Добро пожаловать в один из самых полных сводов знаний по Православию и истории религии
Энциклопедия издается по благословению Патриарха Московского и всея Руси Алексия II
и по благословению Патриарха Московского и всея Руси Кирилла

Как приобрести тома "Православной энциклопедии"

ИСПОВЕДУЮЩАЯ ЦЕРКОВЬ
Т. 27, С. 615-624 опубликовано: 19 июля 2016г.


ИСПОВЕДУЮЩАЯ ЦЕРКОВЬ

[Исповедническая; нем. Die Bekennende Kirche], движение внутри Евангелической Церкви Германии против внедрения в церковное учение и религ. практику идей национализма. В 1932 г. в Немецком евангелическом союзе (с 1933 Немецкая Евангелическая Церковь, включала 28 земельных церквей лютеран., реформатской (кальвинист.) и смешанных деноминаций (т. н. союзные церкви (unierten)) окончательно сформировалось пронацистское религиозное движение «Немецкие христиане» во главе с Йоахимом Хоссенфельдером. Весной 1933 г. возникло оппозиционное движение т. н. Молодых реформаторов, которые в условиях насаждения расистской идеологии пытались сохранить основы христианской религии и церкви. В состав движения вошли теологи и пасторы В. Кюннет, Х. Лилье, Х. Д. Вендланд, В. Штелин, Г. Якоби, А. Ф. Рабенау, Э. Эльвайн и др. Позднее к ним присоединился пастор района Далем в Берлине М. Нимёллер, к-рый с Кюннетом и Лилье с сер. мая 1933 г. возглавил движение. В июле 1933 г. «младореформаторы» выступили на церковных выборах под списком «Евангелие и церковь». В целом «Молодые реформаторы» поддерживали фюрера и фашистское гос-во, но выступали за самостоятельность Евангелической церкви.

На церковных выборах 23 июля 1933 г. победило движение «Немецкие христиане». Этому способствовали массированная пропаганда, угрозы и поддержка А. Гитлера, к-рый в радиообращении перед выборами призвал немцев голосовать за «немецких христиан». Согласно новой церковной Конституции от 11 июля 1933 г., повсеместно были избраны земельные епископы. Предполагалось, что новая имперская церковь, как и нацистское гос-во, будет строиться на принципах иерархического подчинения. В кон. лета - в сент. 1933 г. повсеместно собирались земельные синоды, выдвигавшие кандидатов на Национальный синод. 5-6 сент. 1933 г. на Генеральном синоде Евангелической церкви Старопрусского союза (самая крупная «союзная» церковь) земельным епископом был избран Людвиг Мюллер, представитель «немецких христиан», бывш. пастор Кёнигсбергского военного окр., а с весны 1933 г. доверенное лицо Гитлера и уполномоченный по делам Евангелической церкви. Был также принят «Закон о правовых отношениях священников и церковных служащих», соответствовавший закону о гос. служащих (апр. 1933) и содержавший «арийский параграф», согласно которому человек неарийского происхождения или тот, кто состоит с ним в браке, не может занимать должность священника или служащего в церковном управлении. Представитель группы «Евангелие и церковь» пастор К. Кох, не возражая против сотрудничества с «немецкими христианами», настаивал на теологическом обосновании этого закона. Кох и его сторонники покинули синод, произошел раскол в Старопрусской церкви, что стало поводом для формирования более широкой оппозиционной орг-ции. Повсеместно собирались священники, готовые отстаивать принципы христ. веры. Мн. члены церковной оппозиции долгое время пытались наладить контакты с новым руководством церкви: идейный вдохновитель И. ц., теолог, проф. Боннского ун-та К. Барт считал, что необходимо вести переговоры с Гитлером, минуя пронацистские церковные инстанции; он посылал фюреру статьи о христианстве, однако ответов не последовало, не было даже уведомлений об их получении. Церкви, в к-рых возобладали «немецкие христиане», получили название «разрушенные» (zerstörten) - церкви Пруссии, Гессена, Мекленбурга, Брауншвейга, Шлезвиг-Гольштейна и т. д. Церкви, сохранившие самостоятельность, назывались интактными (intakten) - в основном это лютеран. церкви Вюртемберга, Баварии, Ганновера.

Д. Бонхёффер. Фотография. 20-е гг. ХХ в.
Д. Бонхёффер. Фотография. 20-е гг. ХХ в.

Д. Бонхёффер. Фотография. 20-е гг. ХХ в.

Лютеран. большинство Евангелической церкви, признавая равенство всех людей перед Богом независимо от рас и сословий, одновременно настаивало на праве гос-ва действовать по своему усмотрению, напр. увольнять евреев с гос. службы. Колебались в этом вопросе до определенного времени и «младореформаторы», в частности теолог Кюннет. Только теолог и пастор Д. Бонхёффер, казненный в конце войны нацистами, еще в апр. 1933 г. настаивал на недопустимости антисемитизма и на необходимости противодействовать гос. политике в этом вопросе.

6 сент. 1933 г. на собрании в Берлине Бонхёффер и Ф. Хильдебрандт подчеркивали, что «арийский параграф» является ложным учением, разрушающим церковь. По отношению к церкви, которая принимает подобные решения, есть только одно средство - выход из нее. Большинство присутствовавших не поддержали столь радикальное предложение: считали, что необходимо дождаться Национального синода. На собрании выдвинули также предложение создать «еврейскую христианскую церковь».

11 сент. в Берлине 60 священников подписали «Заявление об образовании Чрезвычайной пасторской лиги» (Pfarrernotbund, Чрезвычайный пасторский союз). Пасторы обязывались служить согласно Свящ. Писанию и заветам Реформации, выступать против нарушения христ. вероисповедания, защищать тех, кого будут преследовать за веру, оказывать ненасильственное сопротивление проведению подобных законов. Союз возглавил М. Нимёллер, активным членом союза был его брат В. Нимёллер, после войны занимавшийся изучением деятельности И. ц. По всей Германии «младореформаторам» был разослан циркуляр М. Нимёллера с настоятельной рекомендацией создавать союзы, подобные Чрезвычайному: сущность сопротивления «состоит в том, чтобы делать то, что велит совесть, то, что сегодня в наших силах» (Niemöller. 1958. S. 22). Чрезвычайный союз стал стержнем И. ц. и оставался им до конца Третьего рейха.

