Добро пожаловать в один из самых полных сводов знаний по Православию и истории религии
Энциклопедия издается по благословению Патриарха Московского и всея Руси Алексия II
и по благословению Патриарха Московского и всея Руси Кирилла

Как приобрести тома "Православной энциклопедии"

КЕТЛЕР
Т. 32, С. 574-579 опубликовано: 18 апреля 2018г.


КЕТЛЕР

Г. Кетлер. 1888 г. Худож. Ю. И. Дёринг (частное собрание)
Г. Кетлер. 1888 г. Худож. Ю. И. Дёринг (частное собрание)

Г. Кетлер. 1888 г. Худож. Ю. И. Дёринг (частное собрание)
[нем. Kettler, Ketteler] Готхард (ок. 1517 - 17.05.1587, Митау (Митава, ныне Елгава, Латвия)), последний ландмейстер Тевтонского (Немецкого) ордена в Ливонии (1559-1562), первый герц. Курляндии и Семигалии (c 1562); представитель европ. протестантизма, сторонник лютеранства, деятель Реформации.

К. происходил из небогатого вестфальского рода т. н. низших дворян (Niederadel). Его отцом был Готхард Кетлер (Ɨ 1556), матерью - Зибилла фон Нессельроде (Ɨ 1571). Вероятнее всего, К. род. в принадлежавшем его семье небольшом замке-поместье Эггерингхаузен (ныне в коммуне Анрёхте, земля Сев. Рейн-Вестфалия, Германия). В юном возрасте К. поступил на военную службу, став юнкером при дворе курфюрста и архиеп. Кёльнского Германа фон Вида (1477-1552). В кон. 30-х гг. XVI в. в поисках более почетной должности и хорошего заработка К. вместе с неск. товарищами приехал в Ливонию и вступил в Ливонский орден, входивший на правах самоуправляемой провинции в Тевтонский орден (Henning. 1848. S. 216).

Политическая деятельность К. в Ливонии

Действия К. как члена Ливонского ордена определялись тем сложным положением, в котором орден оказался в XVI в. Высшие представители ордена, ставшие к этому времени из рыцарей землевладельцами, контролировали значительную часть территории совр. Латвии и Эстонии, в т. ч. ряд важных торговых путей и портов на побережье Балтийского м., получить контроль над которыми стремились сопредельные ордену гос-ва: Королевство Польское, Великое княжество Литовское, Великое княжество Московское, Швеция, Дания. Хотя формально Ливонский орден находился в вассальной зависимости от императора Свящ. Римской империи (см. ст. Римско-Германская империя), имперское правительство мало интересовалось положением дел в Ливонии и никакой поддержки ордену не оказывало. Многочисленные военные конфликты XV-XVI вв. ослабили Ливонский орден; в сер. XVI в. он уже не имел внутренних ресурсов для сохранения своей независимости. Хотя Ливонский орден был наиболее могущественной политической силой в Ливонии, его руководители вынуждены были считаться с 4 др. крупными землевладельцами Ливонии, входившими вместе с орденом в созданную в XV в. Ливонскую конфедерацию: архиепископом Рижским и епископами Курляндским, Дерптским и Эзель-Викским (карту земельных владений в Ливонии см.: The Military Orders and the Reformation. 2006. P. 44). К 50-м гг. XVI в. среди знати Ливонии сформировалось неск. партий: одни настаивали на том, что орден должен сохранять независимость и искать поддержки со стороны германских князей; другие призывали к заключению военного союза или унии с Польшей; третьи выступали за союз со Швецией. Общим для всех партий было враждебное отношение к России, со времени царствования Иоанна III Васильевича (1462-1505) стремившейся получить путем переговоров и войн с орденом надежный выход к торговым путям Балтийского моря. Осознавая невозможность противостоять России самостоятельно, духовные и светские правители Ливонии были готовы подчиниться той политической силе, которая гарантировала бы сохранение их земельных прав и защиту от русских войск.

К. обладал значительными военными и дипломатическими способностями, вследствие чего его карьера в Ливонском ордене складывалась весьма успешно. В 1551 г. он получил должность орденского управляющего (Schaffer) в Вендене (ныне Цесис, Латвия), бывшем в то время 2-м после Риги по значимости городом ордена и офиц. резиденцией ландмейстера. В 1554 г. К. был назначен комтуром Динабурга (совр. Даугавпилс, Латвия), располагавшегося близ границы Ливонского ордена с Литвой. У К. сложились хорошие отношения с литовскими аристократами, в т. ч. с пользовавшимся большим влиянием в Литве и в Польше кн. Николаем Христофором Радзивиллом Чёрным (1515-1565), воеводой Виленским; с этого времени К. был убежденным сторонником польск. партии в Ливонском ордене (Henning. 1848. S. 216; Klocke. 1931. S. 423). К сер. 50-х гг. XVI в. К. стал одним из наиболее влиятельных дипломатов Ливонского ордена: по поручению руководства ордена он вел переговоры о военной поддержке как с князьями Свящ. Римской империи, так и с высшей аристократией Литвы и Польши. Во время одной из поездок в Германию К. посетил Виттенберг и, возможно, встретился с Ф. Меланхтоном (1497-1560); к этому времени исследователи относят начало его увлечения идеями протестантизма (Mattiesen. 1974. P. 50). В 1553 или 1554 г. в Любеке К. познакомился с протестант. студентом-теологом и литератором С. Хеннингом (1528-1589), к-рый стал его личным секретарем и помощником. Хеннинг является автором соч. «Хроника Ливонии и Курляндии» (Henning. 1594), содержащего подробное описание событий в Ливонии с 1554 по 1589 г., а также многие ценные сведения о жизни и деятельности К.

