Добро пожаловать в один из самых полных сводов знаний по Православию и истории религии
Энциклопедия издается по благословению Патриарха Московского и всея Руси Алексия II
и по благословению Патриарха Московского и всея Руси Кирилла

Как приобрести тома "Православной энциклопедии"

КАЗАКОВ
Т. 29, С. 102-110 опубликовано: 6 января 2017г.


КАЗАКОВ

(Козаков) Матвей Федорович (9.11.1738, Москва - 26.10(7.11).1812, Рязань), рус. архит. эпохи классицизма. Создатель московской архитектурной школы и своеобразного стилистического направления - московского варианта раннего и зрелого классицизма, отличавшегося от петербургского большей мягкостью, тесной связью с барокко, менее строгим соблюдением ордерных канонов, а также прагматичностью решений. Вместе с В. И. Баженовым К. стоял у истоков распространения в России псевдоготического стиля, соединившегося в трактовке зодчего с русскими национальными мотивами. Главной архитектурной темой творчества К. была тема центрического сооружения, лежавшая в основе большинства его построек. Сфера деятельности К. ограничивалась преимущественно Москвой и Московской губ., однако влияние его творчества широко распространилось по всей Центр. России, в т. ч. благодаря работам большого количества учеников, среди которых 1-е место занимают Р. Р. Казаков, И. В. Еготов и А. Н. Бакарёв.

К. род. в небогатой семье подканцеляриста Кригскомиссариата. В 1751 г., после смерти отца, он, еще в школе обнаруживший склонность к рисованию, был определен учеником в архитектурную команду кн. Д. В. Ухтомского на казенный счет. В школе Ухтомского К. познакомился с классическими трудами по теории архитектуры Витрувия, А. Палладио, Дж. да Виньолы, Ж. Ф. Блонделя, О. Ш. Давилье, Л. К. Штурма; большое влияние на учеников школы оказывали работы Ухтомского, напр. грандиозный проект храма для московского Инвалидного дома (1758-1759) в духе Смольного собора Б. Ф. Растрелли. В 1753-1754 гг. после теоретической подготовки К. в качестве полноценного члена команды участвовал в постройке сгоревшего Головинского дворца имп. Елизаветы Петровны в Лефортове. По окончании работ он получил чин сержанта архитектуры. В это же время на лефортовской стройке в команде Ухтомского работал вольнонаемный живописец 2-го класса Баженов: вероятно, тогда и познакомились зодчие. В 1754 г. К. был аттестован в школе Ухтомского архитекторским учеником 2-го класса. В 1755 г. определен в ведомство Берг-коллегии, в 1756 г. копировал чертежи «магазейнов Камнемостовского питейного дома в Москве». В 1758 г. К. снова работал с Ухтомским, исправляя чертежи. Получил чин прапорщика архитектуры. К этому времени он уже обучал учеников в школе рисунку. К 1761 г. относится первая самостоятельная работа К.- обследование старой деревянной и проект новой каменной церкви в Яблонове. Идентифицировать постройку не представляется возможным, т. к. неизвестны ни посвящение церкви, ни регион, к к-рому относилось название населенного пункта. В 1762 г. К. работал на постройках для предстоящей коронации Екатерины II, помогая Ухтомскому, составлял чертежи палат Сибирского приказа, старого и нового гостиных дворов и проч. В февр. 1763 г. К. произведен в поручики архитектуры. В 1763 г. он успел поработать на строительстве мастерских Оружейной палаты в Московском Кремле, затем поучаствовать в постройке колокольни Троице-Сергиевой лавры в качестве помощника Ухтомского. В сент. того же года получил назначение в Тверь, в команду П. Р. Никитина.

Вид иконостаса церкви Пречистенского дворца в Москве. Рисунок. 1774 г. Архит. М. Ф. Казаков
Вид иконостаса церкви Пречистенского дворца в Москве. Рисунок. 1774 г. Архит. М. Ф. Казаков

Вид иконостаса церкви Пречистенского дворца в Москве. Рисунок. 1774 г. Архит. М. Ф. Казаков
Пожар в Твери 12 мая 1763 г. уничтожил почти всю деревянную застройку города на правом берегу Волги. Бедствие стало поводом к проведению масштабной реконструкции города в стиле новой регулярной архитектуры. С 1763 по 1767 г. К. работал в Твери (в научной лит-ре с этим периодом его карьеры архитектора связано много необоснованных предположений). К. исполнял чертежи фасадов путевого дворца, зданий на 8-гранной Фонтанной пл. (ныне пл. Ленина), а также провиантских складов. Главную роль в проектировании как путевого дворца, так и городской застройки играл Никитин, а возможно, и смоленский ген.-губернатор В. В. Фермор, назначенный ответственным за строительство в Твери. Все проекты этого периода были выполнены под влиянием уходившего из моды стиля барокко, характерного для школы Ухтомского, в соединении с принципом утилитарности, свойственным образцовым проектам. В этих работах трудно определить самостоятельный художественный почерк как К., так и Никитина. Достоверно известно, что в 1766 г. К. выполнил акварельный вид строящегося города с подробно изображенными древним кремлем, соборами, новым путевым дворцом на переднем плане и застройкой набережной «единой фасадой» вдалеке.

В 1767 г. К. подписал проект Екатерининского придела собора Вознесенского монастыря в Смоленске (1697-1700) - небольшой постройки с 2-светным четвериком в 3 оси, увенчанным барочным 4-гранным куполом с люкарнами и ложной главкой. Окна были украшены «наличниками с ушами», а средний ризалит четверика - рустом. В 1768 г. К. составил образцовый проект одноэтажных домов в 5 окон для г. Белый Смоленской губ. (ныне Тверской обл.). Единственным украшением безликих фасадов здесь был руст вокруг среднего ложного окна.

В 1768 г. начался московский период жизни К. Он приступил к работе над крупнейшим проектом того времени - строительством Кремлевского дворца, автором которого был Баженов. В апр. К. получил положительный аттестат о работе в Твери, а затем был принят в организованную 1 июля Экспедицию Кремлевского строения (ЭКС) под начало ген.-поручика М. М. Измайлова. В дек. того же года Баженов назначил К. своим помощником и взял в С.-Петербург для представления имп. Екатерине проекта Кремлевского дворца. В рапорте 1768 г. Баженов высоко оценил профессиональные качества К. и ходатайствовал о чине секунд-майора для своего протеже. Этот чин К. не получил, но в нач. 1769 г. был назначен «за архитектора», т. е. заместителем Баженова. Работа в ЭКС была для К. серьезной профессиональной школой: он занимался составлением плана Кремля (1769-1770), оформлением торжественной церемонии закладки дворца (1772); здесь началось его сотрудничество со скульптором И. Х. Юстом. В 1770 г. Баженов заказал для ЭКС 8 книг увражей Ж. Ф. Неффоржа, влияние к-рых на творчество К., не имевшего опыта непосредственного знакомства с европ. архитектурой, трудно переоценить. В большинстве крупных самостоятельных работ мастера в 70-80-х гг. XVIII в. много стилистических и типологических заимствований из этого издания. Влияние «вкуса Неффоржа» на творчество К. ослабевает лишь к 90-м гг. XVIII в., когда из С.-Петербурга дошли веяния строгого классицизма и «неиспорченного» палладианства в трактовке Дж. Кваренги.