Ситуация внутри Евангелической церкви осложнялась: 27 сент. 1933 г. на Национальном синоде, состоявшем преимущественно из «немецких христиан», Имперским епископом (рейхсепископом) был избран Мюллер, земельный епископ Пруссии. Глава протестантантской церкви представил состав нового Духовного мин-ва, в заявлении обозначил исключительное призвание церкви в Третьем рейхе, выразил доверие и полную поддержку новому государству и отметил, что церковно-политическая борьба закончена и начинается борьба за «душу народа» (Scholder K. Die Kirchen und das Dritte Reich. Fr./M.; B.; W., 1977. Bd. 1. S. 626).

20 окт. в Далеме, где пастором был М. Нимёллер, состоялось 1-е общее заседание доверенных Чрезвычайного союза из разных земельных церквей (из 18 церквей - 37 участников; однако влиятельные лютеран. церкви Баварии и Вюртемберга ввиду неоднозначной позиции их земельных епископов Г. Майзера и Т. Вурма представлены не были). Был образован руководящий орган - Братский совет, состоящий из 8 пасторов: М. Нимёллера, Г. Якоби (Берлин), Х. Хаана (Дрезден), Э. Клюгеля (Ганновер), К. Люккинга (Дортмунд) и др. Между членами Братского совета существовали разногласия по поводу целей, задач и тактики союза: одни понимали его как братство взаимопомощи, другие - как союз борьбы за веру. М. Нимёллер выступал за исключение радикальных элементов из «немецких христиан» и за достижение национального компромисса с руководством Евангелической церкви. Осознавая пропасть между нацистской и христ. идеологиями, члены братского совета тем не менее сохраняли надежды на Гитлера как на лидера нации: в охватившей немцев эйфории по случаю выхода Германии из Лиги Наций осенью 1933 г. Нимёллер, наиболее решительный представитель церковной оппозиции, отправил рейхсканцлеру поздравительную телеграмму.

Более радикальный центр церковной оппозиции сложился в районе большой реформатской общины Бармен-Гемарке (Вупперталь, Рейнская обл.). Священники-реформаты (К. Иммер, Й. Бекман и др.) также выступали против введения службы Имперского епископа как противоречащей общинному принципу реформатской веры, против пересмотра синодальных прав и порядков реформатских общин, за право выбирать старейшин и священников. В работе группы принял участие также Барт. В докладе «Реформация как решение», прочитанном 30-31 окт. 1933 г. в берлинской Певческой академии, он подчеркнул, что пересматриваются и отменяются решения Реформации. Барт считал, что сопротивление «ложной Евангелической церкви» должно быть не политическим, а духовным и ненасильственным, и подчеркивал, что только церковная оппозиция в отличие от церковного руководства является представительницей всей христианской церкви в Германии.

13 нояб. 1933 г. во Дворце спорта в Берлине выступил с докладом Р. Краузе, руководитель «немецких христиан» района Б. Берлина. Он заявил, что завершение реформации Лютера должно означать «победу нордического духа над восточным материализмом». Иисус должен рассматриваться через призму нордического героизма, необходимо освободиться от ВЗ с его «торгашеской еврейской моралью», а НЗ очистить от «блока греховности и уничижительности раввина Павла» (Ibid. S. 703-705). Краузе высказался за единую нем. национальную церковь, основанную на арийских принципах и подчиненную гос-ву.

В ответ на это заявление члены Чрезвычайной пасторской лиги потребовали от Мюллера отставки Хоссенфельдера, Краузе и всех присутствовавших на собрании, свободы проповедей для церковной оппозиции, свободы в прессе и на радио, гарантий безопасности союза. Мюллер заявил, что не допустит нападок на христ. вероисповедание, и уволил Краузе. В кон. дек. 1933 г. с церковных постов ушел в отставку Хоссенфельдер.

Деятельность Чрезвычайной пасторской лиги привела к образованию более широкого оппозиционного объединения - Исповеднического фронта. 24 нояб. 1933 г. в Штутгарте встретились представители Евангелической церкви, к-рые не принадлежали к «немецким христианам», а также представители земельных церквей и общин. В состав Исповеднического фронта помимо радикальных групп (Чрезвычайной пасторской лиги, Далемской и Барменской группы священников) входили и др. церкви, в частности Вестфальская, единственная в прусской провинции церковь, где «немецкие христиане» были в меньшинстве, земельные церкви Баварии, Вюртемберга, Ганновера. Возглавлявшие их земельные епископы Г. Майзер, Т. Вурм, А. Мараренс представляли умеренную оппозицию, считали себя составной частью Имперской церкви, обязанной подчиняться рейхсепископу, старались сглаживать противоречия с руководством церкви. Исповеднический фронт требовал соблюдения христианских принципов и традиционных церковных отношений в земельных церквах, отставки радикальных представителей из церковного управления и образования нового, соблюдающего христ. принципы Духовного мин-ва. В янв. 1934 г. в его состав входило ок. 37% всех занятых на службе евангелических священников (ок. 7 тыс. чел). 19 дек. 1933 г. рейхсепископ издал указ о включении евангелической молодежи в нацистскую молодежную орг-цию - Гитлерюгенд. 4 янв. 1934 г. вышел указ Мюллера, запрещавший проведение во всех церковных помещениях церковно-политических мероприятий, священникам и служителям церкви была запрещена любая критика церковного правительства. С этого времени вступал в силу «арийский параграф». Священники евр. происхождения должны были быть уволены со службы. Полиция наделялась полномочиями следить за деятельностью Чрезвычайного союза и в случае необходимости вмешиваться (запрещать оппозиционные митинги, листовки и т. д). Чрезвычайный пасторский союз откликнулся Кафедральным посланием (7 янв.): 72 профессора теологии подписали протест против указа Мюллера, было поставлено под сомнение доверие рейхсепископу. Председатель рейхстага Г. В. Геринг объявил Чрезвычайный союз политической оппозицией, священников арестовывали, были проведены обыски в домах, прослушивался телефон М. Нимёллера.

25 янв. 1934 г. Гитлер встретился с представителями «немецких христиан» и оппозиции. Он пытался добиться добровольного отказа оппозиции от сопротивления и объединения с рейхсепископом. Однако М. Нимёллер с соратниками считали, что создание гос. церкви обострит проблемы, и выступали за образование церковного правительства.

Началось очередное массированное давление на оппозицию: Геринг привлек гестапо в борьбу против Чрезвычайного союза, как особо опасного политического противника гос-ва. Происходили массовые увольнения, обыски и аресты членов Чрезвычайного союза. Его главу М. Нимёллера часто доставляли в гестапо для объяснений, ему запрещали проповедовать.