В 1554-1557 гг. противостояние между различными партиями в Ливонии обострилось и переросло в междоусобную войну. Поводом к раздору между Вильгельмом Бранденбург-Ансбахским, архиеп. Рижским (1539-1561), и ландмейстером Ливонского ордена Генрихом фон Галеном (ок. 1480-1557) послужило назначение коадъютором (заместителем) архиепископа Рижского герц. Христофора Мекленбург-Шверинского, который был родственником польского кор. Сигизмунда II Августа. Гален воспринял назначение как подготовительный шаг к передаче Ливонии под власть Польши, собрал ландтаг и объявил о начале войны ордена с архиепископом. Действия Галена вскоре привели к расколу внутри ордена: он назначил своим коадъютором Иоганна Вильгельма фон Фюрстенберга (Ɨ ок. 1568), что вызвало неудовольствие претендовавшего на этот пост маршала ордена Каспара фон Мюнстера, присоединившегося к архиеп. Вильгельму (Henning. 1848. S. 216-217; ср.: Рюссов. 1879. С. 347-352). Хотя К. был сторонником союза с Польшей, он сохранил верность руководству ордена. В 1556 г. Гален отправил К. в Германию с целью найма солдат для войны с архиепископом; К. удалось нанять и переправить в Ливонию неск. отрядов. Летом 1556 г. войска ордена, во главе к-рого к этому времени фактически встал Фюрстенберг, смогли пленить архиепископа и захватить мн. его владения. Это вызвало сильное неудовольствие кор. Сигизмунда, который летом 1557 г. выдвинул к границам Ливонского ордена крупную армию. Под давлением кор. Сигизмунда Фюрстенберг в мае 1557 г. был вынужден заключить в Позволе (ныне Пасвалис, Литва) мир с архиеп. Рижским; он признал все его права и обязался возместить ущерб, нанесенный войсками ордена владениям архиепископа. Во время переговоров между Фюрстенбергом и кор. Сигизмундом К. находился в Германии, однако через своих сторонников убеждал членов ордена согласиться на компромисс; во многом благодаря его посредническим усилиям в сент. 1557 г. между Ливонским орденом и Польшей был заключен офиц. военный наступательный и оборонительный союз. Успех польск. партии способствовал усилению позиций К., представлявшего ее интересы в руководстве Ливонского ордена и находившегося в неявной оппозиции к стороннику независимости ордена Фюрстенбергу. После возвращения из Германии в нач. 1558 г. К. был назначен комтуром Феллина (ныне Вильянди, Эстония), главного военного центра Ливонского ордена; он стал 2-м после Фюрстенберга человеком в ордене и пользовался сильной поддержкой среди членов ордена (Форстен. 1893. C. 78-79).

Сближение Ливонии с Польшей вызвало неудовольствие России. Сославшись на нарушение ливонцами обязательства о выплате полагающейся по древним договорам дани, царь Иоанн IV Васильевич Грозный в янв. 1558 г. отдал рус. войскам распоряжение совершить разведывательный рейд по Ливонии, положивший начало затяжной Ливонской войне (1558-1583). Первоначально рус. войска не ставили перед собой цели закрепиться в Ливонии: они осаждали и грабили города и замки, захватывали пленных и требовали от властей Ливонии выплаты дани. Ливонский орден был неспособен организовать сопротивление: замковые гарнизоны в Ливонии состояли по большей части из нем. наемников, которые отказывались сражаться до получения причитающегося им жалованья, на выплату которого у ордена не было средств; лишь немногие представители ордена пытались оборонять свои замки, однако без поддержки извне все их усилия были обречены на неудачу (подробнее о событиях войны см.: Форстен. 1893. С. 84-253; Арбузов. 1912. С. 148-163; Королюк. 1954. С. 34-49). К. в 1-й период Ливонской войны (янв.-июль 1558) руководил гарнизоном Феллина и в боевых действиях не участвовал. Напуганные успехами рус. войск, захвативших важный в стратегическом отношении г. Дерпт (ныне Тарту, Эстония), члены ордена на собрании в Валке (ныне Валка, Латвия и Валга, Эстония), состоявшемся в июле 1558 г., избрали К. коадъютором Фюрстенберга, рассчитывая, что военные таланты и связи К. помогут организовать оборону Ливонии. С этого времени К. фактически руководил Ливонским орденом. Он предпринял неск. безуспешных попыток начать контрнаступление против рус. войск; так, в кон. 1558 г. он отбил замок Ринген (ныне Рынгу, Эстония), однако не смог развить успех и после неудачной осады Дерпта вынужден был отступить в Ригу. В ответ на действия К. рус. войсками в янв.-февр. 1559 г. был проведен масштабный карательный рейд, в ходе к-рого рус. отряды прошли по землям Ливонии, разорили более 10 городов и замков, дошли до Риги и прошли через всю Курляндию до прусской границы, захватив огромную добычу и большое число пленных. Несмотря на общий успех военных действий, рус. войскам так и не удалось взять ни один город на побережье Балтийского моря.

