Добро пожаловать в один из самых полных сводов знаний по Православию и истории религии
Энциклопедия издается по благословению Патриарха Московского и всея Руси Алексия II
и по благословению Патриарха Московского и всея Руси Кирилла

Как приобрести тома "Православной энциклопедии"

ЛИТУРГИЯ ПРЕЖДЕОСВЯЩЕННЫХ ДАРОВ
Т. 41, С. 263-278 опубликовано: 28 февраля 2017г.


ЛИТУРГИЯ ПРЕЖДЕОСВЯЩЕННЫХ ДАРОВ

[греч. ῾Η Λειτουργία τῶν Προηγιασμένων Δώρων / ῾Η Θεία Λειτουργία τῶν Προηγιασμένων и т. п.], чин, заменяющий собой полную евхаристическую литургию в будние дни Великого поста (а в древности - и в нек-рые др. дни).

В отличие от полной литургии в чине Л. П. Д. отсутствует анафора, т. е. главная молитва таинства Евхаристии. Тем не менее Л. П. Д. сохраняет др. важные аспекты евхаристического богослужения: собрание христ. общины вместе (т. о., Л. П. Д. является общественным богослужением, а не частной требой; уже одним этим она отличается от практик, с которыми ее ошибочно смешивали некоторые исследователи: келейного самопричащения, некогда принятого у аскетов, причащения больных на дому и проч.); преломление евхаристического Хлеба - освященного не за Л. П. Д., а заранее, за полной литургией; совместное причащение верующих.

В устоявшейся литургической терминологии «Л. П. Д.» - это не только обозначение особого типа общественного богослужения, включающего совместное причащение верующих освященными заранее Дарами, но и наименование конкретного литургического формуляра, содержащегося в правосл. Служебниках. Однако в древности Л. П. Д. как особый тип общественного богослужения был известен не только в ареале распространения к-польской традиции: аналогичные чины существовали в Палестине, Сирии, Египте и Нубии, а также на Западе. К наст. времени за пределами правосл. (и копирующей ее униатской) богослужебной традиции собственный чин Л. П. Д. на Востоке сохраняется только в Маланкарской Церкви в Индии (находится в общении с Сиро-яковитской Церковью; существует также католич. униатская иерархия маланкарской традиции). У сиро-яковитов чин Л. П. Д. не совершается, но его текст хорошо известен в рукописях и даже включен в состав сиро-католич. редакции сиро-яковитского Служебника, изданной в Шарфе в 1922 г. У маронитов этот же чин совершался до XVIII в. и был официально оставлен по решению Собора в Лувайзе в 1736 г. (Mansi. T. 38. Col. 125).

В католич. богослужебной традиции, а также у англикан (не повсеместно) аналогию Л. П. Д. составляет традиция причащения Преждеосвященными Дарами в Великую пятницу - соответствующее богослужение может обозначаться как «месса Преждеосвященных [Даров]» (Missa Praesanctificatorum). Можно также отметить, что в католич. среде очень распространена практика, когда за всякой мессой освященную гостию полностью потребляет священник, а мирян причащают заготовленными заранее облатками, освящаемыми сразу в большом количестве в удобный для священника день и затем расходуемыми по мере необходимости на протяжении неск. дней или недель; типологически это напоминает Л. П. Д. Отдаленной параллелью к Л. П. Д. можно также считать восточно-сир. практику добавления «святой закваски» в тесто для изготовления просфор (см. ст. Восточно-сирийский обряд).

Происхождение

Наиболее ранние свидетельства о совершении Л. П. Д. на Востоке относятся к VII в. В к-польской «Пасхальной хронике» под 615 или 616 г. говорится, что «в этот год при Сергии, патриархе Константинопольском, начиная с первой седмицы Великого поста стали после «Да исправится…», во время перенесения Преждеосвященных Даров из скевофилакиона в алтарь, петь [следующее песнопение]: после священнического возгласа «По дару Христа Твоего...» народ сразу начинает: «Ныне силы…» [это песнопение доныне исполняется на Л. П. Д.; в «Пасхальной хронике» его текст приведен полностью.- Авт.]. И это [теперь] поется не только Великим постом во время входа Преждеосвященных [Даров], но и в другие дни, когда бы ни случилась [служба] Преждеосвященных» (PG. 92. Col. 989). А в происходящих из Палестины «Чудесах Святой Девы Марии в Хозиве» - сборнике различных историй, составленном Антонием Хозевитом († между 632 и 640),- описывается, как послушник или молодой монах прочел над просфорами, к-рые он нес в свой монастырь, какую-то часть евхаристической молитвы, услышанной им в церкви (вероятно, эпиклезу), после чего на него и на просфоры сошел Св. Дух, а настоятелю монастыря, ожидавшему прибытия своего послушника, явился ангел, повелев совершить над просфорой вместо полного чина «Преждеосвященный… ибо она освящена» (Houze C. Miracula Beatae Virginis Mariae in Choziba // AnBoll. 1888. Vol. 7. P. 366-367). Наконец, 52-е правило Трулльского Собора 691-692 гг. канонически закрепляет совершение Л. П. Д. «во все дни поста Святой четыредесятницы [т. е. Великого поста.- Авт.], кроме суббот и воскресений и святого дня Благовещения», тем самым корректируя предписания 49-го и 51-го правил Лаодикийского Собора (до 343 или ок. 360 г.), запрещавшие совершение к.-л. литургии в дни Великого поста, за исключением суббот и воскресений.

Собственно текст Л. П. Д. согласно к-польской традиции сохранился в рукописях с кон. VIII в. и далее, а тексты палестинской Л. П. Д. ап. Иакова и сир. чинов Преждеосвященной литургии - в рукописях начиная с X в. Впрочем, сами эти тексты явно датируются более ранним временем, чем древнейшие содержащие их списки,- напр., груз. перевод Л. П. Д. ап. Иакова, по мнению С. Верхельста, был выполнен в VII или даже VI в. Действительно, из процитированных выше свидетельств хорошо видно, что уже к нач. VII в. Л. П. Д. практиковалась немалое время, поскольку она упоминается в качестве вполне обычного последования. С др. стороны, в достаточно подробных описаниях иерусалимского богослужения IV-V вв.- «Паломничестве» Эгерии и арм. версии древнего иерусалимского Лекционария - никаких упоминаний о Л. П. Д. в разделах о Великом посте и Страстной седмице не содержится, так что в Палестине она появилась не ранее сер. V в. (скорее, в VI в.). В груз. версию древнего иерусалимского Лекционария, отражающую практику VI-VII вв., Л. П. Д. уже включена. В свою очередь в сиро-яковитской традиции установление Л. П. Д. приписывается Севиру Антиохийскому, что не обязательно соответствует действительности, но все же является еще одним указанием на VI в. как на вероятное время появления Л. П. Д. на Востоке.

На лат. Западе «месса Преждеосвященных» в конце службы чтений Великой пятницы впервые описывается в древней редакции Геласия Сакраментария, сохранившейся в рукописи Vat. Reg. Christin. lat. 316, ок. 750 г., но сформировавшейся примерно за полвека до того. Впрочем, нек-рые лат. монашеские уставы уже в VI в. предписывали братии ежедневно причащаться Преждеосвященными Дарами (Alexopoulos. The Presanctified Liturgy. 2009. P. 124-126), но их указания, к-рые подробнее будут рассмотрены ниже, не получили продолжения в последующей традиции. В древнейших лат. источниках причащение Преждеосвященными Дарами предваряется простым «Отче наш» (с обычными вступлением и завершением) и совершается в молчании, т. е. к.-л. чина, подобного восточным, по сути, нет.

В то время как на Востоке различные чины Л. П. Д. были распространены весьма широко (даже если к наст. времени они и не употребляются в той или иной литургической традиции) и совершались - по крайней мере в период Великого поста - достаточно часто, на Западе отношение к «мессе Преждеосвященных» поначалу было весьма настороженным. Так, составленный примерно в одно время с древней редакцией Сакраментария Геласия «Ordo Romanus» XXIII прямо сообщает, что папа и его диаконы не причащаются в Великую пятницу, а желающие все же причаститься миряне должны отправиться в т. н. титульные храмы (Andrieu M. Les Ordines Romani du haut Moyen Âge. Louvain, 1951. T. 3: Ordines XIV-XXXIV. P. 272. (SSL. EtDoc; 24)); по сообщению Амалария Мецского, рим. архидиак. Феодор в 831 г. также утверждал, что на папской службе Великой пятницы никто не причащался, и сам Амаларий подвергал осуждению практику освящать в этот день чашу вложением в нее Тела Христова (см. ниже; Amalarii Metensis De Ecclesiasticis officiis. I 15 // PL. 105. Col. 1032). А главное, на лат. Западе причащение Преждеосвященными Дарами в отличие от Л. П. Д. долгое время не имело никакого текстуального оформления в виде молитв или песнопений, предназначенных для подобной ситуации. Поэтому идею о происхождении Л. П. Д. с Запада, вопреки распространившемуся в правосл. традиции - только с XVI в.! - мнению о ее составлении Римским папой Григорием I Великим, следует полностью отвергнуть. Напротив, появление в Риме в нач. VIII в. или немногим ранее практики причащения Преждеосвященными Дарами само могло быть обусловлено вост. влиянием (Jounel. 1961. P. 209; ср. критику этого мнения: Alexopoulos. 2009. P. 124). Нельзя, впрочем, исключать и того, что эта практика вообще не связана с вост. чинами Л. П. Д., а попытки увязать ее с ними объясняются, во-первых, анахронизмом (атрибуция Л. П. Д. папе Григорию заставляла исследователей искать корни этой литургии в Риме, но сама эта атрибуция - поздняя), во-вторых, совпадением наименований (Λειτουργία τῶν Προηγιασμένων / Missa Praesanctificatorum). Скорее всего, возникновение практики причащения Преждеосвященными Дарами в рим. чине Великой пятницы к VIII в. связано с окончательным установлением в то же самое время традиции ежедневного совершения мессы Великим постом; но Великая пятница имела уже давно устоявшееся богослужение, не предполагавшее совершения мессы, и выглядела исключением из правила, каковое и было устранено.

Несомненно, ключевой богословской предпосылкой для самого существования Л. П. Д. является вера в то, что евхаристические Дары реально, а не символически и навсегда становятся Телом и Кровью Христовыми - иначе практика сохранять Св. Дары после окончания литургии не имела бы смысла (об истории этой практики см.: Freestone. 1917; Taft. 2008. P. 415-442). Следов., Л. П. Д. неразрывно связана с традицией хранения Св. Даров для причащения ими вне евхаристической литургии, хорошо известной с раннехристианского времени (см.: Taft. 2003; Alexopoulos. 2009. P. 8-31). Однако причины установления именно общественного богослужения, включающего совместное причащение, но исключающего евхаристическую молитву общины, не вполне ясны. Исследователи выдвигали различные предположения относительно этих причин. Одной из них, возможно, было прекращение с IV в. практики домашнего причащения мирян вслед. злоупотреблений (Alexopoulos. 2009. P. 30-31) (в эпоху Вселенских Соборов келейное самопричащение засвидетельствовано только в монашеской среде (см.: Taft. 2008. P. 349-358, 389-403), а также у нехалкидонитов - у последних как знак оппозиции офиц. иерархии), при этом причащение мирян в будние дни, когда не служили полную литургию, все же не было оставлено полностью и переместилось в храмы. Др. возможной причиной могло быть установление в III-IV вв. во мн. городах постоянных богослужебных собраний по средам и пятницам, в к-рых участвовала не вся местная община (и потому они не сопровождались полной литургией), но которые были итогом поста этих дней, содержали аналогично литургии службу чтений (см.: Winkler. 1972; Bradshaw P. F. Daily Prayer in the Early Church: A Study of the Origin and Early Development of the Divine Office. L., 1981. P. 90-92. (Alcuin Club Collections; 63)) и с какого-то момента, вероятно, стали завершаться причащением Преждеосвященными Дарами (Alexopoulos. 2009. P. 34-38).

Можно быть полностью уверенным в том, что самое существенное влияние на возникновение Л. П. Д. оказало повсеместное распространение в IV в. практики соблюдения Великого поста. Пост стал и временем более частого посещения мирянами церковных собраний (во 2-й пол. IV в. особой популярностью пользовались - об этом сообщает, напр., Эгерия - огласительные беседы, проводившиеся по будням, послушать к-рые приходили не только оглашаемые, но и мн. верные). Их желание принять участие в Трапезе Господней при каноническом запрете на совершение Евхаристии в будние дни поста (Лаодик. 49 и 51), вероятно, и имело следствием появление Л. П. Д. В пользу этой гипотезы косвенно говорит также то, что на лат. Западе, где каноническая регламентация Лаодикийского Собора не была воспринята, Л. П. Д. не стала обычной великопостной службой - напротив, уже к VIII в. особенностью Великого поста в римской традиции сделалось ежедневное совершение именно полной мессы (после VI в.- кроме четверга, а при папе Римском Григории II (715-731) - также и по четвергам). Аналогичная практика ежедневного совершения полной литургии Великим постом имеется и в некоторых вост. традициях (напр., у коптов), причем Л. П. Д. в этих же традициях некогда была известна, но сейчас позабыта, как, очевидно, и указанные правила Лаодикийского Собора.

