Добро пожаловать в один из самых полных сводов знаний по Православию и истории религии
Энциклопедия издается по благословению Патриарха Московского и всея Руси Алексия II
и по благословению Патриарха Московского и всея Руси Кирилла

Как приобрести тома "Православной энциклопедии"

ВСЕЛЕНСКИЙ V СОБОР
Т. 9, С. 616-628 опубликовано: 22 июня 2010г.


ВСЕЛЕНСКИЙ V СОБОР

V Вселенский Собор. Роспись собора в честь Рождества Пресв. Богородицы Ферапонтова мон-ря. Дионисий. 1502 г.
V Вселенский Собор. Роспись собора в честь Рождества Пресв. Богородицы Ферапонтова мон-ря. Дионисий. 1502 г.

V Вселенский Собор. Роспись собора в честь Рождества Пресв. Богородицы Ферапонтова мон-ря. Дионисий. 1502 г.
[II Константинопольский]. Источники. Акты Собора известны только в лат. версии, в 2-х редакциях (пространной и краткой), возникших уже в 553 г., т. е. вскоре после окончания Собора и составления первоначального греч. текста деяний, от к-рого до наст. времени сохранились лишь отдельные фрагменты.

Пространная редакция, вероятно появившаяся сразу же после закрытия Собора, существенно отличается от краткой, особенно в тех местах из деяний 1, 2 и 7, в к-рых дискредитируется Римский папа Вигилий, не принимавший участия в работе Собора (ACO. T. 4. Vol. 1. P. 11-12, 24-28, 184-188, 198-199, 200-202). Эта редакция представлена в единственной рукописи IX-X вв., хранящейся в Национальной б-ке Франции (Parisin. lat. 16832, бывш. Notre Dame 88).

Краткая редакция была составлена после того, как 8 дек. 553 г. папа Вигилий согласился анафематствовать «Три Главы»; тогда же были устранены все неудобные для него места в актах. Эта редакция в наст. время существует в единственной дефектной рукописи - Codex Sangallensis 672, IX в., из собрания Санкт-Галленского мон-ря (текст обрывается на 4-м деянии: ACO. T. 4. Vol. 1. P. 63, далее следует текст канонов и подписи участников Собора: Ibid. P. 215). Др. 2 утерянных манускрипта этой редакции использовали в своих изданиях соборных актов Лаврентий Сурий, воспроизводивший рукописный текст не всегда критично (Conciliorum omnium... tomus primus: [In 4 vol.]. Coloniae Agrippinae, 1567. Vol. 2. P. 490-602), и Э. Балюз (Baluzius S. Nova collectio Conciliorum. P., 1683. T. 1). В основе перевода соборных деяний на рус. язык, осуществленного в сер. XIX в. в КазДА, лежит издание Ф. Лаббе и Г. Коссара (Labbeus Ph., Cossartius G. Sacrosancta Concilia. P., 1671. T. 5. P. 416-586), к-рое в общем повторяет издание Сурия.

Еще в древности был поставлен вопрос о подлинности актов Собора. На 3-м заседании VI Вселенского Собора (13 нояб. 680) были прочитаны 2 «книги святого Пятого Вселенского Собора», в начале к-рых находилось «Слово блаженной памяти Мины, архиепископа К-польского, к Вигилию, блаженнейшему папе Римскому, о том, что во Христе одна воля», а в 7-м деянии - 2 письма Вигилия к имп. Юстиниану и имп. Феодоре, в к-рых содержался следующий текст: «Анафематствуем и Феодора, бывшего епископа Мопсуестийского, как бывшего всегда чуждым Церкви и противником святых отцов, к-рый не исповедует, что воплотившийся Бог Слово, то есть Христос, имеет одно естество, одно лицо и одно действие» (ACO II. Vol. 2 (1). P. 34-47; рус. пер.: ДВС. Т. 4. С. 26-29; ср.: ACO. T. 4. Vol. 1. P. 201-202). По требованию присутствовавших на VI Вселенском Соборе рим. легатов было произведено расследование, результаты к-рого оглашены на 14-м заседании (5 апр. 681). Было установлено, что при К-польском патриархе Павле II (641-653) и в последующее время сторонники монофелитской ереси занимались переделкой указанных мест актов в различных как греч., так и лат. манускриптах, имевшихся тогда в столице Византийской империи. VI Вселенский Собор анафематствовал «Слово Мины к Вигилию» и «книги Вигилия к Юстиниану и Феодоре, оказавшиеся подложными», а также наложил анафему «всем вообще подделывателям деяний Святого и Вселенского Пятого Собора» (ACO II. Vol. 2 (2). P. 628-665; ДВС. Т. 4. С. 198-202). Поскольку пространная редакция содержит (наряду с др. фрагментами, к-рых нет в краткой редакции) оба преданных анафеме письма Вигилия к Юстиниану и Феодоре, возникает вопрос о принятии не только этих документов, но и редакции в целом. После работы К. Й. фон Гефеле по истории Соборов (см.: Hefele, Leqlercq. Hist. des Conciles. Vol. 3 (1). P. 66-77) большинство ученых признают подлинность пространной редакции, в т. ч. и обоих писем папы Вигилия, за исключением упомянутых фрагментов об «одном действии» (ACO. T. 4. Vol. 1. P. 187, 29-32 и 188, 12-15), к-рые считаются монофелитскими вставками VII в.

Историческая ситуация.

Христологические споры, обострившиеся еще в V в. и разбиравшиеся на III и IV Вселенских Соборах, продолжали волновать Церковь и в последующее время. В VI в. к числу наиболее значительных и продолжительных событий церковной истории - во многом как результат церковной политики имп. св. Юстиниана I - принадлежит спор о «Трех Главах», к-рый оказался непосредственной причиной проведения нового Вселенского Собора (см. ст. Три Главы).

Осуждение «Трех Глав» имп. св. Юстинианом

Ок. 544 г. император издал эдикт в форме трактата (CPG, N 6881), осуждавший Феодора, еп. Мопсуестийского, и его творения, сочинения Феодорита, еп. Кирского, направленные против свт. Кирилла Александрийского и III Вселенского Собора, а также письмо Ивы, еп. Эдесского, к Маре Персу, в к-ром Ива с похвалой отзывался о Феодоре Мопсуестийском и о действиях противников свт. Кирилла во время несторианского спора вплоть до заключения унии 433 г. Несмотря на то что в этом документе анафематствовался всякий утверждавший, что эдикт составлен с целью отмены решений Халкидонского Собора, осуждение «Трех Глав» было неоднозначно воспринято как на востоке, так и на западе империи.

Вопрос об осуждении Феодора, еп. Мопсуестийского, Феодорита, еп. Кирского, и Ивы, еп. Эдесского, неоднократно поднимался в течение столетия, прошедшего после III Вселенского Собора. Вскоре после 431 г. стали раздаваться, особенно на Востоке, голоса с осуждением не только учения Феодора Мопсуестийского, но и его лично, но такое движение против почитаемого среди несториан авторитета было пресечено имп. Феодосием II (ACO. T. 1. Vol. 4. P. 241; см. также: Болотов. Лекции. Т. 4. С. 231-236). Принятие Феодорита Кирского и Ивы Эдесского в церковное общение Халкидонским Собором (451) в глазах монофизитов выглядело как признание несторианства, т. к. оба епископа, низложенные в Эфесе в 449 г., долгое время были активными сторонниками Нестория и защитниками учения и личности Феодора Мопсуестийского. Хотя впосл. (в частности, на IV Вселенском Соборе) они предали Нестория анафеме, на мн. Соборах и богословских собеседованиях в кон. V - нач. VI в. (напр., в 532 в К-поле между православными и умеренными монофизитами, сторонниками Севира, патриарха Антиохийского) вопрос о принятии этих 2 бывших несториан выдвигался как один из главных пунктов обвинения православных со стороны противников Халкидонского Собора. Имп. св. Юстиниан, искавший пути примирения с офиц. Церковью монофизитов, к-рые составляли значительную часть населения вост. провинций империи, хотел осуждением «Трех Глав» снять такое обвинение и убедить их признать Халкидонский Собор.

Согласно распространенному в лит-ре мнению, восходящему к сочинению одного из противников осуждения «Трех Глав», прмч. Либерата Карфагенского (Liberatus. Breviarium causae Nestorianorum et Eutychianorum. 24 // ACO. T. 2. Vol. 5. P. 140-141), инициатива появления эдикта приписывается Феодору Аскиде, до 537 г. игумену Новой лавры в Палестине, а затем еп. Кесарии Каппадокийской. Тем самым он якобы пытался втянуть императора в новый спор о вере и отвлечь его от последовательного проведения в жизнь выпущенного ранее эдикта об осуждении Оригена, к сторонникам к-рого Феодор принадлежал.

Распространенное представление историков об имп. св. Юстиниане как о виновнике нового внутрицерковного спора, суждение о нем как о дилетанте, чрезмерно переоценившем свои силы и ставшем жертвой хитрого интригана Феодора Аскиды (напр.: Schwartz. 1960. Bd. 4. S. 320), не согласуется с отмечаемым этими же исследователями стремлением императора быть не только «покровителем Церкви, как его предшественники, но и ее учителем» (Ibidem), хорошо знакомым с проблемами, волновавшими Церковь в этот период, в решении к-рых, в т. ч. и через свои законодательные акты и богословские трактаты, он неоднократно принимал самое живое и непосредственное участие (Grillmeier. 1995. Vol. 2. Pt. 2. P. 356).

Эдикт, разосланный для подписания епископам, после нек-рых колебаний был принят вост. патриархами - Миной К-польским, Зоилом Александрийским, свт. Ефремом Антиохийским и Петром Иерусалимским. На Западе оппозиция оказалась более упорной и консолидированной - против догматического закона имп. св. Юстиниана выступили епископы Иллирика, Италии и Африки. Для преодоления негативной реакции на Западе по решению св. Юстиниана в столицу был вызван папа Вигилий. Покинув Рим еще в 545 г., он до лета 546 г. пребывал на Сицилии, где получал послания от зап. епископов с требованиями не идти на поводу у императора и не осуждать «Три Главы». Общую т. зр. зап. противников эдикта о недопустимости навязывания императором своего мнения Церкви выразил в письме к рим. диаконам Пелагию и Анатолию диак. Ферранд из Карфагена, крупнейший в то время зап. богослов (CPL, N 848).