В мае 1559 г. находившийся в преклонном возрасте Фюрстенберг сложил полномочия и удалился в Феллин; вскоре К. был избран ландмейстером ордена. Воспользовавшись длившимся с марта по нояб. 1559 г. перемирием с Россией, К. закрепился в Ревеле (ныне Таллин) и, заложив ряд земельных владений Ливонского ордена, собрал деньги, необходимые для найма войска. Одновременно он активизировал дипломатическую деятельность, направляя многочисленные просьбы о военной помощи князьям Свящ. Римской империи, а также правителям Польши и Швеции; в ответ ему обещали поддержку, но никаких практических действий европейскими правителями предпринято не было (гос. переписка Ливонии этого времени опубл.: Schirren. 1861-1881; Idem. 1883-1885). В нояб. 1559 г. К. попытался еще раз отбить у русских войск Дерпт, однако вновь потерпел неудачу. В кон. 1559 - нач. 1560 г. русские войска продолжали совершать из Дерпта набеги на Ливонию, захватывая и грабя замки. Летом 1560 г. русские войска под предводительством кн. А. М. Курбского (1528-1583), воспользовавшись изменой нем. гарнизона, захватили замок Феллин, взяли в плен Фюрстенберга, а также получили в свое распоряжение артиллерийские орудия Ливонского ордена, хранившиеся в замке; осенью русские войска осадили замки Венден, Вольмар (ныне Валмиера, Латвия), Вайсенштайн (ныне Пайде, Эстония), Реваль и разграбили их окрестности (Арбузов. 1912. С. 159-162). К 1561 г. Ливонская конфедерация фактически прекратила существование: рус. армия получила контроль над мн. замками Ливонии; польск. и литов. войска заняли ряд замков, заложенных ранее орденом для получения средств на наемных солдат; сев. часть Ливонии (территория совр. Эстонии) и нек-рые земли на побережье Балтийского м. были поделены между Данией и Швецией, заключившими договоры о передаче власти и протекторате с епископами и городскими советами.

Желая сохранить от захвата Россией территории, еще остававшиеся под контролем Ливонского ордена, К. и его соратники приняли решение согласиться на вхождение земель ордена в состав союза Литвы и Польши, которое было предложено кор. Сигизмундом через кн. Н. Радзивилла. Осенью 1561 г. в Риге и Вильно (ныне Вильнюс) проходили переговоры, на которых делегацию Ливонии возглавляли К. и архиеп. Рижский Вильгельм, а делегацию Литвы и Польши - кн. Н. Радзивилл. В ходе переговоров были согласованы «Условия подчинения» (Pacta subjectionis; опубл.: Codex diplomaticus regni Poloniae. 1759. P. 238-243; рус. пер.: Документы к истории присоединения Ливонии к Польше. 1880. С. 410-418), а также особые «Привилегии дворянству» (Ibid. P. 243-248; Там же. С. 419-428). Оба документа были официально подписаны кор. Сигизмундом в Вильно 28 нояб. 1561 г. и приняты представителями Ливонии.

В соответствии с «Условиями...» Ливонский орден подлежал секуляризации и роспуску. Большая часть земель ордена (в т. ч. важная в стратегическом отношении Рига) переходила непосредственно под управление кор. Сигизмунда и преобразовывалась в герц-ство Задвинское в составе Литвы; меньшая часть была выделена в герц-ство Курляндия и Семигалия, становившееся родовым владением К. как вассала кор. Сигизмунда. Курляндское герцогство представляло собой область к югу от р. Зап. Двина (Даугава), которая имела вид длинной полосы, растянутой от запада к востоку; оно не было сплошной территорией, т. к. внутри его было немало чужих владений (см.: Документы к истории присоединения Ливонии к Польше. 1880. С. 414-415; Арбузов. 1912. С. 184-185). Из-за невозможности в краткие сроки добиться согласия от польск. сейма на присоединение Ливонии формально Ливония получила статус не части Литвы или Польши, но особого «личного наследственного владения» кор. Сигизмунда; при этом король брал на себя обязательство добиться освобождения Ливонии от вассальной зависимости по отношению к имп. Свящ. Римской империи и ее полноправного вхождения в союзное гос-во Литвы и Польши (Документы к истории присоединения Ливонии к Польше. 1880. С. 412). Статус провинций Ливонии как подчиненных непосредственно польск. королю остался неизменным и после Люблинской унии (1569), в результате которой Польша и Литва образовали единое гос-во - Речь Посполитую. В «Условиях...» было оговорено, что рыцари ордена, владевшие землями на территории созданного Курляндского герцогства, становились вассалами К. и получали все права польских дворян. В «Привилегиях...» закреплялось право ливонских дворян на их земельные владения, подтверждалась неизменность «германского управления» в Ливонии, т. е. всех действовавших правовых норм, договоров и обычаев. Т. к. мн. представители знати Ливонии к этому времени были протестантами, а кор. Сигизмунд оставался верным католицизму, специально была оговорена свобода вероисповедания: «Дабы оставалась священной и неприкосновенной религия, хранимая согласно евангельскому и апостольскому Писанию, Никейскому Символу и Аугсбургскому исповеданию» (Codex diplomaticus regni Poloniae. 1759. P. 243-244). 5 марта 1562 г. К. в Риге в присутствии рыцарей Ливонского ордена передал кн. Н. Радзивиллу ключи от орденских замков и печать ордена; рыцари сняли кресты и орденские мантии в знак сложения с себя духовного звания. К. принес присягу на верность кор. Сигизмунду и получил назад ключи от замков уже как вассал короля и «наместник Ливонии». Тем самым существование Ливонского ордена прекратилось (Henning. 1848. S. 240-241; Schirren. 1885. Bd. 3. S. 285-287; ср.: Арбузов. 1912. С. 163; Klocke. 1931. S. 430).