Еще одной возможной причиной возникновения - или по крайней мере быстрого распространения - практики совершать Л. П. Д. на Востоке могла быть деятельность нехалкидонитов. Хорошо известно, что в V-VII вв. главным внешним признаком нехалкидонитов был отказ принимать Евхаристию из рук признающего Халкидонский Собор клира; оппозиционное Собору духовенство способствовало этому, массово раздавая мирянам Св. Дары для домашнего самопричащения (см.: MacCoull L. S. B. «A Dwelling Place of Christ, a Healing Place of Knowledge»: The Non-Chalcedonian Eucharist in Late Antique Egypt // Varieties of Devotion in the Middle Ages and Renaissance / Ed. S. Karant-Nunn. Turnhout, 2003. P. 1-16; Menze V.-L. Priests, Laity and the Sacrament of the Eucharist in Sixth Century Syria // Hugoye. Piscataway, 2004. Vol. 7. N 2. P. 129-146). Именно в этом контексте следует понимать и слова часто цитируемого письма к Кесарии, автором к-рого ошибочно считается свт. Василий Великий (Письмо 89 (93)): «…нимало не опасно, если кто во время гонений, за отсутствием священника или служащего, бывает в необходимости принимать Причастие собственною своею рукою… А в Александрии и Египте и каждый крещеный мирянин по большей части имеет Причастие у себя в доме и сам собою приобщается когда хочет». В действительности это письмо принадлежит перу Севира Антиохийского, одного из главных идеологов антихалкидонитов (Voicu S. J. Cesaria, Basilio (Ep. 93/94) e Severo // Studi sul cristianesimo antico e moderno in onore di Maria Grazia Mara / Ed. M. Simonetti, P. Siniscalco. R., 1995. T. 1. P. 697-703. (Augustinianum; 35)). Нехалкидонитское духовенство, отдельные представители которого подвергались гонениям или, как Иаков Барадей, много перемещались с места на место, могло иметь потребность в Л. П. Д. как кратком и упрощенном чине литургии, в к-ром используется ранее освященный евхаристический Хлеб, тем более что он нередко хранился даже в домах рядовых верующих и потому был легко доступен, но чаша освящается заново, поскольку подолгу хранить и тем более транспортировать Кровь Христову в древней Церкви не было принято. Вероятно, не случайно изобретателем самого чина Л. П. Д. в яковитской среде считается Севир Антиохийский. Впрочем, приписывать возникновение Л. П. Д. личному благочестию этого антихалкидонского деятеля, как это делал Н. Д. Успенский, утверждавший, что именно Севир первым предписал в Антиохии сделать «замену в Великом посту домашнего самопричащения общецерковным» (Успенский. Литургия. 1976. С. 162), после чего в 30-х гг. VI в. при его участии эта практика была принята и в К-поле (Там же. С. 166), вряд ли возможно.

Наконец, нек-рые попытки объяснить происхождение Л. П. Д., без сомнения, должны быть полностью отвергнуты. К таковым следует отнести анахронистические предположения Е. И. Ловягина (полагал, что прообраз Л. П. Д. возник уже «в первоначальной Церкви» для причащения вечером в постные дни в силу якобы невозможности совершения Евхаристии в вечернее время: Ловягин. 1878. С. 142-143) и Ж.-Б. Тибо (объявил средневек. лат. практику причащения в Великую пятницу Св. Дарами со службы Великого четверга (см. выше) раннехрист. установлением, восходящим чуть ли не к «Дидахе»: Thibaut. 1920); экзотическую теорию В. М. Лурье (усмотрел в Л. П. Д. не только развитие практики самопричащения у первых христиан, но и продолжение якобы имевшего место в древней Церкви обычая освящения мирянами чаши, причем с почитанием самой чаши в качестве особого сакрального объекта, восходящего к мифической Чаше Соломона: Лурье. 1998; Он же. 2005); распространенную в популярной лит-ре версию о составлении Л. П. Д. лично папой Римским Григорием I - как по уже изложенным выше причинам, так и потому, что она не в состоянии объяснить возникновение др. чинов Л. П. Д. на Востоке.

Неконстантинопольские чины Л. П. Д.

За пределами к-польской литургической традиции наибольшей известностью обладают

западно-сирийские чины

Л. П. Д. Прежде всего это чин, приписываемый Севиру Антиохийскому. Он сохранился в большом числе рукописей X в. и позднее (Codrington. 1903. P. 69), научное издание его текста - хотя и не критическое - было осуществлено Х. У. Кодрингтоном (Ibid. P. 72-81). Уже само заглавие чина - «Знаменование чаши [Телом Христовым] святого мар Севира, патриарха Антиохийского» - говорит о том, что ключевым аспектом этого чина было освящение чаши. Чин начинался с поставления на престол Преждеосвященного Хлеба и чаши со «смешением» (неосвященное вино, разбавленное водой) и должен был совершаться после вечерни и библейских чтений (включая Евангелие). Он состоял из: молитвы начального каждения; пространной молитвы на предложение Даров (в тексте литургии обозначена как «седро», т. е. чин, «на вход»; здесь содержатся в т. ч. такие слова: «Милосердный Господи, преложи и смешение в этой предложенной чаше, в святость, которая есть Твоя от Твоих…»); преподания мира священником и его возглашения «Свят Отец…» (в сир. литургиях эти слова сопровождают каждение перед Символом веры и анафорой); Символа веры; молитвы священника о своем недостоинстве и о принятии Богом приношения; молитвы, произносимой «по образу анафоры ( )»: «Христе Боже наш, совершивший нас ради это великое таинство Твоего божественного Воплощения, освяти эту предложенную чашу с вином и водой и объедини ее с Твоим почитаемым Телом, чтобы она была для нас и для принимающих и причащающихся от нее в святость души и тела и духа…» (далее следует подробное перечисление плодов причащения и славословие) и завершаемой благословением народа священником; троекратного назнаменования чаши частицей Тела Христова («Углем» - ср.: Ис 6. 6-7) со словами: «Чаша благодарения и спасения назнаменуется искупительным Углем в прощение прегрешений и во оставление грехов, и в жизнь вечную для принимающих [ее]» (народ: «Аминь»); молитвы Господней «Отче наш» с молитвенным вступлением и заключительным эмболизмом; преподания мира и главопреклонной молитвы; повторного преподания мира и благословения народа священником; возгласа: «Преждеосвященная Святая - святым» и обычного для сир. литургий ответа народа: «Един Отец свят…»; причащения и благодарственной молитвы; преподания мира, главопреклонной молитвы; 2 др. священнических молитв и заключительного благословения.

Тот же порядок и также от имени Севира описывается в «Номоканоне» Григория Бар Эвройо (IV. 8. 4), где дополнительно сообщается, что при осенении чаши частицей Тела Христова священник трижды изображает частицей знак креста, обмакивая ее при этом в вино (лат. пер.: Mai. SVNC. T. 10. P. 27 (2-я паг.)). Само составление чина «Знаменование чаши...» этот источник (IV. 8. 1: Codrington. 1904. P. 371; в изд. А. Маи соответствующий раздел отсутствует) приписывает Севиру: якобы верующие просили изыскать возможность причащения в будние дни Великого поста, и Севир, не желая нарушить ни канонические правила о несовершении полной литургии в эти дни, ни запрет оставлять Кровь Христову на хранение даже на одну ночь (этот запрет, к-рый разрешено нарушать только ради причащения больных, содержится в том же «Номоканоне»; аналогичные запреты известны и за пределами западно-сир. традиции, включая некоторые средневек. лат. источники), предписал осенять чашу Преждеосвященным Хлебом, без его повторного осенения Кровью Христовой (соответствующее священнодействие имеется в сир. чинах полной литургии). Т. о., «Номоканон» считает чин «Знаменования чаши...» нововведением VI в. (и не содержит утверждений о замене Севиром домашнего самопричащения общецерковным вопреки статье: Успенский. Литургия. 1976. С. 161). Наконец, «Номоканон» описывает порядок «Знаменования чаши...» еще и для того случая, когда оно совершается отшельниками в священном сане, в одиночестве или вместе с др. отшельниками, но без народа, т. е. не в храме, а в келье (IV. 8. 1; лат. пер.: Mai. SVNC. T. 10. P. 27). Эти указания даются от лица Иакова Эдесского: иеромонаху дозволяется совершать чин до 3 раз в неделю, и он может как сопровождать священнодействие осенения чаши св. Хлебом соответствующими молитвами, так и производить его в молчании; иеродиакону совершение чина также дозволено, но лишь в молчании (см. сир. текст, англ. пер. и комментарии к «Номоканону» в ст.: Codrington. 1904. N 19. P. 369-375).

По образцу чина Севира строятся и 2 др. западно-сир. чина Л. П. Д., известных по значительно меньшему числу рукописей и приписываемых свт. Василию Великому и свт. Иоанну Златоусту (издание 2-го из них: Idem. 1908). От «Знаменования чаши Севира Антиохийского» они отличаются прежде всего своей центральной молитвой - над чашей, которая стоит на месте анафоры полной литургии. По наблюдениям Кодрингтона, сирийская Л. П. Д. свт. Василия изложена в рукописях в 2 вариантах: в 1-м окружающие «Отче наш» вступление и эмболизм взяты из литургии ап. Марка (согласно ее копт. версии), во 2-м - из чина Севира (Idem. 1903. P. 82). В наст. время у сиро-яковитов и сиро-католиков чин «Знаменования чаши...» не совершается (хотя, как было уже отмечено, у последних он был все же включен в нек-рые офиц. издания Служебника), но в маланкарской традиции этот чин сохранился.

Известен также текст маронитской Л. П. Д. (ныне не совершается), основанный на чине маронитской литургии ап. Петра № 3 (или «Шарар», по первым словам), с сокращениями, аналогичными сокращениям полной литургии в чине Л. П. Д. Севира Антиохийского, и с прибавлением одной молитвы из последнего и еще одной - из западносирийской Л. П. Д. свт. Василия (франц. пер.: Hayek M. Liturgie Maronite: Histoire et textes eucharistiques. Tours, 1964. P. 319-333).

В сир. мелькитской (т. е. правосл.) традиции, естественно, был хорошо известен к-польский чин Л. П. Д., причем его перевод в сир. и араб. рукописях, помимо обычного визант. заглавия - «Преждеосвященная [литургия]» и т. п., может иметь и характерное для сирийцев-нехалкидонитов заглавие «Знаменование чаши (святого мар Василия)» (напр.: Codrington. 1904. N 19. P. 375). А в арабоязычной мелькитской рукописи Berol. syr. 317 (Sachau 58), XV в., выписана молитва, напоминающая западносирийские молитвы «Знаменования чаши...», под заглавием «О Преждеосвященной просфоре» (изд.: Graf. 1916; издатель полагал, что молитва была предназначена для причащения больных на дому с использованием запасных Даров, но возможны и иные интерпретации).

В армянской традиции

Л. П. Д. не совершается, но армянский перевод к-польской Л. П. Д. сохранился в рукописях (Catergian J. Die Liturgien bei den Armeniern: Fünfzehn Texte und Untersuchungen. W., 1897. S. 412-429) - очевидно, он использовался в среде армян-халкидонитов, но, возможно, не только у них.

В восточно-сирийском обряде

т. е. у несториан и католиков-халдеев, Л. П. Д. в наше время не совершается; более того, существуют канонические запреты на само хранение освященных Даров (Codrington. 1904. N 20. P. 535), лишь ради причащения больных Дары могут выноситься из храма и «в некоторых случаях сохраняться до следующего дня» (Taft. 2008 P. 416). В небольшом количестве восточно-сир. рукописей, однако, засвидетельствован «Чин Знаменования чаши, или Сокровища… установленный мудрейшим мар Израилем, епископом Кашкарским», напоминающий сокращенный чин полной литургии и предназначенный, согласно содержащимся в нем указаниям, для совершения на следующий день после освящения Даров, если те почему-либо остались (изд.: Codrington. 1904. N 20. P. 538-545). О возможном существовании в более древней восточно-сир. традиции также и вечерней Л. П. Д. в великопостный период свидетельствует евхаристический характер песнопений на вечернях 1-й, 4-й и 7-й (Страстной) седмиц Великого поста (Parayday. 1980. P. 236-248). Наконец, как минимум в одной рукописи сохранился пространный чин знаменования чаши затворником в своей келье (Ibid. P. 113-189) - по месту совершения он, скорее, относится к чину самопричащения, но с обрядовой стороны напоминает общественные западносир. чины Л. П. Д. (в частности, отшельнику предписано осенять чашу св. Хлебом с молитвой, как на литургии, но не погружая св. Хлеб в нее: Ibid. P. 185).

