Добро пожаловать в один из самых полных сводов знаний по Православию и истории религии
Энциклопедия издается по благословению Патриарха Московского и всея Руси Алексия II
и по благословению Патриарха Московского и всея Руси Кирилла

Как приобрести тома "Православной энциклопедии"

ЙОНАС
Т. 28, С. 718-732 опубликовано: 8 декабря 2016г.


ЙОНАС

[нем. и лат. Jonas] Юстус (5.06.1493, Нордхаузен - 9.10.1555, Айсфельд), нем. гуманист, юрист, богослов; пастор, церковный деятель, один из лидеров нем. Реформации, сподвижник М. Лютера (1483-1546), переводчик его сочинений.

Жизнь и сочинения

Й. родился в семье Йонаса Коха в Нордхаузене, крупном имперском городе, население к-рого в нач. XVI в. составляло ок. 5 тыс. человек (Delius. 1952. S. 7; Junghans. 2009. S. 15). Уже в юности Й. перестал использовать родовую фамилию Кох: в ранних эрфуртских документах он значится под фамилией Йонас; т. о., личное имя отца Й. сделал своим новым фамильным именем (Kleineidam. 1985. P. 244). При рождении Й. получил нем. имя Йодокус; впосл. он, по обычаю ренессансных гуманистов, сменил его на лат. имя Юстус, однако вплоть до сер. 20-х гг. XVI в. использовал и нем. имя. По предположению исследователей, фамилия Кох может указывать на то, что первоначально отец Й. был поваром в знатных семействах, однако со временем ему удалось стать влиятельным городским советником (Ratsmeister); начиная с 70-х гг. его имя часто упоминается в офиц. городских документах, в течение неск. лет он занимал должность бургомистра Нордхаузена (Lehmann. 1963. P. 9-10; Junghans. 2009. S. 15). Точно неизвестно, родился ли Й. от 1-го брака Йонаса Коха или от его 2-го брака с вдовой Катариной Вольфхайн (Delius. 1952. S. 8; Junghans. 2009. S. 15). По свидетельству Й., его отец и мать скончались, когда он был еще ребенком; исследователи считают, что это произошло ок. 1504 г. (Junghans. 2009.S. 15). От родителей Й. унаследовал значительное состояние, к-рое впосл. позволило ему в течение долгих лет заниматься науками, не думая о поиске источника доходов. Начальное образование Й. получил в городской школе в Нордхаузене (Delius. 1952. S. 9); более подробные сведения о ранних годах жизни Й. отсутствуют.

Гуманистическое образование (1506-1519)

Йонас Юстус. Гравюра. 2-я пол. XVI в. Мастер Тобиас Шриммер
Йонас Юстус. Гравюра. 2-я пол. XVI в. Мастер Тобиас Шриммер

Йонас Юстус. Гравюра. 2-я пол. XVI в. Мастер Тобиас Шриммер
Летом 1506 г. Й. приехал в Эрфурт и приступил к обучению в местном ун-те (см.: Acten der Erfurter Universität. Halle, 1884. Bd. 2. S. 244), намереваясь получить докторскую степень в области права. По-видимому, Й. был блестящим студентом: уже в 1507 г. он получил степень бакалавра свободных искусств (см. ст. Artes liberales), а в 1510 г. стал магистром искусств (Junghans. 2009. S. 15; ср.: Kleineidam E. Universitas Studii Erffordensis. Lpz., 1964. Bd. 1. S. 392. N 1105). В кон. 1510 г. Эрфуртский ун-т оказался под угрозой закрытия из-за народных волнений и недостатка преподавателей, поэтому летом 1511 г. Й. с нек-рыми др. студентами переехал в Виттенберг (Lehmann. 1963. P. 14-15). Известно, что в Виттенберге Й. слушал проповеди августинца Венцеля Линка, впосл. поддержавшего Реформацию; однако особого интереса к теологии Й. в этот период не проявлял и с Лютером, по-видимому, не встречался (Delius. 1952. S. 11). В ун-те Виттенберга Й. изучал каноническое право у известного юриста Хеннинга Гёде († 1521), также переехавшего из Эрфурта; 8 янв. 1513 г. Й. получил степень бакалавра права (Junghans. 2009. S. 15). В нач. 1515 г. Й. вернулся в Эрфурт, где продолжил занятия правом; 16 августа 1518 г. он стал лиценциатом церковного и светского права (juris utriusque; см.: Ibid. S. 16); докторскую степень по праву Й. так и не получил вслед. смещения к нач. 20-х гг. XVI в. его научных интересов в область теологии (Kleineidam. 1985. P. 244).

К кон. 10-х гг. XVI в. оставшиеся от родителей денежные средства иссякли и материальные обстоятельства жизни Й. ухудшились; по-видимому, именно по этой причине он решил начать церковную карьеру. В 1516 г. Й. стал священником (Delius. 1952. S. 13; Leder. 1988. S. 234); в 1518 г.- каноником в эрфуртской Северикирхе (ц. св. Севера); эта церковная должность приносила Й. надежный доход. Именно в Северикирхе Й. произносил первые проповеди, посвященные толкованию Свящ. Писания, гл. обр. посланий св. ап. Павла. Одновременно он начал преподавать на фак-те искусств Эрфуртского ун-та; с 1518 г. он также читал лекции по Институциям Юстиниана и др. памятникам рим. права (Kleineidam E. Universitas studii Erfordensis. Lpz., 1969. Bd. 2. S. 335; ср.: Junghans. 2009. S. 16).

Во время обучения в Эрфурте Й. познакомился с идеями ренессансного гуманизма, приверженцами которого были мн. его преподаватели и собратья по учебе. С сер. XV в. в Эрфурте преподавали многие гуманисты и сторонники церковных реформ (напр., Иоганн Везель, Петер Лудер, Йодокус Трутветтер). В кон. XV в., во время ректорства Николауса Маршалька († 1525), образовательные программы Эрфуртского ун-та были во многом изменены в соответствии с гуманистическими принципами: хотя в области теологии продолжал господствовать схоластический метод, проч. науки во многом были освобождены от схоластики; было узаконено преподавание 3 древних языков, а также введено в оборот большое число учебных пособий, имевших целью усиление роли историко-филологического метода при преподавании всех дисциплин, в т. ч. теологии и библейской экзегетики (Junghans. 2009. S. 17-18). Весьма сильным в Эрфурте было влияние жившего неподалеку, в г. Гота, известного гуманиста Конрада Муциана Руфа (1470-1526), вокруг к-рого в нач. XVI в. сформировался кружок молодых гуманистов (см.: Ibid. S. 18-21; ср.: Lehmann. 1963. P. 12). Одним из последователей Муциана Руфа был поэт Гелий Эобан Гесс († 1540), поступивший в ун-т на неск. лет раньше, чем Й. Гесс стал другом Й. и одним из его руководителей в гуманистических устремлениях; в 1509 и 1510 гг. Й. посвятил другу 2 хвалебных стихотворения, к-рые являются наиболее ранними сохранившимися сочинениями Й. (текст см.: JJBW. Bd. 1. S. 1-2; ср.: Junghans. 2009. S. 21-28).

После возвращения в Эрфурт в 1515 г. Й. познакомился с Муцианом Руфом и с энтузиазмом воспринял его идеи о необходимости противостоять ложной схоластической учености и создавать обновленную систему христ. гуманистического образования. Й. и др. члены эрфуртского гуманистического кружка поддерживали Муциана Руфа в деле защиты выдающегося филолога Иоганна Рейхлина (1455-1522) от нападок католических схоластов. Возможно, Й. принимал участие в создании знаменитого соч. «Письма темных людей» (Epistolae obscurorum virorum, ч. 1 - 1515-1516, ч. 2 - 1517), инициатором написания к-рого был Муциан Руф, а основными авторами - 2 друга Й.: Крот Рубеан († 1545) и Ульрих фон Гуттен (1488-1523). По-видимому, именно общение и переписка с Муцианом Руфом впервые заставили Й. задуматься об изучении теологии; так, в одном из сохранившихся писем Муциан Руф сетует на то, что немногие решаются жить в соответствии с «правилом Христа» (norma Christi), и указывает на то, что юридическое «законничество» является бесплодным, если оно не подчиняется более высокой гуманистической цели - улучшению нравов (JJBW. Bd. 1. S. 6, 4).

От гуманизма к реформации (1519-1521)

К кон. 10-х гг. XVI в. в Эрфурте сформировалась сплоченная группа гуманистов, увлекавшихся античной лит-рой и поэзией и пытавшихся в своем творчестве найти точки соприкосновения классической греко-римской культуры и христ. мировоззрения. Помимо Й. в эту группу входили Гесс, Генрих Урбан, Эвриций Кордус († 1535), Георг Спалатин (1484-1545), Ульрих фон Гуттен, Иоганн Драконитес († 1566) и др. (Junghans. 2009. S. 29). В своей деятельности участники эрфуртского гуманистического движения ориентировались на идеи Эразма Роттердамского (Ɨ 1536), к-рый воспринимался ими как непререкаемый научный авторитет и образец гуманистической учености. Й. в переписке называл Эразма «могущественнейшим царем наук» (litterarum rex potentissimum - JJBW. Bd. 1. S. 42) и «князем христианского мира» (princeps orbis Christiani - Ibid. S. 31). Осенью 1518 г. Й. передал Эразму через Гесса хвалебное стихотворение в его честь, текст которого не сохранился. В ответном письме Эразм хвалил научные успехи Й., называя его «ученейшим» (doctissimus), сообщал Й. о различных сложностях, связанных с деятельностью по подготовке критического издания греч. текста НЗ, и отмечал, что гуманистическая ученость должна служить христианским идеалам и «славе Христовой» (текст письма см.: Ibid. S. 16). Возможно, именно под влиянием ответа Эразма Й. в 1519 г. сблизился с Иоганном Лангом († 1548), приором августинского мон-ря в Эрфурте, другом и сподвижником Лютера. Под рук. Ланга Й. стал углубленно заниматься греч. языком и читать сочинения древних христ. писателей (Lehmann. 1963. P. 19; Junghans. 2009. S. 31-32).

Важным событием в жизни Й. стала его встреча с Эразмом в нач. 1519 г. По поручению курфюрста Саксонского Фридриха III Мудрого (1463-1525), покровительствовавшего Лютеру, Й. и еще один эрфуртский гуманист, Каспар Шальбе, должны были доставить Эразму письмо курфюрста (не сохранилось), а также письмо Лютера (это было 1-е письмо Лютера Эразму; текст см.: Luther M. WA: BW. Bd. 1. S. 361-363). Возможно, Й. уже был знаком с Лютером через Ланга, но даже если личное знакомство произошло позднее, подобное поручение свидетельствует о том, что Й. в это время воспринимался вождями Реформации как надежный соратник, сочувственно относящийся к протестант. движению (Delius. 1952. S. 15-16). В письмах курфюрст и Лютер сообщали Эразму о ходе спора с католич. теологами об индульгенциях и о папской власти, призывая его поддержать выступление Лютера против царивших в католич. Церкви злоупотреблений. В апр. 1519 г. Й. и Шальбе передали письма Эразму в Лёвене; поскольку Эразм ввиду занятости не сразу смог подготовить ответы, они вместе с ним путешествовали по разным городам Нидерландов. Ответ Лютеру Эразм написал лишь 30 мая 1519 г.; в нем гуманист соглашался объединить усилия с Лютером в борьбе с католич. схоластической теологией, однако делал акцент на необходимости реформирования образования, обходя молчанием вопросы об отношении к церковным злоупотреблениям и папской власти (текст см.: Luther M. WA: BW. Bd. 1. S. 410-414; ср.: Delius. 1952. S. 17). Вместе с этим ответом Эразм написал пространное прощальное письмо Й. (текст см.: JJBW. Bd. 1. S. 21-24). Центральной темой этого письма является обращенный к Й. призыв посвятить себя служению «славе Христовой» на поприще теологии (возможно, этот призыв продолжал темы, затронутые в беседах Й. с Эразмом). В частности, Эразм в письме предупреждает Й., что большинство современных им теологов-схоластов и монашеских учителей проповедуют «не Христа, но людей, то есть самих себя» (Ibid. S. 23); побуждает его избегать «скотистских тонкостей» (scotisticas subtilitates; речь идет об учении последователей католического теолога и философа Иоанна Дунса Скота) и «схоластических догматов» (scholastica dogmata); убеждает учиться самому и учить других «истинному благочестию» (vera pietas), «просвещать людские умы философией Христовой (philosophia Christi)» (Ibidem). С письмами Эразма Й. направился во Франкфурт-на-Майне, где в это время пребывал курфюрст Фридрих; после вручения писем в кон. июня 1519 г. Й. вернулся в Эрфурт (Peters. 2009. S. 43).

