Добро пожаловать в один из самых полных сводов знаний по Православию и истории религии
Энциклопедия издается по благословению Патриарха Московского и всея Руси Алексия II
и по благословению Патриарха Московского и всея Руси Кирилла

Как приобрести тома "Православной энциклопедии"

ГИМНОГРАФИЯ
Т. 11, С. 489-513 опубликовано: 9 марта 2011г.


ГИМНОГРАФИЯ

[греч. ὑμνογραφία - песнотворчество, от ὕμνος - гимн, песнь и γράφω - писать], в христ. богослужении небиблейские поэтические тексты, предназначенные для исполнения (в первую очередь певч.) в определенные моменты служб. Жанры церковной Г. разнообразны и имеют долгую историю.

Истоки христианской Г.

Ветхозаветная Г.

(в широком смысле слова) представлена прежде всего псалмами и библейскими песнями. Схожие поэтические произведения встречаются и в лит-ре, предшествовавшей формированию книг ВЗ - среди шумер. и ассир. клинописных текстов (Vanderburgh F. A. Sumerian Hymns. N. Y., 19664; Cumming C. G. The Assyrian and Hebrew Hymns of Praise. N. Y., 19664). По формальным признакам евр. псалмы значительно отличаются от произведений древнегреч. поэзии (подробнее см. ст. Поэзия библейская). Большинство ученых согласны в том, что мн. псалмы Псалтири имели литургическое употребление уже в ветхозаветном богослужении.

В Кумране

помимо канонических псалмов (с чтениями, отличающимися от масоретского текста, причем иногда значительно) найдены по крайней мере 15 апокрифических (11QPsa; 4QPsf; 4Q522; 1QPsb; 11QapocPs), часть к-рых впосл. помещалась в христ. переводах Библии (напр., Пс 151; Сир 51. 13-30). По модели библейских псалмов в кумран. общине было написано более 30 «Благодарственных гимнов» (1QH, или Hodayot).

Раннехристианская Г.

Для апостольского периода невозможно определить четкие критерии отличия гимнов от молитв, благословений, славословий и вероисповедных формул (ср.: Деян 16. 25). Исследователи также расходятся во мнениях, что именно имеется в виду в Еф 5. 19 под «псалмами, славословиями и духовными песнями» (греч. ψαλμοῖς καὶ ὕμνοις καὶ ᾡδαῖς πνευματικαῖς; ср.: Кол 3. 16). В то же время составление христианами гимнов и использование их в богослужении засвидетельствовано не только христ., но и внешними источниками. Так, в письме Плиния Младшего имп. Траяну, написанном в 107-115 гг., говорится, что христиане собираются вместе и до рассвета воспевают Христа как Бога (Plin. Jun. Ep. 10. 96).

Дискуссионным является вопрос о литургическом характере ряда поэтических фрагментов в составе НЗ. Длина этих фрагментов, к-рые выделяются из контекста по стилю, наличию признаков поэтического языка, вводных фраз (напр., «Верно слово» в 2 Тим 2. 11-13; «беспрекословно» в 1 Тим 3. 16), часто не превышает 1-2 строк. Наиболее известны встречающиеся в корпусе Павловых посланий христологические (Флп 2. 6-11; Кол 1. 15-20; Евр 1. 3) и крещальные (Тит 3. 4-7; Еф 5. 14) поэтические фрагменты, к-рые, может быть, являются примерами древнейших христ. гимнов. Неизвестно, написаны ли они самим апостолом или заимствованы из Свящ. Предания. Спорным является вопрос и о гимнографическом характере Ин 1. 1-18.

Благодарственные гимны. Кумран. Ок. I в. до Р. Х. (Музей Израиля, Иерусалим. 1QH)
Благодарственные гимны. Кумран. Ок. I в. до Р. Х. (Музей Израиля, Иерусалим. 1QH)

Благодарственные гимны. Кумран. Ок. I в. до Р. Х. (Музей Израиля, Иерусалим. 1QH)

В XX в. были популярны теории о литургическом характере всего 1-го Послания ап. Петра, в к-ром видели крещальную или пасхальную службу. В наст. время эти теории отвергнуты, но ряд вероисповедных формул, содержащихся в послании, рассматриваются как весьма близкие к Г. (напр., 1 Петр 3. 18-22).

Нек-рые гимны в составе НЗ являются прямыми цитатами из ВЗ (напр., 1 Петр 2. 6-8) или построены на ветхозаветных аллюзиях (напр., Еф 5. 14; ср.: Ис 26. 19; 60. 1, 2). Особую категорию составляют гимны из Евангелия от Луки - песни Пресв. Богородицы (см. ст. «Величит душа Моя Господа»), прор. Захарии и старца Симеона (см. ст. «Ныне отпущаеши») и ангельское славословие «Слава в вышних Богу» (см. ст. Великое славословие). Хотя со временем эти гимны стали важными элементами церковного богослужения (см. ст. Библейские песни), нельзя точно сказать, когда именно началось их литургическое использование (ряд исследователей указывают на лит. характер гимнов).

В раннехрист. текстах также содержится множество свидетельств о введении в богослужение Псалтири (напр., 1 Кор 14. 26; псалмопение, вероятно, подразумевается в Мф 26. 30 и Мк 14. 26 под словом ὑμνήσαντες - воспев) и др. ветхозаветных текстов гимнографического характера (Откр 4. 8; 5. 12; 15. 3-4). Однако наряду с каноническими текстами в церковном богослужении использовались и произведения межзаветной лит-ры. Так, 18 псалмов Соломона, написанных на евр. языке в I в. до Р. Х., но сохранившихся только на греч. и сир. языках, встречаются в Александрийском кодексе Библии (сер. V в.). Широкое распространение получили оды Соломона (I - нач. II в.), сохранившиеся в переводах на сир., греч. и копт. языки. Ряд гимнов встречается в апокрифических Деяниях апостолов II-III вв. («хороводная песнь» в Деяниях Иоанна, песнь о Невесте и песнь о Жемчужине в Деяниях Фомы и др.) и др. памятниках.

Древнегреч. поэзия (в т. ч. религ.) стала оказывать влияние на христ. Г. не ранее II-III вв. (напр., гимн Христу в «Педагоге» Климента Александрийского (Ɨ ок. 215) (SC; 158), песнь дев в «Пире десяти дев» сщмч. Мефодия Патарского (Ɨ ок. 311) с алфавитным акростихом (SC; 95)). Весьма близким к Г. можно считать произведение св. Мелитона Сардийского «О Пасхе» (Ɨ ок. 190) (SC; 123). Нек-рые древнейшие образцы церковных Г. сохранились в папирусах егип. происхождения (напр., P. Oxy. 1786, III в.; Барселонском папирусе IV в. и др.; см. также: Griechische literarische Papyri christlichen Inhalts. [Pt.] 2: Tafelband / Hrsg. K. Treu, J. Diethart. W., 1993).

Лит.: Robinson R. M. Die Hodayot-Formel in Gebet u. Hymnus d. Frühchristentums // Apophoreta: FS f. E. Haenchen. B., 1964. S. 194-235; Schattenmann J. Studien z. neutestamentlichen Prosahymnus. Münch., 1965; Schille G. Frühchristliche Hymnen. B., 1965; Deichgräber R. Gotteshymnus u. Christushymnus in d. frühen Christenheit. Gött., 1967; Jörns K.-P. Das hymnische Evangelium: Untersuch. zu Aufbau, Funktion u. Herkunft d. hymnischen Stücke in d. Johannesoffenbarung. Gütersloh, 1971; Sanders J. T. The New Testament Christological Hymns. Camb., 1971; Wengst K. Christologische Formeln u. Lieder d. Urchristentums. Gütersloh, 1972; Lodi. Enchiridion; Quasten J. Music and Worship in Pagan and Christian Antiquity. Wash., 1983; Farris S. The Hymns of Luke's Infancy Narratives: Their Origin, Meaning and Significance. Sheffield, 1985; Fowl S. The Story of Christ in the Ethics of Paul: An Analysis of the Function of the Hymnic Material in the Pauline Corpus. Sheffield, 1990; Bradshaw P. F. The Search for the Origins of Christian Worship. Oxf., 1992, 20022; Nusca A. R. Heavenly Worship, Ecclesial Worship: A Liturgical Approach to the Hymns of the Apocalypse of St. John: Diss. R., 1998.
А. А. Ткаченко

Византийская Г.

неразрывно связана с историей византийского богослужения, повторяет основные периоды его развития и разделяется на доиконоборческий (313-726) и послеиконоборческий (843-1453) периоды.

Доиконоборческая византийская Г.

Признание христианства в качестве офиц. религии Римской империи оказало существенное влияние на развитие христ. богослужения. Предоставленные христианам свобода богослужебных собраний и право иметь специальные места для совершения богослужений обусловили как строительство новых храмов, так и быстрое развитие церковной Г. Уже в кон. IV в. свт. Василий Великий в 207-м письме к неокесарийским клирикам подчеркивал, что пение различных гимнов (ψαλμῳδία) составляло существенную часть богослужения в Сирии, Месопотамии, Финикии, Палестине, Аравии, Египте и др. церковных провинциях вост. части империи.

I. В IV-V вв. для большинства из этих провинций определяющее значение имела антиохийская литургическая традиция, к-рая во многом сформировала облик и характеристики иерусалимской и к-польской традиций. Известно, что Г. была одним из важнейших компонентов антиохийского богослужения. Сохранились только отдельные греч. песнопения, несомненно связанные с антиохийской литургической традицией: в составе кн. VII Апостольских постановлений (ок. 380) находятся «утренний гимн» («Слава в вышних Богу») и еще одно песнопение («Хвалите, отроки, Господа»), к-рые представляют собой образцы простой ритмизованной прозы. Однако разнообразные гимнографические тексты различных жанров известны из сир. литургической традиции, к-рая входила в «антиохийское литургическое пространство». Содержание этих текстов было связано как с воспоминаемыми событиями, так и с чтениями из Свящ. Писания за богослужением.

Свт. Григорий Богослов. Икона. Кон. XV в. (ЦАК МДА)
Свт. Григорий Богослов. Икона. Кон. XV в. (ЦАК МДА)

Свт. Григорий Богослов. Икона. Кон. XV в. (ЦАК МДА)

Так, в IV в. в сир. традиции были распространены сложные гимнографические тексты, известные под названием мадраша ( ), к-рые представляли собой последовательность изосиллабических строф ( , ср. греч. οἶκος), каждая строфа заканчивалась припевом ( ). Исполнение этих песнопений было связано с практикой ипофонного пения, когда строфы пелись солистом, а хор пел общий припев (следует отметить, что так первоначально исполнялся и вечерний гимн «Свете тихий»). С практикой антифонного пения, судя по всему, были связаны песнопения, относящиеся к наиболее известному жанру сир. Г.- согите ( ). Отличительной чертой этих песнопений было наличие диалога в основной части и алфавитного акростиха, объединяющего строфы диалога, но в отличие от предшествующего случая изосиллабические строфы согиты не имели постоянного припева. Кроме того, в сир. традиции были хорошо известны и небольшие песнопения ( ), исполнявшиеся вместе со стихами псалмов, к-рые им предшествовали (как, напр., в собрании гимнов Севира Антиохийского). Песнопения этого типа сопоставимы с греч. и лат. припевами к антифонным псалмам - антифонами и респонсориями. К пространным гимнографическим текстам типа мадраши и согиты во многом близка особая ритмизованная проповедь - мемра ( ), к-рая состояла из двустиший, организованных по изосиллабическому принципу.

Сопоставление сир. гимнографических текстов с греч. показывает, что по структуре и организации текста жанры сир. Г. существенно не отличались от ранних жанров христ. греч. Г., т. к. сходные лит. формы были известны и в греч. традиции. Напр., в заключительной части «Пира десяти дев» сщмч. Мефодия Патарского находится особый «псалом», лит. структура и способ исполнения к-рого совпадают со структурой сир. мадраш. С сир. проповедями типа мемры сопоставимы проповеди свт. Григория Богослова († 390), многие из к-рых не только были ритмически организованы, но и исполнялись в богослужебной практике, на что указывает их использование гимнографами последующих периодов. Хорошо был известен в греч. традиции и изосиллабизм, о чем свидетельствует большое число различных гимнов ката стихон (κατὰ στίχων), наиболее распространенным из них является гимн ῾Η ἀσώματος φύσις τὰ Χερουβείμ̇ (   ), сохранившийся во множестве ранних списков (ныне входит в состав великого повечерия).

Исполнение разнообразных гимнографических произведений обеспечивали в антиохийской традиции «сыновья» и «дочери завета», т. е. члены аскетических общин, существовавших при городских храмах. С этими же общинами были связаны и такие известные создатели сир. Г., как, напр., прп. Ефрем Сирин (Ɨ 373).

II. Центром формирования и развития иерусалимского богослужения являлся церковный комплекс, построенный в Св. граде в IV в., куда входил Анастасис (храм Воскресения) и Мартириум (базилика Константина). Движущей силой развития иерусалимского богослужения IV-VI вв., как и в антиохийской литургической традиции, были городские аскетические общины («тагмы спудеев»), к-рые обеспечивали регулярное совершение богослужения в иерусалимских храмах.

Основу суточных служб в иерусалимской традиции составляло пение Псалтири, однако уже в кон. IV в. использовались различные гимнографические сочинения, о к-рых неоднократно упоминает паломница Эгерия (кон. IV в.). Греч. оригиналы этих сочинений в основном утрачены, однако в составе древних арм. и груз. гимнографических сборников Шаракноц и Иадгари содержатся нек-рые, совпадающие между собой праздничные и воскресные песнопения, восходящие к несохранившимся греч. оригиналам иерусалимского происхождения. Кроме того, отдельные песнопения встречаются в составе арм. и груз. переводов иерусалимского Лекционария. К древним иерусалимским антифонам принадлежат и тропари (антифоны) Великой пятницы, к-рые в древности пелись со стихами псалмов.

Как и в антиохийской литургической традиции, иерусалимские спудеи использовали в богослужении не только псалмы и антифоны, но и разнообразные гимнографические сочинения, сопоставимые с сир., на что указывают особенности палестинской Г. VII-VIII вв. Так, лит. форма и наличие акростиха в праздничных песнопениях патриарха Иерусалимского свт. Софрония I (633/4-638), известных под названием «анакреонтические стихотворения», свидетельствуют о том, что они восходят к древней гимнографической традиции.

Богослужение в палестинских мон-рях (киновиях) в V-VI вв. во многом определялось литургической традицией городских аскетических общин (спудеев), но его отличало отсутствие сложной Г., характерной для городских храмов. Палестинское келлиотское монашество почти не использовало гимнографические тексты. В VII в. в палестинской литургической традиции произошли существенные изменения. Монахи, занявшие в Иерусалиме и др. городах Палестины место спудеев после перехода власти к арабам (637), принесли в храм Воскресения и др. городские храмы свою богослужебную традицию, в основе к-рой лежало монашеское псалмопение, что привело к изменениям в составе комплекса гимнографических текстов.

Характерным элементом нового богослужения, сформировавшегося в Иерусалиме в VII в., был новый гимнографический жанр - канон, представлявший собой собрание различных строф, припевавшихся к стихам 9 библейских песней из иерусалимской Псалтири. Первоначально эти строфы (припевы) заимствовались из древних песнопений, исполнявшихся спудеями в Иерусалиме, на что указывает как отсутствие ирмосов, так и различие строф одной и той же песни по размерам и содержанию в воскресных канонах, входящих в состав древнего иерусалимского Тропология, сохранившегося в груз. переводе (древний Иадгари).

В этот Тропологий вошли и архаичные праздничные припевы к стихам песни вавилонских отроков (Дан 3. 57-88) и песни прор. Захарии (Лк 1. 68-79), тогда как в качестве постоянного припева к песни Пресв. Богородицы (Лк 1. 46-55) использовался тропарь «Честнейшую херувим». Анализ древних богослужебных канонов (полных и кратких) показывает, что появлению полного канона, содержащего строфы-припевы ко всем 9 песням, предшествовал период существования архаичных двупеснцев, к-рые возникли достаточно рано и изначально могли быть связаны только с песнями вавилонских отроков, прор. Захарии и Пресв. Богородицы, а не со всей последовательностью из 9 библейских песней, вошедшей в состав палестинской утрени позднее. По структуре они совпадают с более поздним двупеснцем, однако в них, как и в воскресных канонах древнего Тропология, отсутствовали ирмосы. Отличительной особенностью нового гимнографического жанра - 9-песненного канона - стала его неразрывная связь с новой ладово-мелодической системой, появившейся в Иерусалиме в VII в.,- осмогласием.

Прп. Иоанн Дамаскин. Икона. XVI в. (скит св. Анны, Афон)
Прп. Иоанн Дамаскин. Икона. XVI в. (скит св. Анны, Афон)

Прп. Иоанн Дамаскин. Икона. XVI в. (скит св. Анны, Афон)

В нач. VIII в. трудами преподобных Иоанна Дамаскина († ок. 750), Космы Маюмского († ок. 787) и др. палестинских гимнографов этого времени и последующих десятилетий в Иерусалиме был создан новый комплекс праздничных и воскресных песнопений, образовавших новый иерусалимский Тропологий. Существенной особенностью праздничных канонов нового Тропология стало наличие ирмоса, служащего образцом для строф, в каждой песни, причем в качестве ирмосов могли использоваться как известные архаичные строфы, так и фрагменты древних гомилетических текстов (напр., в пасхальном каноне прп. Иоанна Дамаскина - фрагменты пасхального слова свт. Григория Богослова). Изменение формы сопровождалось и изменением содержания: если строфы из канонов древнего Тропология имели выраженный молебный характер, то новая Г. получила отчетливый догматическо-апологетический характер. В отличие от пространных гимнографических текстов предшествующего периода тропари канонов (строфы) не являлись частями единого непрерывного текста, но представляли собой вполне самостоятельные элементы, набор и последовательность к-рых фиксировал только акростих, что предопределило возможность объединения различных канонов и их тропарей.

III. Формирование и развитие к-польской литургической традиции было во многом сходно с развитием антиохийской и иерусалимской традиций. Центром развития к-польского богослужения являлся храм Св. Софии, а регулярное совершение богослужения осуществлялось членами городских аскетических общин (аскитирионов). Основу суточных служб составляло респонсорное пение «длинных» стихов к-польской Псалтири с особыми припевами, называемыми ипакои (ὑπακοή), однако и в к-польском богослужении использовались гимнографические сочинения различной степени сложности - в т. ч. древние песнопения, сопоставимые с сир. песнопениями типа мадраши и согиты. Более того, нек-рые архаичные песнопения из состава визант. Кондакарей («О первом человеке» и «О потерянном рае») сходны по структуре, наличию акростиха и способу исполнения как с сир. мадрашами, так и с гимном из «Пира десяти дев» сщмч. Мефодия Патарского, что свидетельствует не о влиянии сир. гимнографии на к-польскую, но о принадлежности обеих к общей традиции.

Наиболее известный жанр к-польской Г. V-VII вв.- кондак, состоявший из объединенной акростихом последовательности строф-икосов (οἶκος), каждая из к-рых заканчивалась общим рефреном, а также из проимия (в позднейшей терминологии - собственно кондак), к-рый в рукописях предшествует икосам. Судя по всему, последовательность строф-икосов с общим припевом была известна в к-польском богослужении уже в V в. Расцвет этого жанра произошел в VI в. и связан с деятельностью прп. Романа Сладкопевца († после 555), однако тексты кондаков сохранились в сравнительно поздних гимнографических сборниках, где они уже соотнесены с различными гласами палестинского осмогласия. К жанру кондака принадлежит и знаменитый к-польский Акафист Божией Матери, представляющий по структуре усложненный тип кондака.

Похвала Божией Матери с Акафистом. Икона. Сер. XVI в. (ГРМ)
Похвала Божией Матери с Акафистом. Икона. Сер. XVI в. (ГРМ)

Похвала Божией Матери с Акафистом. Икона. Сер. XVI в. (ГРМ)

Кроме кондаков в к-польском богослужении существовали более простые гимнографические жанры. Краткие «тропари», к-рые распевались антифонно, связаны с именем прп. Авксентия Вифинского († ок. 470). К древним к-польским антифонам принадлежат и тропари, певшиеся вместе со стихами псалмов в навечерия Рождества Христова и Богоявления между ветхозаветными чтениями и находившиеся в Профитологии (см. ст. Паремийник). Большой «тропарь» догматического содержания «Единородный Сыне», введение к-рого в богослужебный обиход связано с именем св. имп. Юстиниана († 565), исполнялся в начальной части Божественной литургии.

В VII в. в результате палестинского влияния в к-польской богослужебной традиции появились не только тексты палестинского происхождения, но и новые гимнографические формы. Вероятно, во 2-й пол. VII в. каноны древнего Тропология, связанные с осмогласием, становятся известными в К-поле и М. Азии. Во многом под их влиянием составляли свои 9-песненные каноны (отличительной особенностью к-рых было наличие ирмосов, 2-й песни, богородичнов, а также отсутствие акростиха) прп. Андрей Критский († 740) и свт. Герман I К-польский († до 754).

