Добро пожаловать в один из самых полных сводов знаний по Православию и истории религии
Энциклопедия издается по благословению Патриарха Московского и всея Руси Алексия II
и по благословению Патриарха Московского и всея Руси Кирилла

Как приобрести тома "Православной энциклопедии"

КОЛУМБАН
Т. 36, С. 468-485 опубликовано: 14 июля 2019г. 


КОЛУМБАН

Св. Колумбан. Роспись собора святых Петра, Лаврентия и Колумбана в г. Бруньято, Италия. XIV d/
Св. Колумбан. Роспись собора святых Петра, Лаврентия и Колумбана в г. Бруньято, Италия. XIV d/

Св. Колумбан. Роспись собора святых Петра, Лаврентия и Колумбана в г. Бруньято, Италия. XIV d/
[лат. Columbanus; франц. Colomban; итал. Colombano] († 23 нояб. 615), св. (пам. зап. 23 нояб.), деятель зап. монашества; основатель мон-рей Луксовий (см. Люксёй) и Бобий (см. Боббио); церковный писатель.

Жизнь

Основной источник сведений о К.- Житие, составленное между 639 и 643 гг. агиографом Ионой по указанию Бертульфа, аббата мон-ря Бобий (626/7-639/40) (BHL, N 1898; CPL, N 1115). Агиограф не был лично знаком с К., но использовал свидетельства учеников и современников святого. Аспекты деятельности К. в Житии описаны с неодинаковой полнотой. Отчасти это было вызвано отсутствием точных сведений (напр., о жизни святого в Ирландии), отчасти - задачами, которые поставили перед Ионой настоятели основанных К. монастырей. Деятельность святого, в частности его защита ирл. обычаев (пасхалии, формы тонзуры, богослужения), не всеми оценивалась положительно. Агиограф обошел стороной тему покровительства, которое оказывали К. франкские короли, и конфликтов святого с церковными иерархами Галлии. Изображая деятельность святого в апологетическом ключе, мон. Иона представил его как строгого аскета и мудрого наставника, заботившегося только о следовании Христу и не уступавшего неправедным желаниям мирских властителей. Строгий ко всем, но прежде всего к самому себе, К. был достойным преемником древних святых, в т. ч. прп. Антония Великого и св. Мартина Турского (Wood. 1982; Stancliffe. 2001; Diem. Monks. 2007). Для проверки достоверности сведений, приведенных в Житии, исследователи обращаются к сочинениям К., которые позволяют уточнить и дополнить повествование Ионы. Об отдельных аспектах деятельности К. сообщается во франк. Хронике Псевдо-Фредегария (ок. 660), в Житиях св. Галла (VIII-IX вв.) и в др. источниках. Стихотворное переложение Жития К. включено в поэму Флодоарда Реймсского «Победы Христа в Италии» (PL. 135. Col. 869-882).

Согласно Житию, К. род. в Ирландии, в обл. Лаген (Лейнстер). Дата и точное место рождения святого неизвестны. В ранних рукописях Жития (IX в.- St. Gallen. Stiftsbibl. 553; Metz. Grand Séminaire. 1) утверждается, что К. покинул Ирландию в возрасте 20 лет, но эти сведения противоречат др. информации, приведенной Ионой. Предположение, что святой род. в 40-х гг. VI в., основано на стихотворении «К Фидолию» (nunc ad olympiadis ter senae (вариант: senos) uenimus annos), но принадлежность стихотворения К. не доказана (Lapidge. 1977; Löwe. 1981). Псевдо-Фредегарий и Флор Лионский полагали, что святой скончался в преклонном возрасте.

Археологические раскопки мон-ря, основанного св. Колумбаном, в Аннегре, Франция
Археологические раскопки мон-ря, основанного св. Колумбаном, в Аннегре, Франция

Археологические раскопки мон-ря, основанного св. Колумбаном, в Аннегре, Франция
Жители Лагена приняли христианство незадолго до рождения К. (inter primordia fidei gentis illius). Во время беременности мать святого увидела вещий сон: из ее чрева вышло солнце, лучи к-рого озарили мир. Мальчику нарекли имя Колумба (древнеирл. Columb (Colomb), вероятно, от лат. columba - голубь; имя Columbanus, к-рое использовал Иона и более поздние авторы, скорее всего является латинизированной формой ирл. диминутива Colmán) (Bullough D. A. The Career of Columbanus // Columbanus. 1997. P. 2-3). В Житии святого утверждается, что К. получил мирское образование, изучал «свободные искусства», грамматику, риторику и геометрию. Эти данные трудно интерпретировать применительно к Ирландии VI в.; возможно, они вымышлены агиографом. В юности К. терзали плотские искушения, и он не знал, как их преодолеть. Однажды он встретился с отшельницей (religiosae ac Deo dicatae feminae), к-рая провела в уединении 15 лет. В ответ на домогательства юноши, пытавшегося воспользоваться ее одиночеством, женщина заявила, что она давно отреклась от мира и покинула бы родные края, став «паломницей» ради Христа, если бы не принадлежала к слабому полу. К. осознал, что аскетические подвиги - единственный способ победить страсти, поблагодарил женщину и вернулся домой. Мать уговаривала его не покидать родные края. Пытаясь удержать сына, она с плачем бросилась на пол, чтобы преградить ему путь, но К. перешагнул через нее, на прощание сказав, что будет следовать путем спасения и никогда не вернется домой.

Покинув Лаген, К. отправился к наставнику Синилису, известному ученостью и благочестием (его обычно отождествляют со св. Синеллом, сыном Мианаха, настоятелем церковного поселения на о-ве Клаэн-Инис (Клиниш на оз. Лох-Эрн, Сев. Ирландия)). Изучая Свящ. Писание (omnium diuinarum scripturarum studiis), К. проявил незаурядные способности. Он составил толкование на Псалтирь (psalmorum librum elimato sermone exponeret) и др. сочинения. Почувствовав стремление к монашеским подвигам, К. отправился в мон-рь Беннхор (ныне Бангор, графство Даун); его основатель св. Комгалл († 602) ввел в обители строгий устав. По свидетельству Ионы, в Беннхоре К. полностью отдался посту и молитве, «желая нести свой крест и следовать за Христом». По прошествии мн. лет он решил стать «паломником», подобно Аврааму, по воле Божией покинувшему родные края (о «паломничестве» как о добровольном изгнании ради Христа см.: Charles-Edwards. 1976). Аббат Комгалл сначала отказал К., не желая лишиться примерного монаха, но затем разрешил ему уйти, решив, что в чужих краях К. может оказать благотворное воздействие на людей.

Собрав 12 спутников, К. благополучно пересек море и прибыл в Арморику (Бретань). Во время отдыха монахи посовещались и решили посетить Галлию, чтобы остаться там, если получат возможность «сеять семена спасения». Обнаружив, что в Галлии благочестие находилось в упадке и «оставалась одна лишь христианская вера», ирландцы стали вести жизнь странствующих проповедников, призывая людей к покаянию. Вскоре вести о них достигли кор. Сигиберта, властителя Австразии и Бургундии, к-рый после беседы с К. проникся уважением к нему и предложил монахам поселиться в любом месте, где они пожелают. К. выбрал заброшенное укрепление Анаграты (ныне Аннегре, деп. В. Сона), находившееся вдали от поселений, в дикой и глухой местности. В Анагратах монахи жили своим трудом, не полагаясь на помощь со стороны, но это оказалось непросто: однажды им пришлось голодать 9 дней, пока Карамток, настоятель соседнего мон-ря, извещенный об этом свыше, не прислал им пищу. Вскоре молва о необычайно строгой жизни ирл. монахов стала привлекать людей, обращавшихся к К. за исцелением от болезней. Когда число насельников увеличилось, К. перенес обитель примерно на 8 миль к юго-западу, в Луксовий, где находились руины рим. терм.

Пещера, источник и часовня св. Колумбана в Сент-Мори-ан-Шануа. XIX в.
Пещера, источник и часовня св. Колумбана в Сент-Мори-ан-Шануа. XIX в.

Пещера, источник и часовня св. Колумбана в Сент-Мори-ан-Шануа. XIX в.
В повествовании Ионы о прибытии К. в Галлию содержатся неточности, к-рые агиограф скорее всего допустил намеренно. В 610 г. К. был изгнан из Луксовия; согласно Житию, это произошло на 20-м году его жизни в мон-ре. В послании синоду галльских епископов (603 или 604) святой утверждал, что живет в Галлии 12 лет. Т. о., К. прибыл в Галлию в 590 или 591 г., а мон-рь в Анагратах, по-видимому, был основан не позднее 592 г. Мон-ри К. находились в Бургундии, тогда как кор. Сигиберт I (561-575) правил в Австразии. В мецской рукописи Жития К. и в более позднем Житии св. Агила (ActaSS. Aug. T. 6. P. 575) вместо Сигиберта назван Хильдеберт II (575-596), но он также правил в Австразии и присоединил к своим владениям Бургундию лишь после смерти кор. Гунтрамна (561-592). Согласно Житию св. Садальберги, Луксовий был построен на средства Хильдеберта II (MGH. Scr. Mer. T. 5. P. 51), но Иона об этом умалчивает. Т. о., королем, принявшим К., мог быть Гунтрамн, хотя основание Луксовия скорее всего состоялось при Хильдеберте II (см.: Wood. 1982; Idem. 1998; The Career of Columbanus // Columbanus. 1997. P. 10-11).

Луксовий находился в более доступном месте, чем Анаграты, поэтому в мон-рь часто приходили посетители, число монахов значительно увеличилось. Вскоре близ Луксовия был построен 2-й мон-рь - Фонтаны (ныне Фонтен-ле-Люксёй), где, согласно Житию, было 60 монахов (Ionas. Vita Columbani. I 17). Обоими мон-рями управляли препозиты (praepositi); поскольку К. не мог одновременно уделять внимание 2 обителям, он составил для монахов устав (regula). По свидетельству Ионы, сначала монахи существовали за счет собственных трудов, поэтому у них часто возникали трудности с пропитанием. Агиограф повествует о случаях чудесного появления или умножения пищи, призванных показать заботу святого о монахах. К. прославился как строгий аскет и чудотворец, к нему обращались с просьбами о молитвах и заступничестве перед Богом. По молитве К. у дукса Вальделена и его жены Флавии родился сын, получивший имя Донат - дарованный (Богом); святой воспитал мальчика, к-рый впосл. стал епископом Везонциона (ныне Безансон) (Prinz. 1965. S. 149-150). Среди учеников К. были представители франк. знати, напр. Вальделен, сын дукса Амальгария, и св. Аттала, покинувший Леринский монастырь (см. Лерен), порядки в котором показались ему недостаточно строгими.

Известность К. была связана в т. ч. с ирл. обычаями, которые соблюдали монахи Луксовия и Фонтан. В посланиях Римским папам и галльским епископам К. подчеркивал свое ирл. происхождение, представляя себя чужестранцем, явившимся с зап. края мира. Он утверждал, что в Ирландии сохранилась чистая вера и древние обычаи Церкви, тогда как в Галлии церковные традиции были искажены, а евангельские заповеди не соблюдались (см.: Leso. 2013. P. 363-368). Считается, что именно К. ввел в Галлии практику частного покаяния, принятую в Ирландии, и поощрял приватную исповедь, после к-рой кающиеся должны были совершить епитимию. Причиной строительства Фонтан было большое число кающихся (пенитентов), временно живших в Луксовии (ad penitentiae medicamenta plebes concurrere - Ionas. Vita Columbani. I 10). За советом и наставлением к К. обращались даже некоторые галльские епископы (Columban. Ep. 1. 6). Чинопоследование мессы в мон-ре отличалось от принятого в Галлии наличием большого количества дополнительных молитв (использование особых молитв и литаний, нередко имевших покаянный характер, было характерно для ирл. богослужения и в более позднее время; см. ст. Кельтский обряд). В трактате о происхождении разных типов оффиция (VIII в.?) утверждается, что ирл. традиция монастырского богослужения благодаря К. стала известна во всем мире (Ratio de cursus // Initia consuetudinis Benedictinae / Ed. K. Hallinger. Siegburg, 1963. P. 90). Жители Галлии обращали внимание на непривычные им благочестивые практики в мон-рях К., напр. на частое совершение крестного знамения, благословение предметов и т. д. (Ionas. Vita Columbani. II 9). О том, что К. поощрял формы аскетического подвига, характерные для ирл. традиции, свидетельствует намерение мон. Аутиерна отправиться в Ирландию, чтобы стать «паломником» ради Христа (Ibid. I 11). Вероятно, К. поддерживал связи с церковными общинами Ирландии и использовал их, чтобы сохранить независимость от галльских епископов. Известно об ирл. еп. Дагане, посетившем Юж. Британию, вероятно, на обратном пути из Луксовия в Ирландию (Beda. Hist. eccl. II 4; см.: Flechner. 2005). Алтарь монастырской церкви в Луксовии освятил еп. Аэд, скорее всего прибывший из Ирландии (Columban. Ep. 4. 4).

Непризнание К. юрисдикции галльских епископов и его нежелание отказываться от ирл. обычаев привели к конфликту между святым и местными церковными иерархами. Сведения об этих разногласиях содержатся гл. обр. в сочинениях К., т. к. Иона избегал касаться этой темы в Житии святого (Stancliffe. 2001). Из посланий К. следует, что основным предметом споров была защита святым ирл. пасхалии, к-рая не согласовывалась с принятой в Галлии пасхалией Виктория Аквитанского. Пасхалия Виктория, введенная по решению Аврелианского (Орлеанского) Собора 541 г., позволяла делать выбор между 2 датами Пасхи, «латинской» и «греческой»; это приводило к разногласиям среди галльских епископов (Greg. Turon. Hist. Franc. V 17). Др. обвинение в адрес К. было связано с особой формой тонзуры, принятой в его мон-рях (Ionas. Vita Columbani. II 9). По-видимому, конфликт К. с галльскими епископами усугублялся непримиримой позицией, которую занял святой: он отказывался следовать «галльским правилам» (regulas Gallorum), полагая, что они противоречили Преданию Церкви и учению св. отцов. Еп. Даган отказался не только разделить трапезу с епископами, соблюдавшими пасхалию Виктория, но и принимать пищу в одном здании с ними (Beda. Hist. eccl. II 4).

Об остроте конфликта свидетельствует то, что К. был вынужден апеллировать к Папскому престолу. В послании папы свт. Григория I Великого, написанном в нояб. 594 г., упоминается, что понтифик отправил «господину пресвитеру Колумбу» рукопись соч. «Пастырское правило» (Greg. Magn. Reg. epist. V 17). В окт. 600 г. свт. Григорий Великий рекомендовал «нашего сына пресвитера Колумба» Конону, аббату Леринского мон-ря (Ibid. XI 9). Скорее всего в обоих посланиях речь шла о К., который не позднее 594 г. впервые обратился к папе Римскому с просьбой подтвердить его правоту в споре с галльскими епископами (Flechner. 2005). Кандид, назначенный в 595 г. управляющим папскими владениями в Галлии, передал К. устный ответ свт. Григория Великого; его суть сводилась к тому, что папа отказался рассматривать вопрос о запрещении пасхалии Виктория, издавна принятой Римской Церковью (Columban. Ep. 1. 11). Свт. Григорий Великий намеренно уклонился от офиц. ответа: открытое заявление папы о неправоте К. поставило бы святого в трудное положение (Charles-Edwards. 2000. P. 370). Возможно, свт. Григорий Великий рассматривал ирл. пасхалию как «допустимое отклонение» от практики Вселенской Церкви: отвечая на вопросы св. Августина Кентерберийского, понтифик признавал существование локальных литургических традиций и рекомендовал миссионерам проявлять к ним терпимость, если это не нарушало чистоту веры (Beda. Hist. eccl. I 27). Согласно свт. Григорию Великому, разнообразие обычаев и традиций не противоречило единству христианской веры (см.: Meyvaert P. Diversity within Unity: A Gregorian Theme // Heythrop J. 1963. Vol. 4. P. 141-162; Leso. 2013. P. 370-371). К. придерживался противоположного мнения (multum namque nocuit nocetque ecclesiasticae paci morum diuersitas et uarietas traditionum - Columban. Ep. 2. 5).

