Добро пожаловать в один из самых полных сводов знаний по Православию и истории религии
Энциклопедия издается по благословению Патриарха Московского и всея Руси Алексия II
и по благословению Патриарха Московского и всея Руси Кирилла

Как приобрести тома "Православной энциклопедии"

ИОАНН ЧЕШСКИЙ
Т. 24, С. 656-660 опубликовано: 5 августа 2015г.


ИОАНН ЧЕШСКИЙ

Прп. Иоанн Чешский. Икона. XX в. (частное собрание)
Прп. Иоанн Чешский. Икона. XX в. (частное собрание)

Прп. Иоанн Чешский. Икона. XX в. (частное собрание)
[Пустынник; чеш. Ivan Český, ctihodný poustevník] (IX в.), прп. (пам. 24 июня и во 2-ю Неделю по Пятидесятнице - в Соборе всех Чешских святых). Достоверные биографические сведения об И. Ч. отсутствуют. Сведения, сообщаемые поздними Житиями, ненадежны (см. ниже), их историчность признается спорной (Bohemia Sancta. 1989. S. 52). Наиболее обстоятельная, но при этом сугубо гипотетическая реконструкция биографии И. Ч., базирующаяся во многом на излишне вольном толковании созвучных разноязычных имен и топонимов, принадлежит чеш. богослову и филологу Й. Вашице. До него общепринятой была версия хорват. происхождения И. Ч., основанная на том, что в наиболее распространенной легенде св. пустынник называет себя сыном хорват. кор. Гестимула. Принимая во внимание, что в IX в. в хорват. княжеских семьях имя Иоанн не встречается, Вашица предположил, что упомянутый в предании отец отшельника кор. Гестимул в действительности князь ободритов (бодричей) Гостомысл, к-рый (по сообщению «Фульдских анналов» и «Ксантенских анналов») погиб в 844 г. в битве с кор. Людовиком Немецким (см., напр.: Историки эпохи Каролингов. М., 1999. С. 146). После этой битвы пленные ободриты были отданы в мон-рь Корвей Новый в Вестфалии. Вашица полагал, что среди пленных мог быть и И. Ч., «Иван Корвейской», т. е. Иван из Корвейского мон-ря. Поэтому фразу слав. повести «Аз есмь Иванъ Корвацкой» он считал искаженной. В сохранившихся списках братии этой обители, относящихся к 856-877 гг., среди выходцев из ободритов упоминается и некий Unwanus (Unuvanus). Насельники Корвейского мон-ря являлись миссионерами в слав. среде. Вашица полагал, что И. Ч. попал в Чехию именно как миссионер. Однако эта версия противоречит преданию, согласно которому И. Ч. был строгим отшельником, избегавшим человеческого общения (Мельников, Турилов. 2006. С. 118).

Жития

Древнейший из дошедших до наст. времени источников о жизни И. Ч.- «капитульная легенда», лат. текст, сохранившийся в 3 списках, старший из к-рых датируется 1465 г. Название памятник получил от б-ки Святовитского капитула в Праге (ныне Архив Пражского града), в к-рой он хранился. По всей видимости, текст был создан с полемическими целями в эпоху гуситских войн и направлен против чашников, выступавших за причащение под двумя видами. На это указывает заглавие памятника: «Sequitur historia beati Ivani, qui communicatus est a Paulo, cappelano beate Ludmille corpore Domini sub una specie, pro confirmatione fidelorum» (Следует история блаженного Ивана, который от Павла, капеллана блаженной Людмилы, принял Тело Господне под одним видом, к утверждению верных).