В период работы К. в ЭКС была начата постройка Владимирской ц. в Виноградове (ныне в черте Москвы; 1772-1777). Необычный храм приписывают (без достоверных документальных подтверждений) то Баженову, то К. Можно предположить, что проект исходил из круга архитекторов ЭКС, но главным прототипом для треугольного со скругленными углами плана церкви был увраж Неффоржа с проектом «храма войны» (Neufforge. Т. 6. Р. 397-398). В то же время план церкви имеет аналогию в трактате Л. К. Штурма, посвященном храмовой архитектуре и известном К. еще со времени учебы в школе Ухтомского (Sturm L. Ch. Vollständige Anweisung, alle Arten von Kirchen wohl anzugeben. Augsburg, 1718. Taf. XV). Суховатый декор барабана церкви в Виноградове напоминает др. неффоржевский проект собора (Neufforge. Т. 7. Р. 434). Храм в Виноградове был обобщенно повторен в треугольной московской ц. вмч. Георгия на Всполье (1779-1788, не сохр.), также безосновательно приписанной Баженову и имеющей немало копий в провинции, в частности в Ярославской и Костромской областях, напр.: Казанская ц. в с. Иванкове (Угличского р-на Ярославской обл., 1802); Воскресенская ц. в урочище Валуеве близ дер. Повалихино (Чухломского р-на Костромской обл., 1803-1808) и др. Треугольная или трехосно-центрическая форма плана в разных вариациях была использована К. в таких проектах, как проекты Сената и ц. во имя святых Космы и Дамиана на Маросейке.

Петровский дворец в Москве. 1775–1783 г. Архит. М. Ф. Казаков. Фотография. 2009 г.
Петровский дворец в Москве. 1775–1783 г. Архит. М. Ф. Казаков. Фотография. 2009 г.

Петровский дворец в Москве. 1775–1783 г. Архит. М. Ф. Казаков. Фотография. 2009 г.
К 1774 г. относится первая крупная самостоятельная работа К.- постройка временного Пречистенского дворца для имп. Екатерины II. Поскольку московские дворцы находились в неудовлетворительном состоянии, было принято решение для пребывания императрицы в Москве (в связи с празднованием в 1775 Кючюк-Кайнарджийского мира) приспособить под дворец жилые дома кн. М. М. Голицына (ул. Волхонка, 14) и кн. В. С. Долгорукова (ул. Волхонка, 16). Строительство было поручено ЭКС, рекомендовавшей К. Зодчий виртуозно справился с задачей соединения разновременных построек в единый комплекс зданий. Строительство было выполнено в рекордно короткие сроки (сент.-дек. 1774). В помощь К. были командированы опытный архит. К. И. Бланк (он создал подвесную конструкцию перекрытия тронного зала), 4 ученика и 4 помощника архитектора. Дворец состоял из неск. частей. Два каменных дома (оба в глубине квартала), в одном из к-рых разместилась императрица, в другом - наследник, были соединены крупным деревянным объемом (по линии улицы) с парадными залами и церковью. Сохранились подписные чертежи К.: план и разрез дворца, а также интерьер церкви. В основе композиции небольшого пространства лежала полукруглая колоннада за алтарем (наподобие деамбулатория), сочетающаяся с триумфальной аркой, фланкированной колоннами. Пространство алтаря было открыто в храм. Перед алтарем помещался низкий иконостас с 2 иконами местного ряда и царскими вратами, завершенными медальоном-тондо и фланкированными 2 фигурами коленопреклоненных ангелов. К. создал новый тип классицистического церковного интерьера, творчески используя увражи Неффоржа.

Николаевский дворец в Московском Кремле. Архит. М. Ф. Казаков. Фотография. 1884 г.
Николаевский дворец в Московском Кремле. Архит. М. Ф. Казаков. Фотография. 1884 г.

Николаевский дворец в Московском Кремле. Архит. М. Ф. Казаков. Фотография. 1884 г.
Возможно, предшественниками К. в России были Ж. Б. М. Валлен-Деламот, спроектировавший церковь АХ в С.-Петербурге (1764-1788), а также И. Е. Старов, создавший в 1774 г. проект и модель Троицкого собора Александро-Невской лавры, где предполагалось устройство алтаря с полукруглой колоннадой, наподобие католических деамбулаториев, и низким иконостасом. Аналогичный иконостас сделал Старов в Никольской ц. (1774-1776) в с. Никольском (Гагарине) (ныне Рузского р-на Московской обл.). План этой церкви хранится в «альбоме церквей», в к-ром К. собрал не только свои проекты, но и проекты друзей и коллег. Тем не менее новаторское для своего времени решение, использованное в строительстве имп. церкви, послужило образцом для множества подражаний.

В том же 1774 г. К. начал работу над ц. Спаса Нерукотворного в усадьбе Рай-Семёновское (ныне дер. Райсемёновское Серпуховского р-на Московской обл.). Первый теплый этаж церкви был выстроен в 1763 г., но затем строительство прекратилось. В 1774 г. владельцы усадьбы Нащокины пригласили К., и он по собственному проекту надстроил 2-й этаж церкви, возвел колокольню и отделал интерьер. Работы продолжались до 1783 г. Постройка, относящаяся к традиционному для 1-й пол. XVIII в. типу 3-частных церквей «кораблем», была выдержана К. в стилистике раннего классицизма под влиянием увражей Неффоржа. Основной храм с прямоугольной апсидой и симметричным ей зап. притвором завершен мощным куполом на барабане. С запада узкий переход соединяет объем храма с 3-ярусной колокольней с цилиндрическим верхним ярусом, увенчанным высоким квадратным в сечении шпилем наподобие обелиска. Декор фасадов помимо коринфских колонных портиков на сев. и юж. фасадах храма и спаренных колонн на углах колокольни включал тонкую лепнину с мотивами гирлянд, филенок и накладных досок. Обработка барабана сдвоенными колонными эдикулами близка к декору Владимирской ц. в Виноградове и также повторяет проект церкви Неффоржа (Ibid. Т. 7 Р. 434). Интерьер храма не сохранился, но на гравюре 1778 г. К. воспроизвел этот интерьер, почти в точности повторявший церковь Пречистенского дворца. Позднее К. создал еще одну реплику в ц. во имя свт. Петра, митр. Московского, в усадьбе Петровское (Княжищево) (ныне Наро-Фоминского р-на Московской обл.; 1778-1784) (заалтарная полуциркульная колоннада, мощная триумфальная арка и низкий иконостас). Позднее появились подражания в дворцовых храмах Павловска и Михайловского замка в С.-Петербурге (1797-1799, архит. В. Бренна). В посл. четв. XVIII в. в столицах и провинции подобная композиция алтаря и иконостаса получила повсеместное распространение, особенно в приходских храмах, где небольшое пространство часто не позволяло сооружать крупные иконостасы, напр., в ц. Сошествия Св. Духа на апостолов на Лазаревском кладбище (1784-1787, архитекторы Е. С. Назаров, Н. Легран?) или во Владимирской ц. в Быкове (1783 - кон. 80-х гг. XVIII в.) и др.