В сер. VIII в. в результате литургической реформы в к-польском богослужении гимнографический материал, использовавшийся ранее аскитирионами, подвергся сокращению. Новая литургическая традиция была зафиксирована в Синаксаре Великой ц. (см. Типикон Великой ц.), набор гимнографических жанров к-рого достаточно ограничен. В нем приводятся гл. обр. тропари (или ипакои), используемые как припевы к стихам псалмов, и почти не упоминаются древние гимнографические произведения, в т. ч. и кондаки.

Послеиконоборческая византийская Г.

Господствующее положение в правосл. Церкви в кон. VIII в. заняли монахи, к-рые были проводниками палестинского литургического влияния, что стало причиной новых изменений в визант. богослужении. Одновременно с изменениями в структуре служб суточного круга и появлением новых гимнографических текстов палестинского происхождения в визант. богослужении утвердилось иерусалимское (палестинское) осмогласие, связанное с этими текстами.

Литургическая традиция к-польского монашества формировалась в посл. трети VIII в. в М. Азии и известна под поздним названием «студийская». Именно там прп. Феодор Студит († 826) познакомился с литургической традицией палестинского происхождения, в частности с палестинской гимнографией и осмогласием. Наличие 2-й песни в канонах студийских гимнографов, а также в богослужебных книгах студийской эпохи показывает, что студиты продолжали ту архаичную традицию палестинского происхождения, с к-рой была связана гимнографическая деятельность прп. Андрея Критского и свт. Германа I К-польского.

Прп. Феодор Студит. Икона-таблетка. Новгород. Рубеж XV и XVI вв. (НГОМЗ). Фрагмент
Прп. Феодор Студит. Икона-таблетка. Новгород. Рубеж XV и XVI вв. (НГОМЗ). Фрагмент

Прп. Феодор Студит. Икона-таблетка. Новгород. Рубеж XV и XVI вв. (НГОМЗ). Фрагмент

С именем прп. Феодора Студита позднее студийское предание соотносило происхождение степенных антифонов, представляющих собой различающиеся по гласам антифоны, первоначально исполнявшиеся в качестве припевов к стихам степенных псалмов (18-я кафизма) на воскресной утрене, а также практику распевания кафизм палестинской Псалтири с припевом «Аллилуия» на 8 гласов, что определялось, с одной стороны, древней к-польской практикой пения псалмов с припевами (ипакои, тропари), а с другой - палестинской системой осмогласия.

Восстановление иконопочитания в 843 г. не внесло существенных изменений в к-польское богослужение, к-рое следовало традиции, сформировавшейся в иконоборческий период. Центральное место в литургической традиции послеиконоборческого периода заняло монашеское богослужение, регламентировавшееся студийским Синаксарем и его редакциями (см. ст. Студийский устав). Его развитие определяло и характеризовало развитие визант. богослужения в целом. Стабильность и относительная унифицированность студийской богослужебной традиции поддерживали стабильность гимнографических жанров послеиконоборческого периода (главные из к-рых - канон, стихира, тропарь).

Во 2-й пол. IX в. был сформирован корпус гимнографических текстов послеиконоборческого периода. Все гимнографические тексты с седмичным кругом богослужения вошли в Октоих. Тексты годового подвижного богослужебного круга образовали Триодь (впосл. разделившуюся на Триоди Постную и Цветную, или Триодь и Пентикостарий), а тексты годового неподвижного богослужебного круга вошли в состав служебной Минеи (анализ источников показал, что основным источником гимнографических текстов Минеи был послеиконоборческий к-польский агиографический Синаксарь, содержащий краткие сведения о празднуемых святых).

Минеи, Триоди и Октоих, входившие в комплекс богослужебных книг, использование к-рых регламентировал студийский Синаксарь, содержали как песнопения палестинского происхождения (преподобных Иоанна Дамаскина и Космы Маюмского), так и новые песнопения, созданные прп. Феодором Студитом и др. студийскими (Иосиф († 832), Николай (IX в.), Климент (IX в.) Студиты) и нестудийскими гимнографами послеиконоборческой к-польской традиции (Феофан Начертанный († 845), Георгий Никомидийский (IX в.), Иосиф Песнописец († 886) и др.).

Минея на март. Греция. XIV в. (Cutl. 324. Fol. 171v)
Минея на март. Греция. XIV в. (Cutl. 324. Fol. 171v)

Минея на март. Греция. XIV в. (Cutl. 324. Fol. 171v)

Визант. гимнографы послеиконоборческого периода постоянно увеличивали количество гимнографических текстов (гл. обр. канонов и стихир), посвященных тем или иным воспоминаемым событиям или же памятям святых. По образцу существовавших писались службы новопрославленным святым. Кроме того, под влиянием канонов Октоиха создавались комплекты молебных канонов Пресв. Троице, Богородице, святым, что в свою очередь стало причиной появления особых молебных канонов в Минеях, формирования Богородичника (бытующего как в виде самостоятельной книги, так и в составе Октоиха), появления цикла канонов Пресв. Троице в Октоихе и др. Однако все песнотворчество происходило в рамках уже существовавшей системы жанров.

Падение К-поля 13 апр. 1204 г. стало причиной прекращения литургической традиции, к-рая сформировалась в послеиконоборческий период. Тем не менее визант. литургическая традиция продолжалась в неск. греч. гос-вах, наиболее значимым из к-рых была Никейская империя. Основным богослужебным уставом в М. Азии в 1-й пол. XIII в., а затем и в Византийской империи в палеологовский период (1261-1453) стал Иерусалимский устав, до наст. времени (в тех или иных редакциях) принятый повсеместно в правосл. Церкви. Однако переход на новый богослужебный устав не сопровождался переменой комплекса богослужебных текстов и соответственно изменением жанровой системы. Визант. гимнографы палеологовского периода продолжали использовать традиц. гимнографические жанры, составляя новые богослужебные тексты, однако характерное для этого времени стремление к архаизации и использованию древних форм стало причиной появления группы акафистов, составленных по образцу древнего Акафиста Пресв. Богородице, не вошедших в офиц. богослужебные книги, но стимулировавших установление особого гимнографического жанра - акафиста.

Многовековая история развития визант. Г. привела к окончательному формированию того корпуса гимнографических жанров, какой и до наст. времени используется в правосл. Церкви. Это неск. видов монострофных песнопений: тропарь, седален, ипакои, светилен и эксапостиларий - и неск. видов многострофных песнопений: канон, большинство типов стихир, тропари на блаженнах, акафист и др. Кондак, первоначально также являвшийся многострофным песнопением, в совр. литургических книгах, как правило, сохраняет лишь один икос (хотя отдельные кондаки сохранили полные комплекты икосов) и часто исполняется вовсе без икосов. Большинство этих песнопений, находящихся в Октоихе, Триоди, Минее (кроме служб невизант. святым), написаны визант. гимнографами в VIII-XII вв. Из гимнографических сочинений раннехрист. авторов доныне за богослужением звучат лишь отдельные тексты, напр. великое славословие. Особняком стоят песнопения, основанные на библейских текстах и поэтому не являющиеся, строго говоря, Г.: прокимен, аллилуиарий, различные виды исполняемых певческих псалмов.

Основные ист. [помимо различных изданий богослужебных книг]: Christ, Paranikas. Anthologia; Pitra. Analecta Sacra; Maas P. Frühbyzantinische Kirchenpoesie. Bonn, 1910. B., 19312; MMB; Follieri. Initia hymnorum; AHG; Метревели. Иадгари; Ταμεῖον.
Основная лит.: Pitra J. B. Hymnographie de l'Église grecque. R., 1887; Филарет (Гумилевский). Песнопевцы; Скабалланович. Типикон; Émereau C. Hymnographi byzantini // EO. 1922. Vol. 21. P. 258-279; 1923. Vol. 22. 12-25, 420-439; 1924. Vol. 23. P. 196-200, 276-285, 403-414; 1925. Vol. 24. P. 164-179; 1926. Vol. 25. P. 178-184; Tillyard H. J. W. Byzantine Music and Hymnography. L., 1923. N. Y., 1976; Σωφρόνιος (Εὐστρατιάδης), μητρ. Ποηταὶ καὶ ῾Υμνογράφοι τῆς ᾿Ορθοδόξου ᾿Εκκλησίας. ῾Ιεροσόλυμα, 1940; Pétit. Bibliogr. d. acolouthies grecques; Τρεμπέλα Π. Ν. ᾿Εκλογὴ ῾Ελληνικῆς ᾿Ορθοδόξου ῾Υμνογραφίας. ᾿Αθῆναι, 1949, 1978²; Wellesz. Byzantine Music and Hymnography; Τωμαδάκης. Βυζαντινὴ ὑμνογραφία; Rochow I. Studien zu der Person, den Werken und dem Nachleben der Dichterin Kassia. B., 1967; Τωμαδάκης Εὐ. ᾿Ιωσὴφ ὁ ῾Υμνογράφος̇ Βίος καὶ ἔργον. ᾿Αθῆναι, 1971; Husmann H. Hymnus u. Troparion: Studien z. Geschichte d. musikalischen Gattungen v. Horologion u. Tropologion // Jb. d. Staatl. Inst. f. Musikforschung Preussischer Kulturbesitz, 1971. B., 1972. S. 7-86; Μιτσάκης. Βυζαντινὴ ὑμνογραφία; Grosdidier de Matons J. Romanos le Mélode et les origins de la poésie religieuse à Byzance. P., 1977; Ξύδης Θ. Βυζαντινὴ ὑμνογραφία. ᾿Αθῆναι, 1978; Szövérffy. Hymnography [Библиогр.]; Χρήστου Π. Κ. Θεολογικὰ μελετήματα. Θεσσαλονίκη, 1981. T. 4: ῾Υμνογραφικά; Κωνσταντινὶδου Ι. ῾Υμνολογία. ᾿Αθῆναι, 19813; Δετοράκης Θ. Κοσμᾶς ὁ μελωδός̇ Βίος καὶ ἔργο. Θεσαλονίκη, 1979. (᾿Ανάλεκτα Βλατάδων; 28); idem. ῾Η Βυζαντινὴ Θρησκευτικὴ ποίηση καὶ ῾Υμνογραφία. Ρέθυμνο, 1992, 19972; Griffith S. H. Monks, «Singles» and the «Sons of the Covenant»: Reflections /on Syriac Ascetic Terminology // ΕΥΛΟΓΗΜΑ: Studies in Honor of R. Taft / E. Carr, S. Parenti, A. Thiermeyer, E. Velkovska, eds. R., 1993. P. 141-160. (Studia Anselmiana; 17); Правдолюбов С., прот. Великий канон св. Андрея Критского: История. Поэтика. Богословие: Магист. дис. / МДА. М., 1987. Т. 1-2; Hannick Chr. Reference Materials on Byzantine and Old Slavic Music and Hymnography // J. of the Plainsong and Medieval Music Society. 1990. Vol. 13. P. 83-89; Renoux Ch. Les hymnes de la Résurrection. Vol. 1: Hymnographie liturgique géorgienne: Textes du Sinaï 18. P., 2000; Frøyshov S. S. La Réticence à l'hymnographie chez des anachorètes de l'Égypte et du Sinaï du 6e au 8e siècles // L'Hymnographie: Conf. St.-Serge XLVIe Semaine d'Études Liturgiques. Paris, 29 Juin - 2 Juillet 1999 / Ed. A. M. Triacca, A. Pistoia. R., 2000. P. 229-245; Гимнология. Вып. 1-4; Рыбаков В., прот. Св. Иосиф Песнописец и его песнотворческая деятельность. М., 2002; Игнатия (Петровская), мон. Церк. песнотворцы. М., 2005; Никифорова А. Ю. Проблема происхождения служебной Минеи: структура, состав, месяцеслов греч. Миней IX-XII вв. из мон-ря св. Екатерины на Синае: Дис. М., 2005.
А. М. Пентковский

Славянская Г.

Древнейшая оригинальная славянская Г.

В качестве самостоятельной исследовательской проблемы вопрос о древнейшей оригинальной слав. Г. возник в научной лит-ре в 70-х гг. XX в., после открытий в этой области болг. филологов С. Кожухарова и Г. Попова. До этого считалось, что уже в начальный период бытования слав. гимнографических книг корпус Г. в них принципиально не отличался от позднейших эпох, когда его основу неизменно составляли переводы, а оригинальное творчество ограничивалось отдельными службами местным (национальным) святым, а также малыми гимнографическими и евхологическими формами. Поэтому в число древнейших слав. гимнографических текстов включались лишь службы каждому из первоучителей и канон им вместе, канон вмч. Димитрию Солунскому, атрибутируемый со времен прот. А. В. Горского св. архиеп. Мефодию или одному из его ближайших учеников, службы свт. Клименту Охридскому и болг. царю Петру, древнейшие азбучные молитвы, а также предположительно канон св. Клименту, папе Римскому (см.: Ангелов. (II) 1971), и отдельные части службы прп. Иоанну Рильскому. Кроме того, в кон. 60-х гг. Б. С. Ангелов дополнил гипотетическую часть этого списка одним из вариантов Общей Минеи (Ангелов. (I) 1969).

Святые Кирилл и Мефодий. Икона. 2-я пол. XIX в. (Национальный исторический музей, София)
Святые Кирилл и Мефодий. Икона. 2-я пол. XIX в. (Национальный исторический музей, София)

Святые Кирилл и Мефодий. Икона. 2-я пол. XIX в. (Национальный исторический музей, София)

В наст. время, после открытий 1970 - нач. 2000-х гг., можно считать надежно установленным, что к сер. 10-х гг. X в. в I Болгарском царстве существовал оригинальный слав. комплект песнопений, созданный в основном учениками равноапостольных Кирилла и Мефодия (святыми Климентом, Наумом и Константином), включавший песнопения и их циклы для Триоди (по крайней мере Постной), Миней Праздничной (в т. ч. для двунадесятых праздников) и Общей, Октоиха и нек-рых чинов Требника. Всего в корпус выявленной ныне оригинальной слав. Г. входит (с учетом великопостных канонов как отдельных произведений) ок. 140 текстов (Станчев. (II) 2003. С. 13). Трудность работы с этим кругом памятников (и даже их выявление в максимальной полноте) состоит в том, что богослужебные книги XI-XV вв., содержащие древнейшие оригинальные слав. гимнографические тексты, даже до распространения в XIV в. Иерусалимского устава (практически исключившего их из употребления) испытали воздействие неск. литургических реформ (в X в. в Болгарии, введение Студийско-Алексиевского Типикона в 60-х гг. XI в. на Руси и Евергетидского Типикона в нач. XIII в. на Афоне и в Сербии). В результате вызванного этими переменами редактирования книг многие из древнейших памятников слав. Г. оказались сокращены (что хорошо заметно по нарушениям акростихов), а часть их была, вероятно, безвозвратно утрачена.

Начало слав. гимнографического творчества связано с деятельностью св. первоучителей Кирилла (Константина) и Мефодия в Вел. Моравии (863-885). Гимнографическое творчество первоучителей и их ближайших учеников в Вел. Моравии из-за отношения Папского престола к слав. богослужению могло носить лишь окказиональный характер и было ограничено как объемам, так и тематикой. Принято считать, что оно включало лишь избранные службы покровителям миссии и церковного диоцеза архиеп. Мефодия: вмч. Димитрию Солунскому и на перенесение мощей сщмч. Климента Римского; зап. святым и (или) святым, особо почитавшимся в Риме (св. Аполлинарию Равеннскому, на перенесение мощей первомч. Стефана и папе Стефану I, св. Алексию, человеку Божию (все с именным акростихом Климента Охридского), а также, возможно, св. Виту; С. Кожухаров предположительно связывал (Кожухаров. (II) 1988) создание службы ап. Андрею Первозванному Наумом Охридским с пребыванием Кирилла и Мефодия с учениками в Риме в 868); самим первоучителям, составленные после их смерти: службу Кириллу (Константину) с 2 анонимными канонами, 1-й из к-рых (4-го гласа) имеет широчайшее распространение в рукописной традиции, а 2-й (8-го гласа) представлен южнослав. списками XIV и XV вв. (КМЕ. Т. 3. С. 657-659); канон равноап. Мефодию, открытый сравнительно недавно (Мошкова, Турилов. (II) 1998) и атрибутированный Поповым архиеп. Клименту Охридскому; 2-й канон Мефодию, с именным акростихом Константина, мог быть создан позднее.

Этапное значение для развития оригинальной слав. Г. (как и слав. лит-ры в целом) имело вынужденное перемещение учеников Кирилла и Мефодия в кон. 885 г. на территорию I Болгарского царства. Здесь при постоянной поддержке верховной власти (сначала кн. Бориса, а затем царя Симеона) они получили возможность в полной мере реализовать замысел и программу учителей по созданию развитой духовной письменности на слав. языке как аналога греческого и латинского (Турилов, Флоря. (II) 2002. С. 401-418). В Г. это породило уникальную ситуацию, не возникавшую в средневек. правосл. слав. мире позднее. Учениками слав. апостолов - прежде всего Климентом, Константином и Наумом (имена к-рых засвидетельствованы акростихами) - были написаны песнопения и их циклы, снабженные акростихами, для основных типов богослужебных книг.

Свт. Климент. Икона. XIII–XIV вв. (ц. свт. Климента, Охрид)
Свт. Климент. Икона. XIII–XIV вв. (ц. свт. Климента, Охрид)

Свт. Климент. Икона. XIII–XIV вв. (ц. свт. Климента, Охрид)

Свт. Константин составил большой цикл великопостных канонов (трипеснцев и четверопеснцев, общим числом 35) с единым акростихом, содержащим свыше 400 букв и представляющим своеобразное поэтическое произведение (Попов. (II) 1985). В Октоихе в последнее время обнаружено 26 канонов свт. Климента Охридского (покаянный 6-го гласа, написанный, возможно, для Требника, циклы из 8 канонов каждый св. Иоанну Предтече, апостолам Петру и Павлу и Св. Троице; канон Пресв. Богородице 4-го гласа), 8 канонов и цикл стихир Св. Троице с текстовым акростихом (Йовчева. (II) 1999; Крашенинникова. (II) 2000; Федоскина. (II) 2000; Иванова. (I) 2003). Для Праздничной Минеи были написаны службы на двунадесятые праздники и избранным святым. Из них известны следующие (в календарном порядке): 8 окт.- канон арх. Михаилу свт. Константина Преславского (Кожухаров. (I) 2004. С. 45-59); 21 нояб.- канон на праздник Введения Пресв. Богородицы во храм с анонимным текстовым акростихом (Там же. С. 80-96); 22 нояб.- служба Тивериопольским мученикам свт. Климента (Vukanovič. (I) 1971); 25 дек.- служба на Рождество Христово, включающая цикл из 36 предпразднственных и такого же числа попразднственных азбучных стихир (Иванова-Константинова. (I) 1971; Joвaнoвuћ-Стипчевић. (I) 1981), цикл из 6 предпразднственных трипеснцев св. Климента (Станчев, Попов. (I) 1988. С. 160-169) и канон с текстовым метрическим акростихом свт. Константина Преславского (Попов. (I) 1998); 6 янв.- служба на Богоявление, включающая циклы трипеснцев на предпразднство с анонимным текстовым акростихом и стихир того же Константина, циклы из 36 предпразднственных и 36 попразднственных азбучных стихир, и 2 канона с анонимным метрическим текстовым акростихом (Попов. (I) 1982; Попов. (I) 1995) и свт. Климента Охридского (открыт в 2005 А. А. Туриловым в серб. Праздничной Минее рубежа XIII и XIV вв.- ГИМ. Муз. 2835); 20 янв.- канон иером. Евфимию Великому свт. Климента Охридского (Станчев, Попов. (I) 1988. С. 170-181); 27 янв.- служба (канон с анонимным текстовым акростихом и 3 стихиры Климента (?) - Там же. С. 147-148) на перенесение мощей свт. Иоанна Златоуста; 3 февр.- канон прав. Симеону Богоприимцу с текстовым акростихом (Там же. С. 145-147); 17 марта - канон Алексию, человеку Божию, Климента (Савова. (I) 2003); 23 июля - его же служба сщмч. Аполлинарию Равеннскому (Йовчева. (I) 2002); 2 авг.- его же канон первомч. Стефану и папе сщмч. Стефану I (Йовчева. (I) 2001); 6 апр.- общий канон Кириллу и Мефодию с текстовым акростихом; 30 авг.- канон на Положение ризы и пояса Богородицы Климента (Станчев, Попов. (I) 1988. С. 182-188); 15 авг.- служба на Успение Богоматери: трипеснец Константина (Попов. (I) 1995) и канон Климента (Мошкова, Турилов. (II) 1998).