Несмотря на уклончивый ответ свт. Григория Великого, К. стремился продолжить дискуссию: в послании папе (ок. 600) он защищал ирл. пасхалию как неотъемлемую часть Предания Церкви, жаловался на симонию галльских епископов и несоблюдение духовенством обета целомудрия (Columban. Ep. 1). К. также послал папе трактат против пасхалии Виктория, а еп. Аригию (скорее всего Аридию (Аредию), еп. Лугдунскому (Лионскому)) - краткий памфлет (libellus) на ту же тему (Ibid. 2. 5). Возможно, с обвинениями К. было связано послание свт. Григория Великого епископам Бургундии с указанием созвать Собор для искоренения симонии и других канонических нарушений (июль 599 - Greg. Magn. Reg. epist. IX 219).

В 603 или 604 г. К. вызвали на синод галльских епископов, собравшийся под рук. еп. Аридия Лугдунского в Кабиллоне (ныне Шалон-сюр-Сон). Синод был созван по указанию кор. Брунхильды († 613), поручившей прелатам расследовать обвинение св. Дезидерия, еп. Вьеннского, в развратном поведении. К. отказался явиться на синод и отправил епископам послание, в к-ром защищал свою позицию и требовал оставить его монахов в покое (Columban. Ep. 2). Ни в Житии К., ни в Хронике Псевдо-Фредегария об этом не упоминается; согласно Хронике, единственным результатом синода было низложение св. Дезидерия (Fredegarii Scholastici Chronicae. IV 24) (о роли К. в «пасхальных спорах» см.: Charles-Edwards. 2000; Corning. 2006. P. 19-44).

По-видимому, К. успешно отстаивал независимость своих монастырей от галльских епископов благодаря покровительству кор. Бургундии Теодориха II (596-613) и его бабки кор. Брунхильды, хотя Иона почти ничего об этом не сообщает. Согласно Житию, юный король неоднократно посещал Луксовий и просил К. молиться за него; возможно, монахи получали от короля не только пожертвования, но и привилегии (Wood. 1998. P. 108-109; Bullough D. A. The Career of Columbanus // Columbanus. 1997. P. 14-15; Fox. 2014. P. 21-23, 43-44). Однако образ жизни Теодориха II был далек от идеалов христианской нравственности: вместо того чтобы вступить в брак, король держал наложниц и имел незаконных детей. По свидетельству Ионы, в ответ на обличения К. Теодорих II неоднократно обещал исправиться, но этому препятствовала Брунхильда: старая королева, движимая властолюбием, поощряла поведение внука, т. к. опасалась утратить власть, если он вступит в законный брак. Во время посещения королевской виллы Брокариак К. навлек гнев Брунхильды отказом благословить детей короля и предсказанием, что никому из них не суждено править. Брунхильда запретила монахам покидать Луксовий, но К. обратился к Теодориху II, который отменил это распоряжение (см.: Schäferdiek. 1982. S. 186-189; Charles-Edwards. 2000. P. 360-363). В другой раз святой пригрозил отлучить короля от Церкви, если он будет упорствовать во грехе (см.: Vogüé. 1988. P. 79). После этого Брунхильда стала настраивать короля и епископов против К., указывая на то, что в его мон-рях соблюдались чужеземные порядки. Желая проверить, как живут монахи в Луксовии, Теодорих II явился в мон-рь и потребовал допустить его во внутренние помещения. К. отказался сделать это, потому что мирянам было запрещено входить туда, где жили монахи. Когда король попытался войти в рефекторий, святой предсказал, что его род погибнет, если он нарушит монастырские правила. Испугавшись, Теодорих II покинул Луксовий, но приставил к К. некоего Баудульфа, к-рый отвез святого в г. Везонцион. Там К. чудесным образом освободил из темницы приговоренных к смерти и помог им найти убежище в церкви. Затем святой вернулся в Луксовий, т. к. никто не отважился задержать его (Ionas. Vita Columbani. I 19).

В 610 г. кор. Теодорих II и Брунхильда направили в Луксовий комита Бертария с приказом арестовать К. и выслать его из королевства вместе с ирландскими и бриттскими монахами. По свидетельству Ионы, святой согласился покинуть мон-рь, чтобы не подвергать монахов опасности (Ibid. I 20). Согласно более позднему преданию, верные К. франк. монахи во главе со святыми Евстасием († 629) и Агилом также покинули Луксовий и основали мон-рь Вельтенбург в Баварии (см.: Prinz. 1965. S. 357-358; Fox. 2014. P. 35, 76). Стражники отвезли К. в Невирн (ныне Невер), сели в лодку и отправились вниз по течению Луары. Иона сообщает, что воины дурно обращались с К. и даже пытались убить его. Достигнув г. Аврелиан (ныне Орлеан), святой послал 2 монахов на поиски пищи, но никто из горожан из страха перед королем не отважился помочь им. Лишь женщина из Сирии, к-рую монахи встретили на улице, узнав, что они тоже странники из дальних краев, дала им продукты. В благодарность за это К. вернул зрение ее слепому мужу (о сирийцах в Аврелиане см.: Greg. Turon. Hist. Franc. VIII 1). В г. Туроны (ныне Тур) К. потребовал, чтобы ему разрешили поклониться гробнице св. Мартина; стражники ответили отказом, но лодка чудесным образом повернула к берегу. После ночи, проведенной в молитве у гробницы святого, К. получил приглашение разделить трапезу с еп. Леупехарием († 613/4). Когда один из гостей назвал себя верным слугой кор. Теодориха II, святой предсказал, что король и вся его семья погибнут через 3 года. По прибытии в Намнеты (ныне Нант) произошла задержка: местные власти не сразу нашли торговое судно, на к-ром К. можно было отправить в Ирландию. Воспользовавшись этим, святой отправил прощальное послание монахам Луксовия (Columban. Ep. 4). Когда К. и его спутники взошли на корабль, поднялся сильный ветер, не позволивший судну покинуть гавань. Как только монахи вернулись на берег, ветер переменился, и корабль вышел в море без них. Обнаружив, что никто не собирается задерживать его, К. покинул город и направился в Нейстрию, к кор. Хлотарю II (584-629; с 613 король франков).

Согласно Ионе и Псевдо-Фредегарию, виновницей изгнания К. была кор. Брунхильда, ненавидевшая святого. В источниках VII в. королева изображена как жестокая и властолюбивая женщина, «новая Иезавель». Такое отношение к Брунхильде отчасти объяснялось ее вестготским происхождением, отчасти - ее попытками удержать власть над Бургундией. Назначая королей из числа своих детей и внуков, Брунхильда препятствовала браку Теодориха II, т. к. опасалась утратить влияние на юного короля. По свидетельству Псевдо-Фредегария, в 606 или 607 г. она расстроила брак Теодориха II и вестгот. принцессы Эрменберги, к-рую пришлось вернуть в Испанию (о предвзятом освещении этого эпизода в Хронике см.: Kurth G. La reine Brunehaut // Idem. Études franques. P.; Brux., 1919. T. 1. P. 320-323). Королева самовольно распоряжалась епископскими кафедрами и способствовала симонии (Greg. Magn. Reg. epist. V 58; IX 213), приказала убить св. Дезидерия, который, подобно К., критиковал личную жизнь Теодориха (см.: Fox. 2012). В письме Булгара, гр. Септимании (ок. 610), Брунхильда названа коварной интриганкой и вдохновительницей раздоров (MGH. Epp. T. 3. P. 677). В 613 г. Хлотарь II, объединивший франк. королевства, жестоко расправился с Брунхильдой и уничтожил почти всех ее потомков. Более поздние авторы, пытаясь оправдать действия Хлотаря II, подчеркивали, что постигшая Брунхильду кара была заслуженной: из-за грехов королевы проклятие постигло всех членов ее семьи (см.: Nelson J. L. Queens as Jezebels: Brunhild and Balthild in Merovingian History // Eadem. Politics and Ritual in Early Medieval Europe. L., 1986. P. 1-48; Wood. 1994. P. 194-196). В то же время подозрения Брунхильды и Теодориха II относительно К. могли иметь основание. Франк. правители враждовали между собой, поэтому К., лишившись благосклонности Теодориха II, мог рассчитывать на сочувствие Хлотаря II и кор. Австразии Теодеберта II (596-612). В 610 г., когда К. был изгнан из Луксовия, отношения между королями Бургундии и Австразии окончательно испортились: Теодеберт II заставил брата вернуть земли, ранее относившиеся к Австразии, но присоединенные к Бургундии по условиям раздела 596 г. После этого оскорбленный Теодорих II начал готовиться к военным действиям.

К. прибыл к Хлотарю II, который радушно встретил святого и принял во внимание его совет не вмешиваться в междоусобицу. Достигнув Австразии, К. познакомился с влиятельными аристократами Хагнериком и Аутарием. Их дети впосл. стали монахами и внесли значительный вклад в распространение монашеских обычаев К. Вероятно, в Меттисе (ныне Мец) К. встретился с кор. Теодебертом II и монахами, покинувшими Луксовий. Король предложил святому поселиться в его владениях и проповедовать язычникам, посоветовав найти место для основания мон-ря на юго-вост. окраине Австразии, граничившей с языческой Алеманнией. Возможно, Теодеберт II, впечатленный успехами рим. миссии в англосакс. Британии, также намеревался послать проповедников к соседним языческим народам (о миссионерской деятельности К. и его учеников см.: Wood I. N. The Missionary Life: Saints and the Evangelization of Europe, 400-1050. Harlow, 2001. P. 31-39). Святой в сопровождении учеников отправился вверх по течению Рейна. Весной или летом 611 г. он прибыл к Боденскому оз. и поселился в уединенной келье близ г. Бриганций (ныне Брегенц). Согласно Ионе, святому не понравилась местность, но он решил остаться на время, чтобы проповедовать язычникам-свевам. Обнаружив, что они собираются принести жертву богу Водану, К. подул на приготовленную для этого бочку с пивом, которая сразу же развалилась на куски. После этого нек-рые язычники приняли крещение, а отступившие от христианства вернулись к истинной вере. Когда у спутников К. закончилась пища, им помог некий епископ, скорее всего живший в Констанции (ныне Констанц) или в Курии (ныне Кур). Вскоре святого посетил Евстасий, направившийся затем в Луксовий, где он возглавил монашескую общину. В целом, согласно Ионе, успехи проповеди К. язычникам были невелики. Святой намеревался отправиться к «вендам, также именуемым славянами» (Venetiorum qui et Sclaui dicuntur), чтобы проповедовать христианство, но явившийся ангел убедил его отказаться от этой идеи.

Более подробно о деятельности К. в местности к югу от Боденского оз. сообщается в Житиях св. Галла, составленных в IX в. Веттином (BHL, N 3246) и Валафридом Страбоном (BHL, N 3247-3249). Веттин писал, что св. Галл, ученик К., разорил языческое святилище в Туггене на Цюрихском оз.; за это язычники убили 2 монахов, а местный правитель дукс Гунзон отказал миссионерам в поддержке. К. и его спутники поселились в укреплении Арбон, где жили христиане, но впосл. из-за враждебного отношения местных жителей им пришлось покинуть эти места. Достоверность сведений, приведенных в Житиях Галла, была поставлена под сомнение (Jäschke. 1974); по мнению большинства исследователей, в целом они соответствуют действительности, возможно за исключением данных о миссионерской деятельности К. и Галла (Berschin. 1975; Schäferdiek. 1982. S. 194-197; см. также: Bullough D. A. The Career of Columbanus // Columbanus. 1997. P. 20-21).

Вероятно, весной 612 г. К. ненадолго вернулся ко двору Теодеберта II и призвал короля отречься от власти и стать клириком. Король счел это предложение абсурдным, но святой предсказал, что ему суждено лишиться власти и принять тонзуру. Вскоре австразийцы потерпели сокрушительное поражение от войск Теодориха II в битвах при Туле и Цюльпихе (лето 612); по словам Ионы, К. предвидел эти события и отказался молиться о победе Теодеберта II. Из-за торжества кор. Теодориха II положение святого стало затруднительным: даже на дальней границе Австразии он больше не мог чувствовать себя в безопасности. Летом или ранней осенью 612 г. К. отправился в Италию. Согласно Веттину и более поздним санкт-галленским агиографам, незадолго до отъезда св. Галл заболел и отказался следовать за учителем. Разгневанный К. запретил ему совершать мессу (diebus meis missam non celebrabis - Wettinus. Vita Galli. 8-9 // MGH. Scr. Mer. T. 4. P. 261-262; Walahfridus Strabo. Vita S. Galli confessoris. 8-9 // Ibid. P. 291). Оставшись в Алеманнии, св. Галл основал небольшую монашескую общину; в 719 г. св. Отмар (Аудомар; † 759) построил на месте его подвигов аббатство Санкт-Галлен (см.: Fox. 2014. P. 108-118).

Осенью 612 г. К. прибыл в Медиолан (ныне Милан), где находилась резиденция кор. лангобардов Агилульфа (591-616). В это время Италия была разделена между византийцами и лангобардами, к-рые поддерживали сторонников разных направлений христианства. Кор. Агилульф скорее всего был арианином, как и мн. лангобарды (часть лангобардов придерживалась языческих верований). По свидетельству Ионы, вскоре после прибытия в Италию К. составил полемический трактат против ариан (иногда его отождествляют с 1-й проповедью К., «О вере»), но это не привело к конфликту с королем: Агилульф с почтением относился к К. и оказывал ему покровительство. Отношения между православными были более напряженными. Спор о «Трех Главах» и принятие папой Римским Вигилием (537-555) решений Вселенского V Собора привели к церковному расколу на Западе, который нанес сильный урон авторитету Папского престола (см.: Eno R. B. Papal Damage Control in the Aftermath of the Three Chapters Controversy // StPatr. 1989. Vol. 19. P. 52-56; Bracken. 2008. P. 262-266). Епископы Галлии отказались принять новые вероучительные определения. В послании Аврелиану, еп. Арелатскому (Арльскому) (550), папа Вигилий доказывал, что он не еретик, объясняя свое согласие с осуждением «Трех Глав» насилием со стороны византийцев (MGH. Epp. T. 3. P. 66-68). Однако примирение Папского престола и епископов Галлии было достигнуто лишь при папе Пелагии I (556-561). В 550 г. епископы Африки разорвали общение с Папским престолом. В Италии оформилась т. н. аквилейская схизма, в к-рой приняли участие мн. церковные иерархи, жившие в королевстве лангобардов (см.: The Crisis. 2007). Сторонники схизмы пользовались поддержкой кор. Теоделинды, супруги Агилульфа, и их сына Адалоальда.

Вскоре после прибытия в Италию К. познакомился с Агриппином, еп. Комо, убежденным сторонником «Трех Глав», к-рый вручил ему полемическое сочинение против папы Римского. Однако святой не стал присоединяться к схизматикам. Обеспокоенный тяжелым положением Церкви, по просьбе Агилульфа и Теоделинды он направил папе Бонифацию IV (608-615) послание, в к-ром настаивал, чтобы понтифик принял меры для прекращения раскола и восстановления единства Церкви.