Палестинский чин

Л. П. Д. смоделирован по образцу иерусалимской литургии апостола Иакова. Он занимает промежуточное положение между сир. чинами и к-польской Л. П. Д.: как и в последней, важную символическую роль в нем играет торжественный вход со Св. Дарами при пении «Ныне силы…»; но, как в первых, в нем есть молитва, явно занимающая место анафоры, предваряемая анафоральными возгласами и содержащая прошение об освящении чаши, хотя и не столь эксплицитное, как в западносир. чинах (подробнее см. Литургия Преждеосвященных Даров апостола Иакова).

Египетский чин

Л. П. Д. не сохранился, но о его существовании свидетельствует заглавие благодарственной молитвы после причащения в одной грекоязычной рукописи, происходящей из копт. среды (копты на протяжении мн. веков частично сохраняли в богослужении греч. язык): «Из Преждеосвященной [литургии] апостола Марка» (Paris. gr. 325, XIV в. Fol. 38; см.: Μωραΐτης. 1955. Σ. 105). В этой же рукописи среди заамвонных молитв имеется «Молитва сорока дней святых постов» (Fol. 49; см.: Μωραΐτης. 1955. Σ. 106), совпадающая с заамвонной молитвой к-польской Л. П. Д. Еще одним свидетельством знакомства егип. христиан с Л. П. Д. является существование чина «на долив чаши», некогда использовавшегося для восполнения потира, в к-ром во время причащения закончилась Кровь Христова, а в наши дни применяемого для переосвящения потира при необходимости (Al-Masri I. H. The Rite of the Filling of the Chalice // Bull. de la Societé d'Archeologie Copte. Le Caire, 1940. Vol. 6. P. 77-90). На связь между этим чином и Л. П. Д. указывает совпадение молитвы из него с упомянутой выше мелькитской молитвой «О Преждеосвященной просфоре» (Graf. 1916; Лурье. 1998. С. 11-13).

Среди сохранившихся фрагментов литургического наследия христ. Церкви Нубии, тесно связанной с егип. христианством, присутствуют неск. молитв над Хлебом и чашей, одна из к-рых содержит следующее прошение: «...ниспошли силу Твоего Святого Духа на смешение [вина с водой.- Авт.] в этой чаше и преложи его посредством этой преждеосвященной частицы»; т. о., в Нубии традиция освящения чаши преждеосвященным Хлебом также была известна (Alexopoulos. 2009. P. 114-117).

На латинском Западе

причащение Преждеосвященными Дарами в отличие от Востока не было оформлено в самостоятельное богослужение. Причащение в Великую пятницу, получившее в позднейшем обиходе наименование «месса Преждеосвященных», достаточно долго оставалось совершавшимся в молчании необязательным прибавлением к 9-му часу, к-рый в этот день отличался особыми чтениями и молитвами и оканчивался поклонением Кресту.

Древняя редакция Сакраментария Геласия (составлена примерно на рубеже VII и VIII вв.), где эта практика упоминается впервые, сообщает: «Когда завершатся вышеописанные молитвы, диаконы входят в сакристию. И исходят с Телом и Кровью Господними, которые остались с предшествующего дня [т. е. с мессы Великого четверга.- Авт.], и поставляют их на алтарь. И священник (sacerdos) встает пред алтарем, поклоняясь Кресту Господнему и целуя [его]. И произносит: «Помолимся», и затем: «Praeceptis salutaribus moniti...» [традиц. преамбула к молитве «Отче наш».- Авт.], и молитву Господню. Также: «Libera nos, Domine, quaesumus...» [это т. н. эмболизм, обычное добавление к «Отче наш».- Авт.]. И когда все это совершится, все поклоняются святому Кресту и причащаются» (PL. 74. Col. 1105). В настоящей статье уже приводились свидетельства «Ordo Romanus» XXIII и Амалария Мецского о том, что в VIII в. причащение в Великую пятницу в Риме не совершалось на папской службе; т. о., Сакраментарий Геласия не случайно в этом месте обозначает совершителя чина термином «sacerdos», а не «pontifex». В «Ordo Romanus» XVI (а также XVII, к-рый является переделкой XVI), датируемом 775-780 гг., также говорится именно о священнике (presbyter) как совершителе «мессы Преждеосвященных», описанной аналогично Сакраментарию Геласия - с использованием и Преждеосвященного Тела, и Преждеосвященной Крови (Andrieu M. Les Ordines Romani Du Haut Moyen Âge. Louvain, 1951. T. 3. P. 152). А вот в «Ordo Romanus» XXIV, составленном ок. 754 г., совершителем этого чина назван уже pontifex, т. е. епископ (но не папа, поскольку этот документ происходит не из самого Рима), и для причащения ему приносятся - причем не диаконами, а священниками и субдиаконами - Преждеосвященный Хлеб и чаша, но не с Кровью Христовой, а с неосвященным вином (cum vino non consecrato). По завершении поклонения Кресту произносятся молитвы «Praeceptis salutaribus…», «Отче наш» и «Libera nos…» - и предстоятель молча (nihil dicens) погружает часть Преждеосвященного Хлеба в чашу, после чего все причащаются (Ibid. P. 294). Т. о., здесь появляется та же традиция освящения чаши Преждеосвященным Хлебом, что и на Востоке,- но в отличие от рассмотренных выше нек-польских вост. чинов Л. П. Д. лат. чин не содержит специальной молитвы с соответствующим прошением.

Указания Сакраментария Адриана - одной из редакций Григория Сакраментария, датируемой 80-ми гг. VIII в.,- о причащении в Великую пятницу буквально совпадают с «Ordo Romanus» XXIV (PL. 78. Col. 86). Позднее они были воспроизведены в Романо-Германском Понтификале X в. с прибавлением богословского комментария: «Ибо освящается неосвященное вино освященным Хлебом» (sanctificat autem vinum non consecratum per sanctificatum panem: Vogel C. e. a. Le Pontifical Romano-germanique du dixième siècle. Vat., 1963. T. 2. P. 92-93. (ST; 227); о богословских аспектах этой фразы см.: Andrieu. 1924). Этот Понтификал лег в основу предназначенного уже и для папского богослужения Римского Понтификала XII в., где причащение в Великую пятницу описывается практически так же и с тем же богословским комментарием (Andrieu M. Le Pontifical romain au Moyen Âge. Vat., 1938. T. 1: Le Pontifical romain au XIIe siècle. P. 237. (ST; 86)). Дополнительно здесь предписано, чтобы каждый (вероятно, речь идет о клириках) самостоятельно вычитал чин вечерни после окончания Л. П. Д. (Ibidem.).

Понтификал Римской курии XIII в. свидетельствует, что в эту эпоху латинский чин причащения в Великую пятницу претерпел 2 существенных изменения: во-первых, из текста исключен богословский комментарий об освящении чаши частицей Преждеосвященной гостии; во-вторых, единственным причастником на этой службе становится предстоятель (Ibid. 1940. T. 2: Le Pontifical de la curie romaine au XIIIe siècle. P. 467-469. (ST; 87)). В Понтификале Вильгельма Дуранда, который этот выдающийся лат. литургист и канонист отредактировал и издал в 1293-1295 гг., содержится аналогичный текст, но с важным замечанием: принимая Тело Христово, предстоятель читает про себя молитвы ко причащению из обычного чина мессы, опуская те их слова, где говорится о Крови Христовой; само причащение из чаши сохранено, но акцент сделан на помещенной в нее частице гостии: «приняв их [2 др. части гостии.- Авт.] и пропустив все, что он [епископ.- Авт.] должен [обычно] произносить перед принятием чаши, немедленно потребляет частицу гостии [вместе] с вином и водой из чаши» (Ibid. T. 3: Le Pontifical de Guillaume Durand. P. 587. (ST; 88)); т. о., старая традиция освящения чаши частицей Преждеосвященной гостии была окончательно оставлена, причем вполне сознательно: к кон. XIII в. ее неоднократно подвергали критике различные лат. богословы, начиная с Петра Кантора († 1197). Парадоксальным образом, вопреки отказу от понимания чаши в этом чине как освящаемой, в расширенной редакции Понтификала Римской курии XIII в. при поставлении чаши на алтарь в начале чина появились позаимствованные из полного чина мессы элементы: каждение с молитвами «Incensum istud…» и «Dirigatur…» и молитвы о принятии приношения «In spiritu humilitatis…» и «Orate fratres…» (Ibid. T. 2. P. 468). А поскольку служба чтений, предваряющая процессию с Преждеосвященной гостией и приношение чаши, была окончательно осмыслена как литургия Слова Великой пятницы, чин в целом приобрел большое сходство с полной мессой, что и обусловило установление термина «Missa Praesanctificatorum». По ее окончании, согласно расширенной редакции Понтификала Римской курии XIII в., равно как и Понтификал Вильгельма Дуранда и последующим памятникам, священнослужителям следовало частным образом вычитать чин вечерни.

Понтификалы Римской курии XIII в. и Вильгельма Дуранда сделались образцами для последующих редакций Понтификалов и Миссалов, включая многочисленные печатные издания, так что описанный порядок «мессы Преждеосвященных» Великой пятницы, с использованием чаши (но без восприятия ее в качестве освящаемой) и причащением только предстоятеля, был канонизирован в католической традиции на мн. века. Вместо вечернего времени он вместе с предваряющими его службой чтений и поклонением Кресту стал традиционно совершаться с утра. Также распространилась традиция приносить Преждеосвященную гостию с торжественной процессией и пением гимна - как правило, посвященной Кресту песни «Vexilla regis». Схожим с католиками образом служба Преждеосвященных могла совершаться и у англикан вплоть до XX в., но не повсеместно, а лишь в «высокой Церкви».

В 1955 г. по решению папы Пия XII была проведена реформа всех служб пасхального тридуума, коснувшаяся и чина «мессы Преждеосвященных». Она вновь, как и в древности, стала совершаться в вечернее время, и не только предстоятель, но и миряне получили возможность причащаться за этим богослужением. Одновременно из чина были полностью исключены к.-л. упоминания о чаше (включая молитвы при ее поставлении на алтарь), что окончательно закрыло вопрос о ее освящении, и причащение стало преподаваться исключительно под одним видом (Nocent A. La Semaine sainte dans la liturgie romaine // Hebdomadae sanctae celebratio: Conspectus historicus comparativus. R., 1997. P. 294-295. (BEL.S; 93)). Сходный чин, но с причащением под двумя видами изложен - в качестве одного из возможных вариантов совершения службы в Великую пятницу - в совр. англикан. литургических изданиях.

Не связанная с богослужением Великой пятницы лат. традиция причащения Преждеосвященными Дарами засвидетельствована в анонимном монашеском уставе «Regula magistri» («Правила учителя») VI в. Здесь подробно описан порядок ежедневного причащения насельников мон-ря по окончании службы 9-го часа (здесь это аналог вечерни; ежедневное причащение в такое время дня указывает на строгое постничество монахов), под двумя видами, без к.-л. специальных молитв, не считая частных (Reg. Magistr. 21-22 // SC. 106. P. 102-108). В монашеском уставе Аврелиана, еп. Арльского, составленном между 534 и 542 гг., братии предписывается по воскресеньям и праздникам вместо мессы (согласно этому уставу, она бывает только по особому распоряжению аббата) собираться в 3-й час дня и совершать краткую службу, состоящую из «Отче наш», пения (вероятно, псалмов) и причащения Преждеосвященных Даров (Aurelian. Reg. monach. 57. 11-12 // PL. 68. Col. 396). Еще один монашеский устав VI в., аббатов Павла и Стефана, также предписывает братии причащаться после «Отче наш» (SS. Paili et Stephani Regula ad monachos. 13 // PL. 66. Col. 953; в тексте упомянут только эмболизм этой молитвы; см.: Alexopoulos. 2009. P. 124-126). Все эти уставы, вероятно, происходят из монастырей, располагавшихся на юге совр. Франции и связанных с бенедиктинским движением. С учетом того, что появившаяся в VIII в. в Риме традиция причащения Преждеосвященными Дарами, вероятнее всего, была принесена туда из др. региона (на что указывает первоначальное отсутствие этого священнодействия в папском церемониале), можно осторожно предположить, что она пришла туда вместе с монахами-бенедиктинцами. Впрочем, в более поздних латинских монашеских уставах ежедневное или еженедельное причащение Преждеосвященными Дарами уже не упоминается.