В дополнение к Минее свт. Климент Охридский составил Минею Общую, включающую службы пророкам, апостолам, святителям («отцам»), преподобным, мученикам, мученицам (Ангелов. (I) 1969; Станчев, Попов. (I) 1988. С. 135-144, 189-210). В Требнике гимнографические сочинения обнаружены в составе чинов Елеосвящения (покаянный канон Климента 6-го гласа - тот же, что и в Октоихе, издан без атрибуции: Симић. (I) 1976. С. 70-76) и в чинах погребения священников и мирян (блаженны 5-го и 6-го гласов, стихиры 8 гласов и стихиры Константина «на целование умершего»: Молитвенник. [Цетинье], 1495/1496. Л. [76] об.- [94]; частично: Hološnjaj. (I) 1995. S. 206-207, 209-210, 216-228; канон 6-го гласа с остатками текстового акростиха (Пенкова. (I) 1986; Penkova. (I) 1988. S. 222-226; Hološnjaj. (I) 1995. S. 211-216) и цикл азбучных стихир (Загребин. (I) 1981. С. 73-91; Hološnjaj. (I) 1995. S. 230-231); кроме того, в древнерус. списках XIII-XV вв. (старший в «Венском Октоихе» (см. ст. Ганкенштейна кодекс). Л. 266-269) известен заупокойный канон 8-го гласа с остатками слав. текстового акростиха (см.: Книга Потребник-Требник. СПб., 1878-1879. Л. 156 об.- 159)).

Выявленный к наст. времени круг памятников древнейшей слав. Г. нельзя считать окончательным. Слав. песнопения Октоиха дошли (или выявлены пока) далеко не в полном объеме. Находка канона свт. Климента Охридского на Богоявление при наличии уже известного с анонимным текстовым акростихом (и по аналогии со службами Кириллу и Мефодию) свидетельствует, что если не все, то целый ряд древнейших оригинальных слав. служб на двунадесятые праздники мог иметь по 2 канона. Остатками их, возможно, являются неотождеcтвленные тропари в составе комбинированных канонов на эти праздники (см.: Мошкова. (I) 2000; Костадинова. (II) 2004), их атрибуция представляет одно из направлений в дальнейших разысканиях.

Трипеснец на предпразднство Успения Пресв. Богородицы Константина Преславского. Минея праздничная. Новгород. 1-я пол. XV в. (РНБ. Соф. 386. Л. 155 об.)
Трипеснец на предпразднство Успения Пресв. Богородицы Константина Преславского. Минея праздничная. Новгород. 1-я пол. XV в. (РНБ. Соф. 386. Л. 155 об.)

Трипеснец на предпразднство Успения Пресв. Богородицы Константина Преславского. Минея праздничная. Новгород. 1-я пол. XV в. (РНБ. Соф. 386. Л. 155 об.)

Ряд произведений, созданных в начальный период слав. Г. (канон 8-го гласа св. Кириллу (Константину), оба канона св. Мефодию, канон св. Андрею Первозванному исп. Наума Охридского, заупокойный канон), отмечены такой архаичной чертой, как наличие 2-й песни. Несмотря на то что слав. авторы прошли единую школу и постоянно сотрудничали между собой, их произведения индивидуальны. Константин, с его явным пристрастием к большим и сложным акростихам, тяготел к поискам в области формы. В то же время Климент (часто ограничивающийся в своих творениях сокращенной «подписью» - акростихом  ) более эмоционален и склонен к выражению владевших им чувств и молитвенного настроения от 1-го лица.

Период полноправного существования слав. Г. в I Болгарском царстве не был продолжительным. При царе Петре (927-969) происходил процесс общей византинизации церковной и культурной жизни в стране (хотя нельзя исключить, что он начался ранее, в последние годы правления Симеона (917-927), стремившегося к созданию единого «Царства болгар и греков»). В Г. появились новые переводы богослужебных книг с греческого или осуществлялось их редактирование и унификация по визант. (к-польским) образцам. Тексты, не соответствовавшие им, исключались из богослужебных книг и (или) сокращались (порой оказываясь в комбинированных текстах и циклах) или же переносились на пред- и попразднства. О положении дел после этой реформы в Вост. Болгарии можно судить отчасти по древнерус. традиции XI - раннего XV в. (см. соответствующий раздел). Более благоприятной оказалась ситуация в зап. части царства (совр. Македония), где со времен свт. Климента Охридского сохранялись стойкие кирилло-мефодиевские традиции. Здесь уцелели, напр., триодные песнопения Константина и ряд др. памятников, исчезнувших на востоке страны. Наиболее поздним памятником болг. Г. эпохи Болгарского царства является служба царю Петру, написанная не ранее 967 г. и представленная 2 сокращенными списками (Иванов. (I) 19312. С. 383-394; Кожухаров. (I) 2004. С. 75-79). До последнего времени предполагалось существование гимнографических текстов X в., посвященных св. Иоанну Рильскому, в составе позднейших (XIII-XIV вв.) служб ему (см., напр.: Кожухаров. (I) 2004. С. 60-74), однако в наст. время выясняется (Добрев. (II) 2002), что они либо не существовали, либо к XIII в. уже были утрачены.

Л. В. Мошкова, А. А. Турилов

Г. Русской Церкви

Гимнографические книги в X-XI вв.

Киевская Русь при Крещении в 988 г. получила готовый корпус слав. богослужебных книг, содержавший в большинстве переведенные с греч. языка тексты, а также нек-рые древнейшие памятники слав. Г.; в XI в. он пополнился рядом текстов через чеш. посредство (служба мч. Виту, канон Вячеславу Чешскому, «молитвы на диавола» и Св. Троице). Вероятно, в 60-х гг. XI в. в связи с введением в Киево-Печерском мон-ре Студийско-Алексиевского Типикона богослужебные книги на Руси подвергались редактуре (Момина. (II) 1992); следы более ранних рус. переводов, о к-рых упоминает «Повесть временных лет» в похвале вел. кн. Ярославу под 1037 г., в гимнографическом материале не обнаружены. К этому времени относится создание 12-томного комплекта служебных Миней, необходимых для монастырского богослужения. Редактирование древних текстов в процессе его составления осуществлялось непоследовательно (напр., в ряде служб сохр. 2-я песнь в канонах) - чаще всего тексты перемещались в рамках одного последования; помимо этого, возможно, частично исключались тексты избыточные, с т. зр. составителей, и отсутствующие в греч. традиции; могло проводиться также сокращение нек-рых песнопений (исключение отдельных «избыточных» стихир и тропарей). Очевидно, Праздничная Минея в меньшей степени была затронута этой редактурой, поэтому в составе отдельных ее списков сохранилось наибольшее число древнейших памятников слав. Г.

Ранняя русская Г. (XI-XIII вв.)

Киево-Печерская лавра. Фотография. 90-е гг. ХХ в.
Киево-Печерская лавра. Фотография. 90-е гг. ХХ в.

Киево-Печерская лавра. Фотография. 90-е гг. ХХ в.
остается до наст. времени недостаточно исследованной, за исключением служб рус. святым и творчества отдельных авторов (в первую очередь свт. Кирилла Туровского). Несмотря на появление ряда актуальных исследований и даже специальной монографии М. Ф. Мурьянова (Мурьянов. (II) 2003), положение дел в этой области лишь немногим отличается от ситуации в нач. XX в. В богатой рукописной традиции XI-XV вв. не выявлен корпус текстов (за пределами уже упомянутых немногочисленных служб национальным святым и праздникам и творений свт. Кирилла Туровского), к-рый может стать материалом для разысканий в этом направлении. В лит-ре даже не поставлен вопрос о возможности влияния на раннюю рус. Г. древнейшей слав., к-рая несомненно была известна, хотя, вероятно, не противопоставлялась переводной. Целый ряд атрибуций памятников Г. конкретным авторам, предложенных в XIX в., покоится на зыбком основании. Дополнительную сложность при разработке проблемы составляет полное отсутствие в ранней рус. Г. акростихов, выявление к-рых позволило бы совершить прорыв в изучении древнейшего слав. церковно-поэтического творчества. A priori (и по аналогии с гомилетикой) можно полагать, что огромный корпус переводных и оригинальных гимнографических текстов, полученный Русью из Болгарии, делал избыточным собственное творчество древнерус. книжников на общехрист. тематику применительно к триодному, минейному и, вероятно, седмичному циклам, хотя и здесь могли быть исключения. Больше вероятности (как показывают и известные примеры) обнаружить в будущем памятники древнейшего рус. гимнографического творчества среди анонимных и псевдоэпиграфических покаянных и молебных канонов и молитв.

Молитвы седмичные свт. Кирилла Туровского (Молитвы повседневные. Вильна, 1596)
Молитвы седмичные свт. Кирилла Туровского (Молитвы повседневные. Вильна, 1596)

Молитвы седмичные свт. Кирилла Туровского (Молитвы повседневные. Вильна, 1596)

Наиболее ранние памятники рус. Г. относятся к 1-й пол. XI в., примерно через полстолетия после Крещения Руси. Недавняя попытка связать их появление непосредственно с эпохой св. кн. Владимира (Уханова. (II) 1998) не вполне убедительна (см., напр.: Темчин. (II) 2004. Ч. 1. С. 33-34). Перу митр. Илариона принадлежит молитва, сохранившаяся во мн. позднейших списках (Розов. (II) 1975). В последнее время высказано мнение о создании свт. Иларионом после 1051 г. службы в честь освящения ц. вмч. Георгия в Киеве (Серегина. (II) 1992). Очень широко (от сер. XI до сер. XIII в.) датируется в лит-ре создание службы кн. Владимиру, представленной пергаменными списками в Праздничных Минеях рубежа XIV и XV вв. (РНБ. Соф. 382) и 1-й четв. XV в. (РГАДА. Ф. 188. № 818). Остальные известные в наст. время тексты относятся бесспорно уже ко 2-й пол. столетия.

Неизвестным остается творческое наследие инока Григория (2-я пол. XI в.), специально отмеченного в Киево-Печерском Патерике как «творца канонам». Атрибуция ему в XIX-XX вв. (Макарий. История РЦ. Кн. 2. С. 248; Никольский Н. К. Мат-лы для повременного списка рус. писателей и их соч. (Х-XI вв.). Симбирск, 1906. С. 442-444; Спасский. (II) 1951. С. 81-85) канонов Феодосию Печерскому, на перенесение мощей блгв. князей Бориса и Глеба и свт. Николая и кн. Владимиру (памятников несомненно древних) носит условный характер; в ее основе лежит прежде всего уверенность, что написанные этим автором тексты были непременно посвящены рус. святым. Исходя из темы гимнографических сочинений, можно отнести к числу произведений инока Григория помимо канона прп. Феодосию (написанного несомненно вскоре после его кончины - в 1074) также (по мнению Л. В. Мошковой) службу на предпразднство Успения Богоматери (14. 08), находящуюся в новгородской служебной Минее (ГИМ. Син. 168. Л. 75-84 об.) 1-й пол. XII в. и связанную, вероятно, с освящением в 1089 г. монастырского Успенского собора (ср.: Горский, Невоструев. Описание. Отд. 3. Ч. 2. С. 74-75, 78).

Святые Борис и Глеб. Икона. 2-я пол. XVI в. (ЛМУМ)
Святые Борис и Глеб. Икона. 2-я пол. XVI в. (ЛМУМ)

Святые Борис и Глеб. Икона. 2-я пол. XVI в. (ЛМУМ)

Из 2 древних канонов, посвященных перенесению мощей свт. Николая Мирликийского в Бари, к-рые в лит-ре принято относить к творчеству Ефрема, еп. Переяславского, один (4-го гласа, нач.: «Просвети душу и сердце») обладает такой редчайшей для ранней рус. Г. особенностью, как текстовой акростих (окончание его частично утрачено во всех списках, и поэтому нельзя установить, сопровождался ли он именем автора).

Крупнейшим рус. гимнографом XII в. был свт. Кирилл, еп. Туровский. Помимо канона кнг. Ольге (с надписанием «Кирилла мниха»), сохранившегося в достаточно поздних списках, но безусловно древнего, ему принадлежат Великий молебный канон (Макарий. История РЦ. Кн. 2. С. 359-360, 594-597), Великий покаянный канон (Понырко. (II) 2004), а также цикл из 22 молитв на всю седмицу, возможно с сопутствующей Г. (Рогачевская. (II) 1999).

Кондакарь. XII в. (РГБ. ТСЛ № 23. Л. 3 об.— 4)
Кондакарь. XII в. (РГБ. ТСЛ № 23. Л. 3 об.— 4)

Кондакарь. XII в. (РГБ. ТСЛ № 23. Л. 3 об.— 4)
Вероятно, вскоре после установления праздников в честь Покрова Богородицы и Спаса Всемилостивого (1164) и во всяком случае не позднее нач. XIII в. (ср.: Серегина. (II) 1994. С. 146-147) создаются соответствующие службы, сохранившиеся в списках XIV в. (напр., в Обиходе РНБ. F. п. I. 73). В посл. четв. XII в. написана служба прп. Евфросинии Полоцкой († 1173), известная только в немногочисленных позднейших списках (напр., ГИМ. Син. 677. Л. 654-660 - см.: Горский, Невоструев. Описание. Отд. 3. Ч. 2. С. 185). Служба Леонтию Ростовскому, известная в пергаменных списках, приписывается перу еп. Иоанна II (ПСРЛ. Т. 1. Стб. 411, под 1194), традиционно к раннему XIII в. относится древнейшая редакция службы прп. Авраамию Смоленскому. Наступивший за этим продолжительный перерыв в гимнографическом творчестве объясняется последствиями монг. нашествия. В сер. века, возможно, были написаны отдельные песнопения (если не служба целиком), посвященные мученикам кн. Михаилу и боярину Феодору Черниговским, но в XV в. они были вытеснены из обихода службой Пахомия Логофета.

Памятники русской Г. XIV в.

немногочисленны. Очевидно, в самом нач. столетия (или даже еще на рубеже XIII и XIV вв.) написана служба Игнатию, еп. Ростовскому († 1288), о защите города от татар. нашествий, сохранившаяся в пергаменных списках раннего XV в. Вскоре после кончины свт. Петра (1321) ему была составлена служба Прохором, еп. Ростовским († 1327), новая ее редакция (по Иерусалимскому уставу) создана в кон. столетия митр. Киприаном. Около сер. столетия мон. Иовом в Зап. Руси был написан «Канон и плач Богородицы», сохранившийся в его приписке к Лаврашевскому Евангелию (Fridelówna. 1972). Не позднее того же времени датируется создание «канона мнишеского» 6-го гласа с именем автора («Михаил грешный») в богородичне 8-й песни (РНБ. F. п. I. 73. Л. 396 об.- 398 об.); не исключена, впрочем, и домонг. датировка памятника. Ок. 1374 г. в связи с открытием мощей Виленских мучеников (см. Антоний, Евстафий и Иоанн, мученики Виленские) некий Димитрий (возможно, Димитрий Хрисолор) написал им службу на греч. языке (уже соответствующую Иерусалимскому уставу), к-рая была, вероятно, сразу же переведена на слав. и получила широкое распространение в рус. рукописной традиции XV-XVII вв. (см.: Огицкий. (II) 1984).

На рубеже XIV и XV вв. на Руси

под влиянием усилившихся контактов с греч. и в особенности южнослав. монашеством в К-поле и на Афоне получил известность Иерусалимский устав. Одним из инициаторов его введения был свт. Киприан, а также настоятели и иноки новых общежительных мон-рей. Кроме того, рубеж XIV и XV вв. отмечен на Руси переводами с греч. языка канонов и молитв патриарха К-польского Филофея Коккина, выполненными митр. Киприаном, св. Феодором, архиеп. Ростовским, и иером. Иларионом (Прохоров. (II) 1972; Прохоров. (II) 1983). В первое время распространение нового устава не привело к решительной повсеместной замене гимнографического корпуса. Существовал, по всей видимости, переходный период, на протяжении к-рого неоднократно предпринимались попытки совместить гимнографический материал студийских Миней с календарем и богослужебными особенностями нового устава (подобное наблюдается и на южнослав. материале 1-й пол.- сер. XIV в.- см., напр.: Суботин-Голубовић. (II) 1991). В Сев.-Вост. Руси он приходится на 1-ю четв. (см.: Мошкова. (II) 2006), в Новгороде и Пскове - на кон. 1-й трети - 2-ю четв. XV в. В течение переходного периода наблюдается даже заметная активизация древнего гимнографического корпуса - в списках этого времени засвидетельствованы тексты, не отмеченные в более ранних списках. На это указывает, напр., пергаменная новгородская Праздничная Минея в соединении с Иерусалимским уставом 1-й трети - 2-й четв. XV в. (РНБ. Соф. 386), содержащая каноны Климента Охридского на Положение ризы и пояса Богоматери и на Успение и успенский трипеснец Константина Преславского (Темчин. (II) 2004. Ч. 2. С. 87. Примеч. 43). Вместе с Минеями по Иерусалимскому уставу, переведенными южнослав. книжниками на Афоне в 1-й пол. XIV в., на Русь приходит ряд служб святым: серб.- Симеону, Савве и Арсению Сербским (1-я известна только в западнорус. списках), болг.- Иоанну Рильскому, прп. Параскеве (Петке), Стефану Дечанскому, Иоанну Новому. Последняя оказала заметное воздействие на рус. Г. XVI-XVII вв.: без существенной переработки (и даже с сохранением авторской «подписи» в богородичнах) она была положена в основу служб Георгию Новому иером. Василия-Варлаама (ок. 1539) и анонимной вел. кн. Георгию Всеволодовичу (Кожухаров. (I) 2004. С. 185-186, 189-191).

Оригинальная Г. на Руси в XV в. развивалась прежде всего благодаря деятельности серб. книжника Пахомия Логофета († после 1484), прибывшего в 30-х гг. с Афона. Им было написано больше служб и канонов, чем всеми остальными авторами этого времени, вместе взятыми. Он составил службы как давно почитаемым, так и канонизированным в его время рус. святым (прп. Варлааму Хутынскому, Знамению Богоматери в Новгороде, преподобным Сергию и Никону Радонежским, свт. Алексию Московскому, преподобным Евфимию Новгородскому, Антонию Печерскому, Кириллу Белозерскому, Савве Вишерскому, свт. Ионе Московскому, святым Михаилу и Феодору Черниговским, свт. Стефану Пермскому, на перенесение мощей свт. Петра) и даже древним пророкам (в службе прор. Илии слав. канон Пахомия заменил переведенный с греч. канон Иосифа). С именем Пахомия (в этом смысле следовавшего за предшествующей южнослав. традицией) связано возрождение и широкое распространение на Руси практики использования текстового акростиха. Творчество Пахомия оказало сильное воздействие как на совр. ему книжников, так и на авторов XVI в. С этого времени на Руси становится почти правилом, чтобы агиограф был и гимнографом. К числу ранних подражаний Г. серб. книжника относится анонимная служба прп. Димитрию Прилуцкому, написанная не позднее посл. четв. XV в.

Из др. рус. гимнографов XV в. следует указать еп. Пермского Питирима, составившего службу на обретение мощей свт. Алексия Московского; митр. Феодосия, написавшего акафист («кондаки и икосы») Успению Богоматери; соименного ему инока тверского Жёлтикова мон-ря, составившего по благословению местного еп. Вассиана службу Арсению, еп. Тверскому (1483). Анонимными авторами созданы службы еп. Исаии, прп. Авраамию и блж. Исидору Твердислову Ростовским (положившая начало целой плеяде рус. служб юродивым Христа ради), св. кн. Феодору Смоленскому и Ярославскому (Макарий. История. Кн. 4. Ч. 2. С. 40), сретению Владимирской иконы Божией Матери и др.; канон Феодору повторяет общий канон святителям Климента Охридского вместе с авторской «подписью» в 9-й песни (Шаламанов. (II) 1987. Ч. 1. С. 54-56). Вероятно, в 3-й четв. XV в. начала формироваться Минея новым чудотворцам - дополнительная к основной Минее книга, включающая службы московским, ростовским и новгородским святым. Идея этой книги возникла, возможно, в связи с учреждением автокефалии Русской Церкви (старший список, включающий и пространные жития - РНБ. Солов. № 518/537, 1494 г.); в следующем столетии это название было перенесено на сборники более широкого состава (нередко 2-томные - один том обнимает половину года), включающие жития святых и службы святым, канонизированным на церковных Соборах 1547 и 1549 гг. (об этом см.: Горский, Невоструев. Описание. Т. 3. Ч. 2. С. 172-235, № 485-491; Калиганов И. И. Георгий Новый у вост. славян. М., 2000. С. 460-480, 489-490; № 1-7, 12).

В XVI в.

исключительное значение для рус. гимнографического творчества имели Соборы митр. Макария (1547 и 1549), на к-рых было прославлено 39 святых, в т. ч. неск. южнославянских (Макарий. История РЦ. Кн. 4. Ч. 2. С. 33-35, 43-45; Голубинский. Канонизация святых. С. 92-109). Их целью было установление общерус. по преимуществу празднования святым, прежде почитавшимся местно или в пределах епархии. Одним из главных моментов канонизации новых святых было составление служб им. В случае существования старых служб (преимущественно возникших до 20-х гг. XVI в.) они редко оставались нетронутыми, чаще заменялись целиком или существенно перерабатывались. Уже в процессе подготовки Соборов были известны Минеи новым чудотворцам, получившие позднее широкое распространение.