В условиях усилившихся угроз церковная оппозиция стала действовать активнее. Барт подчеркивал, что нужно отбросить прежние разногласия и взглянуть на сущностное единство веры, на величие одного Бога, одной церкви. По всей Германии проходили Свободные синоды Исповеднического фронта, представлявшие собой не изолированные конфессиональные собрания, а единые церковные руководящие органы с обязательными решениями для пасторов и общин. Синоды (Свободный Рейнский, реформатский синод в Бармене (входил в состав г. Вупперталь) 18 февр., Сводный евангелический синод в Берлине и др. синоды различных конфессиональных направлений) призывали прекратить обожествление людей, выступали против расового принципа, принципа фюрерства и арийского параграфа, призывали отделиться от «немецких христиан», создать церковную оппозицию, к-рая будет не национальной, не общинной, не епископальной церковью, а церковью веры, охраняющей христианское вероисповедание.

30 янв. 1934 г. правительство приняло закон, к-рый ликвидировал самостоятельность земель, силы были направлены на ускоренную унификацию земельных церквей с рейхскирхе. О необходимости объединения евангелических церквей в Имперскую церковь и о возможности заключения с такой церковью конкордата (по типу католического) заявлял фюрер 30 янв. 1934 г., выступая по поводу годовщины своего прихода к власти.

2 марта новое Духовное мин-во (в него вошли Х. Форстхофф, Ф. Энгельн, О. Вебер, П. Вальцер) приняло закон о руководстве Евангелической церковью Старопрусского союза, согласно к-рому рейхсепископ Мюллер от имени Немецкой Евангелической Церкви принимал руководство Прусской церковью. Новый церковный закон отменял церковную конституцию и должен был превратить церковь в единую орг-цию, руководимую из центра. Оппозиции запретили высказываться в провинциальных синодах; был принят закон об имперском церковном бюджете в пользу тех церквей, которые отказывались от самостоятельности. Прусская модель унификации была определена для всех земельных церквей. 11 марта заведующий церковным отделом прусского мин-ва по культам (министр В. Руст) А. Йегер (впосл. руководитель церковной канцелярии Немецкой Евангелической Церкви и представитель рейхсепископа), нацист и сторонник унификации церквей, вызвал для этого в Берлин церковных лидеров «немецких христиан» 11 земельных церквей (Анхальта, Бремена, Гамбурга, Гессена-Нассау, Любека, Мекленбурга, Ольденбурга, Шлезвиг-Гольштейна, Саксонии и др.), к-рые одобрили этот план. Отсутствовали представители от Баварии, Вюртемберга, Бадена, Пфальца, Ганновера.

В ответ на запрет полиции служить членам Исповеднического фронта в штутгартских церквах земельный епископ Вурм заявил, что не изменит своей позиции под этим давлением. По всему рейху люди массово выражали симпатии Вурму. Такое благожелательное отношение общества к позиции Вурма ускорило процесс образования И. ц. В апр. в Мюнхене, Нюрнберге, Аугсбурге прошли собрания Исповеднического фронта. 11 апр. в Нюрнберге по инициативе Майзера встретились Вурм, Кох, Г. Асмуссен, Бекман, П. Хумбург. Был создан Нюрнбергский теологический комитет, к-рый работал над подготовкой 1-го Имперского синода И. ц. в Бармене и конституировался как «Братский совет Исповеднического синода». 15 апр. к Нюрнбергскому комитету присоединился М. Нимёллер. 22 апр. в Ульме представители разных групп фронта составили заявление об образовании И. ц. 2 мая на совещании в Берлине было принято решение о созыве синода И. ц. Для теологической подготовки был избран «комитет 3-х», в который вошли Барт, Асмуссен (Альтона) и баварский лютеранин Г. Брайт. Теологические разногласия были существенными и примирить, напр., лютеран с реформатами, к-рые считали заблуждения «немецких христиан» заблуждениями реформатов, было не просто. Согласились, что необходимо сохранить вероисповедание в традиции XVI в. Правовой задачей синода стала защита основ Немецкой Евангелической Церкви. Общегерм. Исповеднический синод работал в Бармене (реформатская церковь Бармен-Гемарке) 29-31 мая 1934 г. Присутствовали 138 делегатов из 18 земельных церквей, 83 священника и теолога и 55 мирян, посланники общин, синодов и церквей из всех частей рейха. В результате дебатов решили, что офиц. заявление не будет иметь характера Символа веры. Автором первоначального текста заявления Барменской декларации был Барт, окончательная доработка осуществлялась 30 мая Бартом, К. Низелем от реформатов и Асмуссеном, Бекманом, М. Зассе от лютеран. Был избран Братский совет синода - К. Кох, К. Иммер, Майзер, Вурм, М. Нимёллер, Бекман, Якоби, Э. Фидлер (адвокат из Лейпцига, советник по праву) и др.

Барменская теологическая декларация была провозглашена 31 мая 1934 г. В преамбуле отмечалось, что по Конституции 11 июля 1933 г. Немецкая Евангелическая Церковь - союз равноправных конфессиональных церквей и, согласно ст. 1 церковной конституции, ее незыблемой основой является «Евангелие Иисуса Христа, как свидетельствуют Священное Писание и Символы веры Реформации» (полный текст Барменской декларации см.: Meier. 1976. Bd. 1. S. 189-191; см. также: Барт К. Барменская декларация // Социально-полит. измерение христианства. 1994. С. 55-61; Мезенцев. 2004. С. 68-70). Подчеркивалось, что общность веры и единство Немецкой Евангелической Церкви нарушены действиями господствующей церковной партии «немецких христиан». Текст декларации состоял из 6 пунктов, в каждом из них со ссылкой на Свящ. Писание доказывалась необходимость следования истинной вере без ложных истин и кумиров. В пунктах 2-3 декларации подчеркивалось, что И. ц. отвергает «ложное учение, согласно которому есть сферы нашей жизни, где мы должны поклоняться не Иисусу Христу, а другим господам», а также положение, «будто церковь может сменить свои пристрастия, свой облик, свой порядок и свое послание и покориться какому-либо господствующему мирскому мировоззрению или политическому убеждению». В пункте 5 подчеркивалось о подчинении гос-ва воле Божией.

Барменская декларация оказалась более бескомпромиссной, чем комментарии к ней. В выступлениях участники синода, в т. ч. Асмуссен, пытались смягчить формулировки Барменской декларации. Боясь быть неправильно понятыми властями, докладчики делали основной упор на верность гос-ву. Так, К. Кох отвергал предъявляемые И. ц. обвинения в отсутствии патриотизма и подчеркивал «связь со всеми немцами», выступал «за счастливое окончание намеченных Германией трудных целей».