Константинопольский чин Л. П. Д.

- единственный непрерывно совершавшийся в правосл. Церкви с доиконоборческого времени вплоть до наших дней. Он является безусловным украшением великопостного богослужения. Неск. входящих в него уникальных песнопений составляют интересный пласт церковной музыки, а сам он занимает особое место в правосл. богослужебном предании.

Дни совершения

В наст. время Л. П. Д. бывает только в будние дни Великого поста. В древности, однако, она могла совершаться и в некоторые др. дни. Так, в древнейшем свидетельстве о к-польской Л. П. Д., содержащемся в «Пасхальной хронике», прямо сказано, что херувимская песнь «Ныне силы…» исполняется «не только Великим постом во время входа Преждеосвященных [Даров], но и в другие дни, когда бы ни случилась [служба] Преждеосвященных» (PG. 92. Col. 989).

В Типиконе Великой церкви, описывающем кафедральное богослужение К-поля IX-XI вв., Л. П. Д. установлена не только на все будние дни Великого поста (Mateos. Typicon. Vol. 1. P. 10), но и на среду и пятницу Сырной седмицы (Ibid. P. 6, 8) и Великую пятницу (Ibid. P. 82; Типикон Великой ц. умалчивает о литургии в Великий понедельник, Великий вторник, Великую среду, но в эти дни тоже, несомненно, совершалась Л. П. Д.); кроме того, допускается совершение Л. П. Д. вообще по средам и пятницам всего года (Ibid. P. 188).

Согласно Типиконам студийской эпохи (X-XII вв.), поначалу в столичных мон-рях Л. П. Д. совершалась столь же часто, как и в кафедральной практике (хотя о возможности ее служения по средам и пятницам всего года эти Типиконы уже не упоминают). Так, в составленном в 1034 г. Студийско-Алексиевском Типиконе, наиболее точно отражающем текст первоначального Студийского Синаксаря, но сохранившемся лишь в слав. переводе, Л. П. Д. («литургию постную») предписано совершать в среду и пятницу Сырной седмицы (Пентковский. Типикон. С. 237), ежедневно в будние дни Великого поста (Там же. С. 239), в Великие понедельник (Там же. С. 248), вторник, среду (Там же. С. 250) и пятницу (Там же. С. 254). В сумме это составляет 36 дней в году.

Но постепенно в Типиконах студийской традиции начинают появляться указания о полном запрете на совершение к.-л. литургии, в т. ч. Л. П. Д., в первые дни Великого поста. Напр., в пользовавшемся большим авторитетом во мн. визант. монастырях Евергетидском Типиконе 2-й пол. XI в. Л. П. Д. установлена в те же дни, что и в Студийско-Алексиевском уставе, но за исключением понедельника 1-й седмицы (Дмитриевский. Описание. Т. 1. С. 515; см. также: C. 509-510, 544-546, 553). В южноитал. Николо-Казолянском Типиконе 1205 г. сказано, что в понедельник и вторник 1-й седмицы Великого поста Л. П. Д. совершается только при архиерейском богослужении, а в мон-рях и, вероятно, на приходах она не служится (Там же. Т. 1. С. 826). Здесь же уже нет Л. П. Д. и в Великую пятницу. В афонском Георгия Мтацминдели Типиконе, составленном ок. 1042 г. на груз. языке, Л. П. Д. не служится в сырную среду и в понедельник, вторник и четверг 1-й седмицы поста, но в сырную пятницу, в будние дни др. великопостных седмиц и в Великую пятницу она все еще совершается (Кекелидзе. Литургические груз. памятники. С. 273-280, 282, 289). По наблюдению - вероятнее всего, верному - прот. Стефана Алексопулоса, отмена Л. П. Д. в нек-рые дни Великого поста (и прежде всего в начальные дни 1-й седмицы, а также в Великую пятницу) была связана с желанием подчеркуть постный характер этих дней и с этой целью полностью устранить вкушение в них пищи или предельно ограничить его (Alexopoulos. 2009. P. 62-63).

Отсутствие Л. П. Д. и, следов., сугубо постный характер нек-рых будних дней Великого поста влекли за собой потенциальное понижение статуса тех праздников годового неподвижного богослужебного круга, к-рые приходятся на этот период. Поэтому в Типиконах появляются указания о совершении Л. П. Д. не только в те или иные будние дни поста, но и в даты главных праздников этого времени года - естественно, если они выпадут на будние дни, а не на субботу или воскресенье (когда в любом случае служится полная литургия). При этом, поскольку Л. П. Д. совершается на вечерне, получается, что вечерня в такие праздники не открывает собой следующий богослужебный день, как обычно, а замыкает день уходящий.

Так, в Типиконе Георгия Мтацминдели Л. П. Д. дополнительно указана на вечерне вечером 24 февр. (ст. ст.; это праздник Обретения честной главы св. Иоанна Предтечи), вечером 9 марта (память 40 мучеников Севастийских), а также на вечерне под праздник Благовещения (вечером 24 марта) и на вечерне в день отдания Благовещения (вечером 26 марта: Кекелидзе. Литургические груз. памятники. С. 254-257). В южноитал. же Мессинском Типиконе 1131 г. Л. П. Д. указана только в среды и пятницы Великого поста (на сырной седмице и в Великую пятницу ее нет), вечером 24 февр., 9, 24, 26 марта, а также вечером 23 марта (вечерня предпразднства Благовещения Пресв. Богородицы) и в четверг 5-й седмицы Великого поста ради исполненного ранее в этот же день на утрене Великого канона прп. Андрея Критского (Arranz. Typicon. P. 429-430).

В древнейших редакциях Иерусалимского устава XI-XII вв. Л. П. Д. установлена на те же дни, что и в Мессинском Типиконе, за исключением вечеров 23 и 26 марта. Принятый ныне в РПЦ Типикон, представляющий собой позднюю редакцию Иерусалимского устава, предписывает совершать Л. П. Д. по средам и пятницам Великого поста (гл. 10), а также в четверг 5-й седмицы и в Великие понедельник, вторник и среду (гл. 49: соответствующие разделы). В сырные среду и пятницу, а также в Великую пятницу Л. П. Д. не совершается. Для дней памяти Обретения честной главы св. Иоанна Предтечи и 40 Севастийских мучеников в самый день праздника вечером предписано совершать вечерню с Л. П. Д. Но если по каким-то причинам Л. П. Д. совершена быть не может, празднование этим святым должно оканчиваться раньше, на изобразительных, и вечерня в день праздника посвящается уже следующему дню (48-я глава: разделы под 24 февр. и 9 марта). По тому же образцу совершается богослужение др. праздников Минеи, имеющих полиелей, равно как и престольных праздников (Храмовые главы, гл. 35), в будние дни поста. Типикон упоминает и о Л. П. Д. вечером 23 марта (вечерня под предпразднство Благовещения) и 24 марта (вечерня под само Благовещение), предлагая 2 варианта службы: с Л. П. Д. и без нее (с формулировками    или    ). Нек-рые совр. толкователи устава полагают, что Л. П. Д. под посвященные Благовещению памяти должна совершаться только в том случае, если эти дни выпадают на обычные для этой литургии среду или пятницу (или четверг 5-й седмицы и т. д.), интерпретируя формулировки типа    в смысле безальтернативного варианта службы при совпадении с днями, обычно не имеющими Л. П. Д. Однако точно те же формулировки используются и в уставе дней, когда Л. П. Д. безусловно должна быть: в среду и пятницу 1-й седмицы поста, в понедельник Страстной седмицы и т. д. Поэтому очевидно, что и в случае с благовещенскими празднованиями они имеют в виду не зависимость совершения Л. П. Д. от дня недели, а те ситуации, когда ее невозможно совершить технически (напр., из-за отсутствия священника). Данные Типиконов студийской эпохи, приведенные выше, полностью подтверждают традиционность совершения Л. П. Д. на вечернях накануне праздника Благовещения (подобно, напр., полной литургии на вечернях накануне праздников Рождества Христова и Богоявления) и даже его предпразднства.

Даже с повсеместным введением Иерусалимского устава кое-где сохранились локальные традиции совершения Л. П. Д. чаще, чем указано в этом уставе. Напр., в Киево-Печерской лавре до 1930 г. она совершалась во все будние дни Великого поста (кроме понедельника и вторника 1-й седмицы), что фактически было наследием студийской традиции, но формально объяснялось ежедневным совершением полиелейных служб киево-печерским святым.

В происходящем с о-ва Крит Типиконе Sinait. gr. 1109, 1464 г., встречается небольшая ст. «О чине Божественной литургии, когда [какой] совершается» (текст: Дмитриевский. Описание. Т. 3. С. 237-238; эта статья также входит в состав свода правил, ложно приписываемых свт. Никифору I Исповеднику, но появившихся не позднее XIV в. (RegPatr, N 407), текст: Pitra. Juris ecclesiastici. T. 2. P. 321). Здесь, в частности, сказано, что «в великом храме» (ἐν τῷ μεγάλῳ ναῷ) - вероятно, имеется в виду «Великая церковь», т. е. храм Св. Софии в К-поле,- Л. П. Д. некогда совершалась и на праздник Воздвижения Честного Животворящего Креста Господня. Прот. С. Алексопулос готов считать эту информацию достоверной, ссылаясь на то, что на Воздвижение положен пост (см.: Alexopoulos. 2009. P. 65). Однако аутентичные к-польские источники ее не подтверждают, а пост на Воздвижение был установлен относительно поздно. Скорее, мысль о совершении Л. П. Д. в день Воздвижения могла появиться у греч. клира, жившего под лат. владычеством (в Типиконе Sinait. gr. 1109 прямо перечисляются зап. титулы венецианских правителей Крита) и вошедшего в контакт с лат. богослужебной практикой: совершение у католиков «мессы Преждеосвященных» после поклонения Кресту в Великую пятницу могло породить ошибочное мнение о совершении также и правосл. Л. П. Д. после поклонения Кресту, но не в Великую пятницу (в визант. традиции в этот день поклонения Кресту нет), а на праздник Воздвижения.

Текст

Древнейшие сохранившиеся греческие рукописи, содержащие текст Л. П. Д. к-польской традиции,- это знаменитый Барберини Евхологий, Vat. Barberini gr. 336, кон. VIII в., а также фрагменты Евхология из новых синайских находок, Sinait. gr. (NE) МГ 22, рубеж IX и X вв. Общее же число рукописей Л. П. Д. исчисляется сотнями, если не тысячами, поскольку эта литургия была и остается одной из 3 литургий, повсеместно совершаемых в правосл. мире, что и обусловило ее постоянное копирование. Впрочем, подавляющее большинство дошедших до нас списков относится уже к поздне- и поствизант. периоду и, как правило, не представляет большого интереса с т. зр. истории текста. Достаточно подробный - хотя и не полный - список греческих рукописей Л. П. Д., прежде всего древнейших, приведен в монографии прот. С. Алексопулоса (Alexopoulos. 2009. P. 335-339), которая помимо прочего содержит наиболее подробное текстологическое исследование греч. формуляра Л. П. Д. (более ранние работы включают: Goar. Euchologion. P. 159-178; Μωραΐτης. 1955; Θουντούλης. 1971 и др.). Для текстологии Л. П. Д. также имеют значение рукописи древних переводов этой литургии на др. языки православного мира: грузинский, арабский, славянский (в частности, текстология древнейших славянских рукописей Л. П. Д. подробно рассмотрена в работах А. С. Слуцкого и Т. И. Афанасьевой, прежде всего см.: Афанасьева. 2004; Slutskij. 2009), но исследования, которое на должном уровне обобщало бы данные византийских и переводных рукописей, пока не существует. См. также детальное сопоставление печатных изданий Л. П. Д. на церковнославянском, православных и униатских: Токорняк. 2002.

Ядро формуляра Л. П. Д. образуют 7 священнических молитв: об оглашенных, о готовящихся к Просвещению, верных 1-я и 2-я, перед «Отче наш», главопреклонная и благодарственная, а также ряд диаконских ектений (они выписаны в рукописях не всегда, поскольку, очевидно, часто произносились по памяти) и возгласы - прежде всего Τὰ προηγιασμένα ἅγια τοῖς ἁγίοις (   ). В подавляющем большинстве рукописей к этому базовому набору добавлены еще 2 или 3 молитвы: перед возгласом    заамвонная и в скевофилакионе (т. е. молитва по завершении литургии, читаемая перед потреблением Св. Даров). В отличие от первых 7, составляющих неизменное ядро формуляра Л. П. Д., эти 3 молитвы в рукописях не всегда совпадают с помещенными в совр. изданиях (см. соответственно: Alexopoulos. 2009. P. 248-249, 274-277 и 279-281).