Минея на март. XVI в. (РГБ. ТСЛ № 541. Л. 40 об.— 41)
Минея на март. XVI в. (РГБ. ТСЛ № 541. Л. 40 об.— 41)

Минея на март. XVI в. (РГБ. ТСЛ № 541. Л. 40 об.— 41)

Каноны и стихиры новым святым часто изобилуют житийными деталями, иногда в них встречаются элементы полемики (спор городов о мощах святого в службе кн. Всеволоду (Гавриилу), церковные споры в службе прп. Иосифу Волоцкому и т. п.). Над созданием служб трудились книжники из окружения Новгородского архиеп. (впосл. митрополит) Макария: Василий, Варлаам, Илья, Пахомий, псковский инок Филофей и др.

Активное гимнографическое творчество продолжалось и в 50-60-х гг. К этому времени относится творчество суздальского инока Григория (написавшего службы Собору всех новоявленных чудотворцев Российских (пам. 17 июля) и суздальским святым: преподобным Евфимию, Евфросинии, Козме Яхоренскому, епископам Иоанну и Феодору) и игум. новгородского Хутынского мон-ря Маркелла по прозвищу Безбородый. Благодаря исследованиям Ф. Г. Спасского и А. Е. Смирновой (Смирнова. (II) 2005. Творчество) игум. Маркелл предстает центральной фигурой рус. Г. XVI в.- автором, преодолевшим влияние Пахомия Логофета. 3 службы (Никите, еп. Новгородскому, с 2 канонами, Иоасафу царевичу и прп. Никите Переславскому) бесспорно принадлежат перу Маркелла, еще 2 (Макарию Калязинскому и Савве Сторожевскому) атрибутируются ему с разной степенью вероятности; как правило, они сохранились в неск. редакциях, возможно авторских. Игум. Маркелл активно и свободно использовал наряду с житийными сведениями предшествующий гимнографический материал, не переходя обычно на уровень прямых заимствований. С его именем связан ряд новшеств в области формальных приемов: он первым в слав. Г. применил азбучный акростих в каноне в объеме 8 песней и сокращенную (только согласными буквами) «авторскую подпись» по тропарям 9-й песни (и основной акростих, и «подпись» могли употребляться как в прямой последовательности, так и в обратной - «вспятословесно»). Написанные игум. Маркеллом службы в течение долгого времени (в нек-рых случаях до кон. XVIII в.) служили образцами и источниками прямых заимствований для позднейших гимнографов (Смирнова. (II) 2005. Творчество. С. 14-22).

Службы, созданные в посл. трети XVI в., немногочисленны, они посвящены исключительно новопрославленным святым. В целом уровень обширной рус. Г. этого столетия неровен; творения, подобные тем, что были написаны Маркеллом, составляют меньшинство, преобладают подражательные и компилятивные тексты. Оригинальные гимнографические произведения поздно дошли до печатного станка (исключение составляет дважды (ок. 1589 и ок. 1595) изданная в Казани служба явлению Казанской иконы Божией Матери): первые издания Общей и Праздничной Миней вышли в свет только на рубеже столетий (1600).

Особенность рус. Г. XVI в. составляет значительное число служб, посвященных Христа ради юродивым (Прокопию Устюжскому, Николе Качалову, Иакову Боровицкому, Василию Блаженному, Максиму Московскому и др.), вызванное распространением на Руси в это время такой формы христ. подвижничества. Т. о. знаменательным и закономерным стало появление в рус. варианте Общей Минеи отдельной службы лику юродивых. Также было составлено много служб, посвященных чудотворным иконам Божией Матери: Смоленской (вероятно, ок. 1514), Тихвинской, Мирожской, Чирской (службы Колоцкой иконе и Казанской, последняя издана отдельной брошюрой ок. 1589), повторяют текст службы Смоленской иконе). Новшество XVI в.- появление светских гимнографов, сначала в лице царствующих особ: царя Иоанна IV Грозного (см. ниже) и его сына царевича Иоанна Иоанновича, написавшего в 1579 г. службу прп. Антонию Сийскому, к-рая отличается пространными, тяжелыми по изложению стихирами, нехарактерными для традиций визант. Г.

Вне сферы прославления рус. святых рус. гимнографическое творчество в XVI в. носило менее масштабный, но более самостоятельный характер. Прп. Максим Грек написал в заточении в Иосифовом Волоколамском мон-ре (по преданию, будучи лишен бумаги и чернил, углем на стене, первоначально, вероятно, по-гречески) канон Параклиту (Св. Духу Утешителю), широко распространившийся в позднейшей рукописной традиции. Парфением Уродивым (предположительно псевдоним царя Иоанна Грозного в последние десятилетия жизни) создан канон Ангелу, грозному воеводе, Небесных сил бесплотных, передающий настроение памяти смертной (Лихачев. (I) 1972). Особенно стали популярны (в рукописях встречаются циклы с распевом на 8 гласов) известные со 2-й пол. XV в. полуфольклорные поэтические произведения (анонимные покаянные («слезные») стихи («плачи»), «заздравные чаши» и т. п.), основанные на церковной Г.

Г. в западнорусской Киевской митрополии XVI-XVII вв.

Акафист («Похвала») Пресладкому имени Иисусову Франциска Скорины (Малая подорожная книжка. Вильна, ок. 1522)
Акафист («Похвала») Пресладкому имени Иисусову Франциска Скорины (Малая подорожная книжка. Вильна, ок. 1522)

Акафист («Похвала») Пресладкому имени Иисусову Франциска Скорины (Малая подорожная книжка. Вильна, ок. 1522)
Гимнографическое наследие зап. части разделившейся в сер. XV в. кафедры небогато в сравнении с Московской, что вполне соответствует особенностям развития местной церковной лит-ры. Так, в 1-й четв. XVI в. (вне связи с деятельностью Западнорусской митрополии) появились первые опыты в жанре акафиста. Ок. 1522 г. Франциск Скорина написал для подготавливаемой им к печати «Малой подорожной книжки» (Псалтири с восследованием) 2 акафиста с предваряющими их стихирами («стихами»): «похвалу» Пресладкому имени Иисусову и «радости» Иоанну Предтече. Они не повторяют инципитов песнопений Акафиста Пресв. Богородице, а снабжены текстовым акростихом с именем автора.
Триодь Постная (Киев, 1627)
Триодь Постная (Киев, 1627)

Триодь Постная (Киев, 1627)
Эти произведения получили широкое распространение в XVI в. не только в великорус. (в Белоруссии и на Украине было много экземпляров издания), но и в серб. рукописной традиции (Турилов. (II) 1981; Турилов. (II) 1989; Францыск Скарына и яго час: Энцыкл. даведник. Мiнск, 1988. С. 235, 304-305). Из немногих гимнографических сочинений, созданных в XVII в., можно отметить службу прп. Иову Почаевскому, написанную под влиянием канонов игум. Маркелла (Безбородого), канон Печерской иконе Божией Матери мон. Антония (Naumow. (II) 1996. S. 172), службу преподобным отцам киево-печерским, созданную иером. Мелетием (Сиригом) по инициативе митр. Петра (Могилы) в 1643 г., акафист вмц. Варваре, написанный архим. Иоасафом (Кроковским), выдержавший в XVII-XVIII вв. ряд изданий.

На традиции правосл. Г. опиралась в первое время и ранняя униатская Г., напр. служба Иосафату Кунцевичу (Naumow. (II) 1996. S. 97-142). С XVII в. в регионе не без влияния католич. традиции развивается паралитургическая церковная поэзия (см. ст. «Богогласник»).

Русская Г. XVII в.

Заметным фактором в развитии Г. стал постепенный переход от использования рукописей к печатным изданиям. Комплекты служебных Миней издаются в 1607-1611 (вышли тома только с сент. по дек.), 1619-1630, 1644-1646, 1666 (вышло 3 тома), 1690-1691 и 1692-1693 гг. В Трефологионе 1637-1638 гг. (5 томов) один том содержит преимущественно службы рус. святым на сент.-нояб. Отдельными изданиями (иногда вместе с житиями) вышли службы на Положение ризы Господней в Успенском соборе (ок. 1625), преподобным Сергию и Никону Радонежским (1646), Савве Сторожевскому (1646), Тихвинской иконе Божией Матери (ок. 1661-1665), мч. Иоанну Воину (1695, автор - иером. Карион (Истомин)). Г. в этом столетии занимались мн. крупные авторы, в т. ч. светские (кн. С. И. Шаховской, митр. Крутицкий (позднее Новгородский) Киприан, Симон (Азарьин), «Савватеище» (справщик Печатного двора или соименный ему дьяк), Герасим (Фирсов), поэт иером. (Карион) Истомин и др.). В последнее время стало известно в полном объеме (и даже в автографах) церковно-поэтическое наследие соловецкого книжника инока Сергия (Шелонина), оказавшегося одним из значительнейших рус. гимнографов своего времени, последователем игум. Маркелла (Безбородого) (Сапожникова. (II) 1998, 1999; Смирнова. (II) 2005. Творчество. С. 18-19).

В XVII в. продолжается традиция создания служб в честь чудотворных икон: составлена новая служба Тихвинской иконе, слава к-рой возросла после неудачной осады мон-ря шведами, пишутся службы в честь Феодоровской, ставшей одной из чтимых святынь новой царской династии, Толгской (1694, инок Михаил), Двинской (Федор Поликарпов-Орлов) и ряда др. Новым по сравнению с предшествующими столетиями является распространение в рус. Г. акафистов рус. святым (см.: Акафисты. С. 379), наибольшее число их в это время написано в честь прп. Сергия Радонежского (Грибов. (II) 1998).

Во 2-й пол. века пересмотру и исправлению подвергся весь корпус рус. богослужебных книг, в т. ч. и гимнографических. На этот процесс повлияла «книжная справа», начавшаяся в 1-й пол. XVII в. Сначала за образцы для подготовки изданий книг были выбраны лучшие рукописные оригиналы, но после сер. XVII в. переориентировались на греч. и южнорус. печатные издания XVI-XVII вв. Достаточно сильно изменилась и языковая норма церковнослав. языка (Успенский. (II) 2002).

А. А. Турилов

XVIII-XIX вв.

В синодальную эпоху число канонизаций святых сократилось. Получили распространение службы, непосредственно связанные с событиями в гос-ве (напр., Феофилактом (Лопатинским) была написана служба в память Полтавской победы (27 июня); архиеп. Гавриилом (Бужинским) - в память заключения мира со шведами (30 авг.); митр. Серафимом - молебен на ниспровержение крамолы 14 дек. 1825; архиеп. Феофаном (Прокоповичем) - молебный канон о здравии Петра I и др.), после окончания синодального периода вышедшие из практики. Службы составлялись или непосредственно по указанию Святейшего Синода (напр., свт. Димитрию Ростовскому), или после того, как епархиальный архиерей представлял прошение в Святейший Синод (напр., служба свт. Иннокентию Иркутскому). В синодальный период были написаны службы нек-рым иконам Божией Матери, преподобным Сергию и Герману Валаамским, Серафиму Саровскому, Феодосию Тотемскому, святителям Митрофану и Тихону Воронежским, Феодосию Черниговскому и др. Мн. службы издавались отдельными брошюрами. Особое развитие получил жанр акафиста (см. ст. Акафист).

XX-XXI вв.

В нач. XX в. состоялась дискуссия о проблемах нового исправления богослужебных книг, устранения оставшихся в них ошибок в переводе греч. текстов, приближения богослужебного языка к совр. (Кравецкий, Плетнева. (II) 2001). Революция 1917 г. не позволила осуществиться проекту нового исправления книг, начатого по благословению Святейшего Синода и требовавшего участия значительного количества специалистов высокого уровня. Дальнейшие исторические события практически остановили рост рус. Г., хотя нек-рые тексты продолжали создаваться как в России, так и за рубежом (здесь были составлены службы нек-рым дореволюционным святым, царственным страстотерпцам и проч. новомученикам Российским, а также святым, подвизавшимся в странах Европы и Америки: свт. Тихону, прп. Герману Аляскинскому и др.).

Среди проч. деяний Поместного Собора 1917-1918 гг. было восстановление празднования памяти всех Российских святых в 1-е воскресенье после Всех святых недели. На основе службы инока Григория XVI в. Б. А. Тураевым и иером. (впосл. епископ священноисповедник) Афанасием (Сахаровым) была составлена новая служба, к-рую священноисп. Афанасий редактировал впосл. всю жизнь (см. ст. Всех святых, в земле Российской просиявших, неделя).

Крупным событием в истории РПЦ 2-й пол. XX в. стало расширенное издание богослужебных Миней (Минея (МП). М., 1978-1989), в к-рое помимо служб офиц. синодальных Миней было включено множество последований, публиковавшихся ранее в отдельных брошюрах или известных только по рукописям,- службы как рус., так и болг., серб., груз., греч. святым. Новый подъем гимнографического творчества в РПЦ был связан с канонизацией на Соборах 1988 и 2000 гг. мн. святых, давно почитаемых правосл. народом, и сонма новомучеников и исповедников Российских. После Собора 1988 г. были написаны службы всем прославленным на Соборе святым, а Архиерейский Собор 2000 г. благословил составление отдельных служб каждому из прославляемых святых. В наст. время службы новоканонизированным святым печатаются отдельными брошюрами, а также включаются в состав служебных Миней (как правило, в приложения). Утверждением новосоставленных гимнографических текстов для общецерковного употребления занимается Синодальная Богослужебная комиссия; в 2005 г. в Москве вышел 1-й т. Дополнительной Минеи, содержащий рассмотренные комиссией службы новопрославленным святым.

О. С. Гринченко

Г. южных и западных славян

Южнославянская Г. ХIII-XVIII вв.

Канон успению прп. Иоанна Рильского. Сборник посл. четв. XV в. (б-ка Рильского мон-ря. № 62. Л. 193)
Канон успению прп. Иоанна Рильского. Сборник посл. четв. XV в. (б-ка Рильского мон-ря. № 62. Л. 193)

Канон успению прп. Иоанна Рильского. Сборник посл. четв. XV в. (б-ка Рильского мон-ря. № 62. Л. 193)
I. Новому этапу развития болг. Г., начавшемуся в XIII в., предшествовал период определенного греко-болг. культурного симбиоза в эпоху визант. владычества в XI-XII вв. (см. ниже). В 3-й четв. XII в. наместник Софии (Сердики, Средеца) бывш. имп. куропалат Георгий Скилица после возвращения мощей прп. Иоанна Рильского из Венгрии написал (наряду с Житием) 4 канона святому (у раки к-рого он получил исцеление). 3 сохранились только в слав. переводе, 4-й известен по переводу акростиха (Ангелов. (II) 1977. С. 60-65; Добрев. (II) 2002). Эти каноны составили основу всей позднейшей гимнографической традиции рильского отшельника. Георгию Скилице принадлежит также канон вмч. Димитрию Солунскому, не получивший распространения в греч. традиции, но широко известный в слав. переводе.

Гимнография XIII-XIV вв. связана в первую очередь с почитанием святых (по большей части греч.), чьи мощи в царствование Иоанна Асеня I, Калояна и Иоанна Асеня II были перенесены в Тырнов (Илариона Мегленского, Иоанна Рильского, Иоанна Поливотского, Михаила Воина, Параскевы (Петки), Филофеи). Оригинальные гимнографические тексты до 2-й пол. XIV в. немногочисленны. Применительно к службам св. Иоанну Рильскому и прп. Параскеве уместно говорить об освоении греч. наследия. Все древние (XIII-XIV вв.) списки служб св. Иоанну (как на день памяти, так и на успение) содержат каноны Георгия Скилицы. Переводной канон входит и в списки службы прп. Параскеве до кон. XIV в. К оригинальным текстам в службах этим святым могут относиться лишь отдельные песнопения (стихиры, тропари). Не сохранилась до наших дней служба св. Тырновскому патриарху Иоакиму I, на возможное существование к-рой в сер. XIII в. указывает проложное Житие этого архиерея. Канон прп. Иоакиму Осоговскому (Сарандапорскому), известный в списках XIII в. (Суботин-Голубовић. (I) 1992), как установлено в последнее время, совпадает с текстом канона Евфимию Великому св. Климента Охридского, где лишь заменено имя святого (Станчев, Попов. (I) 1988. С. 120-121, 125, 128). Илариону Мегленскому посвящены только кондак и икос, древние песенные тексты в честь св. Иоанна Поливотского неизвестны. Службы Михаилу Воину и прп. Филофее (Иванова. (II) 1975) можно датировать XIII в. с известной долей условности (хотя это и не исключается), поскольку содержащая их Праздничная Минея (Одесса. ГНБ. 1/5) в равной мере может относиться как к кон. XIII в., так и к 1-й пол. XIV в.

Молитва Богородице Димитрия Кантакузина (Chil. 353. Fol. 263)
Молитва Богородице Димитрия Кантакузина (Chil. 353. Fol. 263)

Молитва Богородице Димитрия Кантакузина (Chil. 353. Fol. 263)

Вполне вероятно, что существующее состояние ранней тырновской Г. (сохр. случайные списки афонского или западноболг. происхождения) объясняется тем большим уроном, к-рый понесла болг. книжность в кон. XIII в. в результате междоусобных войн и татар. завоевания. Эти ранние тырновские службы не обнаруживают заметной преемственности болг. Г. древнейшего периода (в частности, в них не встречается акростих, что существенно затрудняет установление авторства), хотя ее памятники бытовали в книжной традиции II Болгарского царства по крайней мере до повсеместного распространения Иерусалимского устава. Довольно широко в пределах XIV в. может быть датирована т. н. тырновская служба прп. Параскеве (Петке), сохранившаяся в ресавских и славяно-молдав. списках XV-XVII вв., не исключается, что ее автором мог быть св. патриарх Евфимий (Кожухаров. (I) 2004. С. 107-139). Прп. Параскеве посвящен и молебный канон (параклис) с именем автора («а(х) [т. е. монах] Макарий») в заглавии и с текстовым акростихом, написанный, вероятно, во 2-й пол. XIV в. в Тырнове (Там же. С. 146-171). Несомненными же гимнографическими творениями патриарха Евфимия являются служба по Иерусалимскому уставу (Сырку. (I) 1900; Kalužniacki. (I) 1901) и созданный на ее основе параклис имп. Феофании (Феофано), жене имп. Льва Мудрого, частица мощей к-рой, возможно, хранилась в Тырнове (Кожухаров. (I) 2004. С. 140-145). В целом же болг. гимнографическое творчество в ранний период распространения Иерусалимского устава характеризуется не созданием новых больших текстов, а многочисленными «мозаическими» комбинациями старых в соответствии с новым богослужебным уставом и развитием гимнографической композиции служб; в качестве специфического тырновского гимнографического жанра в лит-ре рассматривается «параклис» (служба, включающая канон молебен) (Кожухаров. (II) 1974; Кожухаров. (I) 2004. С. 19-21, 28-29).

Во 2-й пол. XIV в. в болг. Г. под влиянием распространения исихастского учения наблюдается выход за пределы национальной тематики, но создаваемые песнопения ограничиваются молебными канонами, стихирами и «плачами». Инок Ефрем, отождествляемый в лит-ре с Сербским патриархом (в 1375-1379/80 и в 1389-1391/92), болгарином по происхождению, написал молебные каноны 8-го гласа и циклы стихир 8 гласов Богоматери и Спасителю и молебный канон за царя, снабженные акростихами с именем автора (Матеич. (I) 1982). Они сохранились в совр. их созданию среднеболг. списке (Chil. № 342), возможно это автографы. Современником патриарха Евфимия и инока Ефрема мог быть «недостойный» мон. Симеон, создавший канон-молебен («плач») архангелам Михаилу и Гавриилу с текстовым именным акростихом, дошедший в списке XVI в. (София. НБКМ. № 996) в составе параклиса архангелам (Кожухаров. (I) 2004. С. 172-178).

Выдающийся представитель тырновской книжной школы, церковный деятель и политик Григорий Цамблак занимался гимнографическим творчеством за пределами Болгарии. Его перу принадлежит 2 службы мученикам - серб. кор. Стефану Урошу III Дечанскому и Иоанну Новому, чьи мощи были перенесены из Белгорода-Днестровского в Сучаву и стали главными святынями Молдавского княжества (Темчин. (I) 1997; Кожухаров. (I) 2004. С. 179-226). Службы были написаны соответственно в Сербии (ок. 1405) и в Молдавии; каноны обеих снабжены текстовым акростихом по тропарям и именем автора в богородичнах. Кроме того, Григорию Цамблаку, возможно, принадлежит редакция службы прп. Параскеве (Петке) Тырновской, встречающаяся в рус. и серб. списках (Кожухаров. (I) 2004. С. 181).

Канон прп. Параскеве (Петке) мон. Макария. Славяно-молдав. сборник. XVI в. (НБКМ. № 996. Л. 230 об.)
Канон прп. Параскеве (Петке) мон. Макария. Славяно-молдав. сборник. XVI в. (НБКМ. № 996. Л. 230 об.)