Ротонда здания Сената в Московском Кремле. 1776–1790 гг. Архит. М. Ф. Казаков. Фотография. 1883 г.
Ротонда здания Сената в Московском Кремле. 1776–1790 гг. Архит. М. Ф. Казаков. Фотография. 1883 г.

Ротонда здания Сената в Московском Кремле. 1776–1790 гг. Архит. М. Ф. Казаков. Фотография. 1883 г.
1775 год стал переломным в карьере К. 28 янв. зодчий в числе прочих, работавших на строительстве Пречистенского дворца, был представлен императрице, к-рая, видимо, оценила его труды благосклонно, хотя и называла дворец «триумфом путаницы». В марте-апр. того же года Екатерина II распорядилась в честь празднования Кючюк-Кайнарджийского мира провести гуляния на Ходынском поле. Работы над комплексом увеселительных павильонов были поручены Баженову и К. Баженов разработал проекты павильонов, изображавшие павшие тур. крепости. Некоторые павильоны были выдержаны в «греческой архитектуре», т. е. с применением ордера, другие же - в условном «готическо-мавританском» стиле. Они имели замкнутые симметричные композиции, прямоугольные, полукруглые, П- и Н-образные в плане. Особенно интересны 2 из них, центрические многогранники «Азов» и «Азов-каланчи», возможно спроектированные К. (в декоре «Азова» были использованы отдельные мотивы древней архитектуры Кремлевских башен, в частности шатровых завершений Спасской и Троицкой). Деревянные, раскрашенные под красный кирпич с белыми и яркими цветными деталями павильоны-крепости с башнями, машикулями, пинаклями и стрельчатыми окнами, служившие театром, буфетом, столовой, бальными залами и проч., были живописно расставлены на большом лугу; в той его части, которая изображала Черное м., помещались модели кораблей в натуральную величину. К., получивший в мае звание архитектора и чин коллежского асессора, активно помогал Баженову. Он выполнил чертежи и серию из 4 превосходных рисунков с видами ансамбля с разных точек. Благодаря творческому содружеству Баженова и К. (с ведущей ролью первого) успешно завершилось проектирование Ходынского ансамбля. С художественной т. зр. этот проект стал важнейшей вехой в зарождении русской псевдоготики, постройки, выполненные в этом стиле, породили немало подражаний в провинции. Так, 8-гранный павильон «Азов-каланчи» стал прототипом для конного двора в усадьбе А. П. Ермолова Красное (ныне Михайловского р-на Рязанской обл., 80-е гг. XVIII в.).

После проведенных торжеств 21-23 июля 1775 г. имп. Екатерина II сделала 2 заказа Баженову и К. (оба в полюбившемся императрице стиле псевдоготики): Баженову - построить царскую подмосковную усадьбу в с. Чёрная Грязь (вскоре переименовано в Царицыно), К.- возвести «Подъездной дворец на Санкт-Петербургской дороге» вблизи Ходынского поля. Ему удалось в сравнительно сжатые сроки построить масштабное сооружение. В нояб. 1775 г. был утвержден проект Подъездного дворца (Петровским замком он стал именоваться по названию земель, на которых строился, до секуляризации 1764 принадлежавших Высокопетровскому монастырю). В июне 1776 г. состоялась закладка здания, в 1779 г. оно было возведено под крышу, к 1783 г. закончились отделочные работы в интерьерах. Главным помощником К. был скульптор-лепщик И. Х. Юст, отвечавший за декорацию здания. В Петровском замке К. впервые воплотил свою главную архитектурную идею центричности. Доминантой ансамбля является абсолютно центрический главный корпус, увенчанный пологим куполом на низком световом барабане. Внутри расположен круглый зал с богатой лепной отделкой, прототипом для которого были, вероятно, увражи Неффоржа (Ibid. Т 6. Р. 241, 404-406).

В 1775-1776 гг. К. строил в Чудовом мон-ре Кремля новый дворец для назначенного на Московскую кафедру митр. Платона (Левшина). Дворец, позднее перестроенный и переименованный в Николаевский, был разрушен вместе с монастырем в 30-х гг. XX в. Двухэтажное здание на угловом участке замыкало территорию монастыря южнее монастырской трапезной и имело Г-образный план. К. виртуозно обыграл неудобное местоположение постройки, сделав угол скругленным и увенчав его небольшой ротондой. Угловое скругление он акцентировал 4-колонным римско-дорическим портиком. Протяженные фасады были решены нейтрально: вертикальный ритм подчеркивался неглубокими плоскими нишами, объединявшими окна 1-го и 2-го этажа. Края фасадов дополнительно отмечены 4 пилястрами. Венчал фасады дорический антаблемент, над колоннами и пилястрами имевший триглифно-метопный фриз. Декор дополняли изящные гирлянды и фигурные накладные доски под окнами. По завершении строительства в архиерейский дворец был перенесен интерьер церкви Пречистенского дворца, к тому времени разобранного и перевезенного на Воробьёвы горы. Необычная композиция архиерейского дворца много раз повторялась в московской архитектуре городских домов-усадеб со скругленными углами.

В апр. 1776 г. К. получил заказ на постройку в Кремле здания Присутственных мест. В процессе работы задача изменилась, и в новом адм. здании было решено разместить департаменты Сената, переведенные в Москву из С.-Петербурга. Здание Сената в нек-ром роде было скромной заменой неудавшегося грандиозного баженовского Кремлевского дворца, и К. в работе отталкивался от проекта Баженова. Грандиозное строительство велось до 1787 г., внутренняя отделка продолжалась до 1790 г. Главными сотрудниками К. были архит. Бланк (его проект был отклонен) и скульптор Юст, во внутренней отделке дворца также участвовал скульптор Г. Т. Замараев. У К. сложилась команда помощников, в к-рую вошел И. А. Селехов (впосл. московский губ. архитектор).