По свидетельству Ионы, некий Иокунд посоветовал К. основать мон-рь у заброшенной ц. св. Петра, стоявшей в гористой местности на берегу р. Бобий (Боббио), между Пьяченцей и Генуей. На этом месте якобы зимовал полководец Ганнибал, потерявший здесь много воинов, коней и слонов. Святой восстановил церковь и поселился при ней с учениками. Сохранилась дарственная грамота кор. Агилульфа, датированная июлем 613 г., к-рая считается в основном подлинной (Codice. 1918. Vol. 1. P. 84-89; см.: Bullough D. A. The Career of Columbanus // Columbanus. 1997. P. 25-26): согласно грамоте, К. и его преемники получили в собственность землю в радиусе 4 миль от церкви. После основания мон-ря Бобий к К. прибыл св. Евстасий, передавший учителю просьбу кор. Хлотаря II вернуться в Галлию: король одержал верх над противниками, поэтому К. мог спокойно жить в Луксовии. Однако святой решил остаться в Италии; он передал франкскому королю письменные наставления и попросил его оказывать покровительство насельникам Луксовия. Почтительно приняв письмо К., король подарил монахам земельные владения и установил ежегодную выплату из казны в пользу обители.

По преданию, св. Галлу, жившему в Алеманнии, было открыто, что его учитель умирает, и Галл послал в Бобий диакона, чтобы выяснить, так ли это. Насельники мон-ря поведали диакону, что незадолго до кончины К. велел передать Галлу письмо и свой посох (baculum, cambutta) в знак прощения. Переночевав в мон-ре, диакон поспешил обратно и за 8 дней достиг своей обители. Прочитав письмо, Галл заплакал, созвал монахов и немедленно совершил мессу (об этом сообщается в сохранившемся фрагменте древнейшего Жития Галла, составленного во 2-й пол. VIII в.- Vita Galli vetustissima // MGH. Scr. Mer. T. 4. P. 251-252).

После кончины К., при св. Евстасии (612-629) и св. Вальдеберте (629-670), аббатах Луксовия, и св. Аттале (615-626/7) и св. Бертульфе, аббатах Бобия, между обоими мон-рями поддерживались тесные отношения. С разрешения настоятелей монахи могли переходить из одной обители в другую. Так, мон. Бертульф, ученик св. Евстасия, перешел из Луксовия в Бобий по приглашению аббата Атталы и впосл. стал его преемником (Ionas. Vita Columbani. II 23). В этот период среди насельников мон-ря Бобий преобладали выходцы из франк. Галлии, особенно из Бургундии и Алеманнии (Zironi. 2004. P. 44-46). Вскоре после кончины К. его духовное наследие стало предметом острых разногласий. По свидетельству Ионы, в мон-ре Бобий произошли волнения, вызванные строгими порядками, которые поддерживал Аттала. Осуждая мятежников, агиограф тем не менее признавал, что аббату пришлось пойти на уступки; с его разрешения некоторые монахи стали вести отшельническую жизнь (alii locum heremi... petieri - Ionas. Vita Columbani. II 1; см.: Dunn. 2008). Вскоре после смерти Атталы в Матисконе (ныне Макон) состоялся синод епископов Бургундии под рук. Третика, еп. Лугдунского. На синоде рассматривались обвинения, выдвинутые мон. Агрестием и его сторонниками против аббата Евстасия, к-рому пришлось отказаться от особой формы тонзуры и др. ирл. обычаев, введенных К.

Мн. вопросы, связанные с духовным наследием К. и его влиянием на жизнь зап. монашества, остаются дискуссионными. Считается, что в Галлии под влиянием деятельности К. получили распространение общежительные мон-ри, как правило находившиеся в сельской местности; их насельники, жившие за счет собственного труда, занимались земледелием. В отличие от более ранних монашеских обителей, в основном сосредоточенных в Юж. Галлии, особенно в долине Роны, мон-ри традиции К. располагались гл. обр. в сев. части страны. Они строились при участии знати, пользовались покровительством франк. королей из династии Меровингов и нередко получали от них привилегии (о влиянии К. на франк. монашество см.: Columbanus. 1981).

По свидетельству Ионы, в Луксовии принимали монашество представители знатных родов (Ionas. Vita Columbani. I 10; см.: Fox. 2014. P. 50-135). Агиограф упоминал об аристократах Хагнерике и Аутарии, с которыми К. познакомился в Австразии. Бургундофара, дочь Хагнерика, стала монахиней и возглавила монастырь Эбориак (ныне Фармутье), основанный для нее св. Евстасием. Ее брат Хагноальд принял монашество в Луксовии и впосл. стал епископом Лавдуна (ныне Лан). Адон, сын Аутария и Эги, основал «двойной» Йотренский мон-рь (см. Жуар), в к-ром аббатисой жен. общины стала св. Теодехильда, ранее жившая в Эбориаке. Др. сын Аутария, Дадон, более известный как Авдуин (Авдоен), построил мон-рь Ресбак (ныне Ребе) и впосл. занял епископскую кафедру в Ротомаге (ныне Руан). При поддержке еп. Авдуина св. Филиберт основал мон-рь Гемметик (см. Жюмьеж), а св. Вандрегизил († 668) - мон-рь Фонтанелла (ныне Сен-Вандрий) (см.: Prinz. 1965. S. 124-127). Основатели этих обителей получили опыт монашеской жизни в Луксовии (Филиберт) и Бобии (Вандрегизил). До возведения на епископскую кафедру Авдуин занимал должность референдария при дворе кор. Дагоберта I (629-639) и прославился благочестием; среди его единомышленников, также живших при королевском дворе, были св. Элигий, основатель мон-ря Солемниак (ныне Солиньяк), впосл. епископ Новиомага (ныне Нуайон), и св. Дезидерий, еп. Кадурка (Каора).

При дворе кор. Австразии Теодеберта II вырос св. Ромарик; его отец был казнен Теодорихом II после поражения австразийцев, а Аридий Лугдунский, придворный епископ Теодориха и Брунхильды, подверг юношу издевательствам и вынудил скрываться. Когда Хлотарь II объединил франк. королевства, Ромарик получил возможность вернуться ко двору, но предпочел удалиться в мон-рь. Сначала он жил в Леринском мон-ре, затем Евстасий принял его в Луксовий, где Ромарик познакомился со св. Аматом. Вскоре Ромарик основал мон-рь Хабенд (ныне Ремирмон), управление которым он поручил Амату. Во время споров об ирл. обычаях Амат принял сторону Агрестия, поэтому до кончины Евстасия отношения между настоятелями Луксовия и Хабенда оставались напряженными. При аббате Вальдеберте из Хабенда в Луксовий перешли братья св. Герман, впосл. построивший мон-рь Грандис Валлис (ныне Мутье-Гранваль), и Нумериан, ставший епископом г. Треверы (ныне Трир) и принявший участие в основании монастыря Галилея (ныне Сен-Дье-де-Вож) (Fox. 2014. P. 90-99, 184-193; о еп. Нумериане см.: Anton H. H. Trier im frühen Mittelalter. Paderborn, 1987. S. 149-155). Считается, что Ромарик, возглавивший Хабенд после кончины Амата, повлиял на обращение к аскезе св. Арнульфа, еп. Меттиса. Наследие К. оказало влияние на св. Аманда, еп. Моза-Траекта (ныне Маастрихт), основателя монастырей Баризиак (ныне Баризи-о-Буа) и Эльнон (ныне Сент-Аман-лез-О). Иона, автор Жития К., помогал св. Аманду в его миссионерской деятельности (Moreau É., de. Saint Amand, apôtre de la Belgique et du nord de la France. Louvain, 1927; Fox. 2014. P. 118-132).

К традиции К. принадлежали «двойные» мон-ри, в к-рых существовали как мужские, так и жен. общины. Как правило, во главе таких мон-рей стояли аббатисы из знатных родов, напр. св. Бургундофара в Эбориаке и св. Теодехильда в Йотренском мон-ре. При поддержке Евстасия св. Садальберга основала мон-рь в Лингонах (ныне Лангр), впосл. перенесенный в Лавдун (Fox. 2014. P. 82-87; о монашеских общинах традиции К. см.: Wood. 1994. P. 184-189, 191-192).

Мон-ри традиции К. пользовались особым вниманием франк. королей Хлотаря II, Дагоберта I, Хлодвига II (639-657) и Сигиберта III (639-656). Основатели мн. мон-рей были связаны с королевским двором, некоторые из них занимали важные придворные должности (напр., при дворе Дагоберта I жили святые Авдуин, Элигий и Вандрегизил). Монастыри, строившиеся на землях фиска и получавшие пособие из казны, нередко становились опорой королевской власти (см.: Wood. 1994. P. 193-194; Fox. 2014. P. 27-49). Выходцев из Луксовия назначали на епископские кафедры. Так, Рагнахарий был епископом Базилии (ныне Базель), Ахарий возглавил еп-ство Новиомаг, а св. Аудомара кор. Дагоберт I назначил на кафедру Терванны (ныне Теруан). Основанный св. Аудомаром мон-рь Ситиу (Сен-Бертен) пользовался поддержкой кор. Хлотаря II и его супруги св. Бальтхильды (Батильды), к-рые также помогали аббатству Гемметик и монастырю Целла (Монтье-ла-Сель, близ г. Труа), построенному св. Фродобертом († 673), учеником аббата Вальдеберта. При поддержке кор. Дагоберта I были основаны Солемниак, Ресбак, Фонтанелла и Эльнон. В 648 г. кор. Сигиберт III и майордом Гримоальд основали мон-ри Стабул (ныне Ставло) и Мальмундарий (ныне Мальмеди), к-рые возглавил св. Ремакл, приглашенный из Солемниака (Prinz. 1965. S. 169-170; Fox. 2014. P. 170-172). Вероятно, по совету св. Авдуина кор. Бальтхильда пригласила в основанный ею между 657 и 661 гг. мон-рь Корбея (см. Корби) монахов из Луксовия во главе с Теодефредом (см.: Ganz D. Corbie in the Carolingian Renaissance. Sigmaringen, 1990. P. 15). После отстранения от власти Бальтхильда удалилась в основанный (или восстановленный) ею «двойной» мон-рь Кала (ныне Шель).

Несмотря на покровительство франк. королей и знати, распространение монастырей традиции К. иногда сталкивалось с противодействием влиятельных лиц. Так, непримиримым противником Евстасия был майордом Бургундии Варнахарий, пользовавшийся доверием кор. Хлотаря II. Согласно Ионе, только внезапная смерть майордома спасла Евстасия от осуждения на Матисконском синоде (см.: Prinz. 1965. S. 147-148; Fox. 2014. P. 32-33). В Юж. Галлии мон-ри традиции К. не пользовались поддержкой: монастырь Солемниак в Аквитании был основан выходцами из Сев. Галлии с помощью короля. В 60-х гг. VII в. св. Айгульф, прибывший из аббатства Флориак (см. Флёри), попытался устранить нарушения дисциплины в Леринском монастыре, но столкнулся с сопротивлением местной знати и был убит по указанию Муммолина, еп. Уцеции (ныне Юзес) (Prinz. 1965. S. 276-277; Fox. 2014. P. 246-247).

Мон-ри традиции К. получали от королей и епископов привилегии, в основном иммунитет от епископской юрисдикции и гарантии неприкосновенности монастырского имущества. Уже в VI в. некоторые галльские мон-ри были выведены из-под юрисдикции местного епископа (напр., мон-рь св. Радегунды в Пиктавии (ныне Пуатье) из-за конфликта основательницы мон-ря с епископом; см.: Wood. 1994. P. 136-139; Leso. 2013. P. 375-376). Однако широкое распространение этой практики, возможно, было связано с учением К.: святой утверждал, что образ жизни секулярного духовенства сильно отличается от образа жизни монахов (alia enim sunt et alia clericorum documenta, ea et longe ab inuicem separata), хотя у них единый Глава - Христос и они должны жить в согласии друг с другом. Т. о., различия между клириками и монахами препятствовали их объединению под руководством епископа (Columban. Ep. 2. 8; см.: Leso. 2013. P. 373-374).

В Житии К. сообщается о том, как Бертульф, аббат мон-ря Бобий, получил привилегию от папы Римского Гонория I. В споре с Пробом, еп. Дертоны (ныне Тортона), притязавшим на юрисдикцию над мон-рем, Бертульф обратился за помощью к кор. Ариоальду (626-636). Будучи арианином, король не пожелал вмешиваться в конфликт церковных деятелей и посоветовал аббату попросить поддержки у папы Римского, пообещав оказать в этом содействие. В мае 628 г. папа Гонорий I принял Бобий в юрисдикцию Папского престола, запретил епископам вмешиваться в жизнь мон-ря и совершать в нем богослужения без ведома настоятеля. Кроме того, как пишет Иона, понтифик поручил монахам проповедовать лангобардам-арианам (Jaffé. RPR. N 2017; Codice. 1918. Vol. 1. P. 100-103; см.: Ionas. Vita Columbani. II 23). Возможно, др. условием дарования привилегии был отказ насельников мон-ря Бобий от ирл. обычаев, введенных К. (Charles-Edwards. 2000. P. 364-367). Др. привилегия была получена аббатством Бобий после того как Ротари, кор. лангобардов, отнял у византийцев соседнюю обл. Лигурию: папа Римский Теодор I подтвердил, что монастырь и приписные обители (cellae) были свободны от юрисдикции к.-л. епископа (папская привилегия, датированная 4 мая 643, скорее всего подверглась интерполяции - Jaffé. RPR. N 2053; Codice. 1918. Vol. 1. N 13. P. 104-112).

В Галлии первым из монастырей традиции К., получивших привилегии, скорее всего был Луксовий, но грамоты, выданные обители королями или епископами, не сохранились (в сборнике формул Маркульфа (кон. VII в.) Луксовий упоминается среди крупнейших мон-рей Галлии, получавших королевские привилегии (MGH. Leges. 5: Formulae. P. 39)). Согласно привилегии, дарованной кор. Дагобертом I монастырю Ресбак (635 или 636), обитель получила «свободу» (priuilegium libertatis); епископы и др. лица не имели права отчуждать имущество мон-ря, а король отказывался от выплат, к-рые монахи вносили в казну. Вскоре насельники Ресбака получили также привилегию от св. Фарона (Бургундофарона), еп. г. Мельды (ныне Мо), вероятно брата св. Бургундофары. Согласно этой привилегии, монахи были выведены из-под юрисдикции епископа и могли самостоятельно выбирать аббата. Среди свидетелей в грамоте указаны епископы, о к-рых упоминается в Житии К. как о последователях святого,- Донат Везонционский, Ахарий Амбианский (Амьенский) и Аманд Моза-Траектский (см.: Wood. 1998. P. 114-117).

Как правило, условием дарования привилегий были дополнительные требования к монахам, заключавшиеся в строгом соблюдении устава (об этом говорилось в привилегии папы Римского Гонория I) и молитве за мирян. В «Правилах для монахов» упоминается, что насельники обителей, основанных К., ежедневно молились за короля, благотворителей и всех христиан. Согласно привилегии еп. Фарона (636 или 637), монахи Ресбака должны были молиться за Церковь Галлии, за короля и за всю страну. Кор. Бальтхильда потребовала от клириков, живших при базиликах св. Мартина в Туронах, св. Дионисия в Паризиях (ныне Париж) и др. крупных храмах, соблюдать монашеский устав и молиться за короля и за страну. За это клирики получили от королевы привилегию иммунитета (priuilegium eius firmare iussit, uel etiam emunitates concessit - MGH. Scr. Mer. T. 2. P. 493-494; см.: Wood. 1994. P. 192-194, 197-202).