«Judicatum» (Решение)

папы Вигилия. По прибытии в К-поль (25 янв. 547) папа Вигилий сразу же разорвал общение с Миной и низложил его, отлучению подверглись также все подписавшие осуждение «Трех Глав». Однако уже 29 июня 547 г. под влиянием имп. Феодоры папа и патриарх примирились, причем еще в сер. июня папа тайно осудил «Три Главы» в 2 письмах на имя императора и императрицы, представленных позднее в 7-м деянии участникам Собора (CPG, N 9336; ACO. T. 4. Vol. 1. P. 187-188). После собеседования с участием ок. 70 зап. епископов, к-рых папе удалось склонить к подписанию эдикта, Вигилий 11 апр. 548 г. обнародовал «Judicatum» на имя патриарха Мины (CPG, N 9337 = CPL, N 1694a; ACO. T. 4. Vol. 1. P. 11-12), в к-ром он открыто осуждал «Три Главы», но заявлял о непоколебимой приверженности Халкидонскому Собору. Партию противников осуждения «Трех Глав» возглавил Факунд, еп. Гермианский, к-рый принялся за составление особого трактата на имя имп. Юстиниана в защиту «Трех Глав» (CPL, N 866).

«Judicatum» не способствовал примирению, но привел к еще большим нестроениям. С этого момента объектом нападок становится не столько имп. эдикт, сколько папа Вигилий. Он стал терять самых близких сторонников, в оппозицию к нему перешли и были им отлучены диаконы Римской Церкви Севастиан и его племянник Рустик вместе с нек-рыми рим. клириками. Собор африкан. епископов отлучил папу Вигилия за его действия в отношении «Трех Глав» (Bréhier L. La politique religieuse de Justinien // Histoire de l'Église / Sous la dir. A. Fliche, V. Martin. P., 1945. Vol. 4. P. 466). Папа, лавируя между императором и зап. епископами и наблюдая, как сильно пошатнулся его авторитет на Западе, обратился к св. Юстиниану с просьбой дезавуировать его подпись.

Неудавшаяся попытка добиться единодушного принятия осуждения «Трех Глав» вынудила имп. св. Юстиниана уступить папе. «Judicatum» был аннулирован, а решение вопроса о «Трех Главах» откладывалось до буд. Вселенского Собора. До его открытия в К-поль приглашались епископы из областей, оппозиционно настроенных к осуждению «Трех Глав». За это от папы были потребованы гарантии. 15 авг. 550 г. папа Вигилий дал клятву на Евангелиях и Гвоздях Честного Креста Господня в присутствии императора, еп. Феодора Аскиды и патрикия Цетега, что он будет и в дальнейшем прилагать усилия к осуждению «Трех Глав» и сообщать императору о действиях оппозиции. В обмен папа испросил обещание императора охранять и защищать его честь, лицо и мнение и соблюдать привилегии Римской Церкви («et privilegia ecclesiae meae servare» - ACO. T. 4. Vol. 1. P. 199; CPG, N 9342).

Открытие Собора откладывалось, поскольку ни Иллирик, ни др. области Запада не прислали своих представителей в К-поль (Schwartz. 1960. S. 314). За отказ прибыть в столицу был лишен кафедры и сослан (под политическим предлогом) еп. Карфагенский Репарат. Тем временем 17 июня 550 г. в Мопсуестии (Киликия) состоялся Собор, на к-ром в ответ на запрос императора было выяснено, что еще 80 лет назад имя Феодора Мопсуестийского было вычеркнуто из диптихов местной Церкви и заменено именем свт. Кирилла Александрийского. Т. о. был найден прецедент осуждения почившего в мире с Церковью, но придерживавшегося еретических взглядов (CPG, N 9340). Еще ранее имп. св. Юстиниан обратился с пространным посланием (вероятно, к епископам Вост. Иллирика), в к-ром доказывал, что Феодор Мопсуестийский является по сути учителем Нестория и должен быть осужден как ересеначальник (Schwartz. 1939. S. 47-69, 114-116).

«Исповедание веры» имп . св . Юстиниана .

В июне 551 г. император, движимый желанием объяснить оппозиции свое искреннее убеждение в еретичности учения «Трех Глав», обнародовал в форме эдикта большой трактат «Исповедание правой веры» (Confessio rectae fidei - Schwartz. 1939. S. 72-111; ДВС. Т. 3. С. 539-559; CPG, N 6885), в к-ром «передал К-польскую христологию своего времени... с похвальным пониманием проблем богословия Воплощения» (Grillmeier. 1995. Vol. 2. Pt. 2. P. 438). Именно этот догматический документ послужил основой соборных решений 553 г. Однако его издание привело к резкому обострению отношений с папой и на неск. лет отодвинуло Собор.

Папа Вигилий в присутствии своего клира и зап. епископов осудил новый эдикт имп. св. Юстиниана, пригрозив отлучением всякому, кто его примет; через Феодора Аскиду, еп. Кесарийского, папа потребовал от императора уничтожить все экземпляры эдикта. Датий, еп. Медиоланский, от лица Церквей В. Италии, Галлии и Испании также заявил, что эдикт противоречит постановлениям Халкидонского Собора и правосл. вере. Пренебрегая угрозами папы, еп. Феодор Аскида в сопровождении неск. епископов совершил Божественную литургию в одной из церквей К-поля, где был вывешен эдикт, вычеркнул из диптихов имя патриарха Зоила, смещенного с кафедры за противодействие религ. политике императора, и вписал вместо него имя нового патриарха Александрийского Аполлинария. Видя безрезультатность своих требований, папа Вигилий разорвал общение с Феодором и Аполлинарием и 14 авг. 551 г. укрылся в базилике святых Петра и Павла (при дворце Гормизда). Там он вместе с Датием и др. 12 епископами из Италии и Африки составил документ (обнародование к-рого было пока отложено), объявлявший еп. Феодора Аскиду низложенным, а патриарха Мину и подчиненных ему епископов - отлученными от Церкви до покаяния (Jaffé. RPR, N 930). Попытка силой извлечь папу из убежища не увенчалась успехом. Наконец после уговоров высших сановников папа согласился возвратиться во дворец Плацидии, где он оказался в полной изоляции. Видя, что его имя компрометируется, в ночь с 23 на 24 дек. 551 г. папа Вигилий вновь покинул дворец и укрылся на др. берегу Босфора в Халкидоне, в базилике св. Евфимии, где 100 лет назад проходили заседания IV Вселенского Собора. На этот раз папа не склонился на уговоры и 5 февр. 552 г. обнародовал послание «всему народу Божию» (ad universum populum Dei), где рассказал о бедах, к-рые пришлось претерпеть ему от своих гонителей (Jaffé. RPR, N 931). Через неск. дней епископов, собравшихся в Халкидоне вокруг папы Вигилия, силой выдворили из церкви и отправили в заключение. В ответ на это папа обнародовал составленное в авг. 551 г. осуждение патриарха Мины и еп. Феодора Аскиды.

Последовали переговоры, продолжавшиеся неск. месяцев. В июне 552 г. к Вигилию в базилику св. Евфимии явились Мина, Феодор Аскида и проч. отлученные им епископы. Они заверили его в своей приверженности Халкидонскому Собору и уважении к Римскому престолу, заявили о непричастности к обрушившимся на папу тяготам и просили прощения. Было решено отменить все решения, принятые со времени соглашения папы Вигилия и имп. св. Юстиниана (это в первую очередь касалось последнего эдикта о «Трех Главах»). Папа был удовлетворен уступками и прибыл в К-поль, где 26 июня был принят императором с почестями. До конца года папа Вигилий примирился и с Аполлинарием, патриархом Александрийским. Уже вскоре после издания эдикта «О правой вере» имп. св. Юстиниан начал подготовку Вселенского Собора, возложив попечение об этом на патриарха Мину, к-рый, однако, скончался 24 авг. 552 г.

6 янв. 553 г. новый К-польский патриарх Евтихий вместе с Аполлинарием Александрийским, Домнином Антиохийским, Илией, архиеп. Фессалоникийским, и др. епископами обратился к папе Вигилию с посланием, в к-ром, исповедав халкидонский догмат, заявил о необходимости разрешить вопрос о «Трех Главах» и предложил папе председательствовать на Вселенском Соборе, дабы окончательно утвердить веру Церкви (ACO. T. 4. Vol. 1. P. 15-16; ДВС. Т. 3. С. 304-305). В тот же день папа дал согласие на «законное собрание, с соблюдением справедливости» (facto regulari conventu servata aequitate - ACO. T. 4. Vol. 1. P. 18; ДВС. Т. 3. С. 306). Как оказалось, папа имел в виду собрание 2 численно равных делегаций Востока и Запада для «рассуждения о Трех Главах». Вскоре, понимая, что большинство будет за вост. епископами, он отклонил такую схему и стал предлагать созыв отдельного Собора в Сицилии или Италии, чтобы на нем было выражено мнение всей Зап. Церкви по вопросу о «Трех Главах». Имп. св. Юстиниан на это не согласился и предложил папе самому составить список зап. епископов, к-рых следовало пригласить на Собор. Это было большой уступкой, т. к. от вост. епархий на Собор прибыло не более полутораста участников, и папе не составляло труда собрать сопоставимое число представителей Запада.

Вслед за этим папа Вигилий стал настаивать на том, чтобы на утверждение Собора были представлены решения, принятые комиссией, состоящей, с одной стороны, из 3 вост. патриархов и 1 епископа, а с другой - папы и 3 зап. епископов. Не желая долее оттягивать открытие Собора, император предложил папе Вигилию выбрать одно из двух: или вопрос о «Трех Главах» обсудят папа и патриархи с 3 или 5 епископами от каждого Патриархата, или будут выполнены условия папы Вигилия, но окончательное решение вынесет комиссия из третейских судей, рассмотрев аргументы сторон. Если ни то ни другое папу не устроит, ему предлагается участвовать в Соборе совместно со всеми епископами (ACO. T. 4. Vol. 1. P. 12).

М. В. Грацианский, А. В. Храпов

Ход Собора

Собор открылся 5 мая 553 г. в К-поле в соборе Св. Софии без участия папы.

