Добро пожаловать в один из самых полных сводов знаний по Православию и истории религии
Энциклопедия издается по благословению Патриарха Московского и всея Руси Алексия II
и по благословению Патриарха Московского и всея Руси Кирилла

Как приобрести тома "Православной энциклопедии"

КАТАРЫ
Т. 31, С. 688-693 опубликовано: 23 декабря 2017г.


КАТАРЫ

[кафары; греч. καθαροξ; лат. cathari], 1) последователи Новациана (III в.) - см. Новациане; 2) участники средневековых неортодоксальных христ. движений, распространенных в XII - нач. XIV в. в Зап. Европе. Отличительными чертами вероучений средневек. К. были дуализм, отрицание Свящ. Предания и церковной иерархии. Латеранский III Собор (1179) осудил верования К. как еретические. Борьба с К. стала поводом для крестовых походов против альбигойцев и т. н. альбигойских войн в Юж. Франции в 1208-1229 гг.

Диспут католич. св. Доминика с катарами. Пределла алтаря из мон-ря Сан-Доменико близ Фьезоле. Ок. 1430-1432 гг. Худож. Фра Беато Анджелико (Лувр, Париж)
Диспут католич. св. Доминика с катарами. Пределла алтаря из мон-ря Сан-Доменико близ Фьезоле. Ок. 1430-1432 гг. Худож. Фра Беато Анджелико (Лувр, Париж)

Диспут католич. св. Доминика с катарами. Пределла алтаря из мон-ря Сан-Доменико близ Фьезоле. Ок. 1430-1432 гг. Худож. Фра Беато Анджелико (Лувр, Париж)

В лат. источниках термин «катары» встречается со 2-й пол. XII в. Самое раннее упоминание - в полемическом сочинении аббата Экберта из Шёнау «Против катаров» (Contra catharos, 1163). Автор описывает неортодоксальные религ. движения, к-рые, по его словам, были широко распространены в Кёльнском архиеп-стве. Еретики называли себя катарами (catharos), т. е. «чистыми», поскольку считались последователями одного из манихейских течений IV в. (см. Манихейство) - катаристов (catharistae), т. е. «очищающих [души]». Впосл. эта гипотеза происхождения слова «катары» часто встречалась в средневек. полемических сочинениях и в хрониках. В Декрете Грациана утверждалось, что еретики т. о. подчеркивали свое превосходство над др. христианами, «заявляя о себе как о наиболее чистых» (Decret. Gratian. Pars 2. Causa 24. Q. 3. Cap. 39: «Quot sint sectae hereticorum»). Существовали и др. этимологии. Алан Лилльский, автор трактата «О католической вере против еретиков» (De fide catholica contra haereticos, ок. 1200), производил название «катары» от слова catha, по его мнению, оно переводится как «течение», поскольку еретики «утопают в пороке», или от cattus (лат.- «кот»), потому что вероотступники связаны с диаволом и «целуют зад коту, в образе которого, как они говорят, является им Люцифер» (Alanus de Insulis. De fide catholica contra haereticos // PL. 210. Col. 366). Как синоним слова «катары» часто употреблялось название «альбигойцы». В заглавии 4-го канона Турского Собора 1163 г. так именуются члены неортодоксальных общин, распространенных в еп-стве Альби. Позднее в источниках, а затем и в исследовательской лит-ре под альбигойцами понимали К., живших в Юж. Франции. В источниках сер.- 2-й пол. XII в. встречаются и др. названия неортодоксальных религ. движений, которые авторы текстов ставили в один ряд с К. Экберт из Шёнау утверждал, что речь идет об одном и том же сообществе верующих, известном под различными именами: «В нашей Германии они называются катарами, во Фландрии - пифлами, в Галлии, за их занятия ткачеством,- тесерантами (ткачами)» (Eckbertus Schonaugiensis. Sermo I // PL. 195. Col. 15). В 1157 г. учение пифлов обсуждалось на Соборе в Реймсе. Пифлов объявили «сектой манихеев», а приписываемые им учения - еретическими. III Латеранский Cобор в 1179 г. осудил некатолич. религ. верования и подчеркнул единство «еретиков, которых одни называют катарами, другие - патаренами, третьи - публиканами, четвертые - прочими именами» (Mansi. T. 22. Col. 231-233). В 1184 г. похожая формула была использована в булле «Ad abolendam» папы Луция III (Concile de Verone: Decretale Ad abolendam diversarum haeresium pravitatem du 4 nov. 1184 // Enchiridion fontium valdensium / Ed. G. Gonnet. Torre Pellice, 1958. Vol. 1. P. 50-53).

