Добро пожаловать в один из самых полных сводов знаний по Православию и истории религии
Энциклопедия издается по благословению Патриарха Московского и всея Руси Алексия II
и по благословению Патриарха Московского и всея Руси Кирилла

Как приобрести тома "Православной энциклопедии"

ВАСИЛИЙ I ДИМИТРИЕВИЧ
Т. 7, С. 105-110 опубликовано: 30 ноября 2009г.


ВАСИЛИЙ I ДИМИТРИЕВИЧ

(30.12.1371, Москва - 27.02.1425, там же), вел. кн. Московский и Владимирский, старший сын блгв. вел. кн. Димитрия Иоанновича Донского и вел. кнг. св. Евдокии. В февр. 1378 г. 6-летний В. Д. вместе с отцом и 3-летним братом Юрием присутствовал на похоронах митр. св. Алексия. В авг. 1382 г. вместе с семьей перед нашествием хана Тохтамыша бежал из Москвы в Кострому. Вскоре после этого на В. Д. была возложена тяжелая обязанность. Весной 1383 г. вел. кн. Димитрий отправил его в сопровождении старейших бояр в Орду. Посылка к Тохтамышу бывшего на пороге взросления (по меркам средневековья) 11-летнего княжича преследовала различные политические цели. Во-первых, вел. кн. Димитрий демонстрировал лояльность по отношению к хану, объединившему под своей властью Орду. Во-вторых, присутствие в ханской ставке московского княжича мешало проискам тверского вел. кн. св. Михаила Александровича, домогавшегося у татар ярлыка на вел. княжение Владимирское, где правил отец В. Д. В-третьих, москвичи также могли следить за попытками приехавшего в Орду городецкого кн. Бориса получить в свои руки Н. Новгород, к-рый пока находился под властью его брата, деда В. Д. по материнской линии вел. кн. Димитрия Константиновича Суздальского. В Орде В. Д. пробыл 2,5 года. Тохтамыш удерживал его у себя в качестве заложника, добиваясь от вел. кн. Димитрия Иоанновича не только лояльности, но и покорности. В конце концов В. Д. и его окружение решились на отчаянный шаг. 26 нояб. 1385 г. они бежали из Орды, а в нач. 1386 г. оказались у молдав. воеводы Петра. Далее их путь лежал в Польшу и Литву. Осенью 1386 г. вел кн. Димитрий выслал навстречу сыну посольство в Полоцкую землю, к-рое 19 янв. 1387 г. доставило княжича, сопровождаемого представителями польск. и литов. знати, в Москву.

Василий I Димитриевич, вел. кн. московский. Гравюра на металле. 1819 г. (РГБ)
Василий I Димитриевич, вел. кн. московский. Гравюра на металле. 1819 г. (РГБ)

Василий I Димитриевич, вел. кн. московский. Гравюра на металле. 1819 г. (РГБ)

Перед смертью вел. кн. Димитрий († 19 мая 1389) составил завещание, по к-рому его владения и имущество были поделены между супругой св. Евдокией (в иночестве Евфросинией) и 5 сыновьями. Никто из княжичей еще не был женат, и это определило особенности завещательного распоряжения вел. князя. Согласно его духовной, В. Д. как старший наследник становился преемником отца на великокняжеском столе. В. Д. традиционно отходила бо́льшая часть Москвы и Московского княжества, а главное, что было новацией завещания вел. кн. Димитрия,- целиком территория бывш. вел. княжения Владимирского с городами Владимиром, Переяславлем-Залесским, Костромой, Юрьевом-Польским. В завещании предусматривалась возможность смерти наследника. В таком случае его преемником должен был стать следующий по возрасту сын Димитрия, к-рому целиком и полностью переходили владения старшего брата. Удел же 2-го Димитриевича, становившегося вел. князем, должен был быть поделен между остававшимися в живых его братьями. 15 авг. 1389 г. В. Д. был торжественно посажен на стол великого княжения во Владимире ханским послом Шихматом. Продолжилась тенденция, впервые проявившая себя в годы княжения его отца: вел. князья перестали ездить в Орду за ярлыками, теперь их привозили на Русь представители ханской власти, однако присутствие таких лиц при обряде посажения на вел. княжение еще оставалось обязательным.