Герб Йонаса Юстуса. Миниатюра из Матрикула Эрфуртского ун-та (Т. 2. Л. 113). XVI в. (Городской архив, Эрфурт)
Герб Йонаса Юстуса. Миниатюра из Матрикула Эрфуртского ун-та (Т. 2. Л. 113). XVI в. (Городской архив, Эрфурт)

Герб Йонаса Юстуса. Миниатюра из Матрикула Эрфуртского ун-та (Т. 2. Л. 113). XVI в. (Городской архив, Эрфурт)
Знаком признания научного авторитета Й. стало его избрание (2 мая 1519 г., т. е. еще во время его пребывания у Эразма) на должность ректора Эрфуртского ун-та, к-рую он занимал в течение летнего семестра 1519 г. (в XVI в. в Эрфурте, как и во мн. др. нем. ун-тах, ректоры избирались на короткий срок - 1 или 2 семестра). По обычаю того времени, в мартикул ун-та был внесен герб избранного ректора, а также ректорская речь Й. В красочном изображении герба Й., занимающего в мартикуле отдельный лист, обыгрывается библейская символика его фамильного имени: на переднем плане изображен кит, во рту к-рого находится Й., уподобляемый библейскому прор. Ионе; этот образ еще раз повторяется на щите, помещенном в правом верхнем углу. Впосл. Й. неоднократно использовал в качестве герба изображение Ионы во рту кита; в частности, этот герб присутствует на нек-рых виттенбергских изданиях его сочинений и переводов. В верхней части изображения Й. представлен в одежде ученого; он преклоняет колени перед воскресшим Христом (полное описание см.: Acten der Erfurter Universität. 1884. Bd. 2. S. 306-307). Миниатюра, оформляющая инициал ректорской речи Й., изображает его визит к Эразму (см.: Ibid. S. 307). Свою задачу в качестве ректора Й. видел в реализации рекомендаций Эразма: он считал, что Эрфурт должен стать центром гуманистической «христианской науки». В ректорской программе (см.: Ibid. S. 306-308) Й. заявлял о необходимости строго следовать гуманистическому принципу обязательного изучения 3 «библейских языков», а также о желании реформировать преподавание на фак-те искусств т. о., чтобы оно перестало быть пропедевтикой к схоластической теологии и стало подготовкой к гуманистическим исследованиям. Хотя большинство начинаний Й. остались нереализованными, его стремление к реформам было с энтузиазмом встречено эрфуртскими гуманистами. В относящейся к началу ректорства Й. похвальной речи, составленной его другом Гессом (текст см.: JJBW. Bd. 1. S. 35-40), Й. называется верным последователем Эразма, «ревнителем христианской философии» (Ibid. S. 37; ср.: Delius. 1952. S. 19-20). Й. принимал активное участие в предпринятой эрфуртскими гуманистами письменной защите Эразма от нападок англ. ученого Эдуарда Ли (впосл. архиеп. Йоркский; † 1544), упрекавшего Эразма в том, что тот в своем издании греч. текста НЗ намеренно проигнорировал ряд текстологических наблюдений Ли (см.: Delius. 1952. S. 20-21; Peters. 2009. S. 44-45).

Отношение Й. к христианству в это время продолжало определяться его преклонением перед Эразмом. В личной переписке Й. называл Эразма своим «отцом во Христе» (JJBW. Bd. 1. S. 24), подчеркивая тем самым, что именно Эразм побудил его перейти от занятий юриспруденцией к изучению теологии и к проповеднической деятельности. В этой связи примечательна реакция Й. на сообщение Ланга о диспуте между Лютером и Иоганном Экком (1486-1543), к-рый проходил с 27 июня по 16 июля 1519 г. в Лейпциге. В ответном письме другу Й. никак не комментирует богословское содержание диспута, однако горячо возмущается тем, что Экк позволил себе критически отзываться об Эразме как об одном из разжигателей церковной смуты. По словам Й., «Эразм за три года (т. е. за время, прошедшее с выхода 1-го издания греч. НЗ.- Д. С.) сумел обновить Церковь Христову и всю вселенную», поэтому нельзя допустить, чтобы его дело было разрушено нападками Экка, к-рый, по убеждению Й., руководствуется лишь своим тщеславием (см.: Ibid. S. 28). Вместе с тем в том же письме Й. отмечает, что «весь Рим отступил от Евангелия и бродит во тьме» (Ibidem),- подобные выражения свидетельствуют о том, что Й. постепенно отходил от осторожной позиции Эразма, предпочитавшего не выступать открыто против папской власти, и двигался в сторону Лютера (ср.: Delius. 1952. S. 21).

Переписка Лютера свидетельствует, что он со вниманием относился к деятельности Й.: так, в апр. 1519 г. он просил Ланга передать от него приветствие «ученейшему» Й. (Luther M. WA: BW. Bd. 1. S. 370). По-видимому, именно от Ланга, состоявшего в постоянной переписке с Й., Лютер узнал о желании Й. посвятить себя изучению теологии. Свое отношение к этому Лютер высказал в письме Й. от 21 июня 1520 г.: «Я радуюсь, что ты удалился из бурного юридического моря и достиг тихой гавани [изучения] Священного Писания» (Ibid. 1931. Bd. 2. S. 127). Возможно, говоря об изучении Писания, Лютер имел в виду лекции по Первому и Второму посланиям к Коринфянам св. ап. Павла, к-рые Й. читал в нач. 1520 г. Текст лекций не сохранился, однако Й. отдельно опубликовал «Предисловие» (Praefatio in epistolas divi Pauli apostoli ad Corynthios, 1520; фрагмент текста см. также: JJBW. Bd. 1. S. 40-42). Из текста очевидно, что изучение Писания Й. все еще понимал в гуманистическом духе: он прямо восхвалял «метод Эразма»; вместе с тем в «Предисловии» отчетливо прослеживается влияние на Й. лютеровской идеи о Свящ. Писании как о единственном и высшем источнике истины (см.: Delius. 1952. S. 23-24).

К сер. 1520 г. противостояние между Лютером и Папским престолом обострилось: после неудачного для него завершения лейпцигского диспута Экку удалось добиться от папы Льва X (1513-1521) выпуска специальной буллы, в которой Лютеру под угрозой отлучения от католич. Церкви предписывалось осудить 41 его «заблуждение». Выпущенную 15 июня 1520 г. буллу, получившую известность под названием «Exsurge Domine» (Восстань, Господь), Экк доставил в Германию, предприняв ряд попыток огласить и опубликовать ее в крупных городах. Первоначально Экк планировал посетить в т. ч. и Эрфурт, однако затем отказался от этого намерения и лишь прислал текст буллы для оглашения и публикации. Хотя теологический фак-т Эрфуртского ун-та санкционировал публикацию, Й. и др. эрфуртским гуманистам удалось добиться от городских властей задержки публикации буллы; когда она все же была опубликована, разъяренные студенты ворвались в типографию и уничтожили все отпечатанные экземпляры. В качестве ответа на буллу в Эрфурте был издан анонимный памфлет гуманистов «Эрфуртское извещение в защиту Мартина Лютера» (Intimatio Erphurdiana pro Martino Luther, 1520; переизд.: Kalkoff. 1926. S. 92-94), в к-ром язвительно высмеивалась и осуждалась деятельность Экка и в составлении к-рого, возможно, наряду с др. гуманистами принимал участие Й. (Delius. 1952. S. 25-26; Lehmann. 1963. P. 24-26).

Зимний семестр 1520/21 г. стал временем наибольшего торжества эрфуртских гуманистов. Избранный ректором Крот Рубеан, помещая свой герб в университетском мартикуле, окружил его 16 гербами; помимо гербов участников эрфуртского гуманистического кружка (в т. ч. и Й.) были изображены гербы Лютера, Меланхтона, Эразма, Рейхлина и Муциана (см.: Acten der Erfurter Universität. 1884. Bd. 2. S. 317-318; подробнее см.: Posset. 2003). Эрфуртские гуманисты считали себя соратниками Лютера, единогласно поддерживали его и предполагали, что, объединив усилия, гуманистам удастся осуществить мирное реформирование католич. Церкви и христ. образования. По приглашению Рубеана Лютер, направлявшийся на рейхстаг в Вормс, в нач. апр. 1521 г. посетил Эрфурт, где был с триумфом принят гуманистами, студентами и жителями (Peeters. 2009. S. 46-47). Й. встретил Лютера в Веймаре, сопровождал его по дороге в Эрфурт и далее вместе с ним отправился в Вормс (Lehmann. 1963. P. 28-29).

Именно пребывание вместе с Лютером в Вормсе окончательно определило выбор Й. в пользу протестантизма и стало отправной точкой его отхода от умеренных взглядов Эразма. Героизм и горячность Лютера в отстаивании своих взглядов оказались более близки Й., чем осторожность и умеренность, к к-рым призывал его в неск. письмах Эразм (см., напр.: JJBW. Bd. 1. S. 45-46). Неизвестно, на каких именно заседаниях рейхстага присутствовал Й. и насколько был вовлечен в сопутствующие дискуссии. По мнению нек-рых исследователей, именно Й. является автором «Деяний и свершений Мартина Лютера» (Acta et res gestae D. Martini Lutheri // Luther M. WA. Bd. 7. S. 825-857),- выпущенного анонимно трактата, в котором описываются события в Вормсе, происходившие с 16 по 25 апреля 1521 г. (см.: Lehmann. 1963. P. 32-33; ср.: Kalkoff P. Der Wormser Reichstag von 1521. Münch.; B., 1922. S. 329-331). В Вормсе Й. познакомился и вступил в непродолжительную дискуссию с нем. гуманистом Иоганном Кохлеусом (1479-1552), к-рый впосл. стал одним из ведущих оппонентов лютеранства (Delius. 1952. S. 28). В знак благодарности за поддержку в Вормсе Лютер впосл. посвятил Й. трактат «Опровержение рассуждения Латомия» (Rationis Latomianae confutatio, 1521; см.: Luther M. WA. Bd. 8. S. 43-45).

На обратном пути из Вормса Й. расстался с Лютером в Айзенахе, незадолго до «похищения» Лютера по приказу курфюрста Фридриха и его поселения в замке Вартбург. По возвращении в Эрфурт Й. воспринимался как сподвижник Лютера: друзья расточали ему похвалы (см., напр., похвальное стихотворение Гесса: JJBW. Bd. 1. S. 51-53), в то время как католическое церковное руководство стало считать его еретиком: так, декан церкви, в которой Й. был каноником, решил, руководствуясь папской буллой против Лютера, отлучить Й. от Церкви. Однако до принятия к.-л. мер против него Й. покинул Эрфурт и направился в Виттенберг, где он планировал поселиться (Lehmann. 1963. P. 33-34).

Переселение Й. в Виттенберг стало возможным вслед. того, что еще 21 янв. 1521 г. скончался Гёде, преподававший в Виттенбергском ун-те каноническое право и исполнявший обязанности пробста замковой ц. Всех святых (Allerheiligenstift; Schlosskirche). В качестве возможных кандидатов на его место рассматривались Андреас Карлштадт (Ɨ 1541) и Муциан, однако курфюрст Фридрих по рекомендации Спалатина, служившего у него секретарем и придворным проповедником, согласился назначить пробстом Й. В письме курфюрсту Спалатин характеризовал Й. как «молодого человека, благочестивого и ученого священника (frummer gelarter priester), в совершенстве владеющего латинским и тевтонским красноречием, талантливого юриста» (JJBW. Bd. 1. S. 49). Муциан, отказываясь от должности, также рекомендовал Й., отзываясь о нем в восторженных выражениях: «[Йонас] столь искусен в теологии и в юриспруденции, столь свят жизнью, что невозможно по достоинству похвалить его»; он также отмечал проповеднический талант Й., называя его «вторым Лютером» (см.: Der Briefwechsel des Conradus Mutianus / Hrsg. K. Gillert. Halle, 1890. Bd. 2. S. 278. N 603).