Содержание «капитульной легенды» таково. И. Ч. был сыном св. Стефана, кор. Венгерского. Стремясь к пустынническому житию, он ушел из дома и, чтобы родные его не нашли, неск. раз переходил с места на место. Найдя уединенную пещеру у подножия горы в лесной чаще в Чехии, он решил поселиться здесь. Однако на него ополчились злые духи, стремившиеся прогнать отшельника с этого места. Не имея сил сражаться с бесами, И. Ч. решил покинуть пещеру. Когда он отошел от пещеры, ему явился св. Иоанн Креститель и, вручив И. Ч. крест, сказал: «Возьми этот крест, данный тебе от Бога, и возвратись на место, в котором живешь, и силой этого креста не только победишь всех противников, но и изгонишь их всех с того места». Также св. пророк предсказал И. Ч., что в будущем он встретится с чеш. кн. Борживоем, и заповедал передать тому, что Бог повелевает построить над пещерой храм.

Вернувшись в пещеру, И. Ч. с помощью данного ему креста изгнал демонов. Однако один из злых духов принял образ льва и набросился на И. Ч. Он кинул ему в пасть крест, и злой дух прошел сквозь каменную стену, оставив отверстие в скале, к-рое видно «и до сего дня». После этого И. Ч. уже не покидал пещеру; подвижник питался молоком лани, к-рая ежедневно приходила к подножию горы.

Далее следует рассказ об охоте кн. Борживоя, во время к-рой он встретился со св. отшельником. В эпизоде упоминается, в частности, что князь со своей супругой св. Людмилой жил в граде Тетин. Во время беседы И. Ч. сообщил Борживою, что происходит из венг. королевского рода и, взяв с князя обещание никому не сообщать об их встрече, заповедал в будущем построить над пещерой храм во имя св. Иоанна Крестителя. Однако, вернувшись домой, Борживой рассказал о чудесном происшествии своей супруге Людмиле. Княгиня тайно пришла к пещере и уговорила И. Ч. посетить Тетин. На обратном пути И. Ч. сел отдохнуть на камень. Пастухи, пасшие неподалеку коней, увидели странного человека с длинными волосами и стали смеяться над ним, а один из них бросил в святого камень, к-рый попал И. Ч. в голову. Следы пролившейся крови сохранились на камне, впосл. камень был перенесен в храм, построенный над пещерой И. Ч. Один из местных крестьян сжалился над И. Ч. и дал ему коня, чтобы тот быстрее добрался до пещеры. Приехав к своему жилищу, святой повелел коню вернуться домой. В тексте упоминается, что животное возвратилось к хозяину более красивым.

Когда приблизилось время смерти И. Ч., ангел Божий явился св. Людмиле и повелел послать к И. Ч. священника со Св. Дарами и со св. елеем. Людмила направила в пещеру своего домового свящ. Павла. И. Ч. исповедался, затем священник причастил его и помазал св. елеем, после чего святой отошел ко Господу. Борживой построил над пещерой храм, куда вскоре началось паломничество. На могиле И. Ч. многие получали исцеления. Явным анахронизмом является утверждение, что И. Ч. был сыном кор. Стефана, поскольку кн. Борживой жил во 2-й пол. IX в., а 1-й венг. король с этим именем - Стефан (Иштван) I Святой правил в 977-1038 гг. (король с 1001).

Следующий по времени памятник - «Легенда Гаека», или «Гайкова легенда», написанная по-чешски и включенная под 909 г. в «Хронику Чешскую», созданную в 1541 г. католич. пресв. Вацлавом Гаеком из Либочани († 1553). Повествование начинается с рассказа об охоте Борживоя и погони за ланью И. Ч., упоминается ряд деталей, отсутствующих в «капитульной легенде». И. Ч. сообщил князю, что живет в пещере 42 года, из к-рых последние 14 лет его никто не видел. Убитую лань И. Ч. повелел разделить между бедными. Людмила, узнав от мужа о пустыннике, отправила к нему свящ. Павла, к-рый уговорил И. Ч. прийти в Тетин. И. Ч. согласился и поехал в княжеский град на осле. Покидая Тетин, И. Ч. попросил Павла через 3 дня прийти к нему в пещеру и совершить там мессу. Когда священник пришел в пещеру, И. Ч. исповедался и рассказал ему, что он сын хорват. кор. Гестимула. Он описал встречу с Иоанном Крестителем и поединок со злыми духами, сообщив, что все это произошло через 2 года после его прихода в пещеру. Павел причастил И. Ч. под двумя видами. Через 3 дня пустынник скончался и был погребен в своей пещере. Вскоре Борживой заложил на месте подвига И. Ч. мон-рь во имя св. Иоанна Крестителя; позже мон-рь был передан бенедиктинцам.