Канон прп. Параскеве (Петке) мон. Макария. Славяно-молдав. сборник. XVI в. (НБКМ. № 996. Л. 230 об.)
О Г. 2-й пол. XV-XVI в. применительно к центральной части Балканского п-ова правильнее говорить как о южнославянской в целом, не разделяя ее на болгарскую и сербскую; столь причудливо в это время перемешаны книжные центры, авторы и содержание служб. Ок. 1469 г., когда мощи прп. Иоанна Рильского были перенесены из Тырнова в его возрожденную обитель, находившуюся под покровительством султанши Мары Бранкович, этому событию посвятил торжественную службу греч. и слав. книжник, уроженец серб. г. Ново-Брдо Д. Кантакузин (Кантакузин. (I) 1989. С. 44-77; Кожухаров. (I) 2004. С. 227-258). Его перу принадлежит также широко распространенная в слав. (включая рус.) и румын. рукописной традиции XVI-XIX вв. пространная и поэтичная Молитва к Богородице (Кантакузин. (I) 1989. С. 93-140). На гимнографическое творчество софийских книжников XVI в., посвященное местным новомученикам, оказало влияние наследие Григория Цамблака: его лит. приемы и образы (вплоть до обильного прямого цитирования) использовали и поп Пейо (ок. 1515, наряду с Житием) в службе мч. Георгию Новому (Ангелов. (I) 1978. С. 131-155), и диак Андрей (ок. сер. XVI в.) в службе мч. Николаю Новому Софийскому (Кожухаров. (I) 2004. С. 259-280).

Болг. Г. эпохи национального возрождения (XVIII в.- до 1876) находилась под заметным влиянием рус., получившей известность через печатные служебные Минеи; так, в каноне службы Феодосию Тырновскому, написанной в кон. XVIII в. иером. Спиридоном (Там же. С. 281-308), использован азбучный акростих, широко применявшийся рус. книжниками XVI-XVIII вв., начиная с Маркелла Безбородого (Смирнова. (II) 2005. Творчество. С. 19).

II. Начало серб. национальной Г. (как и мн. др. сфер церковной и культурной жизни средневек. Сербии) связано с деятельностью св. Саввы, первого архиепископа Сербского. Более ранние гимнографические памятники здесь неизвестны, не обнаружено даже отдельных древних песнопений (как слав., так и греч.), посвященных кн. мч. Иоанну-Владимиру († 1016). При непосредственном участии св. Саввы I для нужд Хиландарского мон-ря, а затем и для новой автокефальной Сербской Церкви был переведен Евергетидский Типикон. С евергетидской практикой, по наблюдениям Т. Суботин-Голубович, связан особый перевод Праздничной Минеи (Белград. Архив САНУ. № 361, XIII в.), не получивший заметного распространения в серб. традиции; редактированию в соответствии с Евергетидским уставом здесь подверглись преимущественно более ранние тексты, либо восходящие к западноболг. охридской Г. (включая большое число памятников древнейшей слав. Г.- см.: Турилов А. А. Роль сербской традиции в сохранении древнейших памятников слав. лит-ры // Слав. альм., 1998. М., 1999. С. 21, 28), либо связанные с древнерус. оригиналами (годовой комплект служебных Миней). Известны серб. списки ХIII-XIV вв. службы блгв. князьям Борису и Глебу в составе июльских Миней - ГИМ. Хлуд. № 156, 160; Дечанский мон-рь. № 32 (Суботин-Голубовић. (I) 1992); рус. тексты (на памяти прп. Феодосия Печерского, перенесение мощей свт. Николая и блгв. князей Бориса и Глеба) содержит и единственный серб. список минейного Кондакаря нач. XIV в. (ГИМ. Хлуд. № 189. Л. 251-276).

«Лоза Неманичей». Роспись ц. Вознесения мон-ря Дечаны. 1348–1350 гг.
«Лоза Неманичей». Роспись ц. Вознесения мон-ря Дечаны. 1348–1350 гг.

«Лоза Неманичей». Роспись ц. Вознесения мон-ря Дечаны. 1348–1350 гг.

Особенностью собственно серб. Г. (как и агиографии) является прославление прежде всего правителей и архиереев: это своеобразный церковно-песенный аналог монументальной живописной композиции «Лоза Неманичей». В отличие от Болгарии здесь почти нет служб «национализированным» иноземным святым, они появляются лишь в последние полвека перед завоеванием Сербии турками в связи с перенесением святынь, в т. ч. из той же Болгарии. Древнейший памятник серб. Г. представляет служба св. Симеону Сербскому, написанная его сыном св. Саввой сразу после смерти отца в Хиландаре (1200) или неск. позднее в мон-ре Студеница и сохранившаяся в 2 (вероятно, авторских) редакциях (Богдановић. (II) 1980. Историjа. С. 152-153; О Србљаку. (II) 1970. С. 271); образцом для нее явилась служба прп. Симеону Столпнику. Первым серб. святым Симеону и Савве, создателям серб. гос-ва и основоположникам церковной жизни, посвящено наибольшее число гимнографических текстов в XIII - нач. XIV в. Сразу после кончины 1-го Сербского архиепископа (в 1237 или 1238), очевидно, в Милешеве было написано древнейшее исследование, объединившее повествование об успении и перенесении мощей, позднее из него выделились службы, посвященные каждому из событий в отдельности. С этой традицией тесно связана и сокращенная служба в добавлениях, сделанных в 30-х гг. XIV в. к «Братковой Минее» (Богдановић. (I) 1980. Hajcтapиja служба; Богдановић. (II) 1980. Историjа. С. 160-162; О Србљаку. (II) 1970. С. 277). В нач. XIV в. (ок. 1310) хиландарский книжник иером. Феодосий, прославленный как гимнограф и агиограф, написал обоим святым службы, к-рые вскоре вытеснили из обихода более ранние посвященные им гимнографические творения. Эти службы составлены в соответствии с Иерусалимским уставом (первый перевод к-рого на слав. язык был выполнен в Хиландаре в 1319) и имеют по 2 канона с именными акростихами. Перу иером. Феодосия принадлежит также общий канон этим святым 4-го гласа, общий канон Спасителю, Симеону и Савве и «венок канонов» 8 гласов, объединенный, начиная со 2-го гласа, общим акростихом и предназначенный для всенощного бдения в дни памяти обоих серб. просветителей (О Србљаку. (II) 1970. С. 278-288; Богдановић. (II) 1980. Историja. С. 173-175). Иером. Феодосию атрибутируется также служба пустыннику св. Петру Коришскому и Житие (Мошин. (I) 1968/1969; О Србљаку. С. 289-291). Творчество Феодосия составило эпоху в серб. Г., в искусстве акростиха он поднялся до уровня первых слав. гимнографов, с творчеством к-рых скорее всего был знаком (хотя и неизвестно, читал ли Феодосий их «подписи»).

Г. занимался и серб. историограф и агиограф архиеп. Даниил II (1324-1337). Ему атрибутируют на основании стилистического анализа службы, посвященные его предшественникам по кафедре - св. архиепископам Арсению и Евстафию (О Србљаку. (II) 1970. С. 292-296).

Взлет серб. державы в правление Стефана Душана (1331-1356) и последовавший за этим ее упадок не способствовали развитию Г. (как и лит-ры в целом, за исключением переводов), только в посл. четв. XIV в. возникли новые гимнографические произведения. Крупнейшим гимнографом эпохи был патриарх Ефрем (см. выше). В 1380 г. инок мон-ря Баньска (впосл. патриарх Даниил III) написал службу в честь основателя обители кор. Стефана Уроша II Милутина, в к-рой прославил вместе с ним его мать Елену Анжуйскую и брата Драгутина (О Србљаку. (II) 1970. С. 297-299). Сразу после трагической гибели в битве на Косовом поле св. кн. Лазаря (1389) анонимные авторы написали тропарь и 2 цикла стихир в его честь (Там же. С. 300-302), а нек-рое время спустя (ок. 1402) в его «задужбине», мон-ре Раваница, была составлена и полная служба, в к-рой мученик воспевается как духовный победитель (Там же. С. 303-305).

Каноны 8 гласов святым Симеону и Савве Сербским иером. Феодосия. Богородичник. Сер. XVI в. (Chil. 227. Fol. 166)
Каноны 8 гласов святым Симеону и Савве Сербским иером. Феодосия. Богородичник. Сер. XVI в. (Chil. 227. Fol. 166)

Каноны 8 гласов святым Симеону и Савве Сербским иером. Феодосия. Богородичник. Сер. XVI в. (Chil. 227. Fol. 166)

В 1-й трети XV в. в державе деспота Стефана Лазаревича трудились ряд талантливых гимнографов. Мон. (впосл. епископ) Марк († после 1412), ученик патриарха Ефрема, создал службы своему учителю и архиеп. Никодиму (Там же. С. 306-312). Службой кор. мч. Стефану Дечанскому, написанной Григорием Цамблаком, отчасти воспользовался его безымянный современник, чтобы создать канон молебный тому же святому (Там же. С. 318-322). Инок Никодим, к-рого предположительно отождествляют с основателем мон-ря Тисмана в Валахии, написал новую службу (с проложным Житием и акростихом) Ахиллию, еп. Ларисскому, на рубеже Х и XI вв. особо чтимому в Охриде и в Сербии, и прославил архиерея как священномученика и борца с ересями (Иванова. (II) 1999; Иванова. (I) 2002). В это время создавались и новые серб. редакции служб греч. св. женам, чтимым в Болгарии, прп. Параскеве (Петке) и царице Феофании, чьи мощи после тур. завоевания этой страны были перенесены в Белград (Иванова. (I) 1988/1989).

Гимнографическое творчество продолжалось в Сербии и в последние годы существования державы и надолго пережило ее. В правление деспота Георгия Бранковича, в 1453 г., в Смедереве (в то время столица страны) были принесены из Родоса купленные там за 30 тыс. дукатов мощи ап. Луки, и в честь новой святыни вскоре была написана служба с 2 канонами, проникнутая тревожным предчувствием приближающегося конца (см.: Суботин-Голубовић. (I) 1998). Практически в то же время в Девичском мон-ре, в зап. части Косова, создается последование основателю обители, пустынножителю прп. Иоанникию (О Србљаку. (II) 1970. С. 322-323).

В кон. XV- сер. XVI в. в венг. владениях, населенных сербами, возник цикл служб, посвященных последним Бранковичам,- своеобразный отголосок и аналог «Лозы Неманичей» (Там же. С. 324-342, 353-354), и служба воеводе Стефану Штиляновичу, прославившемуся в войнах с турками (Там же. С. 345-348; Joвaнoвuћ. (I) 1984/1985). На территории Печской Патриархии (восстановлена в 1557) во 2-й пол. XVI в. книжники начинают писать в непривычном для них ранее жанре акафиста. В акафисте св. Савве он прославляется как 1-й Сербский архиепископ, учреждавший епископские кафедры новой Церкви. Он уподобляется Христу, отсылающему апостолов на проповедь, и покровителю династии Неманичей, архидиак. первомч. Стефану. Акафист написан иконописцем Лонгином ок. 1596 г. в Дечанском мон-ре и сохранился в авторской рукописи (О Србљаку. (II) 1970. С. 342-344, 361-366).

В XVI в. службы серб. святым начали издавать типографским способом, в Праздничную Минею («Сборник») Божидара Вуковича (1536-1538) были включены службы святым Симеону и Савве, написанные Феодосием, и Стефану Дечанскому (Григория Цамблака), а также серб. редакция службы прп. Параскеве (Петке) (книга переизд. диак. Кореси в 1580 в Себеше (Трансильвания), возможно, и в 1568 в Брашове). Завершает средневек. серб. Г. в XVII в. творчество патриарха Паисия I, к-рый обратился к святым, олицетворяющим начало серб. королевства и конец царства, написав службы мон. Симону (кор. Стефану Первовенчанному) и сыну Душана царю Урошу (О Србљаку. (II) 1970. С. 349-352; Joвaнoвuћ. (I) 2001. С. 205-230, 251-278). XVIII век отмечен своеобразной кодификацией древней серб. Г. на церковнослав. языке рус. извода, в частности изданиями «Правила молебныя святых сербских просветителей» («Сербляк») в 1761 г. в Рымнике и в 1765 г. в Венеции и общего канона святым Симеону и Савве на 8 гласов в 1776 г. в Венеции (Каноны на осмь гласов. [Венеция], 1776. С. 5-97, 109-110).

Греческая Г. XI-XVIII вв. в Охридской архиепископии, посвященная славянским святым

После включения территории Западноболгарского царства в состав Византийской империи и создания Охридской архиепископии здесь возникла грекоязычная практика почитания святых, наиболее прославленных местных слав. и славянизированных святых как в агиографии, так и в Г. Св. Феофилакт Болгарский, архиеп. Охридский, написал среди прочего службы на успение св. Климента Охридского и Тивериопольским (Струмицким) мученикам (почитание к-рых было установлено в Болгарии в княжение Бориса-Михаила) с фразовыми акростихами в каноне. Практика создания греч. служб во имя слав. святых в X-XI вв. была распространена здесь и позднее (см. выше в связи с почитанием прп. Иоанна Рильского), даже после образования в посл. четв. XII в. независимых серб. и болг. гос-в. В немалой степени этому способствовало то стечение обстоятельств, что свт. Климент и прп. Наум Охридские со временем и в силу традиции стали восприниматься греч. населением и церковной иерархией Охридской епархии как небесные покровители кафедры, но на территории 2-го Болгарского царства их почитание (возможно, из-за недолгого пребывания македон. территорий в его составе) не получило заметного распространения. Наиболее активный период греч. гимнографического творчества, посвященного слав. святым, пришелся на XIII - 1-ю четв. XIV в.: архиеп. Димитрий II Хоматиан (ок. 1216 - ок. 1235) в связи с переложением мощей св. Климента в новую раку написал цикл канонов ему на 8 гласов (сохр. 3 - 1, 4 и 8-го гласов) и молебный канон 8-го гласа. Архиеп. Нил Кавасила (ок. 1255-1260) написал свт. Клименту молебный канон 2-го гласа и, возможно, литийные стихиры. Им же создано 2 канона прп. Науму с общим акростихом.

Архиеп. Григорий (ок. 1299 - ок. 1317) сочинил стихиры малой вечерни и адаптировал Феофилактову службу к Иерусалимскому уставу, а также написал молебный канон свт. Науму с акростихом (КМЕ. Т. 3. С. 679), известный по изданиям (см. ниже) и церковнослав. переводу XVIII в. В XIV в. (вероятнее всего, после включения Охрида в состав Сербского царства Стефана Душана (1334), хотя предлагают и более ранние датировки - см., напр.: Нихоритис. (I) 1990. С. 160; КМЕ. Т. 3. С. 674-675) греч. служба Клименту, включающая стихиры архиеп. Григория и каноны 1-го гласа Димитрия Хоматиана и Феофилакта, написанные слитно, и отдельный молебный канон Хоматиана, была переведена на слав. язык, но заметного распространения не получила.

В кон. XVII - сер. XVIII в. (до ликвидации автокефалии Охридской архиепископии в 1767) было написано и издано еще неск. служб (с проложными житиями) древним болг. и серб. святым. В это время церковные власти Охрида, и в первую очередь архиеп. Иоасаф II (1717/18-1745/47), стремились утвердить в диоцезе культ св. Седмочисленников (прежде всего Климента и Наума Охридских) как исторических и канонических предшественников автокефальной архиепископии, учрежденной в 1118 г. имп. Василием II.

В 1690 г. в Венеции вышло издание служб серб. (зетскому) кн. мч. Иоанну-Владимиру (названному в заглавии царем Болгарским и Далматинским) и его Жития, написанных Козьмой, митр. Китайским (в 1690-1693 местоблюститель Охридского Патриаршего престола, а позднее митрополит Драчский). Они переиздавались в сборнике служб в Мосхополе (Юж. Албания, ныне Воскопоя) в 1741 г. (см. ниже) и в Венеции в 1774 и 1858 гг. (Новаковић С. Први основи књижевности мeђy балканскими словенима: Легенда о Владимиру и Косари. Београд, 1893. С. 237-258). Не позднее 1716 г. брошюра была переведена на церковнослав. язык, вероятнее всего в Новгороде, в школе братьев Лихудов (перевод упом. в описи архиерейского дома этого года в составе книг, принадлежавших уч-щу - см.: ОДДС. Т. 1. Стб. XCVI-XCVIII; список не найден), но распространения на Руси она явно не получила.

В 1695 г. в Венеции была опубликована служба прп. Науму Охридскому, неоднократно переиздававшаяся и позднее (церковнослав. перевод ее протографа содержался в ркп. 2-й пол. XVIII в. из Народной б-ки в Белграде, погибшей в 1941 г. (КМЕ. Т. 3. С. 677-679)), а ок. 1720 г.- вероятно, там же - служба святым Седмочисленникам (Там же. С. 680-681). В 40-х гг. XVIII в. типография в Мосхополе, находившаяся под опекой (а с 1744/45 и под управлением) охридского мон-ря прп. Наума (о ее деятельности в целом см.: Peyfuss M. D. Die Drukerei von Moschopolis, 1731-1769: Buchdruck u. Heiligenferehrung im Erzbistum Achrida. W., 19962), по крайней мере дважды (в 1740 и 1741/42) издавала богослужебный сборник с житиями, включавший службы святым Клименту, Науму (обе древние), Седмочисленникам (написанную специально для издания иером. Григорием Мосхопольцем) и Иоанну-Владимиру.

Славянская Г. в Чехии, Польше и Хорватии в X-XI и XIV вв.

Древнейшим памятником слав. Г. в Чехии, продолжающим кирилло-мефодиевские традиции Вел. Моравии, является канон кн. мч. Вячеславу, написанный, вероятно, вместе с его слав. Житием (т. н. первым) во 2-й пол. X в. Канон сохранился в 2 рус. списках (XI и XII вв.) в составе 2 древнейших новгородских комплектов служебных Миней. Слав. служба кнг. мц. Людмиле (или канон ей) не сохранилась, но не исключено, что следы ее (по аналогии с Житием) следует искать в рус. гимнографических сочинениях, посвященных св. кнг. Ольге. Не до конца решенным остается вопрос о датировке и месте создания (Чехия или еще Вел. Моравия) канона мч. Виту.

К рубежу X и XI вв. относится, вероятнее всего, появление древнего чеш. церковного гимна «Господине, помилуй ны» (Hospodine, pomiluj ny), известного в списках с XIV в. Детальный анализ лексики, метрики, литургических (сочетания в нем вост. и зап. элементов) и стилистических особенностей этого небольшого произведения позволил Ф. В. Марешу предположить, что его автором был Адальберт (Войтех) (Mareš. (II) 2000), еп. Пражский (ранее высказывалось мнение об авторстве св. Прокопия Сазавского). Тому же автору Мареш склонен атрибутировать (и датировать соответствующим образом) и первоначальную редакцию польск. средневек. церковной песни «Богородица» (Bogurodzica), также сочетающей в себе элементы визант. и рим. богослужения (Там же. С. 450-454, обзор различных т. зр.).

В XI в. западнослав. Г. (как богослужение на слав. языке и лит-ра в целом) неразрывно связана с бенедиктинским Сазавским мон-рем. Неизвестно, существовала ли (и по какому обряду) слав. служба прп. Прокопию Сазавскому, но общая ситуация в основанной им обители свидетельствует скорее в пользу такой возможности. В Чехии в это время была создана пространная Молитва к Св. Троице с упоминанием большого числа зап. святых, широко распространенная в древнерус. списках с XIV в. (Konzal. (II) 1991). Долгое время у исследователей существовали различные т. зр. на датировку служб равноапостольным Кириллу и Мефодию, содержащихся в хорват. глаголических рукописях с кон. XIV в.; предлагались варианты от IX до XIV вв. (обзор мнений: Tkadlčik. (II) 1977. S. 85-86, 121-122). В наст. время (на основании анализа литургических указаний ранних хорват. Месяцесловов и сопоставления лексики памятника с глаголической частью (1395) Реймсского Евангелия) можно считать установленным, что служба первоначально была написана не ранее 1347 г. (вероятно, в 1360-1370) в населенном хорват. бенедиктинцами-«глаголашами» Эмаусском мон-ре «на Славянах» (Прага), основанном имп. и чеш. кор. Карлом IV Люксембургом для возрождения слав. богослужения в Чехии (Там же. С. 87-95, 102-120). Ее создание являлось частью программы офиц. оформления собора наиболее чтимых святых (преимущественно слав.) - покровителей Чешского королевства. В Хорватии во 2-й пол. XIV - сер. XVI в. первоначальная служба, написанная в Чехии, получила широкое распространение и даже были созданы новые ее редакции. Служба издавалась в 1493 и 1561 гг. в составе глаголического Бревиария (Там же. С. 86-87).