Эразм, узнавший о поездке Й. с Лютером в Вормс и о его намерении переселиться в Виттенберг, 10 мая 1521 г. направил ему длинное письмо (текст см.: JJBW. Bd. 1. S. 54-61), в к-ром предостерегал Й. от безоговорочного следования за Лютером и подчеркивал необходимость мирного реформирования католич. Церкви. По словам Эразма, христ. «религия - это мир в Духе Святом» (Ibid. S. 54); злоупотребления существуют в Церкви с самого начала христианства и задача их исправления возложена на церковное руководство (т. е. на папу и епископов) и на светские власти, а не на простых священников и христиан, к-рые должны смиренно трудиться на ниве гуманистического образования и просвещения (Ibid. S. 58). В письме Эразм соглашается с тем, что Лютер в своей деятельности руководствуется благими намерениями, однако отмечает, что горячность и самоуверенность Лютера могут привести к возникновению церковной смуты и раскола (tumultum ac dissidium), чего любой ценой необходимо избегать (Ibid. S. 55). Письмо Эразма не оказало влияния на Й.: он принял твердое решение до конца оставаться верным Лютеру и его религиозным принципам (Delius. 1952. S. 28-29).

Переселение в Виттенберг стало завершением карьеры Й. как ученого-гуманиста и началом его богословско-религ. деятельности. Й. и впосл. поддерживал связь со мн. эрфуртскими друзьями-гуманистами, однако его письма тем из них, кто не последовали за Лютером, становились более редкими и формальными по содержанию (см.: Peters. 2009. S. 49-50). О том, что Й. постепенно становился чужим для тех гуманистов, которые решили оставаться верными религиозным идеалам Эразма, красноречиво свидетельствует письмо Эразму Муциана, написанное в феврале 1524 г., в котором Муциан сетует на то, что «Йонас, Шальбе, Драконитес и Крот отделились от нашего сообщества и перешли к лютеранам» (Opus epistolarum Des. Erasmi Roterdami. Oxonii, 1924. Vol. 5. P. 410).

Переписка Й. с Эразмом также вскоре прекратилась; последнее письмо, к-рое Й. получил от Эразма, было датировано 13 июня 1521 г. В нем Эразм излагал жизнеописания англ. гуманиста Джона Колета (1467-1519) и францисканца Жана Витрие (Ɨ до 1521); на их примере Эразм пытался продемонстрировать Й. возможность реформировать Церковь, не порывая с ней. Неизвестно, ответил ли Й. что-либо на это письмо (Peters. 2009. S. 48). Вместе с тем Й., по-видимому, не только сохранил уважение к Эразму, но и пытался выступать его защитником перед Лютером, к-рый уже к 1522 г. окончательно осознал невозможность союза с Эразмом и открыто называл его лицемером (см., напр.: Luther M. WA: BW. Bd. 2. S. 526-529). Согласно воспоминаниям Лютера, Й. постоянно говорил ему, что он должен относиться к Эразму с почтением и писать против него с осторожностью (Luther M. Auf des Königs zu England Lästerschrift // Idem. WA. Bd. 23. S. 30). Лютер цитирует слова Й., обращенные к нему: «Учитель, Вы даже не представляете, какой он прекрасный человек и уважаемый старец» (Ibidem). Хотя в невозможности совместить эразмовский и лютеровский подходы к вопросу о методе и принципах реформирования церковной жизни Й. убедился еще в нач. 20 гг. XVI в., его отношение к Эразму радикально изменилось лишь во время споров о человеческой воле, разгоревшихся после публикации в 1524 г. трактата Эразма «Диатриба, или Рассуждение о свободе воли» (De libero arbitrio diatribe sive collatio). После создания Лютером ответного трактата «О рабстве воли» (De servo arbitrio, 1525) Й. перевел его с латыни на нем. язык, посвятив по просьбе Лютера перевод Альбрехту, гр. Мансфельдскому. В посвящении Й. высказывал уважение к Эразму, называя его «любимым другом» и «поистине благородным человеком»; вместе с тем он твердо заявлял, что учение Эразма о свободе воли «противно Евангелию» (JJBW. Bd. 1. S. 95). Эразм откликнулся на трактат Лютера сочинениями «Гипераспистес I» (Hyperaspistes I, 1525) и «Гипераспистес II» (Hyperaspistes II, 1527); в этих произведениях он походя критически отзывался о Й. как о помощнике Лютера, выполняющем за него черную работу. Оскорбленный Й. написал Лютеру, что окончательно порывает с Эразмом; в ответном письме Лютер хвалил его за решимость: «Поздравляю тебя... с твоим перерождением, благодаря которому ты теперь увидел Эразма в его настоящем цвете и верно признал в нем гадюку, преисполненную смертельными укусами... я рад, что благодаря одному только прочтению «Гипераспистеса» ты так сильно преуспел и изменил свое суждение о нем» (Luther M. WA: BW. Bd. 4. S. 268-270). С этого времени отношение Й. к Эразму становится тождественным лютеровскому: впосл. он неизменно характеризовал Эразма как лицемера и интригана, к-рый трусостью и лживостью вредит распространению евангельского учения (см., напр.: JJBW. Bd. 1. S. 110; Luther M. WA: BW. Bd. 5. S. 512-513; ср.: Delius. 1952. S. 30-31; Peters. 2009. S. 55-57).

Й. в Виттенберге (1521-1541)

6 июня 1521 г. Й. был официально введен в должность пробста ц. Всех святых (см.: Das Bistum Brandenburg / Bearb. v. F. Bünger, G. Wentz. B., 1941. Tl. 2. S. 137). Хотя курфюрст согласился на назначение Й., при обсуждении условий его деятельности возникли сложности, связанные с тем, что, будучи пробстом, он должен был читать в ун-те лекции по каноническому праву, тогда как он намеревался посвятить себя исключительно теологии. В католич. ун-тах кафедра канонического права была одной из наиболее почетных, однако реформаты считали все каноническое право человеческими измышлениями, противоречащими Евангелию, поэтому Лютер настаивал на полном его упразднении. Как Лютер, так и Меланхтон поддержали Й. в его нежелании заниматься каноническим правом и направили соответствующие письма курфюрсту Фридриху. В адресованном Й. посвящении трактата «Опровержение рассуждения Латомия» Лютер специально призывал его при рассмотрении «пагубнейших декреталий антихриста» (decretales Antichristi pestilentissimas) руководствоваться евангельским учением и критиковать их, вооружившись Евангелием (Luther M. WA. Bd. 8. S. 44-45). В результате долгих переговоров к осени 1521 г. Й. удалось добиться разрешения преподавать теологию вместо права (Delius. 1952. S. 32-34; ср.: Lehmann. 1963. P. 39-40).

При поддержке Карлштадта, бывшего в отсутствие Лютера неформальным лидером протестантов в Виттенберге и руководившего Виттенбергским ун-том, Й. 24 сент. 1521 г. получил ученую степень лиценциата теологии, а 14 окт. того же года стал доктором теологии (Liber Decanorum facultatis theologicae Academiae Vitebergensis / Ed. K. E. Förstemann. Lipsiae, 1838. P. 25; ср.: Delius. 1952. S. 35). О деятельности Й. в Виттенберге в качестве преподавателя теологии известно не много (см.: Gummelt. 2009. S. 121-123). Поскольку Й. считал первостепенными задачами теологии исследование Свящ. Писания и систематизацию извлекаемого из Писания вероучительного содержания, большая часть его лекций была посвящена толкованию различных книг ВЗ и НЗ; темой его 1-го лекционного курса было Послание к Римлянам (Ibid. S. 122). Сохранились тезисы неск. богословских дискуссий, в к-рых Й. участвовал в качестве доктора богословия (см.: JJBW. Bd. 1. S. 84-86); их предметом является учение ап. Павла о спасении и о Церкви. С 1523 по 1533 г. Й. был бессменным деканом богословского фак-та Виттенбергского ун-та; 3 раза (в 1526, 1531 и 1536) он занимал пост ректора ун-та (Lehmann. 1963. P. 46; Gummelt. 2009. S. 121). В 1533 г. по случаю присвоения степени доктора теологии сразу 3 кандидатам: Иоганну Бугенхагену (1485-1558), Каспару Круцигеру (1504-1548) и Иоганну Эпинию (1499-1553) - Виттенбергский ун-т посетил курфюрст Иоганн Фридрих Великодушный (1503-1554) и другие представители нем. знати; на торжественном акте Й. выступил с речью «О богословских степенях» (Delius. 1952. S. 43).

Время прибытия Й. в Виттенберг совпало с началом нового этапа реформирования городской религ. жизни. В авг. 1521 г. собрат Лютера по августинскому ордену Габриель Цвиллинг († 1558) выступил в проповеди с призывом изменить практику совершения мессы в соответствии с «евангельским учением»: ввести причащение мирян под обоими видами, убрать из богослужения упоминания о жертвоприношении и запретить служение т. н. частных месс, т. е. месс, которые воспринимались в народе как жертвоприношение за конкретного человека и при служении которых не происходило общего причащения (см.: Ibid. S. 36-37). Эти идеи были с энтузиазмом восприняты другими виттенбергскими реформатами, в т. ч. Й. и Карлштадтом, однако вызвали смуту в городе и в ун-те, где было достаточно приверженцев старых обычаев, недовольных нововведениями. Курфюрст Фридрих и Спалатин призывали реформатов к сдержанности и осторожности, однако проповедники на общем собрании решили незамедлительно приступить к реформированию всех религ. церемоний, и прежде всего практики совершения мессы. На праздник Рождества Христова была совершена месса по новому чину, будничные мессы были отменены, и вместо них введены публичное чтение Свящ. Писания (псалмов) и проповедь (см.: Ibid. S. 38). С одобрением сообщая в письме Вольфгангу Фабрициусу Капито (1487-1541) от 1 янв. 1522 г. о новой практике совершения мессы, Й. отмечал, что община Виттенберга поступает в соответствии со «словом Божиим» и потому не правы те, кто упрекают реформатов в бесчинствах и в ереси (см.: JJBW. Bd. 1. S. 82).

Важным этапом реформирования церковной жизни в Виттенберге, непосредственно отразившимся на жизни Й., стало принятие реформатами решения о допустимости для дававших ранее в католич. Церкви обет целибата священнослужителей и монахов вступать в брак. 8 янв. 1522 г. Й. сообщал Лангу, что Карлштадт вступил в «евангельский брак», став первым клириком из ближайшего лютеровского окружения, решившимся на это, и что сам он также раздумывает о необходимости такого шага (Delius. 1952. S. 38). 9 февр. 1522 г. Й. женился на Катарине Фальк, уроженке небольшого селения близ Виттенберга (Ibidem). После смерти Катарины в 1542 г. Й. повторно женился на жительнице г. Галле Магдалене, образованной девушке, к-рая, по словам Й., «хорошо знала философию, теологию и сочинения доктора Лютера» (JJBW. Bd. 2. S. 108) и поэтому оказывала ему серьезную поддержку в пасторских трудах. Магдалена скончалась в 1549 г.; вскоре Й. вступил в 3-й брак с Маргаритой Фарнрёдер из Наумбурга, к-рая была его спутницей до последних дней жизни (см.: Delius. 1952. S. 126-128).

В нач. 1522 г. реформационное движение в Виттенберге приняло радикальные формы: Карлштадт в проповедях стал выступать с резкой критикой церковных изображений, в результате чего по всему Виттенбергу началось уничтожение картин и статуй, нередко сопровождавшееся осквернением католических храмов. Кроме того, с дозволения Карлштадта в Виттенберге начали проповедовать т. н. цвиккауские пророки: Николаус Шторх и Томас Дрехзель, учение которых оказало влияние на формирование движения анабаптистов. В проповедях «пророков» порицалась вообще любая ученость и делался акцент на иррациональном «действии Святого Духа», перерождающем человека; «пророки» возвещали о скорой гибели всех «безбожников» и о наступлении на земле «царства Божия» (Lehmann. 1963. P. 43). Едва ли Й. мог положительно относиться к таким тезисам, однако он вместе с тем не выступал с их критикой, занимая нейтральную позицию; в письмах друзьям он выражал надежду на то, что реформирование церковной жизни в Виттенберге будет идти в соответствии с планами и намерениями Лютера, не высказывая своего отношения к деятельности Карлштадта и «пророков».