В источниках следование традиции К. определяется как принятие норм монашеской жизни, установленных святым в Луксовии и Бобии. Иона неоднократно упоминает об «уставе Колумбана» (regula beati Columbani; напр.: Ionas. Vita Columbani. I 14, 19, 26). Согласно Житию К., святой составил монашеское правило, к-рому монахи Луксовия и Фонтан должны были следовать в его отсутствие (Ibid. I 10); впосл. это правило перенимали др. монастыри. Предписания К., которые цитирует Иона (Ibid. I 5; II 1, 5, 8, 13, 15, 19), отличаются от составленных святым «Правил для монахов» и «Правил для киновитов»; в спорах вокруг учения К. (конфликт с Теодорихом II и Брунхильдой, дело Агрестия) также не прослеживается связи с письменными текстами (Ibid. I 19; II 9-10). Эти данные заставляют усомниться в том, что именно этот текст оставил своим ученикам К. По мнению А. Дима, «устав» К. изначально представлял собой свод устных предписаний, принятие к-рого подчеркивало принадлежность монастыря к заложенной святым традиции и связь с главной обителью, Луксовием. О следовании образу жизни монахов Луксовия (ad modum Luxouiensis monasterii) говорится в грамотах еп. Фарона мон-рю Ресбак и еп. Драузия Свессионского (Суасонского) мон-рю Пресв. Девы Марии в Свессионе (667). Согласно грамоте св. Элигия мон-рю Солемниак (638), попечение об обители, освобожденной от епископской юрисдикции, было поручено аббату Луксовия (MGH. Scr. Mer. T. 4. P. 748). В нормы «устава» входила верность дисциплине и послушание аббату, литургические обычаи, определение мон-ря как священного пространства, закрытого для мирян (Diem. 2002; Idem. Monks. 2007; Idem. 2011. P. 64-70). В реальности каждый мон-рь, принадлежавший к традиции К., следовал своему набору правил, заимствованному из разных источников. Так, согласно Житию св. Филиберта, основатель мон-ря Гемметик посетил обители, жившие по «уставу» К. (cenobia sub norma sancti Columbani degentia) в Галлии и Италии. При создании устава для своего мон-ря Филиберт, «подобно мудрейшей пчеле», заимствовал все самое полезное из правил святых Василия Великого, Макария, Бенедикта и К. (Basilii sancti charismata, Macharii regula, Benedicti decreta, Columbani instituta sanctissima - Vita Filiberti. 5 // MGH. Scr. Mer. T. 5. P. 587; ср.: Fox. 2014. P. 298-300).

Дискуссионным является вопрос о том, знал ли К. Устав прп. Бенедикта (см. ст. Венедикт Нурсийский) или нет. Ж. Мабильон и А. де Вогюэ считали, что в 1-й гл. «Правил для монахов» цитируется 5-я гл. Устава Бенедикта, который К. мог получить от свт. Григория Великого. Однако предполагаемая цитата - единственная и к тому же не является точной; в лучшем случае здесь можно усматривать аллюзию на общий источник. Тем не менее во мн. монастырях традиции К. использовались правила, названные в источниках «устав святых Бенедикта и Колумбана». В грамоте св. Элигия об этом уставе говорится как о правилах, действовавших в Луксовии: насельники Солемниака должны были «следовать стезей святейших мужей монастыря Луксовий» и строго соблюдать «устав блаженнейших отцов Бенедикта и Колумбана» (MGH. Scr. Mer. T. 4. P. 747; см.: Diem. 2011. P. 67-68). По мнению большинства исследователей, Устав прп. Бенедикта был принят в Луксовии и затем в Бобии вскоре после кончины К., правила к-рого постепенно вытеснялись как излишне суровые. Преемники К., не обладавшие качествами своего учителя, «харизматичного лидера», были вынуждены ввести свод правил, более четко регламентировавший жизнь и устройство монастыря, чем наставления святого (Prinz. 1965. S. 121-151, 263-292). Согласно де Вогюэ, бенедиктинский устав и устав К. могли одновременно использоваться в Луксовии еще при жизни основателя (La Règle de S. Benoît / Éd. A. de Vogüé. P., 1972. Vol. 1. P. 163-169. (SC; 181)). По предположению Т. М. Чарлза-Эдвардса, «Правила для монахов» могли изначально быть задуманы как дополняющие Устав прп. Бенедикта, или, напротив, бенедиктинский устав стали использовать в связи с тем, что правил К. было недостаточно для организации монашеской жизни (Charles-Edwards. 2000). Согласно др. версии, речь шла не об Уставе прп. Бенедикта, а об Уставе Учителя (Regula Magistri). По мнению М. Данн, Устав Учителя был составлен в мон-ре Бобий при аббате Бертульфе на основе Устава Бенедикта и правил К. (Dunn. 2000. P. 171, 173, 182-186, 243) (это противоречит гипотезе де Вогюэ, согласно к-рой Устав Учителя был создан в 1-й четв. VI в. в Кампании, возможно в окрестностях Рима, и послужил образцом для Устава прп. Бенедикта; см.: La Règle du Maître / Éd. A. de Vogüé. P., 1964. (SC; 105-7)). Высказывалось также мнение, что К. мог использовать Устав Учителя при составлении «Правил для монахов» (Stancliffe. 2011. P. 23-25).

В любом случае большинство ученых вслед за Ф. Принцем полагают, что в VII в. распространение Устава прп. Бенедикта было связано с монастырями, к-рые придерживались традиции К. (см.: Prinz. 1965. S. 262-292). В ряде мест этот процесс привел к появлению т. н. смешанных правил, использовавшихся в мон-рях традиции К. Об «уставе святых Бенедикта и Колумбана» упоминается в привилегиях епископов Фарона Мельдского (636 или 637), Эммона Сенонского (Сансского) (657), Бертефреда Амбианского (664) и др. (см.: Diem. 2002; Idem. 2011. P. 67). Согласно грамоте св. Аманда аббату Андрею, в монастыре Баризиак был введен «устав господина Бенедикта и господина Колумбана». В «двойных» монастырях использовались правила, составленные с учетом Устава прп. Бенедикта, традиций К. и Устава св. Кесария, еп. Арелатского (Арльского), предназначенного для жен. обителей (этот устав был принят в мон-ре св. Радегунды в Пиктавии - Greg. Turon. Hist. Franc. 40, 42). По словам Ионы, в жен. мон-ре, основанном в Везонционе еп. Донатом и его матерью Флавией, был введен «устав» К. (Ionas. Vita Columbani. I 14). Однако правила этого мон-ря представляют собой самостоятельное произведение, основанное на уставах святых Бенедикта, К. и Кесария Арелатского (CPL, N 1860; см.: Prinz. 1965. S. 80-81; Diem. 2012). «Устав» К. был принят также в монастыре Эбориак (Ionas. Vita Columbani. II 11); правила, данные аббатом Вальдебертом монахиням Эбориака, отождествляются с Уставом некоего отца для дев (Regula cuiusdam patris ad uirgines), в к-ром также использованы правила святых Бенедикта и К. (CPL, N 1863; Prinz. 1965. S. 143; Diem. Rewriting Benedict. 2007). Правила святых Бенедикта, К. и Кесария Арелатского были приняты в жен. мон-ре Камаларии (ныне Шамальер, близ г. Клермон-Ферран) (Passio Praeiecti. 15 // MGH. Scr. Mer. T. 5. P. 235) (о правилах жен. мон-рей см.: Dunn. 2000. P. 173-177). Согласно Диму, выражение «устав святых Бенедикта и Колумбана» указывает не на конкретные тексты, а на отдельные нормы, восходившие к учению этих святых, напр. на введение в том или ином мон-ре свободы избрания аббата братией, предусмотренной в Уставе прп. Бенедикта (Diem. 2002). Исследователь определил «устав святых Бенедикта и Колумбана» как «идеал монашеской жизни, укорененный в традиции Колумбана и подкрепленный авторитетом св. Бенедикта» (Idem. 2011. P. 68-69). Комбинирование правил монашеского общежития, восходивших к тому или иному наставнику, в этот период было скорее нормой, чем исключением. Письменные монашеские уставы еще не рассматривались как самодостаточные и несовместимые своды правил. Только в результате церковных преобразований эпохи Каролингов, благодаря деятельности св. Бенедикта Анианского и особенно под влиянием Клюнийской реформы Устав прп. Бенедикта приобрел высокий авторитет и стал рассматриваться как идеальное монашеское правило (см.: Wood. 1994. P. 185-189; Charles-Edwards. 2000. P. 383-389; Diem. 2011).

Вопросы, связанные со следованием К. традициям ирл. монашества, остаются дискуссионными. Нек-рые исследователи считали, что К. перенес на континент монашеские правила, усвоенные им в Беннхоре. Т. о., мон-ри К. в Галлии и Италии были ирл. «духовными колониями», положившими начало традиции «гиберно-франкского» монашества (Prinz. 1965. S. 121-124; Stevenson J. B. The Monastic Rules of Columbanus // Columbanus. 1997. P. 204-205). Др. исследователи указывали на то, что о жизни ирл. монахов в эпоху К. почти не сохранилось сведений; неясно, существовали ли в Ирландии письменные монастырские уставы, подобные «Правилам для монахов» и «Правилам для киновитов». Вероятно, правила ирл. мон-рей были основаны на сочинениях святых Василия Великого, Иоанна Кассиана и блж. Иеронима, к-рые использовал и К. Однако К. был знаком с трудами галльских авторов (Фавста Рейского и Кесария Арелатского), состоял в переписке с папой Римским свт. Григорием I Великим; возможно, ему были известны и монашеские уставы, составленные на континенте. Т. о., деятельность К. следует рассматривать скорее в русле галльской традиции (Stancliffe. 2011). Исследователи также указывали на то, что в монастырях К. ирландцы составляли незначительное меньшинство насельников (Fox. 2014. P. 295-296), а преемники святого были вынуждены отказаться от большинства введенных им ирл. обычаев (Prinz. 1965. S. 286-287; Diem. Monks. 2007).

Сочинения

Корпус сочинений К. был реконструирован ирл. францисканцем Патриком Флемингом (1599-1631), работавшим с рукописями из аббатства Боббио и из герм. книжных собраний. Флеминг пришел к выводу, что К. принадлежат 5 посланий, 2 монашеских устава, пенитенциал, 17 проповедей и неск. стихотворений. Комментированное издание этих сочинений, подготовленное Флемингом, было задержано из-за гибели ученого. Публикацию трудов К., а также Жития К., составленного Ионой из Боббио, и сборника чудес святого (Miracula Columbani) по материалам Флеминга осуществили сотрудники ирл. коллежа св. Антония в Лувене во главе с францисканцем Томасом О'Ширином (Fleming P. Collectanea Sacra seu S. Columbani Hiberni abbatis... acta et opuscula. Lovanii, 1667). Рукописная традиция сочинений К. указывает на то, что в средние века лишь немногие из них получили распространение. Большинство рукописей происходит из аббатства Боббио, нек-рые сочинения сохранились в герм. манускриптах, гл. обр. в б-ке аббатства Санкт-Галлен. Из Жития К. известно о несохранившихся сочинениях святого. Так, во время обучения у Синилиса К. составил толкование на псалмы (psalmorum librum elimato sermone exponeret), песнопения и учебники (multaque alia, quae uel ad cantum digna uel ad docendum utilia, condidit dicta). В каталогах книжных собраний Боббио и Санкт-Галлена IX в. упоминается комментарий на Псалтирь, автором которого считался К. В наст. время о рукописях этого комментария нет сведений; попытки отождествить его с сохранившимися анонимными сочинениями признаны неудачными (см.: Bullough D. A. The Career of Columbanus // Columbanus. 1997. P. 4-5).

По мнению Дж. С. М. Уокера, автора критического издания трудов святого (Opera. 1970), К. получил очень хорошее образование и был знаком с трудами мн. авторов, как христианских, так и классических, особенно лат. поэтов (см., напр.: Richter. 1999. P. 114-115, 121). Однако свидетельства использования К. классической и позднеантичной поэзии (Овидий, Гораций, Теренциан Мавр, Авзоний, Пруденций, Ювенк) содержатся в стихотворениях, которые скорее всего не принадлежат ему (Smit. 1971. P. 167-253). На основе др. сочинений К. можно предположить, что он был знаком с поэмами Вергилия, но даже это вызывает сомнения. Лит. наследие античности было известно К. через посредство христ. писателей, особенно блж. Иеронима, сочинения к-рого святой высоко ценил. С большей уверенностью можно говорить о христ. авторах, труды к-рых читал К.: это Евсевий Кесарийский («Церковная история») и свт. Григорий Богослов (речи) в лат. переводе Руфина Аквилейского, Сульпиций Север, прп. Иоанн Кассиан, Геннадий Массилийский (Марсельский), Псевдо-Анатолий Лаодикийский («Пасхальный канон»), свт. Фавст Рейский и свт. Кесарий Арелатский, вероятно также Целий Седулий («Пасхальная песнь»). По мнению К. Морманн, стиль К. сложился в основном под влиянием христ. авторов IV-V вв. (Mohrmann. 1962).

Послания

К. не сохранились в рукописях и известны только по спискам, сделанным Флемингом (по ркп. из Боббио), О'Ширином и мон. Йодокусом Мецлером (1574-1639), библиотекарем аббатства Санкт-Галлен (St. Gallen. Stiftsbibl. 1346). Использованные ими рукописи впосл. были утрачены. Согласно Уокеру, эти копии, особенно выполненные Флемингом, отличаются бережным отношением к тексту: эрудиты XVII в. аккуратно передавали рукописные чтения и воздерживались от произвольных исправлений, хотя текст посланий в рукописях был представлен в сильно испорченном виде. Известно о несохранившихся посланиях К., адресованных папе Римскому Григорию I Великому, еп. Аридию Лугдунскому и др. (см.: Leso. 2013. P. 360-361).

Послания К. написаны пышным риторическим стилем с использованием редких и необычных слов (напр., грецизма micrologus со значением «грубый, неуклюжий, косноязычный» - Stanton. 1993. P. 159-160; Lapidge M. «Precamur Patrem»: An Easter Hymn by Columbanus? // Columbanus. 1997. P. 258-260), большого числа синонимов и эпитетов, а также диминутивов. Среди риторических фигур, к к-рым прибегал автор,- синтаксический хиазм, аллитерация, гомеотелевтон и антитеза (эти особенности характерны для гиберно-латинских сочинений VI-VIII вв.); регулярно используются риторические вопрошания и восклицания. К. предпочитал изъясняться короткими фразами, но нередко расширял их за счет риторической амплификации; грамматические и синтаксические ошибки отсутствуют. Библейские цитаты приведены как по Вульгате, так и по старолат. версиям, в т. ч., вероятно, несохранившимся. Характер цитат и реминисценций показывает, что К. был хорошо знаком со Свящ. Писанием, мн. фрагменты знал наизусть. Из христ. авторов он чаще всего использовал труды Иеронима; в ряде посланий К. цитировал трактат «О погибели Британии» св. Гильды (Winterbottom. 1976; о литературном стиле посланий подробнее см.: Wright N. Columbanus's Epistulae // Columbanus. 1997. P. 29-92).