Религиозная идентификация неортодоксальных течений XII-XIV вв. осложняется тем, что нек-рые авторы полемических сочинений этого периода не давали точных наименований религ. группам, обобщенно называя их представителей еретиками. В сочинениях, к-рые приписываются сторонникам еретических течений, термин «катары» не упоминается; такие авторы называли членов неортодоксальных религ. общин «христиане» или «добрые люди» (boni homines). Однако так же себя именовали и представители объединений, признанных католич. Церковью, напр. гранмонтенсы и монахи ордена Фонтевро. Наименование «добрые люди» применяется в отношении еретиков и в документах католич. происхождения. В 60-х гг. XII в. Собор в Ломбере осудил проповедников, называвших себя «добрыми людьми», как еретиков.

В исследовательской лит-ре можно выделить 2 основных подхода к вопросу о происхождении ереси К. Давнюю традицию имеет концепция «генеалогистов», возводивших учение К. через богомилов (см. Богомильство) и павликиан к манихеям. Об этом упоминали и средневек. авторы, традиционно называвшие любое дуалистическое учение «манихейским». В «Трактате о еретиках» (Tractatus de hereticis, 1274) Ансельм Александрийский признает К. наследниками богомилов, которых в свою очередь называет последователями манихеев. Этот подход господствовал в историографии до 2-й пол. XX в. Так, Ш. Шмидт находит истоки распространенных в XII-XIV вв. ересей в греко-слав. мире X в., при этом богомильство он считает ответвлением древнего дуалистического учения (Schmidt. 1849). К похожим выводам приходит А. Донден (Dondaine. 1949-1950). А. Борст выстроил своеобразную генеалогию дуалистических учений с I тыс. до Р. Х. По его мнению, можно говорить о преемственном развитии доктрин зороастризма, манихейства, арм. павликиан, болг. богомилов и западноевроп. К. (Borst. 1953). Впосл. эти идеи были поддержаны К. Тузелье (Thouzellier. 1966) и М. Рокбером (Roquebert. 1999).

Противоположная концепция строится на критическом, а порой и гиперкритическом отношении к полемическим источникам. Сторонники такого подхода обращают внимание на тот факт, что утверждение об иноземном происхождении учения является топосом средневек. описаний ересей, поэтому историю К. следует рассматривать в контексте эволюции христ. доктрины. В 50-х гг. XX в. с этих позиций выступил Р. Морген (Morghen. 1954/1957). Убежденным противником генеалогистов является Ж. Дювернуа. Он отвергает возможность того, что К. заимствовали свои верования у проповедников с Востока. При этом Дювернуа признает существование организационных связей между общинами болг. богомилов и западноевроп. еретиков (Duvernoy. 1986). А. Бренон отстаивает позиции, согласно к-рым общины К. не подчинялись болгар. богомилам и развивались самостоятельно (Brenon. 1988). В 90-х гг. XX в. сторонники гиперкритического подхода в изучении К. поставили под вопрос понятие «катаризм», к-рое во франц. историографии принималось как данность (Inventer l'hérésie? 1998. Р. 7). По мнению исследователей, сохранившиеся в полемических сочинениях и в документах инквизиции сведения о ереси полны преувеличений. Работа П. Хименес Санчес стала 1-й общей историей К., написанной с этих позиций (Jiménez-Sanchez. 2008).

Источники

Сведения об общинах XI в., члены которых предположительно исповедовали дуалистические учения, содержатся гл. обр. в хрониках. Первым описание подобных ересей приводит в своем сочинении Радульф Глабер. Важными источниками сведений по ранней истории К. являются письма католич. проповедников. Значительная их часть была составлена в 40-х гг. XII в. (письма Эвервина Штайнфельдского, некоего клирика из Льежа, мон. Гериберта и католич. св. Бернарда Клервоского). Знакомство католич. авторов с новой ересью способствовало появлению антикатарских трактатов, к-рые остаются основным источником сведений о вероучениях К. в XII-XIII вв. К таким произведениям относятся труды аббата Экберта из Шёнау, анонимное сочинение писателя-вальденса «Антиеретическая книга» (Liber antihaeresis, нач. 80-х гг. XII в.), трактат Эрменгауда «Против еретиков» (Opusculum contra haereticos, рубеж XII и XIII вв.). Сведения о К. содержатся у Эберхарда из Бетюна в «Книге против ересей» (Liber antihaeresis, нач. XIII в.), в трактате Алана Лилльского. Сохранился трактат Бонакурса из Милана, отрекшегося от катарского вероучения и составившего затем «Разъяснение ереси катаров» (Manifestatio heresis Catharorum, между 1176 и 1190). История распространения К. и их вероучений в Сев. Италии приводится в анонимном трактате «О ереси катаров в Ломбардии» (De haeresi Catharorum in Lombardia, нач. XIII в.). С 30-х гг. XIII в. появляются антикатарские суммы. Одно из первых сочинений такого рода - трактат «Выше звезды» (Liber supra Stella) итальянца Сальве Бурчи, ответ на катарское соч. «Stella», к-рое не сохранилось. В Сев. Италии была составлена «Сумма против патаренов» (Summa contra Patarenos). В написанной Вильгельмом Овернским между 1231 и 1236 гг. сумме «О сотворенном мире» (De universo creaturarum) раздел посвящен «манихейским» ересям. Важная информация собрана Монетой из Кремоны в «Сумме против катаров и вальденсов» (Summa adversus Catharos et Waldenses, 1241), где описана гл. обр. догматическая сторона вероучений К., и Райньеро Саккони в соч. «О катарах» (De catharis, 1250), посвященном особенностям жизни общин К. (Саккони, сначала последователь К., отрекся от ереси и к концу жизни стал главным инквизитором Ломбардии), а также в анонимной «Сумме против катаров» (Summa contra Catharos, ок. 1250). Сведения о вероучениях К. содержатся также в описаниях богословских диспутов между католиками и представителями неортодоксальных течений (Disputatio); наиболее известным является соч. «Спор между католиком и еретиком-патареном» (Disputatio inter Catholicum et Paterinum haereticum), составленное неким Георгом в 40-х гг. XIII в. Особую группу представляют собой материалы инквизиции: анонимный «Трактат о еретиках» (Tractatus de haereticis, 60-е гг. XIII в.), акты заседаний инквизиции в Юж. Франции и сочинения испан. инквизиторов.