Как правило, рукописи содержат кроме молитв собственно Л. П. Д. еще и молитвы предваряющей ее вечерни: светильничные (количеством от 1 до 7: Ibid. P. 142-146), входа (чаще всего используется та же молитва входа, что и на вечерне без Л. П. Д., но встречаются списки, где она заменена молитвой малого входа из литургий свт. Василия Великого / свт. Иоанна Златоуста или к.-л. иной: Ibid. P. 151-152) и сугубой ектении. Гораздо реже в рукописях формуляра Л. П. Д. присутствуют следующие молитвы: протесиса (по покровении дискоса и чаши на Л. П. Д.: Ibid. P. 161-162), священника о своем недостоинстве перед великим входом (аналогичная молитве «Никтоже достоин» из полной литургии: Ibid. P. 232-235) и до и после причащения (Ibid. P. 264-265).

Помимо текстов, произносимых священнослужителями, формуляр Л. П. Д. содержит уставные рубрики - до XIV в. в большинстве случаев очень лаконичные,- содержащие упоминания псалмов, библейских чтений и песнопений этой литургии. Изначально Л. П. Д. в кафедральном богослужении К-поля соединялась с вечерней по чину «песненного последования», однако в подавляющем большинстве рукописей при перечислении элементов вечерни в начале Л. П. Д., она описывается согласно палестинскому Часослову, т. е. монастырским студийским и Иерусалимскому уставам. Лишь 2 списка - Sinait. NE. МГ 22, рубеж IX и X вв., и Vatic. gr. 1554, XII в.,- сохранили порядок соединения Л. П. Д. с вечерней согласно «песненному последованию» (см.: Radle G. Sinai Greek NE / МГ 22: Late 9th/Early 10th Century Euchology Testimony of the Liturgy of St. John Chrysostom and the Liturgy of the Presanctified Gifts in the Byzantine Tradition // BollGrott. 2011. Vol. 8. Ser. 3. P. 169-221); еще в одной рукописи - Vatiс. gr. 1872, XII в.,- вечерня открывается Пс 103 (как в палестинском Часослове), за к-рым, однако, следуют антифоны «песненного последования» (Ibid. P. 221).

По крайней мере с XIV в. получили распространение диатаксисы Л. П. Д.- уставные указания о порядке совершения литургии, дополняющие текст Евхология и письменно фиксирующие принятый порядок совершения священнодействий, ранее передававшийся изустно. Помимо наименования διάταξις (чин по порядку) эти тексты часто озаглавлены как ρμηνεία (толкование; однако толкованием в значении раскрытия внутреннего смысла текстов и священнодействий они не являются). Поначалу они существовали независимо от формуляра Л. П. Д. (ранний пример такого диатаксиса содержится в Типиконе Paris. gr. 385, XIV в.; изд. текста: Дмитриевский. Описание. Т. 3. С. 189). Однако они быстро вошли в состав Евхология, помещаясь в нем сначала как приложение к формуляру Л. П. Д. (напр., в Евхологии Sinait. gr. 968, 1426 г.; изд. текста: Дмитриевский. Описание. Т. 2. С. 394-395), а затем уже как преамбула к нему - очевидно, по аналогии с формулярами полной литургии, предваряемыми главой о порядке совершения проскомидии (см. Евхологий Athos. Pantel. 435, кон. XVI в., где та же статья, что и в Sinait. gr. 968, предваряет формуляр Л. П. Д.: Дмитриевский. Описание. Т. 2. С. 832; при этом по окончании формуляров всех 3 литургий здесь в качестве приложения приведены диатаксис полной литургии свт. Филофея (Коккина) и иной, весьма подробный диатаксис Л. П. Д.; изд. текста: Там же. С. 833-835).

Совр. издания Л. П. Д. сохраняют тот же порядок: краткий диатаксис, за к-рым следует полный формуляр Л. П. Д. В Служебнике РПЦ, его переводах и копирующих его изданиях др. поместных Церквей между диатаксисом и формуляром Л. П. Д. (они озаглавлены соответственно как      и    ) помещена дополнительная статья          (см. ниже). Существуют издания - не полного Служебника, а одной Л. П. Д. либо Л. П. Д. и нек-рых великопостных служб,- где все 3 статьи сведены в единый текст.

Атрибуция

В древнейших рукописях, равно как и в совр. стандартных изданиях, заглавие Л. П. Д. не содержит указания на конкретного автора ее текста. Однако с XII в. имя автора начинает спорадически появляться. Достаточно часто греч. Евхологии XII-XVI вв. называют автором Л. П. Д. свт. Германа I К-польского; реже - и позже, с XIV в.,- возникает имя свт. Епифания Кипрского; еще позднее, с XV в., в качестве составителя Л. П. Д. указывается свт. Григорий I Великий; как минимум в 2 рукописях XVI в. вместо свт. Григория Великого (Двоеслова) стоит имя свт. Григория Богослова (см. перечисления рукописей в работах: Alexopoulos. 2009. P. 50-52; Parenti. 2010. P. 77-81).

Среди слав. рукописей имя свт. Германа в качестве автора Л. П. Д. пока не выявлено, но имя свт. Епифания встречается в ряде списков XIV-XVI вв.; наибольшее же распространение в слав. традиции XV-XVI вв. имела атрибуция Л. П. Д. свт. Василию Великому (см.: Slutskij. 2009. P. 26). Но в XVI в. чин Л. П. Д. в слав. традиции был переатрибутирован - несомненно, под влиянием греч. книжности того времени - свт. Григорию Великому. Яркое свидетельство этой переатрибуции сохранилось в Служебнике БАН. 21. 4. 13, происходящем из Киевской митрополии, где чин Л. П. Д. озаглавлен так: «Устав Божественыя службы Прежеосвященныа святаго преподобнаго отца нашего святителя Епифания Кипръска Инии же повед[а]ют [и]зложенне быти ей Акгафаном папа Римскым. И святогорцы поведают Григориа папы Римскаго изложение» (Л. 70). А в древнейшем сохранившемся слав. списке Л. П. Д. в составе Варлаама Хутынского Служебника (ГИМ. Син. № 604, нач. XIII в. Л. 20-24) лист, содержавший изображение составителя этой литургии, был в позднейшую эпоху изъят - вероятнее всего потому, что на нем был изображен не свт. Григорий Великий, а др. святой.

В ранних груз. переводах Л. П. Д. приписывается свт. Василию Великому (Jacob. 1964. P. 70). Ему же приписана к-польская Л. П. Д. (в отличие от палестинской с именем ап. Иакова) в Диакониконе Sinait. gr. 1040, XIV в., восходящем к палестинскому протографу XII в. (Jacob. 1964. P. 72). Та же атрибуция известна в мелькитской традиции (см. выше).

Исследователи выдвинули различные предположения относительно причин приписывания Л. П. Д. папе Римскому Григорию - латиноязычному автору, не связанному с к-польской богослужебной традицией (см.: Малиновский. 1850. С. 61-75; Смирнов-Платонов. 1850. С. 53-70; Μωραΐτης. 1955. Σ. 26; Желтов. 2004; Alexopoulos. 2009. P. 52-55; Parenti. 2010). Появлению его имени в рукописях и изданиях Л. П. Д. предшествовала достаточно длительная агиографическая традиция, начавшаяся с размещения в житийной справке о нем под 12 марта в Синаксаре Великой К-польской ц. сведений о том, что он установил в Рим. Церкви практику совершения полной литургии (т. е. мессы) в будние дни Великого поста. Эта информация отсутствовала в первоначальной редакции Синаксаря, поскольку ряд рукописей ее не содержит; равным образом близкий к Синаксарю Минологий Василия II также не упоминает об этом (PG. 117. Col. 349). Но не позднее 2-й пол. XI в. она была добавлена: в частности, она вписана в рукопись Paris. gr. 1617, 1071 г. (SynCP. Col. 531-534: в разночтениях). Источником для появления этой информации послужило, вероятнее всего, офиц. «Разъяснение» (Δήλωσις), данное патриархом К-польским Михаилом II Оксеитом (1143-1146) по запросу императора (RegPatr, N 1021). Сама по себе эта информация была достаточно корректна - во всяком случае, она имела основания в лат. традиции (Parenti. 2010. P. 84) - и должна была пояснить визант. аудитории, почему лат. христиане служат полную мессу в дни Великого поста, в то время как правила древних Соборов запрещают совершение в эти дни полной литургии. Однако в более поздних редакциях Синаксаря - напр., в рукописи Berollin. SB. gr. 219, XII-XIII вв., легшей в основу издания И. Делеэ,- сообщение о введении свт. Григорием полной литургии в будние дни Великого поста для лат. христиан превратилось (возможно, из-за разрыва византийцев с последними) в информацию об установлении им «той литургии, которую мы [византийцы.- Авт.] совершаем в постные дни» (SynCP. Col. 532), т. е. Л. П. Д. Это самое раннее упоминание о свт. Григории Двоеслове как создателе Л. П. Д.

Атрибуция Л. П. Д. противоречит не только историческим фактам, но и традиции визант. литургических комментариев. В пользовавшейся большой популярностью «Протеории» Николая и Феодора Андидских (50-60-е гг. XI в.) утверждается, что по вопросу об авторстве Л. П. Д. «одни говорят, что она [принадлежит] Иакову, называемому братом Господним, другие - первоверховному апостолу Петру, иные - еще кому-то» (PG. 140. Col. 460; эта фраза дословно воспроизведена в толковании на литургию Псевдо-Софрония, XII в.: PG. 87 γ. Col. 3981). Никита Стифат (XI в.) в своем «Рассуждении против Франков, то есть латинян» приписывал Л. П. Д. свт. Василию Великому (PG. 120. Col. 1019 = PL. 143. Col. 971). Живший на рубеже XI и XII вв. митр. Клавидополя Иоанн, автор антилат. «Слова об опресноках», также указывал свт. Василия как автора молитв Л. П. Д. (Alexopoulos. 2009. P. 49). Упомянутый выше Δήλωσις патриарха К-польского Михаила II Оксеита - вероятно, тот самый источник, откуда в визант. среде распространились сведения о литургических преобразованиях свт. Григория Двоеслова,- называет Л. П. Д. древним преданием, восходящим ко временам ранее святителей Василия Великого и Иоанна Златоуста, и приписывает одну из молитв Л. П. Д. свт. Афанасию I Великому (RegPatr, N 1021).

Согласно свт. Симеону, архиеп. Фессалоникийскому, «Преждеосвященная литургия передана [непосредственно] через преемников апостолов… и мы воистину веруем, что она - от апостолов» (PG. 155. Col. 904). На этом основании один из важнейших греч. авторов XVII в., Иерусалимский патриарх Досифей II Нотара, утверждал, что «Преждеосвященная литургия принята от преемников апостольских и не есть творение Григория Двоеслова» (цит. по: Смирнов-Платонов. 1850. С. 45-46). Сходной т. зр. придерживался прп. Никодим Святогорец, включивший опровержение атрибуции свт. Григория Двоеслова в отношении Л. П. Д. в авторитетный канонический сб. «Пидалион» (Πηδάλιον. Σ. 183). Поэтому в совр. греч. традиции эта атрибуция в целом отвергнута - в частности, имя свт. Григория не упоминается на отпусте Л. П. Д. В совр. рус. традиции имя свт. Григория не используется в заглавии чина (по крайней мере в стандартных изданиях), но звучит на отпусте этой литургии; в русской старообрядной традиции отпуст Л. П. Д. произносится без имени свт. Григория.

Время совершения

Согласно Типикону (главы 32, 49), Л. П. Д. должна оканчиваться прямо перед вечерней монастырской трапезой, или ок. 16.00 ч. по совр. счету времени. Т. о., уставное начало Л. П. Д. соответствует 14-15 ч. по совр. счету. Собственно говоря, на это указывает уже сам чин Л. П. Д., 1-ю половину к-рого составляет служба вечерни. Позднее начало литургии и причащение Святых Тайн не с утра, а перед вечерней трапезой в соответствии с 41-м (50-м) прав. Карфаг. и 29-м прав. Трул. предполагают особо длительное воздержание от пищи в дни совершения Л. П. Д. Это полностью согласуется со статусом Л. П. Д. как сугубо великопостной службы.