В основе плана здания Сената - равнобедренный треугольник; углы треугольника срезаны; вершина отмечена 2 ротондами: малой внешней и большой внутренней. Внутри треугольник разбит на 3 двора; 3-этажный на высоком цокольном этаже объем отличается цельностью. Въезд в центральный двор устроен через арку по оси главного длинного фасада. На этой же оси во внутреннем дворе расположена центральная ротонда с круглым залом внутри. В уровне 2-го и 3-го этажа ротонду огибает мощная римско-дорическая колоннада. Над колоннадой возвышается аттиковый ярус светового барабана купола. Большой купол изначально венчала скульптура вмч. Георгия Победоносца на коне, увезенная французами в 1812 г. (в 90-х гг. XX в. воссоздана над малым овальным куполом, раположенным над въездной аркой (один из вариантов проекта К.)). Ротонда Сената с круглым залом, названным современниками рус. пантеоном, стала и архитектурно-декоративным достижением К. По первоначальному скромному проекту планировалось возвести внешний деревянный купол, а под ним гораздо меньших размеров каменный на 8 ионических колоннах, вынесенных в центр зала наподобие беседки; вокруг колоннады должны были располагаться трибуны амфитеатра. Но К. предложил более смелый вариант: построить кирпичный купол на всю ширину ротонды. По легенде, архитектор первым взобрался на вершину купола, чтобы доказать его прочность. Внутри ротонда окружена стройной колоннадой из каннелированных коринфских колонн и пышно декорирована лепниной в стиле раннего классицизма.

Здание Сената стало не только вершиной творчества К., но и символом российской государственности. Монументальное общественное здание, аналогичное европ. постройкам своего времени, таким как здания министерств на пл. Людовика XV (ныне пл. Согласия) в Париже (1753-1775, архит. Ж. А. Габриель); Сомерсет-Хаус в Лондоне (1776-1786, архит. У. Чамберс); Реджистер-Хаус в Эдинбурге (1774-1792, архит. Р. Адам); Капитолий в Вашингтоне (1792-1827, архитекторы У. Торнтон, Б. Латроб, Ч. Булфинч) и др., сочетает архитектурный прагматизм с оригинальной художественной идеей и истинным величием. Среди названных построек здание Сената - самое необычное по композиции и самое закрытое.

Церковь во имя свт. Филиппа, митр. Московского, в Москве. 1777–1788 гг. Проект М. Ф. Казакова, архит. С. А. Карин. Фотография. 2011 г.
Церковь во имя свт. Филиппа, митр. Московского, в Москве. 1777–1788 гг. Проект М. Ф. Казакова, архит. С. А. Карин. Фотография. 2011 г.

Церковь во имя свт. Филиппа, митр. Московского, в Москве. 1777–1788 гг. Проект М. Ф. Казакова, архит. С. А. Карин. Фотография. 2011 г.
Параллельно с работой в Кремле в 1776-1780 гг. К. в подмосковной усадьбе Н. А. Демидова Петровское (Княжищево) строил дом, а в 1778-1784 гг.- ц. во имя свт. Петра, митр. Московского. Проект ансамбля ошибочно приписывался Старову лишь на основании того, что дом в усадьбе Петровское напоминал дом А. Г. Демидова в с. Тайцы под С.-Петербургом (построен Старовым в 1774-1780). Общим прототипом для усадебных домов в Тайцах и Петровском были увражи Неффоржа (Ibid. Т. 6. Р. 400; Т. 7. Р. 451). В усадьбе Петровское К. полностью воплотил свою идею центричности архитектурного ансамбля и отдельных построек и создал превосходное по гармонии и единству усадебное пространство.

Интерьер ц. во имя свт. Филиппа, митр. Московского. Фотография. 2003 г.
Интерьер ц. во имя свт. Филиппа, митр. Московского. Фотография. 2003 г.

Интерьер ц. во имя свт. Филиппа, митр. Московского. Фотография. 2003 г.
В 1777-1788 гг. по проекту К. архит. С. А. Карин строил ц. во имя свт. Филиппа, митр. Московского, на Мещанской ул. в Москве, сложные лепные работы выполнял Юст. Изначально предполагалось сделать церковь частью обширного комплекса митрополичьего двора. Митр. Платон, вероятно, предполагал построить дворцовую резиденцию наподобие европейских. Однако денег хватило только на пристройку небольшого храма-ротонды к трапезной (1752) с колокольней. Церковь, ставшая приходской, считается одной из первых ротондальных церквей эпохи классицизма. Ее необычная композиция как бы развивается изнутри наружу. В основе проекта, созданного под влиянием увража Неффоржа, лежит идея круглого здания с внутренней колоннадой. К. применил здесь почти ту же схему, что и в первоначальном проекте круглого зала Сената. В окружность внешних стен с прямоугольным выступом алтаря вписана компактная внутренняя ротонда, увенчанная куполом, вокруг к-рой устроена галерея хоров наподобие кругового обхода. Система конструкций родственна визант. церквам Св. Софии и святых Сергия и Вакха в К-поле: распор купола, передаваясь по колоннам и пилонам на своды кругового обхода, гасится внешними стенами. Внутренняя ротонда не является колоннадой в чистом виде. Расположенный на западе полукруг из 4 каннелированных ионических колонн большого ордера смыкается с др. вост. полукругом, образованным 4 пилонами. Царские врата фланкированы 2 коринфскими колоннами малого ордера, перекликающимися с подковообразной заалтарной колоннадой. Большой и малый ордеры четко соподчинены. Ионические колонны несут мощный антаблемент с оригинальным фризом, украшенным пышными волютами, как бы вырастающими из дорических триглифов; над карнизом устремлен ввысь кессонированный купол, слитный со световым барабаном. Коринфские колонки зрительно поддерживают промежуточный антаблемент, соответствующий уровню кругового обхода хор. Сложная внутренняя структура четко выражена на внешних стенах. Однако от большого ордера здесь сохранен лишь венчающий дорический антаблемент. Малый ионический ордер, поддерживающий карниз между окнами 1-го и 2-го яруса, представлен компактными 4-колонными портиками у сев. и юж. входов, а также пилястрами на алтарном выступе. Характер отделки фасадов не типичен для церквей, а скорее свойствен светским зданиям: прямоугольные окна, размещенные по осям, создают равномерный, несколько однообразный ритм, на фасадах преобладают горизонтальные членения. Все это (как и отсутствие колонн большого ордера) убеждает, что храм был задуман лишь как часть дворцового ансамбля, к-рый не был осуществлен. Храм завершен световым барабаном с прорезанными прямоугольными окнами и силуэтно выделяющимися треугольными сандриками. Наверху установлена открытая декоративная круглая беседка-фонарик на колонках.

В 1779-1780 гг. по заказу митр. Платона К. пристроил к трапезной Алексиевской ц. Чудова мон-ря новую паперть с крыльцом, выходившим на Ивановскую пл. Зодчий вновь применил псевдоготическую стилистику, смешанную с рус. мотивами. Крупный прямоугольный 2-этажный объем трапезной с наличниками в формах, переходных от узорочья к нарышкинскому стилю, был дополнен монументальным 3-арочным крыльцом во всю высоту здания. Крыльцо, увенчанное 2 пирамидами наподобие парных колоколен, стало доминантой древнего ансамбля и в то же время было ярким примером эклектизма. Двойные арки с гирьками опирались на мощные тосканские колонны с перехватами. Архивольты арок имели стрельчатые очертания. Был также использован мотив раковин Архангельского собора. При этом венчающие пирамиды украшали ложные окна в классицистических рамочных наличниках - детали, взятые из баженовского проекта храма-пирамиды. Как и прочие постройки Чудова монастыря, паперть не сохранилась.

