Добро пожаловать в один из самых полных сводов знаний по Православию и истории религии
Энциклопедия издается по благословению Патриарха Московского и всея Руси Алексия II
и по благословению Патриарха Московского и всея Руси Кирилла

Как приобрести тома "Православной энциклопедии"

ВЛАДИМИРСКАЯ ИКОНА БОЖИЕЙ МАТЕРИ
Т. 9, С. 8-38 опубликовано: 25 мая 2009г. 


Содержание

ВЛАДИМИРСКАЯ ИКОНА БОЖИЕЙ МАТЕРИ

(празд. 21 мая, 23 июня, 26 авг.), самая ранняя из известных сохранившихся чудотворных икон Др. Руси, одна из великих святынь России. История ее почитания, подробно зафиксированная в летописях и сказаниях, отличается глубокой духовной связью событий церковной и гос. жизни. По сказанию XV в., В. и. написана ап. Лукой. Исследователи видели в иконе выдающееся произведение визант. искусства, принадлежащее кисти к-польского мастера, и датировали ее от XI в. (А. И. Анисимов) до 1-й пол. XII в. (Лазарев. 1986; Grabar. 1974). Художественно-стилистические особенности и исторические данные свидетельствуют, что В. и. была создана в 1-й трети XII в., до 1130 г.

Иконография, художественный образ, история реставрации В. и.

Икона двусторонняя: на лицевой стороне - образ Богоматери с Младенцем, на обороте - Престол и орудия Страстей Христовых. Фон светло-охристый, позем сиреневатый, с коричневыми разводами «под мрамор», поля темно-охристые, надписи (IС ХС. НИ КА) красные. Поля иконы надставлены с 4 сторон: первоначальный размер с узкими полями - 78´ 55 см, с надставленными полями - 104´ 69 см. На лицевой и оборотной сторонах - глубокие ковчеги с крутой лузгой (ГТГ: Кат. собр. Кат. № 1. С. 35-40).

Владимирская икона Божией Матери. Константинополь. До 1130 г. (Ц. свт. Николая в Толмачах при ГТГ)
Владимирская икона Божией Матери. Константинополь. До 1130 г. (Ц. свт. Николая в Толмачах при ГТГ)

Владимирская икона Божией Матери. Константинополь. До 1130 г. (Ц. свт. Николая в Толмачах при ГТГ)

Изображение Богоматери поясное, Младенец Христос на Ее правой руке (слева); ноги Младенца закрыты хитоном, видны лишь ступня правой ноги, слегка согнутой в колене и поставленной параллельно иконной плоскости, и подошва левой ноги. В. и. принадлежит к иконографическому типу, получившему название «Умиление» («Ласкающая»), и представляет тот его вариант, в к-ром Младенец Христос, прильнув щекой к склоненному лику Матери, обнимает Ее левой рукой за шею (под мафорием), а правую руку простирает к Ее плечу; Богородица поддерживает Сына правой рукой, Ее левая рука поднята и молитвенно обращена к Христу. Поскольку живопись XII в. на одеждах Младенца сохранилась лишь в небольших фрагментах, нек-рые исследователи полагают, что Он мог быть изображен иначе: либо с обнаженными до колен ножками, либо стоящим (Грабарь И. Э. Древнейшая песнь материнства // Он же. О древнерус. искусстве. М., 1966. С. 209-221; Антонова В. И. К вопросу о первонач. композиции иконы Владимирской Богоматери // ВВ. 1961. Т. 18. С. 198-205). Однако наиболее верным представляется мнение А. И. Анисимова, показавшего, что первоначальная композиция В. и. оставалась без существенных изменений (Анисимов. Владимирская икона. С. 57-58).

Престол и орудия Страстей. Оборотная сторона Владимирской иконы Божией Матери. Кон. XIV — нач. XV в.
Престол и орудия Страстей. Оборотная сторона Владимирской иконы Божией Матери. Кон. XIV — нач. XV в.

Престол и орудия Страстей. Оборотная сторона Владимирской иконы Божией Матери. Кон. XIV — нач. XV в.

Икона была создана как двусторонняя, выносная. В Киеве и, возможно, во Владимире она имела рукоять с трехлопастной вилкой, отпиленную при увеличении полей иконы (боковые части вилки вошли в новое нижнее поле). На обороте иконы изначально было либо Распятие, либо Престол с орудиями Страстей; композиция могла неск. отличаться от сохранившегося изображения кон. XIV - нач. XV в., где представлен престол, покрытый красной тканью с синей каймой и золотым орнаментом. На престол возложены закрытое Евангелие с синим обрезом в золотом окладе, 4 гвоздя Распятия и терновый венец. На Евангелии - символ Св. Духа - белый голубь с золотым нимбом. За престолом водружен 8-конечный Голгофский крест, по его сторонам копие и трость с губкой. Исследователи отметили смысловую связь скорбного образа Богоматери на лицевой стороне с изображением Престола с орудиями Страстей на обороте иконы и отнесли В. и. к Богородичным образам с актуальной для XII в. «страстной тематикой» (Татић-Ђурић М. Богородица Владимирска // ЗЛУ. 1985. Т. 21. С. 29-50; Сарабьянов В. Д. «Богоматерь Страстная» из Дмитриевского мон-ря в Кашине // ДРИ. СПб., 1997. [Вып.:] Русь. Византия. Балканы. XIII в. С. 311-325), с наглядно выраженным «жертвенным символизмом» (Этингоф. С. 139).

Лик Богоматери выполнен по зеленовато-оливковому санкирю прозрачными слоями светлых охр и розово-красной подрумянки. Все красочные слои сплавлены, тональные переходы незаметны. На освещенных частях лежат мазки белил, в тенях и по контурам - красные и коричневые описи. В утонченных чертах лика воедино слились греч. тип образа и вневременной духовный идеал правосл. культуры, выраженные языком визант. художественной традиции кон. XI - нач. XII в. Очертания тонкого, с горбинкой носа переходят в длинные спрямленные линии бровей. На переносице санкирная тень образует скорбную складку, усиленную тенями под бровями и нижними веками миндалевидных глаз с темными, поднятыми кверху зрачками. Плотно сомкнутые уста ярко-красные. Красными мазками отмечены внутренние уголки глаз. Лик Богомладенца выполнен аналогичным приемом, но санкирь более светлый, в живописных мазках светлых охр много белил. Так же моделирована и крупная кисть руки Младенца на шее Матери. Первоначально голова Богоматери, покрытая мафорием, и абрис волос на голове Младенца были меньше по своим размерам и, вероятно, имели неск. иные пропорции. Ярко-синий чепец низко закрывал лоб (сохр. фрагмент справа над бровью); края вишнево-красного мафория с темно-охристой каймой, украшенной золотыми линиями, ближе примыкали к лику (древний фрагмент каймы виден вверху слева, между головой Младенца и ликом Матери). Судя по сохранившимся фрагментам, одежды Христа были темно-охристые, с золотым ассистом; на простертой правой руке виден рукав светлой прозрачной рубашки. Фон был золотой, надписи - красные (MR Q У и I С C С, от авторской живописи сохр. буква М и фрагменты др. букв; монограмма Христа поздняя).

В период реставрации 1918-1919 гг. в Комиссии по сохранению и раскрытию древней живописи (реставратор Г. О. Чириков, наблюдатели И. Э. Грабарь и Анисимов) на лицевой стороне иконы была открыта первоначальная живопись, полностью сохранившаяся на ликах Богоматери и Младенца, а также частично на его волосах над лбом, на правой руке и на кисти левой, в неск. небольших фрагментах на одеждах и на золотом фоне. Были обнаружены фрагменты живописных поновлений XIII в. (на одеждах Христа), вероятно относящиеся к эпохе вел. кн. Ярослава Всеволодовича. В кон. XIV - нач. XV в. икона была полностью переписана. К этому периоду относятся сохранившиеся фрагменты живописи на плече и руке Младенца, красочный слой на Его ножках, волосах и шее, на правой руке Богоматери, а также на части одежд внизу слева, светло-желтый фон и темно-красные буквы. Композиция иконы неск. изменилась: были увеличены головы, опущена левая рука Богоматери. К поновлению 1514 г. относятся красочный слой на основной части мафория Богоматери, на Ее левой руке и пальцах правой руки, на средней части хитона Младенца, на Его правой руке и части правой ноги, темно-коричневый фон и поля иконы. При поновлениях левкас с испорченной древней живописью во мн. местах был вырезан и заменен новым. В XVI в. положение левой руки Богоматери было приближено к первоначальному (пальцы - на рукаве одежды Младенца). Раскрытые из-под прописи кон. XIX в. и загрязненной олифы разновременные фрагменты живописи были оставлены без тонировок. Красочный слой на обороте иконы относится к кон. XIV - нач. XV в., на полях - к XVI в. (1514?).

Драгоценный убор (XII-XVII вв.)

Оклады, приклад, киоты

Оклад Владимирской иконы Божией Матери. Кон. XIV - нач. XV в. (ГММК)
Оклад Владимирской иконы Божией Матери. Кон. XIV - нач. XV в. (ГММК)

Оклад Владимирской иконы Божией Матери. Кон. XIV - нач. XV в. (ГММК)
Первые сведения о драгоценном уборе В. и., к-рый был создан по заказу кн. Андрея Боголюбского, относятся к 1155 г.: «...и вкова в ню боле триидесять гривен золота, кроме сребра и каменья драгаго и женчюга» (ПСРЛ. Т. 2. С. 78). Вероятно, поля иконы были увеличены именно для этого массивного оклада; на них могли помещаться образы святых, как на сохранившихся окладах древних новгородских икон XI-XII вв. (Стерлигова И. А. Драгоценный убор древнерус. икон XI-XIV вв. М., 2000. С. 224-225). Богатое одеяние иконы соответствовало тому значению, к-рое она имела во Владимирском княжестве, став главной святыней нового Успенского собора. Видимо, икона помещалась в киоте и выносилась во время крестных ходов, подобно к-польской «Одигитрии». В сказании XII в. отмечается, что почитавшие икону знатные женщины в благодарность за чудесную помощь посылали к святыне свои украшения, прикреплявшиеся к окладу и составлявшие драгоценный приклад. Возможно, часть приклада хранилась отдельно от иконы в соборной ризнице или княжеской сокровищнице. В 1237 г. драгоценный убор В. и., к этому времени претерпевший изменения, был разграблен татарами. Новый оклад на поновленную икону, вероятно, был сделан вел. кн. Ярославом Всеволодовичем. После чудесного спасения Москвы в 1395 г. В. и. была вновь украшена (возможно, по благословению митр. Киприана старый оклад был обновлен и дополнен) и возвращена во Владимир. В 1410 г. драгоценный убор пострадал при нашествии татар. царевича Талыча. После этого икону принесли в Москву и по заказу митр. Фотия изготовили новый золотой сканый оклад (Невоструев К. И. Монограмма Всероссийского митр. Фотия на окладе Владимирской чудотворной иконы Пресв. Богородицы в Моск. Успенском соборе // Сб. на 1866 г., изд. Об-вом древнерус. искусства при моск. Публичном музее. М., 1866. С. 177-181), а старый с композицией «Деисус» на верхнем поле перенесли на икону-список (см. С. 22-23 наст. изд.). Оба оклада ныне хранятся в Оружейной палате ГММК.

Оклад времени митр. Фотия покрывал широкие поля и фон иконы. На полях помещены чеканные изображения двунадесятых праздников в килевидных обрамлениях, благодаря к-рым они воспринимаются как самостоятельные рельефные иконы, наложенные на плоский золотой сканый фон. При одной из реставраций пластины были перепутаны, и их расположение на боковых и нижнем полях теперь не соответствует первоначальному. Монограмма митр. Фотия, названного «архиепископом России», вплетена в орнаментальный круг, образованный завитками скани, и помещена в центре, на нижнем поле оклада. Среди визант. произведений того времени аналогов окладу не имеется. Вероятно, идея окружить В. и. чеканными золотыми клеймами с сюжетами праздников принадлежала митр. Фотию. Благодаря такому иконографическому решению главная Богородичная икона Московской Руси оказалась в одном ряду с вселенскими праздниками церковного года. Оклад сохранялся на иконе без особых изменений до 1514 г., когда было заменено одно обветшавшее клеймо, венец и корона украшены драгоценными камнями.

Оклад Владимирской иконы Божией Матери. 1-я треть XV в. (ГММК)
Оклад Владимирской иконы Божией Матери. 1-я треть XV в. (ГММК)

Оклад Владимирской иконы Божией Матери. 1-я треть XV в. (ГММК)

Хранящаяся также в Оружейной палате золотая зубчатая корона, соединенная с драгоценным убором XVII в., вероятно, восходит к периоду украшения иконы митр. Фотием (или к более раннему времени). Килевидные очертания зубцов короны имеют тот же рисунок, что и завершения чеканных пластин, составляя с ними единое целое.

В 1514 г. для иконы был сделан серебряный с золотом киот (взамен старого) с выгравированной на нем вкладной надписью: «Лета 7022, сделан бысть кивот сей к образу пресвятые Богоматере, писма евангелиста Луки, в храме честнаго ея Успения соборныя церкви, повелением благоверного и христолюбиваго Василия, Божиею милостию государя самодержца всеа Росии, в преименитом славном граде Москве» (Описи Успенского собора. Стб. 584).

В XVI - нач. XVII в. в основном пополнялся приклад иконы. В 1567 г. повелением царя Иоанна IV поновленная митр. Афанасием В. и. была богато украшена «златом и камением… многим» (ПСРЛ. М., 1965. Т. 29. С. 355). Описи 1627 и 1638 гг. дают представление о том, как выглядело убранство иконы в 1-й трети XVII в. (Описи Успенского собора. Стб. 374-382). Образ закрывал золотой оклад митр. Фотия с золотыми же оплечьем, венцом и короной, украшенными жемчугом и драгоценными камнями. В прикладе были золотое жемчужное ожерелье с драгоценными камнями (вклад царя Михаила Феодоровича), 6 золотых и серебряных цат, 3 золотые и 1 серебряная панагия, золотая икона Богородицы с греч. надписью, золотая икона-складень с образами Богородицы и свт. Николая Мирликийского, 15 золотых крестов, также с камнями и жемчугом. В 1627 г. к иконе было приложено более 150 золотых монет, «угорских и московских», золотые и серебряные «новгородки». В. и. помещалась в 2 киотах. Первый, обложенный серебром, имел затворы (дверцы) с серебряными чеканными изображениями Благовещения и 4 евангелистов. В него был вставлен 2-й киот, обложенный серебром и украшенный драгоценными камнями. Венчала киот золотая зубчатая корона с самоцветами. В 1656-1657 гг. по указу Патриарха Никона мастером Петром Ивановым была сделана массивная чеканная золотая риза (Забелин И. Мат-лы для истории, археологии и статистики г. Москвы. М., 1884. Ч. 1. Стб. 30), а весь драгоценный приклад снят. Вероятно, тогда же были выполнены низанные крупным жемчугом цата-ожерелье и чепец Богоматери, обновлены венец и корона, а на полях оклада между чеканными изображениями праздников помещены золотые запоны с алмазами, изумрудами, яхонтами. Новое убранство иконы зафиксировано в описи 1701 г. (Описи Успенского собора. Стб. 375-384). Основные части этого убора находились на иконе до 1918 г. (в наст. время в Оружейной палате ГММК).

Пелены, завесы

Лицевая пелена к Владимирской иконе Божией Матери. Сер. XVII в. (ГММК)
Лицевая пелена к Владимирской иконе Божией Матери. Сер. XVII в. (ГММК)

Лицевая пелена к Владимирской иконе Божией Матери. Сер. XVII в. (ГММК)
В источниках XII-XVI вв. сообщений о пеленах В. и. нет. Однако их существование можно предположить уже в XII в.; возможно, в Успенском соборе икона имела завесу, заменявшую створы киота. В 1514 г. по заказу вел. кн. Василия и его супруги Соломонии одновременно с киотом была сделана пелена с крестом из золотых дробниц, в 1680 г. она была перешита. Согласно описи 1627 г., у В. и. было 3 пелены: сделанная в 1514 г. (главная); лицевая с образом Богоматери в молении, шитая золотыми и серебряными нитями; с белым атласным крестом (Там же. Стб. 381-382). В описи 1638 г. отмечен вклад Евдокии Лукьяновны Стрешневой (2-й супруги царя Михаила Феодоровича) - убрус В. и. с изображением Деисуса и святых (Там же. Стб. 533). Пелены, постоянно висевшие у иконы, ветшали, и их часто обновляли. В описи 1701 г. у образа указаны только 2 пелены: повседневная ветхая, с крестом из кованого кружева, и пелена 1514 г. (Там же. Стб. 581-582). Пелены, украшавшие икону в праздники, хранились в ризнице собора. В 1701 г. их было 3: драгоценная пелена с Голгофским крестом (ныне в ГММК); из красного бархата, подкладываемая в подножие; лицевая, с праздниками на каймах (ныне в ГММК) (Там же. Стб. 757-758). Пелена с Голгофским крестом являлась главной; ее носили в Больших крестных ходах рядом с чудотворным образом. Она выполнена из дорогих материалов: итал. золотного петельчатого аксамита, крупного жемчуга, золотых запон с алмазами, изумрудами и др. драгоценными камнями. Согласно вкладной надписи, пелена была сделана повелением царя Алексея Михайловича, царицы Марии Ильиничны и их детей на помин родителей царицы (боярина Ильи Данииловича Милославского и жены его Ксении, умерших в 1669) из фамильных драгоценностей, перешедших после их смерти в гос. казну. На 3-й, лицевой пелене воспроизведена В. и. в золотом окладе митр. Фотия. Раскрашенный рисунок, по к-рому шили эту пелену, был создан в 1639 г. иконописцами Марком Матвеевым и Третьяком Гавриловым (Забелин И. Домашний быт рус. цариц в XVI-XVII ст. М., 1869. С. 171).

В. и. в русских летописях XII-XVII вв.

В. и. занимала настолько важное место в жизни Владимиро-Суздальского княжества, что летопись того времени «строилась как цепь чудес Богоматери» (Лихачев Д. С. Рус. летописи и их культурно-ист. значение. М.; Л., 1947. С. 288). Первое упоминание об иконе относится к летописной статье 1155 г., рассказывающей о старшем сыне вел. кн. Георгия Владимировича (Юрия Долгорукого) Андрее Боголюбском: «Того же лета иде Андреи от отца своего Суждалю, и принесе ида икону святую Богородицю, юже принесоша в едином корабли с Пирогощею из Царяграда... и украсив ю постави и в церкви своеи Володимери» (Ипатьевская (XIII - нач. XIV в.) - ПСРЛ. Т. 2. С. 78; Лаврентьевская (1377) - Там же. Т. 1. С. 148; Радзивиловская (кон. XV в.) - Там же. Т. 38. С. 128). Вероятно, эта и др. упомянутая в тексте икона были принесены в дар киевскому кн. Мстиславу Изяславичу греком митр. Михаилом, прибывшим в Киев из К-поля в 1130 г. (Макарий. История РЦ. 1995. Кн. 2. С. 135, 235, 646-647, 663, 678). Одна икона была поставлена в сооруженной в Киеве в 1131-1136 гг. кн. Мстиславом церкви - Пирогощей, по названию к-рой она получила свое наименование. Другая - будущая В. и.- оказалась в жен. мон-ре Вышгорода (в 15 км от Киева), удельного города кн. Андрея. Привезенная им из Киева в Залесскую землю святыня вначале находилась в его резиденции в Боголюбове, а после сооружения во Владимире-на-Клязьме в 1158-1160 гг. нового Успенского собора стала главной иконой этого храма и первым чудотворным образом Пресв. Богородицы во Владимиро-Суздальской земле.

В. и. сопровождала кн. Андрея в походе 1164 г. против волжских булгар; одержанную победу летописец назвал «новым чудом святой Богородици Владимирской» (ПСРЛ. Т. 1. С. 151; Т. 38. С. 131). С В. и. связывают изгнание в 1169 г. поставленного в К-поле на Ростовскую кафедру еп. Феодора (Феодорца), к-рый закрыл во Владимире все церкви, в т. ч. Успенский собор, где находилась чудотворная икона (Там же. Т. 1. С. 152). 29 июня 1174 г. кн. Андрей был убит по заговору бояр Кучковичей. Во Владимире начались грабежи и убийства. Свящ. Николай (Микула) «…поча ходити... со святою Богородицею, в ризах по городу», и мятеж прекратился. По просьбе владимирцев он же встречал со святыней тело кн. Андрея, привезенное из Боголюбова во Владимир на погребение (Там же. Т. 2. С. 115).

Со смертью кн. Андрея во Владимиро-Суздальской земле возникли междоусобные распри, в результате к-рых верх взяли ростовцы. На владимирцев были наложены тяжелые поборы. В. и. вместе с др. ценностями Успенского собора кн. Ярополк Ростиславич, ставший княжить во Владимире, отдал своему родственнику - кн. Глебу Рязанскому (возвратил в 1176). Победа кн. Михаила Юрьевича, призванного владимирцами, над Ярополком была воспринята как «новое чюдо святое Богородица» (Там же. Т. 1. С. 160; Т. 38. С. 142-143). По смерти кн. Михаила на владимирский стол сел его брат кн. Всеволод Юрьевич. Однако ростовцы, недовольные самостоятельностью Владимирского княжества, хотели возвести на престол кн. Мстислава Ростиславича. Кн. Всеволод, вышедший с войсками навстречу Мстиславу, «узреша чюдную Матерь Божья Володимерьскую, и весь град и до основанья аки на вздусе стоящь, яви Бог и святая Богородица новое чюдо…», ободренный видением, одержал победу (Там же. Т. 1. С. 161; Т. 38. С. 143).

Во время пожара 1185 г. во Владимире сгорели мн. церкви, выгорел и Успенский собор с драгоценными иконами (Там же. Т. 1. С. 165; Т. 38. С. 149). Однако летописцы ничего не сообщают о В. и.; вероятно, она была вынесена из собора и не пострадала от огня. В февр. 1238 г. во Владимир вторгся хан Батый. Еп. Митрофан и княжеская семья с боярами затворились в соборной церкви, где находилась В. и., но татары, отворив двери, избили народ, разграбили церковь и разорили икону: «...чюдную икону одраша, украшену златом и серебром, и каменьем драгым…» (Там же. Т. 1. С. 197).

Новый период в истории В. и. связан с Москвой, ставшей в кон. XIV в. преемницей Владимира. В 1395 г. из монг. Орды на Русь двинулся Темир-Аксак (Тамерлан). Вел. кн. Василий I Димитриевич, не надеясь на военные силы, истощенные Куликовской битвой в 1380 г. и нашествием Тохтамыша в 1382 г., послал во Владимир за В. и. 26 авг., в день принесения иконы в Москву и всенародного моления перед ней, Темир-Аксак повернул свои войска и ушел в степи (Там же. Т. 25. С. 222). В источниках XV в. нет сведений о возвращении иконы во Владимир, не сообщается и о том, что древняя святыня была оставлена в Москве. По мнению Анисимова, в XV в. икона неоднократно отпускалась из Москвы во Владимир, а потом возвращалась (Анисимов. Владимирская икона Божией Матери. С. 48-49). Первое временное возвращение В. и. во Владимир произошло, вероятно, до 1408 г. Рассказывая о нашествии хана Едигея в 1408 г., летописец сообщает, что даже «многославный Володимерь» был отдан великим московским князем во владение литовцам («в одержание ляхов»), а в нем «Златоверхая» ц. Успения, в к-рой «чюдотворная икона Пречистыа, иже рекы целеб точащи, поганыя устрашая» (ПСРЛ. Т. 18. С. 155-157). В 1410 г. Владимир был разорен татар. царевичем Талычем. Ключарь Успенского собора грек Патрикий с людьми, закрывшись в храме, молился перед В. и. Татары же «высекоша двери церковныя и вшедше в ню, икону чудную святыя Богородица одраша, тако же и прочия иконы, и всю церковь разграбиша» (Софийский временник. Ч. 1. С. 445). В летописных записях о нашествиях в 1451 г. (царевич Мазовша) и в 1459 г. (Седи-Ахмет) о В. и. сообщений нет - вероятно, она находилась тогда во Владимире. В 1471 г. святыня была в Москве. Собираясь в поход на Вел. Новгород, вел. кн. Иоанн Васильевич, «вшед к чюдотворной иконе пречистыа Богородица Владимерьскиа и многа молениа съвръши, и слезы доволно излиа…» (ПСРЛ. Т. 25. С. 287).