Согласно традиции лютеран. теологии, народ и гос-во являются выражением установленного Богом порядка, поэтому некоторые идеологи, бывшие у истоков И. ц., отвергавшие «немецких христиан», относились к барменским решениям неоднозначно (Майзер, Мараренс, Ф. фон Бодельшвинг и др.). Вюртемберг и Бавария, хотя их епископы были на Исповедническом синоде в Бармене, не опубликовали текст Барменской декларации. Деятельность лютеран, склонных к компромиссу, была оценена как сближение с «немецкими христианами».

Теологическим опровержением Барменской декларации стал меморандум «О церкви и вере» (Über Kirche und Bekenntniss), составленный Йегером, лютеран. теологами В. Штапелем и Э. Хиршем (доверенным лицом рейхсепископа) и направленный имперскому церковному правительству в июне 1934 г. Меморандум видел Откровение Господне в совр. политическом порядке, который получал значение Царства Божия на земле. Йегер настаивал на образовании «единой, свободной от Рима национальной церкви» с присоединением католиков.

Ситуация внутри церкви обострялась: 12 авг. 1934 г. Братский совет Исповеднического фронта в Кафедральном послании ко всем земельным Братским советам объявил, что преданность действующему церковному правительству является изменой Богу, и призвал к отказу выполнять издаваемые им церковные законы, в особенности не принимать присягу фюреру. Барт утверждал, что клятва фюреру в отличие от клятвы кайзеру для христианина невозможна. Если раньше Барт воздерживался от политической оценки Третьего рейха, то летом 1934 г. он писал Низелю, что «чем дольше это будет продолжаться, тем отчетливее немецкий народ будет понимать, что по своей наивности он весной 1933 г. пал жертвой грандиозного блефа, который много общего имеет с преступлением, но в любом случае это может закончиться катастрофой» (цит. по: Бровко. 2009. С. 176). Все более обострялись отношения нацистского режима с юж. церквами - Баварской и Вюртембергской. Подчинить Майзера и Вурма не удалось: во 2-й пол. авг. 1934 г. они заявили о неприятии рейхскирхе и законов Национального синода, выразили солидарность с борющимися общинами, настаивали на легитимности исключительно Барменского синода.

3 сент. 1934 г. на совещании «немецкохристианских» епископов Мюллер объявил И. ц. незаконной организацией, выступающей против христианской церкви немецкого народа, и распорядился соединить евангелические церкви Баварии, Вюртемберга, Ганновера в единую рейхскирхе. Епископы Вурм и Майзер были смещены с постов и взяты под домашний арест, церковные советы распущены, на место епископов были назначены «духовные» комиссары.

Однако в результате протестов, давления международной общественности, особенно позиции Великобритании, церковное правительство было вынуждено снять Йегера со всех занимаемых должностей (26 окт. 1934). 20 нояб. 1934 г. вышло распоряжение Мюллера о возвращении земельных церквей в прежнее правовое состояние. Этому способствовали решения синода И. ц., состоявшегося 19-20 окт. 1934 г. в Далеме. Назначенный на 30 окт., он начал работу раньше из-за событий, происходивших в юж. церквах. На синоде утверждалось, что насильственные действия церковных властей нарушили христианские основы, церковное право и Конституцию Немецкой Евангелической Церкви. Синод призвал своих сторонников игнорировать указания Мюллера, отказываться от сотрудничества с теми, кто признают его церковное правительство. Участники синода объявили себя единственной легитимной организацией Немецкой Евангелической Церкви на основе собственного чрезвычайного права (Notrecht). От правительства рейха требовали признания, что «в церковных делах церковь сама должна оценивать и решать, каковы должны быть ее учение и порядок». Порядки и правовые нормы должны следовать из Евангелия. Т. о., объявили, что правящая имперская Церковь не является церковью. В Далеме, как считает историк М. Шрайбер, произошло правовое отделение И. ц. от имперской Церкви (в Бармене оно было на уровне теологии). Предполагалось, что отныне будут действовать окружные, земельные и имперский Исповеднические синоды, будет существовать собственная система благотворительности, образования, возведения в сан викариев.

Однако отделение и образование единой евангелической церкви на христ. началах не осуществились на практике: умеренное крыло И. ц. («интактные» лютеран. церкви) было склонно к компромиссу с руководством имперской Церкви и представителями гос. власти. К тому же решения Далемского синода обострили взаимоотношения между реформатами и лютеранами. Лютеране заявили о выходе из состава Исповеднического синода и Братского совета с целью создания особого лютеранского правительства. При этом они не отказывались от сотрудничества с радикальным крылом И. ц. в борьбе с «немецкими христианами» и церковным правительством.

По-прежнему существовали разногласия по поводу сотрудничества с «немецкими христианами»: вюртембержцы выступали против разрыва отношений с ними, Асмуссен считал, что навязывать всем церквам решения, вызванные экстремальной ситуацией, было бы неверно. К радикальному протестному крылу (за ним утвердилось название «далемцы») принадлежали Иммер, который выступал против связи с рейхскирхе, и М. Нимёллер, считавший национал-социалистический режим режимом диавола. 22 нояб. 1934 г., после многочисленных дискуссий, в И. ц. было принято решение о создании 1-го Временного церковного руководства Немецкой Евангелической Церкви под председательством еп. Ганновера Мараренса (в его состав вошли: Брайт от лютеран, Хумбург от реформатов, Кох от униатов, юристы В. Флор и Фидлер). Временному руководству были подчинены Имперский Братский совет и земельные церкви Ганновера, Баварии и Вюртемберга. Совет Немецкой Евангелической Церкви также оставался в числе руководящих органов. В приветственном послании Временного руководства от 30 нояб. отмечалось, что необходимо доверие и признание со стороны гос-ва, любовь к немецкому народу, невмешательство в политические проблемы. Первоначально далемское крыло (М. Нимёллер, Барт, М. Гессе и Иммер) высказало протест против целей Временного руководства и оставило свои места в Братском совете, хотя большинство общинных Братских советов поддержало это правительство. Консолидация И. ц. произошла неск. позже, на Исповедническом синоде в Аугсбурге в июне 1935 г., когда далемцы вновь вошли в состав Братского совета. Несмотря на то что 1-е Временное правительство имело компромиссный характер, в вопросах веры оно стояло на христ. позициях: 21 февр. 1935 г. вышло Пастырское послание, в котором была выражена позиция против покровительственного отношения гос-ва к распространению «нового язычества». Второй Исповеднический синод евангелической церкви Старопрусского союза принял 5 марта 1935 г. «Слово к общинам». В этом заявлении, как и в Барменской декларации, отвергались расистское национал-социалистическое мировоззрение и тоталитарные притязания гос-ва на независимость церкви. После прочтения этого текста на богослужениях сотни священников в Пруссии были арестованы, мн. священники сдавались добровольно, чтобы последовать за своими товарищами.