Однако совр. ритм жизни в большинстве случаев не позволяет устанавливать совершение Л. П. Д. на 14-15 ч. дня, поэтому она обычно служится с утра. Это противоречит содержанию нек-рых ее песнопений и молитв, на что обращали внимание мн. церковные авторы (см., напр.: Успенский. Литургия. 1976; ᾿Αλεξόπουλος. 2008). 28 нояб. 1968 г. на заседании Синода РПЦ вопрос о возможности совершения Л. П. Д. в вечернее время, внесенный по представлению митр. Антония Сурожского и архиеп. Ионафана (Кополовича) Нью-Йоркского и Алеутского (впосл. Кишинёвский и Молдавский), был решен положительно (ЖМП. 1969. № 1. С. 3-5). Впрочем, в отличие от зарубежных епархий РПЦ на территории СССР вечернее совершение Л. П. Д. почти не получило распространения. В последнее время эта практика постепенно находит признание в ряде мон-рей и приходских храмов (при этом Л. П. Д. совершается вечером не во все положенные, а лишь в некоторые дни Великого поста), в т. ч. в России, Белоруссии, Украине, Греции, причем литургию обычно начинают позже, чем это предписано по уставу: в 17 или даже в 18 ч. В документе «Об участии верных в Евхаристии», одобренном на Архиерейском Совещании РПЦ, прошедшем 2-3 февр. 2015 г. в Москве, было подтверждено постановление Священного Синода Русской Православной Церкви от 28 нояб. 1968 г. о том, что «при совершении Божественной литургии Преждеосвященных Даров в вечерние часы воздержание для причащающихся от принятия пищи и пития должно быть не менее 6 часов, однако воздержание перед причащением с полуночи от начала данных суток весьма похвально и его могут держаться имеющие физическую крепость».

Порядок совершения

Согласно совр. практике, совершению Л. П. Д. непосредственно предшествуют великопостные часы и чин изобразительных. Перед Л. П. Д. (обычно во время изобразительных) духовенство облачается в священные одежды, но без произнесения тех стихов, к-рые используются на полной литургии.

Сам чин открывается литургийным возгласом    за которым следуют обычные элементы вечерни: предначинательный псалом (Пс 103), мирная ектения, кафизма, псалмы «Господи, воззвах» (Пс 140, 141, 129, 116) со стихами и стихиры.

Во время предначинательного псалма священник читает светильничные молитвы (согласно рус. традиции, начиная с 4-й, поскольку 1, 2 и 3-я зарезервированы для последующих священнодействий; греческая традиция в этом отношении менее регламентирована - молитвы могут быть произнесены как здесь, так и при чтении кафизмы). Возглас мирной ектении является возгласом 1-й из светильничных молитв, поэтому в последних рус. изданиях Служебника она на месте расположения этой ектении и находится; в греческих и более ранних изданиях эта молитва может помещаться и сразу после своего возгласа, и просто в ряду др. светильничных молитв.

Кафизма на Л. П. Д. практически всегда - 18-я (Пс 119-133), или, по ее первым словам - «Ко Господу…» (Πρὸς Κύριον̇). Согласно совр. Типикону (гл. 17), лишь на 5-й седмице Великого поста на Л. П. Д. должна исполняться иная кафизма (в понедельник и вторник, если по каким-то причинам в эти дни будет совершаться Л. П. Д., 10-я и 19-я, в среду - 7-я, в четверг - 12-я); если же на четверг 5-й седмицы придется праздник Благовещения Пресв. Богородицы, Л. П. Д. в среду этой седмицы должна совершаться вообще без кафизмы. Кафизма исполняется торжественным образом: с провозглашением малой ектении по окончании каждой из 3 частей кафизмы (аналогично 1-й кафизме «Блажен муж» на всенощном бдении под воскресенье). Во время кафизмы священник поставляет Преждеосвященный Хлеб на дискос, наливает в чашу вино и воду и покрывает приготовленные Дары покровцами и воздýхом - без тех стихов, что произносятся в конце проскомидии на полной литургии (так в печатных изданиях; в рукописях стихи могут как сохраняться, так и преднамеренно опускаться: Alexopoulos. 2009. P. 325-328).

В рус. практике этому предшествует торжественная церемония перенесения Преждеосвященного Хлеба со св. престола на жертвенник (согласно Служебнику, Преждеосвященные Дары должны храниться в артофории (слав.  ) на жертвеннике, но на практике они хранятся на св. престоле на отдельном дискосе, под специальным колпаком): во время 1-го антифона кафизмы священник, совершив земной поклон, распростирает антиминс, поставляет на него пустой дискос (если Л. П. Д. совершается на последнем из оставшихся Преждеосвященных Хлебов, то используется тот дискос, на к-ром они хранились), снимает колпак с дискоса с Преждеосвященными Хлебами и переносит один из Хлебов на пустой дискос (обычно не своими пальцами, а при помощи копия и лжицы), поставляя его печатью кверху. После земного поклона произносится малая ектения, священник читает 2-ю светильничную молитву и начинается 2-й антифон кафизмы. Во время 2-го антифона совершается троекратное каждение вокруг св. престола (если священник служит с диаконом, тот предходит со свечой; до и после каждения, как правило, делается земной поклон). Затем следуют малая ектения, 3-я светильничная молитва и 3-й антифон кафизмы. Совершив земной поклон, священник поднимает со св. престола дискос с Преждеосвященным Хлебом и, обходя св. престол против часовой стрелки, переносит его на жертвенник. Диакон, если он есть, предшествует ему со свечой и кадилом. Поставив дискос на жертвенник, священник совершает вышеописанное приготовление Даров, в конце к-рого вместо молитвы проскомидии прозносит лишь      и делает земной поклон. Кафизма заканчивается, и произносится последняя малая ектения.

Каждение на «Господи, воззвах» одновременно является каждением в конце приготовления Даров - аналогично каждению в конце проскомидии на полной литургии. Стихиры на «Господи, воззвах» исполняются на 10, подобно вечерне воскресного дня (в субботу вечером). На «Господи, воззвах» должны исполняться 6 стихир Триоди: сначала самогласен (дважды; если самогласнов 2, то каждый единожды) и мученичен - со стиховны, к-рая при совершении Л. П. Д. отменяется,- затем 3 подобна. После стихир Триоди поются 4 стихиры Минеи (из службы наступающего дня, а если Л. П. Д. служится в честь полиелейного праздника, то из службы уходящего дня, т. е. этого праздника; накануне Благовещения мученичен опускается, а из Минеи берутся не 4, а 6 стихир). В конце исполняются славник, если есть, и богородичен. Для дней, когда Л. П. Д. должна быть в любом случае (сред и пятниц и т. д.), Триодь ради удобства включает самогласен в число стихир на «Господи, воззвах», еще до подобнов. Но если Л. П. Д. совершается ради полиелейного праздника в понедельник, вторник или четверг, уставщик должен самостоятельно перенести самогласен с мученичном со стиховны на «Господи, воззвах». (И наоборот - на вечерне в день, когда Л. П. Д. предусмотрена уставом, но по каким-то причинам не может быть совершена, самогласен с мученичном поется не на «Господи, воззвах» (где они напечатаны в Триоди), но на стиховне.) В особых случаях вместо стихир Минеи исполняются стихиры триодных памятей: в пятницу 1-й седмицы Великого поста - вмч. Феодора Тирона, в субботу 5-й седмицы - Акафиста, 6-й седмицы - Лазаревой субботы, в понедельник, вторник и среду Страстной седмицы - стихиры этих дней. В среду 5-й седмицы Великого поста, на вечерне накануне утрени с Великим каноном прп. Андрея Критского, вместо стихир Минеи исполняются 24 стихиры Великого канона; т. о., в этот день на «Господи, воззвах» вместо 10 исполняются 30 стихир.

Вечерню в составе Л. П. Д. увенчивают вход с кадилом (если на литургии будет читаться Евангелие, т. е. на Страстной седмице и при совершении Л. П. Д. в полиелейные праздники, вход совершается с Евангелием), после к-рого поется гимн «Свете тихий», и чтение паремий. Паремии на вечернях Великого поста, включая Л. П. Д., в седмицы с 1-й по 6-ю выбраны из книг Бытия и Притчей, на Страстной седмице - из книг Исхода и Иова. Изначально идея систематического чтения ВЗ за службами Великого поста была связана с традицией оглашения, но к-польский подбор конкретных паремий для этих служб, сохраняемый доныне, был, вероятно, осуществлен в VII в. уже не для огласительных, а для иных целей (ср.: Карабинов И. А. Постная Триодь: Историч. обзор ее плана, состава, редакций и слав. переводов. СПб., 1910. С. 45-50). 1-я паремия начинается и заканчивается прокимнами, каждый раз новыми (в течение Великого поста прокимны до и после паремии на 6-м часе и 1-й паремии на вечерне поочередно выбраны из последовательно идущих псалмов).

После прокимна в конце 1-й паремии произносятся возгласы:   (Κελεύσατε),    (Σοφία, ὀρθο) и      (Θῶς Χριστοῦ φαίνει πᾶσι). Согласно совр. греч. практике, 1-й возглас (в форме Κέλευσον, т. е. «Повели», «Дай указание») произносит чтец паремии, 2-й - священник, взяв в руки свечу и кадило и крестообразно осеняя ими престол, 3-й - он же, выйдя из алтаря и сначала смотря в сторону иконы Христа справа от царских врат (при произнесении слов Θῶς Χριστοῦ), а затем - крестообразно осеняя свечой и кадилом стоящий в храме народ (со словами φαίνει πᾶσι). В рус. практике 1-й возглас произносит диакон, если он есть (если нет, священник), 2-й - так же, как в греч. практике, 3-й возглас произносится без разделения на 2 части (священник сразу поворачивается к народу), при этом народ встает на колени (в старообрядных приходах народ на колени не встает, но совершает земной поклон по окончании возгласа). В практике студийской эпохи, включая древнерусскую, возглас «Свет Христов просвещает всех» произносился не священником, а диаконом; древнерус. рукописи также упоминают о том, что используемая во время этого возгласа свеча должна быть «триплетеной», сплетенной из трех, т. е. особенно яркой. Возглас «Свет Христов просвещает всех» подчеркивает связь паремий Л. П. Д. с традицией оглашения, т. е. подготовки к таинству Крещения, иначе называемому Просвещением; прот. С. Алексопулос полагает, что этот возглас восходит к древнему антиохийскому чину вечерни, где он исполнялся при благословении вечернего света, аналогично гимну «Свете Тихий» в палестинском чине вечерни (Alexopoulos. 2009. P. 167-183).

Сразу после возгласа «Свет Христов…» начинается чтение 2-й паремии (если Л. П. Д. служится накануне праздника, добавляются и его паремии). По окончании паремий поется «Да исправится молитва моя» - особое песнопение Л. П. Д., повторяемый неск. раз стих Пс 140. 2, перемежаемый стихами Пс 140. 1, 3 и 4. Согласно совр. уставу, во время этого песнопения стоящие по правую и левую стороны храма молящиеся должны попеременно вставать на колени, но в древних уставах песнопение «Да исправится молитва моя» воспринималось скорее как обычный прокимен: священнику предписывалось во время его исполнения сидеть на синтроне (скамья у горнего места), а в случае наличия после паремий иных прокимнов - на Сырной седмице, в Великую пятницу, при совершении Л. П. Д. в полиелейные праздники - песнопение отменялось (см.: Alexopoulos. 2009. P. 186-187; след этого сохраняется в Благовещенских главах Типикона). В совр. практике «Да исправится молитва моя» исполняется даже торжественнее, чем предписывает устав: народ стоит на коленях во все время его пения, священник кадит св. престол и Преждеосвященные Дары на жертвеннике. В рус. практике песнопение обычно исполняют, чередуясь, певец (или трио певцов) и хор; в греческой - священник и хор. Во время последнего повторения «Да исправится молитва моя» в рус. практике священник отдает кадило и сам встает на колени; в греческой - кадит иконостас и народ. По завершении песнопения в рус. практике совершаются 3 земных поклона с молитвой прп. Ефрема Сирина.

Затем, если положено, читаются Апостол и Евангелие (в полиелейные праздники, с прокимном и аллилуиарием) или только Евангелие (на Страстной седмице). Завершением библейских чтений Л. П. Д. служит сугубая ектения, после которой начинается собственно литургийная часть. Ее открывают ектения и молитва об оглашенных (нач.: ῾Ο Θεός, ὁ Θεὸς ἡμῶν, ὁ κτίστης κα δημιουργὸς τῶν ἁπάντων,        ) с отпустом оглашенных. Следуют ектения и молитва о готовящихся ко Святому Просвещению (нач.: ᾿Επίφανον, Δέσποτα, τὸ πρόσωπόν σου,     ), т. е. к таинству Крещения, к-рое в К-поле торжественно совершалось в Лазареву и в Великую субботы. Эта ектения читается только со среды Крестопоклонной седмицы и до Страстной среды, т. е. в тот период, когда в К-поле и происходила окончательная подготовка оглашаемых, причем лишь тех, кто будет принимать Крещение именно в этом году (на что и указывает наличие не одной, а 2 ектений и 2 молитв: об оглашаемых и о готовящихся ко Просвещению). Происходит отпуст готовящихся ко Святому Просвещению и возглашаются 2 ектении верных - как на полной литургии,- во время которых священник читает 2 молитвы. 1-я молитва (нач.: ῾Ο Θεός ὁ μέγας κα αἰνετός, ὁ τῷ ζωοποιῷ τοῦ Χριστοῦ σου θανάτῳ εἰς ἀφθαρσίαν ἡμᾶς ἐκ φθορᾶς μεταστήσας,                ) напоминает обычные к-польские молитвы служб суточного круга, к-рые в совр. Служебнике сохранились только на вечерне и на утрене, но в «песненном последовании» имелись на всех службах. 2-я молитва (нач.: Δέσποτα ῞Αγιε, ὑπεράγαθε, δυσωποῦμέν σε, τὸν ἐν ἐλέει πλούσιον,         ), как показал Алексопулос, текстуально зависит от херувимской песни «Ныне силы…», что дает основание датировать ее VII в. (обо всей серии молитв и ектений между «Да исправится молитва моя» и великим входом Л. П. Д. см.: Ibid. P. 196-217).

