Добро пожаловать в один из самых полных сводов знаний по Православию и истории религии
Энциклопедия издается по благословению Патриарха Московского и всея Руси Алексия II
и по благословению Патриарха Московского и всея Руси Кирилла

Как приобрести тома "Православной энциклопедии"

ЕРМОЛАЙ
Т. 18, С. 663-669 опубликовано: 20 августа 2013г.


ЕРМОЛАЙ

[в иночестве Еразм] (1-я четв. XVI в., Псков? - после сер. 60-х гг. XVI в.), богослов, полемист, агиограф.

Биография

Сведения о жизни Е. скудны и реконструируются почти исключительно на основе его произведений. Предположительно он был уроженцем Пскова, где жил в 40-х гг. XVI в. (в созданном ок. 1549 трактате «Правительница» («Благохотящем царем правителница и землемерие») Е. писал: «Зде же видим, яко во граде, нарицаемем Пскове, и во всех градех русийских корчемницы» (БЛДР. 2000. Т. 9. С. 482)). В кон. 40-х гг. Е. перебрался в Москву, возможно, в связи с приглашением принять участие в работе по созданию житий рус. святых, связанной с канонизационными Соборами 1547 и 1549 гг. По мнению исследователей, Е. упоминается в Никоновской летописи под 1555 г. как «протопоп спасской з дворца Ермалай» среди лиц, участвовавших вместе с митр. св. Макарием в богослужении, когда была совершена хиротония св. Гурия (Руготина) во архиепископа новообразованной Казанской епархии (ПСРЛ. Т. 13. С. 250). По-видимому, Е. служил в кремлевском Спасском соборе упраздненного (переведенного в др. место) московского в честь Преображения Господня муж. мон-ря («Спаса на Бору»). О том, что Е. имел священный сан, свидетельствуют его значительная образованность и осведомленность в богословских вопросах, духовное содержание его сочинений, а также не раз постулируемая в них идея о превосходстве власти священника над светской властью («Поучение к своей душе» («Прегрешаго Ермолая к своей ему души научении»), «Слово на еретики» и др.). Служение Е. в кремлевском соборе дает возможность предполагать близкое знакомство писателя с царем и митрополитом.

Положение Е. в Москве было непрочным. В кон. 40-х - нач. 50-х гг. (по датировке А. А. Зимина, в 1549) книжник написал адресованное Иоанну IV Васильевичу «К царю моление» (известно в одном списке - ГИМ. Хлуд. № 147. Л. 446-448 об.). Е. писал о наветах и притеснениях, к-рые ему пришлось претерпеть, вероятно, от бояр и царских вельмож, клеветавших царю на Е., и просил о защите. Можно полагать, что одной из причин, побудивших Е. обратиться к государю, была тревога за судьбу своих сочинений (митр. св. Макарий не включил составленные Е. по благословению святителя Жития Муромских святых в ВМЧ). Вместе с «Молением» книжник послал Иоанну IV 3 произведения, созданные по повелению митр. Макария, 2 из них установлены - это жития святых Петра и Февронии Муромских и Рязанского еп. Василия. (В «Летописце начала царства» сообщается, что Иоанн IV перед походом на Казань, будучи в Муроме 13 июня 1552, поклонился могиле «своих сродников», великих чудотворцев кн. Петра и кнг. Февронии (ПСРЛ. Т. 29. С. 86; Т. 13. С. 192). Особый интерес царя к новоявленным Муромским чудотворцам мог быть вызван прочтением Жития, присланного ему Е.) Обращение Е. к царю осталось без ответа.

Приблизительно в нач. 60-х гг. XVI в. Е. покинул Москву и принял постриг с именем в честь сщмч. Еразма Формийского. Дата пострига определяется по водяным знакам бумаги автографа писателя, содержащего упоминание его монашеского имени. Место пострига Е. неизвестно, это мог быть один из севернорусских мон-рей (Зимин), вероятно Кириллов Белозерский в честь Успения Пресв. Богородицы мон-рь. В пользу последнего предположения свидетельствует неск. обстоятельств: по-видимому, из Кирилловой Белозерской обители происходит созданный в монашеский период творчества сборник-автограф Е. РНБ. Соф. № 1296; в б-ке мон-ря находились редкие списки нек-рых сочинений Е., созданных после пострига (напр., список «Тропарей и кондаков, ихже несть во святцех» - РНБ. Кир.-Бел. № 292/549. Л. 380-427 об.). Время смерти Е. может быть приблизительно определено на основании датировки филиграней последнего из его автографов - РНБ. Соф. № 1296.

Творения

Лит. деятельность Е. приходится на 40-60-е гг. XVI в. Творческое наследие писателя значительно по объему и разнообразно по содержанию, среди его сочинений - богословские и социально-экономические трактаты, публицистические, полемические и назидательные тексты, агиографические и гимнографические произведения, молитвы. Об объеме творческого наследия Е. позволяют судить 2 сохранившихся сборника его сочинений, составленные и большей частью переписанные автором: РНБ. Солов. № 287/307 (50-60-е гг. XVI в.) и РНБ. Соф. № 1296 (60-е гг. XVI в.). Сборники включают все известные произведения писателя, кроме «К царю моления», носящего частный характер. Ранее считалось, что перу Е. принадлежит не вошедшее в авторские сборники «Послание к кир Софронию», в к-ром упоминается отъезд из Пскова Иоанна Грозного (А. И. Соболевский). В настоящее время автором этого послания признан писатель XVI в. псковитянин И. Рыков (А. А. Турилов и А. В. Чернецов).