После заключения соглашения с кор. Сигизмундом К. первоначально жил в Риге, где он владел собственным замком. Попытки К. получить контроль над Ригой были неудачными: формально при роспуске Ливонского ордена она добилась от кор. Сигизмунда подтверждения ее статуса независимого торгового города, а фактически перешла под управление польск. администрации. К нач. 70-х гг. XVI в. К. окончательно переселился в замок Митау. В событиях Ливонской войны сер. 60-х - 80-х гг. XVI в. К. активного участия не принимал. В 1577 г., во время наибольших завоевательных успехов рус. армии в Ливонии, войска царя Иоанна IV вплотную подходили к владениям К., однако на принадлежавшие ему поселения и замки не нападали. Согласно сообщению Хеннинга, это было проявлением особой «милости» царя, который будто бы, отвечая на мирное письмо к нему К., заявил, что «на этот раз он пощадит его Божию земельку (Gottes Ländichen) и не станет разорять ее» (Henning. 1848. S. 269; прямые документальные подтверждения этой переписки неизвестны). Основное внимание К. уделял внутренним делам в герц-стве, стремясь любой ценой сохранить его единство, по возможности вернуть в его состав утраченные территории, а также восстановить разрушенную войной хозяйственную жизнь (Арбузов. 1912. С. 184-188). С целью укрепить политическое положение герцогства К. 12 марта 1566 г. вступил в брак с дочерью Альбрехта VII (1486-1547), герц. Мекленбургского, Анной Мекленбургской (1533-1602). От этого брака у К. родилось неск. детей, в т. ч. 2 старших сына, Фридрих и Вильгельм, ставшие его наследниками и правителями Курляндии.

К. как протестантский церковный реформатор

Важнейшей задачей К. считал нормализацию церковной жизни Курляндского герцогства, к-рая во время войны пришла в полный упадок, а также создание системы христ. воспитания и образования. К., как и его ближайшие сподвижники, был убежденным лютеранином, поэтому в вопросах организации церковной жизни и религ. образования Курляндия при К. ориентировалась на классическое виттенбергское лютеранство. Распространение лютеранства в Ливонии началось еще в 20-х гг. XVI в.; значительная заслуга в этом принадлежит проповедовавшему в Риге А. Кнопкену (ок. 1468-1539), другу И. Бугенхагена (1485-1558), одного из близких сподвижников М. Лютера (1483-1546). К сер. XVI в. крупные лютеран. общины существовали в Риге, Дерпте и Ревеле; в ходе многочисленных столкновений с католич. иерархами Ливонии и верными католицизму представителями Ливонского ордена протестант. проповедники смогли отстоять свои позиции и добились принятия ряда постановлений о веротерпимости. Важнейшим из них стало решение ландтага в Вольмаре от 17 янв. 1554 г., согласно к-рому протестанты получали право свободно исповедовать свою веру и законным образом избирать себе пасторов (подробнее см.: Брахман. 1880; ср.: Treulieb. 1956. S. 77). Число католиков в Ливонии неуклонно снижалось; католич. епископы заботились лишь о сохранении своих земельных владений и целиком уступили дело религ. проповеди протестантам. После раздела Ливонии в 1561 г. и смерти архиеп. Рижского Вильгельма в 1563 г. на территории Ливонии не осталось ни одного католич. епископа. Большая часть нем. знати исповедовала протестантизм, тогда как коренное население формально оставалось верным католицизму, к-рый переплетался с широко распространенными древними языческими верованиями. При этом протестант. общины не имели твердого законного статуса и общего устава, что осложняло их деятельность и служило источником многочисленных нестроений и злоупотреблений.