1-е деяние

Участвовали 153 епископа, представлявшие гл. обр. К-польский (83), Александрийский (10), Антиохийский (39) и Иерусалимский (5) Патриархаты. От Запада участвовали епископы Вост. Иллирика (9) и Африки (7). Руководителями Собора были патриархи Евтихий К-польский, Аполлинарий Александрийский, Домнин Феопольский (Антиохийский) и представлявшие Евстохия, патриарха Иерусалимского, епископы Стефан, Георгий и Дамиан. В отличие от прежних Вселенских Соборов, в к-рых император принимал участие либо непосредственно, либо через своих доверенных лиц, имп. св. Юстиниан, демонстративно подчеркивая, что не хочет влиять на ход соборных заседаний, на них не присутствовал: желая что-либо передать Собору, он отправлял посланцев, к-рые всякий раз просили разрешения войти и после выполнения поручения покидали заседание.

Диак. Стефан зачитал «Определение» (Forma) св. Юстиниана (ACO. T. 4. Vol. 1. P. 8, 13-14, 23; рус. пер. с купюрами: ДВС. Т. 3. С. 298-304), в к-ром император напоминал отцам Собора, что постоянной заботой его предшественников было искоренение возникавших ересей посредством созыва епископов на Соборы и провозглашение правосл. веры, чтобы восстановить мир Св. Церкви Божией. Он ссылался на примеры императоров Константина I Великого, Феодосия I Великого, Феодосия II и Маркиана, к-рые «своими законами утвердили и оградили то, что определено было на каждом Соборе, и изгнали еретиков, покушавшихся воспротивиться определениям четырех Святых Соборов и возмутить Церковь» (ACO. T. 4. Vol. 1. P. 10; ДВС. Т. 3. С. 300). Коснувшись мер по восстановлению авторитета Халкидонского Собора в начале своего правления, св. Юстиниан перешел к причинам спора о «Трех Главах». Свои действия он объяснял как защиту правосл. веры, т. к., по его мнению, несториане посредством «Глав» пытались навязать Церкви еретическое учение. Далее была отмечена непоследовательность в отношении «Трех Глав» папы Вигилия. Св. Юстиниан привел отрывок из папского «Judicatum», в к-ром осуждался Феодор Мопсуестийский, послание Ивы к Маре Персу и писания Феодорита Кирского против правой веры и 12 глав свт. Кирилла; упоминались и др. документы, определенно направленные против «Трех Глав»,- послания папы Вигилия к Валентиниану, еп. Том в Скифии, и Аврелиану, еп. Арелатскому (CPG, N 9338, 9339). Св. Юстиниан подчеркивал, что папа вопреки первоначальному согласию участвовать в соборном обсуждении вопроса, теперь отказывается это делать и выдвигает неприемлемые условия (ACO. T. 4. Vol. 1. P. 11-12). Далее, указав, что он сохраняет и принимает четыре Вселенских Собора и следует вере великих отцов Церкви, император просил вновь рассмотреть вопрос о «Трех Главах», в т. ч. обсудить отзывы отцов Церкви о Феодоре Мопсуестийском, а также обсудить вопрос об анафематствовании еретиков после смерти. В заключение император убеждал отцов скорее представить свое мнение, отметив, что откладывать ответ о правой вере (намек на отсутствовавшего папу Вигилия) не что иное, как отвергать правое исповедание; он подчеркнул, что «в вопросах, касающихся веры, нет ни первого, ни второго» (ACO. T. 4. Vol. 1. P. 14; ДВС. Т. 3. С. 303). Затем были прочитаны послание патриарха Евтихия к папе Вигилию (CPG, N 6937) и ответ последнего (CPG, N 9350). Вопреки желанию св. Юстиниана, убеждавшего участников Собора приступить без папы Вигилия к работе, Собор решил его пригласить и направил к нему делегацию из 20 епископов, но папа, сославшись на болезнь, отказался явиться на заседание.

2-е деяние

8 мая. Был заслушан доклад участников посольства к папе Вигилию о посещении его 6 мая. Папа вновь отказался принять участие в работе Собора, мотивируя отказ малым числом зап. епископов и ссылаясь на невыполнение обещания пригласить др. епископов из Италии. Папе Вигилию было замечено, что император такого обещания не давал, а зап. епископов в К-поле и так достаточно; ему также напомнили, что и на прежних Вселенских Соборах представители Запада всегда составляли меньшинство. Др. требование папы, касавшееся «равного представительства», вызвало протест со стороны участников посольства как противное церковным правилам, т. к. при этом игнорировалось бы огромное число епископов. По их мнению, принцип равенства можно было бы соблюсти только в том случае, если бы каждый из 5 Патриархатов был представлен равным числом делегатов (ACO. T. 4. Vol. 1. P. 24-27). Обо всем этом было доложено императору, к-рый отправил 7 мая к папе новую делегацию, состоявшую из 4 высших сановников и 12 епископов. Их сообщение о переговорах также было заслушано Собором. Папа и на этот раз отказывался явиться и просил отсрочки в 20 дней для объявления собственного решения в отношении «Трех Глав» (ACO. T. 4. Vol. 1. P. 27-28). В конце заседания был поставлен вопрос об отсутствии епископов Примасия (из пров. Бизацена в Сев. Африке), Сабиниана, Проекта и Павла (из Иллирика). К ним были направлены делегации, сообщившие об их отказе участвовать в Соборе: Примасий ссылался на отсутствие папы, а иллирийские епископы - их архиеп. Бенената. Собор постановил отложить на время рассмотрение дела еп. Примасия «на основании церковного предания», а иллирийским епископам указать, что Бененат пребывает в общении и согласии с участниками Собора (ACO. T. 4. Vol. 1. P. 29-31; ДВС. Т. 3. С. 311-312).

3-е деяние

9 мая (такую датировку принимают, следуя краткой редакции; по пространной редакции - 12 мая). Участники Собора, прежде чем начать исследование дела о «Трех Главах», определили, следуя во многом зачитанному в 1-м деянии «Определению» св. Юстиниана (Hefele, Leqlercq. Hist. des conciles. Vol. 3 (1). P. 84), основные принципы своей работы - придерживаться решений четырех Вселенских Соборов и учения св. отцов: святителей Афанасия Великого, Василия Великого, Григория Богослова, Григория Нисского, Амвросия Медиоланского, Иоанна Златоуста, Кирилла Александрийского, Прокла К-польского, Льва Великого, блж. Августина, еп. Илария Пиктавийского, архиеп. Феофила Александрийского, принимая все, что «они изложили о правой вере и об осуждении еретиков» (ACO. T. 4. Vol. 1. P. 37; ДВС. Т. 3. С. 314).

4-е деяние

13 мая (так по пространной редакции, по краткой - 12 мая). Собор непосредственно перешел к рассмотрению учения «Трех Глав». Прежде всего был прочитан 71 фрагмент из различных работ Феодора Мопсуестийского (эту подборку заранее передал участникам Собора имп. св. Юстиниан) и составленный им символ веры, обсуждавшийся без упоминания имени автора еще в 6-м деянии III Вселенского Собора (431) и признанный еретическим. Отметив, что прочитанного вполне достаточно для осуждения Феодора Мопсуестийского, мнения к-рого «надлежало бы подвергнуть анафематствованию», отцы Собора решили изучить то, «что высказали против него святые отцы, законы императорские и писатели истории» (ACO. T. 4. Vol. 1. P. 72; ДВС. Т. 3. С. 340).

5-е деяние

17 мая (по пространной редакции, 15 мая - по краткой). Были прочитаны различные свидетельства, обличавшие еретическое учение Феодора Мопсуестийского: сочинения свт. Кирилла Александрийского и свт. Прокла К-польского, переписка свт. Кирилла с прп. Акакием, еп. Мелитинским, Раввулой Эдесским и др., выдержка о Феодоре Мопсуестийском из «Церковной истории» Исихия, пресв. иерусалимского, 2 закона императоров Феодосия II и Валентиниана III против мудрствующих, подобно Несторию и Феодору, а также отзывы об учении «о двух Сынах», высказанные Феофилом, архиеп. Александрийским, и свт. Григорием Нисским. Диак. Диодор отметил, что о Феодоре отзывался с похвалой свт. Кирилл, а свт. Григорий Богослов состоял с ним в переписке. Чтение фрагмента «Что един есть Христос» (Quod unus est Christus - ACO. T. 4. Vol. 1. P. 96-97; ДВС. Т. 3. С. 362-363) показало, что эта работа свт. Кирилла написана скорее для обличения Феодора и нечестивых его сочинений и не представляет собой положительного отзыва о нем. Адресатом же мн. писем свт. Григория Богослова был др. Феодор - митр. Тианский, в епархии к-рого находилась и кафедра свт. Григория, г. Назианз, и его родное мест. Арианз, упомянутые в переписке (ACO. T. 4. Vol. 1. P. 97-100; ДВС. Т. 3. С. 363-366; см.: Hauser-Meury M.-M. Prosopographie zu den Schriften Gregors von Nazianz. Bonn, 1960. S. 161 ff.). Затем Собор обратился к вопросу об осуждении еретиков после смерти. В опровержение мнения защитников «Трех Глав» были прочитаны выдержки из работ вост. и зап. отцов (в т. ч. 4 письма блж. Августина - ACO. T. 4. Vol. 1. P. 102-103; ДВС. Т. 3. С. 368-369), оправдывавших подобное осуждение, а также заслушаны акты Мопсуестийского Собора 550 г. о времени прекращения поминовения Феодора в Мопсуестии (ACO. T. 4. Vol. 1. P. 115-130; ДВС. Т. 3. С. 381-395). Остальная часть деяния касалась Феодорита, еп. Кирского: были прочитаны фрагменты его сочинений, проповедей и переписки с «восточными» епископами Андреем Самосатским и Иоанном Антиохийским, направленных как против 12 анафематизмов свт. Кирилла, так и против III Вселенского Собора (ACO. T. 4. Vol. 1. P. 130-136; ДВС. Т. 3. С. 395-401).