К раннему (до принятия пострига) периоду творчества писателя относится ряд сочинений, вошедших в сборник - РНБ. Солов. № 287/307. Среди них - Жития святых Петра и Февронии Муромских и Рязанского еп. Василия, создание к-рых связано с Соборами 1547 и 1549 гг., трактат «Правительница» («Благохотящим царям правителница и землемерие»), косвенно упомянутый в «К царю молении», «Зрячая пасхалия» и «Поучение к своей душе». В ранних редакциях 2 последних памятников, читающихся в Солов. № 287/307, автор именует себя «прегрешным Ермолаем» (в 1-м случае именование включено в заглавие памятника («Прегрешнаго Ермолая к своей ему души поучение» - л. 117), во 2-м случае упомянуто в приписке: «Бога же ради, сотворшаго вся, помяни прегрешнаго Ермолая, открывшаго мудрость сию на изъявление всем христианом» - л. 165 об.). В сборнике РНБ. Соф. № 1296 в тех же сочинениях к мирскому имени писателя добавлено монашеское: «...прегрешнаго Ермолая, во иноцех Еразма» (в тех же позициях, что и в Солов. 287/307; см. л. 204 об., 230), что свидетельствует о составлении Е. 2-го сборника несколькими годами позднее в мон-ре. Первоначальная редакция «Зрячей пасхалии», вошедшая в Солов. № 287/307, датируется приблизительно 1546 г.; 2-я редакция, читающаяся в Соф. № 1296,- 60-ми гг. XVI в. Памятник представляет собой комплекс календарно-хронологических сочинений, среди к-рых: «Круг пасхалии, по немуже християня празнуем Пасху, донележе и сотворение миру стоит», «Азбучная пасхалия» («Се же азбука рядовая, к нейже приправлены граничьныя слова») и календарная статья о знаках зодиака («О солнце, и о луне, и о 12 поясех, сиречь задеях»). Последняя статья (в Соф. № 1296 она перенесена в начало текста) имеет отдельную рукописную традицию, что заставляет исследователей сомневаться в ее принадлежности Е. (А. А. Романова). Одним из источников, использованных Е. при создании «Зрячей пасхалии», стал, возможно, сб. «Миротворный круг», составленный в кон. 30-х - нач. 40-х гг. XVI в. новгородским свящ. Агафоном. По мнению Романовой, Е. мог использовать также анонимные хронологические таблицы на 532 года, известные в рус. книжности с кон. XIV в.

Богословские и полемические труды

Богословские воззрения Е. изложены в 2 циклах памятников, составляющих «Большую трилогию» («Книга о Св. Троице») и «Малую трилогию» (написана позднее «Большой трилогии»). Начало работы Е. над «Большой трилогией» исследователи относят к кон. 50-х - нач. 60-х гг. Окончательно памятник сложился в монашеский период творчества Е.: в Солов. № 287/307 читаются 1-я и 3-я части, полный текст представлен в Соф. № 1296. О значении, к-рое Е. придавал данному сочинению, свидетельствует тот факт, что «Книга о Св. Троице» открывает оба его авторских сборника. Обе трилогии включают по 2 полемических трактата и по одной молитве из 100 стихов, объединенные вниманием автора к догмату Св. Троицы. Особое внимание Е. к данной теме, прослеживающееся в большинстве его сочинений, было вызвано в первую очередь необходимостью защиты учения о троичности Божества от нападок еретиков-антитринитариев, известных в России в сер. XVI в. (см. Башкин М. С., Феодосий Косой). Кроме того, по мнению В. Ф. Ржиги, данная тематика сочинений Е. обусловлена тем обстоятельством, что главным храмом Пскова (предположительно родного города писателя) был Троицкий собор. При создании трактатов Е. использовал многочисленные источники, важнейшим из к-рых помимо книг Свящ. Писания и сочинений отцов Церкви является Толковая Палея.

1-е Слово. "Книга о Св. Троице". Автограф Ермолая (Еразма) (РНБ. Солов.. № 287/307. Л. 3)
1-е Слово. "Книга о Св. Троице". Автограф Ермолая (Еразма) (РНБ. Солов.. № 287/307. Л. 3)

1-е Слово. "Книга о Св. Троице". Автограф Ермолая (Еразма) (РНБ. Солов.. № 287/307. Л. 3)

Открывающее «Книгу о Св. Троице» «Слово о троичности и единстве» («Слово преболшее начинаем о превышнем пребезначалнем Божественем Живоначалнем существе пребезначалнаго Бога Отца, и сопребезначалнаго единороднаго Слова Сына Божия, и сприсносущнаго Пресвятаго Животворящаго Духа, о троичестве и о единьстве верующим убо и почитающим ко исправлению истинне, неверующим же и непослушающим к болшему погибелному осужению») посвящено критике основных положений совр. Е. еретических течений и изложению основ правосл. вероучения. Своих оппонентов Е. называет «иновернии... богоборнии... неверующии... бесерменстии еретики», «пребеззаконии и каменосердечнии жидове», «проклятии лютери». Исследователи видят в них не только иноверцев (магометан, иудеев, лютеран), но в большей степени представителей рус. реформационного течения сер. XVI в., особенно сильного на севере Руси, в частности Феодосия Косого (Зимин, А. И. Клибанов). Еретики, по свидетельству Е., отрицали троичность Бога, говоря, что чтут «единого Бога», утверждали человеческую природу Иисуса Христа, признавали таинство Крещения только в случае совершения обряда обрезания, отрицали воскресение мертвых, выступали против иконопочитания. Примечательно, что один из списков «Слова о троичности и единстве» (РНБ. ОСРК. Q. I. 254. Л. 1-92 об.) назван в читающейся в нем вкладной записи Вятского еп. Александра, датированной 1674 г., «книгою Зиновиевою, ученика Максимова», т. е. авторство памятника приписано Зиновию Отенскому, главному оппоненту Феодосия Косого (см.: Попов. 1880. С. VII). Во 2-й ч. «Книги о Св. Троице» - «Слове о Божии сотворении тричастнем, яко да невернии, беседовав о твари, и уразумеют праве Творца всех тварей, и обратятся веровати истинному Богу, в Троицы славимому» - рассматриваются проявления принципа троичности в явлениях природы, событиях Священной истории, строении человеческого тела и др. По мнению автора, все явления тварного мира трехчастны, для подтверждения чего Е. выстраивает ряды триад (солнце-луна-звезды, ветер-гром-молния, корень-ствол-ветви, плоть-жилы-кости, сердце-желчь-печень, ум-слово-душа, начало-середина-конец и т. п.). Завершает «Книгу о Св. Троице» «Молитва к Господу Богу Пресвятей, пребезначалней, и неразделней, и неразлучней Троицы». Молитва по содержанию напоминает Покаянный канон прп. Андрея Критского. Она состоит из 100 стихов, каждый из которых обращен к Св. Троице или к одной из Ипостасей (большей частью к Иисусу Христу). «Большая трилогия» имела хождение в списках (целиком или в отдельных частях), иногда переписывалась вместе с др. совр. ей полемическими сочинениями, в частности с «Просветителем» прп. Иосифа Волоцкого.