С 1935 г. национал-социалистический режим стал активнее бороться с церковным влиянием в обществе; главными направлениями этой борьбы были «деконфессионализация» и утверждение в обществе национальной религии и церкви. И. ц. продолжала устраивать библейские вечера, домашние посещения пасторами верующих, уделять внимание воспитанию молодежи. С апр. 1935 г. стал работать теологический семинар Бонхёффера в Финкенвальде. Пастырские послания содержали все более резкие положения.

10 апр. 1935 г. Временное руководство Немецкой Евангелической Церкви, Имперский Братский союз, Совет евангелических церквей Старопрусского союза, местные Братские советы и «интактные» лютеран. церкви Баварии, Вюртемберга, Ганновера, Бадена и Кургессена обратились с посланием к фюреру и рейхсканцлеру, в к-ром требовали защитить честь и достоинство христиан Германии, подвергавшихся осмеянию и унижению только «за то, что они оставались верными Евангелию», и разрешить свободное конфессиональное отправление. Отмечалось, что у церкви отнята возможность противостоять нападкам и лжи, авторы послания напоминали слова канцлера от 23 марта 1933 г. о неприкосновенности церковных прав. Временное руководство высказывалось против образования новой гос. церкви, отметив, что «назначение и облик нашей церкви определены и ограничены Евангелием». Выступая против теологических нововведений «немецких христиан», против обожествления фюрера, Временное руководство Немецкой Евангелической Церкви подчеркивало, что церковь имеет особое назначение - «довести до сознания всех на земле Слово и волю Господа». В то же время в послании говорилось о национальной принадлежности евангелической церкви и о неоправданном сомнении властей «в национальной надежности христианских церквей»: «Для любого народа встреча с Господом становится часом судьбы. Поворотные моменты немецкой истории показывают, насколько это действительно для нашего народа».

Ответа на послание не последовало: правительство не отказалось от планов создания гос. церкви, строго подчиненной режиму. В марте 1935 г. Прусским гос-вом были учреждены финансовые отделы при церквах, призванные под видом заботы об имуществе контролировать церковные общины. В июне имперское правительство для более успешного ведения правовых дел Немецкой Евангелической Церкви учредило т. н. инстанцию для принятия решений, что означало вмешательство гос-ва в правовые дела церкви. 16 июля вышел указ Гитлера об образовании Имперского церковного мин-ва во главе с Г. Керлем, советником юстиции и прусским министром, наделявшимся полнотой власти над христ. церквами. 24 сент. 1935 г. был принят закон о гарантиях Немецкой Евангелической Церкви, существенно ограничивающий свободу ее деятельности, 8 окт. на основании этого закона был организован Имперский комитет по делам евангелической церкви из 8 чел. во главе с В. Цёльнером. Одновременно были учреждены земельные комитеты, обязанные контролировать все церковные дела. С помощью комитетов пытались объединить раздробленные церковные группы и направить их деятельность в русло национал-социалистической политики.

М. Нимёллер. Фотография. Нач. 30-х гг. ХХ в.
М. Нимёллер. Фотография. Нач. 30-х гг. ХХ в.

М. Нимёллер. Фотография. Нач. 30-х гг. ХХ в.

Особо нетерпимо к создавшемуся положению относились представители радикального крыла И. ц.: в письме от 11 апр. 1936 г. члену Временного руководства евангелической церкви М. Альберцу Иммер отмечал, что вся церковная политика гос-ва направлена на унификацию церкви, на то, чтобы церковь Иисуса Христа стала служительницей гос-ва. Гос-во пытается «заткнуть рот» И. ц. (Zwischen Widerspruch und Widerstand. 1987. S. 39), Иммер призывал не молчать; в противном случае это обернется вредом для народа, гос-ва и церкви. 29 марта 1936 г. выборы в рейхстаг сопровождались нарушениями свободы совести, люди боялись высказывать свое мнение; Иммер подчеркивал, что под лозунгами одобрения внешней политики Гитлера немцы проголосовали за продолжение внутренней политики насилия. Автор письма выступал против насаждения в молодежных кругах расистского, языческого мировоззрения Розенберга, ответственного за идеологию нацистской партии. Иммер высказался также против политики Керля, к-рый, подобно Мюллеру, пытался примирить учение Библии с учением «немецких христиан». Это письмо было отправлено уже новому, 2-му Временному руководству Немецкой Евангелической Церкви. В результате непрекращающихся разногласий среди 1-го руководства (конфессиональных и тактических) на 4-м Исповедническом синоде 17-19 февр. 1936 г. в Бад-Энхаузене произошел раскол И. ц. Предметом спора стал вопрос о возможном сотрудничестве с новыми церковными инстанциями, с Керлем и Цёльнером. Самыми последовательными в борьбе с нацизмом оставались члены Чрезвычайного пасторского союза во главе с М. Нимёллером (далемская группа). Противники компромиссов образовали 12 марта 1936 г. новое Временное руководство во главе с Ф. Мюллером из Далема. В его состав вошли О. Фрике, Г. Бём, Б. Форк, Альберц и Г. Гюнтер. В Совет Немецкой Евангелической Церкви, созданный для более тесных контактов с Братскими советами, вошли М. Нимёллер, Люккинг, Х. Клоппенбург, Асмуссен, Ф. Миддендорф, Р. фон Тадден и В. Детлов.

Лютеранские епископы основали 18 марта 1936 г. в Лейпциге Совет Евангелическо-лютеранских церквей Германии, опиравшийся на лютеран. церкви Ганновера, Вюртемберга и Баварии. Эти церкви по-прежнему рассматривали возможность совместной работы с национал-социалистическим гос-вом.