В. Д., ставший вел. князем в 17 лет, сразу после посажения на великокняжеский трон столкнулся с рядом сложных проблем, в частности внутри Московского княжеского дома. Незадолго до своей кончины Димитрий Донской рассорился со своим двоюродным братом Владимиром Андреевичем, арестовал его бояр, отнял у него города Галич и Дмитров и заключил с ним договор, урезавший прежние права серпуховского князя. Владимир должен был смириться, но при новом вел. князе прежние обиды выступили наружу. Владимир был женат на Елене, дочери литов. вел. кн. Ольгерда, родной сестре правившего в Польше кор. Владислава-Ягайло и двоюродной сестре Витовта, вел. кн. Литовского (с 1392). Ссора с Владимиром грозила В. Д. неприятностями с Литвой. Сложной была ситуация с высшим церковным управлением. Западнорус. епархии митрополии всея Руси находились под властью митр. св. Киприана, к-рого не любил отец В. Д. Во главе восточнорус. епархий стоял митр. Пимен, к-рый в апр. 1389 г. отправился в К-поль и в сент. того же года там скончался. Необходимо было решать вопрос о главе Русской Церкви.

Со всеми этими задачами молодой вел. князь успешно справился в течение неск. месяцев. Он вернул отъехавшего было из Серпухова в Торжок кн. Владимира Андреевича и в янв. 1390 г. заключил с ним договор, в к-ром по сравнению с договором 1389 г. был пересмотрен статус серпуховского князя в сторону увеличения прав последнего. Кроме того, В. Д. передал ему во владение Волок Ламский и Ржеву. Это были зап. города, на к-рые часто нападали литовцы, на Ржеву они вообще претендовали. Передача их Владимиру Андреевичу осложняла его отношения с Литвой, что в случае внутридинастического московского конфликта было на руку великокняжеской власти. Смерть митр. Пимена открывала дорогу на вакантную кафедру новому выдвиженцу московского вел. князя, но В. Д. поступил благоразумнее. Вскоре после своего посажения на великокняжеский стол он отправил посольство к находившемуся в К-поле митр. Киприану и пригласил его в Москву. Тем самым была преодолена неприязнь свт. Киприана к Москве и разрешались споры в К-польской Церкви, где Соборы, возглавляемые разными Патриархами, то возводили на Русскую кафедру Пимена, то отлучали его; главное же - были восстановлены единство митрополии всея Руси и подчинение зап. епархий митрополиту в Москве. 6 марта 1390 г. митр. Киприан с 2 греч. митрополитами и 5 рус. епископами торжественно прибыл в Москву. Вскоре В. Д. предпринял обмен землями с митр. Киприаном. Вел. князь получил от иерарха принадлежавший митрополии всея Руси г. Алексин, находившийся к востоку от Калуги - владения московских князей, а отдал неравноценную в хозяйственном отношении, но гораздо более безопасную в отношении военном ростовскую слободу Святославль-Караш. Население слободы в юридическом отношении было подчинено только митрополиту и только ему платило подати. Тем самым связи митрополита с Сев.-Вост. Русью становились прочнее год от года. Так, в 1402 г. вел. князь и глава Церкви пришли к соглашению о церковных судах в области брачного и семейного права на территории вел. княжения, причем светская власть определила свое участие (соответственно и свою долю интересов) в таких разбирательствах, к-рые в давнем прошлом были исключительно прерогативой Церкви. В 1404 г. последовало новое соглашение между В. Д. и митр. Киприаном, касавшееся населения митрополичьих владений на территории бывш. вел. княжества Владимирского, его адм. принадлежности, подсудности и налогообложения. Население митрополичьих волостей освобождалось от уплаты к.-л. налогов кроме выплаты «выхода» в Орду и подчинялось полностью судебно-адм. власти митрополита. Вместе с тем вел. князь вмешивался в решение вопросов внутрицерковной жизни, устанавливая размер «сборного» с церквей в пользу митрополита и пошлин в пользу десятинников. Согласно договорной грамоте, на десятинников митрополичьих наместников и волостелей можно было жаловаться вел. князю, митрополит не мог ставить в попы и диаконы слуг и «данных людей».

Брачные связи В. Д. также в известной степени преследовали политические цели. Его выбор пал на Софью, дочь кн. Витовта, хотя в момент переговоров о бракосочетании тот находился в незавидном положении, ведя борьбу с польск. кор. Владиславом-Ягайло и скрываясь от него на территории Тевтонского ордена. Тем не менее породнением в перспективе укреплялись отношения с сильным соседом на западе - Литовским гос-вом, причем не с той линией литов. князей, к-рая вела свое начало от вел. кн. Ольгерда, как было в семье кн. Владимира Серпуховского, а с линией, где родоначальником был вел. кн. Кейстут. Т. о., открывалась возможность опереться именно на эту линию литов. князей в случае возникновения разногласий внутри Московской княжеской династии. 30 дек. 1390 г. Софья была привезена в Москву, а 9 янв. следующего года состоялось ее бракосочетание с В. Д.