После возвращения Лютера в Виттенберг 6 марта 1522 г. Й. немедленно встал на его сторону в споре с Карлштадтом и «пророками». Хотя Лютер поддержал начинания виттенбергских реформатов в вопросе об упразднении мессы и изображений, он настаивал на том, что любая реформационная деятельность должна проводиться постепенно и с санкции властей, а не спонтанно. Примером образа действий Лютера является реформирование совершения мессы в ц. Всех святых, где служил Й. По совету Лютера Й. обратился к курфюрсту с просьбой разрешить реформирование мессы (проект Й. см.: JJBW. Bd. 1. S. 88-89); одновременно в проповедях Й. критиковал католич. практику совершения мессы, однако предупреждал народ о недопустимости к.-л. насильственных действий. В длинном письме курфюрсту (опубл.: CR. Vol. 1. Col. 628-638) Й. призывал его «повиноваться слову Божию» и подробно рассуждал о необходимости реформирования Церкви и о роли светских правителей в деле распространения и утверждения «чистого учения и Евангелия» (см.: Delius. 1952. S. 40). Настоятельные просьбы Й. разрешить реформирование мессы вызвали недовольство у курфюрста, к-рый стал рассматривать его как единомышленника Карлштадта и даже пригрозил лишить его должности пробста (Ibidem). Лютер немедленно выступил в защиту Й. и направил Спалатину письмо, в к-ром просил его засвидетельствовать перед курфюрстом, что он во всем поддерживает Й., и упрекал курфюрста и Спалатина в пренебрежительном отношении к И.: «Йонас такой человек, которого надлежало бы купить за большую цену и скрыть в земле [как сокровище], а вы цените его как мусор и траву» (Luther M. WA: BW. Bd. 3. S. 392). Несмотря на непрекращающиеся ходатайства Лютера и Й., курфюрст Фридрих так и не дал согласия на реформирование мессы в ц. Всех святых; оно было осуществлено лишь при его преемнике Иоганне Твёрдом (1468-1532) в кон. 1525 г. (Delius. 1952. S. 40-41; Lehmann. 1963. P. 45).

Из многочисленных свидетельств, содержащихся в письмах и сочинениях Лютера, а также в записях его застольных бесед (Tischreden), исследователи заключают, что уже вскоре после возвращения Лютера в Виттенберг Й. вошел в близкий круг друзей Лютера и всегда оставался с ним в дружеских отношениях (см.: Wolgast. 2009. S. 90). Й. участвовал в семейных торжествах и праздниках Лютера, был частым гостем за его столом, нередко сопровождал его в поездках. Вместе с Меланхтоном, Бугенхагеном и Круцигером Й. входил в группу виттенбергских теологов, к-рые являлись ближайшими помощниками Лютера и вместе с ним решали наиболее важные богословские и церковные вопросы, образуя своеобразный «коллективный авторитет» (см.: Ibid. S. 91-96). Подписи этих 5 человек стоят под большинством различных отзывов и мнений, к-рые готовились в Виттенберге по поручению светских правителей. Подтверждением высокого положения Й. в иерархии виттенбергских проповедников и весомости его мнения служит его подпись под Шмалькальденскими артикулами, к-рая стоит на 2-м месте, сразу после подписи Лютера (см.: Führer W. Die Schmalkaldischen Artikel. Tüb., 2009. S. 12, 407).

Й. принимал активное участие в переговорах между виттенбергскими теологами и др. протестант. проповедниками в связи со спорами по поводу таинства Евхаристии. Лютер и его последователи отстаивали учение о реальном присутствии Христа в Евхаристии и о приобщении реальным Телу и Крови Христа; тогда как лидер швейцар. протестантизма Ульрих Цвингли (1484-1531) полагал, что следует говорить лишь о духовном и символическом приобщении Христу; его учение в той или иной степени поддерживали мн. протестант. проповедники юга Германии, в т. ч. Мартин Буцер (1491-1551), Иоганн Эколампадий (1482-1531), Карлштадт и др.; последователи Лютера обычно объединяли их под общим именем «сакраментарии» (подробнее см. в ст. Евхаристия). Несовместимость лютеровского учения о Евхаристии с учением Цвингли стала очевидна после издания в 1525 г. исповедания веры Цвингли - «Об истинной и ложной религии» (De vera et falsa religione). Обеспокоенный распространением взглядов Цвингли, Лютер в 1526 г. просил Й. и Меланхтона просмотреть сочинения древних церковных писателей, к которым апеллировали сакраментарии; в результате этой работы Й. пришел к выводу, что последователи Цвингли произвольно выбирают выгодные им цитаты и часто игнорируют контекст рассуждений (см.: JJBW. Bd. 1. S. 97-98). В 1527-1528 гг. Лютер и Цвингли вступили в открытую полемику, в ходе к-рой Лютер выпустил трактат «Исповедание о Вечере Христовой» (Bekendnis vom abendmal Christi, 1528). После ознакомления с ним Буцер высказался в пользу переговоров и принятия общего с лютеранами исповедания веры. С целью обсудить возможность достижения согласия Й. вступил в переписку с Буцером; в письмах ему он отмечал, что вероисповедные споры наносят непоправимый ущерб делу реформирования Церкви и должны быть преодолены (JJBW. Bd. 1. S. 99-100; ср.: Delius. 1952. S. 57-58; Lehmann. 1963. P. 56-57).

Й. сопровождал Лютера во время переговоров с Цвингли и др. сакраментариями, проходивших в нач. окт. 1529 г. в Марбурге и завершившихся неудачей; в одном из писем Й. из Марбурга содержатся ценные сведения о ходе диспута и краткие характеристики его участников (см.: CR. Vol. 1. Col. 1095-1098; ср.: Lehmann. 1963. P. 57-59). Несмотря на окончательное размежевание Лютера и Цвингли, Й. продолжал считать, что достижение согласия c Буцером возможно; он участвовал в подготовке встречи протестант. проповедников в Виттенберге в 1536 г. (Delius. 1952. S. 59-60), результатом к-рой стало подписание «Формулы согласия» (Formula сoncordiae), известной также под названием «Виттенбергское соглашение». В документе было засвидетельствовано вероисповедное единство Лютера и Буцера. Хотя во время подписания Й. отсутствовал в Виттенберге, позднее он поставил под соглашением свою подпись и в письме Буцеру выражал удовлетворение успешным завершением переговоров, отмечая: «Нет ничего более необходимого для нас, чем строгое и твердое согласие в учении» (см.: JJBW. Bd. 1. S. 280-281).

Й. принимал участие в составлении вероисповедных документов, связанных с созывом в 1530 г. Аугсбургского имперского сейма, а также вместе с др. протестант. проповедниками присутствовал на заседаниях сейма. По поручению курфюрста Иоганна весной 1530 г. Й., Меланхтон и др. виттенбергские теологи подготовили текст «Торгауских артикулов», позднее легших в основу Аугсбургского исповедания (Lehmann. 1963. P. 60-61). Поскольку Лютер по политическим причинам не мог присутствовать на сейме, Й. регулярно писал ему в Кобург отчеты о событиях, происходивших в Аугсбурге (Delius. 1952. S. 61-67). Во время пребывания в Аугсбурге Й. помогал Меланхтону в подготовке текста Аугсбургского исповедания; по поручению Лютера Й. наблюдал за тем, чтобы склонный к компромиссам Меланхтон ни в чем не нарушил «евангельских принципов» (Lehmann. 1963. P. 63). 25 июня 1530 г. Й. присутствовал на торжественном оглашении Аугсбургского исповедания в присутствии имп. Карла V и высших сановников Свящ. Римской империи. Дальнейший ход событий в Аугсбурге убедил Й. в том, что император безоговорочно поддерживает католиков и лишь стойкость и твердость протестант. князей не дают ему начать решительную борьбу с протестантизмом (Ibid. P. 64-66). Размышляя сразу после завершения сейма о возможности достижения согласия с католиками, Й. составил «Суждение об условиях заключения мира» (Judicium de codicionibus pacis faciendae // CR. Vol. 2. Col. 368-371). В нем Й. выделял 7 пунктов, принятие к-рых католиками он считал обязательным; в целом они повторяют содержание Аугсбургского исповедания (Delius. 1952. S. 66). Впосл. Й. достаточно скептически относился к различным переговорам с католиками. Он не присутствовал на проводившихся по инициативе светских властей в 1540-1541 гг. соборах в Агно, Вормсе и Регенсбурге, но знал о происходивших там событиях из писем Меланхтона и Круцигера; в письмах друзьям он с горечью говорил по этому поводу, что «во всем царстве папы нет ничего здравого» (JJBW. Bd. 1. S. 426; ср.: Lehmann. 1963. P. 71-72).

Начиная с 1528 г. Й. неоднократно принимал участие в визитациях - поездках по различным нем. городам, к-рые осуществлялись по поручению покровительствовавших протестантам саксон. курфюрстов и др. светских правителей. Целями поездок были проверка состояния религ. жизни и подготовка предложений по ее реформированию в соответствии с «евангельским учением». Во время визитаций проводились собеседования с пасторами и выяснялись их религ. взгляды; обычно виттенбергские проповедники также требовали от них подписать Аугсбургское исповедание. В 1528 г. Й. посетил Торгау, Айленбург, Кольдиц и др. города Саксонии (см.: Delius. 1952. S. 74); в 1536 г. он неск. месяцев проповедовал и организовывал церковную жизнь в Наумбурге (см.: Lehmann. 1963. P. 77-78). В 1539 г. Й. с др. проповедниками посетил 14 городов, относившихся к еп-ству Майсен, к-рое после смерти противника реформации Георга Бородатого, герц. Саксонского, перешло под власть его брата Генриха V, немедленно начавшего церковное реформирование на своих новых землях. По поручению герц. Генриха Й. вместе с Лютером проповедовал в Лейпциге, наиболее важном и крупном городе еп-ства, и основал там протестант. общину (см: Ibid. P. 81-85; ср.: Delius. 1952. S. 75-77). В ходе этой визитации Й. использовал свои способности юриста при составлении церковного устава для Майсена и др. городов еп-ства (текст см.: Die evangelischen Kirchenordnungen des XVI. Jh. / Hrsg. E. Sehling. Lpz., 1902. Abt. 1. Hft. 1. S. 264-266). Помимо этого устава Й. составил еще 2 похожих документа: по просьбе Георга III, кн. Анхальт-Дессау, он написал устав для г. Цербст, к-рый впосл. использовался и в др. городах княжества (текст см.: Ibid. 1904. Abt. 1. H. 2. S. 544-547); в 1543 г. он создал устав для общины г. Галле, в к-ром к этому времени он занял должность пастора (текст см.: Ibid. S. 434-436). Основной акцент в уставах делается на описании обязанностей пастора и требований к кандидатам на эту должность; Й. особо оговаривает, что пастор должен знать главные сочинения Лютера и Меланхтона и не должен следовать учениям анабаптистов, Карлштадта или Цвингли (Ibid. S. 544). Помимо этого описываются необходимые церковные церемонии и дается специальное указание, что они должны быть «сообразны виттенбергской церкви и установлениям доктора Мартина [Лютера]» (Ibid. S. 546; ср.: Delius. 1952. S. 73; Lehmann. 1963. P. 78-79, 85-86).

Юридические познания Й. использовал также при работе над проектом положения о консистории, который был составлен им и др. проповедниками в Виттенберге по поручению курфюрста Иоганна в 1538 г. (Constitution und artikel des geistlichen consistorii zu Wittemberg // Die evangelischen Kirchenordnungen des XVI. Jh. 1902. Abt. 1. H. 1. S. 200-209). Консистория, по мысли Й., является постоянно действующим коллегиальным органом, состоящим из равного числа пасторов и юристов; члены консистории (комиссары, commisarien) наделяются правами надзора и суда в границах церковной юрисдикции. Они должны наблюдать за чистотой и единообразием вероучения, расследовать случаи ереси и богохульства, устанавливать правильный порядок совершения публичных богослужений и таинств. Их обязанностями также являются надзор за моральным обликом пасторов, проповедников и учителей и рассмотрение выдвигаемых против них обвинений. Помимо этого к юрисдикции консистории в документе относятся вопросы, касающиеся церковного имущества, брачных отношений и общественного порядка. Важными обязанностями членов консистории являются поставление новых пасторов и проведение визитаций и «инквизиций» (inquisition), т. е. испытаний пасторов на предмет чистоты их веры и жизни. С целью помочь комиссарам в проведении «инквизиций» в документе предлагается специальное руководство по осуществлению проверок, в котором указывается, какие именно аспекты жизни и учения пасторов должны быть исследованы. В соответствии с планом Й. по образцу виттенбергской консистории впосл. должны были устраиваться консистории и в др. крупных протестант. городах (подробнее см.: Lück. 2009). Хотя документ был благосклонно принят курфюрстом, практическое осуществление предложенных в нем мер не было полностью проведено и учрежденная в 1541 г. (уже после отъезда Й. из Виттенберга) консистория имела более узкий круг полномочий (Delius. 1952. S. 78; Lehmann. 1963. P. 79-81).