Свидетельства летописной статьи 1474 г. о падении возводившегося тогда нового Успенского собора столь же неопределенны, сколь и летописные записи сер. XV в.: «Понеже страшно бе войти поклонятися образу Пречистые и гробу чюдотворца Петра» (Там же. С. 302). Анисимов полагал, что в это время обе святыни - В. и. и мощи митр. Петра - находились в рухнувшем соборе (Анисимов. Владимирская икона. С. 50). Однако нет доказательств тому, что под «образом Пречистой» летописец имел в виду именно В. и., а не икону, к-рая в более поздних источниках стала называться Богородицей «письма митрополита Петра» (см. «Петровская» икона Божией Матери). Летописи XV в. в ряде случаев не позволяют однозначно сказать, о какой иконе идет речь - о древней чудотворной или ее точном списке, т. н. иконе-наместнице.

Окончательное перенесение В. и. из Владимира в Москву произошло в год освобождения Руси от монголо-татар. ига (1480), установлена она была в новом Успенском соборе (1479). В 1514 г. повелением вел. кн. Василия III, «советом и благословением» митр. Варлаама В. и. была поновлена и украшена (Софийский временник. Ч. 1. С. 294-295; ПСРЛ. Т. 6. С. 254). В 1533 г. ее (вместе с образом свт. Николая Чудотворца «Гостунского») приносили к смертному одру вел. кн. Василия III (Там же. Т. 13. С. 416-418; Повесть о болезни и смерти Василия // ПЛДР. Сер. XVI в. М., 1985. С. 39).

Перед В. и. в Успенском соборе молился Иоанн IV Грозный накануне военных походов (Казанского в 1552, Полоцкого в 1563), однако на поле брани брал новопрославленную Донскую икону Божией Матери. Возвращаясь из походов, он совершал перед В. и. благодарственные молебны. В июле 1566/67 г. В. и. была реставрирована ушедшим на покой митр. Афанасием, владевшим искусством иконописания и избранным для этого ответственного дела царем; поновленный образ был вновь богато украшен (ПСРЛ. Т. 29. С. 355). В мае 1572 г. Иоанн IV, спасаясь от набегов татар, уехал с семьей, двором и казной на жительство в Вел. Новгород, взяв с собой В. и. Икону поставили в ц. вмч. Никиты на Никитине улице, где размещался Государев двор. 23 июня 1572 г. совершалось празднование В. и. с участием новгородской святыни - «Знамения», иконы Божией Матери (Там же. Т. 30. С. 161-162). После победы рус. войска над татарами в кон. авг. Иоанн IV возвратился в Москву, а В. и., пробыв в Новгороде более 2 месяцев, заняла свое место в Успенском соборе. Составляя духовное завещание (1572-1578), Иоанн IV молитвенно обращался к В. и., к-рую называл «державы Руския заступление», и завещал своим детям жить так, чтобы Бог был с ними «молитвами… Богородицы... и милостию честнаго ея образа иконы Владимирская» (Духовное завещание царя Иоанна Васильевича // ДАИ. 1846. Т. 1. С. 378).

С В. и. были тесно связаны жизнь и духовная деятельность митр. Макария, в 1563 г. он обращался к ней в Успенском соборе с предсмертными молитвами (Макарий (Веретенников), архим. Жизнь и труды свт. Макария, митр. Московского и всея Руси. М., 2002. С. 286). Царь Феодор Иоаннович поклонялся святыне и благодарил Пресв. Богородицу за молитвенную помощь в победе над «злочестивыми германами», захватившими карельские земли, и над крымским ханом Мурат-Гиреем в 1591 г. (ПСРЛ. Т. 14. Ч. 1. С. 7-9, 14). Отступил от этой благочестивой традиции князей Рюриковичей Борис Годунов, к-рый был «умолен» сесть на престол благодаря принесению к нему 21 февр. 1598 г. в Новодевичий мон-рь с крестным ходом В. и. (Там же. Т. 14. Ч. 2. С. 50). Современник и очевидец этих событий старец Авраамий (Палицын) обличил это действо как умаление святыни, никогда ранее не приносившейся к смертному человеку (Сказание Авраама Палицина // Памятники др. письменности, относящиеся к Смутному времени. М., 1871. Стб. 476-477. (РИБ; Т. 13)). В XVI-XVII вв. древняя В. и. постоянно находилась в Московском Кремле. Как главная святыня, она участвовала в избрании митрополитов и патриархов: запечатанные имена избираемых (жребии) полагались на пелену в ее киот, после молебна вынимался один из жребиев, распечатывался царем и имя избранного оглашалось народу. 20 июня 1605 г. в Москву вошел Лжедимитрий I, к-рого Патриарх Иов отказался венчать на царство. По приказу самозванца Патриарх был сведен с престола, перед В. и. он сложил с себя святительский сан, возложенный на него при поставлении у этого образа.

19 мая 1606 г. на Земском соборе был избран царем Василий Иоаннович Шуйский, сотворивший перед В. и. благодарственные молитвы (Повесть кн. Ивана Михайловича Катырева-Ростовского // Там же. Стб. 582). По традиции, восходящей к XVI в., у В. и. венчались на царство рус. самодержцы. 28 сент. 1645 г., при венчании на царство Алексея Михайловича, государь входил в храм, ему пели многолетие, затем совершали молебен перед В. и. Перед самым помазанием царь припадал к иконе и в молитве испрашивал силы для принятия царского сана (Чин и поставление на Царство Царя и вел. кн. Алексея Михайловича // ДРВ. Т. 7. С. 236, 290). 25 июня 1682 г., в день венчания царевичей-соправителей Иоанна и Петра, совершалось аналогичное празднование В. и., названной в летописи «Одигитрия Владимирская» (ПСРЛ. Т. 31. С. 200-201).

Сказания о В. и. XII-XVII вв.

Сказание «О чюдесех Пресвятыя Богородица Володимирьскои иконы»

было составлено в 1163-1164 гг., через неск. лет после ее перенесения из Вышгорода во Владимир, когда был построен Успенский собор и освящена ц. Богородицы на Золотых воротах во Владимире; упоминаемые в рассказах лица и все подробности повествования отвечают реалиям 1155 г. и нач. 60-х гг. XII в. Исследователи XIX-XX вв. (И. Е. Забелин, В. С. Иконников, А. Н. Насонов) полагали, что сказание было создано по инициативе кн. Андрея Боголюбского; Н. Н. Воронин его составителями считал священников владимирского Успенского собора Лазаря, Нестора и Микулу, пришедших с кн. Андреем из Вышгорода; по мнению В. А. Кучкина, автором был, вероятно, Нестор, а Лазарь - «подробным информатором».

Сказание состоит из 10 чудес, совершившихся благодаря молитвенному обращению к В. и. 1-е чудо было явлено на пути кн. Андрея из Киевской Руси в Залесскую землю, на р. Вазузе. Проводник, искавший брод, начал тонуть, но по молитве князя перед В. и. вышел на берег. 2-е - спасение беременной жены попа Микулы от взбесившегося коня - произошло на Рогожских полях. 3-е - совершилось в Успенском соборе Владимира, когда при обращении к В. и. сухорукого человека сама Пресв. Богородица взяла его больную руку и продержала до окончания литургии, после чего больной сразу же выздоровел; свидетелями чуда были кн. Андрей, поп Нестор. 4-е - исцеление «болезновавшей родами» супруги кн. Андрея: в день праздника Успения Пресв. Богородицы В. и. омыли водой, выпив к-рой княгиня благополучно родила сына Юрия. 5-е - спасение омовением водой от В. и. младенца «от чародейства в яйце». 6-е - исцеление страдавшей болезнью сердца «некой жены» из Мурома целебной водой от В. и. 7-е - исцеление в Славятином мон-ре в Переяславле Русском (ныне Переяслав-Хмельницкий, Украина) ослепшей игум. Марии. Ее брат, воевода кн. Андрея Борис Жидиславич, умолил попа Лазаря дать св. воды от иконы, чтобы послать в Переяславль; Мария выпила воды, помазала ею очи и в тот же день прозрела. 8-е (названо в сказании «новым») - связано с исцелением женщины по имени Евфимия, 7 лет страдавшей от болезни сердца. Услышав от свящ. Лазаря о чудодейственной силе воды от В. и., Евфимия послала с ним во Владимир к иконе драгоценные украшения, «усирязи» (серьги) и «рясы златые», и попросила принести целебной воды, испив к-рой она выздоровела. 9-е - исцеление тверской боярыни, 3 суток «болящей дитятем» и находившейся при смерти. По совету свящ. Лазаря она дала обет «святой Богородице Владимирской» и благополучно родила сына. Выполняя свое «обещание», боярыня послала к В. и. свои «златые косы и усерязи». 10-е чудо связано со спасением 12 чел., погребенных под упавшими Золотыми воротами проездной башни Владимира. По молитве кн. Андрея перед В. и. люди остались живы.

Чудеса, описанные в сказании, так же как и летописные записи, свидетельствуют о том, что в XII в. В. и. была покровительницей прежде всего жителей Владимира, святыней кн. Андрея и его приближенных. Древнейшее сказание о чудесах В. и., явившееся образцом для последующих сказаний о чудотворных иконах Пресв. Богородицы, сохранилось в неск. списках в сборниках разного состава и в Минеях Четьях, датируемых 2-й пол. XV - сер. XVII в. (опубл. по 8 спискам - см. в кн.: Древнейшая редакция Сказания. С. 476-509; см. также: Гребенюк. С. 21-38, 150-161; Клосс. С. 152-155).

Повесть (сказание, слово) о чудесном спасении Москвы заступничеством Богоматери «чудотворныя ради Ея иконы Владимирской» (Повесть о Темир-Аксаке)

рассказывает о событиях 1395 г. Согласно повести, вел. кн. Василий, ища защиты от нападения Темир-Аксака, послал во Владимир за В. и. как за главной чудотворной иконой Руси. Из владимирского Успенского собора икону унесли в праздник Успения Богородицы (15 авг.). 26 авг. ее близ Москвы встречали крестным ходом митр. Киприан со «всем клиросом и причтом церковным», с князьями и народом. В тот же день Темир-Аксак повернул войска и ушел в свою землю. В списках повести впервые появилось сказание о написании В. и. евангелистом Лукой, возникшее благодаря ее сопоставлению с главной к-польской чудотворной иконой письма ап. Луки - «Одигитрией», а также рассказано о повелении вел. кн. Василия устроить на месте встречи В. и. мон-рь и установить празднование иконе 26 авг. Повесть сохранилась почти в 200 списках XV-XIX вв. (осн. публ.: Повесть о Темир Аксаке // ПЛДР: XIV - сер. XV в. М., 1981. С. 230-243, 563-565; Гребенюк. С. 162-179; Клосс. С. 78-90, 128-132). Cписки разделяют на неск. редакций: первоначальную датируют от кон. XIV до сер. XV в. По мнению И. Л. Жучковой, краткий летописный рассказ создан между 1408 и 1446 гг.; основные редакции и расширенные варианты повести относятся к 70-80-м гг. XV в. (Жучкова И. Л. Повесть о Темир-Аксаке // СККДР. Вып. 2. Ч. 2. С. 283-287). В. П. Гребенюк выделил как основные Митрополичью и Княжескую редакции, полагая, что первоначальная, Митрополичья, составленная между 1402 и 1408 гг., содержалась в Троицкой летописи; Княжеская редакция возникла не позднее 1412 г. (Гребенюк. С. 39-78).

Б. М. Клосс утверждает, что повесть о Темир-Аксаке была написана Епифанием Премудрым для Троицкой летописи (1412-1414), сохранилась в Типографской летописи (Ростовский свод 1489 г.) и в составе различных сборников (Клосс. С. 63-92; cм. рец.: Кучкин В. А. Антиклоссицизм // ДРВМ. 2002. № 2 (8). С. 113-123; № 3 (9). С. 121-129; № 4 (10). С. 98-113; 2003. № 1 (11). С. 112-118; № 2 (12). С. 127-133; № 3 (13). С. 112-130; 2004. № 4 (14). С. 100-122). Новая (1-я, сокращенная) редакция повести («Слово о чюдеси…») составлена Пахомием Логофетом для Московского свода 1477 г. (источник Свода 1479 г. и Ермолинской летописи) на основе Троицкой летописи; в заглавии впервые сообщается, что В. и. написал св. евангелист Лука (Клосс. С. 91-92). Вторая Пахомиевская редакция (вариант повести Епифания Премудрого, дополненный извлечениями из повести о нашествии персидского царя Хоздроя (Хосроя) на Царьград) создана между 1477 и 1480 гг.; получила наибольшее распространение в списках; в нее включено сказание о написании В. и. ап. Лукой (Там же. С. 93-105). Эта редакция повести вошла в списки Великих Четьих Миней митр. Макария (древнейший список - Минея Четья (Софийская) на авг., 2-я пол. 30-х гг. XVI в., РГАДА. Собр. М. А. Оболенского. Ф. 201. Д. 161. Л. 345-347) (Там же. С. 105-107). Особый вариант повести был составлен для Никоновской летописи (кон. 20-х - нач. 30-х гг. XVI в.); в нем появился эпизод о явлении Темир-Аксаку в «страшном сне» Пресв. Богородицы с воинством и святителями; использован в последующих летописях (Там же. С. 126-128). В сер. XVI в. возникла Проложная редакция повести (в основе - сокращенный список 2-й Пахомиевской редакции) для чтения в Прологе под 26 авг.; прибытие В. и. в Москву ошибочно отнесено к 15 авг.; заглавие: «В той же день Стретение иконы Владимирскиа…»; древнейший список, 60-е гг. XVI в.,- РНБ. Собр. Н. М. Михайловского. Ф. 223. Л. 438-440; 1-е печатное издание - 6 дек. 1643 г.; повесть помещена под 26 авг. (Л. 848-849 об.), заглавие: «В той день празднуем Сретению иконы… Владимирския» (Там же. С. 135-136).

Повесть «О иконе Пречистыа Володимерскиа»

внесенная в Софийскую II и др. летописи под 1514 г., рассказывает о поновлении и украшении В. и. В ней также подчеркнуто, что образ написан ап. Лукой; сообщается об установлении праздника в память о поновлении иконы 21 мая. Кроме того, изложена краткая история В. и. до ее поставления в московском Успенском соборе, причем принесение иконы из Царьграда связывается с именем кн. Андрея Боголюбского (Софийский временник. Ч. 2. С. 294-295; ПСРЛ. Т. 6. Вып. 2. С. 254).

Цикл повестей о новейших чудесах В. и.

В рукописном сборнике из Рогожского собрания (РГБ. № 82, 1609 г.) после Русского Хронографа следуют 4 статьи о празднованиях В. и. и 3 новые повести о ее чудесах (они представлены также в ряде др. рукописей). По мнению А. А. Зимина, опубликовавшего повести (Зимин. С. 198-204), они составлены между 1547-1563 гг. современником из окружения митр. Макария; 2 первые (в ред. правке) включены в Книгу степенную царского родословия.

В 1-й повести («Знамение ужасно и преславно и како спасен бысть град Москва от нашествия безбожных тотар…») спасение Москвы от нашествия крымского хана Махмет-Гирея в 1521 г. описано автором как «новейшая чюдеса Богоматери и еже во дни наша содеяшася». Василий Блаженный узрел, как В. и., от к-рой был слышан глас («Тако людие прогневаша безлобиваго Бога, яко Аз повелением Сына Своего с русскими чюдотворцами хощем изыти из града сего»), сошла со своего места в Успенском соборе, храм наполнился огнем, его пламя выходило в двери и окна, потом огонь исчез. Слепой инокине из кремлевского Вознесенского мон-ря «мысленными» и «чювственными» очами было дано видеть, как во Флоровские (Спасские) ворота уходил из Кремля «световидный собор» святителей и др. святых с В. и. Одна отроковица увидела, как преподобные Сергий Радонежский и Варлаам Хутынский пали к ногам уходивших святителей, со слезами умоляя их не покидать Москву. Святители и преподобные, совершив моление перед В. и., возвратились с ней в Кремль. В тот же день татары были изгнаны.

Во 2-й повести («О великом и сугубом пожаре и о милостивом защищении, иже на воздусе…») рассказывается о великих московских пожарах 12 апр. и 21 июня 1547 г. Митр. Макарий, молившийся в Успенском соборе, от жара и дыма пришел в изнеможение и вынужден был покинуть собор, взяв с собой только икону «письма митрополита Петра» («Петровскую»); «Великий же чюдотворный образ Пречистыя Богородица, иже есть икона Владимерская, его же хотяху изнести из церкви, и не возмогоша его ни двигнути от места, иде же стояше. Сама Богомати сохраняя бяше и соблюдая не токмо Свой Пречистый образ и всю церковь, но и всего мира покрывая и соблюдая от всякого зла» (Зимин. С. 201). В тот день свершились и др. чудеса: новокрещеный татарин увидел над Успенским собором саму «Госпожу Пречистую Богородицу» в багряных ризах, молящуюся о людях и ризами своими осеняющую и утишающую огненные вихри. Эта повесть дошла также в краткой редакции (2 статьи: «О великом московском пожаре» - апрельском; «О другом великом пожаре, о Московском» - июньском (ошибочно, вместо « июльском» .- Л. Щ.)), текст к-рой имеет нек-рые отличия (публ.: Жарков И. А. К истории Московских пожаров 1547 г. // ИА. 1962. № 3. С. 223-226).

В 3-й повести («Чюдо о тати великия церкви соборныя Пречистыя Богородицы…») речь идет о некоем каменосечце, «умыслившем» ограбить В. и., перед к-рой «всегда в день и нощь светильник неугасим пребываше», и за это злодеяние наказанном умопомешательством, а затем смертью.

«Повесть на сретение чюдотворного образа Пречистыя Владычица нашея Богородица и Приснодевы Мариа…»

была составлена в 50-х - нач. 60-х гг. XVI в. при участии Московских митрополитов Макария и Афанасия; вошла в Книгу степенную царского родословия, Лицевой летописный свод и др. летописи (Жучкова И. Л. Сказание о иконе Богоматери Владимирской // СККДР. Вып. 2. Ч. 2. С. 360-362; Гребенюк. С. 79-121; Клосс. С. 133-134); сохранилось более 50 списков XVI-XIX вв. Ее содержание полностью раскрывается в пространном названии, где отмечены основные исторические периоды в судьбе В. и. В Книге степенной (13-я степень (княжение вел. кн. Василия Димитриевича), 24-я гл.) повесть разделена на 11 титлов, в к-рые вошли наиболее значительные, имеющие в основном церковно-политический характер чудеса В. и. из сказаний XII и XV вв., а также сведения из летописных источников о событиях рус. и мировой истории, духовно связанные с чудотворным образом (в рукописных сборниках встречаются расширенные варианты повести с включением «частных» чудес из сказания XII в.). В повести, следуя возникшей в XV в. традиции, утверждается, что именно эта икона есть подлинный образ Богородицы письма евангелиста Луки, через к-рый Царица Небесная оказывает покровительство «русскому роду»; это предание находит отражение в названии иконы, став его неотъемлемой частью (в т. ч. в др. статьях Книги степенной). В рассказе о принесении иконы из Царьграда в Киев подчеркивается идея сказания XII в.: Богоматерь, подобно солнцу, обходит все страны поднебесного мира; далее повторяются статьи, изложенные в 6-й степени Книги, затем повествуется о нашествиях Батыя и Темир-Аксака. В ст. «О всенародном благонадежном молении пред образом Богоматери» вновь рассказывается о написании В. и. ап. Лукой и обещании благодати новопросвещенной Русской земле; вспоминаются явления Богоматери на Руси в др. чудотворных иконах.

В Книге степенной царского родословия, как и в летописных сводах того времени, история России трактуется в единстве с историей В. и., знаменующей преемственность духовной роли Москвы от Царьграда, Киева и Владимира. В. и. появляется в 5-й степени (княжение Юрия Владимировича Долгорукого), в 7-й гл. («О чюдотворнем образе Пречистыя Богородица икона Владимерския»). Первоначальная история иконы излагается в соответствии с идеей становления Московского царства. Принесение иконы из Царьграда приписывается основателю московского «скипетродержания» - вел. кн. Юрию «Пирогощею купцом» (значение киевской Пирогощей ц. забыто как неактуальное). После краткого рассказа о чудесах иконы в Вышгороде сообщается о перенесении В. и. во Владимир, а затем в Москву. В 6-й степени (княжение Всеволода Георгиевича) В. и. посвящена 12-я гл. («О принесении чюдотворнаго образа Богоматере, зовомыи же Владимерская…»). В титле 1 повторяется рассказ о принесении иконы из Царьграда; в следующих 9 титлах (2-10) описаны вышгородские чудеса иконы, ее перенесение во Владимир и 2 чуда из сказания XII в., далее следует «Чюдо о Боголюбове»; в титле 11 - возведение во Владимире ц. Успения и поставление в ней иконы, в титле 12 - о победе кн. Андрея над болгарами и царя Мануила над сарацинами. В 12-й степени (княжение вел. кн. Димитрия Иоанновича), в 16-й гл., рассказывается о том, как возникла идея принесения иконы в Москву в 1395 г.: Бог открыл свою волю блж. вел. кн. Евдокии по ее сугубым молитвам «советом и повелением» ее сына вел. кн. Василия Димитриевича и митр. Киприана. В 13-й степени, в 24-й гл., помещена вышеназванная «Повесть на сретение…». В 16-й степени (княжение вел. кн. Василия Иоанновича) исторические события изложены в тесной взаимосвязи с новыми чудесами В. и. В 17-й степени (царствование вел. кн. Иоанна Васильевича) новым чудесам иконы посвящена 9-я гл. («О страшных и сугубейших пожарах и блаженном Василии…»).

Лит. переложение Повести о Темир-Аксаке из Книги степенной царского родословия с дополнениями из Пролога 1685 г. помещено в августовской Минее Димитрия Ростовского ([Димитрий Ростовский, митр.]. Книга житий святых… июнь, июль, август. К., 1705. Л. 761 об.- 763; см. также: ЖСв. Авг. С. 464-466; см.: Круминг А. А. Четьи Минеи св. Димитрия Ростовского: очерк истории создания // Филевские чтения. М., 1994. Вып. 9. С. 8, 43; Клосс. С. 136).

Почитание В. и. в XII-XX вв.

В описании изложенного в сказании XII в. чуда троекратного схождения В. и. со своего места в храме Вышгорода отражена идея составителей сказания о перенесении иконы в Сев.-Вост. Русь по желанию Пресв. Богородицы. Это чудо свидетельствует также о том, что икона была выносной (запрестольной, с изначальным изображением на др. стороне). В Вышгороде у иконы еще не было имени; кн. Андрей не знал о ее чудесах. Прославление образа, совершавшего чудеса на пути из Киева, началось во Владимире по инициативе кн. Андрея и клира Успенского собора, пришедшего с князем из Вышгорода.

Существует предположение, что В. и. была списком с чтимой к-польской иконы из базилики при имп. дворце во Влахернах. О. Е. Этингоф полагает, что прославление В. и. на Руси было связано с почитанием Влахернской иконы Божией Матери (типа «Умиление»; см. ст. Влахерны) и культом влахернских Богородичных реликвий (Этингоф. С. 127-156). Согласно летописям и сказанию XII в., во Владимире икону носили в крестных ходах и омывали св. водой, получавшей целительную силу, что, как предполагает Этингоф, также связано с «ритуалами Влахернского святилища», где в «часовне источника» была мраморная статуя Богоматери, «из рук которой истекала вода» (Там же. C. 143). Омовение чудотворных икон, восходящее к чину омовения св. мощей и Нерукотворного образа Спасителя в Великий пост, на Руси XII в., вероятно, было соединено с чином малого освящения воды. Омовение В. и. заключалось в обтирании ее золотого оклада губкой, смоченной св. водой.