Удачно разрешив накопившиеся к началу его правления внутренние противоречия и укрепив свое положение вел. князя, В. Д. перешел к активной внешней политике. В целом она была направлена на установление контроля над вост. и юго-вост. землями от Москвы, граничившими с ордынскими владениями, а также на обладание сев. и сев.-зап. территориями, принадлежавшими Вел. Новгороду, на упрочение своего влияния в нем и в Пскове. Хотя в годы вел. княжения В. Д. возникали ситуации, позволявшие значительно расширить территорию Московского вел. княжества в зап. направлении, В. Д. на такие шаги не решался, видимо опасаясь обострения отношений с набравшим значительную силу при Витовте Литовским гос-вом.

Первой акцией в цепи этих внешнеполитических задач явилось наступление на Вел. Новгород. Еще в 1385 г. новгородцы приняли решение, закрепленное в особой грамоте, не признавать верховного суда митрополита по церковным делам и не ездить к нему в Москву при рассмотрении апелляций на новгородский суд. Митр. Киприан сделал попытку восстановить прежнее положение вещей. Летом 1391 г. он прибыл в Вел. Новгород, его встретили с почестями и богатыми подарками. Однако, когда после службы в соборе Св. Софии Киприан стал поучать новгородцев, требуя изменить решение о неподсудности митрополиту, те отказались его слушать. Рассерженный митрополит, не дав благословения новгородцам и местному духовенству, покинул город. В. Д. встал на сторону Киприана. В кон. зимы 1391/92 г. он послал своего дядю кн. Владимира и брата кн. Юрия на Торжок, где московские войска повоевали новгородские волости. В ответ новгородцы не только не смирились, но сами напали на Устюг, взяли город, убив и пленив мн. людей.

Вскоре на первый план вышли иные события. Тохтамыш предпринял большой поход против эмира Тамерлана, окончившийся неудачно. Хан нуждался в средствах и союзниках. Летом 1392 г. он вызвал в Орду В. Д. У московского вел. князя были свои планы. Он повез дорогие подарки, золото и серебро. Воспользовавшись затруднительным положением Тохтамыша, за привезенные сокровища В. Д. получил от хана ярлык на вел. княжество Нижегородское и посла, к-рый должен был утвердить данное решение. В кон. окт. 1392 г. вел. князь вернулся в Москву, но еще будучи в дороге, из Коломны отправил ордынского посла и своих бояр в Н. Новгород. Там местные бояре изменили своему князю, и правивший в Нижнем вел. кн. Борис Константинович без сопротивления был сведен со стола и отправлен на княжение в Суздаль. Вскоре в Н. Новгород приехал и сам В. Д. Он пробыл там 2,5 месяца, устанавливая новые порядки и посадив в городе и др. адм. центрах своих наместников. Присоединение к Москве Нижегородского княжества, одного из 3 существовавших к тому времени вел. княжеств Сев.-Вост. Руси, стало самым крупным политическим достижением В. Д. И хотя впосл. нижегородские князья неоднократно делали попытки вернуть себе Н. Новгород, Суздаль и Городец, их успехи носили кратковременный характер и важные в стратегическом и экономическом отношениях земли по Н. Оке и Ср. Волге остались за Москвой.

В летописных сводах, восходящих к общерус. своду 1418 г. митр. Фотия, сообщается, что одновременно с ярлыком на Н. Новгород В. Д. получил от Тохтамыша ярлыки на Муром, Мещёру и Тарусу. Едва ли такое количество ярлыков вел. князь сумел получить в 1392 г., тем более что ранние летописи молчат о приобретении В. Д. 3 последних земель. Однако о планах присоединения к владениям вел. князя Мурома и Тарусы шла речь в его договоре с кн. Владимиром Андреевичем от янв. 1390 г. В др. договоре тех же князей от 1401/02 г. Муром и Мещёра числились уже в составе владений вел. князя, следов., они были присоединены В. Д. в 1392-1401 гг. Присоединение Тарусы, возможно, произошло между 1392 и 1418 гг., когда был составлен свод митр. Фотия, сообщивший о получении В. Д. ханского ярлыка на Тарусу.