С сер. 20-х гг. XVI в. и до конца жизни Й. уделял значительную часть времени переводческой деятельности; он переводил сочинения Лютера и нек-рых др. протестант. авторов как с латыни на нем. язык (с целью сделать их более доступными для простых верующих, не знавших латыни), так и с нем. языка на латынь (для того чтобы обеспечить распространение религ. идей Лютера за пределами Германии). Благодаря переводческой деятельности Й. был хорошо известен мн. протестант. проповедникам в Германии и др. европ. странах, к-рые хвалили как его усердие, так и точность и ясность языка его переводов, в особенности на нем. язык (Delius. 1952. S. 55). Лютер и Меланхтон отмечали, что Й. владеет немецким языком лучше их (см., напр.: JJBW. Bd. 1. S. 434-437; CR. Vol. 22. Col. 11); они нередко обращались к Й. с просьбами не только перевести их работы на нем. язык, но и просмотреть написанные ими нем. трактаты и исправить стиль. В своих переводах Й. не всегда дословно передавал слова оригинальных авторов; он прежде всего стремился адекватно выразить важные для автора мысли, иногда с этой целью достаточно сильно изменяя речевые конструкции (подробнее о переводах Й. см.: Lehmann. 1963. P. 113-117).

О проповеднической и пасторской деятельности Й. в Виттенберге известно не много. По свидетельствам современников, Й. был талантливым проповедником, способным «ясно и отчетливо толковать слова [библейских] текстов», однако по силе воздействия на слушателей Й. значительно уступал Лютеру (Delius. 1952. S. 41-42). В XX в. в городской б-ке Дессау были обнаружены записи нек-рых проповедей Й., однако они до наст. времени не опубликованы (описание см.: Koch. 1987).

Пастор и суперинтендант в Галле (1541-1550).

В нач. XVI в. Галле был одной из резиденций католич. архиеп. Майнцского и Магдебургского Альберта (1490-1545), самого богатого и влиятельного католич. иерарха Германии, убежденного противника Реформации. Первые протестант. проповедники появлялись в Галле уже в 20-х гг. XVI в.; хотя до 1541 г. кардинал сохранял контроль над городом, число сторонников Реформации среди городских жителей неуклонно возрастало (см.: Lehmann. 1963. P. 120-126). В 1541 г. жители города потребовали от кардинала в обмен на выплату требуемых им денежных сумм разрешить в городе проповедь «евангельского учения». Несмотря на отказ кардинала, городской совет отправил посольство в Виттенберг с просьбой прислать проповедников; вскоре Й. и еще один проповедник прибыли в город. С апр. 1541 г. Й. регулярно обращался к народу с проповедями в городских храмах; по его словам, он «ежедневно проповедовал в Галле пред таким множеством людей, какого никогда ни в каком городе ранее не видел» (JJBW. Bd. 2. S. 2).

Попытки кард. Альберта воспрепятствовать деятельности Й. сперва при помощи своего посольства, а затем посредством обращения к суду имп. Карла V не имели успеха; убедившись, что большая часть жителей настроена враждебно по отношению к нему, кардинал распорядился в кон. 1541 г. вывезти из Галле церковные реликвии, опечатать кафедральный собор и, оставив для наблюдения за ситуацией своего наместника, более не предпринимал никаких действий против проповедников (Delius. 1952. S. 83-88).

Хотя первоначально Й. был послан в Галле на неск. месяцев, в ходе своей деятельности он убедился, что для полного реформирования религ. жизни в городе требуется более продолжительное время. Понимая важное значение Галле как крупного города (его население в XVI в. составляло более 12 тыс. чел.) и бывш. резиденции архиеп. Альберта, Лютер поддержал предложение Й. о его переселении из Виттенберга в Галле (см.: Luther M. WA: BW. Bd. 10. S. 677-678). После длительных переговоров к сер. 1544 г. курфюрст окончательно освободил Й. от обязанностей пробста в Виттенберге и одобрил его назначение в Галле (см.: Lehmann. 1963. P. 142-145; Woglast. 2009. S. 97-98). В кон. 1544 г. городской совет Галле официально объявил Й. суперинтендантом (Superattendent) и главным пастором (Seelsorger) города (текст акта см.: Dreyhaupt. 1755. S. 986-987); нек-рые протестанты Галле именовали его даже «епископом» (JJBW. Bd. 2. S. 134), хотя сам Й. никогда не использовал этот титул (ср.: Delius. 1952. S. 95-97).

Первые годы пребывания Й. в Галле были омрачены постоянной борьбой с католич. партией в городском совете, приверженцы к-рой стремились ограничить его влияние на городскую жизнь. В кон. 1541 г. Й. удалось добиться избрания виттенбергского юриста Килиана Гольдштайна на пост синдика (Delius. 1952. S. 87-89; Lehmann. 1963. P. 128-130); благодаря этому он смог более радикально реформировать церковную жизнь Галле при поддержке большинства членов городского совета: в 1542-1544 гг. Й. разработал устав протестант. общины Галле, составил краткий катехизис, установил регулярное чтение лекций по Свящ. Писанию (Delius. 1952. S. 97-99, 101).

Одной из главных задач своей реформаторской деятельности в Галле Й. считал упразднение городских мон-рей, монахи которых были наиболее упорными противниками протестантизма: они публично называли Й. «еретиком» и «бунтовщиком» и призывали местных жителей держаться прежних религ. традиций (см.: JJBW. Bd. 2. S. 56-57; Delius. 1952. S. 94; Lehmann. 1963. P. 133, 137). Й. неоднократно обращался к городскому совету с просьбой о закрытии мон-рей; в янв. 1542 г. он составил для совета специальный доклад «Следует ли упразднить монастыри в Галле» (Ob die Klöster zu Halle abzuschaffen oder nicht; текст см.: Dreyhaupt. 1755. S. 982-986). В документе Й. упрекал монахов в том, что они не только «предаются ложному богопочитанию» в мон-рях, но и активно противодействуют «истинному богопочитанию» тех христиан, к-рые выступают за реформирование Церкви. По убеждению Й., важной обязанностью городских властей является защита «евангельского учения» от хулы и насмешек, а его последователей - от нападок и угроз монахов (см.: Lehmann. 1963. P. 137-138). Й. удалось добиться распоряжения, запрещавшего монахам выступать против проповедников, а также совершать публичные богослужения и преподавать таинства народу (Delius. 1952. S. 94-95; ср.: JJBW. Bd. 2. S. 76). В авг. 1542 г. Й. начал проповедовать в ц. св. Маврикия, ранее принадлежавшей доминиканцам; о степени гнева монахов свидетельствует инцидент, случившийся 1 сен. 1542 г., когда один из монахов напал на Й. с топором и едва не проломил ему голову (Lehmann. 1963. P. 140).

Деятельность Й. в Галле сильно осложнялась политическим статусом города: городской совет вынужден был считаться с наместником архиепископа Магдебургского, который в свою очередь был бургграфом саксон. курфюрста и зависел от него в своих решениях (Ibid. 1963. P. 131). В связи с этим определяющее значение для успеха реформации в Галле имела поддержка курфюрста Иоганна Фридриха, к к-рому Й. обращался с многочисленными прошениями и предложениями, иногда для большей убедительности прибегая к помощи Лютера (Delius. 1952. S. 90-93).

Воодушевленный успехами Й., Лютер 4 авг. 1545 г. посетил Галле и произнес перед горожанами проповедь, в которой отмечал заслуги Й. в деле реформирования Церкви (Delius. 1952. S. 101). Лютер еще 2 раза встречался с Й. в Галле осенью и зимой 1545 г. по пути в Мансфельд; в нач. 1546 г. Й. сопровождал его в Айслебен, где Лютер скончался 18 февр. 1546 г. (см.: Lehmann. 1963. P. 149-152). Й. был рядом с Лютером в последние часы его жизни; в соавторстве с 2 др. проповедниками Й. составил и издал отчет о смерти Лютера: «О христианском отшествии из сей смертной жизни досточтимого господина доктора Мартина Лютера» (Vom Christlichen abschied aus diesem tödlichen leben des Ehrwirdigen Herrn D. Martini Lutheri. Wittemberg, 1546; ср.: Mager. 2009). Й. сопровождал гроб с телом Лютера из Айслебена в Виттенберг; в течение одного дня гроб находился в Галле, где Й. произнес надгробную проповедь (Delius. 1952. S. 102). Смерть Лютера сильно опечалила Й.; в письме Меланхтону он признавался: «Днем и ночью я горько скорблю о человеке Божием, о верном друге и любящем отце» (CR. Vol. 6. Col. 86).

Положение дел в Галле радикально изменилось в ходе Шмалькальденской войны (1546-1547), начало к-рой Й. воспринял с энтузиазмом: протестант. князья, входившие в Шмалькальденский союз, обладали серьезным военным потенциалом и Й. рассчитывал, что им удастся одержать победу над папскими и имп. войсками (Lehmann. 1963. P. 160). Однако уже к осени 1546 г. стало очевидно, что католич. войска ведут войну с большим успехом; обеспокоенный этим, Й. в Галле включил в церковную службу специальное прошение о даровании протестант. князьям победы над «римским антихристом» (т. е. папой) и «испанским Диоклетианом Карлом V» (JJBW. Bd. 2. S. 210). 22 нояб. 1546 г. Галле был без боя взят католич. войсками курфюрста Морица Саксонского (1521-1553); хотя городской совет ходатайствовал о том, чтобы Й. было позволено остаться в городе, он под воинским конвоем был выдворен из Галле. После того как протестант. войска курфюрста Иоганна Фридриха 1 янв. 1547 г. вернули контроль над Галле, Й. незамедлительно вернулся туда; с дозволения курфюрста он упразднил в Галле все остатки католич. культа, сделав город целиком протестантским (Lehmann. 1963. P. 161-162). Однако успех был недолгим: в битве при Мюльберге 24 апр. 1547 г. католич. армия разбила войска курфюрста Иоганна Фридриха. Й. вновь вынужден был покинуть Галле, откуда он направился сперва в Мансфельд, а затем в Нордхаузен. Вскоре Й. временно поселился в Хильдесхайме, где по рекомендации Меланхтона ему было предоставлено место проповедника и суперинтенданта местной протестант. общины (Ibid. P. 162-165).

В нач. 1548 г. Й. при посредничестве Меланхтона удалось добиться разрешения на возвращение в Галле, однако в городе его ждал холодный прием. Вслед. изменившейся политической ситуации городской совет сильно ограничил деятельность протестант. проповедников, хотя и не запретил ее полностью. Кроме того, во время отсутствия Й. его место занял молодой деятельный проповедник Себастьян Боэций. Опасаясь, что возвращение Й. вызовет недовольство у курфюрста Морица, городской совет запретил ему проповедовать публично и разрешил лишь читать на латыни лекции по Свящ. Писанию для узкого круга образованных протестантов (Ibid. P. 166-167; ср.: JJBW. Bd. 2. S. 281). Оскорбленный таким отношением, Й. писал: «Я словно изгнанник; хотя и нахожусь посреди своей церкви, но уже почти год не произносил проповеди» (JJBW. Bd. 2. S. 281). Положение Й. в Галле еще более ухудшилось после того, как в авг. 1548 г. католич. архиеп. Иоганн Альберт (1499-1550) объявил о намерении посетить Галле, входивший в его область, и вступил в город со свитой католич. монахов и священников, восстановивших католич. богослужение в 2 мон-рях и неск. церквах (Lehmann. 1963. P. 168-169). На протяжении 1549 и 1550 гг. Й. неоднократно обращался в городской совет с просьбами разрешить ему проповедовать, но все они были безрезультатными. Вместе с тем архиеп. Иоганну Альберту не удалось заставить городские власти запретить протестант. проповедь, поэтому основанная Й. община продолжала существовать под упр. Боэция, с которым, несмотря на сложность ситуации, у Й. сложились дружеские отношения и о котором он отзывался в письмах как об ученом и ревностном проповеднике (JJBW. Bd. 2. S. 296; ср.: Lehmann. 1963. P. 171).