6-е деяние

19 мая (так в краткой редакции, по пространной - вновь 17 мая). Собор занимался посланием Ивы, еп. Эдесского, к Маре Персу, оглашенным в начале заседания (ACO. T. 4. Vol. 1. P. 138-140; ДВС. Т. 3. С. 402-404). Далее было заслушано послание свт. Прокла К-польского к Иоанну Антиохийскому, в к-ром Ива обвинялся в принадлежности к несторианской ереси и распространении работ Феодора Мопсуестийского в переводе на сир. язык. Прочитав в опровержение обвинений Ивы против свт. Кирилла выдержки из 1-го деяния III Вселенского и 2-го и 4-го деяний IV Вселенского Соборов, отцы Собора исследовали пункт за пунктом учение, содержащееся в послании Ивы, сравнивая его с учением, провозглашенным IV Вселенским Собором, и пришли к выводу, что оно «во всем противно» определению этого Собора о вере, подчеркнув, что именно поэтому все халкидонские отцы потребовали от Ивы анафематствовать Нестория и его «нечестивые догматы» и подписать правосл. вероопределение. Собор объявил послание Ивы еретическим, осудил его, указав, что «кто принимает послание, тот отвергает святых халкидонских отцов», и, признав удовлетворительным исследование, произведенное о «Трех Главах», отложил составление и подписание окончательного решения до следующего деяния (ACO. T. 4. Vol. 1. P. 182; ДВС. Т. 3. С. 447).

7-е деяние

26 мая (такую датировку принимает Гефеле, следуя Лаббе и Дж. Манси; пространная редакция дает 3 июня, краткая - 15 мая). В начале на заседание прибыл по приказанию императора его советник, квестор, Константин, прося отцов разрешить ему сделать сообщение о событиях, имевших место накануне, а также представить 7 документов, переданных для оглашения на Соборе.

Выяснилось, что 25 мая папа Вигилий через иподиак. Сервусдеи пригласил патрикиев Велисария и Цетега, консуляров Юстина и Константина, а также епископов Феодора, Бенигна и Фоку, чтобы передать им ответ о «Трех Главах», известный под названием «Constitutum I». Он датирован 14 мая 553 г., адресован св. Юстиниану и подписан 17 епископами и 3 диаконами (Collectio Avellana // CSEL. 35. Pt. 1. P. 230-320). Папа предлагал компромиссное решение спора, отражая зап. т. зр. Разбирая собрание 60 отрывков работ Феодора Мопсуестийского (неск. меньшее рассмотренного в 4-м деянии Собора), папа критикует его учение, осуждает своей «апостольской властью» как еретическое. В отношении личности Феодора папа указывает, что не только сам не в праве его осудить, но запрещает так поступать другим; хотя мн. св. отцы и высказывались против учения Феодора, но они не осуждали его лично. В отношении же Ивы и Феодорита папа Вигилий предал анафеме несторианские и монофизитские идеи, содержавшиеся в их писаниях, но при этом также высказался против их личного осуждения, т. к. первый анафематствовал Нестория и принял учение свт. Кирилла и оба они подписали решения III Вселенского Собора. По мнению папы Вигилия, всякие нападки на них лишь идут во вред IV Вселенскому Собору. Папа, подчеркивая свой авторитет, ставил себя не только выше епископов, но и над Вселенским Собором; его суждение о «Трех Главах» было призвано возыметь обязательную для всей Церкви силу. Приглашенные папой сановники и епископы, сославшись на отсутствие полномочий, предложили ему передать ответ непосредственно императору. Папа попытался сообщить им содержание, но они не захотели его слушать и предложили ему участвовать в Соборе. Тогда папа Вигилий отправил иподиак. Сервусдеи к св. Юстиниану. Император отказался принять от папы новое решение о «Трех Главах», заметив ему через посланного клирика: «Если ты осудил их согласно с тем, что уже было сделано ранее,- мы имеем много таких писаний, к-рые ты составил, и еще в одном не нуждаемся; если же то, что сейчас ты сделал, противно тому, что сделано прежде,- ты сам себя осуждаешь твоим документом, отступая от правых догматов и защищая нечестие» (ACO. T. 4. Vol. 1. P. 185).

V Вселенский Собор. Роспись ц. Успения Пресв. Богородицы мон-ря Любостиня (Сербия). 1402-1405 гг.
V Вселенский Собор. Роспись ц. Успения Пресв. Богородицы мон-ря Любостиня (Сербия). 1402-1405 гг.

V Вселенский Собор. Роспись ц. Успения Пресв. Богородицы мон-ря Любостиня (Сербия). 1402-1405 гг.

Затем на Соборе были оглашены документы, представленные квестором Константином. В 2 письмах папы Вигилия к имп. св. Юстиниану и имп. Феодоре, почти дословно повторявших друг друга, папа, требуя «прав, к-рые,- говорил он,- действительно были даны Богом моей кафедре» (iura vero quae a Deo donata sunt sidi meae, exigo - ACO. T. 4. Vol. 1. P. 187-188), анафематствовал письмо Ивы, догматику Феодорита, творения Феодора Мопсуестийского и его самого. Были прочитаны послание папы Вигилия к диаконам Рустику и Севастиану с информацией об их низложении за оппозицию к его «Judicatum» 548 г. (ACO. T. 4. Vol. 1. P. 188-194; ДВС. Т. 3. С. 450-457), а также 2 его послания к Валентиниану, еп. Том, и Аврелиану, еп. Арелатскому, в к-рых он заверял, что, осуждая «Три Главы», остается приверженцем халкидонского Православия, и извещал о дисциплинарных мерах в отношении своих клириков (ACO. T. 4. Vol. 1. P. 195-196, 197-198; ДВС. Т. 3. С. 457-461). Затем была оглашена клятва, данная папой 15 авг. 550 г., о согласии осудить «Три Главы» даже после отмены «Judicatum» (ACO. T. 4. Vol. 1. P. 198-199). Появление этой «бумаги» (chartulam), тайно хранившейся в имп. архиве, открывало глаза зап. епископам на роль папы в споре и проливало свет на непоследовательность его действий. В заключение было представлено послание имп. Юстина I к магистру милитум (главнокомандующему войсками префектуры) Востока Ипатию о несторианах, устроивших в нач. 20-х гг. VI в. шествие в г. Кир в честь Феодорита, Диодора, Феодора и Нестория (ACO. T. 4. Vol. 1. P. 199-200; ДВС. Т. 3. С. 461-462).

По окончании слушания, когда участники Собора решили отложить вынесение приговора на следующий день, вновь явился квестор Константин, сообщив, что имеет еще один имп. документ, к-рый он должен довести до сведения отцов. Диак. Стефан зачитал «Определение» императора о папе Вигилии. Поскольку папа многократно в течение 7 лет письменно и устно осуждал «Три Главы», а теперь отказывается участвовать в соборном исследовании этого вопроса и защищает нечестивые главы, он сделался чуждым Кафолической Церкви, отделив себя от общения с др. епископами, и император предписывает вычеркнуть имя Вигилия из священных диптихов. При этом единство с апостольским престолом древнего Рима сохраняется (ACO. T. 4. Vol. 1. P. 200-202).

8-е деяние

2 июня. На этом последнем заседании Собор объявил свое догматическое решение против «Трех Глав». Заключительный документ подписали 152 участника, впосл. к ним присоединились еще 16 епископов. В обширной преамбуле отмечались причины созыва Собора, сообщалось о шагах, предпринятых для того, чтобы убедить папу Вигилия принять участие в заседаниях, подчеркивалась необходимость осуждения «Трех Глав», т. к. через них несториане пытались ввести свою ересь в Церковь. Далее следовали 14 анафем (ACO. T. 4. Vol. 1. P. 220; ДВС. Т. 3. С. 474), во многом повторявших исповедание веры св. Юстиниана (551).

Результаты Собора

Соборное решение и имп. «Определение» поставили папу Вигилия в затруднительное положение, но в конце концов он признал свои ошибки. В послании к Евтихию от 8 дек. 553 г. (ACO. T. 4. Vol. 1. P. 245-247; ДВС. Т. 3. С. 486-489), а затем в «Constitutum II» от 23 февр. 554 г. (ACO. T. 4. Vol. 2. P. 138-168) папа Вигилий соглашался с осуждением «Трех Глав», аннулировал прежние решения и принимал определения V Вселенского Собора. После этого он смог отправиться в Рим, но по дороге скончался в Сиракузах 7 июня 555 г.

Собор был признан практически повсеместно на Востоке без к.-л. осложнений, известны единичные случаи высылки в изгнание сторонников «Трех Глав» (гл. обр. в К-поле). Монофизиты, обращения к-рых так желал император, остались к Собору равнодушны. На Западе долго сохранялась оппозиция; сравнительно легко подавленная в Африке и Иллирике, она оказалась достаточно упорной на севере Италии. Возникшую в Медиолане и Аквилее после Собора схизму удалось окончательно залечить лишь к кон. VII в.

