Добро пожаловать в один из самых полных сводов знаний по Православию и истории религии
Энциклопедия издается по благословению Патриарха Московского и всея Руси Алексия II
и по благословению Патриарха Московского и всея Руси Кирилла

Как приобрести тома "Православной энциклопедии"

ДУХОВНОЕ РОДСТВО
Т. 16, С. 420-421 опубликовано: 30 октября 2012г. 


ДУХОВНОЕ РОДСТВО

связывает при крещении восприемников с их крестниками, родителями крестников, а также в соответствии с визант. правом детей и более отдаленных потомков крестников и восприемников, крестников и крестниц одного восприемника и их потомков между собой. При крещении взрослых восприемники являются свидетелями и поручителями за серьезность намерения и за правую веру крещаемого, а при крещении младенцев и больных, лишенных дара речи, дают за них обеты и произносят Символ веры (Карф. 45 (54)). На восприемников возлагается обязанность участвовать в религ. и нравственном воспитании новокрещеного, способствовать развитию его христ. сознания.

Факт Д. р. имеет особое значение в брачном церковном праве, являясь одним из препятствий к браку. По обычаю древней Церкви, в крещении, как правило, участвовал один восприемник одинакового пола с крещаемым. При преобладавшем тогда крещении взрослых это вытекало из естественного чувства стыдливости. Но впосл. в крещении как в духовном рождении по аналогии с рождением плотским стали участвовать одновременно и восприемник и восприемница - крестные отец и мать. Этот обычай вошел в жизнь Церкви с тех пор, как стали крестить преимущественно младенцев. В церковно-каноническом сознании отношения между восприемником и его крестницей и соответственно между восприемницей и ее крестником, а также между восприемником и восприемницей приобрели также характер Д. р., к-рое, однако, не может ставиться на один уровень с Д. р., связующим восприемников с крестниками одного пола и с их родителями и детьми.

После того как установилась практика иметь восприемника и восприемницу при крещении, имп. Юстиниан запретил брак между восприемником и его крестницей, мотивировав это тем, что «ничто не может в такой мере возбуждать отеческой любви и установить столь правомерного препятствия к браку, как это» (CJ. V 4. 26. 2). Трулльский Собор 53-м прав. запретил браки между восприемниками и родителями воспринятых. В «Василиках» запрещение браков между лицами, состоящими в Д. р., распространено и на 3-ю степень: воспринявший кого-либо от св. Крещения не должен жениться на этой особе, потому что она ему дочь, ни на ее матери или дочери. Не может также жениться на перечисленных лицах и сын восприемника, который с дочерью крестницы своего родного отца состоит уже в 3-й степени Д. р. Определением К-польского Собора, состоявшегося при патриархе Николае III Грамматике (1084-1111), наличие Д. р. до 7-й степени включительно, подобно кровному родству, было признано препятствием к браку. Но степени эти определены только по нисходящей линии от восприемника и воспринятого, а по восходящей линии лишь в 1-й степени: они существуют только между матерью воспринятого и его восприемником, но не распространяются на бабушку крестника или крестницы и их более отдаленных предков, а также по боковым линиям, иными словами, Д. р. нет между восприемником и сестрой его крестника.

В РПЦ до нач. XIX в. действовала визант. практика запрета на браки между лицами, связанными Д. р. до 7-й степени включительно, хотя в иных случаях при этом ради икономии делались исключения из общего правила. Так, по представлению архиеп. Георгия (Конисского) Святейший Синод постановил не расторгать ранее заключенные браки в 5, 6 и 7-й степенях Д. р. (Павлов. С. 139). Однако 19 янв. 1810 г. Святейший Синод издал указ, которым радикально реформировалось церковно-брачное право. Смысл этой реформы заключался в отказе от запретов, связанных с кровным и Д. р., а также со свойством в тех степенях, к-рые стали запретными для браков на основании актов визант. эпохи, в возвращении в этом отношении к нормам, содержащимся в Трул. 53. Этим указом отрицается наличие Д. р. между детьми восприемника и воспринятым. Синод счел непреодолимым препятствием к браку лишь отношение Д. р. между восприемницей и отцом ее крестницы, а также между восприемником и матерью крестника. Между тем по визант. законам, к-рые ранее действовали и в Русской Церкви, не только «духовные брат и сестра», т. е. лица, воспринятые одним и тем же восприемником, но и их потомки до 7-й степени Д. р. не могли вступать в брак. В соответствии с этим синодальным указом возможность вступления в брак получили даже кум и кума, т. е. восприемник и восприемница одного крестника или крестницы. Отрицание Д. р. между кумом и кумой мотивировалось тем, что канонически действительное восприемничество возникает лишь между крестником и его крестным отцом и соответственно между крестницей и ее крестной матерью, а поскольку древняя Церковь знала лишь восприемничество лиц одного пола с крещаемыми, то крестная мать мальчика и крестный отец девочки не являются их канонически действительными восприемниками. Указом Святейшего Синода от 31 дек. 1837 г. отрицалось наличие Д. р. между восприемником и восприемницей одного ребенка. Однако митр. Московский св. Филарет (Дроздов) придерживался иной т. зр. и в своей епархии не один раз отказывал в разрешении на брак состоявшим в близких степенях Д. р., в т. ч. основанного на восприемничестве крестника лицом др. пола. В одном случае он отказал в разрешении на брак просителю, к-рый хотел жениться на крестной дочери своей матери. Но впосл. Синод дал разрешение на этот брак, основываясь на синодальном указе 1810 г. (Меньшиков. 1894).