Трапезная Алексиевской ц. Чудова мон-ря в Кремле (паперть с крыльцом — 1779–1780). Архит. М. Ф. Казаков. Фотография. 1882 г.
Трапезная Алексиевской ц. Чудова мон-ря в Кремле (паперть с крыльцом — 1779–1780). Архит. М. Ф. Казаков. Фотография. 1882 г.

Трапезная Алексиевской ц. Чудова мон-ря в Кремле (паперть с крыльцом — 1779–1780). Архит. М. Ф. Казаков. Фотография. 1882 г.
В кон. 70-х гг. XVIII в. проводилась регулярная перепланировка городов. К. осматривал «ветхости» кремля в Коломне и составлял план города. Приписываемое ему авторство проектов псевдоготических стен и башен в мон-рях Брусенском, Бобренёве и Старо-Голутвине не подтверждается.

Ок. 1780 г. начались активные работы еще над одним крупнейшим архитектурным проектом Москвы - зданием ун-та на Моховой. Первоначально проект разрабатывал Баженов. Но в нач. 80-х гг. XVIII в. к работе был привлечен К., очевидно рекомендованный П. А. Демидову, финансировавшему строительство. К. последовательно в течение 4 лет создал 3 проекта здания; каждый проект отличался от предыдущего более простой композицией и декором фасадов и строгостью архитектурных форм. Строительство монументального 3-этажного здания с 8-колонным ионическим портиком и полукруглым актовым залом велось вплоть до 1793 г. В 1812 г. здание ун-та сгорело и было воссоздано Д. Жилярди после 1817 г. в стиле ампир.

Церковь Вознесения Господня на Гороховом поле в Москве. 1788–1793 гг. Архит. М. Ф. Казаков (?). Фотография. 2009 г.
Церковь Вознесения Господня на Гороховом поле в Москве. 1788–1793 гг. Архит. М. Ф. Казаков (?). Фотография. 2009 г.

Церковь Вознесения Господня на Гороховом поле в Москве. 1788–1793 гг. Архит. М. Ф. Казаков (?). Фотография. 2009 г.
В 1784-1802 гг. в усадьбе Николо-Погорелое (ныне Сафоновского р-на Смоленской обл.) отставного артиллерии майора И. И. Барышникова был построен храм-мавзолей в честь Обретения главы св. Иоанна Предтечи. М. А. Ильин атрибутирует храм К. на основании стилистического анализа и документальных фактов др. работ архитектора, выполненных для Барышникова. В строительстве храма принимал участие Б. И. Поляков, выпускник академии, скульптор-медальер, служивший также и по архитектурной части. Вероятно, он наблюдал за постройкой и выполнял скульптурные работы. Стилевое решение храма, разрушенного во время Великой Отечественной войны 1812 г., совпадало с архитектурой сохранившейся церкви в усадьбе Барышниковых Алексино (Дорогобужского р-на Смоленской обл.), обе постройки близки к стилистике увражей Неффоржа. Храм в Николо-Погорелом представлял собой компактную ротонду, окруженную снаружи стройной ионической колоннадой, прерванной на западе фронтонным портиком с 2 колоннами в антах. Пологий купол прорезали овальные люкарны в прямоугольных обрамлениях и завершала фигурная главка-шар на цилиндрическом постаменте. Поверхность стен была тонко разделана филенками и вставками скульптурных барельефов. Интерьер был богато декорирован скульптурой.

Работы в усадьбе Барышникова Алексино велись почти 30 лет, начиная с 1782 г. Предположительно по проектам К. были возведены флигеля и т. н. Андреевская крепость в грубоватых готических формах, служившая хозяйственным целям. В 1794-1796 гг. построена ц. во имя арх. Михаила, приписываемая К. Архитектура этого храма во многом напоминает столичные церкви. Однако документально известно, что в усадьбе работал ученик К. и крепостной Барышниковых Я. Жданов. Очевидно, он контролировал строительство по проекту К. Среди увражей Неффоржа есть группа особенно близких прототипов к храму в Алексине (Ibid. Т. 6. Р. 403-408). Однако проект не повторяет ни один из них в отдельности. Крестообразная в плане центрическая постройка, завершенная высоким световым барабаном с куполом, имеет 4 одинаковых фасада с 4-колонными ионическими лоджиями - схема, очень близкая к схеме дома в Петровском. Декор в виде филенок с гирляндами и накладных досок характерен для раннего классицизма (в 90-х гг. XVIII в. он уже вышел из моды). В барабане чередуются световые и ложные окна с выделением диагональных осей раскреповками с пилястрами. Подобную композицию, заимствованную из проекта Неффоржа (Ibid. Т. 7. Р. 434), имеет также барабан храма в усадьбе Рай-Семёновское.

К 1784-1787 гг. относится один из самых знаменитых проектов К.- первая перестройка дома В. М. Долгорукова-Крымского на Б. Дмитровке для Благородного собрания. Главной частью этого проекта стал встроенный во внутренний двор дома колоссальный Колонный зал, предназначенный для балов. Мощная коринфская колоннада из 28 гладких деревянных колонн, отделанных белым искусственным мрамором, поддерживает подвесной зеркальный деревянный свод с распалубками над полуциркульными окнами верхнего света. Первоначально зал не имел балкона (добавлен в нач. XIX в.). До пожара 1812 г. стены зала были расчленены коринфскими пилястрами, а потолок украшен живописным плафоном с арматурами и картушами (здание восстановил ученик К. Бакарёв; фасады перестроены в 1903 А. Ф. Мейснером).

После посещения летом 1785 г. Москвы имп. Екатерина осталась довольна классицистическим зданием Сената, отметив, что оно «превзошло ее ожидания». Напротив, псевдоготические постройки Баженова в подмосковном с. Царицыне ей не понравились. Показавшиеся императрице тесными и неудобными дворцовые павильоны приказано было срыть до основания, а на их месте возвести новый дворец. Начальник ЭКС М. М. Измайлов поручил составить новые проекты дворца одновременно Баженову и К. Однако в янв. 1786 г. проект Баженова был отклонен, а сам он отстранен от строительства в Царицыне и близлежащих селах Булатникове и Конькове (где намечались дворцы для великих князей) и отправлен в отпуск. Строительство было поручено К., назначенному главным архитектором ЭКС. В авг. 1786 г. К. уже имел чин надворного советника. Но из-за военных расходов гос-ва финансирование строительства в Царицыне постоянно урезалось. Только к 1789 г. возвели 1-й этаж большого дворца. В 1793 г. было приказано достроенный лишь наполовину дворец спешно завершить и возвести под крышу. После смерти Екатерины II в 1796 г. недостроенное здание, как и мн. др. грандиозные проекты императрицы, забросили.