«Малая трилогия» известна в единственном, авторском, списке - Соф. № 1296 (л. 147-175 об., после «Большой трилогии»). Как и «Книга о Св. Троице», «Малая трилогия» состоит из 2 полемических Слов и молитвы. 1-я ч.- «Слово на еретики о иже от века утаеннем, о Пречистей Богородицы и о Кресте, о еже в прообразование сего древле четвероконечно сей видимый свет сотворен есть, в немже и о Адаме, и иже по нем угожеших Богу преже Закона, и в Законе, и во Благодати» - открывается «дорогой для Ермолая-Еразма мыслью о Троице» (Ржига). Затем следует раскрытие основной темы «Слова на еретики» - рассмотрение онтологического принципа четверичности, воплощенного в первую очередь в Кресте Христовом. По мысли Е., «четвероконечная сила» столь же значима для мироустройства, как и «троическая». В подтверждение Е. приводит неск. доводов: «четвероконечное сотворение» мира (восток, запад, север и юг) прообразует появление 4-го (в отношении Ипостасей Св. Троицы) «начала нашего спасения» - Пресв. Богородицы; по «четвероконечному... световному образу» прор. Иезекииль видел «четверообразных херувимов», имеющих по 4 лица и крыла, а также «колеса четверичныи, полны очес со все страны»; имя 1-го человека - Адам Бог создал из 4 «словес» (букв), принесенных ангелами от 4 сторон света; Адама, умерщвленного грехом, восставил «четвероконечною силою» Креста «вторый Адам» - Христос. Большое место в «Слове на еретики» занимают агиологические размышления. По мысли Е., равной степенью святости наделены как христианские, так и ветхозаветные праведники, угодившие Богу. Среди др. тем «Слова на еретики» - вопросы троического богословия, в частности размышления о соотношении троичности Божества и двойственной (Божественной и человеческой) природы Иисуса Христа, автор отстаивает правосл. позицию в вопросе о Filioque. 2-я ч. «Малой трилогии» - «Слово на жиды и еретики» - посвящена разоблачению ложных толкований ветхозаветных пророчеств (Ис 7. 14 и Мих 5. 2), в которых толкователи сказанное о Христе относят к др. лицам Священной истории - Езекии и Зоровавелю. Еще одной важной темой «Слова на жиды и еретики» является критика иконоборческих учений. Завершает «Малую трилогию» соч. «По вся дни молитва вкратце на 100 стихов с поклоны». Оно представляет собой ежедневное молитвенное правило, составленное путем переработки (в основном сокращения) «Молитвы...» из «Большой трилогии».

К трилогиям Е. примыкает краткий вопросо-ответный текст «Беседа», относящийся к позднему периоду творчества писателя (помещен в Соф. № 1296 как вставка между 2 начальными Словами «Малой трилогии» на л. 153-153 об.). Темами «Беседы» являются события новозаветной истории.

Дидактические и социально-экономические сочинения

Среди сочинений Е. присутствует ряд текстов дидактической направленности - «Поучение к своей душе», «Слово о разсужении любви и правде и о побеждении вражде и лже» и «Слово к верным...», включенных в оба авторских сборника. В этих трудах традиц. для жанра христ. поучения темы обличения грехов приобретают социальное звучание. Важнейшей тематической составляющей назидательных сочинений Е. является осуждение тех человеческих пороков, которые, по мысли автора, становятся источниками общественной несправедливости. «Поучение к своей душе», одно из ранних сочинений Е., посвящено обличению в первую очередь сребролюбия и гордости, к-рая, по выражению автора, «всех грехов лютейши». Преодоление гордыни и воспитание в себе смирения, по мысли Е., являются важнейшей целью христианина и, кроме того, необходимым условием общественного согласия. Автор, утверждая идею равенства всех людей перед смертью, высказывает мысль о большей ответственности облеченных властью. Е. призывает к нелицемерной любви по отношению как к «вышним себе», так и к «меншим», осуждает «неправдою собранное богатество» - обе эти темы получили развитие во мн. сочинениях писателя.