Долгое время значительная часть документов катарского происхождения оставалась неизвестна. До 2-й пол. XX в. в распоряжении исследователей находилось лишь неск. документов: заметка о Соборе катарских «епископов» в Сен-Феликсе (в совр. историографии нет единого мнения о ее достоверности), сохранившаяся в копии XVII в., пересказ Райньеро Саккони трактата Хуана де Луго, к-рый, вероятно, первым предпринял попытку систематизировать вероучения К. в духе схоластических сумм, и, главное, «Книга о двух началах» (Liber de duobus principiis), написанная в связи с догматическим спором между К. из Дезенцано (ныне Дезенцано-дель-Гарда) и Вероны ок. 1241 г. В составе «Книги о двух началах» сохранилось описание богослужения и обряда «утешения» (consolamentum) неофита. Во 2-й пол. XX в. появилось критическое издание литургического соч. «Ритуал» с описаниями основных правил жизни и богослужения К. Более полная версия «Ритуала» сохранилась на провансальском языке (Лионский и Дублинский «Ритуалы», ок. 1280). Внимательному изучению доктрины К. способствовали издание ранее неизвестных отрывков сочинений катарских проповедников (Écritures cathares. 1995) и анализ сохранившихся текстов катарских Библий.

Общины

Независимо от наличия или отсутствия организационного и догматического единства К., а также от их отношений с богомилами на Балканах, можно констатировать, что у К. в разных регионах имелись схожие формы организации общин и отправления культа, общие источники вероучений.

В документах сохранились свидетельства строгого разделения между простыми сторонниками неортодоксальных учений и членами общин К., к-рые проповедовали и совершали определенные ритуалы. Эвервин Штайнфельдский сообщает о «наставниках», имевших особое влияние на остальных последователей ереси. Экберт из Шёнау упоминает о «священнослужителях» (sacerdotes), которых К. противопоставляли священникам Римской Церкви. Существование такого разделения зафиксировано и в источниках, к-рые приписывают К.,- в богословских и литургических трактатах, в «Ритуалах» XIII в. «Посвященные», или «священнослужители», выполняли функции католич. священников и монахов, представляя собой подобие клира катарской «церкви». Они имели право проповедовать, проводить обряд «утешения» и отпускать грехи. «Посвященные» жили в общинах (в документах инквизиционных процессов они называются «дома еретиков» (domus haereticorum)), соблюдая посты и совершая регулярные молитвы. Важной особенностью общин К. было наличие жен. священства, что, вероятно, способствовало распространению ереси в Юж. Франции. Муж. и жен. общины были разделены, возглавляли их выборные старосты, предстоятели или диаконы (в источниках иерархическое устройство общин и «церквей» описывалось по-разному). Члены общин, по всей видимости, носили особые облачения, придерживались общежительного образа жизни. Общежития, вероятно, были небольшими. «Дома еретиков» являлись костяком общин К. и в нач. XIII в., в период максимального распространения ереси, в Юж. Франции «дома» существовали во всех городах, в крупных замках и во мн. деревнях. «Дома» имели не только религиозные, но и экономические и социальные функции, во многих действовали ремесленные мастерские. Общины были открыты для всех: в них проводили большие трапезы с участием проповедников, учили прихожан основам веры, а также различным ремесленным навыкам. Гости могли жить в общинах довольно длительное время, иногда по неск. лет. «Дома» К. не были замкнутыми; члены общины имели право свободно перемещаться, навещать родственников, совершать обряды в жилищах К.-«мирян» (Kaelber. 2003). Распространенной практикой было путешествие в миссионерских целях. Странствуя обычно вдвоем (один К. мог отпускать грехи другому), «добрые люди» (как мужчины, так и женщины) распространяли свое учение, участвовали в диспутах с представителями др. общин К. и с католич. проповедниками, основывали общины.

