон в 1709 г., сообщал о 50 монахах, подвизавшихся в С. (Пелгримация. 2019. С. 91). Но самые важные свидетельства принадлежат известному рус. путешественнику по св. местам христ. Востока В. Г. Григоровичу-Барскому. В 1725-1726 гг. он посетил С. и был поражен дерзновением зодчих, создавших мон-рь на неприступной скале (Григорович-Барский. 1885. С. 243). Через 20 лет, в 1744 г., он вновь посетил С., подробно описал обитель и зарисовал вид на мон-рь и его окрестности с юго-вост. стороны (Он же. 1887. С. 351-357). С. в это время испытывала большие затруднения: ее долг составил более 15 тыс. левов. Мн. ценности находились в залоге у заимодавцев. Большинство монахов покинули мон-рь: одни переселились в более зажиточные обители, другие ушли за милостыней. По сообщению Григоровича-Барского, в С. было всего 5 или 6 монахов (неясно, входит ли в число 5 иноков руководивший мон-рем скевофилакс, бывший простым монахом; А. М. Брискина-Мюллер полагает, что речь идет о 6 монахах: Брискина-Мюллер. 2018. С. 240-241). Григорович-Барский приводит также ценное свидетельство: «Повествуется же, яко и в сей обытелы иногда обытаху сербы, последи же населишася грецы» (Григорович-Барский. 1887. С. 354).

В 1762 г. в С. переселился прп. Паисий (Величковский) с братией. В кодексе Ath. Simonopetr. A, созданном в 1800 г., есть упоминание об этом событии, но прп. Паисий ошибочно назван сербом. Как свидетельствуют документы, обнаруженные укр. исследователем С. В. Шумило (Шумило. 2017), в 1762 г. действительно имело место переселение части Паисиева братства в С. 3 апр. 1762 г. Священным собором Св. Горы была издана грамота о назначении «духовника Паисия» игуменом С. (Брискина-Мюллер. 2018. С. 239, 241). В грамоте шла речь о передаче С. «малороссу» Паисию и более чем 30 монахам его братства, также «малороссам». Решение было принято в связи с обнищанием святогорских обителей, а также ввиду того, что у С. были долги «до десяти тысящей рублей». В грамоте Священного собора указывалось, что братия сможет переселиться только после погашения долга. 2 монаха из Паисиева братства отправились в Малороссию для сбора милостыни. Несмотря на указания грамоты, прп. Паисий с братией решили поселиться в С. до выплаты долга, чтобы собрать урожай оливок, а также выяснить, смогут ли выходцы из иных земель управлять незнакомой греч. обителью (Там же. С. 244). Поскольку переселение планировалось как пробное, прп. Паисий взял с собой только 20 монахов. Вскоре стало понятно, что переселение не принесет ни духовной, ни материальной пользы: оно повлекло непрестанные конфликты и тяжбы с тур. заимодавцами, а также необходимость отправить почти всех братьев за пределы Афона для сбора милостыни в уплату долга (Там же. С. 245). Имелись и др. неудобства, напр. обязанность вести деловую переписку с тур. властями на тур. языке (Там же. С. 254). Уже в начале пребывания в С. прп. Паисий был вынужден передать представителям тур. властей все имевшиеся в его распоряжении средства - 700 левов. В связи с этим монахи приняли решение вернуться в скит прор. Илии. Прп. Паисий обратился к Священному собору Св. Горы с просьбой освободить его братство от владения С. По-видимому, в С. прп. Паисий и его иноки провели не более 4 месяцев (Там же. С. 246).

После ухода прп. Паисия С. перешла в ведение Великой Месы (центральной администрации Св. Горы), к-рая приняла решение продать метохи обители на полуостровах Касандре, Ситонии и в Фессалонике, чтобы уплатить ее разросшийся долг. При этом, по-видимому, были утаены документы, подтверждавшие права С. на эти владения, а также допущен ряд др. нарушений, в результате чего в 1785 г. патриарх Гавриил IV был вынужден назначить наказания членам Свящ. Кинота, к-рые осуществили сделку (Πατρινέλης. 1991. Σ. 25).

Монашеская жизнь в С. возобновилась в 1765 г. благодаря помощи иером. Иоасафа Митилинского. Он осуществлял сбор милостыни в М. Азии, на Самосе, в Фессалонике и других местах и накопил ок. 8 тыс. грошей. Этой суммы хватило, чтобы выкупить метохи С., уплатить часть долга, восстановить отдельные монастырские постройки и даже возвратить главную святыню обители - левую руку равноап. Марии Магдалины, к-рую за 25 лет до этого похитили берберские пираты (Manoussacas. 1983. P. 434-436). Дело иером. Иоасафа продолжал примерно до 1795 г. скевофилакс Иоаким. Он также путешествовал с целью сбора милостыни, но жертвовал на восстановление С. и свои средства. Ему удалось накопить 14 тыс. грошей, к-рые он употребил в основном на ремонт монастырских построек. Деятельность иеромонахов Иоасафа и Иоакима описана в том же кодексе А, где содержатся краткие сведения о переселении в обитель братства прп. Паисия (Величковского).