В «Слове о разсужении любви и правде и о побеждении вражде и лже», написанном как проповедь и обращенном ко «всякому держащемуся благовериа», главной темой является христ. любовь, которая по мысли Е., «есть всех добродетелей главизна». Источником и высшим образцом любви является «союз Божий - соединение Пресвятыя Троица». Е. призывает христиан, в первую очередь облеченных властью, исполнять заповеди Христа: «...убогих не уничижати, ни возноситися тленнаго ради и насилием собраннаго богатства, но любити тако богосозданнаго человека, яко не токмо его ради богатества тленнаго щадети, но и плоти своея его ради не пощадети, якоже Сам Господь плоти Своея за ны не пощаде» (Клибанов. 1960. С. 189). В «Слове о разсужении любви и правде...» автор резко выступает против богатства, к-рое, по его мнению, по большей части достигается путем насилия, а потому несовместимо с любовью. Бедность, убежден Е., «честнейши богатества». Достичь совершенной любви можно, избегая злых дел и подвизаясь в добродетелях, среди к-рых - «воздержание, кротость, нежадание имениа, пост, худость ризная, милостини от своего труда» (Там же. С. 196). Е. подкрепляет свои рассуждения многочисленными цитатами из Евангелия и Апостольских посланий.

В «Слове к верным, иже християня словом нарицаются, Богови же супротивящеся коварствы, и в сем на ся греха не возлагают» Е. продолжает разработку темы нестяжания, избирая основным предметом совр. ему монашескую жизнь. Начав с упреков мирянам, изменяющим данный им свыше «образ Божия созданиа» (имеется в виду брадобритие, использование женщинами косметических средств и др.), автор переходит к критике иноков, преступающих данный ими при постриге обет отречения от мира. Автор упрекает насельников мн. мон-рей в гордости, в стремлении к богатству и власти, в излишествах в быту. Особенно резко Е. выступает против монастырского землевладения, смыкаясь в этом с нестяжателями. По убеждению Е., дающий села мон-рям «разстризает сих мних или инокинь, еже паки обращает их во многоплетенныя сети мирския». Вместе с тем в отличие от идеологов нестяжательства Е. не настаивал на ликвидации монастырского землевладения: его рассуждения имеют в виду исключительно утверждение идеалов аскетизма.

Одно из назидательных произведений Е.- «Главы о увещании утешителнем царей, аще хощеши, и велмож» (читается в Соф. № 1296. Л. 271-276 об.) - написано для использования в конкретных жизненных обстоятельствах. Сочинение состоит из 10 глав-молений, 6 из которых обращены к царю (и вельможам), одно - к архиепископам и епископам, два - к боярам и вельможам, последнее - «ко всякому человеку». Поводы для обращений автора к адресатам разнообразны: «радость нарожениа отрочат», победа «на враги ратныя», скорбь об умерших сродниках, получение или лишение чина или должности и др. Исследовавший текст А. И. Клибанов сделал заключение, что он отражает события «казанского взятия» (1553) и последовавших за ним лет. Главы «О наследствии градов супостатных», «О победе на враги ратныя» и «О скорби о побиенных на рати или плененых» связаны, по мнению ученого, непосредственно с событиями казанского похода. Главы, посвященные «радости нарожениа отрочат», могут быть соотнесены с рождением сыновей Иоанна IV Димитрия (1552) или Иоанна (1554) и дочери Евдокии (1556). Гл. «О скорби сродник умерших», включающая разд. «О отрочатех», вероятно, является откликом на смерть царевича Димитрия, последовавшую в 1553 г., или царевны Евдокии - в 1558 г. Темы глав, обращенных к боярам и вельможам («В радости боляром и всем вельможам, в чин пришедшим», «В скорбех боляром и всем вельможам, от сану избывшим»), по мнению исследователя, «имеют свое глубокое оправдание» в падениях и возвышениях, обусловленных боярским мятежом во время болезни Иоанна IV (март 1553). Осведомленность не только в гос., но и в семейных делах царя свидетельствует о значительной близости автора к царскому двору. Обращение «господини мои» в отношении архиепископов и епископов (гл. 7), а также обращение «чадо» применительно «ко всякому человеку» (гл. 10) подтверждают священнический сан Е. в этот период.

Перу Е. принадлежит первый в истории России социально-экономический трактат «Правительница» («Благохотящим царем правителница и землемерие»; в первоначальной редакции читается в Солов. № 287/307, где имеет заглавие «Аще восхотят, царем правителница и землемерие»). Памятник относится к раннему периоду творчества (Е. косвенно упом. его в соч. «К царю молении»: «Аще же и о мирьских вещех повелит твоя дръжава написати ми к благоугодию земли и ко умалению насильства, имам скровен глагол удобен явити твоей царской дръжаве» - Повесть о Петре и Февронии. 1979. С. 327). Трактат датируется временем, непосредственно предшествовавшим реформам центрального и местного управления сер. XVI в., к-рые были связаны с военной службой дворян, урегулированием писцового дела, корчемства и ямской повинности. Все эти вопросы нашли отражение в «Правительнице», где содержится предлагаемый Е. проект податных реформ и переустройства поземельного обеспечения военной службы. Обращая свой проект «благохотящим царем» (по мнению писателя, «в нынешнее время... во всех языцех, кроме русийскаго языка, не вемы правоверствующа царя»), Е. предлагал мероприятия, к-рые могли бы в эпоху крестьянских волнений способствовать «умалению насильства» и установлению всеобщего мира. Для этого, по мнению автора, если царь «верою прав есть», он должен быть справедливым по отношению ко всем общественным слоям, «разсмотряя, яже к благополучению всем сущим под ним, не едиными велможи еже о управлении пещись, но и до последних» (БЛДР. 2000. Т. 9, С. 474).