Далее совершается великий вход с Преждеосвященными Дарами. В древней визант. традиции вход происходил в целом так же, как и на полной литургии: диакон нес дискос, священник - чашу. В совр. рус. практике и дискос и чашу несет священник, поскольку дискос в отличие от чаши содержит уже освященные Дары - Тело и Кровь Христовы; диакон предшествует ему со свечой и кадилом. В совр. греч. практике вход обычно совершается без диакона (в нек-рых случаях он либо даже сослужащий священник все же идет перед Дарами со свечой и кадилом, как и в рус. практике, при этом священник несет на голове воздýх, как при хиротонии; см.: Ibid. P. 227-232). Во время великого входа хор поет херувимскую песнь «Ныне силы небесныя…» (Νῦν αἱ Δυνάμεις τῶν οὐρανῶν̇), а молящиеся встают на колени. Коленопреклонение во время великого входа Л. П. Д. прямо предписано совр. рус. Типиконом на основании аргументации богословского характера (                      : 49-я гл., примечание ( ) к статье о среде 1-й седмицы Великого поста), но исторически это коленопреклонение скорее связано с византийской практикой вставать на колени во время великого входа на всех литургиях. В свою очередь, процитированное предписание Типикона появилось в связи с желанием высшей церковной власти во 2-й пол. XVII в. ввести эту практику в Московской Руси: в дониконовской традиции великий вход на Л. П. Д. совершался с поклонами, но без стояния на коленях. В некоторых рукописях священнику предписано прочесть перед великим входом молитву о своем недостоинстве по аналогии с полной литургией (Ibid. 2009. P. 232-234; Slutskij. 2009. P. 36-42). В рус. практике после великого входа совершаются 3 земных поклона с молитвой прп. Ефрема Сирина (в старообрядных приходах - только 1 земной поклон по окончании «Ныне силы…»), царские врата затворяются, а завеса закрывается до середины врат.

Следует составная просительная ектения, объединяющая прошения 2 ектений полной литургии: после великого входа и после анафоры. Священник в это время читает молитву перед «Отче наш» (нач.: ῾Ο τῶν ἀῤῥήτων κα ἀθεάτων μυστηρίων Θεός,       ), которая составлена, как продемонстрировал Алексопулос, с использованием фрагментов 2 молитв визант. литургии свт. Василия Великого: после великого входа и после анафоры (Alexopoulos. 2009. P. 243-246). Поется молитва Господня «Отче наш» (по старообрядной практике - с земным поклоном), после к-рой, как и на полной литургии, следует главопреклонная молитва (нач.: ῾Ο Θεός, ὁ μόνος ἀγαθὸς κα εὔσπλαγχνος,      ).

Наступает момент главных священнодействий Л. П. Д.: преломления Преждеосвященного Хлеба, вложения его части в чашу и причащения. Священник произносит молитву на возношение Св. Даров (согласно печатным изданиям, ту же, что и на полной литургии, нач.: Πρόσχες, Κύριε ᾿Ιησοῦ Χριστέ,      в рукописях встречаются и иные: Ibid. P. 248-252), но само возношение не совершается, вместо этого богослужебные книги предписывают священнику, не снимая покровца с дискоса, лишь коснуться пальцами Преждеосвященного Хлеба со словами: Τὰ προηγιασμένα ῞Αγια τοῖς ῾Αγίοις (   ). Это необычное предписание является наследием некогда распространенного среди византийцев мнения об освящении евхаристического хлеба в момент его поднятия священником на возгласе Τὰ ῞Αγια τοῖς ῾Αγίοις (см.: Zheltov. 2010. P. 293-301). Затем священник снимает покровец с дискоса, преломляет Преждеосвященный Хлеб и крестообразно вкладывает одну из его частей в чашу, куда затем вливается теплота. Совр. греч. печатные издания предписывают совершать все эти священнодействия с теми же словами, что и на полной литургии; то же - и в дониконовских рус. изданиях; совр. рус. издания сопровождают соответствующими словами только преломление Преждеосвященного Хлеба, а остальное указывают совершать в молчании. Это является результатом богословской переоценки Л. П. Д. сначала в Киеве в сер. XVII в., а затем в Москве в кон. того же столетия (см. ниже).

Происходит причащение священнослужителей (причастен Л. П. Д.: Γεύσασθε κα ἴδετε̇,     см.: Breslich-Erickson. 1973), затем народа. В конце причащения, когда священник переносит чашу со Св. Дарами с престола на жертвенник, после обычного возгласа поется тропарь «Да исполнятся уста наша» - как на полной литургии. В древнерус. рукописях и дониконовских изданиях в этом месте исполняется др. тропарь,       Он же указан в древних к-польских источниках: в приложении к Хлудовской Псалтири, ГИМ. Греч. 129д, сер. IX в., и в кафедральном чине Л. П. Д. согласно Sinait. gr. (NE). МГ 22, рубеж IX и X вв. (Radle G. Sinai Greek NE/МГ // BollGrott. Ser. 3. 2011. Vol. 8. P. 202), а также в целом ряде южноитал. рукописей Евхология (Alexopoulos. 2009. P. 268-269). В старообрядной практике перед тропарем и на заамвонной молитве (на словах «и поклонитися Святому Воскресению»), на «Буди имя Господне….», и по «Достойно есть» (добавляется перед отпустом) совершаются земные поклоны.

Наконец, провозглашается благодарственная ектения после причащения Св. Тайн, священник читает благодарственную молитву (нач.: Εὐχαριστοῦμέν σοι τῷ Σωτῆρι τῶν ὅλων Θεῷ,      ), и Л. П. Д. заканчивается заамвонной молитвой (нач.: Δέσποτα Παντοκράτορ, ὁ πᾶσαν τὴν κτίσιν ἐν σοφίᾳ δημιουργήσας,        ), пением «Буди имя Господне…» (трижды; в это время священник читает заключительную молитву, иначе называемую молитвой на потребление Даров, нач.: Κύριε, ὁ Θεὸς ἡμῶν, ὁ ἀγαγὼν ἡμᾶς εἰς τὰς πανσέπτους ἡμέρας ταύτας,          ) и Пс 33 (в греч. практике также Пс 144) и отпустом (подробнее см.: Alexopoulos. 2009. P. 269-283). При архиерейском богослужении чин Л. П. Д. имеет нек-рые особенности.

Приготовление Преждеосвященных Даров

Для совершения Л. П. Д. помимо обычных условий: собрания церковной общины во главе с епископом или священником в храме и наличия евхаристических приношений (в данном случае вина), требуется, чтобы в этом храме имелся освященный агнец - Преждеосвященный Хлеб, приготовленный заранее на полной литургии. Агнцы для Л. П. Д. изымаются - каждый из своей просфоры - на проскомидии полной литургии (как правило, в предшествующее Л. П. Д. воскресенье) после изъятия агнца для самой этой литургии с произнесением всех принятых для этого священнодействия слов. Все агнцы поставляются на дискос и находятся на нем до момента возношения св. Хлеба на возгласе Τὰ ῞Αγια τοῖς ῾Αγίοις (  ), когда предстоятель возносит все их вместе. Затем в св. чашу вливается немного теплоты, и предстоятель, беря поочередно каждый из приготовляемых для Л. П. Д. агнцев, при помощи лжицы напитывает («напояет») его Св. Кровью Христовой из чаши. Эта практика установилась к XIV в., тогда как в более раннюю эпоху, согласно целому ряду источников, Преждеосвященный Хлеб для Л. П. Д.- в отличие от запасных Св. Даров для причащения отшельников и больных - мог приготавливаться и храниться без напоения его Св. Кровью (см.: Карабинов. 1915; Алексопулос. 2009). Совр. издания Служебника предписывают священнику лишь крестообразно прикоснуться омоченной в Св. Крови лжицей к св. агнцу (см. Чин, т. е. диатаксис, Л. П. Д.: Служебник. М., 2006. С. 227-228), но на практике встречается более обильное напоение, вплоть до погружения св. агнца прямо в чашу. Затем приготовленные Преждеосвященные агнцы выкладывают на особый дискос для последующего хранения, в св. чашу доливается необходимое количество теплоты, и литургия продолжается.

Богословские аспекты

Вопрос о том, следует ли напоять св. агнец Св. Кровью Христовой, тесно связан с главными богословскими проблемами Л. П. Д.: освящается ли во время этой службы евхаристическая чаша, и если освящается, то по какой причине? Ведь несмотря на всю краткость сир. чинов «Знаменования чаши», они все же содержат эксплицитное моление Богу об освящении чаши, а в к-польском чине Л. П. Д. такая просьба никак не выражена (хотя - вероятно, благодаря знакомству с сир. традицией - подобные молитвы не остались совсем неизвестны грекам: аналогичная молитва имеется в палестинском греч. чине Л. П. Д. ап. Иакова, еще одна сохранилась в южноитал. рукописи Евхология XIII в. из Отранто, Ambros. gr. 276 (E 20 sup.): Parenti S. Influssi italo-greci nei testi eucaristici bizantini dei «Fogli Slavi» del Sinai (XI sec.) // OCP. 1991. Vol. 57. P. 145-177, здесь P. 164).

Тем не менее, несмотря на отсутствие подобного моления, византийцы однозначно верили в то, что чаша на Л. П. Д. освящается. Так, в письме патриарха К-польского Михаила III Анхиала (1169-1177; обоснование авторства: Jacob A. La lettre patriarcale du Typikon de Casole et l'êvéque Paul de Gallipoli // RSBN. 1987. Vol. 24. P. 144-163) еп. Галлипольскому Павлу прямо сказано: «Преждеосвященная служится только для того, чтобы освятить святую чашу» (De excerptis liturgicis e Typico monasterii Casulani // Mai. NPB. 1905. T. 10/ 2. P. 167-171). Др. К-польский патриарх, Михаил II Оксеит (1143-1146), в изданном по запросу императора «Разъяснении» писал: «В каждый из постных дней, когда не совершается полной литургии, они [Преждеосвященные Дары.- Авт.] переносятся из места предложения на св. трапезу в алтаре и над ними не произносится ни одной из таинственных и освятительных молитв, но иерей творит лишь единственную молитву с ходатайством о том, чтобы ему быть достойным причастником предлежащих святынь. А во время св. причащения, [точнее] незадолго до него, диаконы касаются предложенных святых чаш и не произносят, как на полной литургии, «Исполни, владыко», но [говорят:] «Благослови, владыко»,- а предстоятель [ ereÚj, в текстах того времени этим словом мог обозначаться как священник, так и епископ.- Авт.] со словами: «Благословен Бог наш всегда…» вкладывает Преждеосвященный и уже совершенный Святой Хлеб в таинственную чашу, и таким способом (οὕτως) вино и считается прелагающимся, и [действительно] прелагается (μεταβάλλεται κα πιστεύεται μεταβάλλεσθαι) во Святую Кровь Господню» (RegPatr, N 1021).

Вопросы, впрочем, продолжали, по всей видимости, возникать, поскольку к XIV в. древняя традиция хранения Преждеосвященных агнцев без их напоения Св. Кровью окончательно ушла из практики. Но с повсеместным установлением традиции напоять Преждеосвященный агнец Св. Кровью его помещение в чашу влекло за собой уже не только физический контакт освященного Хлеба с неосвященным вином, но и смешение частиц жидкости, т. е. Св. Крови, находящейся в Преждеосвященном агнце, с жидкостью в чаше. Тем самым вопрос о том, как и почему освящается чаша, должен был быть окончательно снят. Поздневизант. литургический комментатор свт. Симеон Солунский описывает Л. П. Д. следующим образом: «Совершенный, священнодействованный и вознесенный [Преждеосвященный] Хлеб, соединенный в том числе и с Божественной Кровью… вкладывается во святой потир с вином и водой без какой-либо молитвы… и когда верхняя часть [Преждеосвященного агнца] будет вложена, находящееся в потире освящается в силу контакта (ἁγιασθῶσι τῷ μετοχῇ)… и предстоятель ( ερεύς) причащается от Хлеба и чаши, и подает имеющим потребность причаститься... Ибо не посредством призывания Святого Духа и назнаменования [знаком креста: οὐ τῇ ἐπικλήσει... κα σφραγῖδι] на Преждеосвященной литургии освящается находящееся в потире, но благодаря контакту и соединению (τῇ μετοχῇ κα νώσει) с животворящим Хлебом, который воистину есть Тело Христово и который соединен с Кровью [Христовой]» (PG. 155. Col. 909). Следов., при совершении Л. П. Д. священник должен причащаться из чаши так же, как на полной литургии.