Вступление в общину предполагало длительный (вероятно, ок. 1 года) период послушания, а также работу при «доме». Послушники могли носить особое одеяние и читать вместе со всеми молитвы, однако полноправными членами общины они становились только после принятия обетов и совершения обряда «утешения». Вступление в общину помимо принесения личных обетов предполагало передачу всей собственности неофита в распоряжение «дома».

Подробное описание иерархии общин К. приводит Райньеро Саккони. Во главе иерархии находился «епископ», к-рый управлял крупным объединением общин (наподобие диоцеза или церковной провинции); ему подчинялись «старший сын» (filius major) и «младший сын» (filius minor), к-рые помогали «епископу», а в случае его смерти «младший» назначал «старшего» «епископом». Последнюю, 4-ю ступень в иерархии К. занимали «диаконы»; согласно Райньеро Саккони, они руководили жизнью общины и следили за «домами» К. В наст. время тезис о наличии единой организации К. исследователи подвергают сомнению.

Вероучение и богослужение

Главным источником веры К. являлся НЗ; ВЗ и церковное Предание не признавались (так, во время богословского диспута на Соборе в Ломбере К. отказались рассматривать ссылки на ВЗ в качестве аргументов). Для проповеднических целей К. перевели НЗ на окситанский язык (Лионская «катарская Библия»). Перевод был выполнен с Кольбертинского кодекса (Codex Colbertinus), содержавшего наряду с текстами Вульгаты ряд старолат. переводов. В «катарской Библии» приводилось Послание ап. Павла к Лаодикийцам, которое в то время не считалось апокрифом. Из апокрифов, имевших хождение среди К., наиболее известным является «Вопрошание Иоанна» (Interrogatio Iohannis), где утверждается, что материальный мир создан диаволом.

Обряд «утешения». Миниатюра из Книги Иова т. н. Оксфордской Библии. 1235-1245 гг. (Paris. lat. 11560. Fol. 1v)
Обряд «утешения». Миниатюра из Книги Иова т. н. Оксфордской Библии. 1235-1245 гг. (Paris. lat. 11560. Fol. 1v)

Обряд «утешения». Миниатюра из Книги Иова т. н. Оксфордской Библии. 1235-1245 гг. (Paris. lat. 11560. Fol. 1v)

Главной характеристикой вероучений К. считается дуализм: противопоставление духовного и мирского, Божиего и диавольского, света и плоти, истинного и иллюзорного. Дискуссионным остается вопрос, существовал ли единый вариант дуалистического учения, или в общинах К. господствовали разные его толкования. Согласно «Книге о двух началах», К. предполагали сосуществование равнозначных доброго и злого начал. Благой Бог не мог сотворить зло. Человеческая природа рассматривается как форма заточения созданного Богом духа в греховной плоти. По преданию, приписываемому в т. ч. и К., в земной оболочке оказались заперты ангелы, к-рые пали вместе с диаволом. В этом смысле материальный мир представлял собой ад. Главная задача христиан определялась как освобождение от мирских пут, иллюзорного небытия и возвращение на небеса. В материалах поздних инквизиционных процессов засвидетельствовано наличие учения о переселении души - не проснувшись и не устремившись к Богу, душа остается в земных оковах даже после смерти, переселяясь в новое тело.

Пришествие Христа К. трактовали как напоминание о Божественной природе духа и начало пробуждения падших (человеческая природа Христа отрицалась). Следуя учению Христа и ведя праведную жизнь, грешник мог спастись и воссоединиться с Богом. К. порицали убийство, прелюбодеяние, воровство, ложь, принесение клятв, сквернословие, употребление в пищу мяса и вина. Им приписывались неприятие материальных благ, отказ от брака и половых отношений. Полемисты подчеркивали, что катарские проповедники говорили о стремлении к апостольской жизни, противопоставляя свои понятия о раннем христианстве образу жизни «испорченного» католич. духовенства и отрицая благодать Римской Церкви.

Богослужение К. было близко к богомильскому, отличалось числом и составом молитв. По аналогии с католич. службой часов К. регулярно отводили время для молитвы. Члены общины должны были молиться 7 раз днем и 7 раз ночью, в т. ч. многократно (16 или 17 раз) повторяя «Pater noster» (текст молитвы незначительно отличался от традиционного). Во время богослужения исключительным правом на чтение этой молитвы обладали «посвященные».

Главным обрядом К., по всей видимости, было крещение «огнем и святым духом утешителем», или «утешение» (consolamentum). Церемония начиналась исповедью и обрядом передачи молитвы (traditio orationis dominiciae). Затем следовали проповедь и отречение новиция от мирских соблазнов. После этого совершалось чтение из Евангелия от Иоанна, Библию клали на голову посвящаемому, а все члены общины по очереди возлагали правую руку на неофита. Нередко такие обряды проводились перед смертью и воспринимались подобно последнему причастию в католич. Церкви. Др. важным ритуалом являлся особый тип поста (endura), совершаемого тяжелобольными, в т. ч. К.-«мирянами». Считалось, что пост необходим для того, чтобы непосвященные перед кончиной смогли приблизиться по святости к «посвященным» и по возможности покинуть оковы плоти. За соблюдением поста следили, как правило, двое «посвященных», к-рые не допускали к больному его родственников. Согласно др. интерпретации, такой строгий пост был особым типом ритуального самоубийства (в совр. исследованиях эта интерпретация признана несостоятельной).