Почитание В. и. соотносилось и с почитанием главной Богородичной иконы К-поля - «Одигитрии». В источниках XII в. нет сведений о празднествах, в к-рых участвовала В. и. В XII-XIII вв. рус. праздник 1 авг., представлявший соединение празднований Происхождению (изнесению) Честных Древ Животворящего Креста и Всемилостивому Спасу с Пречистой Его Матерью (служба содержится в прологах рубежа XIV-XV вв.), возможно, отмечался во Владимире «молебным пением» (Сергий (Спасский). Месяцеслов. Т. 2. С. 297), подобным греч. литии и литании: «хождением» со святынями, сопровождаемым пением псалмов, тропарей и т. п. Не исключено, что кн. Андрей Боголюбский, претендовавший на получение самостоятельной митрополии, мог установить праздник 1 авг. во Владимире, аналогичный к-польскому торжеству в Великой ц., что уподобило бы Владимир К-полю, а самого князя - имп. Мануилу I Комнину. Главной Богородичной святыней этого празднества была В. и., участие к-рой в чине водоосвящения подтверждается сказанием XII в. Источники свидетельствуют, что в XII в. принесенная из Вышгорода икона была главной и единственной чудотворной иконой Владимира, исключительной по своему значению в церковно-политической и частной жизни кн. Андрея и всех владимирцев; икона в их представлениях отождествлялась с самой Богородицей - основным наименованием иконы было «Пресвятая Богородица». В сказании, в 2 рассказах об исцелении иногородних людей, икона называется «Владимирская»; в неск. летописных статьях, повествующих о военных сражениях,- «Владимирская чудотворная». В тот период образ оставался местночтимой владимирской святыней, слава к-рой доходила и до далеких от Владимира городов.

В память о чудесном спасении Москвы от нашествия Темир-Аксака в 1395 г. было установлено 1-е празднество. До кон. XV в. оно напоминало празднование к-польской иконе «Одигитрия»: совершалась лития с крестным ходом (в Сретенский мон-рь, основанный также в память о чуде в 1395), сопровождаемым молебным пением, подобным описанному в Повести о сретении иконы 26 авг. В 1-й трети XV в., вероятно, благодаря митр. Фотию В. и. по своему духовному значению была уподоблена главным к-польским Богородичным святыням - ризе, благодатной силой к-рой был спасен К-поль от нашествия аваров, и иконе «Одигитрия» (в XVII в. изображения В. и. вместо «Одигитрии» встречаются и на иконах, напр. на храмовом образе 1-й пол. XVII в. из ц. Ризположения в Московском Кремле).

По мнению Клосса, празднование Сретения Владимирской иконы 26 авг. началось не ранее 70-х гг. XV в., «когда были написаны Пахомиевские редакции Повести»; в редакции Повести Епифания Премудрого празднование В. и. «приурочено ко дню Сретения Господня - 2 февраля» (Клосс. С. 124). Первые сведения о праздновании В. и. 26 авг. относятся к 80-м гг. XV в. (Пролог Саратовского ун-та. № 90, написан ок. 1485 г.; месяцеслов Троицкого сборника. № 762, составлен в Ростове в 1487); в церковных уставах праздник упоминается с кон. XV в. (Там же). В память окончательного перенесения В. и. в Москву в 1480 г. был установлен 2-й праздник - 23 июня, связанный позднее также с бескровной победой над Ахматом на р. Угре. Е. Е. Голубинский на основании месяцеслова в Следованной Псалтири (РГБ. Троиц. № 321, XVI в.; датировка Клосса - 1528) полагал, что праздник 23 июня был установлен в 1480 г. (Голубинский. История РЦ. Т. 1. С. 333). По мнению Клосса, в период строительства нового Успенского собора (1472-1479) В. и. находилась во Владимире; в Москву была принесена 23 июня 1480 г. для благословения войск Иоанна III в Коломне накануне выступления против Ахмата; праздник же установлен во время правления митр. Даниила и зафиксирован в вышеназванном месяцеслове Следованной Псалтири (Клосс. С. 124-125).

3-й праздник - 21 мая - первоначально был связан с памятью поновления В. и. в 1514 г. (Софийский временник. Ч. 2. С. 294-295; ПСРЛ. Т. 6. Вып. 2. С. 254). Позднее его соотнесли с памятью о чудесном избавлении от нашествия Махмет-Гирея в 1521 г. Клосс полагает, что осмысление события 1521 г. как «новейшего чуда Богоматери» относится ко 2-й пол. XVI в., когда и был установлен праздник 21 мая (Клосс. С. 125-126).

4-й праздник - 15 сент.- был установлен, вероятно, также в XVI в. Он упоминается в сборнике нач. XVII в. вместе с 3 др. праздниками В. и. (Зимин. С. 189). Праздник был посвящен воспоминанию о проводах в 1520 г. во Владимир поновленных в Москве владимирских икон (в т. ч. древнего списка, см. разд. наст. ст.: «В. и. из Успенского собора Владимира»), возвращенных вместе с новыми списками чудотворного образа.

В кон. XV (?) - нач. XVI в. (этим временем датируются самые ранние рукописи, содержащие канон В. и.) для празднования иконе в московском Успенском соборе была составлена служба, в создании к-рой мог принимать участие Ростовский свт. Вассиан (Рыло) (Спасский Ф. Г. Рус. литург. творчество (по совр. минеям). П., 1956. С. 133-134; Miller D. Legends of the Icon of Our Lady of Vladimir: A Study of the Development of Moskovite National Consciousness // Speculum. 1968. Oct. P. 657-670). Тексты службы Сретения Владимирской иконы датируются кон. XV (?) - нач. XVI в.: в Уставе этого времени (РГБ. Ф. 344. № 110. Л. 242-243) - только тропарь и кондак (без стихир); в Минее 1511 г. (РГБ. Троиц. № 597. Л. 133) - 19 песнопений (Серегина Н. С. Отражение ист. событий в стихире о Темир Аксаке и в др. песнопениях Владимирской иконе и проблема авторства Ивана Грозного // ПКНО, 1985. М., 1987. С. 150). Нотированная служба В. и. в стихирарях появилась в сер. XVI в.; заголовки службы на 26 авг. 2 типов: «Стретение Пресв. Богородицы Владимирской» и «Похвала Пресв. Богородице». Заголовки в ряде списков являются краткой летописной статьей; В. и. именуется «Одигитрия»; стихиры «историко-повествовательные». Во 2-й пол. XVI в. появился ряд новых стихир на 26 авг., среди них - неск. стихир творения Иоанна IV (Там же. С. 148-170).

Празднования В. и. сопровождались Большим крестным ходом (в Сретенский мон-рь), чин к-рого окончательно сформировался в нач. XVII в. Описания крестных ходов с В. и. на 21 мая, 23 июня и 26 авг. содержатся в рукописи 1609 г. (РГБ. Ф. 247. № 82. Л. 276 об.- 279 об.; об этом см.: Клосс. С. 126). Согласно «Сказанию действенных чинов», в Большой крестный ход (в отличие от Малого) брали чудотворные иконы - В. и. и «Одигитрию» из Вознесенского мон-ря Московского Кремля, а также чудотворные иконы, кресты и святыни; в шествии обычно принимали участие царь и Патриарх (Голубцов А. П. Чиновники Моск. Успенского собора и выходы патр. Никона. М., 1908. С. 6-7). В чине Большого крестного хода В. и. занимала место перед Патриархом; рядом с иконой несли ее драгоценную подвесную пелену. В плохую погоду в крестные ходы вместо древней В. и. носили ее список (икону-наместницу нач. XVI в.). Празднования В. и. 26 авг. и 23 июня отличались наибольшей торжественностью и календарной устойчивостью. Празднование 21 мая нередко переносилось на др. дни мая и даже нач. июня. Большой крестный ход этого праздника с 1668 г. по указу государя стал Малым; в 1722 г. по указу Синода был упразднен, потом его восстановили, но ходили уже не в мон-рь, а в ц. в честь Владимирской иконы (1691-1692), в Китай-город, у новых Никольских ворот (Устав Моск. святейших патриархов // ДРВ. 17892. Т. 10. С. 290-299; Выходы государей царей и вел. князей Михаила Федоровича, Алексия Михайловича, Федора Алексеевича, всея Руси самодержцев (с 1632 по 1682) / Предисл. П. М. Строева. М., 1844. Указ. С. 13). Праздник 15 сент. просуществовал относительно недолго. В Уставе московского Успенского собора нач. XVII в. крестный ход этого дня назван Большим, ходили в Басманную слободу, к деревянной ц. в честь Владимирской иконы, построенной на месте проводов владимирских икон в 1520 г. (Горский, Невоструев. Описание. С. 357). В 1668 г. крестный ход 15 сент. определен как «меньшой»; в 1679 г. он был упразднен (Устав Моск. святейших патриархов // ДРВ. 17892. Т. 10. С. 25-26).

В 1812 г. праздник Сретения Владимирской иконы 26 авг. совпал с днем Бородинской битвы. Крестный ход этого дня с В. и. и др. чтимыми иконами Божией Матери (Смоленской и Иверской) вокруг стен Китай-города и Белого города по своей духовной значимости был близок Большим крестным ходам XVII в. Накануне сдачи Москвы эти 3 иконы были отправлены во Владимир. Там В. и. ежедневно носили крестным ходом по городу. Затем ее вместе с Иверской иконой перевезли в Муром, а оттуда - в освобожденную столицу. В ознаменование победы 1 дек. 1812 г. совершили крестный ход в Китай-город, В. и. несли в сопровождении чтимых икон Богоматери - Иверской, Грузинской, «Утоли моя печали» ([Снегирев И. М.] Очерки жизни моск. архиеп. Августина. М., 18413. С. 26-52). 26 мая 1883 г., в день освящения храма Христа Спасителя, В. и. возглавляла торжественный крестный ход из Успенского собора к новому храму.

В 1918 г. служба В. и. была использована еп. Афанасием (Сахаровым) при создании им новой службы всем святым, в земле Российской просиявшим (Чинякова Г. П. Служба всем святым, в земле Российской просиявшим,- словесная икона Св. Руси // ДанБлаг. 1998. Вып. 9. С. 71-76). Им же была составлена новая иконография этого праздника с изображением В. и. в Успенском соборе Московского Кремля, осеняющим сонм рус. святых (икону в 20-30-х гг. ХХ в. написала мон. Иулиания (Соколова)). В дек. 1918 г. В. и. была взята из закрытого для богослужения Успенского собора на реставрацию, законченную в апр. 1919 г. С 1926 по 1930 г. она находилась в ГИМ, затем была передана в ГТГ.

Почитание иконы как чудотворной святыни возобновилось в 90-х гг. XX в. В один из тяжелых периодов новейшей истории, когда нависла угроза вооруженного столкновения противоборствующих сторон власти, по благословению Патриарха Московского и всея Руси Алексия II 2 окт. 1993 г. В. и. была принесена в кафедральный Богоявленский Елоховский собор для всенародной молитвы об избавлении России от кровопролития. В 1995 г. отмечалось 600-летие праздника Сретения Владимирской иконы, 26 авг. из Успенского собора Московского Кремля после литургии был совершен торжественный крестный ход в восстановленный Сретенский мон-рь, куда из ГТГ принесли на поклонение В. и. В эти годы шла дискуссия о передаче В. и. из ГТГ в ГММК - на место ее исторического пребывания, в Успенский собор Московского Кремля. После освящения в 1996 г. ц. свт. Николая в Толмачах при ГТГ В. и. периодически приносили туда на поклонение; с 1999 г. она находится там постоянно.

В. и. в миниатюрах рукописей, иконах и настенных росписях

Миниатюры Радзивиловской летописи и Лицевого летописного свода

Благодарственное моление перед Владимирской иконой после победы над булгарами. Миниатюра из Радзивиловской летописи. Кон. XV в. (БАН. 34. 5. 30. Л. 205 об.)
Благодарственное моление перед Владимирской иконой после победы над булгарами. Миниатюра из Радзивиловской летописи. Кон. XV в. (БАН. 34. 5. 30. Л. 205 об.)

Благодарственное моление перед Владимирской иконой после победы над булгарами. Миниатюра из Радзивиловской летописи. Кон. XV в. (БАН. 34. 5. 30. Л. 205 об.)
Первые изображения В. и. появились в лицевом Радзивиловском списке кон. XV в. Владимирской летописи (БАН. 34.5.30). 3 миниатюры иллюстрируют события, связанные с В. и. 1-я (Л. 200 об.) относится к статье 1155 г., повествующей о принесении иконы из Царьграда, украшении ее золотым окладом и поставлении во владимирском Успенском соборе. На миниатюре изображена икона типа «Умиление» на трехчастной ручке-подставке; ей предстоят князь с боярами (слева) и 2 клирика с книгами в руках (справа). 2-я миниатюра (Л. 205 об.) сопровождает статью 1164 г. о победоносном походе кн. Андрея на волжских булгар. Изображение В. и. здесь еще более условное: лики Богоматери и Младенца Христа не соприкасаются; иконе молятся князь с боярами и воины. На 3-й миниатюре (Л. 222) показано явление кн. Всеволоду Юрьевичу и его дружине В. и. вместе с «градом» Владимиром на воздухе у Суздаля; икона напоминает изображение на 1-й миниатюре. В обобщенных, условных рисунках переданы лишь основные особенности чудотворной В. и.

Блгв. кн. Андрей Боголюбский увозит Владимирскую икону из Вышгорода. Миниатюра из Лицевого летописного свода. Лаптевский том. 70-е гг. XVI в. (РНБ F. IV. 233. Л. 100 об.)
Блгв. кн. Андрей Боголюбский увозит Владимирскую икону из Вышгорода. Миниатюра из Лицевого летописного свода. Лаптевский том. 70-е гг. XVI в. (РНБ F. IV. 233. Л. 100 об.)

Блгв. кн. Андрей Боголюбский увозит Владимирскую икону из Вышгорода. Миниатюра из Лицевого летописного свода. Лаптевский том. 70-е гг. XVI в. (РНБ F. IV. 233. Л. 100 об.)

В 70-х гг. XVI в. были созданы миниатюры к «Повести на сретение Владимирской иконы» в Лицевом летописном своде (Древний летописец. Т. 3. БАН. 30. 7. 31). Их выполнили иконописцы «макарьевской» мастерской Кремля. 115 миниатюр подробно иллюстрируют основные эпизоды повести. Изображения В. и. здесь более точные, но, как и на миниатюрах Радзивиловской летописи, левая рука Богоматери низко опущена, что отражает иконографию В. и. до ее поновления в 1514 г., а также ее списков XV в. На одних миниатюрах поля иконы выделены красной рамкой, на др.- рамка отсутствует (возможно, это связано с работой разных мастеров). На нек-рых миниатюрах показана ткань-пелена, подвешенная к нижнему краю иконы. На 1-м листе сказания (Л. 467) - изображение евангелиста Луки, пишущего В. и. и представляющего созданный им образ на благословение Пресв. Богородицы; под миниатюрой киноварью написано пространное название повести. На миниатюре «Моление кн. Андрея перед иконой Богоматери в монастыре в Вышгороде» В. и. стоит на престоле (столе) с зеленым покровом, а рядом с ней «на воздусе» - оглавные иконы Спасителя и свт. Николая с подвешенной к ним красной пеленой, ассоциирующиеся с иконами Успенского собора Кремля. Все изображения В. и. без оклада, только на миниатюре «Украшение иконы золотым окладом кн. Андреем» (Л. 478) на венце Богоматери показаны крупные камни, а на полях - дробницы; украшенная икона с подвесной пеленой стоит в киоте с килевидным верхом (в подобном киоте она стояла в Успенском соборе Кремля). Расположение миниатюр в основном соответствует тексту. Создавшие их мастера стремились как можно нагляднее передать содержание иллюстрируемых статей, используя традиц. иконографические образцы и западноевроп. гравюры. В лицевой повести впервые появляется изображение встречи В. и. 26 авг. 1395 г. (Л. 541). В соответствии с текстом на фоне горы («поля»), за к-рой виднеется крепостная стена города с главами храмов за ней, представлены 2 группы людей: справа - пришедшие из Владимира священнослужители держат на руках чудотворную икону; слева - к иконе подходит митр. Киприан с кадилом в руке, в митре, с нимбом, рядом с ним - кн. Владимир Андреевич и «прочии князи и княгини, бояре и боярыни». За ним - священники и монахи, несущие выносной крест, Нерукотворный образ Спасителя на древке, горящие кадильницы; вместе с ними шествуют певчие (отроки с книгой) и множество народа.

Иконы с изображением «Сретения Владимирской иконы Божией Матери»

Сретение Владимирской иконы Божией Матери. Икона. 2-я пол. XVI в. (ЦМиАР)
Сретение Владимирской иконы Божией Матери. Икона. 2-я пол. XVI в. (ЦМиАР)

Сретение Владимирской иконы Божией Матери. Икона. 2-я пол. XVI в. (ЦМиАР)
Самые ранние сохранившиеся до наст. времени иконы были созданы в XVI в. До этого времени храмовым образом Сретенского мон-ря, вероятно, была икона-список чудотворной В. и. Композиция самой ранней иконы (32´ 24 см; 2-я пол. XVI в., ЦМиАР) отличается лаконизмом и по своей схеме напоминает миниатюру лицевой повести к статье о проводах иконы из Владимира в Москву. Справа - выходящие из ворот города (Москва) люди, возглавляемые митрополитом и вел. князем. Изображение князя появляется здесь впервые, на миниатюре, точно следовавшей тексту повести, этого образа не было. Слева, на фоне горы, 2 священнослужителя держат на руках чудотворный образ.

В XVII в. подобные изображения, называемые «Сретение иконы Богоматери Владимирской», становятся многочисленными. Однако они представляют не столько встречу чудотворного образа 26 авг. 1395 г., сколько Большой крестный ход, совершавшийся в XVII в. в дни празднований чудотворным иконам - «Владимирской» и «Казанской»; эти изображения дополнены историческими подробностями, характерными для того времени. На иконе (сер.- 2-я пол. XVII в., ГТГ) из ц. свт. Алексия, митр. Московского, на фоне города и горы изображена многолюдная толпа, перед к-рой в левой части иконы возвышается В. и. с подвесной пеленой, а в правой - выделяются крупные фигуры с нимбами духовного владыки и светского правителя (митр. Киприана и вел. кн. Василия) во главе «большого крестного хождения». Как следует из устава, в Большой крестный ход из Кремля брали чудотворные иконы - В. и. из Успенского собора и «Одигитрию» из Вознесенского мон-ря. Обе святыни изображены на иконе: В. и. на первом плане (ей посвящено празднество), «Одигитрия» - на втором. В. и. изображена очень точно, левая рука Богоматери касается рукава Младенца Христа; изображение В. и. было украшено реальным серебряным окладом (не сохр.), показана подвешенная к ней пелена с Голгофским крестом.

Сретение Владимирской иконы Божией Матери с избранными святыми на полях. Икона. Сер. XVII в. (СИХМ)
Сретение Владимирской иконы Божией Матери с избранными святыми на полях. Икона. Сер. XVII в. (СИХМ)

Сретение Владимирской иконы Божией Матери с избранными святыми на полях. Икона. Сер. XVII в. (СИХМ)
На иконе сер. XVII в. (ИАХМНИ; надпись с названием утрачена), в левой части, на фоне горок, изображены священнослужители в белых одеждах, держащие на руках 2 одинаковые по размеру иконы с широкими красными полями - В. и. и «Одигитрию». Справа - митрополит, кадящий образы, и вел. князь с царским венцом на голове, оба с нимбами; за ними - выходящий из ворот города народ. На переднем плане, перед иконами, стоит отрок со свечой в руке. На иконе изображен один из моментов крестного хода, непосредственным свидетелем к-рого был иконописец, создавший образ. В «Сказании действенных чинов» нач. XVII в., излагающем устав Большого крестного хода, указано, что, выйдя из Успенского собора, крестный ход останавливался у Вознесенского мон-ря; архимандрит выходил с чудотворной «Одигитрией», ее встречали Патриарх и царь (икону кадили и прикладывались к ней).

На иконе сер. XVII в. из Сольвычегодска (СИХМ) представлен торжественный молебен, совершаемый перед В. и. В верхней части, справа от храма, на фоне горного пейзажа, видны утвержденные на древках Нерукотворный образ Спасителя и икона Богоматери «Знамение», их несут участники крестного хода. Изображение новгородской святыни на сольвычегодской иконе, возможно, восходит к образу, созданному в Вел. Новгороде в посл. четв. XVI в.- после того как древняя чудотворная икона, принесенная сюда из Москвы в 1572 г. вместе с государевым двором Иоанна IV, неоднократно участвовала в «крестном хождении» по городу вместе с новгородской иконой Богоматери «Знамение».

Храмовый образ Сретенской ц. XVII в. в суздальском мон-ре во имя свт. Василия Великого представляет иконографический вариант, соединяющий особенности изображений как встречи В. и., так и крестного хода с этой святыней. В отличие от икон «Сретение Владимирской иконы Божией Матери» митрополит и вел. князь изображены без нимбов. Создавший образ суздальский мастер не имел ясного представления об изображаемом историческом событии. Видимо, в его распоряжении были разные иконографические образцы, к-рые он использовал в соответствии со своими художественными представлениями.

Иконы с клеймами сказания о В. и.

В кон. XVI - 1-й пол. XVIII в. миниатюры «Повести на сретение Владимирской иконы» широко использовались для написания икон с клеймами сказания. Вероятно, 1-я икона со сказанием (115´ 84 см; ПГХГ) была создана в 80-х гг. XVI в. царским изографом Истомой Савиным по заказу Н. Г. Строганова для ц. Похвалы Пресв. Богородицы в Орле-городке (ныне пос. Орёл Пермской обл.) в память о победе в 1581 г. над сибир. татарами во главе с кн. Бехбелей-Ахтаном, пытавшимися завоевать и села Строгановых (Каменская Е. Ист. сюжет в клеймах иконы «Владимирская Богоматерь» Истомы Савина // [ГТГ]: Мат-лы и исслед. М., 1956. Вып. 1. С. 44-51). За образец были взяты иконы с клеймами из соборов Московского Кремля: «Богоматерь Владимирская, с праздниками» 1514 г. (из Успенского) и «Богоматерь Тихвинская, в раме со сказанием» 2-й пол. XVI в. (из Благовещенского). На иконе Истомы Савина вместо изображений праздников в 18 клеймах помещены иллюстрации к сказанию о В. и. Выбор сюжетов, повествующих о нашествии Темир-Аксака в 1395 г. и его изгнании, был определен заказчиком. Композиции клейм по образцу иконы 1514 г. из Успенского собора вписаны в 5-лопастные арочки с килевидными завершениями. Черный цвет фона в клеймах, возможно, также восходит к иконе 1514 г. с ее насыщенным бирюзовым цветом, к-рый под потемневшей олифой мог выглядеть как черный. На основе миниатюр повести иконописец создал варианты композиций. Изображения чудотворной В. и. в клеймах не выделены; внимание уделено фигурам победителя - вел. князя московского и побежденного - Темир-Аксака. Однако образ В. и. в среднике точно передает иконографию поновленной в 1514 г. святыни, а также ее драгоценный убор - жемчужный чепец и венцы с крупными драгоценными камнями, нарисованные красками.

Владимирская икона Божией Матери с 18 клеймами сказания на полях из ц. Похвалы Пресв. Богородицы Орла-городка. Истома Савин. 80-е гг. XVI в. (ПГХГ)
Владимирская икона Божией Матери с 18 клеймами сказания на полях из ц. Похвалы Пресв. Богородицы Орла-городка. Истома Савин. 80-е гг. XVI в. (ПГХГ)

Владимирская икона Божией Матери с 18 клеймами сказания на полях из ц. Похвалы Пресв. Богородицы Орла-городка. Истома Савин. 80-е гг. XVI в. (ПГХГ)

В 1-й трети XVII в. царскими мастерами был создан список В. и. (повторяет иконографию оригинала после поновления в 1514), вставленный в раму с 26 клеймами сказания (105´ 71 см - икона, 180´ 138 см - рама; ГММК), предназначенный для ц. Ризположения в Московском Кремле. В клеймах рамы подробно иллюстрированы основные сюжеты cказания от написания иконы евангелистом Лукой (клеймо 1) до благодарственного молебна (клеймо 26). Очевидная цель заказчика (вероятно, митрополита) и иконописцев - прославление древней святыни: образ В. и. помещен в 20 из 26 клейм. Изображение иконы в большинстве клейм крупное, с подвешенной к ней красной пеленой с Голгофским крестом. Составитель иконографической программы точно следовал тексту сказания XVI в., за основу брал миниатюры лицевой повести, но выбирал сюжеты, в к-рых представлено почитание святыни, и по-своему изображал их. В клейме 3 показано принесение иконы в дар кн. Юрию Долгорукому купцом Пирогощей из Царьграда - сюжет, возникший в XVI в. В композициях и деталях отражены впечатления иконописца от торжественных крестных ходов со святыней в дни ее празднований. На полях рамы напротив клейм расположены пространные пояснительные надписи из текста сказания.