Первое послание, адресованное папе свт. Григорию I Великому, написано между 595 и 603 гг., когда К. жил в Луксовии. В рукописях текст был испорчен, поэтому Флеминг считал его публикацию невозможной (издание 1-го послания было подготовлено О'Ширином, обнаружившим более исправный текст); в издании и переводе Уокера содержатся неточности (см. комментированный перевод послания (Stanton. 1993), в котором учтены замечания Й. В. Смита). В послании К. обращается к «святому господину и отцу во Христе, великолепному украшению Римской Церкви, да и всей иссохшей Европы превысочайшему цвету», называя себя «бар Иона, ничтожный голубь» (здесь обыгрывается значение имени К. (голубь) и проводится параллель не только с прор. Ионой (Columbanus. Ep. 4. 8; 5. 16), но и с Симоном бар Ионой, т. е. ап. Петром - см.: Smit. 1971. P. 141-159; Leso. 2013. P. 386-387). Основная тема послания - защита К. пасхалии Псевдо-Анатолия, использовавшейся в Ирландии (см.: Mosshammer A. A. The Easter Computus and the Origins of the Christian Era. Oxf.; N. Y., 2008. P. 135-145). Автор приводит похвальные отзывы Евсевия и блж. Иеронима о свт. Анатолии Лаодикийском, к-рому приписывался текст, порицает «смехотворную» пасхалию Виктория Аквитанского (Ibid. P. 239-244) и галльских епископов, соблюдавших ее; К. также отрицательно отзывается о св. Льве I Великом, при к-ром пасхалия Виктория, вероятно, была принята Папским престолом. Согласно К., «наши наставники и древние ирландские философы» (nostris magistris et Hibernicis antiquis philosophis et sapientissimis) после тщательного изучения отвергли таблицу Виктория, т. к. в ней содержались еретические погрешности (автор приводит богословские и экзегетические аргументы, касавшиеся исчисления дат празднования иудейской и христ. Пасхи). По мнению К., только пасхалия Псевдо-Анатолия соответствовала истинному Преданию Церкви, тогда как пасхалию Виктория следовало запретить. Переходя к др. теме, К. спрашивает папу Римского о том, можно ли состоять в общении с епископами, виновными в симонии и нарушении обета целомудрия (по словам автора, эти канонические нарушения были широко распространены в Галлии). К. также спрашивает Григория Великого об отношении к монахам, к-рые уходили из мон-ря «ради Бога» и из стремления к пустынножительству (pro Dei intuitu et uitae perfectioris desiderio accensi), не получив разрешения настоятеля и, т. о., нарушив обеты (автор ссылается на ответы св. Гильды Финниану, но не приводит их содержание). К. с одобрением упоминает прочитанное им «Пастырское правило» свт. Григория Великого и просит папу прислать его проповеди на книгу прор. Иезекииля, т. к. толкование блж. Иеронима было неполным, а также проповеди на Песнь Песней, «чтобы возблагодарила тебя за это слепота [т. е. невежество] пришельца с Запада». В заключение К. просит папу дать письменный ответ (на вопрос о пасхалии), даже если он будет отрицательным. От управляющего папским патримонием Кандида он получил устный ответ папы, сводившийся к тому, что давно принятый обычай трудно отменить; К. возражает, что «заблуждение, конечно, старо, но опровергающая его истина еще старше».

Второе послание адресовано галльским епископам, собравшимся в Кабиллоне (602 или 603) и призвавшим святого объяснить, почему он придерживается ирл. пасхалии. К. с иронией указывает на то, что епископы оказали ему честь, созвав синод, тогда как Соборы в Галлии проводятся редко и нерегулярно. Автор советует прелатам обратить внимание на укоренившиеся канонические нарушения, вместо того чтобы обсуждать пасхалию. Рассуждая о том, какими должны быть истинные пастыри, К. подчеркивает, что им следует подтверждать делами то, что они проповедуют, т. к. проповедник Христа должен быть подобен Христу (см.: Bracken. 2008. P. 267-271). Епископам не следовало нарушать покой монахов, «хранящих безмолвие в этих лесах», прибывших из дальних краев, чтобы следовать за Христом. Подчеркивая, что он «ради Христа Спасителя, общего нашего Господа и Бога, паломником прибыл на эти земли», К. убеждает епископов примириться с существованием мон-ря: «Молю, да примет нас всех Галлия, как примет нас и Царство Небесное... Единое нам Царство обещано, единая у нас надежда на призвание во Христе, с Которым мы будем царствовать, если прежде здесь пострадаем с Ним, так что вместе с Ним и прославимся». Объединяя темы ирл. обычаев и аскетического подвига, К. пишет о своей безусловной преданности ирл. традициям: «Я верю преданию моего отечества» (credo traditioni patriae meae), это «наши каноны, Господни и апостольские заповеди, в них наша вера» (nostri canones, dominica et apostolica mandata, in his fides nostra est). «Вы же, отцы святые, посмотрите, что вы причиняете этим нищим старым воинам, этим престарелым паломникам. Думается мне, было бы для вас лучше покоить их, нежели тревожить».

Третье послание обращено к папе Римскому (имя адресата отсутствует); вероятно, оно было написано либо в 604, либо в 606 или 607 г., после кончины папы Сабиниана (604-606) и до избрания Бонифация III (607) (Grosjean. 1946. P. 208-210). Как следует из послания, К. убедился в том, что не может рассчитывать на отказ Папского престола от пасхалии Виктория. Продолжая мысль, заложенную в послании галльским епископам, святой просит папу Римского разрешить его монахам соблюдать «в паломничестве» ирландские обычаи (cum nostrorum regulis manemus seniorum), «если предание наших старцев не противоречит вере». Твердо отказываясь принять «правила этих галлов», К. обосновывает правомерность соблюдения разных пасхалий примером папы Аникета и сщмч. Поликарпа Смирнского, которые поддерживали дружественные отношения, несмотря на разницу способов вычисления даты Пасхи (Euseb. Hist. eccl. IV 14): каждый «хранил то, что принял, и пребывал в том, в чем был призван». В заключение К. указывает на 1-й канон К-польского Собора 381 г., разрешавший Церквам, основанным у варварских народов (ecclesias Dei in barbaris gentibus constitutas), соблюдать особые обычаи (suis uiuere legibus, sicut edoctas a patribus).

Четвертое послание, адресованное монахам Луксовия, написано К. в 610 г. в Намнетах, в ожидании высылки из Галлии. Активно используя риторические приемы, обращаясь то ко всем монахам, то к Аттале, святой пытается передать им свою обеспокоенность будущим мон-ря. К. призывает монахов к миру и согласию, подчеркивая, как важно сохранять единство общины в беспрекословном послушании настоятелю (наместником (praepositus) Луксовия К. назначает Атталу; если тот пожелает последовать за учителем, братию должен возглавить Вальделен). Согласно К., человеком правят гордыня (supercilium) и страсти (concupiscentiae), поэтому в людях пробуждается животное начало (beluinum), их раздирают конфликты. Но монахи стремятся жить в соответствии с образом Божиим, заложенным в человеке; послушанием, нестяжанием и постом они пытаются побороть страсти. Используя свое излюбленное выражение, К. уподобляет путь монаха следованию за Христом: «В том и состоит евангельская истина, что истинные ученики распятого Христа следуют за Ним с крестом... Блажен тот, кто делается соучастником Его страданий и Его унижения. В этом скрыто нечто поразительное, ведь Божие неразумие мудрее людей, и Божия слабость сильнее людей. Странным образом в неразумии скрыта непостижимая мудрость, и в слабости - несравненная сила». Нельзя следовать за Христом, не побеждая страсти: «Если ты упразднишь врага, то упразднишь и битву; если упразднишь битву, упразднишь и венец». Неудивительно, что мир ополчается на монахов, пытаясь помешать им следовать по пути Христа. Поэтому монахи должны сохранять единство, непременное условие их спасения: «Не думайте, что вас преследуют одни лишь люди: в них - демоны, которые завидуют тому, что есть у вас. Поднимите против них оружие Божие... и прокладывайте путь на небо, выпуская пламенные молитвы, словно стрелы. Тогда все, о чем бы вы ни попросили с верой и в единодушии, будет вам дано».

Пятое послание, адресованное папе Бонифацию IV, написано К. в кон. 612 или в 613 г. в Медиолане. Его основная тема - церковный раскол, последовавший за принятием папой Римским Вигилием решений V Вселенского Собора. Послание, самое пространное из писем К., отличается пышным стилем и «нервной риторикой» (Opera. P. XXXVIII; ср.: Bullough D. A. The Career of Columbanus // Columbanus. 1997. P. 24-25). Как и в послании монахам Луксовия, К. использует яркие риторические приемы, чтобы передать свою крайнюю обеспокоенность состоянием дел и убедить адресата в серьезности сложившегося положения. Иронические и даже насмешливые пассажи перемежаются с серьезными размышлениями о долге христианина и особенно пастыря Церкви, об опасности, угрожающей душам людей. Указывая на плачевное положение Церкви, К. поднимает вопрос об ответственности, к-рая лежит на папе Римском и на каждом христианине. По словам святого, схизматики уверяли его, что Папский престол захвачен сообщниками еретиков и раскольниками (hereticorum receptores... ac schismaticos), т. к. папа Вигилий принял лжеучения «древних еретиков» Евтихия, Нестория и Диоскора. Высказывалось мнение, что эти противоречивые обвинения свидетельствуют о плохом понимании К. сути разногласий (Schieffer. 1976. S. 196-197). Однако подобные утверждения содержатся и в др. источниках. Так, св. Ницетий, еп. Треверский, в послании имп. Юстиниану I призывал его очиститься от обвинений в ереси Нестория и Евтихия (MGH. Epp. T. 3. P. 118-119). Франк. епископы знали о постановлениях V Вселенского Собора и о давлении, к-рому в К-поле подверглись папа Вигилий и св. Датий, еп. Медиоланский. Как и К., они настаивали на том, чтобы спорные вопросы были преданы забвению, тогда как папа Римский должен был доказать, что он по-прежнему является «хранителем халкидонской ортодоксии» (Gray, Herren. 1994; Wood I. The Franks and Papal Theology, 550-660 // The Crisis. 2007. P. 223-241; Charles-Edwards. 2000. P. 377; Leso. 2013. P. 379-380). По мнению К., единственным способом прекратить схизму был созыв синода, на к-ром папа Римский мог подтвердить свою приверженность «апостольской вере».

В 5-м послании К. подробно излагает свою позицию по вопросу о папском примате. Святой был знаком с принятой в Риме экклезиологической концепцией и в целом разделял ее. Основание Церкви и вручение ап. Петру ключей от Царства Небесного (Мф 16. 17-19) К. рассматривает как доказательство исключительных полномочий папы Римского, преемника ап. Петра. Используя выражения «апостольский престол» (sedes apostolica), «кафедра Петра» (cathedra Petri) и «глава Церкви» (caput ecclesiae), К. называет Римскую кафедру «верховным престолом православной веры» (fidei orthodoxae sedem principalem). Обращаясь к папе с иронией и даже с насмешкой («ничтожнейший высочайшему, малейший величайшему... убогий могучему - какое диво, неслыханное дело, редкая птица! - отцу Бонифацию отважился написать Колумба» (Palumbus)), К. подчеркивает свою преданность Папскому престолу (deuincti sumus cathedrae sancti Petri). Обыгрывая имя папы Вигилия (forte non bene uigilauit Vigilius), святой пишет о «бесчестье» (infamia), к-рое ошибочные действия папы навлекли на Римскую кафедру, призывает Бонифация IV «очистить кафедру Петра от всякого заблуждения» (ut mundes cathedram Petri ab omni errore) и «развеять туман подозрений вокруг кафедры св. Петра» (ut caligo suspicionis tollatur de cathedra sancti Petri). К. подчеркивает, что по заслугам апостолов Петра и Павла «вы находитесь у небесного порога, а Рим - глава Церквей всего мира», не считая Иерусалимской Церкви, обладающей особым достоинством (uos prope caelestes estis, et Roma orbis terrarum caput est ecclesiarum, salua loci dominicae resurrectionis singulari praerogatiua). Ап. Петр получил ключи от Царства Небесного благодаря исповеданию веры, и власть папы связана с его обязанностью хранить истинную веру (unitas fidei in toto orbe unitatem fecit potestatis et praerogatiuae). Поэтому на папе лежит огромная ответственность: искажение чистоты вероучения может повлечь утрату им власти (dignitas, potestas). К. призывает Бонифация IV отвергнуть отрицательный пример Вигилия и проявить попечение о Церкви. Если папа последует ап. Петру в исповедании веры, вся Церковь последует его примеру (tu Petrum, te tota sequatur ecclesia - Ep. 5. 17). Папа должен «пробудиться», ибо приближается Второе пришествие (tempus est de somno surgere, Dominus appropinquat): «Все ждут тебя, потому что только ты можешь все привести в порядок» (te totum expectat, qui potestatem habes omnia ordinandi).

Поучая Бонифация IV, К. отстаивает свое право на братское увещевание: он изображает себя сторонним наблюдателем, странником, пришедшим из дальних краев, чей христ. долг - напомнить папе о его обязанностях. Святой подчеркивает, что он явился из Ирландии, жители к-рой некогда приняли веру от «вас, преемников св. апостолов». Поэтому ирландцы, «живущие на краю света», тоже являются учениками Петра и Павла и всех апостолов; никто из них не был «еретиком, жидовствующим или схизматиком». Т. о., право К. указывать папе Римскому, что тому следует сделать, основано не только на его долге как христианина, но и на ирл. происхождении святого, к-рое подтверждало чистоту его веры (Bracken. 2002; Idem. 2008; Leso. 2013. P. 382-389).

Шестое послание К., оставшееся неизвестным Флемингу, имеет особую рукописную традицию (текст сохр. в рукописях из аббатства Боббио - Taurin. G. VII. 16 (2-я пол. IX в.); Taurin. G. V. 38 (IX-X вв.)); высказывались сомнения в авторстве К. Указание на адресата отсутствует; автор обращается к ученику, «любимому мальчику и милому служителю», убеждая его усердно бороться со страстями и стремиться к спасению. Перечисляя добродетели, к-рые должен воспитывать в себе ученик, автор подчеркивает, что юность - благоприятное время для аскетических подвигов, к-рые помогут ему одержать верх над пороками и достичь Царства Небесного.

«Правила для монахов»

не являются полноценным уставом, освещающим вопросы организации монастырской жизни, а представляют собой скорее духовное руководство для монахов, больше теоретическое, чем практическое (за исключением главы о богослужении).

В рукописях это сочинение называется «Regula monachorum» или «Regula coenobitarum (coenobialis)» (в изданиях и научной лит-ре принято 1-е название, чтобы отличать это сочинение от «Правил для киновитов», также сохранившихся под именем К.). Текст известен в 2 редакциях. Первая редакция состоит из 10 разделов: «О послушании», «О молчании», «О пище и питии», «О нищете и стяжательстве», «О тщеславии», «О целомудрии», «О богослужении», «О различении [духов]», «Об умерщвлении (смирении)», «О совершенстве монаха». Во 2-й редакции всего 14 глав (по сравнению с 1-й редакцией пропущены 7-я и 10-я главы, а 1-я и 8-я разделены на неск. глав). Первая редакция сохранилась преимущественно в рукописях из Боббио и обычно дополняется Пенитенциалом К. или «Правилами для киновитов» (ркп.: Taurin. G. V. 38. Fol. 80v - 90, IX-X вв.; Taurin. G. VII. 16. Fol. 2-13v, 2-я пол. IX в.; Monac. Clm. 28118. Fol. 86v - 98r, нач. IX в.; копия этой рукописи, содержащей «Codex regularum» Бенедикта Анианского,- Köln. Stadtarchiv. W. fol. 231. Fol. 72v - 76, 1465-1467 гг.). 2-я редакция известна по рукописям из герм. монастырей (Санкт-Галлен, Райхенау, Санкт-Эммерам в Регенсбурге) и обычно соседствует с 5-й проповедью К. (Sermo 5) и «Правилами для киновитов» (Zürich. Zentralbibl. Rh. hist. 28. Fol. 4-53v, IX в.; St. Gallen. Stiftsbibl. 915. Fol. 47-53v, X в.; Monac. Clm. 14949 (Em. w. 6). Fol. 8-16, XV в.; Stuttg. Cod. theol. oct. 64. Fol. 93-100, XII в.; Bamberg. Staatsbibl. Ms lit. 143 (olim B VI 15). Fol. 63-63v, 73v - 78, XII в.; Salzburg. St. Peterstift. b IX 20. Fol. 3v - 6, XV в.).