В «Правительнице» говорится о роли крестьянства, которое, являясь, по мысли Е., создателем основных благ гос-ва (в первую очередь хлебных запасов, благодаря чему «Богови в службу безкровная Жертва хлеб приносится и в Тело Христово претворяется»), страдает от притеснений боярства и обременительных повинностей. В числе особо тяжких повинностей Е. называет денежную ренту и ямскую подать, т. е. поборы в пользу феодалов и гос. налоги. Для исправления ситуации и «умаления мятежей» Е. предлагал заменить многочисленные повинности крестьян боярам и детям боярским единым годовым налогом - натуральной рентой размером в 1/5 урожая. Образцом, на к-рый ссылается в данном случае Е., является библейский рассказ о прав. Иосифе, к-рый, став правителем Египта, установил отчисление 5-й части зерна фараону (Быт 41. 34). В случае реформы, по мысли Е., в царскую казну средства для раздачи боярам и детям боярским «на богатество, а не нужда ради» с этих земель не должны поступать. Там, где преобладают леса, жители должны давать «зверие и мед, с рек же рыбы и боброве». Несение ямской повинности должно быть возложено на богатых горожан.

Помимо податных реформ «Правительница» содержит предложения по изменению единицы межевания земли: вместо четверти Е. предлагает использовать «четверогранное поприще» (квадратную версту). 2 важных предложения Е. касаются военной службы дворянства: владеющий одним «поприщем» должен выходить на войну вместе со слугой «в бронех» (это предложение было осуществлено с учетом др. земельной единицы при принятии «Уложения о службе»); дети боярские, чтобы быстрее собираться на войну, должны жить в городах. В последней части трактата автор высказывается против корчемства, к-рое он считал основной причиной распространения на Руси «пьянственнаго пития» и «душегубства».

Агиографические, гимнографические сочинения, молитвы

Важнейшее место в творческом наследии Е. занимают агиографические сочинения. Примечательно, что они были включены автором в 1-й сборник-автограф и отсутствуют во 2-м сборнике. Возможно, это обстоятельство объясняется разочарованием, постигшим писателя, после того как митр. св. Макарий отказался включить созданные по его поручению Жития Муромских святых в ВМЧ.

Житие святых Петра и Февронии. Автограф Ермолая (Еразма) (РНБ. Солов.. № 287/307. Л. 134)
Житие святых Петра и Февронии. Автограф Ермолая (Еразма) (РНБ. Солов.. № 287/307. Л. 134)

Житие святых Петра и Февронии. Автограф Ермолая (Еразма) (РНБ. Солов.. № 287/307. Л. 134)

Житие святых Петра и Февронии Муромских («Повесть от жития святых новых чюдотворец Муромских, благовернаго, и преподобнаго, и достохвалнаго князя Петра, нареченнаго во иноческом чину Давыда, и супруги его благоверныя, и преподобныя, и достохвалныя княгини Февронии, нареченныя во иноческом чину Еуфросинии») - наиболее известное из сочинений Е., получившее широкое распространение в списках. Памятник был создан в 40-х гг. XVI в. в качестве офиц. Жития «новых чудотворцев», канонизированных Собором 1547 г. К этому времени почитание святых Петра и Февронии уже имело устойчивую многолетнюю местную традицию. Работая над Житием, Е. использовал предания о святых: по его признанию, он писал «елико слышах, не ведый, аще инии суть написали, ведуще выше мене». В созданном Е. Житии святых Петра и Февронии наряду с агиографическим каноном оказались сильны фольклорные (сказочные) и связанные с ними философско-символические мотивы; исследователи отмечают наличие в тексте «странствующих» сюжетов, роднящих текст с европ. фольклором (литературоведы рассматривают данное Житие как христ. притчу (Н. С. Демкова) или как богословско-дидактическую поэму (М. Б. Плюханова)). Агиографическое введение к Житию обнаруживает родство с «Книгой о Св. Троице» Е.

Повесть о Рязанском еп. Василии («О граде Мураме и о епископьи его, како преиде на Рязань») также была написана Е. по поручению митр. св. Макария. Как и при написании Жития святых Петра и Февронии, Е. при создании Повести использовал местное предание: «Слышах убо некиа глаголющих древняя сказаниа о граде Мураме». В основу Повести положена не подтверждаемая письменными источниками легенда о перенесении епископской кафедры из Мурома в Рязань при свт. Василии. Художественные особенности Повести (использование фольклорных источников, лаконизм изложения, живые авторские интонации и др.), по-видимому, как и в случае с Житием святых Петра и Февронии, не удовлетворили заказчиков: прежде чем быть включенной в состав Жития св. кн. Константина Муромского и его сыновей, Повесть была переделана в соответствии с требованиями агиографического канона, выработанными лит. школой митр. Макария.

Похвала Киевскому митр. св. Алексию («Похвала святому, званному свыше Русийскому чюдотворцу Алексию, в нейже глаголася и о прочих святых, званных свыше») известна в единственном, авторском, списке - Солов. № 287/307. Л. 150-157 об. О времени создания памятника можно судить по косвенным данным: бумага той тетради сборника-автографа Е., на к-рой читается текст, датируется 1561 г. Лейтмотивом Похвалы митр. Алексию является сформулированная Е. концепция «свышезванности» - идея об особом призвании Божием, к-рого удостаиваются избранные праведники. Основой ее стал сюжет из Жития митр. Алексия о том, как отрок Елевферий (буд. митрополит) в юности получил «звание» с небес, в котором ему было проречено его монашеское имя - Алексий. Собственно Похвала митр. Алексию предваряется в сочинении повествованием о предшествовавших ему святых, удостоившихся, как и он, «звания свыше». В этом списке - 20 имен (названы пророки, апостолы, мученики, преподобные, равноап. Константин I Великий, вмч. Евстафий Плакида, особо выделен сщмч. Еразм Формийский - небесный покровитель Е. в монашестве). Источником повествовательной части памятника (включает 2 фрагмента: о «звании» свыше отроку Елевферию и о походе митр. Алексия в Орду, когда он исцелил от слепоты татар. царицу Тайдулу) стало Житие святителя, созданное Пахомием Логофетом, в его старшей редакции.