4 июня 1936 г. 2-е Временное руководство представило в канцелярию фюрера меморандум (разработчики В. Яннаш, Ф. Вайслер, Г. Вебер). Попытка привлечь к его подписанию др. часть Исповеднического фронта - лютеран - осталась безуспешной. В меморандуме И. ц. выступала против нацистского понятия «позитивного христианства», в документе подчеркивалось, что настоящее христианство стали называть «негативным», утверждая, что истины христ. церквей не соответствуют нем. духу, ограничивают силу нордического народа. А под «позитивным христианством», «германским» христианством понимали «мистику крови» (Розенберг), «ретивость в вере» (Г. Геринг) или действия со стороны гос-ва, напр. борьбу с холодом и голодом (Геббельс). Министр Керль утверждал, что «позитивное христианство» в отличие от «негативного» не имеет ничего общего с догмами, является независимой верой, к-рая реализуется в практическом действии, что и есть любовь. Руководство И. ц. отмечало, что вред таких высказываний тем более очевиден, что церкви никогда не давали возможности опровергнуть все эти «извращения» христ. веры. Меморандум напоминал, что лидеры страны неоднократно подчеркивали свое невмешательство в дела церкви и веры, в истолкование Евангелия, нежелание вести борьбу против христианства, усилия по созданию рейхскирхе объясняли стремлением видеть церковь сильной и единой. Однако фактически их действия были направлены на ослабление церкви и систематическое вмешательство в ее внутренние дела. В документе приводился список такого рода дел: насильственное назначение церковных выборов летом 1933 г., агитация Гитлера за «немецких христиан», введение должности гос. комиссаров в ряде земельных церквей, учреждение церковного мин-ва и церковных комитетов, финансовый контроль, аресты, запрет проповедей и служб, церковных публикаций, лишение должности и выселение с места жительства, отправка в концлагеря. Церковь попала в зависимость от гос-ва, была лишена свободы принятия решений и определения ее внутреннего порядка. Под лозунгом деконфессионализации, или преодоления конфессионального раскола, создано движение «немецких христиан», которое призвано сделать невозможной общественную работу церкви. Т. о., гос-во официально выступает на стороне «позитивного христианства». В меморандуме особо отмечалось, что молодежь воспитывают в духе неприятия христианства. Национал-социалистические молодежные орг-ции препятствуют договоренностям о свободной конфессиональной практике членов евангелической церкви, заявляют, что религ. фанатики - враги молодежных орг-ций, в частности гитлерюгенда. Стали невозможными домашние посещения пасторами верующих и распространение христ. лит-ры. Гос-во сознательно проводит деконфессионализацию школ, из религ. преподавания изымаются существенные части библейского учения, в частности ВЗ. Затруднены богослужения в школах, использование теологического наследия в ун-тах, прекратилась деятельность теологических фак-тов, прежде всего в Пруссии. Мин-во науки, воспитания и народного образования назначает в состав проверочных комиссий только тех учителей, которые придерживаются «позитивного христианства». Христиан лишили возможности публично высказывать свои взгляды в прессе и на радио. Так, напр., руководитель Немецкого трудового фронта нацист Р. Лей заявлял, что партия не потерпит иного мировоззрения, кроме национал-социалистического, высшими ценностями к-рого являются «кровь, раса и народ», что национал-социализм представляет собой «позитивную замену» христианства. В меморандуме подчеркивалось, что евангелический христианин обязан отклонить это мировоззрение, к-рое прославляет арийского человека как существо высшего порядка, в то время как Слово Господа указывает на греховность всех людей на земле. Руководство И. ц. высказывало озабоченность по поводу насаждения антихрист. морали, основанной не на истине, а на пользе. Но из Свящ. Писания следует, что Бог - защитник права и бесправных, «поэтому если творится произвол, то мы это рассматриваем как отход от Бога». «Евангелическая совесть… отягощена тем фактом, что в Германии, которая обозначает себя в качестве правового государства, все еще есть концентрационные лагеря, а мероприятия тайной государственной полиции не поддаются никакой судебной проверке». Против воли Бога народ ведут к гибели. Меморандум отмечал признаки нравственного перерождения нем. народа, к-рый «грозится прорвать обозначенные ему Богом границы, хочет сам сделаться мерилом всех вещей. Это - человеческое высокомерие, которое восстает против Бога». Высказывалась обеспокоенность тем, что фюреру воздаются почести, достойные только Бога.

Лютеран. совет одобрил текст послания, но отказался его подписывать, надеясь с помощью председателя Имперского комитета по делам церкви Цёльнера достичь взаимопонимания с Гитлером. Временное руководство выступало против распространения документа и его публикации: члены И. ц. полагали, что Гитлер недостаточно осведомлен о происходящем, что ему нужно время для ознакомления с фактами. Но ответа фюрера не последовало.

После того как текст меморандума в результате утечки информации был опубликован за границей, было решено на его основе, смягчив некоторые формулировки, подготовить Кафедральное послание и прочитать его во всех церквах. Лютеран. совет вновь выступил против, и в результате переговоров было принято компромиссное решение: будут прочитаны самостоятельно составленные послания в приемлемые для каждой из сторон сроки. Текст подготовил генерал-суперинтендант Евангелической церкви Курмарка О. Ф. К. Дибелиус и утвердил Имперский Братский совет 3 авг. 1936 г. в Берлине. Послание было прочитано священниками Исповеднического фронта на мн. церковных кафедрах 23 авг. 1936 г. Почти все берлинские священники, за исключением 17 чел., приветствовали появление документа. При этом оговаривалось, что христиане приветствуют «новые начала в жизни немецкого народа», возносят молитвы за фюрера и родину.

«Немецкие христиане» отказывали И. ц. в праве говорить от лица всей евангелической церкви и нем. народа. Так, «немецкие христиане» Вестфалии в Рождественском послании расценили Кафедральное послание как «немыслимое, невыносимое нападение на Третий рейх и его ведущих деятелей».

16 дек. 1936 г. на 4-м Исповедническом синоде евангелической церкви Старопрусского союза в Бреслау (ныне Вроцлав, Польша) земельный священник д-р Гюнтер Якоб (впосл. генерал-суперинтендант) в докладе «Церковь или секта» обобщил мысли, высказанные в ходе дискуссии. Доклад, ставший призывом к духовному сопротивлению, был тайно напечатан и распространен по всему рейху. Якоб заявил, что церковь давно имеет дело с антихрист. системой национал-социализма, которая сама себя рассматривает как религию. Поэтому христ. церкви должны ясно и мужественно свидетельствовать о господстве Христа. Якоб выдвигал требование разрешить деятельность свободной, борющейся с помощью христ. проповеди и Откровения христ. церкви. Ситуация в евангелической церкви до конца войны оставалась напряженной, но такого накала страстей, какой наблюдался в 1933-1936 гг., больше не было. Возможно, именно это обстоятельство ускорило отставку Цёльнера и роспуск Имперского комитета по делам церкви в 1937 г. Подчинить окончательно Немецкую Евангелическую Церковь нацистскому гос-ву не удалось, хотя офиц. руководство евангелической церкви продолжало поддерживать внешнюю и внутреннюю политику Гитлера вплоть до падения фашистского режима. В 1938-1939 гг. земельные церкви приняли клятву верности фюреру, большинство из них одобрили «решение еврейского вопроса» и введение «арийского параграфа» в конституцию. Единодушно одобряли развязанную Гитлером войну.