(I) Ист. [кроме стандартных изд. богослужебных книг]: Правила молебная святых сербских просветителей («Србљак»). [Рымник], 1761. [Венеция] (на тит.: М.), 17652; Србљак. Белград, 1861; Ягич. Служебные Минеи; Сырку П. А. Евфимия патриарха Терновского служба прп. царице Феофане: По ркп. XIV в. Хиландарского мон-ря. СПб., 1900; Kalužniacki E. Werke des Patriarchen von Bulgarien Euthymius (1375-1393). W., 1901. S. LXXXVIII-XCVIII, 255-277; Иванов Й. Български старини из Македония. София, 19312, 1970р. С. 290-305, 314-315, 322-327, 345-368, 383-394, 424-431; Лавров П. А. Мат-лы по истории возникновения древнейшей слав. письменности. Л., 1930. С. 122-147. (Тр. Слав. комис.; Вып. 1); Ангелов Б. С. Из старата българска, руска и сръбска лит-ра. София, 1967. Кн. 2. С. 4-23, 36-43, 67-74; 1978. Кн. 3. С. 17-37, 131-155; он же. Климент Охридски - автор на общи служби // Константин-Кирил Философ: Юбил. сб. по случай 1100-годишнината от смъртта му. София, 1969. С. 237-260; Мошин В. Служба и житиjе св. Петра Коришког у рукопису Српске Академиjе наука и уметности // Старине Косова и Метохиjе. Приштина, 1968-1971. Књ. 4/5. С. 151-159; Србљак: Служби. Канони. Акатисти. Београд, 1970. Књ. 1-3; Иванова-Константинова К. Два неизвестни азбучни акростиха с глаголическа подредба на буквите // Константин-Кирил Философ: Доклади от симп., посветен на 1100-годишнината от смъртта му. София, 1971. С. 341-366; Vukanovič T. P. The Legend of the Martyrs of Tiberiopolis (Strumica) // Врањски гласник. Врање, 1971. Књ. 7. С. 45-76; Лихачев Д. С. Канон и молитва Ангелу Грозному воеводе Парфения Уродивого (Ивана Грозного) // Рукописное наследие Древней Руси: (По мат-лам Пушкинского дома). Л., 1972. С. 10-27; Fridelówna T. «Kanon» w Ewangeliarzu Ławryszewskim // Studia z filologii polskiej i slowianskiej. Warsz., 1972. T. 11. S. 187-199; Кожухаров С. Еден рядък случай на химнографската компилация в неизвестен параклис за Симеон Неманя и Сава Сръбски // Стара српска књижевност. Београд, 1976. С. 41-52. (Зб. Историjе књижевности; Књ. 10); он же. Проблеми на старобългарската поезия. София, 2004. Т. 1; Симић П. Требник српске редакциjе XIII в. // Стара српска књижевност. Београд, 1976. С. 70-76; он же. Kapejcкa служба св. Сави // Богословље. Београд, 1978. Т. 22 (37). Св. 1-2. С. 17-66; Штављанин-Ђорђевић Љ. Jeдан нови (непотпуни) препис службе српском архиепископу Apceниjy // АрхПр. 1979. Књ. 1. С. 103-1118; Богдановић Д. Наjстариjа служба св. Сави. Београд, 1980; Загребин В. М. Заупокойные стихиры АЗЬБОУКОВНЕ в сербском Требнике XIII в. // АрхПр. 1981. Књ. 3. С. 65-92; Joвaновић-Стипчевић Б. Текстолошка условљеност састава и бpoja слова старословенске азбуке према стихирима на Рођење и Крштење у српском препису // Там же. С. 93-121; он же. Служба акатисту Стефана Дечанског Лонгина зографа // Там же. 1990. Књ. 12. С. 93-127; Матеич П. Българският химнописец Ефрем от XIV в.: Дело и значение. София, 1982; Попов Г. Новооткрити химнографски произведения на Климент Охридски и Константин Преславски // Български език. 1982. № 1. С. 3-36; он же. Из химнографското наследие от Константин Преславски: (Новооткрит трипеснец за предпразднество на Успение Богородично) // Palaeobulgarica. 1995. Год 19. № 3. С. 3-31; он же. Канон за Рождество Христово от Константин Преславски // Там же. 1998. № 4. С. 3-26; он же. «Хвалиа пяения Константинова»: (Богоявленски предпразнични стихири на Константин Преславски в руския Миней от XII-XIII в.) // Старобългарска лит-ра. София, 1999. Књ. 31. С. 3-23; Joвaнoвuћ T. Служба св. кн. Стефану Штиљановићу // АрхПр. 1984/1985. Књ. 6/7. С. 193-232; он же. Књижевно дело пaтрjapxa Пajceja. Београд, 2001. С. 95, 97-98, 100-103, 207-230, 251-278; Пенкова П. Новооткрит акростих в погребалния чин на Зайковския Требник, XIV в. // Език и лит-ра. 1986. № 3. С. 35-43; Penkova P. Der Beitrag Methods zu den slavischen Totenoffizia // Symposium Methodianum: Beitr. d. intern. Tagung in Regensburg z. Gedenken an den 1100. Todestag d. hl. Method. Neuried, 1988. S. 217-228; Србљак. Београд, 1986; Поповић T., Шпадиjер И. Заjединичка служба св. апостолима Петру и Павлу и св. Петру Коришком // АрхПр. 1987. Књ. 9. С. 157-181; Суботин-Голубовић T. Култ св. Ахилиjа Лариског // ЗРВИ. 1987. Књ. 26. С. 22-33; она же. Нова служба св. Ахилиjу Лариском // Там же. 1989. Књ. 27/28. С. 149-175; она же. Две службе св. Jоакиму Осоговском // АрхПр. 1992. Књ. 14. С. 105-134; она же. Фрагменти службе св. Борису и Глебу у рукопису бр. 32 збирке манастира Дечана // Jужнословенски филолог. 1992. Т. 48. S. 123-134; она же. Смедеревска служба преносу моштиjу св. ап. Луке // Српска књижевност у доба Деспотовине. Деспотовац, 1998. С. 133-157; она же. Празник преноса моштиjю св. Николе у српском рукописном наслеђу // Она же. Српско рукописно наслеђе од 1557 г. до средине XVII в. Београд, 1999. Додатак 2. С. 233-252; Иванова К. И. Сръбска редакция на службата за имп. Феофана // АрхПр. 1988/1989. Књ. 10/11. С. 83-106; она же. «Възпявам те, отче Ахилие, на архиереите украса»: (Изд. на текста на сръбската служба за св. Ахил) // Там же. 2002. Књ. 24. С. 143-176; она же. «Боже мой, Троице милостива, помогни ми»: Фразов акростих от края на IX-Х вв. // Palaeobulgarica. 2003. Год 27. № 3. С. 3-17; Ранняя рус. лирика: Репертуарный справ. муз.-поэтич. текстов XV-XVII вв. / Сост.: Л. А. Петрова, Н. С. Серегина. Л., 1988; Станчев К., Попов Г. Климент Охридски: Живот и творчество. София, 1988. С. 112-219; Кантакузин Д. Собр. соч. / Коммент.: Б. Ангелов и др. София, 1989. С. 44-77, 93-139; Нихоритис К. Атонската книжовна традиция в разпространението на кирило-методиевските извори. София, 1990. С. 39-101, 140-172, 185-194, 216-251. (КМС; Кн. 7); Лабынцаў Ю. А. «Зерцало жития...»: (З лiт. спадчыны Фрацыска Скарыны). Miнск, 1991. С. 55-104; он же. «Напой росою благодати...»: (Малiтоўная паэзiя Кiрыла Тураўскаго). Мiнск, 1992; Генадиjе Светогорац. Служба св. Петру Атонском / Приред. Ђ. Трифуновић. Крушевац, 1995; Hološnjaj В. Zajkovski Trebnik N 960 der Nationalbibliothek «Hl. Kirill und Methodij» in Sofia (Bulgarien): Diss. R., 1995. S. 206-231; Темчин С. Ю. Гимнографич. творчество Григория Цамблака: Вильнюсский список службы с житием Иоанну Новому Сучавскому, 2 VI // Krakòwsko-Wileńskie studia slawistyczne. Krakòw, 1997. Т. 2. С. 143-203; Мирчева Б. Службата за св. Климент Охридски в Празничен Миней № 122 от Нар. б-ка «Св. Кирил и Методий» в София // Palaeobulgarica. 2000. Год 24. № 2. С. 70-84; она же. Канонът за Кирил и Методий и Службата за Кирил в славянската книжнина. Велико Търново, 2001; Мошкова Л. В. Два комбинированных канона на Успение Богородицы (принципы объединения) // Palaeobulgarica. 2000. Год 24. № 1. С. 53-76; Йовчева М. Старобългарската служба за първомученик Стефан и Стефан I папа Римски // Старобългарска лит-ра. София, 2001. Кн. 32. С. 21-44; она же. Старобългарската служба за Аполинарий Равенски от Климент Охридски // Palaeobulgarica. 2002. Год 26. № 1. С. 17-32; Велев И. Химнографските състави за светите петнаесет тивериополски свештеномаченици // АрхПр. 2002. Књ. 24. С. 111-141; Савова В. Непознато химнографско произведение на св. Климент Охридски за св. Алексий Човек Божий (предв. бележки) // Palaeobulgarica. 2003. Год 27. № 2. С. 3-12; Гадалова Г. С. Службы прп. Макарию Калязинскому: К вопр. о комплексном подходе в изучении памятников. Публикация списков // Рус. агиография: Исслед. Публ. Полемика. СПб., 2005. С. 396-428; Matejko L. Život stredovékeho textu: О tzv. Metodovom kanone sv. Dimitrovi Solúnskemu. Brat., 2005.
(II) Лит.: Горский, Невоструев. Описание. Т. 5-6; Абрамович Д. И. Жития св. мучеников Бориса и Глеба и службы им. Пг., 1916. (Памятники древнерус. лит-ры; 2); Спасский Ф. Г. Рус. литург. творчество. П., 1951; Мирковић Л. Хеортологиjа или историjски развитак и богослужење празника Православие источне Цркви. Београд, 1961. С. 18-26, 67-74, 130-134, 241-244. (Правосл. литургика или наука о богослуженjи Правосл. источне Цркве; 2); Павловић Л. Култови лица код Срба и Македонаца: (Ист.-етногр. расправа). Смедерево, 1965. С. 12-13, 18, 21-23, 26, 28, 32, 35, 41, 45-47, 52, 53-54, 57-60, 73-74, 77, 80, 82-83, 86-87, 90, 93-94, 97-98, 101-103, 110, 111, 113-114, 120-122, 128, 129-130, 134-135, 137-138, 142-143, 147-150, 153, 157-158, 161-163, 169, 173, 195-196; О Србљаку: Студиjе: [Зб.]. Београд, 1970; Ангелов Б. С. Кириловият химн в чест на Климент Римски // Константин-Кирил Философ: Доклади от симп., посветен на 1100-годишнината от смъртта му. София, 1971. С. 255-270; он же. Из историята на старобългарската и възражденска лит-ра. София, 1977. С. 60-71; Прохоров Г. М. К истории литург. поэзии: Гимны патр. Филофея Коккина // ТОДРЛ. 1972. Т. 27. С. 120-149; он же. Гимны на ратные темы эпохи Куликовской битвы // Там же. 1983. Т. 37. С. 286-304; Кожухаров С. Търновската книжовна школа и развитието на химничната поезия в старата българска лит-ра // Търновска книжовна школа. София, 1974. С. 277-309; он же. Мефодий и Наум Охридский и формирование слав. гимнографич. традиции // Symposium Methodianum: Beitr. d. Intern. Tagung in Regensburg zum Gedanken an den 1100. Todestag d. hl. Method. Neuried, 1988. С. 421-430; Иванова К. И. Неизвестни служби на Иван Рилски и Михаил Воин // Изв. Ин-та на Български език. София, 1975. Кн. 18. С. 211-236; она же. Неизвестна сръбска служба за св. Ахил Лариски // Старобългарска лит-ра. София, 1999. Кн. 31. С. 24-40; Розов Н. Н. Из творческого наследия рус. писателя XI в. Илариона // Dissertationes slavicae. Szeged, 1975. Т. 9/10. P. 115-156; Фролов С. В. Из истории древнерус. музыки: (Ранний список стихов покаянных) // Культурное наследие Древней Руси: Истоки. Становление. Традиции. М., 1976. С. 162-171; Богдановић Д. Служба св. Сави у руским Минеjима XV-XVII в. // Св. Сава: Споменица поводом осамстогодишњице рођења. Београд, 1977. С. 349-360; он же. Историjа старе српске књижевности. Београд, 1980, 19912; Tkadlčik V. К datováni hlaholských služeb о sv. Cyrilu a Metodĕji // Slovo. Zagreb, 1977. Br. 27. S. 85-128; Мурьянов М. Ф. Из наблюдений над структурой служебных Миней // Проблемы структурной лингвистики, 1979. М., 1981. С. 263-278; он же. Гимнография Киевской Руси. М., 2003; KМЕ. Т. 1. С. 49-54, 57-58, 59-61, 82-83; Т. 2. С. 100-101, 125-126, 213-219, 330-331, 364-366, 385-386, 430-434, 679-681, 797-798, 846-848; Т. 3. С. 182-187, 212-215, 567-569, 572-576, 614-615, 646-648, 652-670, 671-682, 755-764; Т. 4. С. 169-178, 189-191, 400-414; Турилов A. A. Гимнографич. наследие Франциска Скорины в рукописной традиции // Проблемы науч. описания рукописей и факсимильного издания памятников письменности. Л., 1981. С. 241-248; он же. Новые списки гимнографич. сочинений Франциска Скорины // Франциск Скорина - белорус. гуманист-просветитель, первопечатник. Минск, 1989. С. 91-96; Огицкий Д. П. К истории виленских мучеников // БТ. 1984. Сб. 25. С. 226-246; Попов Г. Триодни произведения на Константин Преславски. София, 1985. (КМС; 2); он же. Химнографското наследство на св. Климент Охридски // Климент Охридски: Живот и дело. София, 2000. (КМС; 13). С. 42-49; он же. Византийската химнографска традиция и песнотворческите прояви на Кирило-Методиеви ученици // Средневековна християнска Европа: Изток и Запад. София, 2002. С. 370-381; он же. Акростих в гимнографич. творчестве учеников Кирилла и Мефодия // La poesia liturgica slava antica = Древнеслав. литург. поэзия: XIII Междунар. съезд славистов. Тематич. блок № 14: Докл. София; R., 2003. С. 30-55; Шаламанов Б. Неизвестни химнографски произведения на Климент Охридски // Списание на Българска акад. на науките. 1987. № 1. С. 51-56; № 2. С. 47-54; № 3. С. 63-68; № 4. С. 52-60; № 5. С. 61-67; Суботин-Голубовић Т. Минеjи у Даниловом времену // Архиеп. Данило II и његова доба. Београд, 1991. С. 253-260; она же. О двема службама св. Петру Коришком // Манастир Црна Риjека и св. Петар Коришки. Приштина; Београд, 1998. С. 211-217; Konzal V. Otazníky kolem církevnéslovanské Modlitbe k sv. Trojci a českých vlivů na literaturu Kyjevské Rusi // Palaeoslavica: Památce Josefa Kurze (1901-1972). Praha, 1991. S. 8-22; Момина М. А. Проблема правки слав. богослужебных гимнографич. книг на Руси в XI в. // ТОДРЛ. 1992. Т. 45. С. 200-219; Саверчанка I. B. Старажытная паэзiя Беларусi, XVI - першая палова XVII ст. Мiнск, 1992. С. 81-95; Серегина Н. С. Неизвестная стихира на Освящение храма Георгия в Киеве по спискам XII в. // Муз. культура средневековья. М., 1992. Вып. 2. С. 14-17; она же. Песнопения рус. святым: По мат-лам рукоп. певч. XI-XIX вв. СПб., 1994; Gil D. Serbska hymnografia narodowa. Kraków, 1995. (Prace Inst. Filologii Slowianskiej; 15); Naumow A. Wiara i historia. Kraków, 1996. S. 81-142. (Krakowsko-Wileńskie studia slawistyczne; T. 1); Подскальски Г. Христианство и богословская лит-ра в Киевской Руси (988-1237 гг.) / Пер. с нем.: А. В. Назаренко. СПб., 1996. С. 376-387; Грибов Ю. А. Акафисты Сергию Радонежскому в рус. книжности XVII-XVIII вв. // Новодевичий монастырь в рус. культуре. М., 1998. С. 227-237. (Тр. ГИМ; Вып. 99); Мошкова Л. В., Турилов А. А. «Моравскые земле велей гражданин»: Неизв. древняя служба первоучителю Мефодию // Славяноведение. 1998. № 4. С. 3-23; они же. К оценке культурно-ист. ситуации в Болгарии X в. // Славяне и их соседи: XX конф. памяти В. Д. Королюка: Становление слав. мира и Византия в эпоху раннего средневековья: Сб. тез. М., 2001. С. 112-113; Сапожникова О. С. Неизвестные соч. соловецкого книжника Сергия Шелонина // Русь и южные славяне: Сб. ст. к 100-летию со дня рожд. В. А. Мошина (1894-1987). СПб., 1998. С. 340-355; она же. Соловецкий книжник Сергий Шелонин: Кр. обзор деятельности // ТОДРЛ. 1999. Т. 51. С. 377-384; Уханова Е. В. Служба св. Клименту, папе Римскому, в контексте Крещения Руси вел. кн. Владимиром // Историческому музею - 125 лет: Мат-лы юбил. науч. конф. М., 1998. С. 143-152. (Тр. ГИМ; Вып. 100); Matejko L. К poézii Zlatého veka // Slovensko-bulharské jazykové a literárne vzt'ahy. Brat., 1998. S. 25-31; Йовчева М. Новооткрити химнографски произведения на Климент Охридски в Октоиха // Palaeobulgarica. 1999. Год 23. № 3. С. 3-30; она же. Гимнографич. наследие кирилло-мефодиевских учеников в рус. книжности // ДРВМ. 2002. № 2 (8). С. 100-112; она же. Проблемы текстол. изучения древнейших памятников слав. гимнографии // La poesia liturgica slava antica. София; R., 2003. С. 56-78; она же. Солунският Октоих в контекста на южнослав. Октоиси до XIV в. София, 2004. (КМС; 16); она же. Акростихът в старобългарския канон за Св. Троица като свидетел произхода на творбата // Црквене студиjе: Годишњак Центра за црквене студиjе. Ниш, 2005. Год. 2. Бр. 2. С. 299-311; Мошкова Л. В. Гимнографич. произведения Климента Охридского: (Структурно-содержательные особенности) // Славяноведение. 1999. № 1. С. 5-21; она же. К вопросу о составе переславских Миней 1-й четв. XV в. (сент.-окт.) // ДРВМ. 2006. № 1 [в печати]; Рогачевская Е. Б. Цикл молитв Кирилла Туровского: Тексты и исслед. М., 1999; Ханник К. Начала слав. гимнографии в кирилломефодиевскую эпоху // Thessaloniki - Magna Moravia: Proc. of the Intern. Conf. Thessal., 1999. С 347-354; Крашенинникова О. А. Три канона из Октоиха Климента Охридского // Славяноведение. 2000. № 2. С. 29-41; Mareš F. V. «Hospodine, pomiluj ny» // Idem. Cyrilometodĕjska tradice a slavistika. Praha, 2000. S. 403-476; Нечунаева Н. А. Минея как тип славяно-греч. средневек. текста. Таллин, 2000; Федоскина Е. С. Покаянный канон Климента Охридского в составе древнеслав. Октоиха // ВМУ: Филол. 2000. № 3. С. 75-83; Podskalsky G. Theologishe Literatur des Mittelalters in Bulgarian und Serbien, 865-1459. Münch., 2000. S. 425-470; Верещагин Е. М. Церковнослав. книжность на Руси: Лингвотекстол. разыскания. М., 2001; Кравецкий А. Г., Плетнева А. А. История церковнослав. языка в России, кон. XIX-XX в. М., 2001; Пентковский А. М., Йовчева М. Праздничные и воскресные блаженны в визант. и слав. богослужении VIII-XIII вв. // Palaeobulgarica. 2001. Год 25. № 3. С. 31-60; Добрев И. Д. Каноните за св. Иван Рилски от Георги Скилица // Palaeobulgarica. 2002. Год 26. № 3. С. 3-12; Конзал В. Старославянская молитва против дьявола. М., 2002; Макарий (Веретенников), архим. К вопросу изучения богослужебных Миней // АиО. 2002. № 1 (31). С. 86-104 (То же // Он же. Святая Русь: Агиография, история, иерархия. М., 2005. С. 289-306); он же. Акростихи в богослужебных Минеях // Традиции и современность. 2004. № 3. С. 83-87; Турилов А. А., Флоря Б. Н. Христ. лит-ра у славян в сер. X - сер. XI в. и межслав. культурные связи // Христианство в странах Вост., Юго-Вост. и Центр. Европы на пороге 2-го тыс. М., 2002. С. 398-458; Успенский Б. А. История рус. лит. языка: XI-XVII вв. М., 20023; Матейко Л. Вопросы исслед. древнейшей слав. гимнографии: (Ирмосы: разночтения и история текста) // XIII medzinárodný zjazd slavistov v L'ubl'ane: Prispevky slovenských slavistov. Brat., 2003. C. 21-48; Станчев К. Литург. поэзия в древнеслав. лит. пространстве: (История вопр. и нек-рые пробл. изучения) // La poesia liturgica slava antica. София; R., 2003. С. 5-22; Шпадиjер И. Химнографски жанр и богослужебна пракса - Теодосиjеви канони св. Симеону и св. Сави // Зб. Матице Српске за славистику. Нови Сад, 2003. Kњ. 63. С. 343-351; Костадинова А. Два неизвестних преписа на канона за Успение Богородично от Климент Охридски // Palaeobulgarica. 2004. Год 28. № 3. С. 67-84; Понырко Н. В. Покаянные каноны Кирилла Туровского: Вопр. атрибуции // ТОДРЛ. 2004. Т. 55. С. 240-260; Темчин С. Ю. Этапы становления слав. гимнографии (863 - ок. 1097 г.). Ч. 1 // Славяноведение. 2004. № 2. С. 18-55; он же. Этапы становления слав. гимнографии. Ч. 2 // Славяне и их соседи. М., 2004. Вып. 11: Славянский мир между Римом и К-полем. С. 53-94; Смирнова А. Е. Службы Макарию Калязинскому: Рукоп. традиция, пробл. источников, датировки и атрибуции // Русская агиография: Исслед. Публ. Полемика. СПб., 2005. С. 332-395; она же. Творчество гимнографа XVI в. Маркелла Безбородого: АКД. СПб., 2005; она же. Азбучные каноны русским святым // ТОДРЛ. Т. 58 [в печати].
А. А. Турилов

Г. нехалкидонских Церквей

Коптская Г.