Для упорядочения церковной жизни в герц-стве К. распорядился провести визитации всех действовавших церковных общин, в ходе которых пасторы должны были засвидетельствовать свою способность к служению и верность вероисповедным принципам лютеранства. Контроль над визитациями был возложен на специально приглашенного из Саксонии пастора Ш. Бюлова, ставшего 1-м лютеран. суперинтендантом Курляндского герц-ства. Положение дел на местах было столь плачевным, что после ознакомления с результатами визитаций Бюлов заявил, что не видит возможностей для исправления ситуации, и в 1566 г. покинул герц-ство (Treulieb. 1956. S. 78; подробнее см.: Kallmeyer. 1851. S. 60-90). Однако это не остановило К. в его намерениях: в 1567 г. он добился принятия на ландтаге постановления о выделении средств на храмовое строительство и организацию церковных школ (постановление опубл.: Kallmeyer. 1851. S. 212-224). По настоянию К. визитации были продолжены под рук. Хеннинга; новым суперинтендантом Курляндии стал выходец из Вестфалии А. Эйнгорн (Ɨ 1575). Эйнгорн был талантливым проповедником и деятельным администратором; действуя совместно с ближайшим соратником К., Хеннингом, он уже через неск. лет добился значительных успехов (Ibid. S. 91-112). Во исполнение распоряжений К. в Курляндии началось беспрецедентное для того времени по масштабам сооружение новых церковных зданий; кроме того, активно велась реставрация сохранившихся католических церквей. Всего к кон. XVI в. в Курляндии насчитывалось ок. 100 действующих церквей, по большей части сооруженных при К. наскоро из дерева. Почти все церкви имели собственных пасторов: если в 1565 г. во всей Курляндии насчитывалось лишь 25 пасторов, то к 1600 г. их стало более 120. Положение с церковным образованием духовных лиц было сложным: лишь приезжавшие из Германии пасторы имели университетское образование (по большей части они были выпускниками Виттенбергского, Ростокского и Кёнигсбергского ун-тов). Выходцы из Курляндии, бывшие кандидатами на служение, обычно посещали уроки опытных пасторов по основам вероучения и практике служения; в целом пасторы поставлялись без особенно жестких требований к их теоретическим знаниям (Treulieb. 1956. S. 80-81).

Опираясь на проекты, разработанные Эйнгорном, Хеннингом и канцлером Курляндии М. фон Брунновым († 1583), К. принял в качестве церковного законодательства герцогства 2 документа, к-рые были утверждены им в 1570 г. и одобрены ландтагом в 1572 г.; эти церковные уставы действовали в Курляндии до XIX в. В значительной мере содержание уставов было заимствовано из уже существовавших к этому времени лютеран. церковных законоположений. Так, описание порядка богослужений и обрядов было взято из рижского церковного устава; порядок экзаменации священнослужителей и описание их обязанностей были созданы на основе мекленбургского устава, восходящего к церковному распорядку Виттенберга; нек-рые части уставов являются пересказом церковно-практических сочинений Лютера и Меланхтона. Вместе с тем для уставов К. характерно и определенное своеобразие: они содержат ряд практических замечаний и рекомендаций, непосредственно связанных с церковной ситуацией в Курляндии. Уставы написаны витиеватым барочным стилем с изобилием речевых украшений, повторов и побочных тем, вслед. чего входят в число наиболее пространных по объему протестант. церковно-канонических документов XVI в. (Ibid. S. 81-82).

В первом документе, озаглавленном «Церковная реформация» (Kirchen Reformation; опубл.: Sehling. 1913. S. 49-66), содержится описание необходимых мер по реформированию церковной жизни и основных принципов церковно-правовой структуры протестант. общин Курляндии. После преамбулы, в которой сообщается о плачевном состоянии религ. жизни и о необходимости ее исправления и согласования со «светом известной евангельской истины» (Ibid. S. 49), следует 1-я гл., посвященная собственно «реформации», или «первоначальной визитации», в ходе к-рой осуществляющему визитацию суперинтенданту или его уполномоченному следовало провести ряд формальных действий по организации церковной общины. Так, ему предписывается разыскать или заново составить списки всех членов общины с учетом их социального статуса и финансового положения; установить территориальные границы прихода и определить сумму налогов, необходимых для его содержания; проверить состояние церковных зданий и определить сумму, необходимую для их восстановления и постройки заново. Отчет о визитации вносился в «церковную книгу», а ее результаты сообщались герцогу и ландтагу (Ibid. S. 52). В следующих 3 главах излагается порядок строительства и открытия новых церквей, школ, госпиталей и богаделен (Ibid. S. 53-55). В 5-й и 6-й главах определяется порядок содержания общиной церковных зданий и пасторов (Ibid. S. 55-57). 7-я гл. представляет собой подробное описание обязанностей суперинтенданта: он должен наблюдать за тем, чтобы во всем герцогстве пасторы проповедовали истинное учение и надлежащим образом отправляли все установленные обряды; он обязан регулярно осуществлять визитации и обладает правом суда над любым церковным служителем и правом принимать решение об отлучении от церковной общины; т. о., фактически полномочия суперинтенданта являются епископскими с тем отличием, что его назначение осуществляется герцогом, перед к-рым он отчитывается о всех церковных делах (Ibid. S. 57-58). В главах 8-12 дается описание обязанностей пасторов, проповедников и др. церковных служителей, в т. ч. относящихся к их служению в школах и больницах (Ibid. S. 58-60). Особый интерес представляет 11-я гл., содержащая «Зерцало христианской жизни» (Speculum vitae christianae; Ibid. S. 60-65),- адресованное всем членам христ. общины краткое наставление об обязанностях христианина. В нем излагается общее учение о христ. вере: она есть дар Божий и начинается с внутреннего ответа на обращенный к человеку в Слове Божием призыв; вместе с тем вера не может сводиться к теоретическим истинам, обрядам и церемониям, но должна быть живой и действенной, т. е. соединяться с практическим исполнением воли Божией, выраженной в заповедях ВЗ и НЗ, с «послушанием праведного христианина, проистекающим из живого горения верующего сердца и из любви к Богу» (Ibid. S. 62; ср.: Kallmeyer. 1851. S. 116-131).