Вскоре положение обители вновь ухудшилось. В 1800 г. патриарх Неофит VII обращался к властям Св. Горы, чтобы выяснить, кому задолжала С. и кто расхитил ее имущество. В грамоте патриарха Каллиника V, согласно к-рой обитель вновь стала общежительной, также содержится указание на ее плачевное состояние. Виновными в этом были объявлены те, кто управляли С. ранее, но также признавалось, что положение мон-ря ухудшилось из-за необходимости участвовать в общих расходах Св. Горы и др. обстоятельств (Σμυρνάκης. 1903. Σ. 591-592). Грамота патриарха Каллиника V утверждала избрание игуменом С. иером. Иакинфа, к-рый, согласно этому документу, должен был подчиняться скевофилаксу С. Кириллу, о к-ром говорилось, что он «всячески лучше оного [Иакинфа]», потому что спас обитель от верной гибели. За Кириллом даже признавалось право избрать следующего игумена. В 1806 г. конфликт между иеромонахами Кириллом и Иакинфом завершился поражением последнего, однако новый игум. Дионисий в том же году освободился от главенства Кирилла, к-рый распоряжался метохом Михай-Водэ в Бухаресте (Πατρινέλης. 1991. Σ. 26). С 1433 по 1848 г. 54 валашских и 1 молдав. господарь издали 808 актов, касающихся С. и сохранившихся в архиве обители (146 на славянском, 637 на румынском и 23 на греческом языках; Δωροθέος. 1986. Τ. 1. Σ. 372; Nastase, Marinescu. 1987; Ναστάσε. 1991), что свидетельствует о теснейших связях мон-ря с Валахией и постоянной поддержке, получаемой от валашских правителей.

В 1821-1830 гг. Афон был занят тур. войсками, на Св. Гору за участие в освободительном движении была наложена контрибуция, 1/30 часть к-рой (50 тыс. грошей) должна была выплатить С. Некоторые монахи С., взяв святыни обители, бежали в Юж. Грецию, охваченную восстанием, игум. Дионисий с 1819 г. находился в Бухаресте. Если до греч. восстания 1821 г. в С. было 38 монахов, то к 1823 г. не осталось ни одного. В 1830 г., когда тур. войска покинули Св. Гору, в С. обосновались бывший еп. Милоса Дионисий и иером. Амвросий, к-рый в 1831 г. был избран игуменом обители. К 1835 г. в мон-ре было уже 40 монахов, однако между ними случались конфликты. В 1847 г. отмечались открытые выступления против игумена, 17 иноков покинули обитель. Новый игум. Серафим (Караманис; 1848-1861) был родом из г. Алачаты в М. Азии, как и нек-рые последующие настоятели. Игум. Серафим улучшил положение обители, уладил ее долговые обязательства.

Трудности возобновились при следующем игумене, Неофите (Молакасе; 1861-1907): сначала он столкнулся с нестроениями в С., а затем ему пришлось вступить в затратные тяжбы с мон-рями Григориат и Кутлумуш. В 1862-1864 гг., при игум. Неофите, было построено юж. крыло С., причем в крайне неблагоприятный момент, поскольку в 1863-1865 гг. власти новообразованной Румынии произвели секуляризацию церковных имуществ, лишив С. метоха Михай-Водэ в Бухаресте, исправно приносившего доход. Игум. Неофит собирался отправиться на сбор пожертвований в Россию, но Святейший Синод не дал на это разрешения (Герд. 2014. С. 16). Игум. Неофит поддерживал тесные связи с рус. монахами Афона. Он оказал поддержку рус. братии мон-ря св. Пантелеимона во время т. н. Пантелеимоновского процесса (История Русского Св.-Пантелеимонова мон-ря на Афоне с 1735 до 1912 г. Св. Гора Афон, 2015. С. 346-363). В благодарность за помощь, заручившись согласием влиятельного посла России в К-поле гр. Н. П. Игнатьева, новый настоятель Русской обители схиархим. Макарий (Сушкин) и ее духовник иеросхим. Иероним (Соломенцов) ходатайствовали о выдаче С. разрешения на сбор пожертвований в России. В 1888 г. игум. Неофит получил разрешение на 2-летний сбор и смог отправиться в Россию вместе с 2 спутниками и главной святыней обители - левой рукой равноап. Марии Магдалины (Герд. 2014. С. 18-20). Известия о пожаре, опустошившем С. в ночь на 28 мая 1891 г., заставило сборщиков просить о продлении пребывания в России еще на год, что в виде исключения и было сделано. Путешествие игум. Неофита и его спутников подробно описано в «Краткой истории нашего путешествия в Россию», составленной самим игуменом, и в «Дневнике и описании нашего путешествия в России» иеродиак. Иоанникия (Вардаласа), одного из иноков С., сопровождавших игумена.