В общинах с разной периодичностью совершались богослужения для «мирян». Служба, основным содержанием которой были покаяние в грехах и их отпущение, начиналась приветствием собравшимися «посвященных». В источниках упоминается ритуал преломления хлебов - ежедневного благословения трапезы: «посвященные» разламывали хлеб и раздавали его всем присутствовавшим (в Дублинском «Ритуале» хлеб назван символом Закона Христова и Его Завета). Важным обрядом у К. была пенитенция (penitentia, или apparelhamentum): «посвященные» исповедовались в грехах и просили об искуплении. Пенитенция сопровождалась 3-дневным постом и завершалась либо благословением, либо обрядом «утешения», означавшими отпущение грехов.

Распространение

В историографии существуют разные т. зр. по вопросу о предшественниках К. и о связи их верований с др. западноевроп. ересями, получившими распространение в XI - 1-й пол. XII в. Согласно традиц. мнению, учения К. восходят к богомильству, а через них - к манихейским ересям IV-VI вв. В соответствии с др. исследованиями, появление и распространение комплекса верований К. следует рассматривать в рамках движения за реформирование католич. Церкви в XI-XII вв. Ряд историков сходятся в том, что в XI в. богомилы оказали определенное влияние на ранние неортодоксальные общины, появившиеся во Франции (Шалон (ныне Шалон-ан-Шампань), Орлеан, Аквитания), в Германии (Гослар) и в Италии (Милан, Монфорте (ныне Монфорте-д'Альба) близ Турина). Согласно сохранившимся описаниям, члены этих общин вели аскетический образ жизни и, возможно, исповедовали дуалистические учения. В XII в. появлению общин К. предшествовали 2 крупные волны ересей. Первая волна (10-20-е гг. XII в.) была связана с движением за реформу католич. Церкви и с борьбой за т. н. коммунальные свободы в городах. Так, в Милане распространение ереси патаренов (о ее дуалистическом характере в наст. время ведутся споры; см. Патария) совпало с пиком борьбы городской коммуны с епископом. К патаренам были близки реформистские ереси, получившие распространение во Флоренции и в Орвието. В 1113-1115 гг. в Антверпене проповедник Танхельм (вероятно, один из советников гр. Роберта II Фландрского (1093-1111)) призывал горожан не принимать причастия от неправедных священников, отречься от католич. Церкви. Вторая волна ересей (30-40-е гг. XII в.) была связана с деятельностью проповедовавших во Франции Генриха Лозаннского и Петра из Брюи, а также Эона Звёздного, к-рый предпринял попытку создать новую церковную орг-цию в Бретани. Генрих Лозаннский выступил с обличением симонии и призывами не вступать в отношения с порочными клириками. Петр из Брюи, действовавший гл. обр. в Юж. Франции, не только обличал католич. Церковь и клириков, виновных в симонии, но и призывал к уничтожению запятнанных грехами церквей и сожжению крестов (на том основании, что те являлись символами орудия пытки Сына Господа). Эон, объявив себя мессией, отрицал католич. церковную иерархию и апостольское преемство, при этом он предпринимал шаги к созданию независимой церковной организации из своих последователей, посвящая их в сан священника. Существовали и менее значительные секты; в 1114 г. братьев Климента и Эверарда из Бюси близ Суасона обвинили в отрицании таинств Крещения, Брака и Евхаристии и в разработке собственных ритуалов. Впосл. нек-рые элементы учения, проповедовавшегося в сектах, нашли отражение в доктрине К.

Согласно традиц. т. зр., опирающейся на сочинения средневек. авторов, распространение К. в Европе связано с рыцарями-крестоносцами, к-рые познакомились с богомильским дуализмом в К-поле. Как бы то ни было, общины К. появились в Германии и во Франции практически одновременно, между 1143 и 1147 гг. К 1143 г. относится процесс против К. в Кёльне. Среди еретиков выделялось 2 группы: неорганизованные сторонники радикальной реформы Церкви и члены строго иерархизированной общины, учение к-рой предполагало отказ от церковных таинств и подвижничество. К этому же времени относятся сведения о распространении похожей ереси в Льеже. Примерно тогда же появились первые общины К. в Центр. и Юж. Франции. Согласно Житию Бернарда Клервоского, в 1145 г. проповедник столкнулся с некой сектой «ариан» в окрестностях Тулузы. Известно о еретиках, появившихся в 1147 г. в Перигоре. По всей видимости, к ереси К. было близко движение попеликанов (popelicani) в Бургундии в 50-60-х гг. XII в. Быстрое распространение ереси в Зап. Европе сопровождалось оформлением структур «церкви» К. (50-е гг. XII в.). Предположительно центром К. в Сев. Франции стал замок Монт-Эме (Шампань), в Юж. Франции - г. Альби. Если в Сев. Франции К. подвергались преследованиям и потому не смогли закрепиться, то на юге, где катаризм находил поддержку со стороны всех слоев населения, к 70-м гг. XII в., по всей видимости, сложилась единая орг-ция К. В Юж. Франции существовали 4 «церкви» (ecclesia) К.: Альби (с резиденцией «епископа» в Ломбере), Тулуза (с резиденцией «епископа» в Лаворе), Каркасон и Валь-д'Аран. Согласно актам Собора катарских «епископов» в Сен-Феликсе, такая организация и учение южнофранц. К. были утверждены лидером к-польских богомилов «попом Никитой», прибывшим в Лангедок из Италии. В том же документе говорится о введении единого чина богослужения (Ordo Drogunthiae).