Похвала митр. Алексию. Автограф Ермолая (Еразма) (РНБ. Солов.. № 287/307. Л. 150)
Похвала митр. Алексию. Автограф Ермолая (Еразма) (РНБ. Солов.. № 287/307. Л. 150)

Похвала митр. Алексию. Автограф Ермолая (Еразма) (РНБ. Солов.. № 287/307. Л. 150)

Похвала свт. Алексию обнаруживает содержательное родство с др. сочинением Е.- гимнографическим циклом «Тропари и кондаки, ихже несть во святцех», созданным после принятия пострига (Соф. № 1296. Л. 243-270 об.). Памятник представляет собой цельное произведение, в котором песнопения приведены в соответствии с неск. принципами: по гласам, в соответствии с хронологией Свящ. истории и в соответствии с календарем. Цикл состоит из 80 песнопений, их большая часть посвящена ветхозаветным святым: праотцам Адаму и Еве, Авелю, Сифу, Еноху, Мафусаилу, Ною, Еверу, ветхозаветным патриархам Аврааму, Исааку, Иакову (Израилю), праведным Иосифу и Иову, Мелхиседеку, прор. Моисею, Аарону, Гедеону, пророкам Самуилу, Давиду, Осии, Иоилю, Амосу, Авдию, Ионе, Михею, Науму, Аввакуму, Софонии, Аггею, Захарии, Малахии, Исаии, Иеремии, Иезекиилю, Ездре, богоотцам Иоакиму и Анне и др. Комплекс включает помимо прочих разд. «Тропари и кондаки свышезванным святым», все названные в нем подвижники упоминаются и в Похвале митр. Алексию, имя сщмч. Еразма, читавшееся в Похвале внутри перечня «свышезванных» святых, здесь поставлено на 1-е место. Можно полагать, что «Тропари и кондаки...» Е. в XVI-XVII вв. использовались в богослужении: об этом свидетельствуют 2 списка, содержащие особую редакцию памятника (БАН. Арханг. Д. 193. Л. 566-600 об.; РНБ. Кир.-Бел. № 292/549. Л. 380-427 об.). Здесь песнопения приведены в соответствии с календарем.

Творческое наследие Е. включает еще неск. небольших по объему сочинений молитвенного характера: «Поучение о троичнем пении», Молитву к Св. Троице («Всякому верующему во Святую Троицу сиа молитва достоит безпрестани глаголати»), «Совершение тщащимся к пустынножителству» и «Призывание на поклонех молебно». Первый памятник вошел в оба авторских сборника Е., остальные 3 - только во 2-й сборник, где вместе с «Поучением о троичнем пении» они составляют единый блок (л. 117-119 об.). Этот небольшой цикл, созданный Е. в основном после принятия пострига, помещен в Соф. № 1296 между 2-й и 3-й частью «Книги о Св. Троице» и представляет собой дополнение к завершающей «Книгу о Св. Троице» «Молитве...». Важнейшей темой этих последних сочинений Е., как и большинства др. его книжных трудов, осталась тема «Троицы во Единице».

При жизни Е. его сочинения (за исключением Жития святых Петра и Февронии) не получили широкого распространения. Его имя, по-видимому, было забыто вскоре после смерти: Иона Соловецкий, в нач. XVII в. переписавший в свой сборник «Поучение к своей душе» (в ранней редакции), озаглавил его как «Поучение полезно к своей комуждо души некоего Ерм(о)л(а)я» (РНБ. Q.XVII.67. Л. 115-116 об.). Масштаб творчества и авторская индивидуальность Е. были оценены в Новое время: он был признан одним из крупнейших писателей рус. средневековья.