Пожар в ночь на 28 мая 1891 г. стал третьим в истории С. и по своим последствиям был сопоставим с пожаром 1580 г. Большинство монахов находилось вне обители на сельскохозяйственных работах, немн. старцы, оставшиеся внутри, были спасены молодыми иноками, выведшими их через главные врата и запасной выход. Огонь полностью уничтожил вост. часть монастырских построек. Пламя охватило также крытый двор, окружавший соборный храм, где расплавились бронзовые подсвечники, рассыпался мраморный престол, погибли стенные росписи, а также б-ка с ее многочисленными рукописями (сгорело ок. 250) и всеми печатными книгами. Однако были спасены св. мощи, святыни, документы и часть облачений. В то же время трапезная, архондарик, игуменские покои, 4 параклиса и келлии были уничтожены пламенем (Ταχιάος. 1991. Σ. 27; Δωροθέος. 1986. Τ. 1. Σ. 373-374). В 1892 г. игум. Неофит вернулся в С., собрав в России значительные средства (ок. 70 тыс. р. за первые 2 года сбора и ок. 45 тыс. р.- за 3-й). В 1893 г. большую часть мон-ря начали отстраивать заново. Вост. крыло было решено не восстанавливать, а вместо него возвести новое 7-этажное здание с 2 параклисами. Один из них был посвящен равноап. Марии Магдалине, которая после сбора пожертвований, сделавшего возможным возрождение обители, стала почитаться в С. как «второй ктитор». Новую постройку начали в 1897 г. и завершили в 1902 г.

9 марта 1906 г. ослепший архим. Неофит, изнуренный трудами по восстановлению обители, передал игуменство своему земляку Иоанникию (Вардаласу). В нач. XX в. в С. подвизалось ок. 70 монахов, в основном малоазийского происхождения. После окончания работ по восстановлению построек симонопетриты занялись наполнением опустошенной пожаром б-ки. В 1908 г. мон. Нил (Митропулос) отправился в Афины, где приобрел, а также получил в дар от друзей и знакомых множество ценных книг, к к-рым присоединил и собственное книжное собрание (Ταχιάος. 1991. Σ. 28). Эти книги составили основу совр. б-ки С. В 1908 г. родственник мон. Нила подарил С. участок в Афинах с храмом Вознесения Господня, где началось строительство метоха обители, призванного стать ее представительством и духовным центром. После освобождения Афона от тур. владычества (2 нояб. 1912) С. и игум. Иоанникий были вовлечены в споры о статусе Св. Горы (ее принадлежность Греции оспаривалась рядом великих держав и рус. обителями Афона).

Преемником игум. Иоанникия стал Иероним (1871-1956), один из самых известных насельников С. в XX в., являвшийся даровитым гимнографом: его перу принадлежат многочисленные каноны и акафисты, а также дополнения к древним службам, в т. ч. святым, чьи мощи хранятся в С. После кончины игум. Иоанникия († 1919), исполняя волю почившего, а также по совету старца Даниила Катунакского и др. святогорских наставников, братия С. решила избрать игуменом 49-летнего Иеронима, который в тот момент был простым монахом. 11-12 апр. 1920 г. он был рукоположен во диакона и пресвитера, а затем посвящен в сан архимандрита, назначен духовником и поставлен игуменом С. С самого начала игуменства Иероним был тесно связан с Вознесенским подворьем (метохом) С. В 1924 г., после календарной реформы, игум. Иероним отслужил литургию в день Благовещения по новому календарю, что было крайне негативно воспринято частью братии С. В адрес архим. Иеронима были выдвинуты различные обвинения, его благотворительная деятельность расценена как растрата монастырских средств. В 1931 г. он был удален из С. в мон-рь Кутлумуш, но, поскольку Священный Кинот признал его невиновность, старца отправили на Вознесенское подворье в Афины, где он и провел 26 лет до своей кончины. Несмотря на то что в 1937 г. его восстановили в правах и просили вернуться в С. в качестве игумена, Иероним предпочел остаться в Афинах (Μωυσῆς. 1982). Архим. Иероним скончался 7 янв. 1957 г. (н. с.), в престольный праздник С. В 2019 г. К-польская Церковь причислила Иеронима к лику святых (пам. греч. 26 апр. (ст. ст.)).