К., по-видимому, был передан частный заказ, выполнявшийся Баженовым для Измайлова. Строительство белокаменной Владимирской ц. в усадьбе Быково (ныне Раменского р-на Московской обл.) было начато в 1783 г. Проект, вероятно выполненный Баженовым, исследователи относят к кон. 70-х гг. XVIII в. А. Г. Борис предполагает, что постройка была закончена в кон. 80-х гг. XVIII в. под рук. К. Несколько видоизменив первоначальный проект, он пристроил к овальному в плане 2-этажному храму, схожему по композиции с Преображенской ц. (1783-1788) в Вифанском монастыре близ Троице-Сергиевой лавры, 2-этажную трапезную с парными башнями-колокольнями и полукруглой лестницей на зап. фасаде. В целом изменения первоначального проекта были незначительными. К. придал башням более строгий классический вид, а также привнес нек-рые «псевдорусские» декоративные мотивы. Новшеством была торжественная изогнутая лестница на 2-й этаж. Видимо, К. создал также классицистический интерьер церкви с полуциркульной заалтарной колоннадой.

После ухода Баженова К. фактически стал первым по статусу архитектором Москвы. В 80-90-х гг. XVIII в. он активно работал. По проектам К. под его собственным или его учеников наблюдением одновременно строились десятки объектов.

Церковь святых Космы и Дамиана на Маросейке в Москве. 1790–1803 гг. Архит. М. Ф. Казаков. Фотография. 1883 г.
Церковь святых Космы и Дамиана на Маросейке в Москве. 1790–1803 гг. Архит. М. Ф. Казаков. Фотография. 1883 г.

Церковь святых Космы и Дамиана на Маросейке в Москве. 1790–1803 гг. Архит. М. Ф. Казаков. Фотография. 1883 г.
В 1788-1793 гг. возводилась ц. Вознесения на Гороховом поле; с большой долей уверенности можно утверждать, что автором проекта был либо К., либо кто-то из его учеников. Мощная 2-ярусная ротонда, окруженная в нижнем ярусе белокаменной ионической колоннадой с пышными барочными капителями, соединена с низкой трапезной в форме прямоугольника со скругленными углами. На западе 3-частную осевую композицию церкви замыкает высокая 3-ярусная колокольня со шпилем. Этот храм является как бы живым средоточием тех архитектурных поисков, к-рые велись в кон. XVIII в. в московской архитектурной среде. Результаты этих поисков зафиксированы в т. н. смешанном альбоме К., где были собраны разнообразные проекты храмов (опубликован Н. Ф. Гуляницким; предварительный проект ц. Вознесения представлен в альбоме). Главной архитектурной темой большинства проектов была цель соединить в единой композиции идеальное центрическое сооружение и продольно-осевую схему приходской церкви, состоявшей из летнего храма, зимней трапезной с приделами и колокольни. Задача соединения идеального с прагматическим была очень характерна для московского зодчества и для творчества К. в частности. В зодчестве Москвы, а также в провинциальной архитектуре центрального региона на рубеже XVIII и XIX вв. особенно широко распространились подобные типы культовых построек. Зарождение своеобразной типологии таких зданий, совмещавших в себе ротонду с продольно-осевой композицией, связывают одновременно с творчеством Баженова и К., подчас отождествляя работы этих зодчих. Проекты церквей такого рода, сохранившиеся в казаковских альбомах, если и не принадлежали К., то могли быть выполнены учениками зодчего или учениками его учеников. Из московских построек наиболее значимы в этом ряду ц. в честь иконы Божией Матери «Всех скорбящих Радость» (Спаса Преображения) на Б. Ордынке, перестроенная Баженовым из старой (1783-1790) и ц. во имя Спаса на Глинищах (1776-1782, не сохр.), безосновательно приписанная Баженову. Среди провинциальных храмов наиболее известны ц. св. Иоанна Предтечи в Белозерске (1810), также без особых оснований атрибутируемая Баженову, Никольская ц. в с. Растворове (Мещовского р-на Калужской обл., 1800), Покровская ц. в с. Морозовы-Борки (Сапожковского р-на Рязанской обл., 1817) и др.

В приходской ц. во имя Космы и Дамиана на Маросейке, построенной по заказу М. Р. Хлебникова в 1790-1803 гг., К. совместил в одном здании, казалось бы, несовместимое - центрическую и продольную ориентации плана. Композиция, построенная на основе 3-осноцентрического плана, составлена из 4 разновысоких ротонд: храма, алтаря и 2 приделов, слитых воедино с небольшой прямоугольной трапезной и 2-ярусной колокольней с цилиндрическим ярусом звона. Затейливая и в то же время очень лаконичная по формам архитектура, выразительность которой построена на игре гладких округлых объемов, породила массу повторений в провинции. Строительство таких храмов, как Никольская ц. в с. Карачарове (Волоколамского р-на Московской обл., 1795), ц. вмч. Димитрия Солунского в дер. Шимоново (Можайского р-на Московской обл., 1800-1805), Смоленская ц. в дер. Кочемли (Кашинского р-на Тверской обл., 1791-1798), ц. Спаса Нерукотворного в с. Протасьев Угол (Чучковского р-на Рязанской обл., 1792-1795) и др., иногда пытались приписать К., что, однако, не нашло документальных подтверждений. Наиболее вероятным авторским повторением храма на Маросейке (довольно обобщенным) является Вознесенская ц. в Коломне (1792-1808).

В 1794-1801 гг. была построена ц. Усекновения главы св. Иоанна Предтечи в Казённой слободе (пересечение улиц Покровка и Земляной Вал; не сохр.). Архитектором этого храма традиционно принято считать К. Сложный в плане центрический объем представлял собой 3-светный четверик со срезанными углами, по длинным сторонам которого крестообразно расходились равновысокие притворы. Объем завершался пологим куполом со световой главкой, прорезанным 8 крупными арочными люкарнами под треугольными сандриками. Схожее решение купола было у ц. во имя свт. Филиппа, митр. Московского. С востока выступала пониженная апсида, с запада примыкала еще более низкая трапезная (очевидно, поздняя). Отдельно стоящая колокольня была через дорогу от храма. В целом довольно громоздкий объем был сплошь покрыт ленточным рустом, придававшим храму непривычный вид. В декоре не было ордера. Небольшие окна в срезанных углах четверика и на стенах апсиды почти терялись на фасадах. Лишь торцы ветвей креста выделялись огромными полуциркульными окнами верхнего света и треугольными фронтонами. Необычная архитектура храма носила ярко выраженный компилятивный характер. Возможно, за основу было взято несколько разных проектов. В этой связи стоит упомянуть 2 провинциальных храма, явно построенных столичными мастерами и напоминающими архитектуру церкви в Казённой слободе. Это Никольская ц. (1792) в усадьбе Николо-Прозорово Мытищинского р-на Московской обл., а также ц. Рождества Пресв. Богородицы в с. Салтыкове (Кашинского р-на Тверской обл., 1791-1806). При несхожести композиций этих построек везде использован почти одинаковый набор структурных и декоративных элементов. Практически идентичны своеобразные решения куполов с арочными люкарнами, что заставляет предполагать наличие одного источника.