Второй документ, «Церковный распорядок» (Kirchen Ordnung; опубл.: Sehling. 1913. S. 66-110), имеет также лат. заглавие «Об учении и обрядах надлежащего богопочитания» (De doctrina et ceremoniis sinceri cultus divini); он представляет собой довольно подробную инструкцию для протестантских пасторов и проповедников по всему комплексу вопросов церковной практики. В 1-й ч., «Об учении», кратко устанавливаются вероисповедные нормы для церковных общин Курляндии: источниками истинного вероучения помимо Свящ. Писания объявляются 3 древних Символа веры (Апостольский Символ веры, Афанасиев Символ веры и Никео-Константинопольский Символ веры), «Катехизисы» Лютера и Аугсбургское исповедание (Ibid. S. 68). Каждый пастор должен быть знаком с текстами этих вероисповеданий; кроме того, он должен быть способен верно изложить церковное учение по 35 темам, или «вопросам», которые ему могут быть предложены в ходе визитации (см.: Ibid. S. 68-69; вопросы заимствованы из сочинений Меланхтона; ср.: Kallmeyer. 1851. S. 133). Во 2-й ч., «О служении», подробно излагается учение о порядке поставления пасторов и проповедников. Прежде всего пастор должен иметь внутреннее призвание (vocatio) к служению, т. е. иметь желание и готовность добросовестно выполнять все возложенные на него обязанности. Он также должен быть надлежащим образом призван внешне; избрание подходящих кандидатов объявляется обязанностью суперинтенданта. После призвания происходит проверка, или «экзамен» (examen), в ходе которого пастор подтверждает знание истин веры и способность вести проповедь. Далее совершается поставление (ordinatio), порядок которого заимствован из практики Лютера и Меланхтона. Законно поставленному пастору до начала служения необходимо пройти процедуру «представления» (introductio) общине, в ходе которой возносится совместная молитва суперинтенданта и общины о даровании пастору благодатной помощи в его служении; при этом прямо об избрании пастора общиной в документе не упоминается (см.: Sehling. 1913. S. 69-70). В этой же части подробно описываются все обязанности пастора, как в области проповедничества, при осуществлении которого пастору надлежит точно следовать «всему виттенбергскому корпусу учения» и не привносить при толковании Свящ. Писания собственных новшеств, так и в области практической деятельности, целью к-рой является духовное преуспеяние всех членов общины, для к-рых пастор должен быть заботливым отцом и примером в жизни (Ibid. S. 70-74). Если пастору поручена община, члены к-рой не могут из-за дальности расстояний собираться на регулярное богослужение, он должен как минимум раз в год посещать каждого члена своего прихода, испытывать его духовное состояние и преподавать ему христ. наставление (Ibid. S. 71-72). Крайне подробно излагается порядок совершения визитаций: приводятся перечни вопросов, которые проводящий визитацию должен задать пастору, церковным учителям, церковным служителям и рядовым членам общины; их содержание повторяет соответствующие виттенбергские установления (Ibid. S. 74-81; ср.: Kallmeyer. 1851. S. 139-144). 3-я ч. устава содержит описание порядка совершения всех богослужений; в частности, предлагаются чинопоследования вечернего и дневного молитвенных собраний, проповедей и лютеран. мессы. Согласно уставу, для участия в Евхаристии верующий должен непременно пройти покаяние, или «испытание», перед пастором, в ходе к-рого каждый обязан подтвердить, что верно понимает смысл Евхаристии, и сообщить о тяготящих его совесть грехах (Sehling. 1913. S. 84-85). В этой же части излагается порядок совершения крещений, бракосочетаний, погребений и др. обрядов. Краткая 4-я ч. устава содержит общие принципы организации церковных школ; особо подчеркивается обязанность пастора надзирать за тем, чтобы учителя ни в чем не уклонялись от христ. веры (Ibid. S. 106). В 5-й ч. определяется порядок содержания духовенства и формулируются требования к моральному облику церковных служителей. Пасторам строго воспрещается требовать с вверенных им прихожан чрезмерных денежных средств и предписывается довольствоваться минимально необходимыми для жизни вещами (Ibid. S. 106-110). В завершение документа приводятся тексты древних Символов веры, а также нек-рых наиболее распространенных молитв.