А. В. Храпов

Богословие Собора

Можно сказать, что рецепция богатейшего вероучительного содержания Халкидонского ороса продолжается до наст. времени. С одной стороны, каждый век, по-новому осмысляя христ. веру, находит в Халкидоне неиссякающий источник богословского и духовного вдохновения. С др. стороны, Халкидон стал «камнем преткновения» для многих. И в наше время десятки миллионов вост. христиан не приемлют Халкидон. Противление IV Вселенскому Собору началось сразу же по его завершении. Оно с разной интенсивностью проявлялось в Египте, Палестине, Сирии, М. Азии, в самом К-поле, где было много выходцев с востока, и за пределами империи, в Армении, Грузии, Персии и Эфиопии. Уже через неск. лет после IV Вселенского Собора преемник имп. Маркиана имп. Лев I сразу по восшествии на престол в 457 г. прибег к письменному опросу епископата об отношении к Халкидону. Результат был впечатляюще положительный (АСО. T. 2. Vol. 5. P. 9-98). Но за этими офиц. бумагами скрывалась грозная реальность. С огромным трудом, с помощью полиции и армии, имп. Льву удавалось поддерживать внешнее церковное единство. Но вскоре после его смерти в 474 г. узурпатор Василиск решил умиротворить противников Халкидона изданием Энкиклиона. Этот вероучительный имп. закон суммарно анафематствовал Томос папы св. Льва к свт. Флавиану и все «новшества» Халкидонского Собора. Осуждалось также приписывавшееся Евтихию учение о небесном происхождении Тела Христова. Закон имел скорее компромиссную интенцию: он предлагал ограничиваться учением 3 первых Вселенских Соборов и при этом не высказывался определенно ни в пользу формулы «единая природа», ни против формулы «в двух природах». В конце очень недолгого правления Василиск убедился в своей неудаче и вынужден был отменить Энкиклион. Вернувшийся к власти имп. Зинон также пытался разными средствами достичь церковного мира. В 482 г. он по договоренности с К-польским патриархом Акакием издал «объединительный эдикт» - Энотикон, где признавались первые 3 Вселенских Собора, анафематствовались Несторий и Евтихий, официально принимались «12 глав» свт. Кирилла Александрийского из его 3-го послания к Несторию, Христос признавался «единосущным Отцу по божеству и единосущным нам по человечеству», отвергались «разделяющие, и сливающие, и вводящие воображение», т. е. кроме крайних евтихиан, склонявшихся считать человечество Спасителя кажущимся, также несториане и монофизиты, с нек-рым использованием халкидонской терминологии («нераздельно, неслиянно»). Сам Халкидонский Собор прямо не осуждался, но анафематствовался «всякий или думавший, или думающий нечто иное, или теперь, или когда бы то ни было, или в Халкидоне, или на каком бы то ни было Соборе» (Evagr. Schol. Hist. eccl. III 14). Неясность была в том, что этот выпад против Халкидона можно было относить по желанию либо к Собору как таковому, либо к высказываниям отдельных его членов, не вошедшим в Халкидонский орос. Энотикон еще больше, чем Энкиклион, стремился установить компромиссное равновесие между православными и антихалкидонитами. Вновь обходились молчанием формулы «единая природа» и «в двух природах». Предполагалось, что каждый останется при своем, хотя бы временно, но церковное общение 2 партий будет твердо восстановлено. Политика компромисса вновь потерпела поражение. Самым значительным последствием Энотикона явился церковный разрыв Рима с К-полем (484-519), именуемый «акакианской схизмой», по имени патриарха, к-рого из политического конформизма представили на Западе главным виновником Энотикона. Мира не наступило, церковная жизнь была наполнена борьбой различных направлений. Еще тяжелее положение стало при имп. Анастасии I, к-рый явно склонялся к антихалкидонизму. Большой гнев жителей К-поля вызвала сделанная имп. Анастасием вставка в Трисвятое слов «распныйся за ны». Эта вставка была заимствована у антихалкидонитов и воспринималась православными как еретическая. Прекращение акакианской схизмы произошло благодаря имп. св. Юстиниану, к-рый уже в правление своего дяди Юстина I (518-527) играл решающую роль. Во время своего правления (527-565) св. Юстиниан влиял на церковную жизнь в двойном качестве - императора и богослова. Поначалу св. Юстиниан выступал с позиции «строгого халкидонизма». Когда «скифские» (с низовья Дуная) монахи выступили с инициативой согласования Халкидона с учением свт. Кирилла Александрийского, и в частности защищали «теопасхитскую» формулу «Един от Троицы был распят и пострадал», св. Юстиниан, в высокой степени заинтересованный в единомыслии с Римом, где болезненно воспринимали любое действительное или мнимое покушение на Халкидонское вероучение, отправил папе Гормизду письмо от 29 июня 519 г. (CPG, N 6867), где в соответствии с негативной реакцией на «скифское» предложение папских легатов в К-поле высказывался о нем отрицательно. Но уже через неск. дней папе было отправлено новое послание (СPG, N 6869), к-рое должно было в пути обогнать первое; в нем св. Юстиниан высказывался о «благочестивых монахах» уже положительно, прося папу немедленно выразить свое мнение. 9 июля и 9 сент. 520 г. св. Юстиниан направляет папе новые послания (CPG, N 6870 и 6873), где защищает «теопасхитскую» формулу, опираясь на богословие блж. Августина. Вводя в формулу понятие лица, св. Юстиниан рассчитывал рассеять опасения Запада в том, что «теопасхизм» приписывает страдания Божественной природе. Впосл. св. Юстиниан подтвердил «теопасхизм» в законе от 5 марта 533 г. (CJ. I 1. 7), где формула скифских монахов дается с мн. пояснениями. Теперь «теопасхизм» признал и Рим, что выразилось в послании папы Иоанна II имп. св. Юстиниану (CJ. I 1. 8). Св. Юстиниан выразил правосл. «теопасхизм» также в тропаре «Единородный Сыне...», к-рый звучит на каждой литургии. «Теопасхизму» продолжали еще противиться акимиты, некогда весьма влиятельные монахи обителей «неусыпающих», ревнители старой антиохийской христологии. Св. Юстиниан потребовал у К-польского патриарха св. Епифания осуждения акимитов и насильственно распустил все их мон-ри, кроме столичной Студийской обители. История теопасхитского спора показывает, что среди православных не было полного единомыслия. Но у их противников единомыслия было еще меньше. Столетие между IV и V Вселенскими Соборами - время кризиса Православия, к-рое было вынуждено занять оборонительную позицию, и расцвета «монофизитства», к-рое, однако, распалось на множество (до 20) направлений, причем нек-рые из них возникали по причине личных конфликтов вождей, но др. имели свои богословские особенности. Правосл. авторы стали обозначать антихалкидонизм словом «монофизитство» достаточно поздно: Анастасий Синаит в кон. VII в. (PG. 89. Col. 41) и прп. Иоанн Дамаскин в нач. VIII в. (PG. 94. Col. 741). Поэтому правильнее было бы называть «монофизитов» антихалкидонитами или в соответствии с преобладавшими у них доктринами «диплофизитами», поскольку они все же признавали двойственность «единой природы» Христа. В царствование св. Юстиниана основной церковной проблемой оставалось монофизитство. К решению этой проблемы можно было подходить по-разному. В теопасхитском споре св. Юстиниан занял позицию, к-рая должна была, акцентируя единство Лица Богочеловека, показать монофизитам, что православные вовсе не несториане. В 532 или 533 г. св. Юстиниан устроил в К-поле собеседование между православными и севирианами, последователями Севира, бывш. патриарха Антиохийского, умеренного монофизита (CPG, N 6846, 6849). Сам Севир приглашался на собеседование, но отказался прибыть в столицу. Участники собеседования (по 6 с каждой стороны) имели полную свободу высказывания, и встреча прошла в спокойной обстановке. Результат, однако, был очень скромный - только один из монофизитских участников собеседования убедился в истинности Православия. 2 мая - 4 июня 536 г. в К-поле состоялся поместный Собор, к-рый осудил как монофизитов Анфима, патриарха К-польского, Севира Антиохийского, Петра, еп. Апамейского, и мон. Зоора. В Соборе участвовали представители Церквей Римской, Антиохийской и Иерусалимской. Догматическое содержание соборного определения достаточно скудное. Св. Юстиниан подтвердил осуждение этих четверых особым законом от 6 авг. 536 г. (АСО. Т. 3. С. 119-123). Осуждение монофизитства св. Юстиниан развивает в догматическом послании александрийским монахам (PG. 86. Col. 1104-1146), недавно обратившимся из севирианства в Православие. Император доказывает обоснованность формулы «две природы» и показывает, что Севир, представлявший себя верным богословию свт. Кирилла Александрийского, очень далеко от него отошел. Свт. Кириллу не чужд дифизитский язык, и сам Севир не может этого отрицать, но Севир не только отказывается употреблять нек-рые из выражений свт. Кирилла, но и вводит новые термины. Еретическим новшеством является формула «единая сложная природа». Отвергая монофизитские концепции, допуская при этом терминологическое многообразие, император отдает решительное предпочтение халкидонской терминологии. Фрагментарно сохранившееся послание св. Юстиниана патриарху Александрийскому Зоилу (PG. 86. Col. 1145-1150) учением о двух энергиях во Христе предвосхищает VI Вселенский Собор (см. также: PG. 86. Col. 1124, 1148). Кроме прямой борьбы с монофизитством св. Юстиниан использовал обходной путь, осуждая несторианство и, т. о., реабилитируя Халкидон в глазах монофизитов. Именно так возникла идея осуждения «Трех Глав», т. е. сочинений Феодора, еп. Мопсуестийского, и его самого, сочинений Феодорита, еп. Кирского, направленных против свт. Кирилла, и послания Ивы Эдесского Маре Персу. Сохранились фрагменты сочинения св. Юстиниана «In damnationem trium capitulorum» (CPG, N 6881) с анафематствованием «Трех Глав» (544-545). Против «Трех Глав» направлено и послание св. Юстиниана иллирийским епископам (CPG, N 6882). Возмущенный тем, что адресаты его письма на своем Соборе пытались защищать «Три Главы», император обосновывает свою позицию. Новая инициатива св. Юстиниана встретила сильное противодействие на Западе, к-рый оценил ее как очередное покушение на авторитет Халкидона; в научной лит-ре до сих пор преобладает внушенная лат. полемистами VI в. негативная оценка борьбы св. Юстиниана против «Трех Глав», оценка, распространяемая и на V Вселенский Собор. Из книги в книгу повторяется анекдотическая инсинуация Либерата Карфагенского о том, что оригенисты, не желавшие осуждения Оригена, пытались переключить внимание св. Юстиниана на др. предмет, что несостоятельно уже потому, что эдикт против Оригена (АСО. T. 3. P. 189-214; PG. 86 Col. 945-993) был издан до начала деятельности св. Юстиниана против «Трех Глав», не позже нач. 542 г. (АСО. T. 3. P. VIII). На самом деле борьба с несторианством еще долго сохраняла актуальность. Даже прп. Иоанн Дамаскин в нач. VIII в. посвятил опровержению несторианства 2 специальных трактата (Ioan. Damasc. De fide contr. Nest.; Contr. Nest.). В значительной мере вытесненное за пределы империи, оно все больше набирало силу в соседней Персии, где шел процесс «несторианизации» Церкви Востока. Главным богословским авторитетом несторианства оставался Феодор Мопсуестийский. В самой империи его богословие и то, что было сродного ему у Феодорита Кирского, питало несторианскую тенденцию богословия, к-рая в условиях жестокой полемики с монофизитами работала в пользу последних. Св. Юстиниан показывает, что несторианская ересь бывает иногда настолько скрыта, что проявляется не на терминологическом, а на грамматическом уровне. Когда Феодор говорит о Боге и человеке во Христе «иной и иной», ересь выдается здесь муж. родом, замена к-рого на средний дает правосл. высказывание (PG. 86 Col. 1063). Но часто несторианство проявляет себя более грубым образом: в учении о двух лицах во Христе (Ibid. 1073 - после св. Юстиниана это хрестоматийный пример богословия Феодора; см. также: Ibid. 1053, 1057, 1059, 1065 et al.); в терминологии «обитания» (сравнение Иисуса из Назарета с храмом и Живущим в нем Богом - Ibid. 1021) и связи (σχέσις - Ibid. 1071); в аналогии с мужем и женой (Ibid. 1073), выражающей двойственность лиц; в отказе признать два рождения Одного и Того же Сына Божия - от Отца и от Девы (Ibid. 1053); в учении о том, что Человек Иисус не чужд не только неукоризненных естественных немощей человека, но даже и греховных наклонностей, с к-рыми Он боролся в ходе нравственного совершенствования (Ibid. 1039). В основе всего этого лежит убеждение несториан в том, что Сын Божий соединился с человеческой ипостасью, существовавшей прежде соединения (Ibid. 997). Св. Юстиниан противопоставляет этому учение, согласно к-рому человеческая природа Христа не имеет особой ипостаси, поскольку она до Воплощения не существовала, а соединилась с Ипостасью Слова в момент зачатия (Ibid. 1011, 1133). Т. о. отвергается несторианская двойственность лиц во Христе, вводящая «четвертое лицо» в Святую Троицу (Ibid. 1108). Св. Юстиниан при этом неоднократно говорит о сложности Ипостаси Иисуса Христа (PG. 86. Col. 1009, 1011, 1015, 1067). Св. Юстиниан, во многом опирающийся на труды своих старших современников Иоанна Кесарийского, Леонтия Византийского и др., выгодно отличается от них: его богословие основывается на Свящ. Писании и огромном материале святоотеческих творений, ему чужд рационально-схоластический характер, в центре его внимания - сотериологический и сакраментальный смысл Боговоплощения. В конечном счете несториане не правы потому, что отрицают совершенное Христом спасение человека, отрицая ипостасное единство Бога и человека во Христе. «Чьи Тело и Кровь мнят они принимать, облагодетельствованного или облагодетельствовавшего?» - вопрошает св. Юстиниан (Ibid. 1053). Будучи заблуждением разума, несторианство, считает он, открывается прежде всего как заблуждение религ.- «человекопоклонство» (Ibidem). Важное место в системе доказательств св. Юстиниана занимают исторические аргументы. Он обличает как истинного отца несторианства Феодора Мопсуестийского, показывает, что Халкидонский Собор одобрил 12 анафематизмов свт. Кирилла Александрийского, осудив, и притом посмертно, Домна Антиохийского, предлагавшего предать их умолчанию, утверждает на основании этого и др. прецедентов возможность посмертного осуждения Феодора, к тому же уже вычеркнутого из диптиха Церкви Мопсуестии, напоминает, что погрешившие своей полемикой против свт. Кирилла Феодорит Кирский и Ива Эдесский были приняты в общение IV Вселенским Собором как кающиеся.