В сер. 1548 г. Й. был вынужден вступить в дискуссию, связанную с принятием Лейпцигского интерима, составленного и подписанного Меланхтоном по распоряжению курфюрста Морица. Й. пытался выступить посредником между твердыми сторонниками лютеран. ортодоксии и Меланхтоном, однако положительного результата его попытки не имели; напротив, они лишь вызвали охлаждение в его дружбе с Меланхтоном, к-рый был недоволен тем, что Й. не оказал ему полной поддержки (Lehmann. 1963. P. 168-170). С течением времени Й. все более осознавал, что интерим является отходом от идей и принципов Лютера (подробнее см.: Kohnle. 2009). Это косвенно подтверждается фактом обращения Й. к герц. Кобургскому Иоганну Эрнсту (1521-1553), выступавшему против принятия Аугсбургского и Лейпцигского интеримов, с просьбой о месте придворного проповедника (см.: JJBW. Bd. 2. S. 294-295; ср.: Axmann. 2009. S. 208). К моменту этого обращения Й. окончательно потерял надежду вернуть себе место в Галле; получив положительный ответ от герцога, Й. в кон. 1550 г. навсегда покинул Галле (Delius. 1952. S. 114).

Последние годы жизни: Кобург, Регенсбург, Айсфельд (1551-1555)

О деятельности во время пребывания в Кобурге, куда он вместе с семьей прибыл в нач. 1551 г., известно не много (см.: Lehmann. 1963. P. 174-176; Axmann. 2009. S. 209-212). Наиболее значимым событием этого периода стало его участие в дискуссии по поводу взглядов лютеран. богослова Андреаса Озиандера (1498-1552). По просьбе герцога Й. вместе с др. теологами подписал специальное мнение, осуждавшее взгляды Озиандера; он также составил собственный отзыв (текст см.: JJBW. Bd. 2. S. 309-319), в к-ром подверг критике учение Озиандера о спасении.

В 1552 г. городской совет Регенсбурга обратился к герцогу с просьбой разрешить Й. провести полгода или год в этом городе с целью упорядочения городской религ. жизни (см.: Axmann. 2009. S. 212-214). Просьба была удовлетворена, и в кон. 1552 г. Й. прибыл в Регенсбург. Первоначально его деятельность была успешной: он поставил 2 проповедников и начал искоренять в городе остатки католич. религ. практики; однако вскоре он столкнулся с сопротивлением довольно влиятельной партии сторонников католицизма (Delius. 1952. S. 119-121; Lehmann. 1963. P. 176-177). В письме Меланхтону Й. сообщал о своей усталости от борьбы и интриг, высказывая желание поселиться где-либо ближе к родным местам и провести старость в спокойствии (JJBW. Bd. 2. S. 332-333). Во время пребывания Й. в Регенсбурге скончался герцог Иоганн Эрнст; незадолго до смерти он пообещал назначить Й. на должность пастора и суперинтенданта в Айсфельде; его сын, герц. Иоганн Фридрих II (1529-1595), выполнил это намерение отца (см.: Axmann. 2009. S. 215).

Й. прибыл в Айсфельд 25 авг. 1553 г.; в ближайшее воскресенье, 27 авг., он произнес приветственную проповедь, длившуюся более 2 часов (Knapp. 1817. P. 48). К этому времени состояние здоровья Й. значительно ухудшилось, поэтому он редко проповедовал в Айсфельде и большую часть своих обязанностей суперинтенданта перепоручил помощникам; в письмах друзьям Й. жаловался на слабость и одолевавшие его болезни (Ibid. S. 217-219). Несмотря на это, Й. продолжал заниматься переводами, в частности он перевел на лат. язык трактат Лютера «О соборах» (Von Konzilien und Kirchen, 1539), к-рый был опубликован уже после его смерти со значительной редактурой издателя (De Concilijs et Ecclesia. Basileae, [1557]; см.: Axmann. 2009. S. 218-219; ср.: JJBW. Bd. 2. S. 337-342). Й. мирно скончался в кругу семьи; по сообщению очевидцев, его последними словами была обращенная к Иисусу Христу молитва о вселении его в небесных обителях (см.: Lehmann. 1963. P. 178-179; Axmann. 2009. S. 219-220). Он был погребен в городской Фридхофскирхе; в наст. время от нее остались лишь руины; на предполагаемом месте захоронения Й. помещена памятная доска (Ibid. S. 222; см. также: Craemer. 1899).

Сочинения и богословские взгляды

Число созданных Й. сочинений невелико; во многом это объясняется тем, что он считал практическое служение проповедника и заботу об устроении церковной жизни вверенных ему общин намного более важным делом, чем теоретические богословские исследования. Й. не был оригинальным богословом: в богословских сочинениях он строго следовал учению Лютера; при этом Й. излагал богословские идеи Лютера легким для восприятия и доступным языком, отчасти лишая их присущей им игры смыслов и диалектической противоречивости, но делая более близкими и понятными малообразованным верующим.

При жизни Лютера и после его смерти Й. был одним из наиболее влиятельных защитников лютеран. ортодоксии; вместе с тем он избегал вступать в сложные дискуссии, призывая изучать сочинения Лютера и строго следовать им. Й. был наиболее лояльным из последователей Лютера и никогда не подвергал сомнению его богословский и церковный авторитет. Протестант. проповедник Иеронимус Веллер (1499-1572), лично знавший Й., в посвященной ему похвальной речи отмечал: «Доктор Йонас был верным и преданным παραστάτης (греч. - сотрудник, помощник) доктора Лютера в деле распространения евангельского учения» (JJBW. Bd. 2. S. 343). Идейные противники Й. также отмечали его абсолютную преданность Лютеру и упорство в деле проповеди лютеровских идей. Так, Кохлеус, включая Й. в число вождей нем. Реформации, неоднократно иронически называл его наряду с Лютером, Меланхтоном и Бугенхагеном «одним из четырех новых виттенбергских евангелистов» (см., напр.: Ibid. Bd. 1. S. 443).

Значительного влияния на протестантское богословие последующих веков сочинения Й. не оказали. В большинстве случаев он упоминается протестант. авторами как друг и сподвижник Лютера, иногда - как талантливый переводчик (Leder. 1988. S. 237). Переводы Й. были распространены среди протестантов более широко, чем его собственные сочинения, большая часть к-рых после XVI в. не переиздавалась.

Две речи о богословии

Собственное понимание того, в чем состоит задача богословия как науки и какое значение его изучение имеет для христианина, Й. выразил в 2 офиц. речах, произнесенных им в должности декана теологического фак-та Виттенбергского ун-та: «Об изучении богословия» (De studiis theologicis) и «О богословских степенях» (De gradibus in theologia).

Как и мн. др. деятели Реформации, Й. понимал богословие как «учение, при помощи которого в Церкви научаются и научают истинному познанию мудрости и воли Божией» (De studiis theologicis // CR. Vol. 11. Col. 42). Он был убежден, что все необходимое человеку богословское знание содержится в Свящ. Писании, «которое написали святые Божии люди не по своей человеческой воле, но по вдохновению Святого Духа» (Ibidem). Согласно Й., все без исключения люди созданы Богом для богопознания, поэтому научение теологии, т. е. приобретение истинного знания о Боге,- это высшая цель человеческой жизни (Ibid. Col. 43-44). Сравнивая теологию с др. науками, Й. утверждал, что она - единственная из наук, к-рая дает человеку знание не только о настоящей земной, но и о буд. небесной жизни. Без знания теологии знание всех проч. наук не имеет смысла: «Если теология не будет являться началом, серединой и концом всех человеческих занятий, то мы перестанем быть людьми, и жизнь наша будет уже не человеческой, а звериной» (Ibid. Col. 44). Теология, по словам Й., может казаться людям бесполезной, но перед Богом она есть единственное истинное сокровище (Delius. 1952. P. 43).

Й. отмечал, что, хотя евангельское учение обращено к каждому человеку, не все способны быть учителями в вере. Не принимая тезиса, в защиту к-рого выступали, напр., анабаптисты и др. приверженцы спиритуалистических идей, в соответствии с к-рым теоретическое богословское знание является ненужным и излишним для христианина (De gradibus in theologia // CR. Vol. 11. Col. 229; ср.: Ibid. Col. 50), Й. считал, что церковная община должна заботиться о том, чтобы те ее члены, к-рые способны учиться сами и учить других, совершенствовали данный им от Бога талант к наукам. Согласно Й., если в католич. Церкви степень доктора теологии была лишь свидетельством наличия у человека определенного запаса знаний, то в реформированной Церкви она призвана стать «публичным свидетельством учения и благочестия» (Ibid. Col. 227), т. е. своего рода «печатью одобрения», к-рой христ. община выделяет людей, проводящих благочестивую жизнь и способных правильно толковать Свящ. Писание. Существование в Церкви образованных и сведущих теологов является, согласно Й., ее надежной защитой от ересей и лжеучений (ср.: Lehmann. 1963. P. 48-49).

Катехизис

Основные богословские идеи Й. были емко сформулированы им в небольшом нем. трактате «Краткое христианское наставление относительно отпущения грехов и спасения» (Christlicher und kurtzer Unterricht von Vergebung der Sünde und Seligkeit, 1542), который в соответствии с подзаголовком был создан с целью показать «различие между чистым христианским учением Евангелия и безбожным папистским учением». Трактат, по содержанию являющийся кратким протестант. катехизисом, к-рый Й. написал для протестант. общины г. Галле, состоит из неск. глав, каждая из которых открывается катехизическим вопросом. Сочинение Й., написанное ясным и доступным языком, оказалось весьма популярным у жителей Галле (Lehmann. 1963. P. 110); в 1544 г. Й. выпустил 2-е, дополненное издание, открывающееся небольшим предисловием (текст см.: JJBW. Bd. 2. S. 112). В нем Й. ярко описывает повседневные заботы людей, не желающих задумываться о своей смертности, призывая их вспомнить о том, что они созданы Богом для вечной жизни и нуждаются в спасении.

Изложение протестант. вероучения в катехизисе Й. строит вокруг темы спасения. Трактат начинается с ответа на вопрос, от чего зависит спасение: по убеждению Й., спасение зависит «от одной только благодати Божией». Далее следует изложение истории спасения, к-рую Й. рассматривает как состоящую из «двух речей» (zwo Predigt): после грехопадения Адама Бог возвещает Свой гнев, обращенный на преступающего Его закон человека, и одновременно обещает человеку спасение посредством искупительной жертвы Посредника - Иисуса Христа. Т. о., Бог постоянно открывает человеку глубину его греха, но вместе с тем внушает ему уверенность в спасении, к-рое человек находит в Иисусе Христе (ср.: Lehmann. 1963. P. 108-109). Согласно Й., поскольку католич. Церковь учит о необходимости для спасения добрых дел, она не может дать человеку уверенность в спасении; напротив, протестант. вера в спасение только одной верой в Христа уничтожает в душе любые сомнения. Хотя добрыми делами нельзя заслужить отпущение грехов или спасение, христианин призван совершать их из покорности Богу и в знак своей любви к Его заповедям, черпая силу для этого в подаваемой через Иисуса Христа благодати. Й. подробно обосновывает необходимость для христианина обращаться к Богу с молитвой; в качестве примера христ. молитвы Й. приводит текст «Молитвы против турок и всех врагов христианской Церкви», составленной Лютером в 1541 г. (текст см.: Luther M. WA. Bd. 51. S. 608-610). В заключительной части трактата Й. предлагает 16 кратких «артикулов», в к-рых рассматриваются различия между «евангельским» и «папистским» учениями. Он кратко формулирует некий протестант. вероучительный тезис (вводя его формулой «Евангелие учит»), а затем приводит изложение соответствующего ему «ложного» католич. учения (Gegenler). Выбор пунктов сопоставления Й. осуществляет в соответствии с основными темами лютеровской антикатолич. полемики; так, он касается учения об избрании и оправдании, о почитании святых, о таинствах, о епископской и папской власти и т. п.

Экзегетические сочинения

Единственным крупным экзегетическим сочинением Й. является трактат «Замечания на Деяния святых апостолов» (Annotationes in Acta apostolorum), опубликованный в 1524 г. в Виттенберге. Этот трактат был частью общего проекта, осуществлявшегося неск. протестант. теологами с 1519 по 1524 г.,- т. н. Виттенбергского комментария (Kolb. 2009. S. 106). В рамках проекта был выпущен ряд комментариев к библейским книгам, в к-рых их содержание интерпретировалось в соответствии с религ. идеями Лютера. В создании комментариев помимо Й. принимали участие сам Лютер (он прокомментировал Послание к Галатам, Первое и Второе послания св. ап. Петра и Послание Иуды), Меланхтон, Бугенхаген, Эколампадий и Франц Ламберт († 1530).