В XVII в. создавали как отдельные рамы с клеймами сказания для старых и новых списков В. и., так и иконы с клеймами на полях. Иногда на них появлялись подробные «летописи». Так, в 1680 г. в Вел. Устюге иконописцем Афанасием Соколовым «по обещанию» устюжанина Ивана Малкова для ц. Введения в Архангельском мон-ре была выполнена икона-рама (125´ 99 см; ГТГ), в углубленном среднике (в нише) к-рой на золотом фоне помещена «летопись», сообщающая, что В. и. (была вставлена в нишу рамы, ныне утрачена) написана в 1562 г. в Москве, а чудеса (клейма сказания на раме) - в 1679-1680 гг. в Вел. Устюге. В 32 клеймах, расположенных в 2 ряда, изображены сюжеты сказания о В. и. (клеймо 1 - «Написание иконы евангелистом Лукой»; клеймо 32 - «Бегство Темир Аксака»). По сравнению с иконой из Кремля количество клейм увеличено благодаря нек-рым сюжетам из сказания XII в. (клеймо 3 - «Перенесение иконы из Константинополя на корабль»; клейма 14-15 - «Чудо о Золотых вратах» и др.), а также сюжетам, повествующим о Темир-Аксаке. Изображение В. и., как и в кремлевской иконе, занимает значительное место; в клейме 12 («Установление иконы в Успенском соборе Владимира») она показана рядом с храмовым образом «Успение Пресв. Богородицы», обе иконы с подвесными пеленами; в клейме 26 («Установление иконы в Успенском соборе в Москве») В. и. стоит в киоте с подвесной пеленой.

Среди лицевых иконописных сказаний о В. и. кон. XVII-XVIII в. имеются циклы, где проиллюстрированы все сюжеты сказания XVI в. На иконе (ЦМиАР, под записью) из Христорождественского собора г. Балахны Нижегородской губ., в к-ром был придел в честь В. и., 64 клейма сгруппированы по темам (исцеления, злодеяния Темир-Аксака и т. д.).Иконописец дал свои сюжетные и исторические дополнения, выступая в роли «соавтора» составителя сказания.

Владимирская икона Божией Матери с 26 клеймами сказания на полях из ц. Ризположения в Московском Кремле. 1-я треть XVII в. (ГММК)
Владимирская икона Божией Матери с 26 клеймами сказания на полях из ц. Ризположения в Московском Кремле. 1-я треть XVII в. (ГММК)

Владимирская икона Божией Матери с 26 клеймами сказания на полях из ц. Ризположения в Московском Кремле. 1-я треть XVII в. (ГММК)

В искусстве Ярославля XVII-XVIII вв. чтимые иконы Богоматери с клеймами сказаний о них были излюбленным видом иконописи. Среди раскрытых из-под записей имеются 2 В. и. со сказанием. Икона кон. XVII в. происходит из ц. Вознесения (153´ 117 см; ЯИАМЗ). В среднике с зеленовато-голубым облачным фоном изображена В. и.; на широких полях 14 крупных клейм с сюжетами сказания XII в. и 2 с изображениями евангелиста Луки, пишущего икону Богоматери и подносящего Ей образ для благословения (клейма 1, 2); в последнем клейме («Чудо о Золотых вратах») иллюстрируется деталь позднейшей редакции сказания: рухнувшая постройка (вместо упавших створ врат). На этой иконе, как и на большинстве др., отсутствуют иллюстрации чудесных исцелений, имеющие частный характер. В. и. в большинстве клейм изображена без пелены, стоящей «на воздусе», перед ней - резной подсвечник-поставец. Надписи, поясняющие сюжеты, помещены вверху клейм на золотом фоне.

Др. ярославская икона 1-й пол. XVIII в. происходит из ц. свт. Иоанна Златоуста в Коровниках (157´ 135 см; ЯИАМЗ). В среднике - В. и. в орнаментальной рамке; на широких полях - 18 клейм, иллюстрирующих сказания XII и XV вв. и одну повесть сер. XVI в. о «новых чудесах» В. и. Лицевое сказание на полях иконы открывается традиц. изображением евангелиста Луки, пишущего образ Богоматери и подносящего его для благословения. В последнем клейме изображены уходящие с В. и. из Кремля святители; перед ними - преподобные Сергий Радонежский и Варлаам Хутынский, умоляющие не покидать город. В левом верхнем углу этого клейма - обнаженная фигура Василия Блаженного, стоящего у закрытых дверей Успенского собора, внутри к-рого святители держат на руках В. и. В правом верхнем углу - др. свидетели этого чуда. Все композиции предельно уплотнены и перегружены натуралистическими изображениями, пространные надписи помещены на полях напротив клейм.

Икона кон. XVII - нач. XVIII в. Кирилла Уланова из Никольского мон-ря в Переславле-Залесском (103´ 83 см; ПЗИХМЗ) с 22 клеймами на раме интересна своими надписями к 10 сюжетам (помещены на боковых полях; др. клейма надписей не имеют), являющимися цитатами из сказания XVI в. На мн. клеймах представлены торжественные молебны и крестные ходы со святыней на фоне крепостных стен, напоминающих Московский Кремль. В. и. в большинстве клейм изображена с красным фоном, в нек-рых - с красной подвесной пеленой. В иллюстрациях тех сюжетов, где рассказывается об украшении иконы драгоценным окладом (клеймо 14) и его ограблении воинами Батыя (клеймо 17), а также в клеймах, представляющих торжественную встречу святыни и крестный ход в Москве (19, 21, 22), В. и. показана в золотом окладе. В XVIII в. подобные иконы писали по заказам вкладчиков для городских и сельских храмов; одна из них, происходящая из с. Локотцы Лихославльского р-на Тверской обл., хранится в ЦМиАР (под записью).

В. и. в настенных росписях XVI - 1-й пол. XVIII в.

Первое монументальное изображение В. и. появилось в наружной росписи над юж. порталом Успенского собора Московского Кремля, возникшей, по всей вероятности, после пожара 1547 г. В течение последующих столетий роспись многократно поновлялась, в посл. 10-летия XX в. была воссоздана. Образу Богоматери с Младенцем предстоят архангелы, ниже, между колонками аркатурного пояса, изображены Московские и Новгородские святители; ряд святителей продолжается на сев. фасаде храма. Главная идея этой композиции - покровительство Богоматери и рус. святых Успенскому собору и Москве. Эта роспись является изобразительной параллелью к сказаниям о «новейших чудесах» В. и. сер. XVI в.

Во 2-й пол. XVI в. В. и. как главная Богородичная икона Руси, равная по своему значению к-польской «Одигитрии», появляется в циклах росписей. В ц. Св. Троицы в Вязёмах близ Москвы кон. XVI в., на юж. стене жертвенника, представлена литургия в храме, за престолом к-рого показана В. и.

В нач.- 1-й пол. XVIII в. сюжеты сказания о В. и. стали излюбленной темой росписи ярославских церквей. По иконографии, композиции и художественным особенностям настенные изображения близки клеймам таких икон, как В. и. Кирилла Уланова. В росписи ц. свт. Николая Чудотворца в Меленках (1705-1707, худож. Ф. Фёдоров) во 2-м ярусе помещены 3 композиции из сказания о В. и.: «Сон Темир Аксака», «Проводы иконы из Владимира», «Встреча иконы в Москве». В ц. в честь Феодоровской иконы Божией Матери в цикл посвященных ей росписей (1715, художники Ф. Фёдоров и Ф. Игнатьев) включена композиция «Сон Темир Аксака» (юж. стена, 1-й ярус), главное содержание к-рой - покровительство Богородицы и рус. святых правосл. рус. воинству. Этот сюжет представлен также в нижнем ярусе росписи на зап. стене (на стыке с сев. стеной) ц. Благовещения на Волжской набережной, выполненной теми же мастерами (после 1709). В нижнем ярусе росписи на юж. стене этой церкви помещена 2-частная композиция с евангелистом Лукой, пишущим В. и. и передающим Богоматери образ для благословения; изображения сопровождают крупные, четкие надписи с текстом сказания об иконе Божией Матери «Одигитрия». На 2-й композиции на той же стене изображено моление перед В. и. в церкви во Влахернах (согласно надписи). В росписи ц. свт. Иоанна Златоуста в Коровниках (1732-1733, художники А. Сопляков и А. Иванов; прописи XIX в.) в 3-м снизу ярусе (на уровне окон) в 13 композициях представлены основные сюжеты сказания о В. и. Лицевое сказание начинается на юж. стене у алтарной преграды с изображений евангелиста Луки, пишущего икону Богоматери и показывающего Ей образ (2 композиции), продолжается на зап. и заканчивается на сев. стене у иконостаса («Крестный ход с Владимирской иконой»). Из лицевых сказаний о В. и. в настенных росписях этот цикл самый полный.

Некоторые списки В. и. XV-XVII вв.

В письменных источниках XII-XIV вв. нет сведений о создании списков чудотворной В. и., изображения ее также неизвестны. Первые сохранившиеся рус. иконы типа «Умиление», в к-рых отразились нек-рые иконографические черты В. и., датируются XIII в.: чудотворная Феодоровская икона Божией Матери, явленная, по преданию, в 1239 г., Белозерская икона Божией Матери 1-й трети XIII в. (ГРМ) и близкая к ним по иконографии икона «Умиление» («Страстная») из Димитриевского мон-ря г. Кашина сер. XIII в. На всех 3 иконах ноги Младенца Христа закрыты гиматием только до колен; на 2 последних имеются изображения ангелов в углах средника. Видимо, их заказчики и создатели знали чудотворную В. и., но история и художественные особенности 2 последних икон более связаны с древним Ростовом, чем с Владимиром; вероятно, они восходят к какой-то исчезнувшей святыне Ростовской земли. Первые точные копии-списки и иконы-пядницы с изображением В. и. появились после 1395 г.

В. и. из Успенского собора Владимира

(празд. 21 мая, 23 июня, 26 авг.) - древнейший чтимый список чудотворной иконы «в меру и подобие», создан, вероятно, прп. Андреем Рублёвым вскоре после поновления древней святыни в кон. XIV - нач. XV в. Первое историческое свидетельство о почитании этого списка относится к нач. XVI в. Согласно летописной повести «О иконах Владимирских», внесенной во мн. летописи XVI в. (ПСРЛ. Т. 8. Вып. 2. С. 261-262; Т. 21. С. 394-395), в 1518 г. из Владимира приносили в Москву на поновление иконы Христа Вседержителя и Божией Матери. Анисимов, сопоставляя летописные записи и др. исторические источники, отметил, что эта икона Божией Матери была списком чудотворной В. и. (Анисимов. 1995. С. 49). Принесенные из Владимира иконы поставили в Успенском соборе Московского Кремля. Повелением вел. кн. Василия III их реставрировали в палатах митр. Варлаама при его личном участии, и «рублевскую» икону крестным ходом, в к-ром участвовали вел. князь и митрополит, 15 сент. 1520 г. проводили во Владимир вместе с 3 новыми списками, сделанными, вероятно, с этого поновленного образа (ПСРЛ. Т. 31. С. 144).

В поздних сказаниях и народных преданиях, зафиксированных в лит-ре XIX в., отражены исторические события, связанные с созданием списков В. и., с почитанием их в Москве и во Владимире; они отождествляются с др. чтимыми в Москве образами Божией Матери. Автор рецензии на соч. «Сказание о чудотворной иконе Богоматери, именуемой Владимирской» (М., 1849) привел предание, известное ему из «некоторых древних прологов», в к-ром рассказывается о чудесном возникновении владимирского списка, «совершенно сходного по внешнему украшению и по письму» с древней святыней, оставленной в Москве после чудесного спасения от нашествия Темир-Аксака в 1395 г. (Москвитянин. 1849. Кн. 7. Разд.: Критика и библиогр. С. 41). В др. предании, восходящем якобы к Книге степенной царского родословия, с владимирским списком соотнесено сказание XIV в. об иконе Богородицы, написанной митр. Петром в бытность его игуменом в Ратском мон-ре на Волыни (Доброхотов В. И. Памятники древности во Владимире-Кляземском. М., 1849. С. 71; Поселянин. Богоматерь. С. 316), почитавшейся в Успенском соборе Московского Кремля. Зафиксированные исторические сведения о чудесах В. и. из Владимира немногочисленны и относятся к нач. XVIII в. В 1708 г. тяжелобольной стольник Григорий Андреевич Племянников получил исцеление по молитве перед иконой, принесенной в его дом, и в благодарность сделал во владимирский Успенский собор значительный вклад.

Владимирская икона Божией Матери из Успенского собора Владимира. Прп. Андрей Рублев (?). Между 1395 и 1406 гг. (ГВСМЗ)
Владимирская икона Божией Матери из Успенского собора Владимира. Прп. Андрей Рублев (?). Между 1395 и 1406 гг. (ГВСМЗ)

Владимирская икона Божией Матери из Успенского собора Владимира. Прп. Андрей Рублев (?). Между 1395 и 1406 гг. (ГВСМЗ)

Свидетельством почитания иконы являлся и ее драгоценный убор. Охряные фон и нимбы предназначались под оклад. Древний несохранившийся убор в период реставрации иконы в Москве в 1518-1519 гг., вероятно, был обновлен и дополнен или полностью заменен. Первые исторические свидетельства об окладе и пеленах содержатся в описи владимирского Успенского собора 1693 г., сверенной с описью 1683 г. В этом документе икона названа чудотворной, сообщается о ее новой реставрации в Москве в 1684/85 г. Она была в серебряном золоченом чеканном окладе, с венцом и коруной, украшенными драгоценными камнями и жемчугом; на полях - 18 серебряных золоченых «литых» дробниц с черневыми изображениями святых. У иконы было 5 пелен: 2 лицевые - с изображением В. и. (одна из них с предстоящими прп. Алексием, человеком Божиим, и прп. Марией Египетской - соименными святыми царя Алексея Михайловича и царицы Марии Ильиничны Милославской), к лицевым пеленам были пришиты простые пелены с шитыми Голгофскими крестами; 3 др.- бархатные и атласные, с шитыми Голгофскими крестами, богато украшенные. Икона стояла в киоте по левую сторону от царских врат. В 60-х гг. XVIII в. по распоряжению Владимирского еп. Павла, духовника имп. Екатерины II, все древние вещи Успенского собора были изъяты. В 1767 г. из снятого с них жемчуга и старого драгоценного убора В. и. к ней сделали новые жемчужные ризу и пелену; икону поместили в новый киот. В XIX в. в уборе иконы появились дополнения. Как следует из описи 1896 г., помимо драгоценных украшений, пожертвованных московскими и владимирскими купцами, на иконе находились приложенная бывш. редактором губернских ведомостей В. И. Доброхотовым звездочка с бриллиантами и сапфиром от перстня, пожалованного ему имп. Николаем I за описание владимирских древностей; бриллиантовый перстень с «червчатым камнем» директора владимирской гимназии И. Ф. Дмитриевского, полученный им от имп. Александра I за первую книгу по истории г. Владимира: «О начале Владимира что на Клязьме...» (СПб., 1802). В 1894 г. «трудами и усердием» московской «купеческой вдовы А. А. Шишкиной» жемчужная риза была обновлена.

В 1918 г. по предложению духовенства владимирского Успенского собора икона была раскрыта из-под записей в Комиссии по реставрации и сохранению древней живописи Г. О. Чириковым, Ф. А. Модоровым и И. А. Барановым. При реставрации была обнаружена «тонкая прописка» XVI в. (1518?). На отреставрированную икону вновь надели ризу и поставили ее в киот на прежнее место, т. к. в соборе продолжалось богослужение. В 1923 г. она была передана в образованный в 1921 г. Владимирский губ. музей. В 1935-1937 гг. снятый с иконы оклад был сдан в Госфонд. В наст. время икона находится в экспозиции ГВСМЗ (в здании бывш. Присутственных мест).

Икона (101´ 69 см) сделана в размер древнего оригинала с надставленными полями, но отличается пирамидальным очертанием силуэтов фигур и низким расположением левой руки Богоматери. Несоответствие композиций икон исследователи объясняли творческим решением мастера (Грабарь И. Э. В поисках древнерус. живописи // Он же. О древнерус. искусстве. М., 1966. С. 42-43; Маркина. 1983; Смирнова Э. С. Московская икона XIV-XVII вв. Л., 1988. С. 26). Было высказано также мнение, что владимирский список (и др. списки XV в.) передавал новый облик древней В. и., возникший после ее поновления (Гусева. 1984. С. 53-58). Это мнение находит нек-рое подтверждение в реставрационных материалах 1918-1919 гг. Отмеченные реставраторами и Анисимовым композиционные и художественные особенности поновленной в кон. XIV - нач. XV в. древней В. и. из Успенского собора Московского Кремля во многом напоминали особенности владимирского списка. Цветовое решение отличается сдержанностью, мягким гармоничным соотношением красочных поверхностей, отсутствием резких светотеневых контрастов и активных высветлений. Такая трактовка образа, вероятно, связана с воспроизведением живописных особенностей поновленного чудотворного оригинала. Композиции иконы свойственны черты, характерные для произведений прп. Андрея Рублёва (гармония, ритмическая согласованность плавных, круглящихся линий, пирамидальность силуэта). Владимирский список от др. воспроизведений В. и. отличается положением обеих ступней ног Младенца Христа, изображенных на одном уровне, что усиливает впечатление легкости его фигуры и еще более сближает этот список с творениями прп. Андрея Рублёва. И. Э. Грабарь первым отнес икону к работам этого мастера. Вслед за ним и др. исследователи видели в иконе произведение либо прп. Андрея Рублёва, либо близкого ему по стилю мастера. Большинство исследователей датируют икону 1408-1410 гг. и связывают ее возникновение с созданием росписей и иконостаса владимирского Успенского собора преподобными Андреем Рублёвым и Даниилом Чёрным. Однако исторические события, связанные с древней В. и., позволяют отнести создание владимирского списка к периоду деятельности митр. Киприана и датировать его между 1395 и 1406 гг. При одном из поновлений иконы (в XVIII-XIX вв.) на обороте появилось изображение Престола уготованного с орудиями Страстей, подобное изображению на древней святыне.

Из Успенского собора Московского Кремля

Владимирская икона Божией Матери из Успенского собора Московского Кремля. 1-я четв. XV в. (ГММК)
Владимирская икона Божией Матери из Успенского собора Московского Кремля. 1-я четв. XV в. (ГММК)

Владимирская икона Божией Матери из Успенского собора Московского Кремля. 1-я четв. XV в. (ГММК)
происходят 2 иконы-наместницы. Одна была создана в 1-й четв. XV в. (Лазарев В. Н. Моск. школа иконописи. М., 1979. С. 28; Маркина. 1983; Щенникова Л. А. Две иконы-наместницы чудотворного «Владимирского» образа Богоматери в Успенском соборе Моск. Кремля // РЧ, 8-е. [Вып.:] Церк. древности. М., 2001. С. 192-203; В. И. Антонова и И. А. Кочетков датируют ее 1395 г.: Антонова В. И. Раннее произведение Андрея Рублева в Моск. Кремле // Культура Др. Руси. М., 1966. С. 21-26; Кочетков И. А. Древние копии иконы «Богоматерь Владимирская» // ДРВМ. 2003. № 3 (13). С. 44-62). Видимо, она предназначалась для старого золотого оклада (с Деисусом на верхнем поле) чудотворной В. и., замененного митр. Фотием новым золотым окладом (с праздниками на полях). По размерам доски (101´ 69 см) и композиции она близка к оригиналу, реставрированному в кон. XIV - нач. XV в. Младенец Христос обнимает Мать за шею, кисть его руки выступает из-под мафория у шеи Богоматери, между склоненными ликами видны край синего чепца Марии и золотистая ткань рукава хитона Христа. Композиционные особенности этого списка - пирамидальность силуэта, увеличенные головы Младенца и Богоматери, низко опущенная Ее левая рука, расположенная почти на одном уровне с правой,- вероятно, отражают облик поновленной святыни. В иконе нет ярких, звучных красок; мастер стремился усилить внешнее сходство с оригиналом. В XV в. эта икона была наместницей чудотворной В. и.: в периоды ее отсутствия в соборе, а также, возможно, в крестных ходах.

Золотой оклад состоит из закрывающих верхнее поле пластин с чеканными фигурами ростового Деисуса, басменного венца с 5 крупными рельефными золотыми накладками, а также из пластин басмы, разных по размеру и узору, на фоне средника и на полях (Бобровницкая И. А. Золотой оклад с деисусным чином иконы «Богоматерь Владимирская» // Успенский собор Моск. Кремля: Мат-лы и исслед. М., 1985. С. 215-234). Пластины с Деисусом, вероятно, остались от оклада времени митр. Киприана (Рындина А. В. К истории реставрации окладов иконы «Богоматерь Владимирская» в XV в. // ДРИ. СПб., 1997. [Вып.:] Исслед. и атрибуции. С. 136-148), по своей типологии повторявшего предшествующие оклады святыни. Этот оклад, дополненный новыми пластинами басмы и прикладом, сохранялся на иконе в XV-XIX вв. В описях Успенского собора XVII в. икона определяется как «Умиление»; она помещалась в киоте на амвоне, против царских врат (Описи Успенского собора. Стб. 309-311, 423-425. Примеч. 1). В описи 1701 г. икона впервые имеет название «Владимирская», она находилась в алтаре - в центре иконостаса, устроенного по стенам вокруг жертвенника (Там же. Стб. 673). В 1-й пол. XIX в. икону перенесли в Петропавловский придел. И. М. Снегирёв назвал эту икону «запасной» (Снегирев И. М. Памятники Моск. древности с присовокуплением очерка монументальной истории Москвы. М., 1842-1845. С. 17), ошибочно отождествив ее со списком 1514 г., в XVII в. заменявшим древнюю святыню в крестных ходах (это неверное название повторяется до наст. времени). В 1905 г. была сделана новая серебряная риза; старый золотой оклад монтирован на доску и перенесен в соборную ризницу. В 1920 г. золотой оклад из Патриаршей ризницы передан в Оружейную палату. В том же году икона была реставрирована Е. И. Брягиным. В наст. время находится в Успенском соборе Московского Кремля.

Владимирская икона Божией Матери из Успенского собора Московского Кремля. Ок. 1514 г. (ГММК)
Владимирская икона Божией Матери из Успенского собора Московского Кремля. Ок. 1514 г. (ГММК)

Владимирская икона Божией Матери из Успенского собора Московского Кремля. Ок. 1514 г. (ГММК)

Вторая икона, список «в меру и подобие», появилась либо в период реставрации В. и. в 1514 г., либо вскоре после этого. Она была написана как новая наместница древней святыни и точно повторяет поновленный древний образ (вероятно, была использована прорись). Для воссоздания в списке облика оригинала в ее золотом окладе с двунадесятыми праздниками на полях списка также поместили эти изображения, выполненные красками, между праздниками - образы вселенских и рус. святителей, указывающие на принадлежность иконы митрополичьему собору. На обороте иконы, так же как на древнем оригинале, изображен престол с орудиями Страстей (красочный слой XVII в.?). Иконографическая программа могла быть составлена митр. Варлаамом; ее автором, возможно, был один из мастеров, создававших в 1513-1514 гг. росписи Успенского собора. Согласно описям XVII в., на иконе был серебряный сканый оклад. В описи нач. XVII в. сказано, что на окладе имелась «подпись» митр. Симона (Описи Успенского собора. Стб. 309-310). В этом сообщении содержится ошибка; переписчик не разобрал надпись (в описи не воспроизведена), в к-рой, вероятно, было указано имя митр. Варлаама, архим. Симонова мон-ря. В 1-й пол. XVII в. икона помещалась в киоте на амвоне, против царских врат, рядом с образом «Умиление» («Владимирская») в золотом окладе; во 2-й пол. XVII в. ее перенесли в Петропавловский придел. Этот образ носили в плохую погоду в крестных ходах вместо древней чудотворной иконы. В 1917-1925 гг. икона была раскрыта из-под записей. В наст. время находится в Успенском соборе в киоте, с левой стороны от царских врат (на том месте, где до 1917 стояла чудотворная В. и.).