по происхождению связанная с греч. традицией, поначалу следовала ее образцам. Помимо переводов с греч. и самостоятельно составленных копт. песнопений вплоть до XII-XIII вв. в копт. Церкви имела хождение непереводная Г. на греч. языке (см., напр.: Тураев. 1900; Nessim Youssef. 1998-1999; MacCoull. 1989; MacCoull. 2004).

В совр. копт. богослужении основной объем Г. звучит не за службами различных часов дня (они имеют лишь по 2 тропаря дня и 2 богородична, к-рые исполняются в конце), а во время последования «псалмодии» - дополнительной службы, включаемой в цикл суточных служб (после вечерни и «службы вечернего каждения» или после полуночной службы, или между утреней и «службой утреннего каждения») каждый день (в мон-рях) или накануне воскресений и праздников (на приходах). Нек-рое количество гимнов присутствует в последовании Божественной литургии (гимнографическая сторона литургии на практике подчеркивается тем, что она обычно совершается сразу после служб «псалмодии» и «утреннего каждения»), а также в чинах Евхология. Отдельные песнопения доныне звучат по-гречески (см.: Burmester. 1936); в литургии это, в первую очередь, ряд исполняемых мелодически аккламаций народа и диакона, а также Трисвятое (к-рое в егип. традиции может дополняться различными вставками, напоминающими лат. тропы, включавшиеся в неизменяемые песнопения мессы; см.: MacCoull. 1989; MacCoull. 2004; Martinez. 1999).

В состав «псалмодии» входят 2 основные развернутые гимнографические формы копт. традиции - 4 песни-хос (копт. xws - воспевать, восхвалять) и цикл богородичнов-теотокиа (копт. ceotokia , от греч. Θεοτοκία - богородичны); по образу и с использованием строф, исполняемых в связи с хос, и тропарей теотокиа сложились (уже в арабоязычную эпоху) строфы, образующие исполняемые во время «псалмодии» т. н. славословия (Badet. 1899).

4 хос - это последовательность из 4 песненных текстов: библейской песни из кн. Исход (15. 1-21), Пс 135, песни вавилонских отроков (Дан 3. 26-90) и хвалитных псалмов (Пс 148-150). Сами по себе эти тексты имеют библейское происхождение и, строго говоря, не могут быть названы христ. Г., однако присутствие в хос тех же библейских песней, что входят в состав визант. канона, указывает на возможность связи между циклом хос и ранними формами визант. канона (но не развитой формой канона из 9 песней; цикл из мн. библейских песней (в копт. традиции их 21 - 18 из канонических и неканонических книг ВЗ и 3 из НЗ) исполняется лишь в ночь на Великую субботу - Moftah, Roy. 1991). Эта связь подтверждается тем, что в I тыс. по Р. Х. в копт. традиции были известны «каноны», аналогичные визант. двупеснцам (неполным гимнографическим канонам) (см.: Тураев. 1897; Тураев. 1907а; ср. выше, II ч., разд. о визант. доиконоборческой Г.). До или после каждой из хос в копт. традиции исполняются собственно гимнографические произведения - псали (копт. 2ali - хвала), лобш (lwb1 - венец) и тарх (араб.- толкование).

Псали, лобш и тарх наряду с циклами теотокиа составляют основные, характерные для копт. традиции гимнографические жанры (Moftah, Robertson, Roy, Tóth. 1991). Примеры песнопений жанров псали, лобш и теотокиа известны в рукописях начиная с VII в. (жанра тарх - только с IX в.). Псали - это сложные метрические гимны, состоящие из 26-46 рифмованных четверостиший, часто имеющих алфавитные акростихи, иногда - акростихи с именами авторов (напр., Муаллим Юаннис, Саркис, Никодим - см.: Nessim Youssef. 1994; Nessim Youssef. 1998), будучи, тем самым, единственным из жанров копт. Г., к-рый может содержать атрибуцию в тексте. Псали исполняются с рефренами, в качестве к-рых используется 3-я (реже 3-я и 4-я вместе) строка каждого четверостишия. Большинство псали написано на бохайр. диалекте копт. языка, однако известно немало псали на араб. и греч. языках, а также отдельные псали на саидском диалекте копт. языка (где строфы также имеют акростих, но не содержат рифм). Лобш представляет собой четверостишие (как правило, нерифмованное), исполняемое после хос или цикла теотокиа и парафразирующее библейский текст (чем лобш отчасти напоминает визант. ирмос). Тарх в наименьшей степени является поэтическим произведением - он включает в себя 2 нерифмованные строфы на копт. языке, переходящие в прозаический текст на араб. языке. По содержанию тарх - толкование предшествующего хос, цикла теотокиа или евангельского чтения (Burmester. 1937).

Цикл теотокиа - это многострофное гимнографическое произведение, исполняемое в отличие от псали, лобш и тарх как самостоятельный элемент службы и посвященное Божией Матери. Теотокиа восходят к VI в. (традиция связывает их составление со свт. Афанасием Великим и прп. Ефремом Сирином) и построены на основе греч. моделей (Тураев. 1907б; Nessim Youssef. 1997). Свои циклы теотокиа имеет каждый день недели (теотокиа для воскресенья включает 18 гимнов; для субботы, понедельника и четверга - 9 гимнов; для вторника, среды и пятницы 7 гимнов); особые циклы теотокиа установлены для месяца Кияк (O'Leary De Lacy. 1911). На практике циклы теотокиа обычно исполняются не полностью; гимны перемежаются вставками-бол (копт. bwl - толкование); в конце цикла звучит лобш.

По образцу псали и тарх составлены славословия, исполняемые в составе «псалмодии» на памяти Божией Матери, ангелов и святых; славословия состоят из четверостиший, в конце к-рых поется заключительная строфа соответствующего дню цикла теотокиа (A   M . 1938-1945). На памяти святых могут также звучать гимны, содержащиеся в копт. Антифонарии («Дифнар»; древнейшая ркп. датируется кон. IX в.) и состоящие из ряда четверостиший; на каждую память святого в Антифонарии приводится его поэтизированное Житие и 2 таких гимна (соответственно 2 основным мелодическим моделям копт. церковной музыки); на практике эти гимны обычно исполняются в сокращении (O'Leary De Lacy. 1926-1930).

В XIX-XX вв. в копт. богослужение стали вводиться гимны  , изначально написанные на араб. языке, отличающиеся простотой содержания и пользующиеся популярностью. Среди авторов известны Абд аль-Масих аль-Масуди из Дейр-эль-Мухаррака, Фадл Аллах аль-Ибьяри и др.

Лит.: Badet L. Chants liturgiques des Coptes. Caire, 1899. 2 vol.; Тураев Б. А. Пасхальная служба Коптской Церкви // Commentationes philologicae: Сб. ст. в честь И. В. Помяловского. СПб., 1897. С. 1-20; он же. К истории греч. периода в верхнеегип. богослужении // ВВ. 1900. Т. 7. С. 426-431; он же. Копт. богослужебные каноны // ВВ. 1907. Т. 14. С. 184-189; он же. К вопр. о происхождении копт. ceotokia // Там же. С. 189-190; Junker H. Koptische Poesie des 10. Jh. B., 1908. T. 1; 1910. T. 2. N. Y., 1977r; O'Leary De Lacy E. The Daily Office and Theotokia of the Coptic Church. L., 1911; idem. The Difnar (Antiphonarium) of the Coptic Church. L., 1926-1930. 3 pt.; Burmester O. H. E. The Greek Kirugmata Versicles and Responses, and Hymns in the Coptic Liturgy // OCP. 1936. Vol. 2. P. 363-394; idem. The  of the Coptic Church // OCP. 1937. Vol. 3. P. 78-109; idem. The  of the Coptic Year // Ibid. P. 78-109; A  M  Y. Doxologies in the Coptic Church // Bull. de la Societé d'Archéologie Copte. Cairo, 1938. Vol. 4. P. 97-99; 1939. Vol. 5. P. 175-178; 1940. Vol. 6. P. 19-25; 1942. Vol. 7. P. 31-61; 1945. Vol. 11. P. 95-158; Muyser J. Le Psali copte pour la première heure du Samedi de la Joie // Le Muséon. 1952. Vol. 65. P. 175-184; idem. Un Psali acrostiche copte «coram patriarcha et episcopis» // Ibid. 1953. Vol. 66. P. 31-40; Cramer M. Koptische Hymnologie in deutscher Übersetzung. Wiesbaden, 1969; MacCoull L. S. B. Stud. Pal. XV 250 ab: A Monophysite Trishagion for the Nile Flood // JThSt. 1989. Vol. 40. P. 129-135; idem. Greek Paschal Troparia in MS Paris Copte 12920 // Le Museon. Louvain, 2004. Vol. 117. P. 93-106; Lattke M. Hymnus zu einer Geschichte der Antiken Hymnologie. Freibourg, 1991; Moftah R., Robertson M., Roy M., Tóth M. Music, Coptic: Description of the Corpus and Present Musical Practice // CoptE. Vol. 6. P. 1715-1729; Moftah R., Roy M. Music, Coptic: Canticles // Ibid. P. 1729; Kuhn K. H., Tait W. J. Thirteen Coptic Acrostic Hymns from Manuscript M574 of the Pierpont Morgan Library. Oxf., 1996; Nessim Youssef Y. Nicodème auteur de Psalies // OCP. 1994. Vol. 60. P. 625-633; idem. Une relecture des Theotokies coptes // Bull. de la Societé d'Archéologie Copte. Cairo, 1997. Vol. 36. P. 157-170; idem. Recherches d'hymnographie copte: Nicodème et Sarkis // OCP. 1998. Vol. 64. P. 383-402; idem. Romanos Melodos in the Coptic Church // Bull. of St. Shenouda the Archimandrite Coptic Society. Los Ang., 1998-1999. Vol. 5. P. 41-44; Liturgical Connections between Copts (Anti-Chalcedonian) and Greeks (Chalcedonian) after the Council of Chalcedon // Ephemerides Liturgicae. 2000. Vol. 114. P. 394-400; Martinez D. Baptized for Our Sakes: A Leather Trisagion from Egypt (P. Mich. 19). Stuttg., 1999.

Эфиопская Г.

весьма разнообразна. К более древним элементам относятся тропари, заимствованные из греч. традиции или написанные по той же модели. Различаются также припевы к стихам псалмов (напр., Саласт ( ), к-рые вставляются после каждого 3-го стиха псалма; Арба'эт ( ) - после каждого 4-го стиха псалма); однократно исполняемые тропари, связанные с псалмами (напр., Сэбхата Нагх (   ) - с хвалитными псалмами) или библейскими песнями (напр., Махлет или Махэлет ( ) и Йэтбарэк ( ) с песнью вавилонских отроков, За-йэ'эзе ( ) - с песнью прав. Симеона Богоприимца); отдельные гимны (Эзэл ( ) - на утрене; Вазема ( ) - на праздничной вечерне; Мазмур ( ) - по воскресеньям; Абун ( ) поется с «Аллилуия», и др.). Песнопения, сопоставимые с визант. кондаками или канонами, в эфиоп. Г. неизвестны.

К оригинальным произведениям относятся гимны «малкэ'» (мн. ч. «малкэ'ат») (от древнеэфиоп.- образ, внешность), исполняемые на памяти святых, в к-рых возносятся хвалы каждой части тела святого (напр., «мир главе твоей, которая...», «мир рукам твоим, которые...») и прославляются Имена Лиц Пресв. Троицы. Эти песнопения появились в XV-XVI вв., возможно под католич. влиянием.

Употребляемые в эфиоп. богослужении гимны большей частью объединены в такие гимнографические сборники, как «Постная Дэггва» (  - сборник песнопений на период Великого поста), «Глава» (  - богослужебный устав с песнопениями), «Дэггва» ( - сборник гимнов на весь год, за исключением исполняемых в конце литургии и службы часов и в период Великого поста), «Зэммаре» (  - сборник евхаристических псали), «Мавасъэт» (  - сборник антифонов, к-рые поются на похоронах, в дни поминовения усопших и один раз в год - в Великую субботу - на церковной службе).

Широко распространены сборники Богородичных гимнов, такие как «Похвалы Марии» (   ) и «Органон (восхваления) Девы» (   ).

Др. тип песнопений в честь ангелов и святых называется «нагс» (  - от начальных слов Пс 92 - «Господь царствует») и относится скорее к жанру агиографии. Известно 3 группы таких гимнов: составленные Георгием из Саглы (Ɨ 1426), имп. Зара Якобом (Ɨ 1468) и мон. Арка Селлусом (XVII в.). Приписываемые последнему 5-строфные гимны в честь святых, называемые «арке» (  - мой друг; в их названии обыгрывается имя монаха), помещены в конце их синаксарных житий.

Эфиоп. гимны исполняются на 3 гласа (геэз -  , эзль -   и арарай -  ) в зависимости от времени и характера богослужения. Гимнам, искусству пения и нотной грамоте учат в специальных высших церковных школах зема бет (   ).

Значительное место в эфиоп. богослужении отводится импровизированным хвалитным гимнам кэне ( ). Эти песнопения составляют по строгим метрическим канонам (в зависимости от типа кэне), их содержание должно быть связано с именем святого, память к-рого отмечается в тот день, когда импровизируется кэне, или со смыслом справляемого в этот день церковного праздника. В качестве модели для них могут использоваться гимны служб суточного круга. Несмотря на присутствие цитат из Свящ. Писания, для кэне характерен эзотерический язык. Искусству слагать кэне обучают в высших церковных школах кэне бет (   ). Хотя широкое распространение они получили с XVI в., считается, что их начал составлять еще св. Яред (VI в.). Среди наиболее известных авторов кэне в XV в.- Йоханнэс Габлави (за-Габлон) и Вальда Габрэель, в XVI в.- Самра-Аб (Крестос), Лахиб, Элеяб, Таванай и др. Впосл. возникло неск. школ кэне (Уадла, Гондж, Уашера, Гондара).

Лит.: Velat B. Études sur le Me(?)lsquo;eraf: Commun de l'office divine éthiopien. P., 1966. (PO; 33); Tito Lepisa, abba. The Three Modes and Signs of the Songs in the Ethiopian Liturgy // Proc. of the 3rd Intern. Conf. of Ethiopian Studies / Ed. R. Pankhurst, St. Chojnacki. Addis Abeba, 1966. Vol. 2. P. 162-187; Getatchew H. The Different Collections of Nägś Hymns in Ethiopic Literature and Their Contributions. Erlangen, 1983; Godel E. La metrique du qenê guèze // Abbay. 1983/1984. Vol. 12. P. 117-203; Habtemichael-Kidane. L'Ufficio divino d. Chiesa etiopica. R., 1998. (OCA; 257).
В. М. Платонов, А. А. Ткаченко

Армянская Г.

Ее основным жанром является шаракан (от арм. «шар» - ряд). Древнейшие шараканы - небольшие нерифмованные тексты, состоящие из 3 (реже 6 или 9) строф. Судя по др. их названию - кцурд (от арм. «кцэл» - прилагать), они были связаны со стихами псалмов или библейских песней. Первыми авторами шараканов называют Месропа Маштоца, Саака Партева, Мовсеса Хоренаци, католикоса Ованнеса I Мандакуни и др. Однако развитие этот жанр получил только во 2-й пол. VII-VIII в. в творениях католикоса Саака III Дзорапореци, Барсега Тчона и др. В VII в. католикос Комитас I Ахцеци составил 36-строфный гимн с алфавитным акростихом в честь св. Рипсимии, близкий по жанру к визант. кондаку. В VIII в. появляются гимнографические произведения, сопоставимые с визант. каноном. Еп. Степаносу Сюнеци принадлежат воскресные «Главные гимны» на 8 гласов (каждый гимн состоит из 10 кцурдов, содержание к-рых связано с одной из библейских песней). Классический арм. карг (сопоставимый с визант. каноном) состоит из 8 кцурдов, каждый из к-рых основан на строке из библейской песни или псалма. Части карга могут исполняться на разные гласы. Известно мн. арм. гимнографов - католикос Ованнес III Одзнеци, кнж. Хосровидухт, мон. Саакадухт, Григор Магистр Пахлавуни, католикос Петрос I Гетадардз, Нерсес Ламбронаци и др. Католикос Нерсес IV Шнорали первым стал использовать для написания гимнов силлабо-тоническое стихосложение. С XIII в. новые произведения этого жанра в состав богослужения уже не включались. С X в. развиваются жанры духовных стихов гандз и таг; их авторы - Григор Нарекаци, Григор III Пахлавуни, еп. Аркел Сюнеци и др.

Лит.: Biachini P. Chants liturgiques de l'Église arménienne. Venise, 1877; Conybeare F. C. The Hymnal of the Armenian Church // JThSt. 1906. Vol. 7. P. 285-292; Basralian D. Ausgaben der armenischen Messgesänge. Miami, 1958; Armenische Liturgien: ein Blick auf eine ferne christl. Kultur / Hrsg. E. Renhart, J. Dum-Tragut. Salzburg; Graz, 2001.

Сирийская Г.

существует в 2 основных вариантах - восточно-сир. (ассирийцы, халдеи, малабары) и западно-сир. (сиро-яковиты, маланкары). Сирийцы-мелькиты пользуются не оригинальной сир. Г., а переводами послеиконоборческих визант. богослужебных книг.

Общим основанием для вост. и зап. сирийцев служат литургические традиции Антиохии, Эдессы и Нисибина. К оригинальным жанрам сир. Г. относятся: мадраша - длинные поэмы дидактического содержания, к-рые обычно исполняются с припевами унайа, и мемра метрические гомилии. Наиболее известным и почитаемым во всех сир. Церквах автором мадраша и мемра является прп. Ефрем Сирин. В вост.-сир. богослужении используются мемра Нарсая Нисибинского. На основе его гомилий в средние века были составлены особые песнопения - кальта (  букв.- песенка), исполняемые 2 хорами со стихами псалмов. Такие же свободные по форме произведения имеются и в западно-сир. традиции.

Др. распространенным гимнографическим жанром в сир. традиции является тропарь, исполняемый со стихами псалмов (в западно-сир. традиции -  , в восточно-сир.-  ) или отдельно (в западно-сир. традиции -   , в восточно-сир.-  (букв.- хвала)), к-рые обычно поются антифонно. К числу древнейших произведений такого типа относится восточно-сир. гимн «Тебя, Господи» (  ), к-рый, по мнению нек-рых исследователей, мог возникнуть в III в. Составление т. н. гимнов света (начинаются со слова «свет») приписывается прп. Ефрему (этот гимн имеет акростих «Иисус Мессия») и Нарсаю. В западно-сир. традиции в качестве автора подобного рода песнопений известен Севир Антиохийский (его произведения перевел на сир. язык Павел Эдесский). В VII в. гимны Севира отредактировал и дополнил Иаков Эдесский. В Церкви Востока кодификацией корпуса гимнографических текстов занимался патриарх Ишояв III (649-660). Большое число песнопений составили в IX в. католикос Мар Савришо II, в XII в. католикос Илия III Абу Халим, в XIII в. Георгий Варда, Шлемон, митр. Басрский, католикос Явалаха II.