Город Каркасон. 60-е гг. XV в. (Paris. Estampes. Va 17. Fol. 26)
Город Каркасон. 60-е гг. XV в. (Paris. Estampes. Va 17. Fol. 26)

Город Каркасон. 60-е гг. XV в. (Paris. Estampes. Va 17. Fol. 26)

Согласно анонимному трактату «О ереси» (De heresi, 1200-1215) и сочинению Ансельма Александрийского (1274), в Италии активным сторонником идей К. был некий Марк из Конкореццо, обращенный в катаризм проповедниками из Сев. Франции. При его участии общины К. были основаны в Ломбардии, Тоскане и Тревизской марке. Особенностью итал. К. стали тесные организационные и догматические связи с богомилами. Согласно одной из версий, «поп Никита» в кон. 60-х гг. XII в. посетил Италию, где посвятил Марка во «епископа». Др. вероятным источником ереси называют южноитал. общины К., о к-рых практически не сохранилось сведений. В Италии катаризм так и не стал единым течением. Догматические и организационные споры после смерти Марка из Конкореццо раскололи движение К.; впосл. отсутствие единства К. в Италии стало их отличительной чертой по сравнению с Францией. В источниках сохранились названия основных течений, совпадающие с названиями катарских «епископств» в Италии: Дезенцано (близ Брешиа), Конкореццо, Баньоло (ныне Баньоло-Сан-Вито близ Мантуи), Виченца, Флоренция и Сполето.

В 50-60-х гг. XII в. ареал распространения К. ограничивался Францией, Италией и Германией. По сообщению английского хрониста XII в. Уильяма Ньюбургского в 1162 г. К.-проповедники из Германии были замечены в Англии, их последователи были осуждены в Оксфорде и приговорены к смерти в изгнании (Guillelmus Novoburgensis. Historia rerum anglicarum, кон. XII в.). В XII в. в Испании центром катаризма стала Наварра, где очагом ереси было поселение Бастан. К нач. XIII в. ересь распространилась в сев. части Пиренейского п-ова. «Дома» К. появлялись гл. обр. в поселениях вдоль пути на Сантьяго-де-Компостела (напр., в Логроньо) и в крупных городах (напр., в Леоне). Оплотом К. стали города Каталонии; есть сведения о существовании общин К. на Балеарских о-вах. Вместе с тем общины К. в Испании оставались немногочисленными и разрозненными.

С самого начала К. находились в оппозиции к Римско-католической Церкви, однако степень неприятия ими официальных церковных практик варьировалась от призывов следовать идеалам бедности до отказа от таинств и католич. иерархии. Впервые К. были осуждены как еретическая секта на Соборе в Туре в 1163 г. В 1163/65 г. Нарбонский архиеп. Пон д'Арсак, один из последовательных противников К., созвал провинциальный Собор в Ломбере, на к-ром состоялся диспут между К. и католич. иерархами Нарбонского архиеп-ства. По решению Собора К. объявлялись еретиками.

Офиц. осуждение католич. Церковью не снижало популярности катаризма и не сказалось на поддержке К. со стороны светских правителей. Вскоре были предприняты военные действия против городов, являвшихся центрами распространения еретических учений. В 1177-1178 гг. состоялся поход войск католич. еп-ств юга Франции во главе с аббатом монастыря Клерво Генрихом Марсийским; была разорена резиденция Тулузского «епископа» К. в Лаворе, однако война не ослабила влияние еретиков в регионе. По подсчетам М. Рокбера, к нач. XIII в. в Юж. Франции было не меньше 40 тыс. «верующих» и ок. 1 тыс. «посвященных» К. (Roquebert. 1970-1989. Vol. 2).