В. и. в Благовещенском и Успенском соборах Московского Кремля

Владимирская икона Божией Матери из Благовещенского собора Московского Кремля. Нач. XVI в. (ГММК)
Владимирская икона Божией Матери из Благовещенского собора Московского Кремля. Нач. XVI в. (ГММК)

Владимирская икона Божией Матери из Благовещенского собора Московского Кремля. Нач. XVI в. (ГММК)
В придворном царском храме Благовещения в пядничном ряду иконостаса, сформированном в XVII в., были собраны богато украшенные небольшие иконы-пядницы, принесенные сюда из Образной палаты (хранилища икон) и Казны; многие из них принадлежали предкам царей, являлись древними святынями. Согласно описи 1680 (1634) г., количество В. и. (9) намного превосходило число др. Богородичных образов пядничного ряда. При этом 2 иконы имели сплошные золотые оклады, у 3 золотыми были либо венцы и убрусы, либо цаты; у 7 имелись подвесные пелены. 4 иконы-пядницы находились в алтаре; выносной запрестольной иконой придела свт. Василия Кесарийского была В. и. с образом свт. Николая Чудотворца на обороте. Среди икон Благовещенского собора сохранилась самая почитаемая в XVI-XVII вв., имевшая золотой оклад «большая пядница» (40´ 33 см; раскрыта из-под записей в 1973-1978). По своим художественным особенностям икона принадлежит к произведениям нач. XVI в. Ее иконография имеет существенные отличия от чудотворного оригинала и списков из Успенских соборов Владимира и Московского Кремля: изображена только одна рука Младенца Христа, другая, к-рой Он обнимает Мать за шею, не показана; между склоненными ликами и плечом Младенца видна золотая кайма мафория. Видимо, икона-пядница - список с чтимой В. и., находившейся в Благовещенском соборе до пожара 1547 г. Этот несохранившийся образ повторял чудотворную В. и. неточно, что могло произойти в результате воспроизведения древнего оригинала в драгоценном уборе, под к-рым была скрыта кисть руки Младенца. «Большая пядница» могла быть списком с него для домашней молельни вел. князя, она входит в группу аналогичных по иконографии икон, самые ранние из к-рых датируются 1-й четв. XV в.

В пядничном ряду иконостаса Успенского собора, представлявшем собой собрание однотипных образов святых в недорогих окладах, не было ни одной В. и. В жертвеннике собора находились 3 иконы-пядницы. Одна из них - в серебряном басменном окладе, 2-я - в медном, согласно описи 1609-1611 гг., «писма митрополита Симона» (Описи Успенского собора. Стб. 328), возможно, это была его келейная икона; в последних описях она не упоминается. 3-я икона, в богатом драгоценном уборе, с 2 лицевыми пеленами, помещалась в киоте с затворами. В описи 1609-1611 гг. она названа «Владимирская Дымцовская» (происхождение названия не установлено) и указано имя вкладчика - кн. Димитрий Овчинин (воевода Иоанна IV). В описи 1701 г. отмечено, что на полях иконы были образы святых в рост: мч. Поликарпа Александрийского и Московских святителей Петра, Алексия, Ионы. Икона была создана между 1554 и 1577 гг. Ее иконографические аналоги - иконы этого извода со святыми на полях, выполненные во 2-й пол. XVI в.

В. и. в Троице-Сергиевом мон-ре

Первые В. и. появились в мон-ре в тот период, когда были созданы списки святыни для Успенских соборов Владимира и Московского Кремля; они воспроизводят не чудотворный оригинал, а его списки кон. XIV - 1-й четв. XV в. (Щенникова Л. А. Иконы Богоматери «Владимирской» в Троице-Сергиевом мон-ре и их отношение к первым чтимым спискам чудотворного образа // ИХМ. 2002. Вып. 6. С. 123-145). Большие иконы выполнялись специально для мон-ря, маленькие являются вкладными и келейными троицких иноков.

Владимирская икона Божией Матери из Троице-Сергиева мон-ря. Вклад боярина М. В. Образцова. 1-я треть XV в. (СПГИАХМЗ)
Владимирская икона Божией Матери из Троице-Сергиева мон-ря. Вклад боярина М. В. Образцова. 1-я треть XV в. (СПГИАХМЗ)

Владимирская икона Божией Матери из Троице-Сергиева мон-ря. Вклад боярина М. В. Образцова. 1-я треть XV в. (СПГИАХМЗ)

Икона 1-й четв. XV в. (87´ 62 см; ГТГ) с ростовым изображением прп. Сергия Радонежского на левом поле (осталась только трудноразличимая графья), происходящая, вероятно, из Троицкого собора и впосл. переданная на подворье мон-ря в Москве (Гусева. 1984. С. 58), по своей иконографии принадлежит к тем изображениям В. и., на к-рых кисть руки Младенца на шее Матери не показана. Эта икона - одно из самых ранних воспроизведений несохранившегося списка, находившегося, вероятно, в Благовещенском соборе Кремля. К данному иконографическому варианту относятся и 2 иконы-пядницы, созданные в тот же период. Происхождение 1-й (29´ 18 см, правое поле утрачено; из собр. В. А. Прохорова, ГРМ), наиболее близкой к иконе из Троицкого собора, неизвестно. 2-я (32´ 24 см; ГИМ), в первоначальном серебряном окладе, находилась в киржачском Благовещенском мон-ре (Опись 1917 - Гос. архив Владимирской обл. Ф. № 556. Оп. 1. Д. 5040. Л. 8. № 79), связанном с Троице-Сергиевым мон-рем. К ним примыкает икона 1-й трети XV в. (34´ 27 см; СПГИАХМЗ), в серебряном окладе с Деисусом и святителями на полях, с золотой цатой, вложенная в мон-рь боярином М. В. Образцовым (воевода Иоанна III). Ее отличительная особенность - изображение поверх мафория пальцев Младенца Христа, обнимающего Мать. В Троице-Сергиевом мон-ре имелось еще неск. икон-пядниц XVI в., аналогичных по иконографии иконам из ГРМ и ГИМ.

Большое количество икон-пядниц, вложенных в Троице-Сергиев мон-рь, показывает, что в XV - 1-й пол. XVI в. воспроизводилась иконография 3 ранних чтимых списков В. и.: из Успенского собора во Владимире; из Успенского собора Московского Кремля; несохранившегося списка из Благовещенского собора (?). Возможно, в среде иконописцев были распространены соответствующие образцы, восходившие к прорисям, сделанным с этих списков. Им свойственна одна общая черта - левая рука Богоматери опущена, приближена к колену Младенца. Во 2-й пол. XVI-XVII в. повторялась в основном иконография поновленной в 1514 г. чудотворной В. и. (левая рука Богоматери поднята, пальцы либо приближены к рукаву одежды Младенца, либо касаются его, в нек-рых иконах заходят на рукав). Возможно, это было связано с созданием новой прориси древней святыни при поновлении ее в 1566/67 г. митр. Афанасием. Сокращенные варианты изображений В. и. (погрудные) также отражают иконографию 3 ранних списков. В лит-ре XIX-XX вв. (Поселянин. Богоматерь. Ч. 1. С. 334-335; Гусева. 1995. С. 76-79) подобные изображения называются Игоревской иконой Божией Матери, т. к. имеют сходство с почитавшейся в Успенском соборе Киево-Печерской лавры легендарной «келейной иконой» блгв. вел. кн. Игоря Ольговича (согласно резной надписи на поздней серебряной ризе этой иконы). Однако имеющиеся иконы относятся к XVI в. (Там же. Кат. № 12. С. 104-105; Кат. № 14. С. 107), когда, вероятно, и появились первые сокращенные изображения В. и.; к этому же времени относилась и несохранившаяся «келейная икона» блгв. вел. кн. Игоря.

В. и. в монастырях Суздаля

Владимирская икона Божией Матери с клеймами Акафиста на полях из Спасо-Евфимиева мон-ря в Суздале. Посл. треть XVI в. (ГВСМЗ)
Владимирская икона Божией Матери с клеймами Акафиста на полях из Спасо-Евфимиева мон-ря в Суздале. Посл. треть XVI в. (ГВСМЗ)

Владимирская икона Божией Матери с клеймами Акафиста на полях из Спасо-Евфимиева мон-ря в Суздале. Посл. треть XVI в. (ГВСМЗ)
В XV-XVII вв. в Покровском жен. и Спасо-Евфимиевом муж. мон-рях находились выполненные по заказам знатных особ, а также вложенные родовитыми пострижениками и их «сродниками» многочисленные иконы Богоматери, среди к-рых были богато украшенные В. и. Сохранившиеся иконы ныне находятся в музеях России (Щенникова Л. А. Иконы Богоматери «Владимирской» в мон-рях г. Суздаля // ИХМ. 2003. Вып. 7. С. 155-177). В. и. (96´ 69 см, реставрирована в 1976, Золотая кладовая ГВСМЗ), в серебряном окладе с праздниками на полях, с изображением Престола с орудиями Страстей на обороте, является одним из точных списков поновленного в 1514 г. чудотворного оригинала (вероятно, была использована прорись). В описи Покровского мон-ря 1597 г. «Владимирской» названа только эта икона. В ней повторен тот же тип лика Богоматери, что и на древней иконе, точно передано созерцательно-скорбное выражение глаз. Икона была создана вскоре после 1514 г., вероятно по заказу вел. кн. Василия III и его супруги Соломонии Сабуровой. Сохранившиеся иконы-пядницы XV-XVI вв., так же как и вкладные иконы Троице-Сергиева мон-ря, воспроизводят иконографические особенности 3 чтимых списков древней святыни. Они отличаются высокими художественными достоинствами, частично или полностью сохранился их драгоценный убор (одна из них в окладе сер. XVI в. находится в Оружейной палате ГММК). В Спасо-Евфимиевом мон-ре почиталась редкая по иконографии (единственная из сохр.) В. и. с клеймами Акафиста Богородицы на полях, в драгоценном уборе, созданная в посл. трети XVI в. по заказу «думного дворянина», опричника Иоанна IV Дементия (Деменши) Ивановича Черемисинова, ближайший аналог образу Богоматери - Волоколамская икона Божией Матери 1572 г. (см. разд. наст. ст. «В. и. в Иосифо-Волоколамском монастыре»). Согласно описи Спасо-Евфимиева мон-ря 1660 г., у иконы были 2 пелены: праздничная, с образом Богородицы, и повседневная, с крестом; икона помещалась в обложенном серебром с черневыми изображениями Св. Троицы и Деисуса киоте, на к-ром также были живописные образы святых и праздники. В период реставрации иконы в 1971-1983 гг. оклад был снят и перенесен на отдельную доску (икона и оклад находятся в экспозиции Золотой кладовой ГВСМЗ).

В. и. в монастырях Москвы

Списки чудотворной В. и. появились в древних московских мон-рях, вероятно, вскоре после создания икон-наместниц для Успенских соборов Владимира и Московского Кремля. В. и. XV-XVI вв., происходившие из московского в честь Сретения Владимирской иконы Божией Матери мон-ря, к-рый был основан на месте встречи святыни в 1395 г., не сохранились. Первая из них, видимо, напоминала список кон. XIV - нач. XV в. из Успенского собора Владимира. В Симоновом Новом мон-ре также находились иконы, близкие по иконографии к первым точным спискам В. и. Из этого мон-ря происходит В. и. (138´ 104 см; с поздними надставками; ныне в ГТГ), иконография и композиция к-рой повторяют список из Успенского собора Владимира (Антонова, Мнева. Каталог. Т. 2. № 572. С. 174). В. И. Антонова датировала икону 1-й пол. XVI в., Э. К. Гусева - нач. XVI в., приписав ее мастеру «круга Дионисия» (Гусева. 1995. Кат. № 8. С. 100). Появление этой иконы следует связывать с поновлением в 1518 г. икон из владимирского Успенского собора, когда, вероятно, по заказу митр. Варлаама (либо им самим) был создан также список для Симонова мон-ря (Щенникова Л. А. Почитание чудотворной Владимирской иконы Богоматери в эпоху Дионисия и его последователей // Ферапонтовский сб. М.; Ферапонтово, 2002. Вып. 6. С. 151-166). Варлаам был поставлен во митрополита из архимандритов этого мон-ря; сюда он возвратился в 1521 г., оставив кафедру.

Владимирская икона Божией Матери из Симонова Нового мон-ря в Москве Нач. XVI в. (ГТГ)
Владимирская икона Божией Матери из Симонова Нового мон-ря в Москве Нач. XVI в. (ГТГ)

Владимирская икона Божией Матери из Симонова Нового мон-ря в Москве Нач. XVI в. (ГТГ)

В Новодевичьем мон-ре среди сотен Богородичных образов имелось неск. десятков списков В. и. До 1917 г. здесь почиталась В. и., напоминавшая древнюю святыню не только иконографией, но и драгоценным убором (80-е гг. XVI в.; находится в местном ряду иконостаса Смоленского собора Новодевичьего мон-ря, у сев. алтарных врат). На широких полях ее оклада помещены 12 килевидных дробниц с двунадесятыми праздниками; на одной из дробниц (вместо Сошествия Св. Духа) представлены св. Феодор Стратилат и вмц. Ирина - соименные святые царя Феодора Иоанновича (1584-1598) и царицы Ирины Феодоровны, в 1598 г. постриженной в Новодевичий мон-рь с именем Александра († 26 окт. 1609). Это, несомненно, царский вклад. Самая драгоценная икона-пядница (31,5´ 27,5 см; кон. XVI в., Оружейная палата ГММК), отмеченная в описи 1860 г., была передана в Оружейную палату. На широких полях иконы - золотой оклад с черневыми изображениями двунадесятых праздников в килевидных дробницах; драгоценная корона с камнями и жемчугом; на обороте - изображение Голгофского креста с орудиями Страстей. Эта икона, точно повторяющая древний чудотворный образ не только по иконографии, но и по структуре драгоценного убора, либо могла быть вкладом царя Бориса Годунова, умоленного «взойти на престол» благодаря крестному ходу в Новодевичий мон-рь с чудотворной В. и., либо принадлежала его сестре царице-инокине Александре.

В др. мон-рях Москвы в XVI в. также находились списки прославленной святыни, но к.-л. сведений о них в наст. время не имеется.

В. и. в Вологде

Владимирская икона Божией Матери из ц. в честь Владимирской иконы Божией Матери в Вологде. 20-е гг. XVI в. (ВГИАХМЗ)
Владимирская икона Божией Матери из ц. в честь Владимирской иконы Божией Матери в Вологде. 20-е гг. XVI в. (ВГИАХМЗ)

Владимирская икона Божией Матери из ц. в честь Владимирской иконы Божией Матери в Вологде. 20-е гг. XVI в. (ВГИАХМЗ)
В церквах Вологды имелось неск. чтимых В. и. (Щенникова Л. А. Иконы Богоматери «Владимирской» в храмах г. Вологды // ИХМ. 2004. Вып. 8. С. 152-161). Из ц. в честь Владимирской иконы Божией Матери происходят 2 иконы, переданные после закрытия храма в ВГИАХМЗ. Одна - храмовый образ (130´ 87 см, боковые поля стесаны), созданный, видимо, вологодским мастером, ориентировавшимся на привезенные из Москвы образцы (иконы-пядницы). В иконографии и композиции совмещены особенности списка кон. XIV - нач. XV в. из Владимира, поновленного в 1518-1519 гг. (между склоненными ликами Богородицы и Младенца Христа виден золотистый цвет рукава Его хитона), и древней чудотворной иконы, поновленной в 1514 г. (левая рука Богоматери поднята, пальцы приближены к рукаву Младенца). Авторская живопись на правой руке Христа и поднятой руке Богородицы не сохранилась; возможно, первоначально рука была изображена немного ниже. Заказчиками иконы могли быть либо кн. Василий III и его супруга Елена Глинская, молившие Богородицу о чадородии, либо митр. Варлаам, в 1520 г. поставивший в Вологду еп. Пимена (Ходыкина). Ближайший аналог - В. и. из Симонова мон-ря.

Владимирская икона Божией Матери. Праздники из ц. в честь Владимирской иконы Божией Матери в Вологде. 1549 г. (ВГИАХМЗ)
Владимирская икона Божией Матери. Праздники из ц. в честь Владимирской иконы Божией Матери в Вологде. 1549 г. (ВГИАХМЗ)

Владимирская икона Божией Матери. Праздники из ц. в честь Владимирской иконы Божией Матери в Вологде. 1549 г. (ВГИАХМЗ)

Др. В. и. из этой церкви была создана (согласно первоначальной вкладной надписи на нижнем поле) в 1549 г., при царе Иоанне IV, митр. Макарии и еп. Пермском и Вологодском Киприане (см. в кн.: Чириков М. О. Храмовая икона Владимирской церкви г. Вологды и ее реставрация. М., 1908). Изображение В. и. является средником монументального образа, на к-ром представлены праздники (Рождество Христово, Крещение, Воскресение-Сошествие во ад; Св. Троица, Жены-мироносицы у гроба Господня, Благовещение, Рождество Богородицы, Покров Богородицы), помещенные в клейма, равные по своей величине среднику. Изображение В. и., выделенное широкой красной рамкой, передает обобщенный образ чудотворного оригинала и его чтимых списков. Младенец обнимает Мать за шею (между ликами виден золотистый цвет одежды Христа), однако кисть Его руки не показана. Левая рука Богоматери опущена, пальцы касаются и колена Младенца, и Его рукава. По своим художественным и технико-технологическим особенностям икона является произведением «сформировавшейся вологодской иконописной школы» (Рыбаков А. Вологодская икона. М., 1995. Кат. № 60/61). В 1907 г. образ был расчищен из-под записей иконописцами-реставраторами братьями М. О. и Г. О. Чириковыми, оставившими на поземе клейма «Жены-мироносицы» надпись о своей работе и опубликовавшими икону. Они полагали, что икона была сооружена усердием мира», поскольку в надписи 1549 г. сообщается о написании ее «в дом Пречистой к Володимерской всемирная». А. А. Рыбаков предположил, что выбор праздников и необычно крупный размер клейм обусловлены заказом «близлежащих одноименных (праздникам.- Л. Щ.) приходов». Однако о существовании этих приходов ничего неизвестно. Более вероятно, что подобное соотношение клейм и средника прямо связаны с идейной программой иконы - прославлением В. и. в Вологде как «всемирной» святыни в одном ряду с важнейшими праздниками, посвященными Христу и Богородице. Замысел подобного прославления мог быть санкционирован царем и митр. Макарием, в 1547 г. рукоположившим еп. Киприана. Образ В. и. в среднике заменяет собой изображение праздника Сретения святыни, к-рый в вологодской иконе приравнивается по своему значению к важнейшим праздникам церковного года. Нек-рым аналогом иконе является произведение Дионисия Гринкова 1567/68 г. (ВГИАХМЗ); здесь сюжет «Сретение Владимирской иконы Божией Матери» также помещен среди избранных праздников.

В. и. в Ростове и Ярославле

Владимирская икона Божией Матери из ц. Богоявления в с. Уславцеве Ростовского у. Сер. XVI в. (ГМЗРК)
Владимирская икона Божией Матери из ц. Богоявления в с. Уславцеве Ростовского у. Сер. XVI в. (ГМЗРК)

Владимирская икона Божией Матери из ц. Богоявления в с. Уславцеве Ростовского у. Сер. XVI в. (ГМЗРК)
В собрании ГМЗРК имеется более 20 икон Божией Матери «Владимирская», происходящих из храмов Ростова и его окрестностей. 7 могут быть датированы XVI в., 3 из них раскрыты из-под записей и опубликованы. Самая древняя - запрестольный образ из ц. Бориса и Глеба, находившейся близ Успенского собора на княжеском дворе (68´ 43 см; на обороте - св. князья Борис, Владимир и Глеб; 1-я четв. XVI в.). По иконографии она повторяет те списки чудотворной В. и., в к-рых левая рука Младенца Христа не видна. 2-я икона - большой местный образ, вывезенный из ц. вмч. Георгия в с. Шугорь Ростовского у. (113´ 81 см; приобретен у иконописца-коллекционера М. И. Тюлина, 1-я пол. XVI в.). Младенец обнимает Мать за шею, Ее левая рука опущена и приближена к колену Сына, как на списках нач. XV в.; главная иконографическая особенность - полуфигуры архангелов Михаила и Гавриила в верхних углах иконы. На 3-й иконе (106´ 73 см; 1-я пол.- сер. XVI в., происхождение не установлено) вверху также изображены архангелы; между ними, над нимбом Богородицы,- Преображение; вдоль узких боковых полей - образы святых в рост. Изображение Божией Матери с Младенцем иконографически близко образам на иконе из собрания Тюлина. Образы архангелов имеются на неск. ростовских иконах «Умиление», древнейшая из к-рых - Белозерская икона Божией Матери (1-я пол. XIII в.). В кон. XV - нач. XVI в., вероятно при архиеп. Вассиане (Рыло), в Ростове был создан список В. и. с архангелами. В этот период здесь были известны оба иконографических варианта, один из к-рых восходит к иконам-наместницам, а 2-й - к списку из Благовещенского собора Московского Кремля. Ростовские образы В. и. XVI в., отличающиеся высоким художественным качеством и строгой иконографической программой, могли иметь свою историю почитания и сказания, но они не зафиксированы в сохранившихся письменных источниках и ныне забыты, возможно, потому, что в кон. XVII-XIX в. особым почитанием пользовалась икона из Успенского собора Ростова.

Л. А. Щенникова

I. Чудотворная В. и. «Ростовская» (празд. 15 авг.), почитавшаяся в кафедральном Успенском соборе Ростова (ныне в ГМЗРК). В лит-ре XVIII - нач. XX в. об иконе рассказывается как о чудотворном образе, написанном в Киево-Печерском мон-ре в XI-XII вв. иконописцем прп. Алипием Печерским и присланном в Ростов вел. кн. Владимиром Мономахом (Толстой М. В. Древние святыни Ростова Великого // ЧОИДР. 1847. Кн. 2. С. 21; Н. К. [Корсунский Н. Н.]. Сведения о Владимирской иконе Богоматери, принадлежащей Ростовскому Успенскому собору. Ярославль, 1873; Титов А. А. Ростов в его церк.-археол. памятниках. М., 1911. С. 24-25; Талицкий В. А. Ростовский Успенский собор. М., 1913. С. 38-40; Ровинский. Обозрение иконописания. С. 122). Этот рассказ основан на статье Киево-Печерского Патерика «О преподобном Спиридоне просвирнике и об Алипии иконописце» (ПЛДР: XII в. М., 1980. С. 592-597). Почитание Владимирской «Ростовской» иконы как образа кисти прп. Алипия началось в Ростове, вероятно, вскоре после 1686 г., когда Киевская митрополия присоединилась к Московской Патриархии. Заботясь о прославлении святынь, митр. Иона (Сысоевич; † 1690) соединил сказание Киево-Печерского Патерика об иконе Богородицы с почитаемым в Успенском соборе Ростова списком В. и. В тот же период в нише алтаря Успенского собора, за образом В. и. в иконостасе, появилось настенное изображение прп. Алипия. Как чудотворный образ кисти прп. Алипия икона была опубликована в кн. М. и В. Успенских «Заметки о древнерусском иконописании: Известные иконописцы и их произведения: Св. Алимпий и Андрей Рублев» (СПб., 1901. С. 16-18. Ил. 3). Позднее Н. П. Кондаков, Анисимов, Грабарь (Кондаков Н. П. Иконография Богоматери: Связи рус. иконописи с итал. живописью раннего Возрождения. СПб., 1911. С. 172; Анисимов А. И. Домонгольский период древнерус. живописи // Он же. О древнерус. искусстве. М., 1983. С. 326; Письма И. Э. Грабаря из экспедиций // Грабарь И. Э. О древнерус. искусстве. М., 1966. С. 245), а вслед за ними и др. исследователи XX в. (Пуцко В. Г. Ростовское серебряное дело XVII в. // Mysej применене уметности. Београд, 1975/1976. Зб. 19/20. С. 121; он же. Киевский художник XI в. Алимпий Печерский: По сказанию Поликарпа и данным археол. исслед. // Wiener Slav. Jb. 1979. С. 84; Сазонов С. В. Алимпий Печерский и икона «Богоматерь Владимирская» из ростовского Успенского собора // СРМ. 1995. Вып. 8. С. 63-75; Вахрина В. И. К истории почитания чудотворной Владимирской-Ростовской иконы Пресвятой Богородицы в Успенском соборе Ростова Великого // ИХМ. 2002. Вып. 6. С. 197-213; она же. Иконы Ростова Великого. М., 2003. С. 136-140, 296-297) пришли к заключению, что В. и. «Ростовская» является списком XVII в. с древней чудотворной В. и., заказанным митр. Иоасафом (Лазаревичем) для замены (обветшавшей?) одноименной чтимой иконы, стоявшей слева от царских врат и отмеченной как самая древняя (из сохранившихся) в описи Успенского собора 1691 г.