Мн. священники из И. ц. привлекались нацистскими судами за измену родине. Летом 1937 г. был арестован М. Нимёллер. В марте 1938 г. его выпустили, приговорив к штрафу, но на ступенях суда арестовали вновь, и до конца войны он содержался в концлагерях, как личный враг фюрера. В 1943 г. был арестован, а весной 1945 г. казнен за участие в антифашистском Сопротивлении Бонхёффер. В незаконченной «Этике», письмах из тюрьмы он критиковал не только режим, но и позицию христианских церквей, способствовавшую, как он считал, укреплению фашизма.

27 сент. 1938 г. руководство И. ц. во главе с Ф. Мюллером из Далема опубликовало проект т. н. Литургии за мир, известной также как «Литургия против войны» (составители священники Альберц и Бём). Во время богослужения должен был быть зачитан антивоенный текст. Литургия была назначена на 30 сент. 1938 г. Она началась с обращения к заповедям и призыва к покаянию, затем звучали слова, обращенные к Богу, о прощении: «Мы признаемся перед Тобой в грехах нашего народа, в том, что (тайно или явно) клевещут на Твое имя, на Твое слово, на Твою правду». Литургия предупреждала население о несчастьях предстоящей войны, которая рассматривалась как Божий суд и наказание за грехи нем. народа. О будущей службе солдат говорилось не как о героической деятельности, что было характерно для нацистской пропаганды, а как об испытании для всех немцев. Из-за жесткого давления властей и церковного руководства мало кто осмелился служить литургию. Члены Временного руководства и Братских советов, отслужившие литургию, как, напр., Ф. Мюллер, были оштрафованы, освобождены от должности и арестованы.

Участники синода Исповедующей церкви в Берлине — Далеме. Фотография. Окт. 1934 г.
Участники синода Исповедующей церкви в Берлине — Далеме. Фотография. Окт. 1934 г.

Участники синода Исповедующей церкви в Берлине — Далеме. Фотография. Окт. 1934 г.

29 сент. церковный министр Керль потребовал от лютеран. священников осуждения «Литургии против войны». Майзер, Вурм и Мараренс согласились. 18 нояб. Лютеран. совет, заседание к-рого вел Майзер, хотя и отверг обвинения в адрес И. ц. в предательстве, все же заявил о несогласии с действиями этой церкви. Разногласия в церковных кругах вызвало также известие о письме Барта из эмиграции в Швейцарии руководителю теологического фак-та Карлова ун-та в Праге проф. Й. Л. Громадке, где Барт высказывал надежду на сопротивление чехов вплоть до вооруженного восстания при попытке немцев ввести войска на территорию Чехословакии. Представители временного руководства И. ц. назвали это письмо политическим по содержанию. Церковная общественность заявила, что Барт не имел права высказываться от имени церкви Христа. Нацисты объявили его поступок предательством.

По-прежнему евангелическую церковь разъединял евр. вопрос. Чем ближе было начало войны, тем сильнее увеличивалось в Германии неприятие евреев: в стране горели синагоги, устраивались облавы. В т. н. Хрустальную ночь (с 9-го на 10-е нояб. 1938) было убито или отправлено в концлагеря множество евреев. Однако евангелическая общественность в основном не отреагировала на евр. погромы. Церковная иерархия не отрицала права гос-ва защищаться от «сверхвлияния» евреев.

В дек. 1938 г. состоялся специально созванный по этому поводу съезд И. ц., на к-ром было подчеркнуто, что милость Божия направлена на всех людей независимо от национальности и расы: «Мы связаны со всеми верующими христианами из евреев через единого Господа, одну веру и одно крещение… мы не хотим от этого отказываться». Г. Гольвитцер, замещавший в Далеме арестованного М. Нимёллера и возглавлявший Чрезвычайный пасторский союз, в день покаяния 16 нояб. 1938 г. говорил о совиновности христиан в происходящих событиях, высказывался в защиту безоружных, призывал общину помогать арестованным евреям и их семьям материально. С дек. 1938 г. И. ц. организовала т. н. Бюро Г. Грюбера (берлинский священник) с целью спасения евреев, в т. ч. и полукровок. Бюро действовало в 20 городах, тесно сотрудничало с католич. кругами и просуществовало до 1941 г., когда началась волна массовых арестов. За оказание помощи евреям многие были отправлены в концлагеря и казнены (Ф. Вайслер, П. Шнайдер, В. Зильтен и др.). Только в 1937 г. осудили ок. 800 священников и юристов И. ц.

В это же время по инициативе И. ц. во Фрайбурге стал работать т. н. теологический рабочий кружок, состоявший из теологов, профессоров истории и др. (Г. Риттер, А. Лампе, К. ф. Дитце, В. Онкен, Бём), с которым тесно сотрудничал Бонхёффер и др. участники антифашистского подполья, в т. ч. один из лидеров антифашистского заговора 1944 г.- К. Гёрделер. Кружок разрабатывал основы буд. правового и демократического нем. гос-ва, которое должно учитывать принципы христ. веры и отвергать расовую дискриминацию и нацистские законы. Подобно Барту, кружок отстаивал право на сопротивление безбожному гос-ву. Результатом деятельности кружка явился меморандум «Церковь и мир», подготовленный в 1943 г.

Несмотря на гонения и аресты, ликвидацию активных членов (так, председатель Временного руководства Ф. Мюллер был отправлен на Восточный фронт и в сент. 1942 погиб), И. ц. продолжала деятельность во время войны, пытаясь отстаивать христ. принципы. Мн. священников, не относящихся к «немецким христианам», отсылали на фронт в качестве солдат. В нояб. 1940 г. вышел указ Имперского управления службы безопасности о том, чтобы считать всех теологов Исповеднического фронта безработными.

Представители И. ц., по сообщениям гестапо, вели подпольные семинары, посещали семьи (была организована специальная служба для детей), распространяли листовки с поименным перечислением находившихся в тюрьмах и концлагерях протестантских священников, писали о препятствиях по службе, о запрете речей, выезда за границу.

Власти по-прежнему считали И. ц. врагом гос-ва, к-рый пытается организовать сопротивление нацистскому режиму, посеять смуту среди верующих, «сделать их робкими и неуверенными». Так, Гольвитцер в одной из проповедей в дек. 1939 г. указывал на то, что, по слову Божиему, «наш народ должен быть включен в сообщество народов, что его право не является его единоличным и исключительным правом, а должно быть частью жизненных прав всех живущих на земле». Целью политических действий, подчеркнул пастор, должна являться не борьба, а мир. Божие слово, продолжал Гольвитцер, предостерегает нас от того, чтобы думать будто бы цель оправдывает средства, что отсутствие права хорошо при всех обстоятельствах; кровь невинных «имеет голос, который будет услышан Тем, Кто направляет историю».