Собором был затронут вопрос об Оригене. В IV в. представителями оригенизма явились Дидим Слепец (ум. ок. 398) и Евагрий Понтийский (ум. 399). В век св. Юстиниана оригенизм был распространен среди монашеской интеллектуальной элиты. Оригенизм пронизывал все области богословия, проявляясь в триадологии, христологии, антропологии, космологии и эсхатологии. В триадологии Ориген ввел субординационизм (PG. 86. Col. 947, 949, 983). Оригеновская христология тесно связана с его учением о мире и человеке. Мир совечен Богу. Все сотворенные духи существуют в Боге как нерасчлененная единица (Ibid. 991). Расчленение связано с удалением от Бога. По мере удаления от Бога тварный ум охладевает и превращается в душу. Воплощение душ - наказание за их удаление от Бога (Ibid. 949, 955, 975). Единственный тварный ум не отпал от Бога. Этот ум, превечно соединенный с Богом Логосом, воплотился на земле от Девы Марии. Крестная Жертва не уникальна, т. к. может быть повторена Христом, когда Он воплотится в др. эонах. Ориген допускал также перевоплощение др. людей (Ibid. 965-985), причем отпадшие от Бога души воплощаются не только в человеческие тела, но и в животных, и в небесные светила (Ibid. 971, 987). Спасение состоит в возвращении к Богу, к-рое Ориген понимал как развоплощение. Хотя в воскресении будет некая телесность, это будет совсем новая, тонкая, «сферообразная» форма тела (Ibid. 969, 973). После определенного периода окончатся муки осужденных нечестивых людей и демонов и произойдет всеобщее восстановление в прежнем ранге (Ibid. 975). Последнее утверждение противоречит Свящ. Писанию и Преданию и имеет против себя тот моральный аргумент, что такое учение порождает нерадение о своем спасении и фактически уравнивает праведных, грешных и демонов (Ibidem). Спиритуалистической антропологии св. Юстиниан противопоставляет библейское учение об одновременном сотворении тела и души, из к-рых и состоит человек (Ibid. 953, 965). Оригеновское учение о совечности мира утверждает зависимость Бога от мира и ограниченность Бога (Ibid. 947).

В основу постановлений V Вселенского Собора легли суждения св. Юстиниана против «Трех Глав» и оригенизма (CPG, N 6880, 6881, 6882, 6885, 6886, 6887). То, что эти документы не включены в Деяния Собора, объясняется не только дефектностью сохранившегося лат. перевода Деяний, но и политикой св. Юстиниана, к-рый перед лицом зап. подозрений и обвинений хотел продемонстрировать полную свободу Собора от давления имп. власти.

Анафематизмы Собора против «Трех Глав»

«1. Если кто не исповедует одно естество или существо Отца и Сына и Святого Духа, и одну силу и власть, Троицу единосущную, одно Божество, покланяемое в трех Ипостасях или Лицах: тот да будет анафема. Ибо един Бог и Отец, из Которого все, и един Господь Иисус Христос, чрез Которого все, и един Дух Святый, в Котором все.

2. Если кто не исповедует два рождения Бога Слова, одно прежде веков от Отца, безвременно и бестелесно, а другое в последние дни, когда Он же сошел с небес, и воплотился от святой славной Богородицы и Приснодевы Марии, и родился от Нее: тот да будет анафема.

3. Если кто говорит, что иной есть Бог Слово, творивший чудеса, и иной Христос пострадавший, или говорит, что Бог Слово был со Христом, родившимся от Жены, или был в Нем, как иной в ином, а не (говорит, что) один и тот же есть Господь наш Иисус Христос, Слово Божие, воплотившийся и вочеловечившийся, и Его же самого суть чудеса, и страдания, которые Он претерпел добровольно плотию: тот да будет анафема.

4. Если кто говорит, что соединение Бога Слова с человеком совершилось по благодати, или по энергии, или по достоинству, или по равночестию, или власти, или перенесению, или соотношению, или силе; или по благоволению, как будто бы Богу Слову был угоден человек потому, что Он благо и добро изволил о нем, как говорит безумный Феодор; или по соименности, по которой несториане, называя Бога Слово Иисусом и Христом, и отдельно человека именуя Христом и сыном, и явно говоря, что два лица, притворно говорят, что и одно Лицо и один Христос, по одному наименованию, и чести, и достоинству, и поклонению; а не исповедует, что соединение Бога Слова с плотию, одушевленною словесной и разумной душой, совершилось по сочетанию или по ипостаси (κατὰ σύνθεσιν ἤγουν καθ᾿ ὑπόστασιν), как учили святые отцы, и что поэтому в Нем одна ипостась, которая есть Господь Иисус Христос, один из Cвятой Троицы: тот да будет анафема. Ибо, при многообразном понимании соединения, последователи нечестия Аполлинария и Евтихия, придерживаясь исчезновения того, что соединилось, предпочитают соединение по слиянию (κατὰ σύγχυσιν), а единомышленники Феодора и Нестория, радуясь разделению, вводят соединение относительное (σχετικήν). Святая Церковь Божия, отвергая нечестие той и другой ереси, исповедует соединение Бога Слова с плотию по сочетанию, то есть, по ипостаси. Ибо соединение по сочетанию в тайне (воплощения) Христа не только сохраняет неслиянным то, что соединилось, но не принимает и разделения.

5. Если кто понимает единую Ипостась Господа нашего Иисуса Христа так, будто она принимает на себя обозначение многих ипостасей, и чрез это старается ввести в тайну (воплощения) Христа две ипостаси или два лица, и из двух вводимых им лиц говорит об одном лице по достоинству и чести и поклонению, как писали безумные Феодор и Несторий, и клевещет на святой Халкидонский Собор, будто он употреблял выражение «едина ипостась» в этом нечестивом смысле; а не исповедует, что Слово Божие соединилось с плотию по ипостаси (καθ᾿ ὑπόστασιν), и потому едина Ипостась или одно Лицо Его, и что так именно и святой Халкидонский Собор исповедал единую ипостась Господа нашего Иисуса Христа: тот да будет анафема. Ибо Святая Троица не приняла прибавления лица или ипостаси от того, что воплотился один из Святой Троицы - Бог Слово.

6. Если кто называет святую славную Приснодеву Марию Богородицею в несобственном, а не в истинном смысле, или по перенесению, как будто родился простой человек, но не Бог Слово воплотился и родился от Нее, и рождение человека, по его словам, переносится на Бога Слово, как соприсутствовавшего рождавшемуся человеку, и клевещет на святой Халкидонский Собор, будто он называл Деву Богородицею по этому нечестивому, выдуманному Феодором, разумению; или если кто называет Ее человекородицею, или христородицею, как будто бы Христос не был Богом; а не исповедует, что Она есть Богородица действительно и по-истине, потому что Бог Слово, рожденный от Отца прежде веков, в последние дни воплотился от Нее, и что так именно и святой Халкидонский Собор благочестно исповедал Ее Богородицею: тот да будет анафема.

7. Если кто, говоря: «в двух естествах», не исповедует, что в Божестве и человечестве познается один Господь наш Иисус Христос, дабы чрез это означить различие естеств, из которых неслиянно совершилось неизреченное соединение, так что ни Слово не претворилось в естество плоти, ни плоть не перешла в естество Слова (ибо то и другое остается тем, что есть по естеству, и после того, как совершилось соединение по ипостаси), но принимает это выражение в тайне (воплощения) Христа с разделением на части; или исповедуя число естеств в одном и том же Господе нашем Иисусе Христе Боге Слове воплотившемся, не в представлении только (τῇ θεωρίᾳ μόνῃ) принимает различие (διαφορὰν) этих (естеств), из которых Он и состоит, (различие) не уничтожившееся чрез соединение, (ибо из обоих един, и чрез единого оба), но употребляет это число так, как будто естества разделены и каждое имеет свою ипостась (κεχωρισμένας καὶ ἰδιοϋποστάτους): тот да будет анафема.