Владимирская икона Божией Матери из Успенского собора в Ростове. Кон. XVII в. (ГМЗРК)
Владимирская икона Божией Матери из Успенского собора в Ростове. Кон. XVII в. (ГМЗРК)

Владимирская икона Божией Матери из Успенского собора в Ростове. Кон. XVII в. (ГМЗРК)

Икона поступила из Успенского собора в ГМЗРК в 1929 г., в 1995 г. была реставрирована. Ее размер (103,5´ 76,6 см) и иконография соответствуют древней В. и. из Успенского собора Московского Кремля. По своим художественным особенностям В. и. «Ростовская» является типичным произведением кон. XVII в., характерным для мастеров Оружейной палаты. На обороте масляными красками в светотеневой манере изображено Распятие с предстоящими Богоматерью и ап. Иоанном Богословом, появившееся, вероятно, в связи с началом ежегодных крестных ходов с иконой в XVIII в.

Фон и поля иконы покрывал кованый «сребропозлащенный» оклад с драгоценными камнями, а одежды Богоматери и Младенца Христа - массивная риза с чеканным орнаментом. Икона с окладом была вставлена в раму, также покрытую окладом, состоящим из отдельных пластин; слева и справа на пластинах рамы выделялись чеканные высокорельефные крупные фигуры архангелов Михаила и Гавриила с цветущими ветвями и развернутыми свитками в руках (сохр. отдельные части оклада; ГМЗРК). Согласно чеканным надписям с датами на окладах иконы и рамы, риза была изготовлена «тщанием» митр. Иоасафа (Лазаревича) в 1695 г., оклад рамы - в 1696 г.; в 1701 г. митр. Иоасаф приложил к окладу золотую пластину с чеканным изображением Богоматери с Младенцем и золотую монету («златницу») на помин души Патриарха Адриана. В 1795 г. к раме были прикреплены 7 накладных изображений, выполненных чернью, с сюжетами и надписями об истории иконы, взятыми из Киево-Печерского Патерика; их появление, очевидно, связано с указом Синода 1762 г., дозволившим вносить киевских святых в общий Московский месяцеслов. Даты изготовления ризы и оклада иконы позволяют отнести ее создание ко времени ок. 1695 г. Икона имела 2 праздничные лицевые подвесные пелены и 2 простые повседневные.

При митр. Иоасафе и его преемниках продолжалось почитание В. и. «Ростовская», в XVIII-XIX вв.- жителями не только Ростова, но и окрестных мест. В 1743 г. сщмч. Арсений (Мацеевич) установил (2 июля) ежегодный крестный ход с ростовской святыней в Ярославль и по селам Ростовского у. Крестные ходы совершались ежегодно в XVIII-XIX вв., продолжались в 20-х гг. XX в. по специальному разрешению местных властей и прекратились ок. 1929 г. после передачи иконы в музей.

С иконы было сделано неск. списков. В 1855 г. Городское об-во Ростова заказало местному художнику-иконописцу А. Ф. Крылову список с иконы с ростовскими святыми на полях для 128-й ростовской дружины Ярославского ополчения, участвовавшего в Крымской войне 1853-1856 гг. После возвращения дружины список был поставлен в Успенском соборе Ростова (ныне в ГМЗРК). В. и. «Ростовская» как главная Богородичная святыня Ростова в XIX в. изображалась на иконах с избранными ростовскими святыми и на гравюрах с видами Ростова.

В. И. Вахрина, Л. А. Щенникова

II. В Ярославле, в Спасском соборе Спасо-Преображенского мон-ря, находилась икона Богоматери с ростовыми изображениями свт. Афанасия Александрийского и прп. Сергия Радонежского на полях (118´ 92 см; 60-е гг. XVI в., ЯИАМЗ). Икона повторяет образ чудотворной В. и., но ее композиция имеет нек-рые отличия, придающие изображению своеобразие. Письмо иконы тщательное, мастеровитое. Она могла быть создана либо по заказу митр. Московского Афанасия, либо самим митрополитом-иконописцем, поновлявшим В. и.

В. и. в Вел. Новгороде

Первые В. и. появились в Вел. Новгороде в XVI в. благодаря известным «московским гостям» Сырковым (Щенникова Л. А. Культ иконы Богоматери «Владимирской» в Вел. Новгороде // НИС. 2003. Вып. 9 (19). С. 290-315). В сер. XVI в. государев дьяк Ф. Д. Сырков основал мон-рь в честь сретения Владимирской иконы. Храмовая икона главного монастырского собора была привезена из Москвы, о чем упоминается в грамоте государей-соправителей Иоанна и Петра Алексеевичей Новгородскому митр. Корнилию. В источниках XVII в. эта икона неоднократно называется чудотворной; в день праздника В. и. 26 авг. в Сыркову пуст. из Вел. Новгорода ежегодно совершался крестный ход, установленный, вероятно, в XVI в. Согласно описям XIX в., в мон-ре было множество В. и., 2 из к-рых почитались как чудотворные. Одна из них (104´ 72 см), в богатом окладе, была храмовым образом Владимирского собора и являлась точным списком древней святыни. Другая (65´ 56 см), в старинном драгоценном уборе, находилась в алтаре этого собора. На ее полях были изображения Новгородских архиепископов Моисея и Никиты. Видимо, обе иконы были созданы московскими иконописцами по заказу Сыркова. Местонахождение этих икон в наст. время неизвестно.

Владимирская икона Божией Матери из собора Св. Софии в Новгороде. 1552 или 1561 г. (НГОМЗ)
Владимирская икона Божией Матери из собора Св. Софии в Новгороде. 1552 или 1561 г. (НГОМЗ)

Владимирская икона Божией Матери из собора Св. Софии в Новгороде. 1552 или 1561 г. (НГОМЗ)

В XVI в. В. и. находились также в главном новгородском соборе Св. Софии. Большая местная икона (103´ 71 см; НГОМЗ) из центрального иконостаса является одной из самых точных, высокохудожественных списков поновленной в 1514 г. древней святыни. Иконописец воспроизвел в красках драгоценный убор, ставший неотъемлемой частью образа. Рисованный убор (очелье, венец и корона с драгоценными камнями и жемчугом) был закрыт серебряным, сканым венцом, очельем и короной; на фоне и полях иконы - серебряный басменный оклад. На тыльной стороне, под тканевой «рубашкой», имеется вкладная надпись, из к-рой следует, что икона была создана по заказу Сыркова для Софийского собора московским иконописцем Симеоном Яковлевым в «7060 девятом» году. Относительно прочтения этой даты существуют 2 версии. Одни исследователи читают ее как 7069=1561 (Э. А. Гордиенко, А. А. Турилов), др.- как 7060=1552 (В. М. Сорокатый). Последняя датировка связана с отождествлением автора иконы с писцом Симеоном Яковлевым, трудившимся в Сырковом мон-ре в 1551-1552 гг. и скончавшимся в сент. 1552 г.

Очевидно, Сырков заказал 2 больших списка древней святыни: один - для своей новой обители, другой - для главного храма Вел. Новгорода. В. и. из Софийского собора позволяет представить, как выглядела несохранившаяся чудотворная икона из Сырковой пуст. Из Софийского собора происходит еще одна В. и. (52´ 42 см; НГОМЗ, живопись под прописями), украшенная серебряными венцом с короной и басменным окладом. На ее боковых полях вверху представлены Новгородские архиепископы Никита и Иоанн, а внизу - 2 преподобных (вероятно, Сергий Радонежский и Варлаам Хутынский). Икона повторяет иконографию чудотворной В. и. Не исключено, что сохранившийся образ был также заказан Сырковым (вместе с аналогичной по размерам и сходной по иконографии 2-й В. и. из Сырковой пуст.) и предназначался для придела праведных Иоакима и Анны (расширенного при его участии), где покоились мощи свт. Никиты, переложенные в новый гроб под аркой.

В. и. в Псково-Печерском монастыре и в Пскове

Владимирская икона Божией Матери в соборе арх. Михаила Псково-Печерского мон-ря. 1524 г.
Владимирская икона Божией Матери в соборе арх. Михаила Псково-Печерского мон-ря. 1524 г.

Владимирская икона Божией Матери в соборе арх. Михаила Псково-Печерского мон-ря. 1524 г.
Владимирская «Псково-Печерская» икона Божией Матери («Умиление») празднуется 21 мая, 23 июня, 26 авг., 7 окт. и в 7-ю неделю по Пасхе. В «Повести о Печерском мон-ре и чудесах от икон Богородицы «Успение» и «Умиление»», начатой в 1531 г. игум. Корнилием и продолженной его преемниками, рассказывается о нападении на Псков в 1581 г. польск. кор. Стефана Батория и чудесном заступничестве Богородицы благодаря принесенным из Псково-Печерского мон-ря Ее чудотворным иконам «Успение» и «Умиление» (Владимирская). Последняя была поставлена на стене города у пробитого врагами места - на «забрале» (верхнем боевом настиле), перед иконой совершали молебны. Нападавшие стреляли в икону, но ядра падали перед ней, не причиняя вреда. Литов. войска осаждали город 5 месяцев и не могли взять его, т. к. «световидная жена» ходила по стене города и сидела у пролома, охраняя «Свой град». Находившиеся в осаде в Псково-Печерском мон-ре священники и братия вместе со «всеми православными христианами» дали обет ходить с этой иконой в Псков в «седьмую неделю по Пасхе», в собор Св. Троицы, «чтобы не забывали грядущие роды победы над врагом, благодаря той чудотворной иконе». 24 мая 1601 г. Псковский архиеп. Геннадий повелел печерскому игум. Иоакиму с братией составить чин крестного хода, что и было выполнено 4 июня. Согласно этому чину, крестный ход с чудотворной иконой должен был совершаться во вторник 7-й недели по Пасхе, поскольку празднование чудотворной В. и. 21 мая в 1601 г. приходилось на вторник ([Аполлос (Беляев), архим.] Псково-Печерский мон-рь. СПб., 1860. С. 127).

1 июня 1587 г. псковский воевода боярин Никита Романович Трубецкой сделал запрос печерскому игум. Мелетию о чудесах от иконы «Успение». В ответ было составлено сказание о чудесах от икон «Успение» и «Умиление», в начале к-рого сообщается о чудесном покровительстве Богородицы осажденному Баторием городу и об установлении крестного хода; далее приводятся чудеса от этих икон. 1-е чудо - исцеление во время крестного хода 28 мая 1587 г. «вдовы Марии», ослепшей в 1584 г. Чудеса (большинство - исцеления от слепоты) совершаются в основном по молитвам либо «Пречистой Богородице» (без названия икон), либо в дни праздников, а также на литургии и «на молебном пении». Сказания о чудесах от икон, так же как и о Псково-Печерском мон-ре, повествующие о заступничестве Богородицы, основаны на сказаниях о древней чудотворной В. и. В них сообщается об иконе, носимой с крестным ходом, о создании ее «некиим любезным Богу иконописцем, священноиноком Арсением Хитрошем», указываются ее размер и местонахождение: ««локотница большая», в ту же меру, что «Владимирская» на Москве, стоит в алтаре за престолом; обложена серебром» (Летопись Псково-Печерского мон-ря / Сост. Ю. Г. Малков. М., 1993. С. 46, 159). В описи 1586 г. значится только одна чудотворная икона - «Успение, в чудесах». Богородичных В. и. в этой описи названо 2: 1-я - «локотница обложена басмы серебряны, венцы с камышки хрустали», с приложенными к ней 9 крестами и «воротными» иконами; 2-я - образ в богатом серебряном окладе, на к-ром «по сторонам и внизу праздники Господские и Святых», с «прикладом» из 15 панагий и 3 крестов, с пеленой - вклад Игнатия Блудова (с окладом), с приложенной монастырской «кузнью». Первая икона может быть отождествлена с чудотворным образом «Умиление Владимирская». В описи 1652 г. обе иконы названы «Умиление». 1-я - образ «чудотворный местный», в киоте, в богатом серебряном окладе с «прикладом» и лицевой пеленой - «данье» царицы Евдокии Лукьяновны Стрешневой. 2-я - «Умиление в житии и с Господскими праздниками», в богатом окладе. В XIX в. чудотворная икона «Умиление», в украшенном камнями и жемчугом окладе, зимой стояла в иконостасе ц. Успения Богородицы, летом - в храме арх. Михаила.

Владимирская икона Божией Матери с клеймами Жития праведных Иоакима и Анны из ц. Вознесения в Пскове. 2-я пол. XVI в. (ПИАМ)
Владимирская икона Божией Матери с клеймами Жития праведных Иоакима и Анны из ц. Вознесения в Пскове. 2-я пол. XVI в. (ПИАМ)

Владимирская икона Божией Матери с клеймами Жития праведных Иоакима и Анны из ц. Вознесения в Пскове. 2-я пол. XVI в. (ПИАМ)

В наст. время в соборе арх. Михаила, у правого клироса под сенью, находится В. и. в новой жемчужной ризе с цветными стеклами, называемая в мон-ре «Умиление» и почитаемая как древняя чудотворная (по монастырскому преданию 1524). В пещерной ц. Успения почитаются 2 аналогичные иконы, одна стоит в главном иконостасе, слева от царских врат; на окладе надпись о «сооружении» этого образа в 1900 г. 2-я, возможно XVI в., находится на столпе у клироса, напротив центрального алтаря; ее обычно берут в крестный ход. В этой церкви имеется еще одна В. и. с образами святых на полях. Все иконы поновлены, что затрудняет определение датировки и отождествление их с древней монастырской святыней.

В храмах Пскова В. и. появились, вероятно, во 2-й пол. XVI в. В нач. XX в. они находились в Троицком соборе («очень древняя», в дорогом окладе), в Вознесенском мон-ре («старинного письма»), в ц. Вознесения (XVI? в. со сказанием о Божией Матери), в ц. свт. Николая в Любятове (чудотворная икона Божией Матери «Умиление» Любятовская, с праздниками, называемая также «Владимирская»), и еще 2 иконы в др. храмах (Окулич-Казарин Н. Ф. Спутник по древнему Пскову. Псков, 2001. С. 84, 121, 139, 148, 156, 239-240). Сохранилась икона из ц. Вознесения (154´ 128 см; ПИАМ). Изображение В. и. в среднике с большой точностью повторяет чудотворную В. и. из Успенского собора Московского Кремля, поновленную в 1514 г. На полях помещено 21 клеймо: в центре верхнего поля Св. Троица, 17 клейм иллюстрируют Житие праведных Иоакима и Анны, а также Богородицы, на 2 клеймах изображены самые значительные события из истории чудотворной В. и. (клеймо 6 - «Моление перед Владимирской иконой в Успенском соборе Владимира в 1395 г.»; клеймо 9 - «Сретение Владимирской иконы у града Москвы»), в клейме 18 помещено особо почитаемое в Пскове изображение «Спас Недреманное Око». Вероятно, В. и. была создана после чудесного спасения Пскова от разорения Стефаном Баторием.

В. и. в Иосифо-Волоколамском монастыре

Согласно описи 1545 г., среди многочисленных икон Богоматери «Одигитрия» в Успенском соборе отмечены неск. В. и.: «местная», в серебряном окладе «писма Феодосиева» (вероятно, сына иконописца Дионисия); в «новом приделе» собора икона в серебряном окладе помещалась «над гробом княж Петровым Одолбина», а «пядница на гладком золоте» - на столпе; в ц. Богоматери Одигитрии «под колоколы» на аналое лежала пядница, «обложена медью» (Опись Иосифо-Волоколамского мон-ря 1545-7053 гг. // Георгиевский В. Т. Фрески Ферапонтова мон-ря. СПб., 1911. Прил. С. 2, 4, 5). Во 2-й пол. XVI в. в мон-ре появилось много вкладных икон, в их числе и В. и. В XVIII в. древние оклады были сняты, а ветхие иконные доски уничтожены. Среди 24 «не способных к починке» икон в серебряных окладах указаны 3 В. и., из к-рых 2- запрестольные: одна с образом прп. Иосифа Чудотворца на обороте, др. с образом свт. Николая (Мат-лы для летописи Волоколамского Иосифова мон-ря из дел Архива Моск. Духовной Консистории с 1746-1852 г. // ЧОИДР. 1887. Кн. 2. Смесь. С. 25, 56-57, 60). Последняя икона, возможно, напоминала запрестольный образ из придела свт. Василия Великого из Благовещенского собора Московского Кремля.

Владимирская «Волоколамская» икона Божией Матери. 1572 г. (ЦМиАР)
Владимирская «Волоколамская» икона Божией Матери. 1572 г. (ЦМиАР)

Владимирская «Волоколамская» икона Божией Матери. 1572 г. (ЦМиАР)

В. и. «Волоколамская» (празд. 3 марта), один из значительных местночтимых списков древней чудотворной В. и. (Нектарий, иером. Ист. описание Иосифова Волоколамского второкл. мон-ря Моск. губ., сост. в 1886 г. М., 1887. С. 30-31, 64, 95-96; Геронтий (Кургановский), архим. Волоколамский Иосифов второкл. муж. мон-рь и его совр. состояние. СПб., 1903. С. 43-44, 52, 67-68), отличается высоким художественным качеством. История создания и почитания иконы, связанная с известными историческими личностями 2-й пол. XVI в., была документально восстановлена благодаря исследованиям Антоновой, А. И. Плигузова (Антонова В. И. Волоколамская Богоматерь // Очерки по рус. и сов. искусству: Ст., публ., хроника / ГТГ. М., 1974. С. 53-77; Плигузов А. И. Вторая редакция минейного жития Иосифа Волоцкого // Исслед. по источниковедению СССР доокт. периода: Сб. ст. М., 1984. С. 29-55) и В. А. Меняйло (результаты работы Меняйло были изложены в докладе «Новые сведения об иконе Богоматери Волоколамской XVI в.» на конференции 1995 г., посвященной 600-летию Сретения Владимирской иконы; неопубл. мат-лы переданы автору наст. ст.).

Первое упоминание об иконе относится к 1572 г.: в «Записной книге» Иосифо-Волоколамского мон-ря отмечен вклад Малюты Скуратова - «Образ местный большой Пречистые Богородицы Владимирские», а также его «обещание» воздвигнуть в обители ц. в честь сретения Владимирской иконы, на сооружение к-рой им были пожертвованы деньги и получена благословенная грамота митр. Кирилла (РГАДА. Ф. 1192. Оп. 2. № 395. Л. 168-169 об.). В 70-х гг. XVI в. (вероятно, между 1573 и 1575, до 1584) игум. Евфимием (Турковым) было составлено сказание о местночтимой святыне, озаглавленное «О принесении иконы Пречистыа Богородицы Владимеръскыа, и чюдо святого о диаке Петре». Оно было включено в 3-ю редакцию Жития прп. Иосифа Волоцкого после 11 его чудес как 12-е чудо (древнейший список находится в сборнике 80-х гг. XVI в. из б-ки Софийского собора в Вел. Новгороде - РНБ. Соф. 451/1. Л. 119-128 об.). В сказании говорится о знатном вельможе Григории (Малюте Скуратове), давшем обет воздвигнуть в Иосифо-Волоколамском мон-ре ц. в честь сретения Владимирской иконы и до начала ее строительства пославшем в мон-рь В. и., украшенную драгоценным окладом с изображением на полях, по указанию Григория, митрополитов Петра и Ионы. 2 марта 1572 г. с крестным ходом икона была принесена в мон-рь. Несший ее слуга Григория Петр имел «бесовские помышления» и «хульные помыслы», за что был наказан: при внесении иконы в Успенскую ц. он ударился головой о железную дверь; исцелен благодаря соборному молебну перед новой чудотворной В. и. Икона была заказана и вложена в Иосифо-Волоколамский мон-рь как храмовый образ для «обещанной» надвратной церкви накануне ухода Малюты Скуратова на Ливонскую войну. При осаде замка Вайсенштайн (ныне г. Пайде, Эстония) Малюта был убит (1 янв. 1573), и Сретенскую ц. построил его племянник Богдан Бельский (но не над въездными воротами, а близ северо-зап. угла Успенского собора). Принесенная в мон-рь икона была поставлена у царских врат Успенского собора, здесь она оставалась и после возведения Сретенской ц.

В «Обиходнике» мон-ря, составленном игум. Евфимием в 1573-1575 гг., икона впервые названа чудотворной «Малютина поставления»; 26 авг. в праздник Сретения Владимирской иконы перед монастырской иконой-списком полагалось зажигать большую тройную витую свечу на утрене, на молебне и на литургии (РГБ. Ф. 113. № 681. Л. 86-86 об.).

Драгоценный оклад иконы, с камнями и жемчугом, множеством привешенных к нему украшений, подробно описан в «Записной книге» и описи монастырского имущества 1591 г. (ИРЛИ. РIV. Оп. 26. № 20. Л. 3 об.- 8); оклад исчез в годы Смуты. В XVII в. икона была вновь украшена; этот оклад, зафиксированный в многочисленных монастырских описях XVII в., в последующие столетия также был заменен. В XIX - нач. XX в. икону покрывала массивная серебряная риза, венцы с сиянием и убрус с чеканными накладками.

В 1954 г. В. и. была передана из Иосифо-Волоколамского мон-ря (преобразован в Народно-Краеведческий музей) в ЦМиАР, где находится и в наст. время. В 1961 г. реставрирована В. Е. Брягиным. В. и. по своему размеру (109´ 75 см) немного больше чудотворного оригинала. Образ Богородицы с Младенцем Христом на руках очень точно повторяет древнюю святыню по композиции и рисунку фигур. На иконе красками изображен драгоценный убор чудотворной В. и.: очелье, венцы и городчатая корона, украшенные крупными драгоценными камнями и жемчугом. Вверху на полях, в медальонах, представлены полуфигуры архангелов с зерцалами в покровенных руках; внизу - крупные ростовые фигуры св. митрополитов Петра (слева) и Ионы (справа). Икона выполнена одаренным московским мастером (вероятно, царским изографом). Подобные иконы-списки чудотворной В. и. (с изображениями на полях и без них) во 2-й пол. XVI в. создавались московскими мастерами по заказам известных исторических личностей для мон-рей и храмов в Вел. Новгороде, Суздале, Ярославле и др. городах. Образ Богоматери на иконе из Иосифо-Волоколамского мон-ря отличается редким по силе выражения скорбным состраданием. В XVI-XIX вв. икона являлась главной монастырской святыней, однако ее почитание не выходило за пределы обители; списки иконы неизвестны.