Главный корпус голицынской больницы в Москве. 1796–1801 гг. Архит. М. Ф. Казаков. Фотография. 2009 г.
Главный корпус голицынской больницы в Москве. 1796–1801 гг. Архит. М. Ф. Казаков. Фотография. 2009 г.

Главный корпус голицынской больницы в Москве. 1796–1801 гг. Архит. М. Ф. Казаков. Фотография. 2009 г.
В 70-90-х гг. XVIII в. К. активно строил для частных заказчиков, складывалась жилая застройка т. н. казаковской Москвы. Достоверно известно более десятка домов-усадеб, сооруженных в городе по проектам К. Нередко архитектор переделывал более старые постройки, иногда лишь интерьеры. Все проекты частных домов включены К. в первый альбом т. н. партикулярных строений. Типологически дома можно разделить на 3 группы: купеческие дома с лавками, как правило занимавшие квартал целиком; дома-усадьбы с флигелями и курдонером, отгороженные от улицы службами или оградой с воротами (по типу франц. отелей); усадьбы с главным домом, выдвинутым на красную линию улицы, и флигелями, расположенными по сторонам или на заднем дворе. Все 3 группы, имевшие прототипы в европ. архитектуре, сосуществовали одновременно (представление нек-рых исследователей, что 3-й тип был изобретен К., ошибочно). Дома 70-х гг. XVIII в. были выдержаны в духе раннего классицизма, декор фасадов ориентирован на такие образцы, как дворец митр. Платона или Сенат. Стилистика домов 90-х гг. XVIII в. ближе к с.-петербургской архитектуре зрелого классицизма стиля Дж. Кваренги. Обязательным элементом фасада стал портик (независимо от размеров и назначения здания). Наиболее известными и одновременно художественно выразительными «партикулярными строениями» К. являются дом И. И. Демидова в Гороховом пер. (1789-1791); дом Е. И. Козицкой на ул. Тверской (1791); дом купца М. П. Губина на Петровке (1793-1799); дом И. И. Барышникова на Мясницкой (1793-1801).

В кон. XVIII в., в царствование имп. Павла, К. в отличие от др. успешных архитекторов екатерининской эпохи пользовался расположением власть имущих, вероятно, благодаря и дружбе с Баженовым, оказавшимся в чести у нового императора. В 1796 г. К. восстанавливал Новодевичий мон-рь после пожара. В 1797 г. для коронационных торжеств перестраивал Слободской дворец в Немецкой слободе. За эту работу К. получил чин статского советника. В том же году архитектор создал проект переустройства Кремля. Гораздо менее амбициозный и более реалистичный, чем проект Баженова, он тем не менее предполагал увеличение в 3 раза дворца Растрелли. Также К. проектировал новое здание Оружейной палаты (примерно на том месте, где его позже возвел Еготов) и колоссальный экзерциргауз, больше похожий на театр (проект создавался для преподнесения на коронации Павлу; не реализован).

Последним крупным проектом зодчего до ухода в отставку был комплекс Голицынской больницы, созданной в 1796-1801 гг. по завещанию кн. М. Д. Голицына. Под застройку была отведена территория парка на окраине города между Б. Калужской ул. (ныне Ленинский проспект) и р. Москвой, больница построена по усадебному принципу (на основе планировки фрагментов старой усадьбы Строгановых, бывшей на этом месте). Главный 3-этажный корпус поставлен в глубине большого двора и соединен дуговыми переходами с 2 боковыми 2-этажными Г-образными корпусами, охватывающими двор и «загибающимися» вдоль линии улицы. Еще несколько отдельно стоящих служебных корпусов выходят в парк. В центре протяженного главного корпуса возвышается округлый купол церкви, увенчанный фонариком. Купол наподобие рим. Пантеона по бокам фланкирован 2 маленькими круглыми колокольнями. Объем церкви выделен на обоих фасадах величественными римско-дорическими 6-колонными портиками колоссального ордера на мощном цоколе, к-рый огибают широкие лестницы. Лаконичные фасады здания, расчлененные горизонтальными межэтажными тягами, оживлены ризалитами на флангах. По осям ризалитов устроены плоские ниши, в которые вписаны полуциркульные окна 3-го этажа. Плавно скругленные внешние углы боковых крыльев перекликаются с соединительными дуговыми галереями-переходами. Уличные фасады боковых крыльев обогащены фронтонными портиками из сближенных ионических полуколонн, фланкирующих проезды во внутренние дворы. Смысловой и композиционной доминантой здания является круглый зал церкви, служившей также усыпальницей кн. Голицына. Прекрасная ионическая колоннада большого ордера дополнена угловыми полукруглыми нишами-экседрами с парами колонн малого коринфского ордера. Такие же полуколонны вписаны в композиции огромных римских окон высотой в 2 света. Перекличка 2 ордеров (излюбленный мотив К.) такова, что малая коринфская колоннада как бы окружает большую, ионическую, поддерживающую мощный кессонированный внутренний купол с окулусом. Т. о., реминисценции с одной из первых ротонд, рим. Пантеоном, здесь проявились наиболее ярко. В здании больницы имелись даже подъемники для больных, а коридорная система удобно связывала все помещения. По оси коридоров были устроены ретирады, выступающие на торцовых фасадах в виде характерных цилиндрических объемов (К. даже в таком утилитарном элементе здания использовал круглую форму). По завещанию Голицына в парке была построена картинная галерея с купольным залом в центре. Позднее она была перестроена Д. Жилярди.

В 1799 г. по предложению Баженова, ставшего вице-президентом АХ, началась подготовка грандиозного издания чертежей «Российская архитектура». В 1800 г. Высочайшим повелением К. поручили создание «фасадического атласа» Москвы (т. е. аксонометрического плана города с высоты птичьего полета). В связи с этими 2 проектами К. начал составлять альбомы архитектурных чертежей. К делу были привлечены команда К. и многие из его бывш. учеников. Работа велась до 1804 г. Было составлено 40 таблиц из предполагавшихся 185. Представленные имп. Александру I таблицы с видами Кремля не вызвали интереса. Проект был закрыт. Тем не менее было составлено 10 толстых альбомов казенных строений, 6 - частных, а также т. н. смешанный альбом. В мае 1805 г. за составление атласа К. был награжден орденом св. Анны 2-й степени.