Комментарий Й. невелик по объему; в большинстве случаев Й. не объясняет все стихи подряд, а разделяет главы на небольшие смысловые отрывки; он особо поясняет нек-рые выражения и слова, кажущиеся ему трудными для читателя; в ряде случаев он делает специальные отступления, в к-рых кратко останавливается на богословском содержании нек-рых отрывков. При комментировании богословски важных мест Деяний святых апостолов Й. опирался на богословие Лютера, нередко отсылая читателя к его сочинениям (ср.: Gummelt. 2009. S. 127-128). Так, напр., обращение св. ап. Павла (Деян 9. 1-19) Й. рассматривал в качестве основания и иллюстрации лютеровского учения об оправдании и о спасении, выделяя 5 т. н. общих мест (loci communes), т. е. богословских положений: 1) «оправдание, вера и познание Христа» берут начало не в заслугах, делах или усилиях человека, но суть следствия «избрания, или переопределения» Божия в отношении тех, кого Он благоволил избрать; 2) любая праведность «от закона» или «по плоти» является ненавистной для Бога; 3) оправданию как «оживотворению» предшествует «умерщвление», т. е. ужас человека, переживающего обращенный на него гнев Божий; 4) Христос есть глава Церкви, поэтому соединение с Христом означает вхождение в Церковь, а гонящие Церковь восстают на Христа; 5) проповедь Евангелия осуществляется двояко: изнутри человека побуждает к следованию Евангелию божественная благодать, тогда как внешне Бог пользуется словами проповедников, через к-рых возвещается слово Божие и сообщается Его воля (Gummelt. 2009. S. 129). Поскольку Деяния святых апостолов содержат множество сведений об устройстве церковной жизни в апостольскую эпоху, с помощью свидетельств из этой книги, по убеждению Й., можно показать, насколько далеко католич. Церковь отошла от апостольского образца (Lehmann. 1963. P. 107; подробнее о трактате см.: Gummelt. 2009. S. 124-130).

Небольшое немецкое сочинение Й. «О седьмой главе Книги пророка Даниила» (Das siebend Capitel Danielis, 1530), формально относящееся к экзегетическому жанру, в действительности посвящено задаче библейского обоснования справедливости и необходимости вести войну с турками. Этот трактат Й. входил в серию из неск. трактатов виттенбергских теологов, написанных с целью поддержать покровительствовавших протестантам Иоганна, курфюрста Саксонского, и Филиппа, ландграфа Гессенского, в их переговорах с имп. Карлом V, к-рый хотел заручиться их поддержкой на случай возможной войны с турками. По содержанию сочинение Й. во многом повторяет вышедший в 1529 г. трактат Лютера «О войне с турками» (Vom Kriege widder den Türken). Й. символически отождествлял турок с «небольшим рогом» четвертого зверя (см.: Дан 7. 7-11) и призывал христ. правителей без смущения вступать в борьбу с «врагами Божиими», к-рых сатана побуждает вредить христианам. При этом саму угрозу войны с турками Й. рассматривал как проявление гнева Божия по отношению к ведущим беспечную жизнь христианам и как Божий призыв обратиться к Христу, поскольку Он является для христиан единственным источником надежды (Kolb. 2009. S. 106-107; ср.: Delius. 1952. S. 46-48).

Полемические трактаты

Наиболее ранним полемическим трактатом Й. является сочинение «О священническом супружестве» (Adversus Iohannem Fabrum... pro coniugio sacerdotali, 1523), написанное по просьбе Лютера и обращенное против Иоганна Фабера (1478-1540), издавшего антилютеран. трактат, к-рый впосл. получил известность под названием «Молот против лютеранской ереси» (Malleus in haeresim Lutheranam). Лютер считал, что Й., недавно женившийся, способен дать достойный ответ на упреки Фабера, обвинявшего среди прочего лютеран в самовольном упразднении древней церковной традиции священнического безбрачия. В трактате Й. приводит ряд библейских аргументов, обосновывающих богоустановленность брака, и делает особый акцент на необходимости для священника как для слабого человека иметь рядом с собой спутницу и помощницу, которая способствовала бы успеху его пасторско-проповеднических трудов. Впосл. Й. еще неск. раз затрагивал тему священнического брака в предисловиях и письмах друзьям (см.: Delius. 1952. S. 44-45).

В 1-й пол. 30-х гг. XVI в. Й. вступил в продолжительную полемику с Георгом Витцелем (1501-1573). Витцель, в 1524 г. перешедший в протестантизм, был лично знаком с Лютером и с Й., поэтому его возвращение в католич. Церковь, происшедшее в нач. 30-х гг. XVI в., воспринималось ими как непростительное предательство и вероломство. В опубликованной спустя несколько лет после завершения полемики с Витцелем «Проповеди об истории Иуды Искариота» (Ein Sermon von der Historien Judae Ischarioth, 1543) Й. сравнивал его поступок с предательством Иуды и называл «искариотским преступлением и отпадением» (см.: Ibid. 1543. Fol. 6-7; ср.: Kolb. 2009. S. 108). Полемика между Й. и Витцелем была крайне неприязненной и ожесточенной; в их адресованных друг другу полемических трактатах и письмах нередко встречаются весьма грубые личные нападки (см.: Clemen. 1920. S. 133-137).

Поводом для начала полемики с Витцелем стало издание им под псевдонимом Агрикола Фагон трактата «В защиту добрых дел, против новых евангелистов» (Pro defensione bonorum operum advesus novos evangelistas, 1532), в к-ром Витцель упрекал лютеран в том, что в их учении о спасении отрицается ценность добрых дел, так что они оказываются излишними. Витцель утверждал, что добрые дела заповеданы в Евангелии, поэтому лютеране, отвергая их, служат своим желаниям и страстям и отвергают само Евангелие; кроме того, изучение сочинений древних церковных писателей убедило его в истинности католич. учения о добрых делах и в ложности протестант. учения (Delius. 1952. S. 50; Lehmann. 1963. P. 96-97).

Сразу же после прочтения сочинения Витцеля Й. написал и издал ответный трактат «Против трех листков Агриколы Фагона» (Contra Tres Pagellas Agri Phagi, 1532). В нем Й. отмечал, что заблуждения Витцеля коренятся в том, что он неверно понимает связь между добрыми делами и отпущением грехов. Согласно Й., добрые дела не могут быть основанием для отпущения грехов; напротив, человек становится способен совершать их лишь благодаря отпущению грехов, которое подается ему через веру в Иисуса Христа. Т. о., добрые дела являются неотъемлемым элементом христ. жизни, но спасают человека не они, а одна лишь благодать Божия (ср.: Delius. 1952. S. 50). Содержащиеся в трактате рассуждения Й. о христ. Церкви являются одним из наиболее ранних примеров протестант. противопоставления «двух церквей»: истинной «евангельской» и ложной «папистской» (Ibid. S. 50-51). Й. позаботился о том, чтобы это сочинение было отпечатано большим тиражом (более 1 тыс. экз.) и распространено среди лютеран. проповедников Германии с целью предостеречь их относительно заблуждений Витцеля (Ibid. S. 51; cр.: JJBW. Bd. 1. S. 188).

В нач. 1533 г. вышло ответное сочинение Витцеля «Посрамление сверхклеветнического ответа Юстуса Йонаса, то есть Йодокуса Коха, а также защита добрых дел» (Confutatio calumniosissimae responsionis Iuvsi Ionae, id est, Iodoci Koch). Первой реакцией на него Й. стало предисловие, к-рое он написал к направленному против Витцеля трактату лютеран. пастора Бальтазара Райды. В нем Й. критиковал Витцеля, а также Крота Рубеана, своего давнего эрфуртского друга, который в нач. 30-х гг. XVI в., как и Витцель, вернулся в католицизм и поддерживал лит. деятельность Витцеля (текст см.: JJBW. Bd. 1. S. 188-189). Весной 1534 г. Й. выпустил новый крупный трактат против Витцеля: «Какая церковь является истинной, а какая - ложной» (Wilch die rechte Kirche, und dagegen wilch die falsche Kirch ist), в к-ром от полемики по вопросу о добрых делах перешел к критике учения Витцеля о Церкви. Й. подробно разбирал тезис Витцеля о том, что католич. Церковь является истинной в силу сохраняющегося в ней апостольского преемства. Согласно Й., католич. Церковь сохраняет лишь внешнюю видимость правильной церковной организации, однако не может считаться истинной Церковью, поскольку она «преследует Евангелие и истинное служение Богу». Истинную Церковь Й. определял как сообщество «всех богобоязненных людей, рассеянных по всему миру, которые хранят истинную веру в Христа, имеют правильное Крещение и Таинство [Евхаристии], которые всерьез и от души призывают Христа, исповедуют Его [перед другими людьми] и терпят преследования ради Него» (Ibid. 1534. S. [11]; ср.: Delius. 1952. S. 52; Lehmann. 1963. P. 98-99). В качестве приложения к этому трактату был присоединен памфлет «История Георга Витцеля» (Görg Witzels historia), написанный лютеран. пастором Юстусом Мением, в к-ром Витцель объявлялся анабаптистом, антитринитарием и приверженцем мн. др. ересей (см.: Delius. 1952. S. 53).

Ответ Й. Витцель предложил в трактате «О христианской Церкви против Йодокуса Коха» (Von der christlichen Kirchen wider Jodocum Koch, 1534); большую часть его объема занимают не богословские рассуждения, а попытки Витцеля оправдаться от обвинений личного характера. Последующая полемика между Й. и Витцелем окончательно лишилась богословского содержания и превратилась в обмен личными оскорблениями. В сер. 1534 г. лютеранский пастор Антоний Корвин под псевдонимом Сильван Гесс опубликовал вымышленный драматический диалог между Витцелем и Кохлеусом (Ludus Sylvani Hessi in defectionem Georgii Vvicelii ad Papistas), в к-ром высмеивалось возвращение Витцеля в католицизм (см.: Cleman. 1920. S. 140-143); Й. написал к нему предисловие (текст см.: JJBW. Bd. 1. S. 214-218), в к-ром называл главными побудительными мотивами «предательства» Витцеля жажду наживы (Й. был уверен, что католики заплатили Витцелю за его измену протестантизму; см.: Ibid. Bd. 2. S. 374), злобность и зависть. Осенью 1534 г. в руки Й. попало письмо Кохлеуса Витцелю; он опубликовал его с собственным предисловием и насмешливыми схолиями (текст письма см.: Cleman. 1920. S. 146-152). Витцель откликнулся на эту публикацию соч. «О похищении личного письма», в котором упрекал лютеран в том, что они обманом заполучили его письмо (см.: Ibid. S. 143-145). После публикации письма Витцеля письменная полемика между ним и Й. прекратилась, однако Й. продолжал считать его опасным противником лютеранства; так, в 1539 г. он советовал курфюрсту Иоганну Фридриху конфисковать и уничтожить все книги Витцеля, к-рые только удастся найти (Delius. 1952. S. 53-54).

В нач. 50-х гг. XVI в. Й. поддержал Меланхтона в его полемике с Озиандером по вопросу о спасении и об оправдании. Согласно учению Озиандера, человек оправдывается особой «внутренней праведностью», являющейся следствием духовного «вселения» Христа в человеческое сердце, в результате к-рого человек становится «единосущным» Божественной природе Христа (Lehmann. 1963. P. 102-103). Оценивая учение Озиандера, изложенное им в трактате «О единственном Посреднике Иисусе Христе и об оправдании верой» (Von dem einigen Mitler Jhesu Christo und Rechtfertigung des Glaubens, 1551; известен также по подзаголовку «Исповедание»), Й. отмечал, что Озиандер ложно утверждает, будто он придерживается точно таких же взглядов, какие развивал в проповедях Лютер. Й. специально упоминает, что он 25 лет находился рядом с Лютером, но никогда не слышал от него такого учения, какое приписывает ему Озиандер (JJBW. Bd. 2. S. 310). Согласно Й., учение Лютера является простым и всецело основанным на Свящ. Писании, в то время как Озиандер предлагает непонятные простым верующим рассуждения, к-рые не могут поселить в их душах мир и надежду на Христа, но лишь вводят людей в смущение (Ibid. S. 310-311). Й. упрекал Озиандера в неверном толковании Евангелия от Иоанна (см.: Ин 7. 21-23, 26), цитатами из к-рого Озиандер пытался обосновать свое учение, и утверждал, что, согласно общепринятому христ. учению, Христос вселяется в человека не лично и не «сущностно» (wesentlich), т. е. не Своей природой, но действием благодати Св. Духа, к-рая поддерживает, просвещает и освящает верующих (JJBW. Bd. 2. S. 317-318; ср.: Lehmann. 1963. P. 104-106).