Из «Хроники Чешской» легенда Гаека об И. Ч. в сокращенном виде рано была заимствована польским хронистом М. Бельским (1-е изд. 1551; 2-я ред. 1564), а из его книги - А. Гваньини (1-е изд. 1578) и М. Стрыйковским (1-е изд. 1582). «Хроника» Бельского и компиляция Гваньини (сочинение Стрыйковского было переведено позже) сыграли большую роль в ознакомлении правосл. читателей (сначала украинско-белорусских, а затем и российских) с историей И. Ч. Через посредство 1-го изд. «Хроники» Бельского краткий рассказ об И. Ч. между 1551 и 1555/56 гг. вошел в состав чеш. статей Хронографа Западнорусской редакции (ПСРЛ. Т. 22. Ч. 2. С. 256-257). По объему текста и изложению сведений хронографическая статья совпадает с версией «Хроники» Гаека; о королевском происхождении и об имени отца И. Ч. (Гестимул) известно из собственноручного «тестамента», найденного после его смерти. Предполагают, что полный перевод (очевидно, также с издания 1551) «Хроники» Бельского упоминается в Описи царского архива XVI в. (СККДР. Вып. 2. Ч. 2. С. 497). К экземпляру 1564 г. восходит перевод, представленный в роскошном (возможно, царском) списке посл. четв. XVI в. (ГИМ. Син. № 113; датировка ркп. сер. XVII в. (см. там же) ошибочна), иллюстрированном гравюрами, вырезанными из этого издания. Особенно широкую известность сюжет получил у вост. славян в XVII в. Чешские сказания из «Хроники» Гваньини (в т. ч. и об И. Ч.), восходящие к изданию 1611 г. польск. ее перевода, в России были включены (в качестве гл. 76) в состав «Космографии», известной по списку 1670 г., и послужили главным источником беллетризированной хроники «История вкратце о Бохеме, еже есть о земле Чешъской». Вероятно, на рубеже XVI и XVII вв. (во всяком случае не позднее 1-й четв. XVII в.) на основании перевода статьи из «Хроники» Бельского создается небольшая самостоятельная повесть «О пустыннике Иоанне, королевиче Корвацком». Ранняя история ее бытования связана с летописно-хронографическим сводом «Временник Русский» - в старшем его списке 20-х гг. XVII в. (ГИМ. Чертк. № 115(б) - F. Л. 311 об.) текст помещен в дополнениях, в младших (РГАДА. Ф. 201. № 46, XVII в.; Архив СПбИИ РАН. Колл. Н. П. Лихачева. № 513, 1721 г.) включен в состав основного повествования (Насонов А. Н. История рус. летописания XI - нач. XVIII в. М., 1969. С. 422, 473, 475); о др. списках см. при изд. текста (Панченко. 1969). Содержание рассказов об И. Ч. в составе «Космографии» и в «Истории о Бохеме» чрезвычайно близко друг к другу (отдельные мелкие детали не имеют исторического значения) и восходит в итоге к «Хронике» Бельского, язык (в отличие от эпизода в Хронографе Западнорусской редакции) последовательно русифицирован. Отдельные отличия в деталях изложения (напр., сообщение, что кн. Борживой был «греческого закона») понятны из контекста; вполне объяснимо с т. зр. конфессиональной принадлежности рус. редактора повести и устранение явно нехрист. имени отца И. Ч. (Гестимул). Рукописная традиция повести остается недостаточно исследованной, имеющиеся в лит-ре указания на существование лишь 5 ее списков отражают совр. уровень изученности. Ни в одном из списков текст не именуется житием, не имеет календарной приуроченности и не помещается в агиографических сборниках; литургическое почитание И. Ч. в правосл. восточнослав. традиции отсутствует.