Для Г. яковитов характерны согита - произведения, сопоставимые с визант. кондаками. Они состоят из вступления-проимия, ряда строф и славословия и обычно имеют акростих. По содержанию - это диалог между библейскими или историческими персонажами. Среди авторов согита известен Иаков Саругский. В восточно-сир. традиции произведения этого жанра не прижились и поются только один раз в год, на Пасху, после гимнов света.

В IX в. в обиход яковитов стали входить мелькитские переводы визант. канонов. Близкими по жанру к канону являются оригинальные сир. произведения эньянэ - группы стихир, к-рые в отличие от визант. традиции относятся не к библейским песням, а к псалмам.

Лит.: Baumstark A. Festbrevier und Kirchenjahr der syr. Jakobiten. Paderborn, 1910; Heiming O. Syrische  und griechische Kanones. Münster, 1932. (LQF; 26); Mateos J. Lelya-Şapra: Essai d'interpretation des matines chaldéennes. R., 1959. (OCA; 156); Dalmais H.-I. L'hymnographie syrienne // LMD. 1967. Vol. 92. P. 53-72; Cody A. The Early History of Octoechos in Syria // East of Byzantium: Syria and Armenia in the Formative Period / Ed. N. G. Garsoian etc. Wash., 1982. P. 89-113; Brock S. Sogiatha: Syriac Dialogue Hymns. Kottayam, 1987. (The Syrian Church Ser.; 11).
Диак. Михаил Желтов

Латинская Г.

Терминология

Хотя к Г. в лат. традиции, как и в вост., относятся прежде всего песнопения церковного сочинения, термин hymnus в лат. литургических книгах используется очень широко (см. ст. Гимн). На протяжении средних веков в лат. Г. сформировалось множество жанров: собственно гимны (т. е. песнопения, имеющие строгую метрическую или ритмическую форму), тропы, секвенции, versus, мотеты и проч.

Эпоха Вселенских Соборов

Несмотря на то что о существовании лат. церковной Г. сообщает Тертуллиан (Tertull. Adv. Marcion. 3. 22; De spect. 29), ее развитие и широкое распространение связано с антиеретической полемикой IV в., в частности с деятельностью святителей Илария Пиктавийского (Ɨ 366) и Амвросия Медиоланского (Ɨ 397). От гимнов прп. Илария сохранилось всего 3 фрагмента, написанные гликонеем и трохеическим тетраметром и повествующие о Рождении Единородного Сына, о новом рождении в таинстве Крещения и о борьбе Христа с диаволом. Среди гимнов, надписанных именем свт. Амвросия Медиоланского, в наст. время подлинными признаются 12-18 (в т. ч. Aeterne rerum Conditor (О, вечный Создатель вещей); Deus Creator omnium (Бог Творец всяческих); Jam surgit hora tertia (Уже наступает 3-й час) и др.). Все они написаны ямбическим диметром и состоят из 4-строчных строф (в каждом гимне не более 32 строк). Гимны свт. Амвросия использовались в ранних лат. уставах различных традиций, позже их стали петь в составе служб рим. обряда: в суточном последовании (на Laudes, 3, 6 и 9-м часах), на праздники Рождества Христова и Богоявления, в общем последовании девам.

В подражание гимнам свт. Амвросия в V-VI вв. в основном неизвестными авторами были составлены hymni Ambrosiani. Среди подражателей свт. Амвросия - папа Геласий (Ɨ 496), Магн Феликс Эннодий, еп. Павийский (Ɨ 521), бывший прежде архидиаконом в Медиолане (совр. Милан), Целий Седулий (Ɨ ок. 450).

Мн. ранние авторы писали гимны не для литургического использования. Так, блж. Августин составил алфавитный псалом, чтобы привлечь народ к борьбе с донатистами (Abecedarium psalmum contra partem Donati). Сочинения Аврелия Публия Климента Пруденция (Ɨ после 405), написанные им только для частного употребления, впосл. вошли в богослужебную практику не только рим. обряда, но и др. лат. традиций (испано-мосарабской, североитальянской). В гимнах, входящих в его сборники стихов «Kathemerinon» (Ежедневник) и «Peri stephanon» (О венцах), используется 7-стопный каталектический диметр. Его гимны, согласно рим. Бревиарию, пелись на Laudes вторника, среды и четверга и на Laudes праздника Вифлеемских младенцев (28 дек.).

В Галлии Флавий, еп. г. Кабиллон (совр. Шалон-сюр-Сон) (Ɨ ок. 595), написал гимн на Умовение ног в Великий четверг (Mandatum) «Tellus ac aethra rubilent». Гимны св. Медарду франк. кор. Нейстрии Хильперика I (Ɨ 584) за богослужением не использовались. Венанций Фортунат, еп. Пиктавийский (Ɨ ок. 605), известен как автор 2 гимнов св. Кресту - «Pange, lingua» (Воспой, язык) (по форме близок к маршам рим. легионов, написан трохеическим 15-стопным тетраметром) и подобный Амвросиеву «Vexilla regis prodeunt» (Знамена веют царские). К Амвросиевым по форме относится и его гимн Пресв. Деве «Quem terra, pontus, aethera» (Которую земля, и море, и эфир).

С V в. наряду с метрическими гимнами начинает развиваться ритмическая поэзия. Первым христ. автором, использовавшим для написания гимнов популярный в античности versus saturnius, был Ауспикий, еп. Туля (Ɨ ок. 490).

В рим. обряде гимны долгое время почти не использовались (в базилике св. Петра до XI в.). Вероятно, гимны писал свт. Григорий Великий (Ɨ 604). Согласно легенде, в 592 г. он отправил св. Колумбе книгу гимнов для служб суточного круга (Matutinae, Laudes, Vespera).

В галло-испан. традиции в VI-VII вв. пытались соборно ограничить употребление гимнов за богослужением, отдав предпочтение библейским текстам и классическим гимнам Амвросия и Илария (каноны Брагского (563), Агдского (506), Турского (567), Толедского IV (633) Соборов). Тем не менее в испан. традиции известно более 200 гимнов доисламской эпохи - Исидора Севильского (Ɨ 636), Браулио Сарагосского (Ɨ ок. 651), Евгения III Толедского (Ɨ 646), Квирика Барселонского (Ɨ 666). В основном это гимны святым по типу Амвросиевых.

В Ирландии древнейший литургический гимн приписывается св. Секундину (Ɨ 448). Гимн «Audite, omnes amantes Deum» (Услышьте, все любящие Бога) посвящен св. Патрику. К той же эпохе относится анонимный причастен (communio) «Sancti venite». Известно также 5 гимнов св. Колумбы (Ɨ 597), в т. ч. «Altus prosator» (Великий Творец), к-рый в Новое время воспринимался как пророчество об открытии Нового Света, гимны св. Колумбана (Ɨ 615), св. Ультана (Ɨ 656) и др.

В Англии Беда Достопочтенный (Ɨ 735) составил «Liber hymnorum» (Книгу гимнов) (сохр. 13 гимнов), «Libellus precum» (Книгу молитв в подражание Псалтири), нелитургические гимны о Судном дне и о девстве (Beda. Hist. eccl. 4. 20). Важное значение для лат. Г. имел его трактат «De arte metrica» (О метрическом искусстве).

В эпоху Каролингов

на христ. Западе происходил возврат к классической поэзии и метрике, четко различались гимны в составе оффиция и мессы. Последние появились как результат интерполяций ее основных составляющих - Kyrie, Gloria, Credo, Sanctus, Agnus Dei. Эти дополнения получили название «троп» и просуществовали до XVI в. Известно множество имен гимнографов этого периода, но их произведения считаются посредственными.

Павел Диакон (Ɨ ок. 799) написал гимны Иоанну Крестителю (в наст. время его авторство оспаривается) и на Успение Пресв. Девы. Павлину Аквилейскому (Ɨ 802) принадлежат 9 гимнов, в т. ч. на память первоверховных апостолов. 2 гимна написаны Алкуином (Ɨ 804). На общем фоне выделяется гимн для процессии на праздник Входа Господня в Иерусалим «Gloria laus et honor tibi sit» (Слава, хвала и честь Тебе подобают) Теодульфа Орлеанского (Ɨ 821). Рабан Мавр (Ɨ 856), написавший гимны на Вознесение, на память мучеников и 2 гимна арх. Михаилу, долгое время считался автором гимна «Veni, creator spiritus» (Приди, Дух Создатель), к-рый в наст. время признается анонимным сочинением. В Ирландии в IX в. творил Седулий Скот. В IX-X вв. формировались гимнографические школы в мон-рях Фульда (Валафрид Страбон, Готшальк из Орбе), Сент-Аман (Милон, Хукбальд), Прюм (Вандальберт), Клюни (Одон, Одилон), Санкт-Галлен (Ратперт, Вальдрам, Тутилон, Ноткер Заика, аббат Гартман Младший, Эккехард II и Эккехард IV). С последним мон-рем связано появление и развитие жанра секвенции.

XI век

считается временем расцвета лат. Г. Среди авторов этого периода наиболее известны Фульберт Шартрский (Ɨ 1029), Ордоран Сансский (Ɨ 1045), Беренгарий Турский (Ɨ 1088), папа Лев IX (Ɨ 1054). Герману Согбенному (Ɨ 1054) принадлежат тропы, из к-рых впосл. развились мотеты и cantiones. В Германии прославились Арнольд Вобурский (Ɨ ок. 1035), Бернон из Райхенау (Ɨ 1048), Отлох Санкт-Эммерамский (Ɨ ок. 1070). В Англии составлением гимнов занимался Ансельм Кентерберийский (Ɨ 1109), в Италии - Видо Иврейский (XI в.), Альберик из Монте-Кассино (Ɨ 1105), Альфан из Салерно (Ɨ 1085), Петр Дамиани († 1072), к-рому принадлежит rhythmus «Ad perennis vitae fontem» (К источнику вечной жизни).

В XII-XIII вв.

заметным стало влияние визант. Г., что выразилось прежде всего в подражаниях визант. Акафисту Божией Матери. Наблюдается новый всплеск в поэзии на «народных» языках и паралитургической Г. В частности, развиваются жанры рондо (rondellus) и мотет (mutetus), дальнейшая эволюция к-рых связана с полифонической музыкой. Ок. 1100 г. в мон-ре Сен-Марсьяль в Лиможе появился новый жанр процессионального гимна - conductus, более свободный по форме, чем versus. К паралитургическим гимнам относятся также pia dictamina (нем. Reimgebete) - рифмованные молитвы для частного употребления, появившиеся еще в X в., но широкое распространение получившие с XII в. Они записывались в Молитвословах (Horae). Известный с IX в. жанр historia - ритмическая служба святым, основанная на житиях,- становится популярным в XIII в. в Г. новых монашеских орденов (доминиканцы, францисканцы).

Антифонарий. XIII в. (Б-ка ун-та г. Грац. Graz. lat. 211. Fol. 23v)
Антифонарий. XIII в. (Б-ка ун-та г. Грац. Graz. lat. 211. Fol. 23v)

Антифонарий. XIII в. (Б-ка ун-та г. Грац. Graz. lat. 211. Fol. 23v)

Среди авторов этого периода выделяются Марбод, еп. Реннский (Ɨ 1123), Годфрид Вандомский (Ɨ 1132), Петр Достопочтенный (Ɨ 1156), Адальберт Мандский (Ɨ 1187). Петр Абеляр (Ɨ 1142) составил «Hymnarius Paraclitensis». Гимны, входящие в этот сборник, написаны 20 различными стихотворными размерами и отличаются необычными поэтическими образами, заимствованными из бестиариев и произведений античных авторов. Бернарду Клервоскому (Ɨ 1153) принадлежит 3 ритмических гимна (св. Виктору Исповеднику, св. Малахии Ирландскому). Проч. приписываемые ему гимнографические тексты признаны неаутентичными. Так, «Jesu dulcis memoria» (Сладкого Иисуса память) написан неизвестным англ. монахом-цистерцианцем в XII в. Множество секвенций принадлежат Адаму Сен-Викторскому (Ɨ 1177 или 1192). Мон.-минорит Юлиан из Шпайера (Ɨ ок. 1250), возглавлявший хор при франц. дворе, составил ритмическую службу святым Франциску и Антонию. Хильдегарда Бингенская (Ɨ 1179) известна как автор ряда мистических гимнов. Стефен Лангтон считается автором секвенции на Пятидесятницу «Veni Sanctus Spiritus» (Приди, Св. Дух). Итальянец Фома Капуанский (Ɨ 1239) написал гимны св. Франциску «In caelesti collegio» (В небесном собрании) и «Decus morum dux Minorum» (Краса нравов, вождь малых). Фома Аквинский (Ɨ 1274) - автор ритмической службы на праздник Тела Христова. В кон. XIII в. появилась секвенция «Stabat mater» (Стояла Матерь), авторство к-рой долгое время приписывалось францисканцу Якопоне да Тоди (Ɨ 1306). Традиц. атрибуция Фоме из Челано секвенции заупокойной мессы «Dies irae» (День гнева) также ставится под сомнение. Множество литургических поэм на основе «Золотой легенды» написал архиеп. Милана Ориго Скаккабароци (Ɨ 1293).

В XIV-XV вв.

Псалтирь и Часослов. Франция. 2-я пол. XV в. (Lond. Brit. Lib. Harl. 5764. N 11384. Fol. 70v)
Псалтирь и Часослов. Франция. 2-я пол. XV в. (Lond. Brit. Lib. Harl. 5764. N 11384. Fol. 70v)

Псалтирь и Часослов. Франция. 2-я пол. XV в. (Lond. Brit. Lib. Harl. 5764. N 11384. Fol. 70v)
лат. Г. начинает терять церковный характер. Мн. авторы составляли гимны для частного употребления. Наиболее известные гимнографы этого времени - цистерцианец Кристиан фон Лилиенфельд (ум. до 1332), картузианец Конрад фон Гаминг (ум. 1360), архиеп. Пражский Иоганн фон Йенштайн (ум. 1400), Фома Кемпийский (Ɨ 1471). Филипп де Мезьер из Пикардии (Ɨ 1405) написал гимны для установленных в этот период праздников Визитации и Введения во храм Пресв. Девы. Жан Жерсон (Ɨ 1429) первым создал гимн в честь св. Иосифа Обручника. Более 120 гимнов составил мистик Дионисий Картузианец (Ɨ 1471). Известно неск. гимнографов из Скандинавских стран (Рагвальд, Бринольф Альгатссон, еп. Скары, Петр Олафсон, Биргер Грегерссон, еп. Уппсалы, и др.).

Новое время

Интеллектуалов этой эпохи не устраивала «варварская» латынь богослужебных текстов, написанных в средние века. Папа Лев X (1513-1521), покровительствовавший гуманистам, первым решился на реформирование гимнографической части Бревиария. Исправлением текстов гимнов занимался Дзаккария Феррери (ок. 1523). Однако уже подготовленный к изданию рукописный проект сгорел в Риме в 1527 г. В 1-м издании Бревиария Франсиско Киньонеса (1535) гимны были полностью исключены из служб суточного круга (частично восстановлены во 2-м изд.).

«Breviarium Romanum restitutum», утвержденный Тридентским Собором, включал 75 гимнов. При папе Урбане VIII (1623-1644) была создана комиссия по пересмотру текстов (super emendationem), к-рая занималась исправлением стихотворного размера и стиля гимнов и исключила нек-рые, казавшиеся грубыми по языку и сомнительными по содержанию. Новый Гимнарий был издан в 1629 г., а полный Бревиарий - в 1632 г. Дальнейшее развитие лат. Г. было связано преимущественно с составлением служб новоканонизированным святым, чем занимались гимнографы Конгрегации священных обрядов.

В XX в.

благодаря трудам палеографов и историков, а также деятельности сторонников литургического движения были изданы, а после реформ Ватиканского II Собора введены в церковное употребление древнейшие образцы лат. Г. (Lentini. 1984). Составлен ряд новых песнопений. Ради внесения разнообразия для каждого часа был установлен двойной цикл гимнов. При этом разрешено использовать новые поэтические произведения, за исключением народных песен. С разрешением в католич. Церкви богослужения на национальных языках начала развиваться и национальная Г., основанная на лат. моделях.

Ист. и изд.: Analecta Hymnica Medii Aevi / Hrsg. C. Blume, G. M. Dreves, H. M. Bannister. Lpz., 1886-1922. 55 Bde; Analecta Hymnica: Register / Hrsg. M. Lütolf. Bern; Münch., 1978; Chevalier U. Repertorium Hymnologicum: Cat. des chants, hymnes, proses, séquences, tropes en usage dans l'église latine depuis les origines jusqu'à nos jours. Louvain, 1892, 1897, 1904, 1912, 1921. Vol. 1-5; 1920. Vol. 6. (Extrait d. AnBoll); Stäblein B. Hymnen. Kassel, 1956. Bd. 1: Die mittelalterlichen Hymnenmelodien des Abendlandes. (MMMA; 1); Initia carminum Latinorum saeculo undecimo antiquiorum: Bibliogr. Repertorium für die lateinische Dichtung d. Antike u. d. frühen Mittelalters / Bearb. v. D. Schaller, E. Könsgen, J. Tagliabue. Gött., 1977; Lentini A. Te Decet hymnus: L'innario d. Liturgia horarum. Vat., 1984.
Лит.: Chevalier U. Poésie liturgique du Moyen-Âge: rythme et histoire. P., 1893; Rosenberg H. Die Hymnen des Breviers in Uniform und neuen deutschen Nachdichtung. Freiburg, 1923-1924. 2 Bde. (Ecclesia Orans; 11-12); Schulte A. Die Hymnen des Breviers. Paderborn, 19255; Sesini U. Poesia e musica nella Latinità cristiana dal III al X sec. Torino, 1949; Paris P. Les hymnes de la liturgie romaine. P., 1954; Bulst W. Hymni latini antiquissimi. Hdlb., 1956; Norberg D. Introduction à l'étude de la versification latine médiévale. Stockholm, 1958; Szövérffy J. Die Annalen der lateinischen Hymnendichtung. B., 1964-1965. 2 Bde; idem. Iberian Hymnody: Survey and Problems. [Albany (N.Y.)], 1971, 19882. Turnhout, 1998; idem. Latin hymns. Turnhout, 1989; Michel A. In hymnis et canticis: Culture et beauté dans l'hymnique chrétienne latine. Louvain, 1976; Fontaine J. Études sur la poésie latine tardive d'Ausone à Prudence. P., 1980; idem. Naissance de la poésie dans l'occident chretien: Esquisse d'une histoire de la poésie latine chrétienne du IIIe siècle. P., 1981; Julian J. Dictionary of Hymnology: Origin and History of Christian Hymns and Hymnwriters of All Ages and Nations. Grand Rapids (Mich.), 1985. 2 vol.
А. А. Ткаченко
Рубрики:
Гимнография
Ключевые слова:
Гимнография, в христианском богослужении небиблейские поэтические тексты, предназначенные для исполнения в определенные моменты служб Гимнография византийская Гимнография славянская Гимнография Русской Православной Церкви Гимнография греческая Гимнография Восточных (нехалкидонских) Церквей Гимнография латинская
См.также:
АГИОЛОГИЯ раздел богословия, в задачу которого входит изучение святости как явления благодати Божией в мире, святых и их почитания, путей достижения святости
АЛФАВИТНЫЕ СТИХИРЫ ряды стихир, расположенных по принципу алфавитного акростиха
ANALECTA HYMNICA GRAECA (AHG), 12-томная антология визант. канонов, сохранившихся в рукописных Минеях и не вошедших в печатные служебные Минеи
АРМЯНСКИЙ ОБРЯД богослужебная традиция Армянской Апостольской Церкви
АРСЕНИЙ греческое имя, которым надписаны каноны и самогласные стихиры богослужебных текстов византийского обряда
BENEDICTUS лат. название богослужебных гимнов
БЛАГОВЕЩЕНСКИЙ КОНДАКАРЬ (Нижегородский), древнерус. нотированная рукопись кон. XII–XIII вв.
ВЕЛИКАЯ ПЯТНИЦА пятница Страстной седмицы, один из главных дней церковного календаря, посвященный воспоминанию дня искупительных страданий и Крестной смерти Господа Иисуса Христа
ВЕЛИКАЯ СУББОТА суббота накануне Пасхи, когда Церковь вспоминает телесное погребение и сошествие Христа во ад, начиная праздновать Его тридневное Воскресение
ВЕЛИКИЕ ПОНЕДЕЛЬНИК, ВТОРНИК, СРЕДА первые 3 дня Страстной cедмицы, начало непосредственной подготовки к празднику Пасхи
ВЕЛИКИЙ ЧЕТВЕРГ четверг Страстной седмицы
ВЕНЕДИКТ НУРСИЙСКИЙ [Бенедикт] Нурсийский (ок. 480 - 547), прп. (пам. 14 мар.; пам. зап. 21 мар., 11 июля)
ВСЕЛЕНСКИЕ СУББОТЫ или вселенские родительские субботы, в правосл. традиции - 2 субботы, посвященные поминовению всех без исключения усопших правосл. христиан
ВСЕЛЕНСКИЙ СОБОР Вселенский Собор, орган высшей власти в правосл. Церкви