По вопросу о позволительности браков в близких степенях Д. р. при восприемничестве крестника лицом др. пола велась полемика в публикациях по канонической тематике. Канонист кон. XIX в. А. С. Павлов отстаивал обоснованность такого подхода к подобным казусам, который обнаруживал свт. Филарет, хотя он и расходился с действовавшим законодательством, а именно с указом 1810 г. В частности, он писал: «Духовное родство обусловлено не тождеством пола восприемника с восприемлемым, а самим актом восприятия от купели крещения, и если уж принято допускать к совершению этого акта два лица, то оба в равной мере должны быть признаваемы духовно родными воспринятому и его родителям» (Павлов. С. 179). Но такая т. зр., разделявшаяся и нек-рыми др. канонистами, не повлияла на позицию Святейшего Синода по данному вопросу. В указе Синода от 31 окт. 1875 г. содержится формулировка, отрицающая самый факт Д. р. между крестником и восприемником, если они лица разного пола: «Не усматривается основания относить родство на других церемониальных лиц, когда они будут находиться при крещении и пожелают, согласно образцу метрической книги... рукоприкладствовать, при записи о событии, как свидетели» (Булгаков. 1993).

При такой интерпретации не существует оснований и для запрета браков между восприемником и его крестницей или восприемницей и ее крестником, несмотря на то что в 50-й гл. Кормчей книги подобные браки решительно не допускаются. На практике после издания указа Синода 1810 г. проводилось различие между случаями, когда в крещении участвовали 2 восприемника разных полов и когда в крещении участвовал лишь один восприемник иного пола, чем крестник. В последнем случае церковные власти - правящие архиереи и Святейший Синод - склонялись к признанию действительности Д. р., исключающего брак в его 1-й степени (крестного отца с крестницей или крестной матери с крестником), а также во 2-й - восприемника с матерью крестницы или восприемницы с отцом крестника. Благочестивая традиция не допускает браки восприемников со своими крестниками даже в случае участия в крещении 2 восприемников, что по смыслу указа Синода от 31 окт. 1875 г. делает восприемничество лицом др. пола не имеющим канонического значения. В подобных случаях необходимо было обращаться к правящему архиерею за разрешением на брак.

Обращение к епархиальной власти и ныне остается необходимым во всех случаях наличия между предполагающими вступить в брак Д. р. в 1-й или 2-й степени, даже если оно основано на восприемничестве крестника лицом др. пола. Брак между лицами, состоящими в 1-й степени канонически действительного Д. р., невозможен ввиду их принадлежности к одному полу, брак между матерью крестника и его восприемником, а также между отцом крестницы и ее восприемницей невозможен в силу прямого запрета на подобные браки, содержащегося в Трул. 53 и сохраняющегося в синодальном указе 1810 г., браки в 3-й и последующих степенях Д. р. в России после издания этого указа стали венчаться без предварительного на них разрешения со стороны епархиального начальства, усмотрению к-рого подлежат случаи Д. р. в 1-й и 2-й степени, основанного на восприемничестве лицами иного пола, чем крестники, т. е. когда в брак намереваются вступить крестник со своей восприемницей, крестница со своим восприемником либо отец крестника с его восприемницей или мать крестницы с ее восприемником. Икономический подход, очевидно, уместен в подобных случаях там, где уже налицо церковный брак и вопрос ставится о его расторжении либо даже только гражданский брак, когда уже состоящие в нем желают венчаться. Если же подобные браки только планируются, то приемлемым представляется подход, основанный на акривии и традиции.

Канонист Н. С. Суворов в определение Д. р. помимо отношения, возникающего из восприемничества, включил также те, что проистекают из «совершенного с церковным благословением усыновления и братотворения или побратимства» (Суворов. 1913). Подобное определение, не встречающееся у иных известных канонистов, не имеет отношения к российской практике. В России усыновление всегда было актом только гражданского права, не сопровождавшимся церковным чинопоследованием, а побратимства, распространенного в Византии и у правосл. народов Балкан, в России никогда не существовало.

Лит.: Павлов А. С. 50-я глава Кормчей книги как исторический и практический источник брачного права. М., 1887; Меньшиков А. Воззрения Московского митр. Филарета по вопросам: о церковном законодательстве, о материальном обеспечении духовенства, о снятии священного сана и о браке. Каз., 1894. С. 161-162; Суворов Н. С. Учебник церковного права. М., 19135. С. 360; Булгаков С. В. Настольная книга для священно-церковно-служителей. М., 1993р. Ч. 2. С. 1185; Корабельников П. В. Церковно-каноническая регламентация брака: [Канд. дис.] / МДА. Серг. П., 1994. Ркп.; Цыпин В., прот. Курс церковного права. Клин, 2004. С. 182-183, 565-566; Григоровский С. П. Родство и свойство как препятствие к венчанию и к восприемничеству при крещении. М., 2005.
Прот. Владислав Цыпин
Ключевые слова:
Канонические вопросы в Древней Церкви Каноническое право Русской Православной Церкви Духовное родство, связь при крещении восприемников с их крестниками, родителями крестников, прочими родственниками
См.также:
ВДОВСТВО безбрачное состояние одного из супругов по смерти другого
АДРИАН [Андрей] (1637, или 1627, или 1639 – 1700), Патриарх Московский и всея Руси (1690 -1700)
БОГОХУЛЬСТВО тяжкий грех и церковное преступление, подлежащее церковным прещениям
ВДОВИЦЫ ЦЕРКОВНЫЕ особый вид церковного служения, исполняемого вдовами
ВИЗАНТИЙСКИЕ АКТЫ документы правового характера, один из важнейших видов документальных исторических источников
«ВЛАСФИМИЯ» древнерус. компилятивный трактат, составленный не ранее 1-й четв. XIV в.