Важным свидетельством того, что К. до конца жизни уделял значительное внимание вопросам церковного образования и просвещения, является отданное им в сер. 80-х гг. XVI в. распоряжение о подготовке вероучительных пособий на латыш. языке, к-рые облегчили бы для пасторов задачу донесения истин христ. веры до простого народа. В 1586 г. в Кёнигсберге (ныне Калининград, Россия) был опубликован латыш. перевод «Малого катехизиса» Лютера (переизд.: Litauische und lettische Drucke des 16. Jh. / Hrsg. A. Bezzenberger. Gött., 1875. H. 2. S. 1-30), ставший одной из первых печатных книг на латышском языке. В следующем году вышли еще 3 латыш. перевода: апостольские и евангельские отрывки, расположенные в соответствии с годовым порядком их чтения; избранные псалмы и гимны для пения за богослужением (переизд.: Undeudsche Psalmen und geistliche Lieder oder Gesenge, welche in den Kirchen des Fürstenthums Churland und Semigallien in Liefflande gesungen werden / Hrsg. A. Bezzenberger, A. Bielenstein. Mitau; Hamburg, 1886); история страстей Христовых. Незадолго до смерти К. получил сигнальные экземпляры изданий, остался доволен их содержанием и в особом указе от 6 марта 1587 г. повелел, чтобы все пасторы Курляндии приобретали эти книги и использовали их в служении (см.: Henning. 1589. S. 60-69; ср.: Kallmeyer. 1851. S. 192-194; Treulieb. 1956. S. 80, 85-86).

Итоги деятельности К. и ее значение

Политические действия К., связанные с распадом Ливонской конфедерации и ликвидацией Ливонского ордена, получали в исследовательской лит-ре противоречивые оценки: с одной стороны, его осуждали за то, что он выбирал политических союзников не по стратегическим соображениям, а руководствуясь исключительно собственными корыстными побуждениями и честолюбивым желанием во что бы то ни стало сохранить личную власть, пусть и над небольшой территорией; с др. стороны, исследователи отмечали реалистичный и миролюбивый характер его гос. политики и положительно оценивали свойственную ему готовность идти на нелегкие компромиссы ради общего блага. При этом даже наиболее критично относящиеся к К. историки признают, что его действия как правителя Курляндии были действиями разумного и прагматичного политика: строго следуя принципам нейтралитета и уклонясь от участия в бушевавших вокруг Курляндии военных конфликтах, он смог сохранить принадлежавшие ему территории от полного разорения (подробнее см.: Plüer. 2001). Реформаторская деятельность К. заложила основу стабильного материального и духовного развития Курляндии на долгие годы вперед. Большое значение для всего региона имел избранный им курс на ненасильственную христианизацию коренных народов. Хотя в политическом и экономическом отношении составлявшие большую часть латв. населения крестьяне и бедняки находились в угнетенном положении, при К. им впервые была предоставлена возможность получения религ. образования на родном латыш. языке; тем самым оказался открыт путь для формирования латв. национальной культуры. Несмотря на то что мн. инициативы К. в области религ. просвещения остались при его жизни нереализованными, созданные им церковные структуры были эффективным инструментом проповеди христианства, которое К. стремился превратить из формального вероисповедания в источник моральных принципов организации жизни индивида и общества (Treulieb. 1956. S. 85-86).

Потомки К. правили Курляндией более 100 лет. Праправнук К. по мужской линии, герц. Курляндский Фридрих Вильгельм Кетлер (1692-1711), был супругом дочери русского царя Иоанна V Алексеевича (1682-1696) Анны Иоанновны (с 1730 - имп. Всероссийская). Брак был заключен в 1710 г.; через неск. месяцев после свадьбы Фридрих Вильгельм скончался. Несмотря на это, Анна Иоанновна переехала из С.-Петербурга в Курляндию и поселилась в Митаве; с 1711 по 1730 г. она была формальной правительницей Курляндии, однако реальное управление находилось в руках рус. администрации, которой долгое время руководил П. М. Бестужев-Рюмин (1664-1743). Лишь после избрания Анны Иоанновны русской императрицей знати Курляндии удалось передать правление дяде Фридриха Вильгельма Кетлера Фердинанду Кетлеру (1655-1737), однако он отказался переезжать в Курляндию и до конца дней жил в Гданьске. Фердинанд был последним герцогом Курляндским из рода Кетлеров; после его смерти по настоянию России герцогом Курляндским был избран ближайший сподвижник имп. Анны Иоанновны Э. И. Бирон (1690-1772).