После включения в состав своих владений Нижегородского княжества внимание В. Д. вновь переключилось на Вел. Новгород. 6 апр. 1393 г. новгородцы и новоторжцы, собравшись в Торжке на вече, убили боярина Максима, сторонника московского вел. князя. В. Д. начал войну с Новгородом. Вновь был повоеван Торжок, пострадали земли вокруг Вологды и Волока Ламского, а новгородцы напали на Устюжну, Белоозеро и Устюг, взяли Кличен на берегу оз. Селигер. Однако они пошли на мир с вел. князем. Новгородцы признали право митрополита на суд в Москве, выплатили причитавшиеся ему долги, а В. Д. дали «черный бор» - налог, предназначавшийся Орде.

Примирение В. Д. с Новгородом укрепило его положение. Это было весьма кстати, потому что с востока надвигалась серьезная угроза. Тохтамыш, воюя с Тамерланом, терпел от него поражения, но продолжал военные действия, пока последний в 1394 г. не начал широкомасштабного наступления на правителя Орды. 15 апр. 1395 г. на р. Терек (на территории совр. Сев. Осетии) Тамерлан нанес крупное поражение Тохтамышу. Хан бежал за Днепр и укрылся во владениях литов. вел. кн. Витовта. Опустошая оставленные Тохтамышем земли, Тамерлан приблизился к владениям рус. князей. Узнав о движении его войск, В. Д. укрепил Москву и с войском вышел к Оке для отражения неприятеля. Из Владимира в Москву была принесена Владимирская икона Божией Матери, перед к-рой совершались молебны. Тамерлан, разорив Елец, на Москву не пошел, угроза его вторжения миновала. Но 2 месяца спустя ордынский царевич Ентяк вместе с бывш. нижегородским кн. Семеном Дмитриевичем напал на Н. Новгород и взял его. В. Д. направил сюда войска под командованием своего брата кн. Юрия. Узнав о приближении великокняжеской рати, Ентяк и Семен бежали из Н. Новгорода, а Юрий 3 месяца успешно воевал в ордынском Ср. Поволжье. Московской рати досталась там богатая добыча, часть ее кн. Юрий использовал для церковного строительства в своем удельном центре Звенигороде.

26 апр. 1396 г. в Москве скончался св. еп. Стефан, просветитель Пермской земли, к-рая первоначально входила в состав Новгородской епархии. Новгородцы препятствовали деятельности еп. Стефана в Перми, и после кончины святителя вопрос о церковной принадлежности Пермской земли должен был возникнуть вновь. Весной 1397 г. В. Д. послал войско в граничившую с Пермью Двинскую землю, предлагая местной знати отложиться от Вел. Новгорода и перейти под его власть, взамен обещая различные льготы. Присутствие на Двине московской рати и посулы вел. князя возымели свое действие. Возможно, под влиянием этого успеха В. Д. решился на существенное расширение своей внешнеполитической деятельности. Уже неск. лет турки осаждали К-поль. Визант. император и К-польский Патриарх, все население находились в бедственном положении, греки прислали посольство на Русь, прося поддержки. В. Д. откликнулся на просьбу, послав в Византию «сребро милостыню». Благодарные за помощь, император и Патриарх одарили московского князя иконой Спасителя.

Весной 1398 г. 3-тысячное войско новгородцев выступило в поход и летом опустошило не только Двинскую землю, но и владения В. Д.: Белоозеро, Вологду, Устюг, галичские и кубенские волости. Вел. князь вынужден был отступиться от Двинской земли и осенью 1398 г. заключить мир с Вел. Новгородом. На такое решение московских властей повлияло и то, что в апр. 1398 г. литов. вел. кн. Витовт договорился с тевтонскими рыцарями о разделе граничивших с ними и Литвой рус. земель: Ордену должен был отойти Псков, Литве - Вел. Новгород. Соглашение было утверждено 12 окт. 1398 г. Продолжение войны с Новгородом толкало новгородцев в сторону Литвы, возвращением же Двинской земли Новгороду московский вел. князь добивался перехода новгородцев на свою сторону и получал важного союзника при отражении возможного литовско-нем. наступления на рус. земли.