В критическом издании Уокера (Opera. 1970. P. 122-142) использованы не все известные рукописи (см.: O'Hara A. Columbanus and Jonas of Bobbio: New Textual Witness // Peritia. 2011/2012. Vol. 22/23. P. 188-190). Среди неучтенных выделяются 2 рукописи IX в.- Lambach. Stiftsbibl. 31. Fol. 103-108v и Paris. lat. 4333B. Fol. 26v - 37; остальные рукописи относятся к позднему средневековью (Vindob. 1550. Fol. 79v - 84v, XII-XIII вв.; Göttweig. Stiftsbibl. 112 (57). Fol. 40-43, XII в.; Graz. Univ. Bibl. 480 (39/47 f.). Fol. 41v - 44v, XII в.; Klosterneuburg. Augustiner-Chorherrenstift. Cod. 587. Fol. 57v - 61, XII в.; Admont. Stiftsbibl. 331. Fol. 40v - 43, XIII в.; Klosterneuburg. Augustiner-Chorherrenstift. Cod. 570. Fol. 86-89, XIV в. (только главы 1-8); Lilienfeld. Stiftsbibl. 113. Fol. 118v - 120v, XV в.; Graz. Univ. Bibl. 655 (36/37 f.). Fol. 264-264v, XV в.; Bod. Lyell 60 [olim Melk 194 D.32], XV в.; Vindob. 3878. Fol. 175-177v, XV в.). Известны также неск. фрагментов: Taurin. G. V. 7. Fol. 103v, IX в. (только 9-я гл., из Боббио); Paris. lat. 10879. Fol. 30, 33, 35-46, X-XI вв. (из Люра); Berolin. SB. Phillipps. 1747. Fol. 29v - 30, 33v, 48v - 49v, XI в.; Basel, Universitätsbibl. B III 16. Fol. 54-55, сер. XII в. Отдельные цитаты и главы из «Правил для монахов» были включены св. Бенедиктом Анианским в его собрание монашеских правил (Concordia regularum. 6. 12; 8. 3-4; 9. 6; 10. 3; 23. 9; 48. 2).

Большинство исследователей относят «Правила для монахов» к аутентичным сочинениям К. В отношении целостности текста есть разногласия: ряд ученых считают более поздним дополнением 10-ю гл., в которой цитируется письмо блж. Иеронима Рустику (Hieron. Ep. 125. 15), хотя Уокер и де Вогюэ рассматривали ее как подлинную.

В основу структуры сочинения, вероятно, положено учение о 8 греховных страстях, с к-рыми надлежит бороться монаху, детально описанное в сочинениях прп. Иоанна Кассиана. По мнению Уокера, К. ориентировался на практику монастыря Беннхор и суммировал учение св. Комгалла (Opera. 1970. P. XLVII). Ж. Лапорт полагал, что первые 6 глав «Правил для монахов» являются сокращением устава св. Комгалла (Laporte. 1956. P. 1-8). Др. ученые подчеркивали влияние вост. монашеских традиций (напр., в 9-й гл. встречается цитата из «Сентенций» Секста, см.: Vogüé A., de. «Ne juger de rien par soi-même»: Deux emprunts de la Règle colombanienne aux Sentences de Sextus et а saint Jérôme // RHSp. 1973. Vol. 49. P. 129-134) или творений прп. Иоанна Кассиана (см.: Stevenson J. B. The Monastic Rules of Columbanus // Columbanus. 1997. P. 203-216). Напр., «наши старцы» (a senioribus nostris), упомянутые в Regula monachorum. 7, могли быть как ирл. наставниками К., так и егип. старцами, жизнь которых описывал прп. Иоанн Кассиан.

На К. несомненно оказало влияние учение прп. Иоанна Кассиана о 3 этапах духовной жизни, которые должен пройти монах: обнищание - очищение от страстей - любовь к Богу (ср.: Ioan. Cassian. De inst. coenob. 4. 43; Idem. Collat. 3. 6). Как для современников К., так и для исследователей наиболее характерной чертой монашеских правил К. была их суровость. Монаху разрешалось иметь только самое необходимое для жизни, но даже это имущество запрещено было называть своим, виновного наказывали 6 ударами плети (гл. 2). Наряду со строгими продолжительными постами практиковалась депривация сна как упражнение в бдении («Пусть монах ложится спать одетым и спит на ходу, и пусть его будят до окончания его сна» - гл. 10). Для традиции К. было характерно беспрекословное послушание монахов своему аббату: «Пусть боится препозита монастыря как Господа, любит его как отца, верит, что все, что тот повелит, полезно для его спасения» (гл. 10). Вместе с тем в «Правилах для монахов» говорится о важности молитвы в сердце и в уме с призыванием помощи Божией (гл. 7). Подчеркивается, что недостаточно хранить телесное целомудрие, нужно стремиться к чистоте помыслов (гл. 6). Суровые посты должны уравновешиваться умеренностью, чтобы добродетель воздержания не обратилась в порок гордыни (гл. 3).

В 7-й гл. «Правил для монахов» в общих чертах описывается устав богослужения. Суточный круг состоял, видимо, из 8 служб (см.: Stevenson J. B. The Monastic Rules of Columbanus // Columbanus. 1997. P. 203-216; Уокер насчитывал только 6): 2-го часа (ad secundam, аналог 1-го часа в др. литургических традициях; такое же название встречается в «Правилах для дев» свт. Кесария Арелатского и в 19-м каноне св. Гильды: Praefatio Gildae de Poenitentia // The Irish Penitentials / Ed. L. Bieler. Dublin, 1975. P. 62); 3-го (ad tertiam), 6-го (ad sextam), 9-го (ad nonam), вечерни (ad vespertinam), службы в начале ночи (ad initium noctis), службы в середине ночи (ad medium noctis) и утрени (ad matutinam). Все службы сгруппированы в 3 блока, получившие название chori. Внутри каждого блока первые 2 службы читают подряд, а 3-ю поют антифонно. Самой длинной и важной является утреня. Количество псалмов на утрене меняется в зависимости от времени года. С 1 нояб. по 25 марта полагаются 75 псалмов и 25 антифонов. С 25 марта по 24 июня каждую неделю отнимается нек-рое количество псалмов и антифонов, пока не останется 36 псалмов и 12 антифонов. С 24 июня по 1 нояб. каждую неделю прибавляют по 3 псалма и одному антифону, пока общее число не достигнет 75 псалмов и 25 антифонов за службу. В будние дни на утрене полагается 36 псалмов зимой и 24 псалма летом без возрастания или убывания. Дневные часы состоят из 3 псалмов с прошениями (о своих грехах, за всех христиан, за священство, за творящих милостыню, о мире, за врагов). Ночные часы (ad vespertinam, ad initium noctis, ad medium noctis) состоят из 12 псалмов (canonicus duodenarius psalmorum numerus). В этом обычно видят влияние вост. традиций, хотя эта практика могла появиться под влиянием сочинений прп. Иоанна Кассиана (К. ссылается на неких catholici, об идентификации которых спорят). Сравнение данного устава с Бангорским Антифонарием и со связанными с ним памятниками (т. н. Туринскими и Парижскими фрагментами) показывает, что в течение VII в. оффиций в мон-рях К. обогащался дополнительными элементами (библейскими песнями, коллектами, гимнами и т. п.) под влиянием галликанских и североиталийских традиций (см. ст. Кельтский обряд).

«Правила для киновитов»

(Regula coenobialis) представляют собой скорее пенитенциал, чем монашеский устав (это отражено в заглавии одной из рукописей). Текст сохранился в 2 редакциях - краткой и пространной. Краткая редакция представлена рукописями St. Gallen. Stiftsbibl. 915. Fol. 170-184, X в.; Monac. Clm 14949 (Em. w. 6). Fol. 1-8, XV в.; Salzburg. St. Peterstift. b IX 20. Fol. 1-3v, XV в.; Vindob. 1550. Fol. 74v - 79v, XII-XIII вв. Пространная редакция сохранилась в составе «Codex regularum» (Monac. Clm 28118. Fol. 89-92v, нач. IX в.; Köln. Stadtbibl. W. 231. Fol. 76-79v, 1465-1467 гг.) и имеет двойное заглавие: «Incipit penitentialis eiusdem» и «De diversitate culparum». Неск. рукописей не использованы в критических изданиях: Paris. lat. 4333B. Fol. 37-50v, IX в.; Lambach. Stiftsbibl. 31. Fol. 97-103, IX в.; Göttweig. Stiftsbibl. 112 (57). Fol. 37-40, XII в.; Admont. Stiftsbibl. 331. Fol. 38, XIII в.; Klosterneuburg. Augustiner-Chorherrenstift. 587. Fol. 53-57v, XII в.; 570. Fol. 83v - 88, XIV в.; Graz. Univ. Bibl. 480 (39/47 f.). Fol. 39-41v, XII в.; 655 (36/37 f.). Fol. 264-264v, XV в.; Lilienfeld. Stiftsbibl. 113. Fol. 117-118v, XV в. «Правила для киновитов» цитируются в Concordia regularum. 30. 17; 31. 17-20; 76. 20; основное критическое издание: Opera. 1970. P. 142-168.

Вопрос об авторстве К. окончательно не решен. Уокер считал, что К. принадлежат только первые 9 глав сочинения, а остальное написано учениками (Opera. 1970. P. L-LII). Высказывалось мнение, что весь текст является подделкой, составленной для компрометации деятельности К. (Ebrard J. H. A. Die iroschottische Missionskirche des VI, VII und VIII Jh., und ihre Verbreitung und Bedeutung auf dem Festland. Gütersloh, 1873). В пользу принадлежности К. говорят параллели с Житием святого, составленным Ионой: в деле Агрестия одним из пунктов обвинения было постоянное употребление в мон-рях К. крестного знамения при переходе из одного помещения в другое (это было связано с ирл. традицией выделения священного и профанного пространств) (Ionas. Vita Columbani. II 9; ср. главы 2-4 о различных благословениях в «Правилах для киновитов»). Автор Жития также сообщает о дозволении употреблять монахам пиво (cervisa) (Ibid. I 16), что подтверждается в 3-й гл. «Правил для киновитов».

Тем не менее, возможно, что «Правила для киновитов» претерпели определенную эволюцию после К. Если в 3-й гл. «Правил для монахов» говорится о ежедневном воздержании от пищи до вечера, когда дозволяется вкушать овощи, бобы, муку, разведенную водой, и хлеб, то в 13-й гл. «Правил для киновитов» такой пост предписывается только в среду и пятницу. Среди литургических практик в 9-й гл. «Правил для киновитов» упоминаются такие, которые не описаны в «Правиле для монахов»: пение гимнов в воскресные дни и на Пасху, коленопреклонение после каждого псалма, а в пасхальный период - совершение поклона с произнесением трижды Пс 69. 2.

Бóльшая часть «Правил для киновитов» вошла в состав т. н. смешанных правил - в «Правила Доната», «Правила некоего отца для девы» (вероятно, составлены Вальдебертом, 3-м аббатом Луксовия; см.: Moyse. 1982); дискуссионным является вопрос о связи с Уставом Учителя. Однако, судя по рукописной традиции, текст не получил широкого распространения за пределами Луксовия и Бобия, в др. монастырях он заменялся полноценными пенитенциалами. В «Правилах для киновитов» основной акцент делается на повседневных грехах, в отношении к-рых применяются различные наказания (от малых санкций в виде телесных наказаний, поклонов и т. д. до продолжительных постов). Обычно эту практику связывают с ирл. традициями, принесенными на континент К., однако подобные наказания, как и различение тяжких и повседневных грехов, отмечается уже в сочинениях прп. Иоанна Кассиана: «Если кто по какому-либо случаю разобьет глиняный кувшин (из которого пьют), того за свою небрежность обязывают принести публичное покаяние: во время общего собрания братьев на молитву, повергшись на землю, он должен просить прощения у всех; получает же его только после окончания богослужения, когда игумен велит ему встать с земли. Такой же епитимии подвергается тот, кто приходит не сразу после призыва на работу или молитву; кто, воспевая псалом, хоть немного покачнется... В этих и подобных им случаях употребляется духовное наказание; а для исправления прочих грехов, которые не к чести нашей у нас бывают терпимы, таких как открытая брань, явное пренебрежение, надменное прекословие, распущенность, свободный выход, близкое обращение с женщинами, гнев, споры, злоба, ссора, своевольный выбор дела, сребролюбие, пристрастие и обладание излишними вещами, которых нет у прочих братьев, неурочное и тайное употребление пищи и подобное тому, употребляются не духовные, а телесные наказания и изгнание из монастыря» (Ioan. Cassian. De inst. coenob. IV 16. 1).

В конце «Codex regularum» под именем К. сохранился фрагмент устава для жен. обителей - «Regula monialium» или «Regula Columbani ad virgines» (Monac. Clm 28118. Fol. 215-215v, нач. IX в.; Köln. Stadtbibl. W. 231. Fol. 210-211, 1465-1467 гг.; цитата содержится и в Concordia regularum. 26. 5). Издатель О. Зебасс считал его подлинным (Seebass O. Fragment einer Nonnenregel des 7. Jh. // ZKG. 1896. Bd. 16. S. 465-469), но Б. Круш в рецензии на это издание высказался против авторства К. (Krusch. 1926).

Неизданными остаются приписываемые К. правила в форме вопросоответов (Heidelberg. Salem. IX 24, XIII в.), но, по мнению Уокера, как по стилю, так и по содержанию они однозначно не принадлежат К. (Opera. 1970. P. XLVIII).

Пенитенциал К.

сохранился в 2 рукописях (Taurin. G. V. 38. Fol. 125-130v, IX-X вв.; Taurin. G. VII. 16. Fol. 62-70v, 2-я пол. IX в.), к-рые восходят к архетипу из Боббио. Критические издания текста: The Irish Penitentials / Ed. L. Bieler. Dublin, 1975. P. 96-107; Opera. 1970. P. 168-181; Laporte J. Le Pénitentiel de S. Colomban. Tournai, 1958 (в издании Лапорта деление на главы отличается от др. изданий). См. также: Aux sources du monachisme colombanien. Bégrolles-en-Mauges, 1989. T. 2: Saint Colomban. Règles et pénitentiels monastiques / Introd., trad. et not. par A. de Vogüé. Рус. перевод: Пенитенциалий св. Колумбана / Вступ. ст., пер. и коммент.: В. Г. Безрогов // СВ. 1997. Вып. 59. С. 224-232.

В соответствии с подзаголовками Пенитенциал делится на 2 части: для монахов (в изданиях обозначается литерой A) и для клириков, мирян и монахов (обозначается литерой B) (деление впервые введено в устаревшем изд.: Die Bussordnungen der abendländischen Kirche / Hrsg. H. Wasserschleben. Halle, 1851. S. 353-360). Чарлз-Эдвардс предложил выделить 5 блоков: А1-8 - о серьезных грехах монахов; А9-12 - о небольших проступках монахов; В1-12 - о грехах клириков; В13-25 - о грехах мирян; В26-29 - о малых санкциях для монахов (Charles-Edwards T. M. The Penitential of Columbanus // Columbanus. 1997. P. 217-239).