Наряду с т. зр. о позднем происхождении и вторичном характере восточнослав. повести об И. Ч. в лит-ре (прежде всего чешской - обзор мнений см.: Панченко. 1961. С. 650-651; Он же. 1969) существует мнение о том, что она является старослав. памятником кон. IX или X в., попавшим на Русь в домонг. период, подобно житиям первых чеш. святых - кн. Вацлава (Вячеслава) и его бабушки Людмилы. Однако эта гипотеза не учитывает реальных текстологических связей повести об И. Ч. и специфики бытования чеш. житий на Руси. Последние присутствуют в древнерус. книжности в совершенно ином контексте (с заметной литургической составляющей) - они включены в сборники уставных чтений (Торжественники, Минеи-Четьи, Пролог), их влияние обнаруживается в памятниках древнейшей рус. агиографии (сочинения Борисоглебского цикла, Житие кнг. Ольги). В последние годы защитником гипотезы древнего происхождения «славянской легенды» выступает чеш. исследователь Й. Шевчик (Ševčik. 2002), развивающий взгляды Вашицы.

Антропологический анализ останков И.

Ч. 19 авг. 1991 г. с разрешения Пражского католич. архиеп. Милослава Влка останки, почивающие в костеле св. Иоанна Крестителя, были переданы Э. Влчеку для проведения антропологической экспертизы. В саркофаге И. Ч. находилась рака с фрагментами скелета. Отдельно от раки лежал матерчатый мешочек с 6 зубами др. человека. Часть плечевой кости, находившаяся в реликварии, принадлежала третьему лицу. Исследование костных останков, хранящихся в раке, показало, что они принадлежат мужчине 50-55 лет, ростом ок. 170 см, к-рый долгое время использовал в пищу растения и муку, смолотую на ручных жерновах. Установить время его жизни оказалось невозможным. 7 окт. 1992 г. останки были возвращены в храм. Части мощей И. Ч., хранящиеся в др. местах, не исследовались.

Почитание И. Ч.

Первое письменное упоминание о почитании пещеры И. Ч. содержится в жалованной грамоте 1205 г. кор. Пршемысла Оттокара I бенедиктинскому монастырю св. Иоанна Крестителя на острове. Указанный монастырь был заложен в 999 г. кн. Болеславом II на острове, расположенном при слиянии рек Влтавы и Сазавы, у совр. пос. Давле близ Праги. В грамоте подтверждены все владения, пожалованные обители с момента ее создания. В документе, в частности, упомянуто, что в 1037 г. кор. Бржетислав I пожаловал монастырю «часовню у пещеры святого Иоанна Крестителя», и с тех пор при пещерном храме существовала бенедиктинская община, подчинявшаяся монастырю на острове.

Прп. Иоанн Чешский. Икона. XX в. (частное собрание)
Прп. Иоанн Чешский. Икона. XX в. (частное собрание)

Прп. Иоанн Чешский. Икона. XX в. (частное собрание)

В 1420 г. мон-рь разграбили гуситы. После этого значительная часть насельников разоренной обители переселилась в пещерный мон-рь св. Иоанна. В 1517 г. из мон-ря на Острове ушли последние монахи и обитель прекратила существование. Пещерный мон-рь св. Иоанна стал самостоятельной обителью. Хотя в годы гуситских войн у пещерного мон-ря было отобрано большинство имений, все же обители удалось избежать разорения. Во 2-й пол. XV в. дворянин Олдржих Заяц из Газмбурка († 1494) возвел над пещерой И. Ч. новый храм во имя св. Иоанна Предтечи; мон-рь был обнесен стеной, построены также кельи и хозяйственные помещения.