Подготовка наступления шла весьма интенсивно. Витовт намеревался использовать силы не только Ордена, но и Польши, где правил его двоюродный брат кор. Владислав-Ягайло, а также укрывавшегося в Литве хана Тохтамыша. Последний рассчитывал с помощью литов. вел. князя вернуть себе власть над Ордой. В. Д. предпринял ряд шагов, чтобы противостоять угрозе: он заключил договор с Тверью, к-рая ранее при обострении московско-литов. отношений принимала сторону Литвы. Договор 1399 г. носил более равноправный характер, чем заключенный между ними договор 1375 г. Москва и Тверь обязывались вместе выступать против общих врагов: литовцев, немцев и татар. В договоре 1399 г. были подтверждены право московских князей на территорию бывш. Владимирского вел. княжения, их контроль над Вел. Новгородом, незыблемость границ последнего. Видимо, по тайной договоренности Твери была передана Ржева, за обладание к-рой боролась Литва. Тем самым московский князь осложнял отношения Литвы с Тверью, заставляя правителя последней действовать на своей стороне. Общие положения договора впосл. входили во все московско-тверские соглашения XV в. Заключив договор с Тверью, В. Д. сумел добиться единения остальных, менее могущественных рус. князей, к-рые дружно послали грамоты Витовту о расторжении с ним мира. Литов. вел. князь должен был понять, что он будет воевать с коалицией рус. князей, тем не менее Витовт выступил в поход. Однако до нападений на рус. земли дело не дошло. Ордынский хан Тимур-Кутлуг, узнав о планах Витовта и опасаясь восстановления власти в Орде Тохтамыша, собрал громадное войско и встретил литов. вел. князя с его союзниками на р. Ворскле (под Полтавой). 12 авг. 1399 г. на ее берегах произошло сражение, Тимур-Кутлуг одержал полную победу, и угроза рус. землям с запада перестала существовать. На неск. лет Витовт вынужден был отказаться от активной внешней политики, затрагивавшей интересы московского вел. князя.

Пользуясь ситуацией, В. Д. вновь повел наступление на Вел. Новгород. Весной 1401 г. в Москву по церковным делам приехал Новгородский архиеп. Иоанн II. Митр. Киприан арестовал его и продержал в заключении более 3 лет. Такая акция не могла осуществиться без ведома вел. князя, возможно, она была предпринята по его указанию. Летом того же года В. Д. направил рать на Подвинье. Оно было повоевано, мн. люди были убиты, часть местной знати попала в плен. Однако др. двинским боярам удалось разбить москвичей у Холмогор. Тогда В. Д. послал отряд на Торжок, москвичи захватили в плен 2 видных новгородских бояр, отпущенных на свободу лишь в следующем году. Мир между Вел. Новгородом и вел. князем был восстановлен.

Летом 1404 г. архиеп. Иоанн вернулся в Новгород. Его освобождение было косвенно связано с нарастанием литов. активности на зап. рубежах рус. земель. В 1403 г. литов. кн. Семён Ольгердович захватил Вязьму. Весной 1404 г. литов. вел. кн. Витовт осадил Смоленск, однако 3-месячная осада города ему ничего не принесла. Пытаясь избавиться от нараставшей литов. угрозы, Смоленский вел. кн. Юрий Святославич обратился за помощью к московскому вел. князю, предлагая ему свое княжество. В. Д. отказался, не желая нарушать договоренности с Витовтом, к-рые, по-видимому, предусматривали отказ Москвы от поддержки Смоленска, а Литвы от притязаний на Вел. Новгород и Псков. 26 июня 1404 г. Смоленск был присоединен к владениям Витовта. Окрыленный успехом, литов. вел. князь начал борьбу за подчинение Вел. Новгорода и Пскова. В февр. 1406 г. он без объявления войны взял псковский г. Коложе, опустошил окрестности и увел в плен 11 тыс. жителей. В авг. на псковские волости совершили нападение союзные Витовту нем. рыцари. Псковичи обратились за помощью в Москву. В. Д. вынужден был расторгнуть мир со своим тестем и начать войну. В сент. 1406 г. московская рать и ордынцы без особого успеха воевали под Вязьмой и Серпейском. Литов. войска воевали под Можайском, захватили Воротынск и Козельск. Встретившись на р. Плаве, притоке р. Упы, стороны пошли на перемирие с 1 окт. 1406 по 16 мая 1407 г. Затем военные действия возобновились. Но в конце концов, простояв 12 дней на р. Угре, В. Д. и Витовт 14 сент. 1408 г. заключили между собой мир.

Василий I Димитриевич, вел. кн. московский. Роспись юж. стены Архангельского собора Московского Кремля. XVII в.
Василий I Димитриевич, вел. кн. московский. Роспись юж. стены Архангельского собора Московского Кремля. XVII в.

Василий I Димитриевич, вел. кн. московский. Роспись юж. стены Архангельского собора Московского Кремля. XVII в.