Соч.: «Повесть о чюдеси Пречистыя Богородицы, о граде Муроме и о епископе его, како прииде на Резань» // Летописи рус. лит-ры и древностей, издаваемые Н. Тихонравовым. М., 1859. Т. 2. Разд. 3. С. 97-99; Повесть о Муромском кн. Петре и супруге его Февронии // Кушелев-Безбородко. Памятники. Вып. 1. С. 29-52; Попов А. Н. Книга Еразма о Св. Троице // ЧОИДР. 1880. Кн. 4. С. I-XIV, 1-124; Слово к верным. Правительница (фрагменты). Слово о разсужении любви и правде и о побеждении вражде и лже (фрагменты) // Жмакин В. И. Митр. Даниил и его сочинения. М., 1881. Прил. С. 62-76; Шляпкин И. А. Ермолай Прегрешный, новый писатель эпохи Грозного, и его сочинения // С. Ф. Платонову ученики, друзья и почитатели. СПб., 1911. С. 545-568; Ржига В. Ф. Литературная деятельность Ермолая-Еразма // ЛЗАК. 1926. Т. 33. С. 103-200; он же. «Повесть о Петре и Февронии» в рус. лит-ре к XVIII в. // ТОДРЛ. 1957. Т. 13. С. 429-436; Скрипиль М. О. Повесть о Петре и Февронии (тексты) // Там же. 1949. Т. 7. С. 215-256; Повесть о Петре и Февронии Муромских / Подгот. текста, вступ. ст.: М. О. Скрипиль; Примеч.: Н. И. Тотубалин // Рус. повести XV-XVI вв. / Сост.: М. О. Скрипиль; Ред. текстов, ст. и примеч.: Б. А. Ларин. М.; Л., 1958. С. 108-115; Клибанов А. И. Сборник сочинений Ермолая-Еразма // ТОДРЛ. 1960. Т. 16. С. 178-207; он же. Духовная культура средневековой Руси. М., 1994, 19962. С. 309-338; Повесть о Петре и Февронии / Подгот. текстов и исслед.: Р. П. Дмитриева. Л., 1979; Повесть о Петре и Февронии Муромских. Повесть о Рязанском епископе Василии. Правительница / Подгот. текстов и коммент.: Р. П. Дмитриева; Пер.: Л. А. Дмитриев и А. А. Алексеев // ПЛДР. 1984. С. 626-663, 763-768 (переизд.: БЛДР. 2000. Т. 9. С. 452-485, 561-564); Повесть о Петре и Февронии // Древнерус. княжеские жития / Сост., вступ. ст., подгот. текстов, пер. и коммент.: В. В. Кусков. М., 2001. С. 287-309, 388-389; Руди Т. Р. О гимнографическом наследии Ермолая-Еразма // ТОДРЛ. 2003. Т. 53. С. 159-215; она же. «Малая трилогия» Ермолая-Еразма // Там же. Т. 61 (в печати); Романова А. А. «Круг пасхалии, по немуже християны празднуем Пасху» Ермолая-Еразма // Там же. 2006. Т. 57. С. 671-687.
Лит.: Филарет (Гумилевский). РСв. Июнь. С. 114; Буслаев Ф. И. Песни древней Эдды о Зигурде и муромская легенда // Он же. Ист. очерки рус. нар. словесности и искусства. СПб., 1861. Т. 1. С. 269-300; Веселовский А. Н. Новые отношения муромской легенды о Петре и Февронии и сага о Рагнаре Лодброке // ЖМНП. 1871. Т. 4. Отд. 2. С. 95-142; Серебрянский Н. Древнерус. княжеские жития. М., 1915. С. 237-247; Ржига В. Ф. Кто был монах Еразм? // ИОРЯС. 1916. Т. 21. Кн. 2. С. 5-12; Яворский Ю. А. К вопросу о лит. деятельности Ермолая-Еразма, писателя XVI-го в. // Slavia. Praha, 1930. Roč. 9. Č. 1. S. 57-80; Č. 2. S. 273-299; Скрипиль М. О. Повесть о Петре и Февронии Муромских в ее отношении к рус. сказке // ТОДРЛ. 1949. Т. 7. С. 131-167; Колесникова Т. А. Общественно-политические взгляды Ермолая-Еразма // Там же. 1953. Т. 9. С. 251-265; Подобедова О. И. «Повесть о Петре и Февронии» как лит. источник житийных икон XVII в. // Там же. 1954. Т. 10. С. 290-304; Зимин А. А. Ермолай-Еразм и Повесть о Петре и Февронии // ТОДРЛ. 1958. Т. 14. С. 229-233; он же. И. С. Пересветов и его современники. М., 1958. С. 109-142; он же. Реформы Ивана Грозного: Очерки соц.-экон. и полит. истории России сер. XVI в. М., 1960. С. 320-329; Клибанов А. И. Повесть о Петре и Февронии как памятник рус. обществ. мысли // ИЗ. 1959. Т. 65. С. 303-315; он же. Реформационные движения в России в XIV - первой пол. XVI в. М., 1960. С. 236, 284, 288-290, 338-341, 351-353, 368-369; Дмитриева Р. П. О структуре «Повести о Петре и Февронии» // ТОДРЛ. 1976. Т. 31. С. 247-270; она же. Ермолай-Еразм (Ермолай Прегрешный) // СККДР. Вып. 2. Ч. 1. С. 220-225 [Библиогр.]; она же. Отражение в творчестве Ермолая-Еразма его псковских связей // ТОДРЛ. 1989. Т. 42. С. 280-286; Росовецкий С. К. Формирование повествовательных жанров в рус. лит-ре XVI-XVII вв. («Повесть о Петре и Февронии» и связанные с нею произведения): АКД. Л., 1977; Турилов А. А., Чернецов А. В. Софроний, книгочий Ивана Грозного, и адресованное ему сочинение // АЕ за 1982 г. 1983. С. 88-89; они же. Отреченная книга Рафли // ТОДРЛ. 1985. Т. 40. С. 260-344; Васильева С. П. Терминологическая лексика в публицистических произведениях Ермолая-Еразма // Рус. ист. лексикология XVI-XVIII вв. Красноярск, 1983. С. 23-3; Шайкин А. А. Фольклорные традиции в «Повести о Петре и Февронии Муромских» // Фольклорные традиции в рус. и сов. лит-ре. М., 1987. С. 20-362; Антонова М. В. Творчество Ермолая-Еразма - писателя XVI в.: АКД. М., 1989; Urban W. Drei osteuropäische politische Schriftsteller des 16. Jh.: Versuch einer Vorgeschichte // Aspekte kultureller Integration: FS zu Ehren von Prof. Dr. Antonin Mĕšt'an / Hrsg. von K. Mácha. Münch., 1991. S. 287-300; Плюханова М. Б. Житие Петра и Февронии Муромских в культурно-ист. контексте эпохи митр. Макария // AION-Slavistica. 