Не сохранилось сведений и о времени обретения мощей И. Ч. Первое письменное упоминание о мощах, почивающих в храме св. Иоанна Крестителя, содержится в одном из стихотворений чеш. гуманиста Шимона Боучека Венкованека (лат. Симон Фагелл Виллатик; 1473-1549), написанном не позднее 1533 г. Опасность уничтожения реликвии в эпоху Реформации заставила братию монастыря сокрыть мощи в земле. В 1589 г. мощи И. Ч. вновь были обретены и положены в новую деревянную раку.

Расцвет почитания И. Ч. приходится на кон. XVI - нач. XVII в. С 1593 г. имеются известия о регулярных паломничествах к И. Ч. из Праги и др. городов. Развитие культа местных святых активно поддерживалось тогда иезуитами в качестве одной из мер по восстановлению позиций католицизма в Чехии. Традиционно процессии совершались с 23 по 25 июня и собирали по неск. тыс. чел. Мон-рь посещали императоры Матиас, Фердинанд I, Фердинанд II, Фердинанд III и Леопольд I. Старый монастырский храм XV в. уже не мог вместить всех паломников, поэтому 16 авг. 1657 г. был заложен в присутствии имп. Леопольда новый храм во имя св. Иоанна Предтечи. Строительство было окончено в 1661 г. Вокруг монастыря также сформировалось небольшое поселение, получившее наименование в честь И. Ч. (совр. Свати-Ян-под-Скалоу).

В 1634 г., в период Тридцатилетней войны, мон-рь заняли швед. войска. Мощи И. Ч. вновь были захоронены и обретены в 1710 г. при ремонте храма. Ныне мощи почивают в саркофаге 1793 г. Кроме того, в храме имеется реликварий 1789 г. в виде руки.

В XVIII-XIX вв. почитание И. Ч. заметно уменьшилось, но на рубеже XIX и XX вв. традиция совершения паломничеств к его мощам была возрождена.

7 нояб. 1785 г. австр. имп. Иосиф II издал декрет о закрытии мон-ря св. Иоанна, и в 1786 г. братия была вынуждена покинуть обитель. Монастырский храм стал приходским, а здания мон-ря были распроданы и использовались разными лицами и организациями. В наст. время здания бывш. мон-ря занимает конгрегация Братьев христианских школ. С 1995 г. здесь действует Высшая педагогическая школа, учрежденная Пражским католич. архиеп-ством.

Особое почитание И. Ч. в Чехии выразилось также в создании монашеского ордена, носившего его имя. Предложение создать подобный орден выдвинул в 1725 г. Пражский католич. архиеп. Франц Фердинанд фон Куэнбург, папа Климент XII поддержал его инициативу. 28 апр. 1732 г. был утвержден устав «Конгрегации отцов пустынников св. Ивана» (Congregacio fratrum eremitarum divi Ivani). Неофиц. конгрегация именовалась орденом (или братством) иванитов. После создания конгрегации всем местным отшельникам предписывалось войти в ее состав под угрозой запрета жить в пустынях. К 1768 г. в состав конгрегации было включено 32 пустыни на территории Чехии. 14 дек. 1771 г. имп. Мария Терезия запретила принимать в конгрегацию новых членов, а патент австр. имп. Иосифа II от 12 янв. 1782 г. полностью запретил пустынножительство. Братство иванитов было распущено. На момент роспуска в конгрегации числилось 83 отшельника.

Несмотря на многовековую традицию почитания И. Ч., католич. Церковь никогда не издавала офиц. актов о его канонизации. В XVII в. из-за этого возник спор между аббатом мон-ря Матиашем Фердинандом Собеком и Пражской консисторией. В 1656 г. консистория обратила внимание аббата на отсутствие к.-л. данных об офиц. канонизации И. Ч. Аббат заявил, что почитание мощей И. Ч. имеет давнюю традицию и что в мон-рь ежегодно совершаются массовые паломничества. Единственное, на что согласилась высшая церковная власть, это не препятствовать развитию культа И. Ч.