С начала войны вступила в действие «программа эвтаназии», политики уничтожения обреченных и умственно неполноценных больных. По этому поводу в правительственные инстанции шли протесты представителей разных конфессий. Временное руководство И. ц., прусская И. ц. выступили против этих мер. Старопрусский исповеднический синод в окт. 1943 г. выступил против нарушения 10 заповедей во время войны, против умерщвления людей др. расы. Активно противодействовали мерам фашистского правительства и представители католич. церкви, напр. Мюнстерский еп. К. А. фон Гален. В сент. 1941 г. Гитлер был вынужден приостановить «программу эвтаназии».

В кругах И. ц. (впрочем, как и католических) было распространено убеждение, усиливающее их антифашистские позиции, что после войны начнутся гонения на церковь и настанут времена, когда не позволят проповедовать.

Евангелический пастор из Ахена в докладе «Вера раннего христианства - катакомбы» указывал, что первые христиане были в подобном же положении, как и поколение христиан в Германии 30-40-х гг. XX в., что Римское гос-во имело органы власти, схожие с тайной гос. полицией, и что лишь стойкость в вере может спасти и сохранить христианство.

До конца войны в И. ц. не было единства: помимо радикальной позиции далемцев и их сторонников существовала компромиссная позиция Майзера, Мараренса, Вурма и др. Характерна в этом смысле проповедь, составленная И. ц. и прочитанная в кон. июня 1942 г. во всех церквах Вюртемберга. Проповедь была направлена против притеснения церквей властями, отстаивала свободу вероисповедания - «высшее благо для народа». Лидеры нем. гос-ва, подчеркивалось в проповеди, выступают «за кровавый путь. Они хотят заставить Евангелие замолчать. Они думают, что тем самым окажут услугу своему народу». Снова и снова арестовывают «святых посланников Иисуса», отмечалось в проповеди, слышатся угрозы, запрещают говорить, выносят смертные приговоры. «Но чем больше преследуется Церковь, тем она становится сильнее и победит». Подчеркивалось, что недопустимо нейтральное отношение к Христу; нужно верить, и вера принесет не только страдания, но и чудеса откровения, спасение души. В духе Барменской теологической декларации утверждалось, что «Бога нужно почитать больше, чем человека». Однако решительные антиправительственные заявления соседствовали в проповеди с уверениями в преданности гос-ву и властям, хвалебные речи были обращены к родине и мужественным солдатам рейха, жертвовавшим на войне жизнями. По-прежнему оставались иллюзии относительно фюрера, призванного «решить все большие задачи», стоявшие перед страной.

Деятельность И. ц., ее основополагающие документы способствовали в послевоенный период формированию основ новой Евангелической церкви Германии. М. Нимёллер, Дибелиус, Вурм стали разработчиками таких важных документов протестант. церкви, как Штутгартское («о признании вины», окт. 1945) и Дармштадтское («по еврейскому вопросу», 1948) заявления, признававших ответственность протестант. церквей за преступления фашистского режима.

Ист.: Kirchliches Jb. für die Evang. Kirche in Deutschland, 1933-1944. Gütersloh, 1948; Niemöller W. Texte zur Geschichte des Pfarrernotbundes. B., 1958; Bonhoeffer D. Gesammelte Schriften. Münch., 1958-1959. Bd. 1-2; он же (Бонхёффер Д.). Сопротивление и покорность: Пер. с нем. М., 1994; Meldungen aus dem Reich: Auswahl aus den geheimen Lageberichten des Sicherheitsdienstes der SS, 1939-1944 / Hrsg. H. Boberach. [Neuwied, 1965]; Berichte des SD und der Gestapo über Kirchen und Kirchenvolk in Deutschland, 1933-1944 / Hrsg. H. Boberach. Mainz, [1971]; Dokumente zur Kirchenpolitik des Dritten Reiches / Hrsg. G. Kretschmar, C. Nicolaisen. Münch., 1971-1975. Bd.1-2; Zwischen Widerspruch und Widerstand: Texte zur Denkschrift der Bekennenden Kirche an Hitler (1936) / Hrsg. M. Greschat. Münch., 1987; Социально-полит. измерение христианства: Избр. теолог. тексты XX в. / Сост.: С. В. Лёзов, С. В. Боровая. М., 1994.
Лит.: Buchheim H. Glaubenskrise im Dritten Reich: Drei Kapitel nationalsozialistischer Religionspolitik. Stuttg., 1953; Christlicher Widerstand gegen den Faschismus. B., 1955; Streisand J. Die deutschen evangelischen Kirchen und die faschistische Diktatur // ZfGW. 1966. Bd. 14. S. 568-587; Scholder K. Die evangelische Kirche in der Sicht der nationalsozialistischen Führung bis zum Kriegsausbruch // Vierteljahreshefte für Zeitgeschichte. Münch., 1968. Bd. 16. H. 1. S. 15-35; Bethge E. Dietrich Bonhoeffer: Theologie, Christ, Zeitgenosse. Münch., 1970; Neumann P. Die Jungreformatorische Bewegung. Gött., 1971; Niemöller W. Der Pfarrernotbund: Geschichte einer kämpfenden Bruderschaft. Hamburg, 1973; Meier K. Der evangelische Kirchenkampf. Halle, 1976-1984. 3 Bde; Die Niederlage, die eine Befreiung war: Das Lesebuch zum 8. Mai 1945. Köln, 1985; Барабанов Е. В. О письмах из тюрьмы Дитриха Бонхёффера // ВФ. 1989. № 10. С. 106-113; Бровко Л. Н. Церковь и «третий рейх» // Новая и новейшая история. 1991. № 4. С. 44-62; она же. Конформизм и конфронтация: Христианские церкви и нацистское государство // Свободная мысль. М., 1993. № 12. С. 78-92; она же. Христианство и национал-социализм: Мировоззренческий излом // Переходные эпохи в социальном измерении: История и современность / Отв. ред.: В. Л. Мальков. М., 2002. С. 351-376; она же. Дитрих Бонхёффер // ВИ. 2003. № 4. С. 58-76; она же. Церковь и Третий Рейх. СПб., 2009; Гараджа В. И. Дитрих Бонхёффер: Сопротивление и покорность // От Лютера до Вайтцзеккера: Великие протестантские мыслители Германии / Сост.: В. А. Зоц. М., 1994. С. 221-235; Schreiber M. Martin Niemöller. Reinbek, 1997; Мезенцев С. Д. Международное христианско-демократическое движение. М., 2004.
Л. Н. Бровко