В. и. XVII в. с вкладными надписями и «летописями»

В XVII в. почитание чудотворной В. и. в копиях-списках, создававшихся по заказам лиц разных сословий, распространилось по всей России. Заказчики списков святыни и иконописцы той эпохи нередко сопровождали изображение вкладными надписями и «летописями». В годы польско-литов. интервенции и Смуты чудотворную В. и. сохранял плененный в Кремле архиеп. Арсений Элассонский, с 1588 г. проживавший в Москве и служивший в кремлевском Архангельском соборе. В 1602 г. по его заказу мастером-греком, работавшим в Кремле, был создан список чудотворной В. и. (25´ 22 см; ГРМ) для приехавшего в Москву за «милостыней» Кесарийского митр. Германа; об этом сообщается в пространной греч. надписи на обороте иконы (под изображением Голгофского креста). Икона украшена серебряным золоченым чеканным окладом, венцом и дробницами с эмалью. Греч. мастер взял за образец В. и., подобную тем, к-рые писали московские мастера для «именитых людей» Строгановых.

Владимирская икона Божией Матери. 1602 г. (ГРМ)
Владимирская икона Божией Матери. 1602 г. (ГРМ)

Владимирская икона Божией Матери. 1602 г. (ГРМ)

В ряду знатных почитателей В. и. солепромышленники Строгановы занимают особое место. Их сев.-вост. вотчины подвергались частым нападениям местных племен кочевников («агарян»), для защиты от них строили укрепленные поселения-города с храмами, где помещали В. и. Работавшие по их заказам мастера создавали В. и. с праздниками на полях, складни с образом В. и. на центральной створке и многочисленными ликами св. заступников на боковых створках. Заказы Строгановых способствовали возникновению и широкому распространению В. и. с клеймами сказания на полях. На большинстве сохранившихся строгановских икон и лицевых пелен с образом Богоматери имеются вкладные надписи (Искусство строгановских мастеров: Реставрация, исслед., пробл.: Кат. выст. М., 1991. Кат. № 8, 31, 48-50, 78, 83, 84).

Среди изображений В. и. с «летописями» выделяется образ из ц. Св. Софии в Средних Садовниках на Софийской набережной в Москве (101´ 73 см; ГТГ). Согласно «летописи», на нижнем поле оклада (1805, находился на иконе до 1922), она была написана свящ. Иоанном Михайловым в 1697 г. с чудотворной В. и. «письма евангелиста Луки» (из Успенского собора Кремля), а «подобие образа» (прорись) было «снято» с иконы, списка 1519 г., созданного при митр. Варлааме; в «летописи» сообщается также, что «в то время Богородичная икона, что письма евангелиста Луки, благоволила образу своему быть во граде Владимире» (воспроизведение надписи см.: Анисимов. Владимирская икона. С. 48-49). Вероятно, «летопись» помещалась на старом окладе 1697 г. и была воспроизведена на новом окладе 1805 г. По иконографии икона 1697 г. точно повторяет чудотворный образ, поновленный в 1514 г., и созданную после его поновления икону-наместницу с праздниками и изображениями святителей на полях.

В. и. в творчестве Симона Ушакова

Служилый «дворянин московский» и «царский изограф» Симон (в крещении Пимен) Федорович Ушаков (1626-1686) глубоко почитал В. и. Из 11 сохранившихся Богородичных икон его кисти 4 - В. и. Самое раннее из известных произведений Ушакова - точный список чудотворной В. и., созданный им в 1652 г. для ц. арх. Михаила в Овчинниках в Москве (104´ 70 см; ГТГ). На обороте изображен Голгофский крест с орудиями Страстей; над нижней шпонкой надпись: «Лета 7160 году списана сия икона с самыя чудотворныя иконы Пресвятыя Богородицы Владимирския и мерой, а писал государев иконописец Симон Федоров...» Возможно, он поновлял святыню (как в последние годы поновлял мн. древние иконы) и снял с нее прорись. Письмо традиц. иконописное, но лик Богоматери с мягким живым выражением глаз имеет крупные, рельефные черты.

Владимирская икона Божией Матери с Престолом уготованным и избранными святыми на полях. Симон Ушаков. 1660 г. (ГВСМЗ)
Владимирская икона Божией Матери с Престолом уготованным и избранными святыми на полях. Симон Ушаков. 1660 г. (ГВСМЗ)

Владимирская икона Божией Матери с Престолом уготованным и избранными святыми на полях. Симон Ушаков. 1660 г. (ГВСМЗ)

2 В. и. были созданы Ушаковым с учениками для Успенского собора Флорищевой в честь Успения Пресв. Богородицы пуст., настоятелем к-рой был родственник иконописца игум. Иларион (с 1682 митрополит Суздальский). 1-я икона кисти Ушакова из пустыни не сохранилась. Она была «строгого иконописного стиля» и «прекрасного письма», украшена ризой в 1792 г. и вставлена в икону с сюжетными клеймами XVIII в. (Георгиевский. 1896. С. 123-124). 2-я (105´ 70 см; ГВСМЗ) стояла в алтаре около жертвенника. Образ Богоматери в среднике, как и др. В. и. письма Ушакова, по иконографии точно повторяет древний чудотворный образ. Письмо пластически трактованных ликов выполнено по темному санкирю, крупные глаза изображены в «живоподобном натурализме». В центре верхнего поля, на «облачном» розовом фоне медальона,- «Престол уготованный с орудиями Страстей», в углах - поколенные образы архангелов в овалах. На нижнем и боковых полях в аналогичных овалах - святые: на левом - прп. Силуан и архиеп. Андрей Критский (по надписи XIX в.), на правом - архидиак. Стефан и прп. Пимен Великий, на нижнем - мч. Феодор Тирон, Мария Египетская и прп. Евфросиния Муромская. На нижнем поле - пространная надпись: «В лето… 1660 года написан сей образ… в… граде Москве изографом Симоном Ушаковым с учеником его Андреем Владимировым… в лавру Успения… в память по своих родителях схимонахе Филарете, схимонахе Савватие, схимонахе Сергие, Татиане, Андрее и прочих...»

Владимирская икона Божией Матери — Покровительница государства Московского («Древо государства Московского»). Симон Ушаков. 1668 г. (ГТГ)
Владимирская икона Божией Матери — Покровительница государства Московского («Древо государства Московского»). Симон Ушаков. 1668 г. (ГТГ)

Владимирская икона Божией Матери — Покровительница государства Московского («Древо государства Московского»). Симон Ушаков. 1668 г. (ГТГ)

В 1662 г. Ушаков написал В. и. для Сретенского мон-ря в Москве (101´ 69 см; ГРМ). Под изображением, вверху нижнего поля,- мелкая надпись: «Лета 7170 году писал сий образ зограф Пимин зовомый Симон Феодоров сын Ушаков в монастырь С[т]ретения чудотворныя Ея иконы Владимерския Пречистыя Богородицы по обещанию игумена Дионисия того же монастыря». В отличие от В. и. из ц. арх. Михаила в иконе 1662 г. усилено «живоподобие» ликов.

В 1668 г. для ц. Св. Троицы в Никитниках Ушаков создал икону (105´ 62 см; ГТГ), выражающую церковно-гос. почитание В. и. в эпоху царя Алексея Михайловича (датирующая надпись внизу на изображении кремлевской стены). Она представляет древо Московского царства (подобное Древу Иессееву родословия Иисуса Христа), произрастающее из Успенского собора Московского Кремля. В центре древа - В. и., в ветвях - рус. святые со свитками в руках; подобно библейским пророкам, они славословят Покровительницу Московского царства. Икона не имеет надписи с названием. Главная ее идея - Божественное покровительство царствующему дому и гос-ву Московскому, являемое В. и. Поэтому икона может быть названа «Богоматерь Владимирская - Покровительница государства Московского» (Щенникова Л. А. Икона «Древо Государства Московского» // Христ. реликвии в Моск. Кремле. М., 2000. Кат. № 82. С. 252-253).

Местночтимые списки В. и. и сказания о них XVII-XX вв.

В XVII-XX вв. В. и. находились в большинстве храмов России, многие почитались как чудотворные, о них составляли сказания, записывали показания свидетелей о совершавшихся чудесах. В XIX - нач. XX в. сведения о наиболее известных тогда чтимых В. и. были собраны в печатных сборниках, главным из к-рых является кн. Е. Поселянина «Богоматерь: полное иллюстрированное описание Ее земной жизни и посвященных Ее имени чудотворных икон» (СПб., 1909. М., [1997]р). Древние чтимые иконы, обветшавшие или погибшие, нередко заменяли новыми списками. После революции 1917 г. почти все местночтимые иконы исчезли: «не имеющие музейной ценности» были ликвидированы, высокохудожественные изображения, переданные в музеи, в большинстве случаев стали «беспаспортными». История икон, оставшихся в действующих храмах или сохранившихся у частных лиц, также во многом была забыта. Спасенные от уничтожения письменные источники со сказаниями о чудотворных иконах в наст. время хранятся в архивах России. Нек-рые из сказаний изучены и опубликованы. Однако о большинстве чтимых В. и., внесенных в книгу Поселянина, в наст. время новых сведений не обнаружено; местонахождение их неизвестно, поэтому о следующих иконах см. в книге Поселянина: из Троекурова мон-ря Лебедянского у. Тамбовской губ.; «Заоникийская» из мон-ря близ г. Вологды (явилась в 1588); «Чугуевская» из Волчанского у. Харьковской губ.; из слободы Мартовой того же уезда (избавление от бедствий в 1822, 1830 и 1849); из дер. Андреевки в 68 верстах от г. Изюма Харьковской губ.; из Хорошева девичьего мон-ря Харьковской губ.; из соборной церкви (1829) г. Двинска Витебской губ. (ныне Даугавпилс, Латвия); из собора г. Валуйки Воронежской губ., ныне Белгородской обл. (по преданию, прислана имп. Петром I, чудо избавления от холеры в 1848); из кафедрального собора Астрахани (по преданию, поднесена царем Иоанном IV игум. Кириллу при его отъезде в 1568 в покоренную Астрахань); из собора г. Верея Московской губ. (по преданию, обретена малыми детьми на р. Протве); из г. Задонска Воронежской губ., ныне Липецкой обл.; из Владимирского собора г. Казани; из Корнилиева Комельского мон-ря Грязовецкого у. Вологодской губ.; «Владимирская-Селигерская» (называемая «Келейная-Владимирская») из Нилово-Столобенской пуст. Осташковского у. Тверской губ. (празд. 7 дек., по преданию, принесена прп. Нилом в 1528 и находилась в его келье); из собора Св. Троицы Горицкого жен. мон-ря Вологодской губ. (м. б. отождествлена с В. и. сер. XVI в. из этого мон-ря, ныне в ЧерМО; воспр.: Рыбаков А. Вологодская икона. М., 1995. Кат. № 41) и др. (Поселянин. Богоматерь. С. 290-323).

В. и. из г . Нерехты Костромской обл.

(празд. 2 мая). В 1635 г. в Нерехте был основан Богородицко-Сретенский девичий мон-рь, где находились 2 чудотворные В. и. (Назаретский И., свящ. Сказание о находящихся во Владимирской церкви г. Нерехты двух прославленных чудотворениями св. иконах Божией Матери, именуемых Владимирскими. М., 1860). О первой из них жителем Ярославля, переехавшим в Нерехту, Иоанном Аверкиевым в 1635 г. было составлено сказание (ркп. не сохр.). В 1767 г. сказание было воспроизведено в рукописном сборнике нерехтского купца Андрея Несторовича Третьякова «Рай мысленный». Согласно сказанию (Каган М. Д. Сказание о иконе Богоматери Владимирской в г. Нерехте // СККДР. СПб., 1998. Ч. 3. Вып. 3. С. 392-394), в 1634 г. Иоанну Аверкиеву во сне явилась Богоматерь и повелела ему купить В. и. у иконописца Димитрия, а затем перенести ее в Нерехту. Иоанн не сделал этого, и Богоматерь еще дважды являлась ему с тем же указанием. За непослушание он был наказан «расслаблением» тела и только тогда купил икону, к-рую оставил в своем доме до весны. Затем по рекам Волге и Солонице на лодке перевез ее в Нерехту. От иконы начались чудеса; среди исцеленных был и сам Иоанн. По прошению жителей Нерехты Патриарх Иоасаф I благословил построить для иконы церковь и основать мон-рь в честь ее сретения. Драгоценный венец для иконы был заказан жительницей Ярославля Матреной в благодарность за исцеление от слепоты.

Владимирская икона Божией Матери. Иконописец Димитрий. 1634 г. (собор в честь Владимирской иконы Божией Матери в Нерехте)
Владимирская икона Божией Матери. Иконописец Димитрий. 1634 г. (собор в честь Владимирской иконы Божией Матери в Нерехте)

Владимирская икона Божией Матери. Иконописец Димитрий. 1634 г. (собор в честь Владимирской иконы Божией Матери в Нерехте)

Сказание (повесть) о 2-й иконе содержится в том же рукописном сборнике Третьякова. Через год после прославления 1-й иконы «некая вдова Екатерина Вавилова, дщерь по прозвищу Владимирка» из Ярославля, услышав о чудесах нерехтской святыни и основании девичьего мон-ря, пожелала пожертвовать в новую обитель запрестольный образ. В 1635 г. она заказала ярославскому иконописцу В. и. с образами святых Кирилла и Афанасия Александрийских, прп. Алексия, человека Божия, и вмц. Екатерины на обороте (соименные святые заказчицы и ее родственников). Новописаную икону вначале поставили в ярославской ц. арх. Михаила; от образа сразу начались исцеления, и его перенесли в большую ц. Благовещения. Затем по указанию митр. Ростовского и Ярославского Варлаама II (1619-1652) икону поместили в соборную ц. Успения. Строители нерехтского Сретенского мон-ря Иоанн Аверкиев и Антоний просили прислать «обещанную» икону в Нерехту, но ярославцы отказались отпустить чудотворную святыню - самое «драгоценное сокровище» в их городе. В 1636 г. после получения грамоты от Патриарха Иоасафа митр. Варлаам приказал отправить икону в Нерехту. Чудеса от этого образа были многочисленны; в 1644 г. город был спасен от мора. На вклады царей Феодора Алексеевича (1678), посетившего Нерехту вместе со своими братьями Алексеем и Петром по пути во Флорищеву пуст., и Петра I Алексеевича (1685) при попечительстве Иоанна Аверкиева в мон-ре была построена кирпичная Владимирская ц., освященная Патриархом Иоакимом в 1686 г. Чудотворные иконы поместили в главном иконостасе храма. В XVIII в. от нерехтских В. и. продолжали происходить чудеса (записи исцелений датированы 1746, 1748, 1752, 1753, 1755, 1761, 1762).

В том же столетии, возможно по инициативе Третьякова, была написана В. и. с 14 клеймами сказания о чудотворных нерехтских иконах (в клеймах представлены Иоанн Аверкиев, Патриарх Иоасаф, цари Феодор, Иоанн и Петр, молившиеся перед иконами в 1678, жители Нерехты; находится в ц. Успения Пресв. Богородицы, 1724, в с. Тетеринском близ Нерехты).

В XIX - нач. XX в. обе иконы находились в ц. в честь Владимирской иконы упраздненного Сретенского мон-ря. В 30-х гг. XX в. церковь была закрыта, ее внутреннее убранство уничтожено; чудотворные иконы бесследно исчезли. В 1983 г. одна из них была найдена архит.-реставратором С. В. Демидовым в дровяном сарае действующей кладбищенской Крестовоздвиженской ц. и передана в местный краеведческий музей (Демидов С. В. Из истории нерехтской иконы Владимирской Богоматери 1636 г. // Худож. наследие: Хранение. Исслед. Реставрация / ГНИИР. М., 2001. Вып. 19. С. 55-56. Ил. 1-3). После укрепления и частичной реставрации икону поставили во вновь открытую в 1992 г. Преображенскую (Ильинскую) ц. 15 мая 2004 г. Костромской епархии был возвращен Владимирский собор г. Нерехты, куда была перенесена икона.

Икона (66´ 53 см) XVII в. вставлена в живописную раму (83,5´ 64,5 см) нач. XX в. (?); видимо, одновременно с изготовлением рамы сильно попорченное изображение на обороте иконы было счищено. На тыльной стороне под черной бархатной тканью реставраторы обнаружили надпись, сообщающую о поновлении иконы в 1915 г. верхневолжским живописцем Н. И. Баженовым трудами нерехтского купца Е. П. Сыромятникова. Поскольку икона первоначально была двусторонней (на обороте сохр. фрагменты левкаса со следами темперной живописи, стесанные поля ковчега), исследователи заключили, что она является 2-й нерехтской святыней, заказанной Е. Вавиловой. По иконографии икона из Нерехты, как и большинство изображений В. и. XVII в., повторяет древнюю чудотворную (левая рука Богоматери высоко поднята - пальцы закрывают край рукава рубашки Младенца Христа). Над венцом Богоматери изображена корона, зубцы к-рой, как и венец, украшены нарисованными драгоценными камнями. Мафорий Богоматери коричневый, одеяние Христа красного цвета, прописано золотом. Венцы и корона золотые, фон светло-охристый. Поля иконы темно-зеленые, с орнаментальной каймой.

В. и. «Оранская»

(празд. 21 мая) - одна из наиболее известных местночтимых икон-списков В. и. (Гавриил, иером. Описание Оранского Богородицкого первокл. мон-ря. Н. Новг., 1871; Ордынская пустынь Смоленской епархии. СПб., 1873). Согласно сказанию (Охотина Н. А. Сказание о иконе Богоматери Оранской // СККДР. СПб., 1998. Ч. 3. Вып. 3. С. 394-399), составленному в 1662 г. повелением царя Алексея Михайловича, икона была написана в 1629 г. протопопом кремлевского Успенского собора Кондратом Ильиным (родом из Нижегородской губ.) и московским изографом Григорием Чёрным по заказу нижегородского дворянина Петра Андреевича Глядкова. Автором сказания, вероятно, был сам Глядков; текст сказания дополнялся в 1663-1667 гг. Новописаная икона была поставлена в храме свт. Николая Чудотворца в с. Бочееве (поместье Глядкова), где она оставалась ок. 5 лет. В Великий пост 1634 г. в «тонком сне» ему было видение Богоматери, повелевшей воздвигнуть на горе ц. в честь Владимирской иконы. После 2 повторных видений Петр нашел указанное ему Богородицей место - Орано поле у Словеновой горы (Словенской, Славянской, в 50 верстах от Н. Новгорода) и, получив от Патриарха Иоасафа I благословенную грамоту, в 1634 г. построил в этой местности церковь (освящена в 1635), а затем основал мон-рь. На новую пустынь нападали жители окрестных мест - языческая мордва, стремившаяся разными способами сохранить свои земли и изгнать правосл. монахов.

В. и. была поставлена в монастырский храм, от нее совершались многочисленные чудеса, записанные очевидцами. Боярский сын Василий Потапов, собиравший «архиерейские дани» в Нижегородской земле, сообщил о новоявленной чудотворной иконе Патриарху Иоасафу I. По грамоте Патриарха для расследования чудес была создана комиссия (вероятно, в 1635) из нижегородского духовенства во главе с архим. нижегородского Печерского мон-ря Рафаилом и протопопом Архангельского собора Иосифом. После тщательного расследования чудеса были признаны достоверными и переписаны в специальную книгу для предоставления ее Патриарху Иоасафу и царю Михаилу Феодоровичу. В книге (не сохр.) было записано ок. 500 чудес, явленных в 1635-1667 гг., в основном - исцеления болезни глаз (281), головы (25), ушей (37), рук (61), ног (38) и др. (145); в нее было внесено чудо 1714 г. (исцеление крестьянина Петра Козмина). Хранившаяся в Оранском мон-ре книга была переложена с церковнослав. на рус. язык и опубликована иером. Гавриилом. Ее список под названием «Сказание о чудесах пресвятыя Богородицы, содеянных от чудотворныя ея иконы Владимирския, яже в новой пустыни на Словеновой горе в различных болезнях и скорбех…» (единственный из сохранившихся) был внесен в сборник кон. XVII - нач. XVIII в. (ГИМ. Забел. № 467. Л. 122 об.- 223 об.). Сказание об иконе («Повесть о новоявленных чюдесех от образа пресвятыя Владычицы нашея Богородицы Приснодевы Марии, нарицаемаго Владимирския, содеянных… в пустыни близ Аранскаго (вариант - Оранаго.- Л. Щ.) поля на Словенской горе») сохранилось в неск. списках 2-й пол. XVII - нач. XVIII в. в краткой и полной редакциях. Рукописное сказание XVII в. было в XVIII в. переписано в книгу, состоявшую из 3 частей: «Службы перед новоявленным чудотворным образом», «Повести о новоявленных чудесах от образа», «Сказания о чудесах» (с добавлением чуда 1714). Сказание основано на документах и хорошо проверенных исторических фактах (Шмидт С. О. К истории монастырской колонизации XVII в.: («Повесть о начале Оранского монастыря») // ВИРА. 1964. Т. 12. С. 297-309); упоминаемые в нем современники Глядкова - известные исторические лица (Патриарх Иоасаф I, митр. Крутицкий Питирим, дьяк И. Т. Грамотин и др.).

Перед крестным ходом с Владимирской «Оранской» иконой Божией Матери. Фотография нач. XX в.
Перед крестным ходом с Владимирской «Оранской» иконой Божией Матери. Фотография нач. XX в.

Перед крестным ходом с Владимирской «Оранской» иконой Божией Матери. Фотография нач. XX в.

В кон. 90-х гг. XX в. стало известно еще одно сказание, составленное между 1715 и 1719 гг.,- «Чудо новое Пресв. Богородицы, что на Оране поле, повествующее об избавлении из швед. плена (во время Северной войны России со Швецией) яицкого казака Ивана Голованова (в 1715), благодаря заступничеству Богородицы, повелевшей ему после освобождения из «полона» пойти в обитель, называемую «Орано поле», где стоит ее чудотворная В. и., и совершить благодарственный молебен» (РГБ. Ф. 732 (поступила в 2000). № 106. Л. 99 об.- 100; опубл.: Рыков Ю. Д. Чудо новое Пресв. Богородицы, «что на Оране поле»: неизв. памятник нижегородской письменности XVIII в. // Памятники христ. культуры Нижегородского края: Мат-лы науч. конф. 29-30 марта 2001 г. Н. Новг., 2001. С. 22-32).

Согласно описям имущества мон-ря XVIII-XIX вв. и публикациям, икона, почитаемая как святыня всей Нижегородской губ., была богато украшена драгоценным окладом, к-рый на протяжении столетий неоднократно обновлялся и дополнялся богатым прикладом. Икона претерпела многочисленные поновления; наиболее значительные были сделаны в 10-х гг. XVIII в. (ко времени сооружения новой кирпичной церкви вместо старой деревянной и перенесения в нее иконы), к 1734 г. (по указу имп. Анны Иоанновны изографом Петром Котомою), в сер. века (до 1778) и в 1797 г. В период последней реставрации в XVIII в. были сделаны новый серебряный золоченый чеканный оклад с дробницами (с образами евангелистов и архангелов) и риза «высокой работы за московским клеймом», венец и корона с образами летящих ангелов, сплошь низанная крупным жемчугом; оклад украшали драгоценные камни, финифть и жемчуг. В 1804 г. (сооружение новой церкви) жемчужная корона на венце иконы была заменена бриллиантовой. В 1827 г. по указу имп. Николая I венец и убрус святыни были перенизаны в арзамасской Алексеевской общине: появились жемчужные лучи, новые драгоценные камни, на «воротничке» Богоматери - золотые украшения с алмазами и бриллиантами. В XIX в. на иконе оставался оклад 1797 г.; в сер.- 2-й пол. XIX в. его переделывали еще неск. раз, при этом часть драгоценностей была снята и употреблена на украшение иконы-списка.

В 1771 г. в благодарность за спасение от моровой язвы жителей Н. Новгорода и окрестных мест были установлены крестные ходы со святыней в Н. Новгород и с. Павлово Горбатовского у.; с 1791 г.- в г. Арзамас (во избавление от падежа скота и «умножения бесноватых»); с 1866 г.- в г. Семёнов (для помощи от заразных болезней и раскола); с 1877 г.- в др. уездные города. Большую часть года икона бывала в крестных ходах, во время к-рых происходили исцеления и др. чудеса, а мон-рь получал богатые пожертвования. В XVIII-XIX вв. икону носили в закрытом ковчеге на плечах. Крестные ходы продолжались до 1921 г.; возобновлены по благословению митр. Нижегородского Николая (Кутепова) в 2000 г.