Большинство исследователей согласны с тем, что разд. А появился раньше и, вероятно, был принесен К. на континент из ирл. монастыря (на это указывают язык памятника и неразработанность епитимий), тогда как разд. B составлен в Бургундии для пастырского окормления мирян (на регион указывает упоминаемая в B25 ересь Боноза (ср.: Vita Agili. III 13 // ActaSS. Aug. T. 6. P. 580). Значительная часть текста имеет параллели в более раннем ирл. Пенитенциале Финниана (VI в.). На авторство К. могут указывать общие места с «Правилами для киновитов», а также требование полного послушания аббату (в A11 говорится, что тот, кто из гордыни не будет обращать внимания на слова настоятеля (препозита) или будет хулить правила (regula), тотчас же изгоняется из мон-ря). Возможно, текст составлялся и дополнялся постепенно, и история его происхождения более сложная (подробнее см.: Charles-Edwards T. M. The Penitential of Columbanus // Columbanus. 1997. P. 217-239).

Пенитенциал оказал влияние на последующую традицию франк. покаянных книг. В частности, прямые заимствования встречаются в т. н. Бургундском Пенитенциале 1-й четв. VIII в. (Paenitentiale Burgundense // Paenitentialia minora Franciae et Italiae saeculi VIII-IX / Ed. R. Kottje. Turnholti, 1994. P. 63-65). В основном использовался разд. В1-25 (в одном месте выражение laicus (мирянин) заменено словом clericus (клирик), что может указывать на адресатов Бургундского Пенитенциала). В Ирландии Пенитенциал К. не получил распространения, хотя активные связи между мон-рями К. на континенте и ирл. обителями сохранялись долгое время.

В отличие от правил К. Пенитенциал не стал предметом споров, т. к. предлагаемая им практика покаяния уже была известна на континенте. Бóльшая часть епитимий заключается в наложении продолжительных постов. При этом автор не отвергает существование более древней покаянной практики - канонической дисциплины (упом. длительная акинония (B11) и разряды кающихся (в B25 за причащение с еретиками (бонозианами) полагается 40 дней стоять с катехуменами, потом еще 80 дней - с пенитентами)). Автор также настаивает на строгом соблюдении клириками целибата (B 8).

Проповеди

(Sermones или Instructiones). В издании Ж. П. Миня К. приписываются 18 проповедей (PL. 80. Col. 229-260), из них 5 могут быть исключены из рассмотрения. Т. н. Sermo 14 представляет собой 6-е письмо К.; 18-я проповедь, которая в рукописях приписывается К., Евхерию Лугдунскому, Фавсту Рейскому и Кесарию Арелатскому, заимствована из сборника Евсевия Галликана (CPL, N 996; изд.: Eusebius Gallicanus. Hom. 38 (Ad monachos 3) // Idem. Collectio homiliarum / Ed. F. Glorie. Turnhout, 1971. P. 435-449. (CCSL; 101A)). Проповеди 15-17 (Sermo 15 - Exhortatoria S. Columbani in conventu ad fratres; Sermo 16 - De homine misero; Sermo 17 - De octo vitiis) встречаются в рукописях в той или иной комбинации с первыми 13 проповедями, но с т. зр. жанра, языка и содержания резко отличаются от них, а потому большинством ученых относятся к числу подложных сочинений (их подлинность доказывал только Лапорт - Laporte. 1955).

Оставшиеся 13 проповедей вместе содержатся лишь в 3 рукописях, происходящих из б-ки аббатства Боббио: Taurin. G. VII. 16. Fol. 13v - 59, 2-я пол. IX в.; аналогичная рукопись - Taurin. G. V. 38. Fol. 90v - 125, IX-X вв. (состояние рукописи, в к-рой помимо трудов К. представлены Устав прп. Бенедикта, бенедиктинский Гимнарий и каноны каролингских Соборов 816-817 гг., указывает на то, что особой популярностью в этом сборнике пользовалась Sermo 5); St. Gallen. Stiftsbibl. 1346. Fol. 1-58, XVII в.

Также известно более 20 рукописей, в которых представлена только Sermo 5 (часто под названием Epistula Columbani) (обычно вместе с «Правилами для монахов»). Среди самых ранних рукописей этого типа - Paris. lat. 13440. Fol. 97-100, 1-я четв. IX в. (из Корби); Lambach. Stiftsbibl. 31. Fol. 110-111, IX в.; Monac. Clm. 6330. Fol. 48-49, нач. IX в.; Zürich. Zentralbibl. Rh. hist. 28. Fol. 109v - 111, IX в. (из Райхенау); St. Gallen. Stiftsbibl. 141. Fol. 42-52, X в.; 915. Fol. 167-169, X в. Основное критическое издание: Opera. 1970. P. 60-121 (Sermones); P. 206-208 (Exhortatio); P. 208-210 (De homine misero); P. 201-212 (De octo vitiis principalibus).

В отношении 13 проповедей споры об аутентичности начались с работы А. Гаука, который, обнаружив, что в Sermo 2 автор называет себя учеником Фавста Рейского, отверг авторство К. для всего сборника (Hauck A. Über die sogenannte «Instructiones Columbani» // Zschr. f. kirchliche Wissenschaft und kirchliches Leben. 1885. Bd. 6. S. 357-364). Зебасс занял более умеренную позицию, полагая, что в составе сборника есть и подлинные сочинения К. В частности, аутентичными он считал 4 проповеди - 16, 3, 17 и 11, которые встречаются вместе в 2 рукописях из аббатства Флёри (Vat. Reg. Christin. lat. 140. Fol. 78-82, IX в. (Incipit ordo lectionum officii S. Columbani abbatis); Paris. lat. 17188. Fol. 153-159, XVII в. (Ordo S. Columbani abbatis de vita et actibus monachorum)), причем Sermo 11 имеет параллели с подлинными сочинениями К. (Seebass. 1892). Впосл. данная гипотеза была опровергнута, т. к. выборка из 4 рукописей была сделана для литургического использования (на что указывает заглавие в 1-й рукописи, к-рая также содержит «Собеседования» прп. Иоанна Кассиана и Гомилиарий).

Лапорт проделал большую работу по сопоставлению проповедей К. с др. его сочинениями (в издании Уокера параллельные места почти не отмечены), а также привел доказательства того, что упоминание о Фавсте Рейском в Sermo 2 следует относить не к прямому ученичеству, а к изучению его трудов, что делает допустимой датировку сборника временем жизни К. (Laporte. 1955. P. 1-28). По мнению Уокера (Opera. 1970. P. XLIII), признававшего подлинность сборника, 13 проповедей были произнесены К. в Медиолане, на что указывают их сохранность в полном объеме только в б-ке Боббио (в средневек. каталогах монастырских б-к Санкт-Галлена и Боббио под именем К. фигурируют именно 13 проповедей) и присутствие темы антиарианской полемики. Упоминание Фавста Рейского, по мнению Уокера, объясняется компилятивным характером Sermo 2, что не противоречит гипотезе об авторстве К. Тем не менее мн. исследователи отрицают подлинность всех проповедей и относят составление сборника к V в. (см.: Lapidge M., Sharpe R. A Bibliography of Celtic-Latin Literature, 400-1200. Dublin, 1985. P. 331. N 1251).

Доказать подлинность всех 13 проповедей попыталась К. Станклифф. По ее мнению, рукописная традиция не дает оснований сомневаться в авторстве К. По крайней мере на очень раннем этапе они приписывались именно К. Проповеди имеют множество внутренних связей, что указывает на единого автора. В их языке нет ничего, что контрастировало бы с языком др. сочинений К. (Станклифф проанализировала используемые в проповедях риторические приемы, включая употребление ритмических клаузул, их стилистику и лексику) (Stancliffe C. The Thirteen Sermons Attributed to Columbanus and the Question of Their Authorship // Columbanus. 1997. P. 93-202). Автор был знаком с трудами свт. Илария Пиктавийского, блж. Иеронима, прп. Иоанна Кассиана, Сульпиция Севера, Боэция и свт. Григория Великого, а также Геннадия Массилийского, Фавста и свт. Кесария Арелатского (возможно, через Евсевия Галликана), с лат. переводами сочинений Оригена, святителей Василия Великого и Григория Богослова. Характерно также цитирование св. Гильды (цитаты из него встречаются и в письмах К.).

Первые 2 проповеди посвящены тайне Св. Троицы. В 3-й и 4-й проповедях говорится о монашеском образе жизни и об аскезе. Sermones 5, 6, 8-10 объединяют темы жизни как дороги и духовного странничества. В Sermo 7 содержатся обличения человеческой воли, уклоняющейся ко злу, и говорится о пагубном действии страстей. 11-я проповедь вновь касается богословских вопросов (сотворения человека по образу и подобию Божию). 12-я и 13-я проповеди как бы подводят итог предыдущих: 12-я посвящена теме раскаяния и доказательства личной веры и включает довольно продолжительную молитву, в 13-й говорится о Христе как об Источнике жизни, к Которому необходимо стремиться (она также наполнена молитвенными воззваниями).

Стихотворения

, ранее приписывавшиеся К. (изд.: Opera. 1970. P. 182-197), в наст. время считаются произведениями др. авторов, вероятно эпохи Каролингов (Smit. 1971. P. 209-249; Jacobsen. 1982; Lapidge M. Did Columbanus Compose Metrical Verse? // Columbanus. 1997. P. 274-285; Schaller D. «De mundi transitu»: A Rhythmical Poem by Columbanus? // Ibid. P. 240-254). Авторство К. отстаивал Уокер, полагавший, что стихотворение «О бренности мира» (De mundi transitu) было составлено святым в Ирландии, а «Песнь гребцов» (Carmen nauale) - во время путешествия по Рейну. Стихотворения «К Хунальду» (Ad Hunaldum), «К Сету» (Ad Sethum) и «К брату Фидолию» (Fidolio fratri suo), содержащиеся вместе в ранних рукописях (напр., St. Gallen. Stiftsbibl. 273. Fol. 38-49; IX в.), скорее всего принадлежат поэту Колумбану ( «К Хунальду» - акростих с указанием имени автора), но не К. В стихотворениях использованы сочинения Вергилия, Горация, Овидия, Лукана, Ювенала, Марциала и др. классических поэтов; исследователи с иронией отмечали, что эти тексты могли бы считаться «алмазом в короне ранней гиберно-латинской литературы», если бы авторство К. было доказано (Wright N. Columbanus's Epistulae // Columbanus. 1997. P. 31).

По мнению М. Лапиджа, К. принадлежит гимн «Precamur patrem», сохранившийся в Бангорском антифонарии (кон. VII в.) (изд.: The Antiphonary of Bangor / Ed. F. E. Warren. Vol. 2. P. 5-7; AHMA. T. 51. N 215. P. 271-275). Это пространная поэма из 42 строф, посвященная Воскресению Христову и спасению Им человеческого рода. Гимн открывается похвалой Воскресению, к-рое рассеяло мрак, окутавший мир, осветило бездну преисподней и уничтожило смерть; Воскресший Христос вновь явится людям как Страшный Судия. Далее повествуется о Рождестве и чудесах Христа, о Его предательстве Иудой, Распятии и сошествии в преисподнюю. Гимн завершается молитвой о милосердии к людям, неспособным понять смысл Искупления. Мотивы победы света над тьмой, поражения сатаны и перехода евреев через Чермное м. сближают «Precamur patrem» с гимнами на благословение пасхальной свечи. В гимне использованы сочинения прп. Иоанна Кассиана, послание блж. Иеронима Евстохии о девстве (Hieron. Ep. 22), речи свт. Григория Богослова и проповеди св. Кесария Арелатского (Lapidge. 1985; Idem. «Precamur patrem»: An Easter Hymn by Columbanus? // Columbanus. 1997. P. 255-263; Stancliffe. 2011. P. 27).

К. приписывали также трактаты по компутистике: «De sollemnitatibus et sabbatibus et neomeniis» (послание об иудейских праздниках и их соотношении с христ. пасхальными торжествами, возможно, ирл. происхождения) и «De saltu lunae» (об увеличении эпакт в конце лунно-солнечного цикла). К. может принадлежать рассуждение Палумба (Palumbus) о «преждевременной луне» (abortiua luna), приведенное в послании Куммиана и в ирл. компутистических сборниках (Ó Cróinín D. The Computistical Works of Columbanus // Columbanus. 1997. P. 264-270). О краткой «молитве св. Колумбана», к-рая также могла быть составлена К., см.: Lapidge M. The «Oratio S. Columbani» // Ibid. P. 271-273.

Почитание

Гробница св. Колумбана в аббатстве Боббио, Италия. XV в.
Гробница св. Колумбана в аббатстве Боббио, Италия. XV в.

Гробница св. Колумбана в аббатстве Боббио, Италия. XV в.
Поминовение К. 23 ноября указано в Эхтернахской и Вайсенбургской рукописях Иеронимова Мартиролога: «В Италии, в монастыре Бобий, погребение св. аббата Колумбана». Вероятно, запись была добавлена в рукопись Мартиролога, переписанную в VII в. в Луксовии (MartHieron. P. 146; MartHieron. Comment. P. 615, 617). Под этой датой память К. указана в нек-рых календарях эпохи Каролингов, в Мартирологе Рабана Мавра и в миссале из Боббио, где приведен также проприй мессы святому (Ambr. D. 84 inf. Fol. 333v; X-XI вв.). Однако в большинстве средневек. календарей поминовение К. значится под 21 нояб. (иногда под 24 окт. и 13 нояб.); под этой датой память К., наставника монахов и основателя мн. мон-рей, включена в Мартиролог Флора Лионского (Dubois J., Renaud G. Édition pratique des martyrologes de Bède, de l'Anonyme lyonnais et de Florus. P., 1976. P. 211). Краткое сказание Флора, приведенное в «исторических» мартирологах Адона Вьеннского и Узуарда, было включено под 21 нояб. в Римский Мартиролог; в совр. редакции Римского Мартиролога память К. указана под 23 нояб. Поминовение святого включено в календарь Римско-католической Церкви (23 нояб., факультативная память). В этот день поминовение К. совершается в Ирландии, в Италии и в архиепископстве Безансон (Франция); в еп-ствах Санкт-Галлен и Кур (Швейцария) память святого празднуется 27 нояб.

Вероятно, в аббатстве Боббио почитание К. сложилось лишь в VIII в.: самое раннее упоминание о «монастыре Боббио, где почивает св. Колумбан», содержится в грамоте Карла Великого от 5 июня 774 г. (monasterium Ebobiense ubi sanctus Columbanus corpore requiescit - MGH. Dipl. Karol. T. 1. P. 114-115). Упоминание о посвящении мон-ря ап. Петру и «Христову исповеднику Колумбану» в документе 747 г. скорее всего является интерполяцией (Codice. 1918. Vol. 1. P. 126; см.: Bullough D. A. The Career of Columbanus // Columbanus. 1997. P. 27-28). Благодаря покровительству лангобардских королей аббатство Боббио стало одним из богатейших мон-рей в Италии: согласно переписи 883 г., во владении мон-ря было 11 605 га земли, на к-рых жили 3,5 тыс. чел.; обитель содержала 724 наемных работника (Richter. 2008. P. 134-135). В связи с имущественными спорами относительно «земель св. Колумбана» в Боббио было составлено сказание о чудесах К. (BHL, N 1904-1905). В сказании сообщается об открытии мощей К. 19 июля 929 г. по указанию аббата Герлана, архиканцлера Италии при кор. Гуго (926-947). В 1456-1522 гг. в Боббио была построена монастырская церковь (ныне базилика Сан-Коломбано). В крипте храма установили мраморную гробницу святого с рельефами на темы Жития К., выполненную в 1480 г. миланским скульптором Джованни де Патриаркис; у боковых стен крипты находятся алтари с гробницами св. аббатов Атталы и Бертульфа. В музее базилики хранятся серебряный бюст-реликварий с черепом К. (1514), нож, деревянная чаша и колокольчик, по преданию принадлежавшие святому, а также алебастровая гидрия, к-рую, согласно легенде, подарил К. свт. Григорий Великий. Почитание К. получило распространение в Лигурии, Ломбардии, Пьемонте, Тоскане и Эмилии; среди церквей, названных в честь святого,- собор святых Петра, Лаврентия и К. в Бруньято (обл. Лигурия).