1993. № 1. P. 171-203; Билку Р. Повесть о Петре и Февронии: Проблема соотношения фольклорных и житийных мотивов в авторском варианте произведения // Acta universitatis szegediensis de Attila Jozsef nominate. Diss. slav. Sect. Hist. litterarum. Szeged, 1997. Т. 22; Демкова Н. С. К интерпретации «Повести о Петре и Февронии»: «Повесть о Петре и Февронии» Ермолая-Еразма как притча // Она же. Средневек. рус. лит-ра: Поэтика, интерпретации, источники. СПб., 1997. С. 77-95; Елисеев Г. А. Споры о троичной сущности Божества в средневек. рус. богословии и влияние на них апокрифических памятников // Рус. средневековье: Об-во и церковь. М., 1997. С. 4-27; Мита А. Семантика змееборчества в «Повести о Петре и Февронии» // От Ермолая-Еразма до Михаила Булгакова: Ст. о рус. лит-ре: Сб. СПб., 1997. С. 6-17; Симонов Р. А. Об опыте измерения земельных пространств Ермолаем-Еразмом (сер. XVI в.) // Ист. источник: Человек и пространство: Тез. докл. и сообщ. науч. конф., Москва, 3-5 февр. 1997 г. М., 1997. С. 300-301; Гладкова О. В. Тема ума и разума в «Повести от жития Петра и Февронии»: (Об идейно-худож. структуре текста) // ГДРЛ. 1998. Сб. 9. С. 223-235; Неелов Е. М. Сказка и житие // Евангельский текст в рус. лит-ре XVIII-XX вв.: Цитата, реминисценция, мотив, сюжет, жанр. Петрозаводск, 1998. Вып. 2. С. 60-72; 2001. Вып. 3. С. 57-66; Уткина Т. В. Опыт сопряженного изучения «Повести о Петре и Февронии Муромских» и «Романа о Тристане и Изольде» // Актуальные вопр. литературоведения и методики преподавания лит-ры: Сб. науч. работ [в честь В. М. Макушкина] / Под общ. ред. А. М. Каторовой. Саранск, 2000. Вып. 1. С. 109-114; Кривошеев М. В. К вопросу о жанре Повести о Петре и Февронии // Исслед. по рус. истории: Сб. ст. к 65-летию проф. И. Я. Фроянова / Отв. ред. В. В. Пузанов. СПб.; Ижевск, 2001. С. 196-219; он же. Муромо-Рязанская земля: Очерки соц.-полит. истории XI - нач. XIII в. по мат-лам повестей. Гатчина, 2003. С. 75-168; Воробьева О. Мотив болезни и чудесного исцеления в «Повести о Петре и Февронии Муромских» и в «Романе о Тристане и Изольде» // Актуальные проблемы филол. науки: взгляд нового поколения. М., 2002. С. 176-179; Турилов А. А. Рец.: Джурова А., Станчев К. Описание славянских рукописей Папского восточного института в Риме. R., 1997 // Славяноведение. 2002. № 4. С. 118-120; Чекова И. Змей, князь и мудрая дева-целительница в житийной «Повести о Петре и Февронии Муромских» // Мир житий: Сб. мат-лов конф. (Москва, 3-5 окт. 2001 г.). М., 2002. С. 181-192; Панченко О. В. Соловецкая редакция «Повести о Рязанском епископе Василии» в сборнике Псковского древлехранилища // Нар. традиц. культура Псковской обл. М., 2003. Т. 2: Псков в рос. и европ. истории. С. 424-433; Руди Т. Р. Похвальное слово кн. Константину Муромскому: Нек-рые пробл. исслед. // ТОДРЛ. 2004. Т. 56. С. 301-336; она же. О первом авторском сборнике Ермолая-Еразма из б-ки Соловецкого мон-ря // Книжное наследие Соловецкого мон-ря XV-XVII вв.: Сб. ст. / Ред.: О. В. Панченко. СПб., 2008 (в печати); она же. Иона Соловецкий как читатель Ермолая-Еразма // Там же (в печати); она же. О возможном месте пострига Ермолая-Еразма // ТОДРЛ (в печати); Фефелова Ю. Г. Повесть о Петре и Февронии в контексте традиц. обрядовой практики // Рус. агиография: Исслед. Публ. Полемика / Отв. ред.: С. А. Семячко; ред.: Т. Р. Руди. СПб., 2005. С. 428-483.
Т. Р. Руди
Ключевые слова:
Монашество Русской Православной Церкви (муж.) Агиографы русские Богословы русские Полемисты православные Ермолай [в иночестве Еразм] (1-я четв. XVI в. - после сер. 60-х гг. XVI в.), богослов, полемист, агиограф
См.также:
ЗИНОВИЙ (кон. XV в. (?) - 1571/72 (?)), прп. (пам. в 3-ю Неделю по Пятидесятнице - в Соборе Новгородских святых), Отенский, инок Отенского муж. мон-ря близ Новгорода, богослов-полемист, агиограф
АЛЕКСАНДР РОСТОВСКИЙ (Алексий; † 1616), инок, ученик прп. Иринарха Ростовского, автор его жития
ВАСИЛИЙ (в монашестве Варлаам (после 1565), псковский свящ., автор житий, служб, похвальных слов святым
ГРИГОРИЙ († 70-е гг. XVI в.?), инок, гимнограф, агиограф
ДОСИФЕЙ († после 1514), игум. Соловецкого в честь Преображения Господня муж. мон-ря, агиограф
ЕПИФАНИЙ ПРЕМУДРЫЙ (2-я пол. XIV в.- после 1443), иером., агиограф, прп. (пам. в Соборе Радонежских святых и в Соборе Ростово-Ярославских святых)
ИРОДИОН (Кочнев; † после 1545), игум. Александрова Свирского в честь Св. Троицы монастыря, агиограф
ААРОН (XVIII в. ), монах книжник, справщик и книгохранитель
ААРОН (Казанский Александр; 1818? -1890), архим., регент в ТСЛ
ААРОН, ФЕОФАНОВ СЫН инок, новгородский иконописец XV в.