Помощь Орды оказалась корыстной. Оценив обстановку на Руси и положение московского вел. князя, фактический правитель Орды эмир Едигей решил начать против него войну. Поводом послужила неуплата В. Д. дани Орде. Осенью 1408 г. Едигей выступил в поход. Пройдя и опустошив Рязанскую землю, он взял и сжег Коломну, а 30 нояб. оказался под стенами Москвы. Для В. Д. действия Едигея не стали совершенно неожиданными, хотя об истинных планах ордынского полководца он догадался не сразу. В Москву в осаду сел имевший немалый военный опыт кн. Владимир Серпуховской, а вместе с ним др. князья и воеводы. Сам В. Д. вместе с семьей отъехал в Кострому. Часть своего войска Едигей направил в Н. Новгород и Городец, к-рые были взяты, но бо́льшая часть татар. конницы пришла к Москве. Руководители обороны сожгли деревянные московские посады, что не дало возможности татарам использовать бревна для примета к стенам Кремля и их поджога. Каменная московская крепость была надежна и неприступна для Едигея. Опустошив Серпухов, Верею, Дмитров, Переяславль-Залесский, Юрьев-Польской, Ростов, Едигей вынужден был снять осаду Москвы и вернуться в свои степи после получения известия ордынского хана Булат-Салтана о наступлении на него сына Тимур-Кутлуга - Тимура. Но при этом Едигей взял с осажденных 3 тыс. р. откупа. Нападение Едигея показало В. Д., насколько ненадежны татары как союзники и насколько осторожно следует вести себя с Ордой и не нарушать традиц. отношений. Поэтому, когда ордынским ханом стал сын Тохтамыша Джелал-ад-дин Султан, В. Д. в 1412 г. отправился к нему на поклон. Впрочем, поездка особой пользы не принесла, поскольку в том же году Джелал-ад-дин был свергнут. За 3 года до этого Пскову удалось примириться с Литвой и орденом.

23 марта 1410 г. («въ Велик день») в Москву приехал митр. грек Фотий, поставленный вместо скончавшегося 16 сент. 1406 г. митр. Киприана. Между вел. князем и новым главой Русской Церкви установились дружественные отношения, о чем свидетельствует ряд жалованных и льготных грамот, данных вел. князем митрополиту: на ставшую митрополичьей ростовскую слободу Караш, через к-рую разрешалось ездить только старой дорогой, уплачивая пошлины церковным властям; на митрополичьи села Андреевское и Мартемьяновское в Медушской вол. во Владимирском у.; митрополичьему нижегородскому в честь Благовещения Пресв. Богородицы муж. мон-рю на земли в Лыскове, Курмыше, Мещерске и др. местах; возможно, др. митрополичьим мон-рям (Борисоглебскому и владимирскому Успенскому Сновидскому). В. Д. поддержал митр. Фотия в его обличениях Григория Цамблака, к-рый по настоянию Витовта в 1415 г. был поставлен митрополитом западнорус. земель в нарушение канонических норм. По этому поводу к В. Д. обратились с посланиями император и Патриарх. Возможно, при содействии митрополита В. Д. неск. раньше сумел породниться с визант. имп. домом. В 1414 г. в К-поль прибыла его юная дочь Анна, вышедшая замуж за наследника визант. престола, ставшего со временем имп. Иоанном VIII Палеологом, в 1417 г. эпидемия унесла жизнь буд. императрицы.

После Едигеева нашествия московскому вел. князю особое внимание пришлось уделять присоединенному в 1392 г. Нижегородскому княжеству. Пользуясь поддержкой Орды, местные князья-отчичи делали неоднократные попытки вернуть себе Н. Новгород, Суздаль и Городец. В 1410 г. нижегородский кн. Даниил Борисович и союзный ему татар. царевич Талыч напали на Владимир и сильно разорили город, особенно пострадал Успенский собор. Рать, посланная под командованием брата вел. князя Петра Дмитровского, 15 янв. 1411 г. потерпела полное поражение у с. Лыскова от объединенных полков нижегородских князей и помогавших им татар. и мордов. правителей. До 1414 г. власть над Нижегородским княжеством удерживал его отчич Даниил Борисович. В янв. 1415 г. московское войско во главе с кн. Юрием Димитриевичем, сыновьями кн. Владимира Серпуховского, ярославскими и ростовскими князьями подошло к Н. Новгороду. Местные князья бежали за р. Суру, власть В. Д. была восстановлена. Однако московский вел. князь стремился найти компромисс с местными князьями и тем самым стабилизировать ситуацию. В 1414 г. в Москве оказался нижегородский династ - кн. Александр Иванович, в 1416 г. сюда прибыли его отец кн. Иван Борисович и кн. Иван Васильевич, в следующем году в Москву приехал главный претендент на нижегородский стол - кн. Даниил Борисович. В. Д. с ними договориться не удалось, и он передал нижегородский стол брату Константину. Тогда князья Даниил и Иван Борисовичи бежали из Москвы. По-видимому, именно к тому времени относится послание к В. Д. прп. Кирилла Белозерского, в к-ром подвижник, указывая, что нижегородские князья доказывали свою правду, а вел. князь - свою, призывал последнего проявить мудрость, не допустить кровопролития и прийти к согласию с противниками. Компромисс был достигнут к 1419 г.