III Латеранский Собор вновь осудил как ересь вероучения К. Светским правителям, на чьих землях действовали общины К., было рекомендовано скорейшим образом их искоренить (призыв повторил в 1184 папа Римский Луций III в булле «Ad abolendam»). В последние десятилетия XII в. папы направляли легатов на борьбу с еретиками. Одновременно все более напряженными становились отношения между Римской курией и гр. Раймоном VI Тулузским, наиболее влиятельным правителем в Юж. Франции, оказывавшим, вероятно, поддержку К. В 1208 г. был убит один из папских легатов, Петр де Кастельно. Подозрения пали на гр. Раймона VI. Убийство папского легата стало поводом для объявления папой Римским Иннокентием III крестового похода с целью уничтожить ересь и низложить правителей, ей потворствующих (прежде всего тулузского графа). Возглавить крестовый поход папа предложил франц. кор. Филиппу II Августу, однако тот отказался. Тогда формальное руководство католич. армией, состоявшей гл. обр. из северофранц. рыцарей, перешло к папскому легату Арно Амальрику, реально же командование осуществлял гр. Симон де Монфор. Посредством сложных переговоров с папой гр. Раймону VI Тулузскому удалось отвести от своих владений угрозу вторжения войска крестоносцев, которые напали на земли виконта Раймона Рожера Тренкавеля. В 1209-1211 гг. крестоносцы захватили и разрушили крупные города виконтства Тренкавелей (Безье, Каркасон). В 1211 г., воспользовавшись отлучением тулузского графа от Церкви, Симон де Монфор вторгся в его владения и захватил там власть. В 1213 г. на помощь Раймону Тулузскому выступил его родственник, кор. Педро II Арагонский, также имевший владения в Юж. Франции. В сражении при Мюре (12 сент. 1213) король погиб, а его войско было разбито. Фактическое низложение гр. Раймона VI Тулузского было подтверждено решениями Латеранского IV Собора (1215). Папа Римский Иннокентий III передал Тулузское графство Симону де Монфору, что вызвало недовольство южнофранц. городов. При поддержке городов Марсель, Авиньон и Тараскон уже к 1217 г. Раймону VI и его сыну Раймону VII с помощью арагонских рыцарей удалось отвоевать все земли, захваченные крестоносцами. Летом 1218 г. при осаде Тулузы погиб Симон де Монфор.

Второй этап т. н. альбигойских войн связан с новым крестовым походом, объявленным папой Гонорием III в 1222 и 1223 гг. В военной кампании принял участие франц. кор. Людовик VIII. В 1226 г. его войска, подавив незначительное сопротивление, практически полностью заняли юг Франции. В 1229 г. был подписан мирный договор в Мо (с небольшими изменениями подтвержден в Париже). Гр. Раймон VII сохранил значительную часть своих владений, однако становился вассалом кор. Людовика VIII, после его смерти земли Тулузского графства и др. владения отходили франц. монарху. Вторжение крестоносцев в Лангедок сопровождалось кровавыми расправами как с К., так и с сепаратистски настроенными горожанами-католиками. Превращение катаризма в религ. символ южнофранц. автономии способствовало консолидации катарских общин, перешедших, впрочем, на подпольное положение. В 30-х гг. XIII в. в Юж. Франции появились 2 новых катарских «епископства» - в Разесе и Ажене.

IV Латеранский Собор обязал светских правителей бороться с еретиками всеми доступными способами. На территории Свящ. Римской империи проводником постановлений Собора стал имп. Фридрих II, издавший законы против еретиков. В Юж. Франции короли поддерживали деятельность инквизиции (в 1233-1235 действия инквизиторов привели к восстаниям в Нарбоне, Альби и Тулузе). Убежищем для К. стали итал. (прежде всего Милан) и каталон. города. На севере Италии коммуны активно сопротивлялись введению инквизиции, поднимали восстания. Преодолеть сопротивление городов и распространить действие инквизиции на Италию папам Римским удалось лишь в сер. XIII в.

Действия инквизиции и регулярных войск ослабили влияние К. в Юж. Франции. В 30-х гг. XIII в. «епископы» К. были вынуждены искать убежище в неподконтрольных гр. Раймону VII и франц. королю замках и остались в итоге в крепости Монсегюр под защитой ее владельца Раймона де Переля. В 1244 г., после долгой осады, замок был взят. Лидеры К. частично переселились в Италию. До 70-х гг. XIII в. в небольших поселках и деревнях продолжали полулегально существовать общины еретиков. В кон. XIII в. братья Пьер и Гийом Отье попытались возродить неск. общин. К 1310 г. сохранявшиеся очаги ереси К. были выявлены и разгромлены инквизицией.

В Италии во 2-й пол. XIII в. движение К. также ослабло. К концу века общины К. существовали в Милане, Генуе, Вероне, Венеции, Болонье и во Флоренции; к 1320 г. они были уничтожены. С нач. XIV в. мн. К. искали убежище на Сицилии, где преследования не носили систематичного характера, однако и там общины были малочисленны и не играли заметной роли.