В средние века почитание К. как наставника св. Галла существовало в аббатстве Санкт-Галлен (Duft J. St. Columban in der St. Galler Handschriften // Zschr. f. schweizersche Kirchengeschichte. 1965. Bd. 59. S. 285-296), а также в Бретани, где святому посвящен ряд церквей и часовен. В XIX в. почитание К. получило распространение в Ирландии, затем в США и Канаде. В честь святого названо Об-во миссионеров св. Колумбана, основанное в 1918 г. в Ирландии (его члены трудились гл. обр. в Китае), а также аффилированное с ним Об-во сестер св. Колумбана (с 1924).

Соч.: CPL, N 1107-1119; Opera / Ed. G. S. M. Walker. Dublin, 19702; Epistolae // MGH. Epp. T. 3. P. 156-177; Carmina // Ibid. P. 182-188; PL. 80; Le Lettere e la Preghiera di S. Colombano / Ed. F. G. Nuvolone, P. Todde // Archivum Bobiense. 2000. Vol. 22. P. 82-290.
Ист.: BHL, N 1898-1905; Ionas. Vita Columbani // Ionae Vitae Sanctorum Columbani, Vedastis, Iohannis / Ed. B. Krusch. Hannover; Lpz., 1905. P. 144-294. (MGH. Script. rer. Germ.; 37); Jonas. Vita Columbani et discipulorum eius / Ed. M. Tosi. Piacenza, 1965; Jonas de Bobbio. Vie de Saint Colomban et de ses disciples / Éd. A. de Vogüé. Bégrolles-en-Mauges, 1988; Fredegarii Scholastici Chronicae. IV 36 // MGH. Scr. Mer. T. 2. P. 134-138; Paul. Diac. Hist. Langobard. IV 41; Miracula S. Columbani / Ed. H. Bresslau // MGH. SS. T. 30. Pars 2. P. 993-1015; Codice diplomatico del monastero di S. Colombano di Bobbio / Ed. C. Cipolla, G. Buzzi. R., 1918. 3 vol.
Лит.: Seebass O. Über Columba von Luxeuils Klosterregel und Bussbuch. Dresden, 1883; idem. Über die sogenannten Instructiones Columbani // ZKG. 1892. Bd. 13. S. 513-534; Vincent S. St. Colomban. P., 1887; Malnory A. Quid Luxovienses monachi discipuli S. Columbani ad regulam monasteriorum atque ad communem ecclesiae profectum contulerint. P., 1894; Beaumont H. Étude historique sur l'abbaye de Luxeuil. Luxeuil, 1895; Dedieu L. Colomban, législateur de la vie monastique. Cahors, 1901; Bonet-Maury G. S. Colomban et la fondation des monastères irlandais en Brie au VIIe siècle // RH. 1903. T. 83. P. 277-299; Martin E. St. Columban. P., 1905; Gougaud L. Gaelic Pioneers of Christianity / Transl. V. Collins. Dublin, 1923; Krusch B. Zur Mönchsregel Columbans // NA. 1926. Bd. 46. S. 148-157; Kenney. Sources. P. 187-209; Blanke F. Columban und Gallus. Zürich, 1940; Roussel J. St. Colomban et l'épopée colombanienne. Besançon, 1941-1942. 2 vol.; Kilger L. Die Quellen zum Leben der hl. Columban und Gallus // Zschr. f. schweizerische Kirchengeschichte. Fribourg, 1942. Bd. 36. S. 107-120; Grosjean P. La Controverse paschale chez les Celtes // AnBoll. 1946. T. 64. P. 200-245; Walker G. S. M. On the Use of Greek Words in the Writings of St. Columbanus of Luxeuil // Archivum Latinitatis Medii Aevi. Gen., 1949/1950. T. 21. P. 117-131; Mélanges Colombaniens: Actes du Congrès international de Luxeuil, 20-23 juillet 1950 / Éd. M. M. Dubois. P., 1951; Laporte J. Étude d'authenticité des œuvres attribuées à S. Colomban // Revue Mabillon. P., 1955. T. 45. P. 1-28; 1956. T. 46. P. 1-14; 1961. T. 51. P. 35-46; O'Carroll J. The Chronology of St. Columban // Irish Theological Quarterly. Maynooth, 1957. Vol. 24. P. 76-95; Mohrmann C. The Earliest Continental Irish Latin // VChr. 1962. Vol. 16. N 3/4. P. 216-233; Polonio V. Il monastero di San Colombano di Bobbio dalla fondazione all'epoca carolingia. Genova, 1962; Poggi C. Colombano // BiblSS. Vol. 4. Col. 108-120; Prinz F. Frühes Mönchtum im Frankenreich: Kultur und Gesellschaft in Gallien, den Rheinlanden und Bayern am Beispiel der monastischen Entwicklung (4. bis 8. Jh.). Münch., 1965; Quacquarelli A. La prosa d'arte di S. Colombano // VetChr. 1966. T. 3. P. 5-24; Engelbert P. Zur Frühgeschichte des Bobbieser Skriptoriums // RBen. 1968. T. 78. P. 220-260; Prete S. La «Vita S. Columbani» di Ionas e il suo «Prologus» // RSChIt. R., 1968. Vol. 22. P. 94-111; Roques G. La langue de Jonas de Bobbio, auteur latin du VIIe siècle // Travaux de linguistique et de littérature. Strasbourg, 1971. Vol. 9. N 1. P. 7-52; Smit J. W. Studies on the Language and Style of St. Columba the Younger (Columbanus). Amst., 1971; Atti del convegno internazionale di studi colombaniani. Bobbio, 1973; Moyse G. Les origines du monachisme dans le diocèse de Besançon (Ve-Xe siècles) // Biblioth. de l'École des chartes. 1973. Vol. 131. N 1. P. 21-104; N 2. P. 369-485; idem. Monachisme et réglementation monastique en Gaule avant Benoît d'Aniane // Sous la Règle de Saint Benoît: Structures monastiques et sociétés en France du Moyen Âge à l'époque moderne: (Conf. abbaye bénédictine Sainte-Marie de Paris, 23-25 oct. 1980). Gen.; P., 1982. P. 3-19; Jäschke K.-U. Kolumban von Luxeuil und sein Wirken im alemannischen Raum // Mönchtum, Episkopat und Adel zur Gründungszeit des Klosters Reichenau / Hrsg. A. Borst. Sigmaringen, 1974. S. 77-130; Löfstedt B. Bemerkungen zur Sprache des Jonas von Bobbio // Arctos. N. S. Helsinki, 1974. Bd. 8. S. 79-96; Berschin W. Gallus Abbas Vindicatus // Historisches Jb. Münch., 1975. Bd. 95. S. 257-277; Charles-Edwards T. M. The Social Background to Irish Peregrinatio // Celtica. Dublin, 1976. Vol. 11. P. 43-59; idem. Early Christian Ireland. Camb.; N. Y., 2000. P. 344-390; Schieffer R. Zur Beurteilung des norditalischen Dreikapitel Schismas: Eine überlieferungsgeschichtliche Studie // ZKG. 1976. Bd. 87. S. 167-201; Winterbottom M. Columbanus and Gildas // VChr. 1976. Vol. 30. N 4. P. 310-317; Lapidge M. The Authorship of the Adonic Verses «Ad Fidolium» Attributed to Columbanus // Studi Medievali. Ser. 3. Spoleto, 1977. Vol. 18. P. 249-314; idem. Columbanus and the «Antiphonary of Bangor» // Peritia. Turnhout, 1985. Vol. 4. P. 104-116; Columbanus and Merovingian Monasticism / Ed. H. B. Clarke, M. Brennan. Oxf., 1981; Löwe H. Columbanus und Fidolius // DA. 1981. Bd. 37. S. 1-19; Tosi M. Il trasferimento di san Colombano da Bobbio a Pavia: 17-30 luglio 929 // Archivum Bobiense. 1981. Vol. 3. P. 129-150; Bullough D. A. Colombano // Dizionario biografico degli italiani. R., 1982. T. 27. P. 113-129; Jacobsen P. C. Carmina Columbani // Die Iren und Europa im früheren Mittelalter / Hrsg. H. Löwe. Stuttg. 1982. Bd. 1. S. 434-467; Schäferdiek K. Columbans Wirken im Frankenreich // Ibid. S. 171-201; Wood I. N. The «Vita Columbani» and Merovingian Hagiography // Peritia. 1982. Vol. 1. P. 63-80; idem. The Merovingian Kingdoms, 450-751. L., 1994; idem. Jonas, the Merovingians, and Pope Honorius: Diplomata and the Vita Columbani // After Rome's Fall: Narrators and Sources of Early Medieval History / Ed. A. C. Murray. Toronto, 1998. P. 99-120; Wallace-Hadrill J. M. The Frankish Church. Oxf., 1983; Vogüé A., de. En lisant Jonas de Bobbio: Notes sur la Vie de saint Colomban // StMon. 1988. T. 30. P. 63-103; Stanton R. Columbanus, Letter 1: Transl. and Comment. // J. of Medieval Latin. Turnhout, 1993. Vol. 3. P. 149-168; Gray P. T. R., Herren M. W. Columbanus and the Three Chapters Controversy: A New Approach // JThSt. N. S. 1994. Vol. 45. P. 160-170; Rohr C. Hagiographie als historische Quelle: Ereignisgeschichte u. Wunderberichte in der «Vita Columbani» des Ionas von Bobbio // MIÖG. 1995. Bd. 103. S. 229-264; Mackey J. P. The Theology of Columbanus // Irland und Europa im früheren Mittelalter: Bildung und Literatur / Hrsg. P. Ní Chatháin, M. Richter. Stuttg., 1996. P. 228-239; Columbanus: Studies on the Latin Writings / Ed. M. Lapidge. Woodbridge, 1997; Richter M. Ireland and Her Neighbours in the 7th Century. Dublin, 1999. P. 109-126; idem. Bobbio in the Middle Ages: The Abiding Legacy of Columbanus. Dublin, 2008; Dunn M. The Emergence of Monasticism: From the Desert Fathers to the Early Middle Ages. Oxf. etc., 2000. P. 138-190; eadem. Columbanus, Charisma and the Revolt of the Monks of Bobbio // Peritia. 2008. Vol. 20. P. 1-27; Stancliffe C. E. Jonas's «Life of Columbanus and His Disciples» // Studies in Irish Hagiography: Saints and Scholars / Ed. J. Carey et al. Dublin, 2001. P. 189-220; eadem. Columbanus and the Gallic Bishops // Auctoritas: Mélanges offerts à O. Guillot / Éd. G. Constable, M. Rouche. P., 2006. P. 205-216; eadem. Columbanus's Monasticism and the Sources of His Inspiration: From Basil to the Master? // Tome: Studies in Medieval Celtic History and Law in Honour of Th. Charles-Edwards / Ed. F. Edmonds, P. Russell. Woodbridge, 2011. P. 17-28; Biffi I. La disciplina e l'amore: Un profilo spirituale di san Colombano. Mil., 2002; Bracken D. Authority and Duty: Columbanus and the Primacy of Rome // Peritia. 2002. Vol. 16. P. 168-213; idem. Juniors Teaching Elders: Columbanus, Rome and Spiritual Authority // Roma Felix: Formation and Reflections of Medieval Rome / Ed. É. Ó Carragáin, C. Neuman de Vegvar. Aldershot, 2008. P. 253-275; Destefanis E. Il monastero di Bobbio in età altomedievale. Firenze, 2002; Diem A. Was bedeutet «Regula Columbani»? // Integration und Herrschaft: Ethnische Identitäten und soziale Organisation im Frühmittelalter / Hrsg. M. Diesenberger, W. Pohl. W., 2002. S. 63-89; idem. Monks, Kings and the Transformation of Sanctity: Jonas of Bobbio and the End of the Holy Man // Speculum. Camb. (Mass.), 2007. Vol. 82. N 3. P. 521-559; idem. Rewriting Benedict: The «regula cuiusdam ad virgines» and Intertextuality as a Tool to Construct a Monastic Identity // J. of Medieval Latin. 2007. Vol. 17. P. 313-328; idem. Inventing the Holy Rule: Some Observations on the History of Monastic Normative Observance in the Early Medieval West // Western Monasticism ante litteram: The Spaces of Monastic Observance in Late Antiquity and the Early Middle Ages / Ed. H. Dey, E. Fentress. Turnhout, 2011. P. 53-84; idem. New Ideas Expressed in Old Words: The «Regula Donati» on Female Monastic Life and Monastic Spirituality // Viator. Turnhout, 2012. Vol. 43. N 1. P. 1-38; Zironi A. Il monastero longobardo di Bobbio: Crocevia di uomini, manoscritti e culture. Spoleto, 2004; Flechner R. Dagán, Columbanus, and the Gregorian Mission // Peritia. 2005. Vol. 19. P. 65-90; Corning C. The Celtic and Roman Traditions: Conflict and Consensus in the Early Medieval Church. N. Y., 2006; The Crisis of the Oikoumene: The Three Chapters and the Failed Quest for Unity in the 6th-Century Mediterranean / Ed. C. Chazelle, C. Cubitt. Turnhout, 2007; Taylor F. «Miracula», Saints' Cults and Socio-Political Landscapes: Bobbio, Conques and Post-Carolingian Society: Diss. Nottingham, 2012; eadem. The Saint, the Abbot and the King: 10th-century Monastic Politics in the «Miracula sancti Columbani» // Italy, 888-962: A Turning Point / Ed. M. Valenti, C. Wickham. Turnhout, 2013. P. 85-114; Fox Y. The Bishop and the Monk: Desiderius of Vienne and the Columbanian Movement // Early Medieval Europe. Oxf. etc., 2012. Vol. 20. N 2. P. 176-194; idem. Power and Religion in Merovingian Gaul: Columbanian Monasticism and the Frankish Elites. Camb., 2014; Leso T. Columbanus in Europe: The Evidence from the «Epistulae» // Early Medieval Europe. 2013. Vol. 21. N 4. P. 358-389; O'Hara A., Taylor F. Aristocratic and Monastic Conflict in 10th-century Italy: The Case of Bobbio and the «Miracula Sancti Columbani» // Viator. 2013. Vol. 44. N 3. P. 43-61.
А. А. Королёв, А. А. Ткаченко
Ключевые слова:
Святые Римско-католической Церкви Почитание святых в Римско-католической Церкви Основатели монастырей Римско-Католической Церкви Колумбан († 23 нояб. 615), святой (пам. зап. 23 нояб.), деятель западного монашества, основатель Луксовий и Бобий; церковный писатель
См.также:
ГЕРАЛЬД АВРИЛАКСКИЙ (ок. 855 - 909), гр. Аврилакский, основатель аббатства св. Петра в Орийаке, св. (пам. зап. 13 окт.)
КАННЕХ († 599/600), св. (пам. зап. 11 окт.), основатель мон-ря Ахад-Бо (Ирландия)
ВАРВАРА († ок. 306), вмц. (пам. 4 дек., пам. зап. 15, 17 дек.)
ВОЛХВЫ в НЗ персонажи повествования о Рождестве Христовом (Мф 2. 1-12)
ВЯЧЕСЛАВ (ок. 907 - 28.09.935), блгв. кн. Чешский, (пам. 4 марта и 28 сент.)
ГАДЕЛИН † ок. 696, прп. (пам. зап. 3 февр., перенесение мощей 11 окт.)
ГАДЕЛОГА VIII в., прп. Китцингенская (пам. зап. 2 февр.)
ГЕННАДИЙ († 936), еп. г. Асторга (Астурика), св. (пам. зап. 25 мая)