8. Если кто, исповедуя, что из двух естеств, божества и человечества, совершилось соединение, или говоря о едином естестве Бога Слова воплощенном, понимает это не так, как учили святые отцы, что из божественного и человеческого естества, чрез соединение по ипостаси, совершился единый Христос; но на основании таких выражений старается ввести одно естество или существо (φύσιν ἤτοι οὐσίαν) божества и плоти Христа: тот да будет анафема. Ибо, признавая, что единородное Слово соединилось с плотию по ипостаси, мы не говорим, что совершилось некое слияние (ἀνάχυσίν τινα) естеств между собою; напротив мыслим, что Слово соединилось с плотию так, что то и другое (естество) остается тем, что оно есть. Посему и един есть Христос, Бог и человек, Он же самый единосущный Отцу по божеству, и единосущный нам по человечеству: ибо Церковь Божия отвергает и анафематствует равно и разделяющих на части или рассекающих, и сливающих тайну божественного домостроительства Христа.

9. Если кто говорит, что поклоняется Христу в двух естествах, от чего вводятся два поклонения, особое Богу Слову и особое человеку, или если кто посредством уничтожения плоти, или посредством слияния божества и человечества, или странным образом вводя одно естество или существо того, что соединилось, так поклоняется Христу; а не поклоняется одним поклонением Богу Слову воплотившемуся вместе с Его собственною плотию, как приняла от начала Церковь Божия: тот да будет анафема.

10. Если кто не исповедует, что распятый плотью Господь наш Иисус Христос есть истинный Бог и Господь славы, и один из Святой Троицы: тот да будет анафема.

11. Если кто не анафематствует Ария, Евномия, Македония, Аполлинария, Нестория, Евтихия и Оригена, с нечестивыми их сочинениями, и всех прочих еретиков, которые были осуждены и анафематствованы святою кафолическою и апостольскою Церковию и святыми четырьмя помянутыми Соборами, и тех, которые мудрствовали или мудрствуют подобно вышесказанным еретикам, и пребыли в своем нечестии до смерти: тот да будет анафема.

12. Если кто защищает нечестивого Феодора Мопсуестийского, говорившего, что иной есть Бог Слово, и иной Христос, Который был обуреваем страстями душевными и вожделениями плотскими, и отдалялся от более дурного мало по малу, и так, преуспевая в делах, улучшился, и образом жизни стал непорочен, Который крестился как простой человек во имя Отца и Сына и Святого Духа и через крещение получил благодать Святого Духа, и удостоился усыновления, и, по подобию царского изображения, принимает поклонение, воздаваемое Богу Слову, и после воскресения сделался неизменяемым в помышлениях и совершенно безгрешным; - того же нечестивого Феодора, говорившего еще, что соединение Бога Слова со Христом совершилось такое же, о каком говорит апостол относительно мужа и жены: будет два в плоть едину (Еф 5. 31),- и сверх других бесчисленных своих богохульств дерзнувшего сказать, что когда Господь по воскресении дунул на учеников и сказал: приимите Дух Свят (Ин 20. 22), то не дал им Святого Духа, а дунул только образно (σχήματι),- говорившего также, что и исповедание Фомы по осязании рук и ребр Господа после воскресения: Господь мой и Бог мой (Ин 20. 28), сказано Фомой не о Христе (ибо он и не называет Христа Богом), но что пораженный необычностью воскресения Фома прославил Бога, воскресившего Христа,- и, что еще хуже, в своем будто бы толковании на Деяния апостольские сопоставлявшего Христа с Платоном, Манихеем, Эпикуром и Маркионом, и говорившего, что как каждый из них, изобретши собственное учение, дал ученикам своим названия платоников, манихеев, эпикурейцев и маркионитов, подобным же образом, когда Христос изобрел учение, от Него стали называться христиане,- итак, если кто защищает вышесказанного нечестивого Феодора и нечестивые его сочинения, в которых он излил как вышесказанные, так и другие неисчислимые богохульства против великого Бога и спасителя Иисуса Христа, а не анафематствует его, и нечестивые его сочинения, и всех, которые поддерживают или защищают его и говорят, что он изложил православно, и которые писали в защиту его и мудрствовали одинаково с ним, или пишут в защиту его или нечестивых его сочинений, и тех, которые мудрствуют или когда-нибудь мудрствовали подобно ему и до смерти остались или остаются в таком нечестии: тот да будет анафема.

13. Если кто защищает нечестивые сочинения Феодорита, которые он написал против истинной веры и против первого Эфесского святого Собора и святого Кирилла и двенадцати его глав, и все, что написал он в защиту нечестивых Феодора и Нестория и в защиту других, которые мудрствовали одинаково с вышесказанными Феодором и Несторием, защищая их и их нечестие, и по причине этого называя нечестивыми учителей Церкви, которые исповедуют соединение по ипостаси Бога Слова с плотию, а не анафематствует упомянутые нечестивые сочинения и тех, которые мудрствовали или мудрствуют подобно им, и всех которые писали против правой веры и святого Кирилла и двенадцати глав, и умерли в таком нечестии: тот да будет анафема.

14. Если кто защищает послание, которое, говорят, написал Ива к Маре Персу, которое отвергает, что Бог Слово, воплотившись от святой Богородицы и Приснодевы Марии, сделался человеком, а говорит, что от Нее родился простой (ψιλόν) человек, которого называет храмом, так что иной есть Бог Слово и иной человек, и клевещет на святого Кирилла, проповедовавшего правую веру христианскую, будто он еретик и писал подобно нечестивому Аполлинарию, и обвиняет первый Эфесский святой Собор, будто он без суда и следствия осудил Нестория, и двенадцать глав святого Кирилла называет то же нечестивое послание нечестивыми и противными правой вере, и защищает Феодора и Нестория и нечестивые их учения и сочинения,- итак если кто защищает упомянутое нечестивое послание, а не анафематствует его и защитников его, и тех, которые говорят, что оно правое, или часть его, и тех, которые писали или пишут в защиту его или нечестия, в нем содержащегося, и дерзают защищать его или заключающееся в нем нечестие именем святых отцов или святого Халкидонского Собора, и в этом пребывают до смерти: тот да будет анафема» (АСО. T. 4. Vol. 1. P. 240-244; 215-220; ДВС. Т. 3. С. 470-474).

Имея главной целью привлечение в церковное общение монофизитов через осуждение несторианства, соборное постановление осуждает при этом симметрически обе ереси - и несторианство, и монофизитство. С одной стороны, осуждаются те, кто халкидонское «в двух природах» истолковывает по-несториански, разделяя лица и ипостаси. С др. стороны, не менее определенно осуждается монофизитское понимание «единой природы Бога Слова воплощенной». Собор вполне сохраняет т. о. рановесие халкидонской христологии, но проявляет терминологическую широту и гибкость, показывая, что одни и те же выражения в зависимости от их понимания приобретают или правосл., или еретический смысл. Допуская правосл. употребление нехалкидонской терминологии, Собор широко открыл двери для примирения с антихалкидонитами. Насколько удался этот замысел? Собор часто оценивают негативно, иногда - резко отрицательно (Болотов. Письма. С. 32). Такая оценка во всяком случае основывается не на внутреннем достоинстве Соборных постановлений, но всего лишь на его историческом антураже. Действительно, окраинные и заграничные народы, противившиеся Халкидону первое столетие после него, по большей части продолжали противиться и после 553 г. Но на почве греч. богословия можно говорить о существенной победе V Вселенского Собора над антихалкидонизмом. Начинается стремительное угасание антихалкидонского греч. богословия, и монофизитство окостеневает в виде разрозненных национальных преданий окраин империи. Покушения на Халкидонское вероопределение стали уже невозможны, и ересь монофелитства имела всего лишь компромиссный характер. До наст. времени включительно христологическое учение V Вселенского Собора востребовано в диалогах правосл. Церкви с вост. нехалкидонскими Церквами.

Правила Собора против оригенизма

«1. Если кто признает мифологическое предсуществование душ и вытекающее из него странное восстановление (ἀποκατάστασιν): да будет анафема.

2. Если кто говорит о происхождении всех разумных (существ), что умы бестелесные и невещественные были без всякого числа и имени, так что все они были единицей по тождеству сущности и силы и энергии, и по соединению с Богом Словом, и по познанию, затем же, пресытившись божественным созерцанием, они обратились к худшему в соответствии с наклонностью (к худшему) каждого и приняли тела более тонкие или более дебелые, и получили имя, поскольку у вышних сил есть различия как в именах, так и в телах: отсюда получили бытие и именование и херувимы, и серафимы, и начала, и власти, или господства, или престолы, и ангелы, и какие есть небесные чины: (таковой) да будет анафема.

3. Если кто говорит, что солнце, и луна, и звезды также, будучи из той же единицы разумных (существ) через деградацию к худшему стали тем, что они есть: да будет анафема.

4. Если кто говорит, что разумные (существа), охладевшие от Божественной любви, связались с более дебелыми, как у нас, телами, и получили имя человеков, а те, кто дошел до величайшего зла, связались с телами холодными и мрачными, и стали и наименовались демонами и духами лукавства: да будет анафема.

5. Если кто говорит, что из ангельского состояния и архангельского происходит состояние душевное, а от души демоническое и человеческое, от человеческого же вновь происходят ангелы и демоны и каждый чин небесных сил, или весь из нижних или из вышних, или из вышних и нижних составлен: да будет анафема.

6. Если кто говорит, что род демонов двойствен и составляется из человеческих душ и из более сильных ниспадающих в него духов, и лишь один ум из всей этой мнимой единицы разумных (существ) пребыл неподвижным в Божественной любви и созерцании, стал Христом и Царем всех разумных (существ), произвел всякое телесное естество, небо и землю и то, что посреди, и что мир, имея существующими (ἐνυπόστατα) более старые, чем его существование, стихии: сухое, влажное, горячее, холодное, и идею, получил существование, приняв ее отпечаток, и что не Всесвятая и Единосущная Троица создала мир, и чрез это (творение) он произошел, но творческий ум, о котором они говорят, предсуществующий миру и дающий бытие миру, привел его в бытие: да будет анафема.