Ист.: Limborch P. Historia inquisitionis: Cui subjungitur Liber sententiarum inquisitionis Tolosanae, 1305-1323. Amst., 1692; Le Nouveau Testament, traduit au XIIIe siècle en langue Provençale suivi d'un rituel cathare / Éd. L. Clédat. P., 1887; Un traité néo-manichéen du XIIIe siècle: Le «Liber de duobus principiis», suivi d'un fragment de rituel cathare / Éd. A. Dondaine. R., 1939; Dondaine A. La hiérarchie cathare en Italie. 2: Le Tractatus de hereticis d'Anselme d'Alexandrie, O. P. // AFP. 1950. Vol. 20. P. 308-324; Venckeleer Th. Un recueil cathare: Le manuscrit A.6.10 de la «Collection vaudoise» de Dublin // Revue belge de philologie et d'histoire. Brux., 1960. Vol. 38. P. 815-834; 1961. Vol. 39. P. 759-793; Rituel cathare / Ed. C. Thouzellier. P., 1977; Duvernoy J. Le Règistre d'Inquisition de Jaques Fournier. P., 1978. 3 vol.; Écritures cathares / Éd. R. Nelli, A. Brenon. Monaco, 1995; Le livre secret des cathares: Interrogatio Iohannis / Éd. E. Bozóky. P., 2009; Гильем Тудельский. Песнь об альбигойском крестовом походе / Пер.: С. Лихачева. М., 2010.
Лит.: Schmidt Ch. Histoire et doctrines de la secte des Cathares ou Albigeois. P., 1849. N. Y., 1980r. 2 t.; Dondaine A. Nouvelles sources de l'histoire doctrinale du néo-manichéisme au Moyen Âge // RSPhTh. 1939. Vol. 28. P. 465-488; idem. La Hiérarchie cathare en Italie // AFP. 1949. Vol. 19. P. 280-312; 1950. Vol. 20. P. 234-324; idem. Durand de Huesca et la polémique anti-cathare // Ibid. 1959. Vol. 29. P. 228-276; Borst A. Die Katharer. Stuttg., 1953. (MGH. Schr.; 12); Morghen R. Le origini dell'eresia medioevale in Occidente // Richerche di storia religiosa. R., 1954/1957. Vol. 1. P. 84-107; Thouzellier C. Il cosiddetto neo-Manicheismo occidentale del sec. XI // Oriente et occidente nel Medio Evo: Convegno di science morali, storiche e filologiche, 27 maggio - 1 giugno 1956. R., 1957. P. 84-104, 158-160; eadem. Catharisme et valdéisme en Languedoc à la fin du XIIe et au début du XIIIe siècle: Politique pontificale, controverses. P., 1966; Ventura i Subirats J. El catarismo en Cataluña // Boletín de la Real Academia de Buenas Letras de Barcelona. 1960. T. 28. P. 75-158; Roquebert M. L'épopée cathare. Toulouse, 1970-1989. 4 vol.; idem. Histoire des Cathares. P., 1999; Duvernoy J. Le Catharisme. Toulose, 19862. 2 vol.; Nelli R. La Philosophie du catharisme. P., 1986r; Brenon A. Le vrai visage du catharisme. Portet-sur-Garonne, 1988; eadem. Les Archipels cathares. Cahors, 2000; eadem. Le choix hérétique. Cahors, 2006; Inventer l'hérésie?: Discours polémique et pouvoirs avant l'Inquisition / Éd. M. Zerner. Nice, 1998; Kaelber L. Sociological Explanations of Cathar Success and Tenacity in Languedoc: A New Perspective Focusing on the «Houses of Heretics» // Heresis. Villegly, 2003. P. 31-49; Jiménez-Sanchez P. Les catharismes: Modèles dissidents du christianisme médiéval (XIIe-XIIIe siècles). Rennes, 2008; Дульнева Н. В. Две церкви или катаризм в Окситании // Гильем Тудельский. Песнь об альбигойском крестовом походе. М., 2010. С. 61-86; Grau Torras S. Cátaros e Inquisición en los reinos hispánicos (siglos XII-XIV). Madrid, 2012.
А. С. Позняков, Э. П. К.
Ключевые слова:
Средние века. История Общая история Церкви Секты христианские Катары [кафары], 1) последователи Новациана (III в.) - см. Новациане, 2) участники средневековых неортодоксальных христианских движений, распространенных в XII - нач. XIV в. в Западной Европе
См.также:
ВИЗАНТИНОВЕДЕНИЕ комплексная гуманитарная дисциплина, изучающая историю, язык, религию, право и культуру Византийской империи
АБСАЛОН (ок. 1130 - 1201), архиепископ Лундский, церковный и политический деятель
АВВА
АВДЕЙ ЭДЕССКИЙ [Авдий, Удо], († ок. 372), основатель секты авдиан (или антропоморфитов)
АГНОИТЫ последователи александрийского диакона Фемистия
АГОНИКИ раскольники IV-V вв., принадлежавшие к одному из ответвлений донатистов
АДМИНИСТРАТИВНОЕ УСТРОЙСТВО ВСЕЛЕНСКОЙ ПРАВОСЛАВНОЙ ЦЕРКВИ
АДРИАН II (792 – 872), папа Римский (867 – 872)