Летом 1417 г. неожиданно скончался старший сын В. Д. 20-летний кн. Иван. В семье В. Д. и Софьи сыновья умирали в младенческом возрасте, но оставался еще один сын - 2-летний Василий (Василий II Васильевич, вел. кн.). В 1417 г. В. Д. написал завещание, в к-ром передал ему великокняжеский стол и все владения. Поскольку старший среди братьев В. Д., кн. Юрий, претендовал на великокняжеский стол, основываясь на духовной грамоте их отца вел. кн. Димитрия Донского, и никогда не выступал гарантом соблюдения завещания В. Д., последний вынужден был назвать главным гарантом завещания своего тестя литов. вел. кн. Витовта. В 1419 г. московский вел. князь, желая еще более укрепить положение маленького наследника, решил «подписать» под сына, т. е. поставить в вассальную зависимость, своего младшего брата Константина, но Константин резко воспротивился этому. Тогда вел. князь конфисковал его владения (по-видимому, Углич) и вотчины служивших ему бояр. Константин вынужден был уехать в Вел. Новгород. Конфликт был улажен в 1421 г.

Прием Вел. Новгородом кн. Константина Димитриевича объяснялся существовавшими напряженными отношениями между В. Д. и вольным городом. В 1417 г. московские рати вновь опустошили Двинскую землю и сожгли Холмогоры, новгородцы в ответ повоевали Устюг. Только в 1424 г. стороны заключили мирный договор, по к-рому вел. князь должен был вернуть Новгороду Бежецкий Верх, Волок и волоцкие земли; взамен новгородцы отступались в пользу В. Д. от всех «княжщин», т. е. доходов, традиционно передававшихся ими приглашаемому править в Вел. Новгород князю.

Союз с Литвой, означавший для В. Д. поддержку его сына-наследника, связывал внешнеполитическую активность московского вел. князя, к-рый должен был следовать курсу Витовта. В 1422 г. московские полки были посланы в помощь литов. вел. князю, организовавшему поход на Тевтонский орден. Объединенное войско взяло нем. замок Голуба (Голюб) на р. Дрвенце и 3 месяца воевало во владениях ордена. Напряженными в 20-х гг. XV в. оставались отношения Пскова и Литвы. В 1423 и 1424 гг. псковичи посылали посольства в Москву с просьбой о помощи, но московский вел. князь, в 1406 г. начавший из-за Пскова войну с Витовтом, не оказал им даже дипломатической поддержки.

В. Д. был похоронен в Архангельском соборе Московского Кремля. При жизни вел. князя этот храм был расписан визант. мастером Феофаном Греком. В 1405 г. Феофан Грек вместе со старцем Прохором с Городца и прп. Андреем Рублёвым расписал др. княжескую церковь в Московском Кремле - Благовещенский собор. В 1408 г. по повелению В. Д. иконники преподобные Андрей Рублёв и Даниил Чёрный начали расписывать главный храм Сев.-Вост. Руси того времени - владимирский Успенский собор.

Церковная политика В. Д. в основном была связана с митрополичьей кафедрой. Помимо сказанного выше об отношениях В. Д. с митрополитами Киприаном и Фотием следует отметить возвращение кафедре в нач. XV в. Н. Новгорода и Городца, переданных в 1374 г. из Митрополичьей области Суздальской епархии. По-видимому, В. Д. интересовало и положение дел в нек-рых епархиях - показательно, что на Тверскую и Рязанскую кафедры, находившиеся на территориях независимых от Москвы Тверского и Рязанского княжеств, в нач. XV в. были назначены настоятели московских мон-рей - соответственно Антоний (настоятель Спасского на Бору мон-ря) и Сергий (Азаков) (настоятель Симонова Старого мон-ря). Не были обойдены вниманием московского вел. князя и отдельные обители, получавшие от него жалованные грамоты. Пожалования не были щедрыми: жаловались пустоши, места рыбных ловель, соляные варницы, иногда деревни, но не села; не был широк в грамотах и перечень иммунитетных привилегий. В. Д. выдавал жалованные грамоты своим, княжеским, мон-рям - московскому Симонову и юрьевскому Успенскому на Воинове горе. Неск. грамот получили мон-ри Нижегородского княжества: Спасо-Евфимиев в Суздале, Никольский Дудин. Ряд грамот В. Д. выдал Троице-Сергиеву мон-рю на пустоши и деревню в Кинеле и Кистьме, соляные варницы в Соли, в Переяславле, к-рый был великокняжеским владением. В. Д. подтвердил жалованную грамоту Пермской епархии.