7. Если кто говорит, что Христос, о Котором говорится, что он во образе Божием пребывает и прежде всех веков соединился с Богом Словом, а в последние дни истощил себя до человеческого (состояния), смилостивился, как они говорят, над произошедшим разнообразным ниспадением тех (кто произошел) из оной единицы и, желая их вновь возвести, он был со всеми (διὰ πάντων γενέσθαι), облекся в различные тела и принял различные имена, став всем для всех, в ангелах ангелом, но и в силах силою, и в других чинах или видах разумных (существ) соответственно каждому преображался, затем подобно нам приобщился плоти и крови и стал в человеках человеком, и не исповедует, что Бог Слово истощил Себя и вочеловечился: да будет анафема.

8. Если кто не говорит, что Бог Слово единосущный Богу Отцу и Святому Духу воплотился и вочеловечился будучи единым от Святой Троицы воистину Христом, но в переносном смысле, из-за, как они говорят, истощившего себя ума, как сопряженного Богу Слову и собственно называемого Христом, так что Тот ради этого Христос, и этот ради Того Бог: да будет анафема.

9. Если кто говорит, что не Слово Божие воплотившееся плотию, одушевленною словесною и умною душою, низошло во ад и вновь Оно же взошло на небо, но ум, о котором они говорят нечестиво, что он познанием Монады стал собственно Христом: да будет анафема.

10. Если кто говорит, что Господне тело по воскресении эфирное и по форме сферообразное, и таковыми по воскресении будут и тела остальных, и что когда Господь первым совлечется Своего тела, а затем и все так же, естество тел уйдет в небытие: анафема да будет.

11. Если кто говорит, что будущий суд означает всеконечное уничтожение тел, и что конечная цель - мифологическое невещественное естество, и в будущем не будет ничего вещественного, но голый ум: да будет анафема.

12. Если кто говорит, что соединяются с Богом Словом так неизменно небесные силы и все человеки, и диавол, и духи лукавства, как сам ум, называемый у них Христос, во образе Божием сущий и истощивший, как говорят, себя, и что будет конец царствия Христова: да будет анафема.

13. Если кто говорит, что Христос ни единого всеконечно не будет иметь отличия ни от одного из разумных (существ), ни сущностью, ни знанием, ни всяческой силой или энергией, но все будут одесную Бога, как и их Христос, как и в баснословимом (μυθευομένῃ) ими предсуществовании (они все) пребывали: да будет анафема.

14. Если кто говорит, что (из) всех разумных (существ) одна единица будет, когда ипостаси и числа уничтожатся вместе с телами, и что за познанием о разумных следует гибель миров и отложение тел и уничтожение имен и будет тождество знания, как и ипостасей, и что в баснословимом восстановлении будут одни голые (умы), как они были и в буесловимом ими предсуществовании: да будет анафема.

15. Если кто говорит, что образ жизни умов будет такой же, как первоначальный, когда они не нисходили и не ниспадали, так что начало будет такое же, как конец, и конец будет мерой начала: да будет анафема» (АСО. T. 4. Vol. 1. P. 248-249).

Прежде преобладало мнение, что Ориген был осужден на поместном К-польском Соборе 543 г., а V Вселенский Собор им не занимался, и главы против Оригена были механически присоединены к Деяниям Собора 553 г. В наст. время считается, что Собор непосредственно исследовал оригенизм (АСО. T. 4. Vol. 1. Praef. ХХVIII-ХХIХ). В Деяниях VI Вселенского Собора (АСО II. Vol. 2 (2). P. 714, 768, 850) к имени Оригена присоединяются имена осужденных вместе с ним Дидима Слепца и Евагрия Понтийского. Исследования последних десятилетий показали, что спор VI в. об оригенизме был вызван прежде всего учением Евагрия. Осуждение Оригена, Дидима и Евагрия повторено и VII Вселенским Собором (АСО. T. 4. Vol. 1. P. 590). В наст. время, когда нек-рые секты и оккультные об-ва пытаются реанимировать определенные платонические доктрины, осуждение оригенизма ставит твердую границу между Церковью и любой формой неогностицизма.

Один из главных принципов, провозглашенных Собором,- верность Свящ. Преданию. Собор выносит суждение на основании изучения пространных святоотеческих высказываний. Следуя за св. Юстинианом (АСО. T. 4. Vol. 1. P. 13), Собор провозглашает имена избранных св. отцов: Афанасия Александрийского, Илария Пиктавийского, Василия Великого, Григория Богослова, Григория Нисского, Амвросия Медиоланского, блж. Августина, Феофила Александрийского, Иоанна Златоуста, Кирилла Александрийского, Льва Римского, Прокла К-польского (АСО. T. 4. Vol. 1. P. 37).

Собор очень значителен экклезиологически: это самый «антипапский» из Вселенских Соборов. Римского папу, не пожелавшего на нем присутствовать, Собор, по требованию св. Юстиниана, лишил общения (АСО. T. 4. Vol. 1. P. 201-202). Сам папа, четырежды высказавшись ex cathedra по спорному вопросу, всякий раз изменял свою позицию. Поведение папы Вигилия в связи с Собором и отношение Собора к нему - серьезный исторический аргумент против католич. учения о папской безошибочности.

Лит.: Duchesne L. L'Église au VIe siècle. P., 1925; Болотов В. Письма... Александру Алексеевичу Кирееву. Сремски Карловци, 1930; Schwartz E. Drei dogmatische Schriften Justinians. Münch., 1939. Mil., 19732; idem. Zur Kirchenpolitik Justinians // Ges. Schriften. B., 1960. Bd. 4; Stein E. Histoire du Bas-Empire. Vol. 2: De la disparition de l'empire d'Occident à la mort de Justinien (476-565). P. e. a., 1949; Карташев А. В. Памяти V Вселенского Собора // ПМ. 1955. Вып. 10. С. 60-91; Abramowski L. Reste von Theodorets Apologie für Diodor und Theodor bei Facundus // StPatr. 1957. Bd. 1. S. 61-69; Мейендорф И., протопр. Халкидониты и Монофизиты после Халкидона // ВРЗЕПЭ. 1965. № 52. С. 223-236; Χρύσος Ε. ῾Η ἐκκλησιαστικὴ πολιτικὴ τοῦ ᾿Ιουστινιανοῦ κατὰ τὴν ἤριν περὶ Τὰ τρία Κεφάλαια καὶ τὴν ε´ οἰκουμενικὴν σύνοδον. Θεσσαλονίκη, 1969; idem. Zur Datierung und Tendenz der Werke des Facundus von Hermiane // Kleronomia. 1969. Bd. 1. S. 319-322; Speigl J. Der Autor der Schrift «De Sectis» über die Konzilien und die Religionspolitik Justinians // AHC. 1970. Bd. 2. S. 207-230; Straub J. Die Verurteilung der Drei Kapitel durch Vigilius (Vigilii Epistula II ad Eutychium) // Kleronomia. 1970. Bd. 2. S. 347-375; Frend W. H. C. The Rise of the Monophysite Movement: Chapters in the History of the Church in the fifth and sixth centuries. L., 1972; Zettl E. Die Bestätigung des V. Ökumenischen Konzils durch Papst Vigilius. Bonn, 1974; Amelotti M., Migliardi Zingale L. Scritti teologici ed ecclesiastici di Giustiniano. Mil., 1977; Gerostergios A. Justinian the Great the Empreror and Saint. Belmont (Mass.), 1982; Podskalsky G. Justinian I. // GKG. 1984. Bd. 2. S. 263-274; Μελέτιος, μητροπ. Νικοπόλεως. ῾Η Πέμπτη οἰκουμενικὴ Σύνοδος. ᾿Αθῆναι, 1985; Cameron A. Eustratius's Life of the Patriarch Eutychius and the Fifth Ecumenical Council // Kathegetria / Ed. J. Chrysostomides. Camberley, 1988. P. 225-247; Murphy F. X., Sherwood P. Konstantinopel II und III. Mainz, 1990; Gray P. Konstantinopel II, 553 // TRE. Bd. 19. S. 524-527; idem. Neuchalkedonismus // TRE. Bd. 24. S. 289-296; Bruns P. Zwischen Rom und Byzanz: Die Haltung des Facundus von Hermiane und der nordafrikanischen Kirche während des Drei-Kapitel-Streits (553) // ZKG. 1995. Bd. 106. S. 151-178; Uthemann K. H. Der Neuchalkedonismus als Vorbereitung des Monotheletismus // StPatr. 1997. Vol. 29. S. 373-413; idem. Kaiser Justinian als Kirchenpolitiker und Theologe // Augustinianum. 1999. Bd. 39. S. 5-83; Grazianskij M. Die Politik Kaiser Justinians I. gegenüber den Monophysiten. Jena, 2005. (Общую библиографию см. в ст. Вселенский Собор.)
Прот. Валентин Асмус
Ключевые слова:
Церковное и каноническое право История Древней Церкви (313 - 1054 гг.) Общая история Церкви Вселенский Собор, орган высшей власти в православной Церкви Вселенский V Собор [II Константинопольский] Иконографические сюжеты
См.также:
ВСЕЛЕНСКИЙ II СОБОР [I Константинопольский]
ВСЕЛЕНСКИЙ III СОБОР [I Эфесский]
ВСЕЛЕНСКИЙ IV СОБОР [Халкидонский]
ВСЕЛЕНСКИЙ I СОБОР [I Никейский] (325 г.)
ВСЕЛЕНСКИЙ VI СОБОР [III Константинопольский]
ВСЕЛЕНСКИЙ VII СОБОР [II Никейский]
ВСЕЛЕНСКИЙ СОБОР Вселенский Собор, орган высшей власти в правосл. Церкви
АБАЗГИЙСКАЯ ЕПАРХИЯ Константинопольской Православной Церкви
АББАТ в католической Церкви титул настоятеля монастыря
АВВА
АДМИНИСТРАТИВНОЕ УСТРОЙСТВО ВСЕЛЕНСКОЙ ПРАВОСЛАВНОЙ ЦЕРКВИ
АЙТАЛЛАХ еп. Эдесский (на кафедре 324/25-345/46), один из отцов Всел. I Собора в Никее