Ист.: Russow B. Chronica der Provinz Lifflandt. Rostock, 1578, 15842; Idem // Scriptores rerum Livonicarum. Riga; Lpz., 1848. Bd. 2. S. 1-158 (рус. пер.: Рюссов Б. Ливонская хроника // Сб. мат-лов и статей по истории Прибалтийского края. Рига, 1879. Т. 2. С. 157-404; 1880. T. 3. P. 123-352); Henning S. Warhafftiger und bestendiger Bericht, wie es bisshero und zu heutiger Stunde, in Religions Sachen, im Fürstenthum Churland, und Semigaln, in Lieffland, ist gehalten worden. Rostock, 1589; idem. Lifflendische Churlendische Chronica. Lpz., 1594; Idem // Scriptores rerum Livonicarum. 1848. Bd. 2. S. 195-290 (англ. пер.: Salomon Henning's Chronicle of Courland and Livonia / Transl. and ed. J. Smith, W. Urban, J. W. Jones. Dubuque; Madison, 1992); Codex diplomaticus regni Poloniae et magni ducatus Lituaniae. Vilnae, 1759. T. 5; Schirren C., Hrsg. Quellen zur Geschichte des Untergangs livländischer Selbständigkeit. Reval, 1861-1881. 8 Bde; idem., Hrsg. Neue Quellen zur Geschichte des Untergangs livländischer Selbständigkeit. Reval, 1883-1885. 3 Bde; Документы к истории присоединения Ливонии к Польше // Сб. мат-лов и статей по истории Прибалтийского края. 1880. T. 3. C. 410-432; Sehling E., Hrsg. Die evangelischen Kirchenordnungen des XVI. Jh. Lpz., 1913. Bd. 5. S. 45-123.
Лит.: Kallmeyer Th. Die Begründung der evangelisch-lutherischen Kirche in Kurland durch Herzog Gotthard // Mitteilungen aus dem Gebiete der Geschichte Liv-, Est- und Kurlands. Riga, 1851. Bd. 6. H. 1/2. S. 1-224; Seibertz J. S. Gotthard Ketteler: Letzter Herrmeister des deutschen Ordens in Livland, und erster Herzog von Kurland // Zschr. f. vaterländische Geschichte u. Alterthumskunde. Münster, 1871. Bd. 29. Abt. 2. S. 1-92; Брахман В. Реформация в Ливонии // Сб. мат-лов и статей по истории Прибалтийского края. 1880. T. 3. C. 15-105; Форстен Г. В. Балтийский вопрос в XVII и XVIII ст. СПб., 1893. Т. 1: Борьба из-за Ливонии; Arbusow L. Grundriss der Geschichte Liv-, Est- und Kurlands. Riga, 19083 (рус. пер.: Арбузов Л. А. Очерк истории Лифляндии, Эстляндии и Курляндии. СПб., 1912); Klocke F., von. Gotthard Kettler (um 1517-1587) // Westfälische Lebensbilder. Münster, 1931. Bd. 2. S. 411-438; Королюк В. Д. Ливонская война. М., 1954; Treulieb E. Die Reformation der kurländischen Kirche unter Gotthard Kettler // Baltische Kirchengeschichte / Hrsg. R. Wittram. Gött., 1956. S. 77-86, 313-314; Mattiesen H. Gotthard Kettler und die Entstehung des Herzogtums Kurland // Baltic History / Ed. A. Ziedonis e. a. Columbus (Ohio), 1974. P. 49-59; Angermann N. Das letzte Testament des Herzogs Gotthard von Kurland (Ɨ 1587) // Nordost-Archiv. Lüneburg, 1988. Bd. 21. H. 90. S. 81-100; Fahlbusch F. B. Kettler, Gotthard // BBKL. 1992. Bd. 3. Sp. 1429-1431; Das Herzogtum Kurland 1561-1795: Verfassung, Wirtschaft, Gesellschaft / Hrsg. E. Oberländer. Lüneburg, 1993-2001. 2 Bde; Plüer S. Gotthard Kettler, letzter Ordensmeister in Livland und erster Herzog von Kurland: Eine umstrittene Persönlichkeit in der Geschichtsschreibung // Das Herzogtum Kurland. 2001. Bd. 2. S. 11-54; The Military Orders and the Reformation: Choices, State Building, and the Weight of Tradition / Ed. J. A. Mol, K. Militzer, H. J. Nicholson. Hilversum; Utrecht, 2006.
Д. В. Смирнов
Ключевые слова:
Тевтонский (Немецкий) орден святой Девы Марии Реформация. История Кетлер Готхард (ок. 1517 - 1587), последний ландмейстер Тевтонского (Немецкого) ордена в Ливонии (1559-1562), первый герцог Курляндии и Семигалии (c 1562)
См.также:
АЛЬБРЕХТ БРАНДЕНБУРГ-АНСБАХСКИЙ (1490-1568), посл. гроссмейстер Тевтонского ордена и первый герцог Пруссии
АМСДОРФ Николаус фон (1483-1565), профессор теологии Виттенбергского ун-та, апологет лютеранства
АНГЛОКАТОЛИЦИЗМ - см. Оксфордское движение, Англиканская Церковь, Высокая Церковь, Ритуализм, Трактарианизм
АНТИНОМИСТСКИЙ СПОР богословская полемика эпохи Реформации
АНТИТРИНИТАРИИ движение радикальной Реформации, отриц. догмата о Св. Троице
АПОЛОГЕТИКА защита, оправдание, заступничество; речь, сказанная или написанная в защиту кого-либо