В кон. 30-х гг. XIX в. художниками Гладковым (из Арзамаса) и Железновым (из Н. Новгорода) в период создания икон для новой Владимирской ц. был сделан список с чудотворной В. и. «Оранская», выполненный в размер оригинала, но в соответствующей времени живописной манере, с укрупненными изображениями. В 1840 г. икона-список была одета в серебряную золоченую ризу с драгоценными камнями и жемчугом. Новую икону поставили в иконостас Владимирской ц. на место оригинала, к-рый поместили на правом столпе (в киоте и ковчеге за стеклом).

Икона находилась в Оранском Богородицком мон-ре до его упразднения в 20-х гг. XX в. В 1928 г. В. и. через Госфонд, где был снят ее драгоценный оклад, поступила в Нижегородский губ. музей. В 90-х гг. XX в. она была исследована и на основе монастырских описей отождествлена с чудотворной святыней (Бахарева Н. Н. Икона «Богоматери Владимирской Оранской»: (К вопр. об атрибуции и истории иконы) // Памятники истории и архитектуры Европ. России: (Исслед., реставрация, охрана): Мат-лы докл. науч. конф. Н. Новг., 1995. С. 146-156). Икона (106,5´ 75 (73,5) см) сохранилась до наст. времени под многочисленными прописями и темной загрязненной олифой. На обороте надпись: «Первая копия» (сделана, вероятно, для отличия ее от копии 30-х гг. XIX в.). В верхней части изображена Богоматерь с Младенцем типа «Владимирской»; в нижней части - 9 ростовых изображений святых: Московские митрополиты Петр, Алексий, Иона, святые кн. Михаил Черниговский и его боярин Феодор, блгв. царевич Димитрий Угличский, блаженные Василий, Максим, Иоанн Московские. Вторая В. и. из Оранского мон-ря (копия 30-х гг. XIX в.) также хранится в фондах Нижегородского гос. художественного музея (не исследована и не реставрирована).

В. и. «Красногорская (Черногорская)»

(празд. 21 мая и 13 авг.) - местночтимая из Красногорского (Черногорского) Богородицкого мон-ря Пинежского у. Архангельской губ., находившегося в 195 верстах от Архангельска, в 16 - от Пинеги, на Чёрной (Красной) горе, на правом высоком берегу реки (Васильев А., свящ. Ист. очерк Красногорского мон-ря Архангельской губ. Пинежского у. СПб., 1880; Макарий [Миролюбов], еп. Ист. описание Красногорского мон-ря. Архангельск, 1906). Хранившиеся в мон-ре документы XVII-XIX вв. (списки с грамот московских царей и Новгородских митрополитов, письма, записи чудес от иконы и др.) об основании мон-ря и его святынях сообщают, что в 1603 г., в царствование Бориса Феодоровича Годунова, в Кевроле, на р. Пинеге, при ц. Воскресения жил игум. Варлаам. У него был список В. и., к-рый он в конце жизни хотел отдать юрод. Харитону. Однако во сне ему явилась Световидная Жена и повелела отдать икону вдовому свящ. Мирону, т. к. через нее Богу угодно прославить Чёрную гору. Получив от игум. Варлаама икону со словами Божия произволения о ней, свящ. Мирон сначала поставил ее в своей ц. свт. Николая Чудотворца в Юроле, на левом берегу Пинеги, в 2 верстах от Чёрной горы, поскольку сама гора была недоступна из-за глубокого снега. От иконы сразу же начались исцеления. Одной из исцеленных женщин был услышан голос, повелевавший отнести святыню на гору. Летом 1604 г. икону отнесли и поставили у креста, обнесенного оградой. Здесь она вначале оставалась без присмотра. В том же году в Кевролу пришел из Москвы, спасаясь от Смуты и ища уединенной молитвенной жизни, мон. Иоанн. По «сонному видению» он ушел на Чёрную гору, где происходили чудесные явления, открывавшиеся разным людям (огненные столбы до небес, колокольный звон и др.). По совету игум. Варлаама свящ. Мирон принял монашеский постриг с именем Макарий. По его прошению царь Василий Иоаннович в 1606 г. дал грамоту на основание мон-ря. В 1608 г. новая монастырская церковь с поставленной в ней чудотворной иконой была освящена. Обитель и хранившаяся в ней икона получили название Черногорские, а через нек-рое время, когда благодаря монастырским храмам преобразился дикий вид горы и она стала называться Красная, изменилось наименование и мон-ря, и иконы.

Она стала называться также «Умиление» «Красногорская (Черногорская)». В 1698 г. был установлен ежегодный крестный ход с В. и. «Красногорская» (а также со 2-й чудотворной иконой того мон-ря - «Грузинской», купленной в 1622 купцом Латкиным у персиян в Грузии) в Холмогоры. В XIX в. икону уносили на неск. недель в Архангельск, а также в Холмогорский и Шенкурский уезды, где ставили на неск. дней в каждую церковь и носили по домам. В 1859 г. в мон-ре возник пожар, но благодаря крестному ходу с иконой прекратился.

В. и. «Красногорская» была небольшого размера (32´ 25 см), на тыльной стороне имелась надпись, полустертая, но еще читавшаяся в XIX в.: «Божиею милостию и молитвами Пресвятыя Богородицы, Ея явлением, Воскресенский игумен Варлаам, Кеврольския десятины, благословил вдоваго попа Мирона образом Пречистыя Богородицы сея иконы и по Ея явлению велел строить пустыню-монастырь в Чёрной Горе, где она произволила». В наст. время местонахождение иконы неизвестно.

В. и. «Теплогорская»

почиталась в сер.- 2-й пол. XVII в. в Устюжском у., в пустыни на Тёплой горе. О ней было составлено сказание, сохранившееся в одном списке 70-х гг. XVII в. В 1-й ч. сказания («Явление о иконе…») повествуется о явлении иконы в 1643 г. в пределах Н. Новгорода, в с. Павлов Перевоз, крестьянину Григорию Данилову. Он тяжело заболел и, будучи при смерти, увидел «свет великий», наполнивший его «храмину», и услышал голос, повелевший ему встать с одра и пойти в Н. Новгород, чтобы найти на торгу иконописца Иоанна Калистратова, у к-рого в лавке есть В. и. («стоит вверху к стене лицем от многаго времени»). Больному было обещано скорое исцеление от иконы. Для этого требовалось купить образ и идти с ним «к восточным странам, во град Устьюг Великий, во область его в верх реки Юга на край Теплыя горы, в дикой черной и непроходимой лес, где она… изволит вселение себе сотворити» (исследование, публ. текста см.: Власов А. Н. Сказания о чудотворных иконах Устюжского края XVI-XVII вв. // КЦДР. 1994. [Вып.:] XVII в.: Разные аспекты исслед. С. 228). Повеление было исполнено. Остановившись напротив Тёплой горы отдохнуть, Григорий уснул и во сне услышал от иконы голос, возвестивший устроить на этом месте «жилище» иконе и «селение монашеское». Поставив там крест, Григорий поместил икону в часовню свт. Николая Чудотворца на Тёплой горе, где от нее исцелился сухорукий человек Далмат Карпов (подобно исцелению от древней В. и. в XII в.). Икону перенесли в указанное ею место, и от нее начали происходить многочисленные чудеса. Григорий испросил у владельца земли на Тёплой горе Иакова Иванова Росохина даровать это место под мон-рь. Владелец отдал землю со всеми угодьями в вечное пользование, а сам принял постриг. По благословенной грамоте Ростовского и Ярославского митр. Варлаама был основан мон-рь с церковью в честь Владимирской иконы, освященной в 1644 г.; его строителем был «блаженный Григорий». 2-я ч. сказания («Явление о чюдесех…») представляет собой подробный перечень 55 чудес, происшедших от иконы с 1644 по 1683 г. Согласно донесению 1728 г. строителя иером. Феодосия, чудотворная икона из Теплогорской Богородицкой пуст. сгорела во время пожара 1722 г. и была заменена новой; чудес от нее зафиксировано не было.

В. и. «Флорищевская»

(празд. 21 мая) - местночтимая из Флорищевой Успенской муж. пуст. Гороховецкого у. Владимирской губ., основанной в 1651 г. схим. Мефодием. В 1653 г. к нему присоединился инок Иларион (буд. митрополит Суздальский). В мон-ре, в алтаре соборного храма, возле жертвенника, находилась В. и., по преданию написанная в 1464 г. Иваном Чировым. В Житии Илариона Суздальского сообщается, что икона была отобрана им в с. Лыскове у мошенников, выдававших себя за сборщиков подаяния на Флорищеву пуст. Иларион усердно молился этому образу и неоднократно получал покровительство и помощь Пресв. Богородицы. Так, в 1681 г., когда шло строительство новой каменной ц. Успения, рабочие возроптали на скудное содержание и тяжелый труд. Моля Бога о помощи, Иларион впал в легкий сон, во время к-рого удостоился видения Пресв. Богородицы, повелевшей ему принести Ее образ, «именуемый Владимирским, от теплой церкви с паперти и поставить его в новостроенной церкви» и обещавшей быть ему помощницей (Георгиевский. 1896. С. 66, 119-120). Пробудившись, Иларион призвал всех монахов помолиться перед В. и., после чего икону принесли крестным ходом в строящуюся церковь и поставили среди строительных лесов,- рабочие перестали роптать, и строительство ускорилось. В одну из ночей около храма появился белый «снеговидный свет», исходящий от иконы, что было знаком «помощи свыше» и побудило трудиться еще усерднее.

Ежегодно вместе с др. монастырской святыней - иконой «Успение» - В. и. носили крестным ходом по селениям Гороховецкого и Вязниковского уездов. На серебряной золоченой ризе иконы была вычеканена надпись: «В 1464 году принесен сей образ Пречистой Богородицы Владимирския июля в 29-й день на память священномученика Калиника. Писал в Нижнем Новгороде изограф Иван Андреевич Чировъ (инъ?) по обещанию балахонца Ивана Яковлева Ветошникова, а возобновлена и позлащена при настоятеле иеромонахе Гедеоне 1750 года марта 30 дня, в замещение старой ризы сделана новая серебряная риза при настоятеле архимандрите Антонии 1886 года, мая 19 дня» (Там же. С. 119). После закрытия мон-ря иконы и утварь как художественные ценности были переданы в ГВСМЗ. Местонахождение В. и. «Флорищевская» в наст. время неизвестно.

В. и. «Ордынская-Поречская»

(празд. 21 мая) - местночтимая Ордынской (Орденской, Ардынской) Богородицкой муж. пуст. Поречского у. Смоленской губ., располагавшейся в лесистой, болотистой местности на левом берегу р. Мёжи при впадении в нее речки Ордынки (см. кн.: Ордынская пустынь Смоленской еп. СПб., 1873). О возникновении пустыни существуют 2 малодостоверных предания, в к-рых дано народное осмысление названия р. Ордынки. По одному из них, пустынь была основана во времена вел. кн. Василия Тёмного в 1451 г. монахами, спасавшимися от нашествия Ахмата (в то время ханом был Седи-Ахмет). Они переименовали речку Жидовку в Ордынку и устроили пустынь, в деревянной церкви к-рой поставили В. и. Пожар уничтожил все постройки, и пустынь была перенесена на новое место. Согласно др. преданию, обитель основал в XVII в. дипломат царя Алексея Михайловича Афанасий Лаврентьевич Ордин-Нащокин, подвергшийся опале и постриженный в Новгороде с именем Антоний. Он пришел в поречскую землю, основал обитель и поставил в церкви список В. и., принесенный им из Москвы. Церковь впосл. сгорела, а икона осталась невредимой.

В XVIII в. обитель пришла в упадок; некому было совершать богослужение. Протоиерей церкви с. Устье и церковный ктитор дворянин Никифор Поплонский перенесли икону из мон-ря в свой приходской храм. Вскоре оба заболели. Увидев в этом наказание Господне, они возвратили икону в мон-рь. В 1720 г. Поплонский пожертвовал обители угодья. В 1844-1866 гг. материальное состояние мон-ря улучшилось и благодаря трудам игум. Палладия началось новое почитание местной святыни, совершались многочисленные исцеления и др. чудеса. В. и. «Ордынская» почиталась в мон-ре как уменьшенная (32´ 28 см) «точная копия» древней В. и. из Успенского собора Московского Кремля. В XIX в. темные лики Богоматери и Младенца на иконе были закрыты слюдой, одежды и фон - серебряной золоченой ризой (весом 694 г) с жемчугом и камнями. Икона была вставлена в серебряную раму (весом 830 г), окруженную лучами сияния, с изображениями Саваофа, Св. Духа и 2 ангелов. Икону попеременно переносили в те храмы, где совершалось богослужение. В каждом для нее были устроены киоты с балдахинами. После литургии служили «общий молебен с Акафистом»; на «вечернем правиле» ежедневно читался канон с Акафистом; каждую субботу на утрене или всенощном бдении совершали «соборное акафистное служение со звоном и каждением». 23 июня был установлен крестный ход вокруг мон-ря, в к-ром чудотворную икону несли на носилках. Судьба иконы после закрытия мон-ря не выяснена.

В. и. из слободы Мстёра

В Богоявленской ц. почитались 2 иконы 1-й пол. XVII в. в богатых драгоценных окладах. Одна из них, вероятно, была вложена кн. Василием Григорьевичем Ромодановским († 1671) и находилась в главном иконостасе, слева от царских врат. Поля и фон покрывал совр. письму иконы серебряный оклад с чернью, дробницами с образами святых (апостолы Петр и Павел, святители Василий Великий, Иоанн Златоуст, Григорий Богослов, святые Мария и Василий); венец был того же времени, что и оклад; зубчатая корона и большая цата - более поздние; массивная серебряная риза 1852 г. Икона была вставлена в икону-раму с клеймами Жития Богоматери и чудес.

2-я икона, в древнем серебряном чеканном окладе, с венцами и цатой с камнями того же времени, в шитой жемчугом и камнями бархатной малиновой ризе, помещалась в киоте перед алтарной солеей. Важное историческое и археологическое значение этих икон как «памятников древнего иконографического искусства» было отмечено учеными XIX в. Судьба икон в XX в. не выяснена.

В. и. из г. Смоленска

из ц. вмч. Георгия, где она находилась с 1797 г. В 1812 г. икона была похищена солдатами армии Наполеона и увезена в дом унтер-офицера Корнева. Дом сгорел, а икона осталась невредимой. В 1816 г. она была возвращена в ц. вмч. Георгия.

В. и. «Оптинская-Новодивеевская»

Владимирская «Оптинская-Новодивеевская» икона Божией Матери. Иером. Даниил (Болотов)? 50–70-е гг. XIX в. (Новодивеевский мон-рь, Спринг-Валли. США)
Владимирская «Оптинская-Новодивеевская» икона Божией Матери. Иером. Даниил (Болотов)? 50–70-е гг. XIX в. (Новодивеевский мон-рь, Спринг-Валли. США)

Владимирская «Оптинская-Новодивеевская» икона Божией Матери. Иером. Даниил (Болотов)? 50–70-е гг. XIX в. (Новодивеевский мон-рь, Спринг-Валли. США)
(празд. 21 мая, 23 июня, 26 авг.) принадлежала оптинскому старцу Амвросию (Гренкову). В 1923 г., во время разорения Оптиной пуст., когда сжигали иконы, образ был узнан схим. Евдокией, видевшей прежде икону в келье старца, и спасен от уничтожения. Икона была передана инокам Оптиной пуст., временно поселенным в Козельске. Оттуда она попала в Киев, к прот. Адриану Рымаренко (впосл. архиеп. Роклендский Андрей), служившему в Борисоглебской ц. (после ранних литургий там совершался Акафист В. и.). Во время второй мировой войны о. Адриан выехал из России, взяв икону с собой. В годы войны В. и. находилась в Берлине, потом в Вестерхайме и Вайдлингене (Германия). Во время боя загорелся дом, в к-ром находились о. Адриан с группой людей. С образом Богоматери они вышли из дома и прошли невредимыми под двусторонним обстрелом. Митр. РПЦЗ Анастасий благословил этой иконой о. Адриана ехать в Америку. В Америке образ был поставлен в жен. Новодивеевском мон-ре. Икона выполнена в реалистической живописной манере, отличается хорошим художественным качеством; является работой либо иером. Оптиной пуст. Даниила (Болотова), известного академического художника, либо одного из живописцев его мастерской.

В. и. из Харбина (Китай)

26 авг. 1925 г., в день празднования Владимирской иконе, чудесным образом в присутствии 7 чел. обновилась икона в харбинской общине беженок сестер Владивостокского жен. мон-ря, скрытая от глаз молящихся из-за своей «неблаголепности» в алтаре над жертвенником. Через час после этого перед иконой был отслужен молебен. Митр. Мефодий (Герасимов) описал это чудо в кн. «О знамении обновления св. икон» (1-е изд.: Харбин, 1925; последнее изд.- М., 1999). Обновление совершилось при особых обстоятельствах. 26 авг. 1925 г. стало днем освобождения узников, заключенных большевиками в Харбине. По случаю освобождения бывш. управляющего КВЖД Б. В. Остро-Куманова и бывш. ген.-губернатора Приамурского края Н. Л. Гондатти настоятельница общины игум. Руфина решила благословить каждого из них В. и. Предназначенная для Гондатти «неблаголепная» икона, вынесенная из алтаря, внезапно обновилась - стала светлой, сияющей. От обновленной иконы совершались чудеса, так, 30 сент. 1925 г., во время всенощного бдения на Покров Богоматери, женщина, пожертвовавшая в тот день к иконе пелену, тайно испросила у Богородицы помощь своей парализованной матери. Исцеление наступило в тот момент, когда пелена была положена к образу. Больная увидела в комнате блеснувшую молнию, сильно испугалась, неожиданно вскочила с постели и заговорила. В наст. время икона находится в мон-ре в Сан-Франциско, в Калифорнии. На образе - оклад и риза.

Ист.: Горский, Невоструев. Описание. 1869. Отд. 3. Ч. 1; Описи Моск. Успенского собора, от нач. XVII в. по 1701 г. включительно. СПб., 1876. (РИБ; Т. 3); Зимин А. А. Повести XVI в. в сб. Рогожского собр. // Зап. ОР ГБЛ. 1958. Вып. 20. С. 186-204; Об иконе Владимирской Богоматери / Вступ. ст. и публ. В. А. Кучкина, Т. А. Сумниковой // Чудотворная икона в Византии и Др. Руси / Ред.-сост. А. М. Лидов. М., 1996; Гребенюк В. П. Икона Богоматери Владимирской и духовное наследие Москвы. М., 1997; Клосс Б. М. Избр. труды. М., 2001. Т. 2.
Лит.: Георгиевский В. Т. Флорищева пустынь: Ист.-археол. описание с рис. Вязники, 1896; Grabar A. L'Hodigitria et l'Eleusa // ЗЛУ. 1974. Т. 10. P. 8-11; Чудотворные иконы Божией Матери в рус. истории / Сост. прот. А. Киселев. Н.-Й., 1976. М., 1992р; Маркина Н. Д. Две иконы «Богоматерь Владимирская» нач. XV в.: К вопр. об изменении иконографии древнего оригинала // Куликовская битва в истории и культуре нашей Родины: Мат-лы юбил. науч. конф. М., 1983. С. 168-177; Гусева Э. К. Иконы «Донская» и «Владимирская» в копиях кон. XIV - нач. XV в. // ДРИ. М., 1984. [Вып.:] XIV-XV вв. С. 46-58; она же. Из истории почитания иконы «Богоматерь Владимирская» и ее списков // Богоматерь Владимирская: Сб. мат-лов: Кат. выст. М., 1995. С. 76-79; Лазарев В. Н. История визант. живописи. М., 1986. С. 94, 98, 112, 113, 227; Ebbinghaus A. Die altrussisсhen Marienikonen-Legenden. B., 1990. S. 139-159. (Slav. Veröffentlichungen; Bd. 70); Богоматерь Владимирская: Сб. мат-лов: Кат. выст. М., 1995; Анисимов А. И. Владимирская икона Божией Матери // Там же. С. 40-64; он же. История Владимирской иконы в свете реставрации // Там же. С. 67-75; Беляев Л. А. Чудотворная икона в сакральной топографии средневек. города: первый престол иконы Владимирской Богоматери в Москве // Чудотворная икона в Византии и Др. Руси. М., 1996. С. 303-320; Щенникова Л. А. Чудотворная икона «Богоматерь Владимирская» как «Одигитрия евангелиста Луки» // Чудотворная икона в Византии и Др. Руси / Ред.-сост. А. М. Лидов. М., 1996. С. 252-302; она же. Прославление чудотворной Владимирской иконы Богоматери в XVII в. // ИКРЗ, 1998. Ростов, 1999. С. 76-84; она же. Св. Покровительница гос-ва Российского // Ист. вестн. 1999. № 3/4. С. 27-88; она же. Икона-список «Богоматерь Владимирская» из Успенского собора города Владимира // ИХМ. 2001. Вып. 5. С. 67-84; она же. Почитание чудотворной Владимирской иконы в эпоху Дионисия и его последователей // Ферапонтовский сб. М.; Ферапонтово, 2002. Вып. 6. С. 151-166; Этингоф О. Е. К ранней истории иконы «Владимирская Богоматерь» и традиции влахернского Богородичного культа на Руси в XI-XIII вв. // Она же. Образ Богоматери. М., 2000. С. 127-156.
Л. А. Щенникова
Ключевые слова:
Иконы Божией Матери Иконография Божией Матери (Иконопись) Иконы чудотворные Умиление История святынь, чудотворных икон, источников и чудесных исцелений Почитание икон Божией Матери в Русской Православной Церкви Владимирская икона Божией Матери (празд. 21 мая, 23 июня, 26 авг.), самая ранняя из известных сохранившихся чудотворных икон Древней Руси
См.также:
БАХЧИСАРАЙСКАЯ [МАРИУПОЛЬСКАЯ] ИКОНА БОЖИЕЙ МАТЕРИ (празд. 15 авг.)
БОГОЛЮБСКАЯ ИКОНА БОЖИЕЙ МАТЕРИ (праздн. 18 июня)
АКАФИСТНАЯ ХИЛАНДАРСКАЯ ИКОНА БОЖИЕЙ МАТЕРИ (праздн. 12 янв.)
АХТЫРСКАЯ ИКОНА БОЖИЕЙ МАТЕРИ праздн. 2 июля
БАЛЫКИНСКАЯ ИКОНА БОЖИЕЙ МАТЕРИ (празд. 30 июня)
«БЛАГОВЕЩЕНИЕ МОСКОВСКОЕ» ИКОНА БОЖИЕЙ МАТЕРИ (празд. 25 марта)
БЛАГОДАТНОЕ НЕБО ИКОНА БОЖИЕЙ МАТЕРИ чудотворный образ из Архангельского собора Московского Кремля (празд. 6 марта)
«БЛАЖЕННОЕ ЧРЕВО» ИКОНА БОЖИЕЙ МАТЕРИ (празд. 26 дек.)
БОГОЛЮБСКАЯ ЗИМАРОВСКАЯ ИКОНА БОЖИЕЙ МАТЕРИ (праздн. 18 июня)
БОГОЛЮБСКАЯ МОСКОВСКАЯ ИКОНА БОЖИЕЙ МАТЕРИ (празд. 18 июня)
БОГОЛЮБСКАЯ УГЛИЧСКАЯ ИКОНА БОЖИЕЙ МАТЕРИ XVII в., (праздн. 18 июня)
БОЯНСКАЯ ИКОНА БОЖИЕЙ МАТЕРИ чудотворный образ, находящийся в ц. Рождества Пресв. Богородицы Боянской иконы Божией Матери жен. мон-ря (Черновицкая епархия Украинской Православной Церкви)
ВАЛААМСКАЯ ИКОНА БОЖИЕЙ МАТЕРИ чудотворный образ, получивший название по месту своего явления в Спасо-Преображенском Валаамском муж. мон-ре в 1897 г.
ВЫДРОПУССКАЯ ОДИГИТРИЯ, ИКОНА БОЖИЕЙ МАТЕРИ (празд. 28 июля), чудотворная