Прижизненные образы В. Д. и его супруги вел. кнг. Софии Витовтовны представлены на лицевой стороне (справа от нижнего креста) «большого» саккоса митр. Фотия (1414-1417, ГММК); оба в княжеских одеждах, на головах короны, без нимбов. В. Д.- фронтально, в правой руке украшенный жемчугом скипетр, левая в молении, фигура Софии - вполоборота, руки в молении. Изображения В. Д. известны также в ряде памятников монументальной живописи сер. XVI в., связанных с идеей преемственности власти московских государей от визант. императоров: в росписи Золотой палаты великокняжеского дворца (1547 г., не сохр., известна по описанию XVII в. Симона Ушакова), в росписи галереи Благовещенского (1564) и Архангельского (1564-1565) соборов Московского Кремля.

Ист.: Приселков М. Д. Троицкая летопись: (Реконстр. текста). М.; Л., 1950 (по указ.); ПСРЛ. М., 1997. Т. 1. Вып. 3; М., 2000. Т. 3; М., 2003. Т. 5. Вып. 1; М., 2000. Вып. 2; М., 2000. Т. 6. Вып. 1; Пг., 1922. Т. 15. Вып. 1; М., 2000. Т. 24 (по указ.); ДДГ (по указ.); АСЭИ. М., 1952-1964. Т. 1-3 (по указ.); ДРКУ. С. 182-185; АСЗ. М., 1997-2003. Т. 1-3 (по указ.).
Лит.: Экземплярский А. В. Великие и удельные князья Сев. Руси в татарский период с 1238 по 1505 г.: Биогр. очерки. СПб., 1889. Т. 1; Пресняков А. Е. Образование Великорус. гос-ва. Пг., 1918; Черепнин Л. В. Рус. феодальные архивы XIV-XV вв. М.; Л., 1948. Ч. 1. Гл. 2. С. 58-93, 397-440; 1951. Ч. 2 (по указ.); он же. Образование Рус. централизованного гос-ва в XIV-XV вв. М., 1960. С. 663-742; Кучкин В. А. Договорные грамоты моск. князей XIV в. М., 2003. С. 271-329, 345-348; Фетищев С. А. Моск. Русь после Дмитрия Донского, 1389-1395 гг. М., 2003.
В. А. Кучкин
Ключевые слова:
Древняя Русь (Древнерусское государство), древнейшее государство восточных славян Василий I Димитриевич (1371-1425), великий князь Московский и Владимирский Великие князья Владимирские и московские и всея Руси
См.также:
АГАФИЯ ВСЕВОЛОДОВНА († 1238), св. блгв. кнг. местночтимая (пам. 23 июня - в Соборе Владимирских святых)
АГРИППИНА († 1237), кнг. рязанская
АЛЕКСАНДР МИХАЙЛОВИЧ (1200–1339), кн. тверской, вел. кн. владимирский (1326-1327), св. блгв., мч. (пам. в 1-ю неделю после 29 июня - в Соборе Тверских святых и во 2-ю Неделю по Пятидесятнице в Соборе Всех святых в земле Российской просиявших)
АЛЕКСАНДР (ПЕРЕСВЕТ) И АНДРЕЙ (ОСЛЯБЯ) РАДОНЕЖСКИЕ (XIV в.), преподобные (пам. 7 сентября, в Соборя Брянских святых, в Соборе Московских святых и в Соборе Радонежских святых)
АЛЕКСАНДР ЯРОСЛАВИЧ НЕВСКИЙ (в иночестве Алексий, после 1219/20 - 1263), вел. кн. Владимирский, св. блгв. (пам. 23 нояб. и 30 авг., в Соборе Владимирских святых, в Соборе Карельских святых, в Соборе Новгородских святых, в Соборе Ростово-Ярославских святых, в Соборе Санкт-Петербургских святых, в Соборе Тульских святых и в Соборе святых земли Эстонской)
АЛЕКСАНДРА княгиня Владимирская