Религиозная поэзия

Й. принадлежат неск. стихотворных гимнов, являющихся вольным переложением библейских псалмов, содержание к-рых связывается Й. с современной ему религ. ситуацией (текст см.: Das deutsche Kirchenlied von der ältesten Zeit bis zu Anfang des XVII Jh. Lpz., 1870. Bd. 3. S. 42-45; ср. также: Lehmann. 1963. P. 110-113). Гимн «Если бы не Господь был с нами» (Wo Gott der Herr nicht bey uns helt; Пс 123), к-рый Й. создал по просьбе Лютера, был опубликован в составе сб. «Энхиридион» (Eyn Enchiridion oder Handbuchlein, 1524). Переложения еще 3 псалмов были выполнены Й. в 40-х гг. XVI в., во время пребывания в Галле, и опубликованы отдельными изданиями: «Услышит вас Господь в день печали» (Der Herr erhor euch in der noth; Пс 20); «Господь Иисус Христос, мы наследие Твое» (Herr Jhesu Christ, dein Erb wir sind; Пс 78); «Господь Иисус Христос, Ты - истинный Бог» (Herr Jhesu Christ, o warer Gott; Пс 20 и 70).

Переводы

Одним из наиболее ранних переводческих опытов Й. стал перевод трактата Лютера «О рабстве воли», направленного против учения Эразма Роттердамского о свободе воли; перевод был издан под заглавием «О том, что не существует свободы воли» (Das der freie Wille nichts sey. Wittemberg, 1526; сопоставление оригинального текста Лютера и перевода Й. см.: Mennecke. 2009). В число др. сочинений Лютера, переведенных Й. на нем. язык, входят: «Толкование на Книгу Екклесиаста» (Annotationes in Ecclesiasten, 1532; нем. пер.: Ecclesiates, odder Prediger Salomo. Wittemberg, 1533), «95 тезисов» (см.: Luther M. WA. Bd. 1. S. 232), «О монашеских обетах» (De votis monasticis, 1521; нем. пер.: Von denn geystlichen und klostergelubden. Wittemberg, 1522) и др. На латынь Й. перевел толкования Лютера на Книгу пророка Ионы (лат. пер.: Enarrationes novae in Ionam Prophetam. Haganoae, 1530; ср.: JJBW. Bd. 1. S. 434-437) и на Книгу премудрости Иисуса, сына Сирахова (лат. пер.: Liber Iesu Syrach. Vitembergae, 1538; ср.: JJBW. Bd. 1. S. 283-288), трактат «Против иудеев» (Von den Juden und ihren Lügen, 1543; лат. пер.: De iudaeis et eorum mendaciis. Francofurti, 1544) и неск. др. сочинений. Й. перевел с латыни на нем. язык главный богословский труд Меланхтона - «Общие места» (Loci communes; нем. пер.: Loci communes, das ist, die furnemesten Artikel Christlicher lere. Wittenberg, 1536), а также ряд др. его важных сочинений, в т. ч. «Против учения анабаптистов» (Adversus anabaptistas iudicium; нем. пер.: Wider die Lere der Widerteuffer. Wittemberg, 1528), «Апология Аугсбургского исповедания» (Apologia Confessionis Augustanae; нем. пер.: Apologia der Confession. Wittemberg, 1531; совр. переизд.: CR. Vol. 28. Col. 37-326), «Толкование на Послание к Колоссянам» (Scholia in epistolam Pauli ad Colossenses; нем. пер.: Die Epistel S. Pauli zum Colossern, durch Philippum Melanchton ym latein zum andern mal ausgelogt. [Wittenberg,] 1529; ср.: JJBW. Bd. 1. S. 139-140), «Толкование на Книгу пророка Даниила» (In Danielem prophetam Commentarius; нем. пер.: Der Prophet Daniel, ausgelegt durch Ph. Melanchthon. Wittenberg, 1546) и др. (полный список переводов Й. см.: Delius. 1952. S. 130-131; JJBW. Bd. 2. S. XXIII-XXXII).

Письма

Й. состоял в переписке со мн. известными деятелями XVI в.: гуманистами, протестант. проповедниками и богословами, светскими правителями; список его респондентов насчитывает более 70 чел. (см.: JJBW. Bd. 2. S. 392-396). Научное издание писем Й. было подготовлено в кон. XIX в. нем. ученым Густавом Каверау (Der Briefwechsel des Justus Jonas. 1884, 1885 = JJBW). Каверау каталогизировал все известные на то время письма Й., а также адресованные ему письма др. лиц и нек-рые др. исторические документы, расположив их в хронологическом порядке. Для писем, изданных ранее в рамках собраний сочинений Меланхтона (CR. Vol. 1-28) и Лютера (Luther M. WA: BW), приводятся лишь заглавия и отсылки к соответствующим изданиям. Некоторые письма Й., сохранившиеся в б-ках и архивах Германии, остаются неизданными (см. список: Delius. 1951). Письма Й. являются важным и в ряде случаев незаменимым источником сведений по истории нем. Реформации.

Соч.: Praefatio in epistolas divi Pauli apostoli ad Corynthios. [Erphordiae,] 1520; Adversus Iohannem Fabrum Constantiensem Vicarium, scortationis patronum, Pro coniugio sacerdotali, Iusti Ionae defensio. Wittembergae, 1523; Annotationes Iusti Ionae in Acta apostolorum. Wittembergae, 1524; Das siebend Capitel Danielis von des Türcken Gottes Lesterung und schrecklicher Morderey mit Unterricht Jusiti Jone. Wittemberg, 1530; Contra Tres Pagellas Agri Phagi Georgii Vvitzel... Responsio. [Wittembergae, 1532]; Wilch die rechte Kirche, und dagegen wilch die falsche Kirch ist, christlich Antwort und tröstliche Unterricht widder das pharisaisch Gewesch Georgii Witzels. Wittemberg, 1534; Oratio Iusti Ionae Doctoris Theologiae De studiis theologicis. Vitebergae, 1539; Idem // CR. Vol. 11. Col. 41-50; Christlicher und kurtzer Unterricht von Vergebung der Sünde und Seligkeit. Wittemberg, 1542; Ein Sermon von der Historien Judae Ischarioth und des Judas Kusse. Halle, 1543; Oratio De gradibus in theologia // CR. Vol. 11. Col. 227-231; Der Briefwechsel des Justus Jonas / Hrsg. G. Kawerau. Halle, 1884. Bd. 1; 1885. Bd. 2. [= JJBW].
Лит.: Reinhard L. Commentatio historico-theologica de vita et obitu Justi Jonae. Altenburgi, 1731; Dreyhaupt J. C. Pagus Neletici et Nudzici, oder, ausführliche diplomatisch-historische Beschreibung des... Saal-Creÿses. Halle, 1755. Bd. 1; Knapp G. C. Narratio de Justo Jona theologo vitebergensi atque halensi. Halis Saxonum, 1817; Franke K. C. Geschichte der Hallischen Reformation. Halle, 1841; Pressel Th. Justus Jonas: Nach gleichzeitigen Quellen. Elberfeld, 1862; Craemer O. Die Grabstätte des Reformators Justus Jonas // Christliche Kunstblätter. 1899. Bd. 41. S. 55-58; Clemen O. Georg Witzel und Justus Jonas // Archiv für Reformationsgeschichte. Gütersloh, 1920. Bd. 17. S. 132-152; Kalkoff P. Humanismus und Reformation in Erfurt (1500-1530). Halle, 1926; Schellbach M. Justus Jonas. Essen, 1941; Delius W. Justus Jonas und Erasmus // Theologia viatorum. B., 1948/1949. Bd. 1. S. 71-79; idem. Ergänzungen zum Briefwechsel des Justus Jonas // Archiv für Reformationsgeschichte. 1951. Bd. 42. S. 136-145; idem. Justus Jonas, 1495-1555. B., 1952; Lehmann M. E. Justus Jonas: A Collaborator with Luther // Lutheran Quarterly. Gettysburg (Penn.), 1950. Vol. 2. P. 189-200; idem. Justus Jonas: Loyal Reformer. Minneapolis, [1963]; Kleineidam E. Justus Jonas // Contemporaries of Erasmus: A Biographical Register of the Renaissance and Reformation. Toronto, 1985. Vol. 2. P. 244-246; Koch E. Handschriftliche Überlieferungen aus der Reformationszeit in der Stadtbibliothek Dessau // Archiv für Reformationsgeschichte. 1987. Bd. 78. S. 321-345; Leder H.-G. Jonas, Justus (1493-1555) // TRE. 1988. Bd. 17. S. 234-238; Justus Jonas, 1493-1555: Beiträge zur 500. Wiederkehr seines Geburtstages / Hrsg. S. Bräuer. Nordhausen, 1993; Mager I. «...das war viel ein andrer Mann»: Justus Jonas - Ein Leben mit und für Luther // Luther und seine Freunde / Hrsg. P. Freybe. Wittenberg, 1998. S. 10-27; eadem. Justus Jonas als Zeuge und Berichterstatter über Luthers Tod // Justus Jonas (1493-1555) und seine Bedeutung für die Wittenberger Reformation. Lpz., 2009. S. 183-190; Posset F. Polyglot Humanism in Germany circa 1520 as Luther's Milieu and Matrix: The Evidence of the «Rectorate Page» of Crotus Rubeanus // Renaissance and Reformation = Renaissance et Réforme. Toronto, 2003. Vol. 27. N 1. P. 5-33; Axmann R. Der späte Justus Jonas (1550-1555) // Justus Jonas (1493-1555) und seine Bedeutung für die Wittenberger Reformation. 2009. S. 205-222; Junghans H. Justus Jonas und die Erfurter Humanisten // Ibid. S. 15-37; Gummelt V. Justus Jonas als Bibelexeget an der Wittenberger Universität // Ibid. S. 121-130; Justus Jonas (1493-1555) und seine Bedeutung für die Wittenberger Reformation / Hrsg. I. Dingel. Lpz., 2009; Kohnle A. Justus Jonas und das Interim // Ibid. S. 191-204; Kolb R. The Theology of Justus Jonas // Ibid. S. 103-120; Lück H. Justus Jonas als Jurist und Mitbegründer des Wittenberger Konsistoriums // Ibid. S. 145-162; Mennecke U. Justus Jonas als Übersetzer: Sprache und Theologie // Ibid. S. 131-144; Peters Ch. Zwischen Erasmus und Luther: Justus Jonas und die Krise des Erfurter Humanistenkreises // Ibid. S. 39-58; Scheible H. Melanchthon und Justus Jonas // Ibid. S. 59-86; Wolgast E. Luther, Jonas und die Wittenberger Kollektivautorität // Ibid. S. 87-100.
Д. В. Смирнов
Ключевые слова:
Богословы протестантские Реформация на территории Германии Реформация. История Йонас Юстус (1493-1555), немецкий гуманист, юрист, богослов; пастор, церковный деятель, один из лидеров немецкой Реформации
См.также:
АЛЕЗИУС Александр (1500–1565), шотланд. протестант. теолог, сторонник лютеранства
ВИМПИНА (ок. 1460 - 1531), нем. католич. теолог
ГЕРМАНИЯ. Часть II [Федеративная Республика Германия (ФРГ)], гос-во в Центр. Европе
ГЕРХАРД Иоганн (1582 - 1637), нем. протестант. богослов
КАЛЬВИН Жан (1509-1564), богослов, проповедник, пастор; ведущий деятель европ. Реформации, основоположник кальвинизма
КАПИТО Вольфганг Фабриций (ок. 1480 - 1541), нем. гуманист, богослов, проповедник, деятель Реформации
АЙСФЕЛЬДТ Отто (1887–1973), нем. протестант. теолог, ориенталист, текстолог
АЛАНД Курт (1915–1994), протестант. богослов, историк Церкви, текстолог