Во время германской оккупации Афона С. руководил старец Геласий, бывш. насельник мон-ря Григориат. В то время в С. было мало насельников, поэтому обязанности духовника обители нек-рое время исполнял прп. Софроний (Сахаров). Несмотря на запреты военного времени, игум. Геласий доставлял прп. Софрония на лодке из пещер близ мон-ря св. Павла, где тот подвизался.

В послевоенный период численность монахов С. неуклонно снижалась, притока новых послушников практически не было (Makarios di Simonos Petras. 2005. P. 265). Согласно данным описания С., составленного в 1969 г., братия состояла из 15 чел., еще 4 жили в принадлежащих С. келлиях, в основном это были люди преклонного возраста (Ibid. P. 249-250; Maximos (Constas). 2014. P. 132-133).

В окт. 1973 г., после кончины игум. Харалампия, в мон-рь переселилось братство из Преображенской обители в Метеорах во главе с архим. Емилианом (Вафидисом; 1934-2019). В нояб. братия С. согласилась избрать архим. Емилиана игуменом. Численность братии С. стремительно увеличивалась, в 80-х гг. ХХ в. в обители было ок. 50 чел. Старец Емилиан возобновил традицию регулярных огласительных поучений для всей братии, а в распорядке повседневной жизни мон-ря сочетались исихастский и общежительный элементы. Поскольку в Метеорах под рук. архим. Емилиана находилась и жен. община, С. приобрела старинный метох Ормилию мон-ря Ватопед на п-ове Халкидики, где в 1974 г. возникло подворье С.- жен. мон-рь Благовещения Пресв. Богородицы (см.: Благовещения Пресвятой Богородицы в Ормилии монастырь), игуменией стала мон. Никодима. В годы игуменства архим. Емилиана были созданы также муж. мон-рь св. Никодима Святогорца в Гуменисе (1981) и 3 метоха во Франции (1978): мужской и 2 жен. мон-ря, основанные обратившимся в Православие траппистским мон. Плакидой (Дезеем). С сер. 90-х гг. ХХ в. состояние здоровья старца Емилиана неуклонно ухудшалось, он удалился на покой в Ормилийскую обитель. Игуменом С. был избран ученик старца архим. Елисей, к-рый продолжил руководить мон-рем в соответствии с принципами, выработанными архим. Емилианом.

Книжное собрание С. начало формироваться в XIII в. и наиболее активно пополнялось в XVI-XVII вв. Ряд рукописей из б-ки С. вывезли ученые и путешественники Нового времени, в т. ч. иером. Арсений (Суханов) (Oxon. Christ Church. gr. 62, 1564/65 г.: Курышева М. А. Пометы Арсения Суханова в греч. рукописях, находящихся вне Синодального собр. ГИМ // Монфокон: Исслед. по палеографии, кодикологии и дипломатике. М., 2017. Вып. 4. С. 83-102, здесь: С. 86). Среди др. рукописей из б-ки С., оказавшихся в европ. хранилищах: Lond. Brit. Lib. Burn. 44 (Метафрастовская минея за дек., 1184 г.), Lond. Brit. Lib. Add. 39610 (прп. Иоанн Лествичник, XI в.). В кон. XIX в. рукописное собрание включало, согласно каталогу С. Ламброса, созданному в ходе работы в мон-ре в 1885 г., 245 ед. хр., в основном поствизант. бумажные кодексы, но также 42 ранние пергаменные книги. Ко времени публикации каталога почти все они погибли в пожаре 1891 г. От коллекции XIX в. уцелело пергаменное иллюминированное Четвероевангелие 1281 г., каталогизированное Ламбросом под N 1302. В 1912 г. оно было приобретено РАИК, ныне хранится в С.-Петербурге (БАН. РАИК. N 76) (Géhin P. Un copiste de Rhodes de la fin du XIIIe s.: Le prêtre Syméon Kalliandrès // Scriptorium. Brux., 1986. T. 40. N 2. P. 172-183). Современная коллекция рукописей создавалась на протяжении XX в. и является самым молодым из рукописных собраний Св. Горы, она включает 179 ед. хр., в основном бумажные кодексы XVII-XX вв. Многие из них содержат гимнографические и агиографические тексты, посвященные прп. Симону Мироточивому, равноап. Марии Магдалине и святым, чьи мощи покоятся в С. (свт. Павлу Исповеднику, свт. Модесту, патриарху Иерусалимскому). Самая древняя рукопись в собрании - пергаменное Евангелие XII в. (Ath. Simon. Petr. 127). Пергаменный фрагмент Евангелия на 2 листах датируется XI в. (Ibid. 124), 4 пергаменных листа с фрагментами Октоиха - XIV в. (Ibid. 125). Рукопись, составленная из 3 частей разного происхождения и содержащая фрагменты трудов Аристотеля, блж. Феодорита Кирского и «Истории египетских монахов», восходит к кон. XIII - нач. XIV в. (Ibid. 18).