В ХХ в. с инициативой офиц. прославления И. Ч. выступал Пражский архиеп. Йозеф Беран (1946-1969). Тем не менее в совр. католич. церковных календарях имя И. Ч. отсутствует. При этом в храмах есть его скульптурные и живописные изображения, почитаются связанные с именем И. Ч. реликвии. Официально местное почитание И. Ч. существует лишь в пределах Пражской епархии Римско-католической Церкви. Его память в соответствии с другой традицией отнесена к 25 июня по григорианскому календарю (2-й день после Рождества Иоанна Предтечи).

С 20-х гг. ХХ в. имя И. Ч. вносится в церковные календари Православной Церкви Чешских земель и Словакии. Православная Церковь также организует паломничества к мощам И. Ч. в дни его памяти.

Лит.: Zap К. V. Benediktynští klášterové sv. Jana Křtitele na Ostrovĕ a v Skalách // Památky archeologicke. Praha, 1860. Roč. 4. N 3. S. 108-117; N 4. S. 154-173; Jireček J. Staroslovanske životy sv. Ludmily a sv. Ivana // Časopis Kralovstvi musea Českeho. 1862. Roč. 36. S. 318-322; Tomek V. V. Ze života českých poustevníků. Praha, 1918, 2007; Bridel B. Život sv. Ivana: Prvního v Čechách poustevníka a vyznavače / Vyd. J. Vašica. Břevnovĕ, 1936; Tichy Fr. Z legend Svatoivanských. Praha 1945; Панченко А. М., Степанов В. П. «История вкратце о Бохеме, еже есть о земле Чешъской» и ее источник // ТОДРЛ. 1960. Т. 16. C. 304-313; Панченко А. М. Вопросы изучения чешско-рус. лит. связей XVII в. // Там же. 1961. Т. 17. C. 640-652; oн же. Чешско-рус. лит. связи XVII в. Л., 1969; «История вкратце о Бохеме» / Публ., предисл.: А. М. Панченко // ТОДРЛ. 1965. Т. 21. C. 240-251; Koran I. Legenda a kult sv. Ivana // Umĕní. Praha, 1987. Roč. 35. Čis. 3. Č. 3. S. 219-239; Bohemia Sancta: Životopisy českých svĕtců a přátel Božích / Red. J. Kadlec. Praha, 19892. S. 52; Vlček E. Osudy českých patronů. Praha, 1992; Vašica J. České literární baroko. Brno, 1995r. S. 61-84, 283-294; Ševčik J. Album Svatoivanské. Praha, 2002 (рец.: Мельников Г. П., Турилов А. А. // Славяноведение. 2006. № 2. С. 115-118); idem. Svatý Jan pod Skalou. [S. l.], 20022.
В. В. Бурега
Ключевые слова:
Святые Русской Православной Церкви Иоанн Чешский [Пустынник] (IХ в.), преподобный (пам. 24 июня и во 2-ю Неделю по Пятидесятнице - в Соборе всех Чешских святых) Собор Чешских святых (2-я Неделя по Пятидесятнице)
См.также:
ААРОН первый ветхозаветный первосвященник
АБРОСИМ ученик сщмч. Милия, св. (пам. 10 нояб.) - см. Милий, еп. Персидский
АВВАКИР (VII в.), прп. (пам. в субботу сырную)
АВВАКУМ 8-й из 12 малых пророков (пам. 2 дек. в Недели святых праотец и 1-ю Великого Поста)
АВВАКУМ мч. Римский (пам. 6 июля) - см. Марин, Марфа и др.
АВГУСТА (Защук Лидия Васильевна; 1871-1938), схим., прмц. (пам. 26 дек. и в Соборе новомучеников и исповедников Российских)