В 1801 г. К. подал прошение об отставке «по старости и болезни». В окт. он вышел в отставку с чином действительного статского советника; пансион, к-рый должны были выплачивать К. до смерти его и его жены, равнялся жалованью К. Но и после отставки К. активно работал. В 1802-1807 гг. по его проекту и под его наблюдением строилась Павловская больница на ул. Павловской за Серпуховскими воротами. Эта последняя постройка архитектора в целом довольно сдержанна, заметна творческая усталость мастера. Компактный продольный 2-этажный корпус по оси главного фасада украшен 4-колонным ионическим портиком. Фланговые ризалиты выделены 3-частными итальянскими окнами, расчлененными коринфскими колоннами малого ордера и завершенными крупными полуциркульными окнами. Внутри центром композиции является круглый зал церкви, украшенный лепниной. Удобная коридорная планировка совмещается с анфиладой из больших палат. В торцах коридоров помещены полукруглые ретирады. В целом здание выглядит скромной реминисценцией Голицынской больницы.

В прошении об отставке К. писал, что остаток дней желает посвятить «обучению архитекторской школы». Еще в 1786 г., став главным архитектором ЭКС после Баженова, он создал кремлевскую чертежную, в которой были собраны все чертежи построенных им зданий. Он отдает распоряжение пополнять коллекцию «…чертежами и рисунками не только лучших зданий и видов России, но и прочих именитых зданий и видов всех четырех частей света». Из команды Баженова, а также из своих помощников К. создал первую в России специализированную архитектурную школу. Занятия проходили в собственном доме архитектора на углу Б. и М. Златоустинских переулков (в 2012 дом был почти разрушен). В 1792 г. К. подал записку с предложением организовать профессиональное уч-ще «каменных, плотничьих и столярных мастеров», однако ответа не получил. В 1805 г. для школы выделили помещения в здании Сената. В XIX в. школа, перейдя в дворцовое ведомство, стала основой Московского дворцового архитектурного училища, влившегося в созданное в конце века МУЖВЗ. На базе последнего в свою очередь появился сначала ВХУТЕМАС, а затем МАрхИ.

В 1806 г. престарелый архитектор перенес инсульт и на 6 лет оказался прикованным к постели. В 1812 г. семья увезла его в Рязань, где он умер, получив известие о пожаре Москвы. Похоронен К. в Рязани, на кладбище при Троицком мон-ре, близ Московской дороги.

Ист.: Neufforge J.-F. Recueil Élémentaire d'architecture. P., 1757-1768. 8 vol.
Лит.: Бондаренко И. Е. Архит. М. Ф. Казаков, 1738-1812. М., 1912, 1938 2; Проекты и рисунки архит. М. Ф. Казакова, 1738-1813: Альбом фототипий. М., 1938; Ильин М. А. Казаков. М., 1955; он же. [М. Ф. Казаков и его школа] // История рус. искусства / Ред.: И. Э. Грабарь. М., 1961. Т. 6. С. 130-159; Архитектурные альбомы М. Ф. Казакова / Коммент.: Е. А. Белецкая. М., 1956; Власюк А. И., Каплун А. И., Кипарисова А. А. Казаков. М., 1957; Николаев Е. В. Классическая Москва. М., 1975; Дьяконов М. В. К биогр. словарю моск. зодчих XVIII-XIX вв. // Рус. город. М., 1980. Вып. 3. С. 239-269; Выголов В. П. Неизвестная постройка В. И. Баженова в Белозёрске // Памятники рус. архитектуры и монументального искусства: Стиль, атрибуции, датировки. М., 1983. С. 131-156; Сорок сороков / Авт.-сост.: П. Г. Паламарчук. М., 1992-1996. 4 т.; Борис А. Г. К вопросу об авторстве церкви в Быкове // Архит. наследство. 1995. Вып. 38. С. 389-395; М. Ф. Казаков и архитектура классицизма: [Сб. ст.]. М., 1996; В. И. Баженов и М. Ф. Казаков: Проблемы творческого наследия. М., 1997. (Сб. науч. тр. ГНИМА; Вып. 5); Бусева-Давыдова И. Л. Храмы Моск. Кремля: Святыни и древности. М., 1997; В. И. Баженов: Письма. Пояснения к проектам. Свидетельства современников. Биогр. док-ты / Сост.: Ю. Я. Герчук. М., 2001; Зодчие Москвы времени барокко и классицизма: 1700-1820-е гг. / Ред.-сост.: А. Ф. Крашенинников. М., 2004; Чекмарёв А. В. Двухколоколенные храмы в усадьбах гр. П. А. Румянцева-Задунайского // Рус. усадьба. М., 2006. Вып. 12(28). С. 537-563; он же. Троицкий собор Александро-Невской лавры как иконографический образец // С.-Петербург и архитектура России. М., 2007. С. 317-362. (Архитектура в истории рус. культуры; Вып. 7); он же. О судьбе забытой копии Чесменской церкви // Рус. усадьба. 2009. Вып. 15(31). С. 386-399; Клименко Ю. Г. Петербург и моск. двухбашенные храмы посл. трети XVIII в. // С.-Петербург и архитектура России. 2007. С. 363-408; Церковная археология Москвы: Храмы и приходы Ивановской горки и Кулишек / Ред.: А. Л. Баталов. М., 2007; Путятин И. Е. Образ рус. храма и эпоха Просвещения. М., 2009; Яковлев А. Н. Церковь Косьмы и Дамиана на Маросейке: Прототипы и повторения // Архит. наследство. 2009. Вып. 51. С. 228-251; Павлова А. Л., Смирнов Г. К. Церковь Рождества Богородицы в с. Салтыково // ПРАМИ. М., 2010. Вып. 8: XVI-XX вв. С. 484-500; Шорбан Е. А. Неизвестный памятник моск. архит. школы кон. XVIII в.- церковь с. Растворово в Калужской губ. // Там же. С. 465-483; Щёболева Е. Г. Центрические храмы с треугольным планом в Костромской и Ярославской областях // Там же. С. 509-524.
А. Н. Яковлев
Ключевые слова:
Архитекторы русские Церковная архитектура. Храмы (Россия) Архитектура русская Казаков Матвей Федорович (1738-1812), русский архитектор эпохи классицизма
См.также:
ВОРОНИХИН Андрей Никифорович (1759 (1760?) - 1814), рус. художник и архитектор
ГОРНОСТАЕВ Алексей Максимович (1808 - 1862), архит., один из основоположников национального направления в рус. архитектуре
ДЕРЕВЯННАЯ ЦЕРКОВНАЯ АРХИТЕКТУРА область архитектуры, специфика которой определяется характером материала
КАМИНСКИЙ Александр Степанович (1829-1897), рус. архитектор
КИЖИ (Гос. историко-архитектурный и этнографический музей-заповедник «Кижи»), архитектурный комплекс, сооружения к-рого относятся к XVIII-ХIX вв.
АЛЬТШУЛЛЕР Борис Львович (1926-1998), архитектор-реставратор, исследователь церк. зодчества
АНДРЕЙ МАЛОЙ (XVI в.), зодчий
АНТОН Фрязин (Онтон Вязин), итал. мастер, архит., инженер, упом. летописями в связи со строительством Моск. Кремля (XV в.)