В греческой традиции описанный свт. Симеоном порядок сохраняется вплоть до наших дней (Alexopoulos. 2009. P. 264-265), но в русской традиции он был принят только до кон. XVII в., когда в чин Л. П. Д. были внесены изменения, касающиеся прежде всего вопроса о вкушении из чаши. Этим изменениям предшествовали неск. эпизодов критики правосл. чина Л. П. Д. со стороны католич. авторов (см.: Карабинов. 1915. С. 739-740, 954-955), наибольший резонанс среди к-рых имел выход в 1642 г. в Кракове сочинения бывш. правосл. архим. Кассиана (Саковича), перешедшего в унию и затем в лат. обряд, под названием: «᾿Επανόρθωσις abo Perspektiwa, y obiasnienie Błędów, Herezyey, y Zabobonów, w Grekoruskiey Cerkwi Disunitskiey...» («Исправление, или Раскрытие и обличение заблуждений, ересей и суеверий Русской Церкви…»). Католич. критика Л. П. Д. была несправедлива уже потому, что в самой лат. традиции на протяжении неск. веков существовал обычай освящения чаши Преждеосвященной гостией, даже не смоченной в Св. Крови (см. выше). Тем не менее современник Саковича митр. Киевский свт. Петр (Могила) фактически принял позицию католич. оппонентов, включив в свой знаменитый «Евхологион» 1646 г. главу под названием         Он первым из правосл. авторов отказался признавать освящение чаши на Л. П. Д.:                    (Требник Петра (Могилы). Т. 1. Л. 253).

Однако, отвергнув идею об освящении чаши, митр. Петр (Могила) вовсе не предполагал менять традиционный порядок причащения священнослужителей на этой литургии: «Егда же от чаши пиеши, или диакону подаваеши…» В подготовленных им к печати Служебниках (К., 1629,1639) изложен обычный порядок причащения священнослужителей, равно как и в изданном после его смерти киевском Служебнике 1653 г.: [иерей]                              и т. д. (Л. 334 об.- 335).

Но в 70-х гг. XVII в. справщик Московского печатного двора иером. Чудова мон-ря Евфимий составил по поручению патриарха Московского Иоакима литургико-каноническое руководство под названием «Учение иереем чиннаго служения…» (впосл. название было заменено на «Воумление от архиерея чинному служению…»; позже на основе этого текста было составлено «Учительное известие»). Помимо прочего в этом руководстве присутствовала ст. «О некиих исправлениих в служении преждеосщенныя литургии», воспроизводящая рассуждения митр. Петра (Могилы) об освящении чаши на Л. П. Д., но в более мягких выражениях (так, слова о церемониальном характере вкушения из чаши опущены, а о самой чаше сказано, что она освящается, но не пресуществляется (             : Служебник. М., 2006. С. 235) - без к.-л. объяснения, что конкретно это должно было бы значить). Тот же Евфимий был редактором и исправленного Архиерейского Чиновника, одобренного в 1675 г., но вышедшего в Москве в 1677 г. (черновые и чистовой экземпляры ныне хранятся в РНБ: Желтов М., диак. Новый источник по истории рус. богослужения: кавычный экземпляр «Чиновника архиерейского служения» 1677 г. // ВЦИ. 2006. № 2. С. 235-239), а также Служебника, вышедшего в Москве в 1676 г. В этих 2 богослужебных изданиях чин причащения во время Л. П. Д. впервые запрещает диакону (а если священник служит один, то священнику) вкушать из чаши до момента потребления Св. Даров в конце литургии (см.: Карабинов. 1915. С. 957-964). Очевидно, это было сделано в полемических целях: желая изменить традиц. отношение к чаше на Л. П. Д., московские церковные власти кон. XVII в. решили как можно контрастнее обособить принятие собственно Св. Таин (включая вкушение их при потреблении) от принятия находящегося в чаше «освященного, но не пресуществленного» содержимого. В наст. время эта практика сохраняется в рус. традиции, хотя вызывает немало критических замечаний - как по причине ее несоответствия традициям греч. Поместных Церквей (и, шире, традиции всей правосл. Церкви до XVII в.; нужно отметить, что рус. традиция перешла и в нек-рые греч. издания XIX в., но не получила особого распространения), так и по чисто практическим соображениям: причастившись Преждеосвященного Хлеба и не запив, диакон затем произносит целый ряд возгласов литургии, что чревато утратой не вполне проглоченных - поскольку они были приняты практически сухими - частиц Св. Хлеба при прохождении потока воздуха через ротовую полость. В старообрядных приходах РПЦ причащение на Л. П. Д. происходит по чину полных литургий.

Изд. и лит.: Малиновский Н. В. О литургии Преждеосвященных Даров. СПб., 1850; Смирнов-Платонов Г. П., прот. О литургии Преждеосвященных Даров. М., 1850; Владиславлев В. Ф., свящ. Объяснение литургии Преждеосвященных Даров. Тверь, 1864; Ловягин Е. И. Литургия Преждеосвященных Даров // СДЛ. 1878. Вып. 5. С. 141-170; Муретов С. Д., прот. Особенности литургии Преждеосвященных Даров в древних греч. и слав. памятниках. М., 1896; Codrington H. W. The Syrian Liturgies of the Presanctified // JThSt. 1903. Vol. 4. N 17. P. 69-82; 1904. Vol. 5. N 19. P. 369-377; N 20. P. 535-545; idem. Liturgia Praesanctificatorum Syriaca S. Ioannis Chrystostomi // Χρυσοστομικά: Studi e ricerche intorno a S. Giovanni Crisostomo. R., 1908. P. 719-729; Карабинов И. А. Св. чаша на литургии Преждеосвященных Даров // ХЧ. 1915. № 6. С. 737-753; № 7/8. С. 953-964; Graf G. Konsekration ausserhalb der Messe: Ein arabisches Gebetsformular mitgeteil und liturgigeschichtlich erläutert // Oriens Chr. N. S. 1916. Bd. 6. S. 44-48; Freestone W. H. The Sacrament Reserved: A Survey of the Practice of Reserving the Eucharist, with Special Reference to the Communion of the Sick, during the first Twelwe Centuries. L., 1917. (Alcuin Club Collections; 21); Thibaut J. B. Origine de la messe des présanctifiés // EO. 1920. Vol. 19. N 117. P. 36-48; Andrieu M. Immixtio et consécratio: La consecration par contact dans les documents liturgiques du Moyen Âge. P., 1924; Τρεμπέλας. Τρεῖς Λειτουργίαι. Σ. 195-221; Tarchnisvili M. Die «Missa praesanctificatorum» und ihre Feier am Karfreitag nach georgischen Quellen // AfLW. 1952. Bd. 2. S. 75-80; Raes A. La Communion au Calice dans l'Office byzantin des Présanctifies // OCP. 1954. Vol. 20. P. 166-174; Μωραΐτης Δ., πρωτ. ῾Η λειτουργία τῶν προηγιασμένων. Θεσ., 1955; Jounel P. Le vendredi saint II: La tradition de l'Église // LMD. 1961. Vol. 67. P. 199-214; Engberding H. Zur Geschichte der Liturgie der vorgeweihten Gaben // OS. 1964. Bd. 13. S. 310-314; Jacob A. Une version géorgienne inédite de la liturgie de Jean Chrysostome // Le Muséon. 1964. Vol. 77. P. 65-119; Janeras V. M. La partie vespérale de la liturgie byzantine des Présanctifies // OCP. 1964. Vol. 30. P. 193-222; Θουντούλης ᾿Ι. Μ. ῾Η λειτουργία τῶν προηγιασμένων κα αἱ εὐχα τῶν ἀντιφώνων τοῦ λυχνικοῦ // ᾿Επιστημονικὴ ἐπετηρῆς Θεολογικῆς Σχολῆς Πανεπιστημίου Θεσσαλονίκης. Θεσ., 1966. Τ. 11. Σ. 269-301; idem. Λειτουργία Προηγιασμένων Δώρων. Θεσ., 1971. (Κείμενα λειτουργικής; 8); Winkler G. Der geschichtliche Hintergrund der Präsanktifikatenvesper // Oriens Chr. 1972. Bd. 56. S. 184-206; eadem. Uber den Busscharakter der byzantinischer Missa Praesanctificatorum // EphLit. 1974. Vol. 88. P. 117-123; Breslich-Erickson H. The Communion Hymn of the Byzantine Liturgy of the Presanctified Gifts // SEC. 1973. P. 51-73; Taft R. F. A History of the Liturgy of St. John Chrysostom. R., 1975. Vol. 2: The Great Entrance: A History of the Transfer of Gifts and other Preanaphoral Rites of the Liturgy of St. John Chrysostom; 2000. Vol. 5: The Precommunion Rites; 2008. Vol. 6: The Communion, Thanksgiving, and Concluding Rites. (OCA; 200, 261, 281); idem. Home-Communion in the Late Antique East // Ars Liturgiae: Worship, Aesthetics and Praxis: Essays in Honor of N. D. Mitchell. Chicago, 2003. P. 1-25; Успенский Н. Д. Коллизия двух богословий в исправлении рус. богослужебных книг в XVII в. // БТ. 1975. Сб. 13. С. 148-171; он же. К вопросу о происхождении литургии Преждеосвященных Даров // ЖМП. 1976. № 2. С. 71-78; он же. Литургия Преждеосвященных Даров: Ист.-литург. очерк // БТ. 1976. Сб. 15. С. 146-184; Parayday T. A Communion Service in the East Syrian Church: Diss. R., 1980; Arranz M. La liturgie des Presanctifiés de l'ancien Euchologe byzantin // OCP. 1981. Vol. 47. P. 322-388; Mitchell M. Cult and Controversy: The Worship of the Eucharist Outside Mass. N. Y., 1982; Слуцкий А. С. Чинопоследование вечерни литургии Преждеосвященных Даров в слав. Служебниках XII-XIV вв. // Славяне и их соседи. М., 1996. Вып. 6. С. 119-132; idem. (Slutskij A. S.) Early Slavonic Versions of the Liturgy of the Presanctified Gifts // Scrinium. St.-Pb., 2009. T. 5. P. 13-87; Лурье В. М. Святая Чаша в раннехристианских чинопоследованиях домашнего причащения (с прил. заметки о коптском чине Исполнения Чаши) // Средневековое православие от прихода до патриархата: Сб. науч. ст. / Отв. ред.: Н. Д. Барабанов. Волгоград, 1998. Вып. 2. С. 4-29; он же. Чаша Соломона и скиния на Сионе: Ч. 1. Надпись на Чаше Соломона: текст и контекст // Византинороссика. СПб., 2005. Т. 3. С. 8-74; Афанасьева Т. И., Слуцкий А. С. Чинопоследование литургии Преждеосвященных Даров в двух древнейших болг. Служебниках // Palaeobulgarica. 1999. Т. 23. № 3. С. 88-97; Афанасьева Т. И. К истории текста литургии Преждеосвященных Даров в слав. рукописной традиции XII - 1-й пол. XIV в. // Опыты по источниковедению: Древневрус. книжность. СПб., 2001. Вып. 4. С. 34-46; она же. Слав. литургия Преждеосвященных Даров XII-XV вв.: Текстология и язык. СПб., 2004; Ванюков С. Чин литургии Преждеосвященных Даров: (Исслед. печатных изданий) // БСб. 2001. № 8. С. 269-294; Торконяк Р. Лiтургiя Передшеосвячених дарiв в Украïнськiй Церквi. Львiв, 2002; Желтов М. С. Римский папа - автор византийской литургии?: К вопросу об авторстве литургии Преждеосвященных Даров // Византия и Запад: 950-летие схизмы христ. Церкви, 800-летие захвата К-поля крестоносцами: Тез. докл. XVII Всерос. науч. сессии византинистов. М., 2004. С. 61-63; idem. (Zheltov M.) The Moment of Eucharistic Consecration in Byzantine Thought // Issues in Eucharistic Praying in East and West / Ed. M. E. Johnson. Collegeville (Minn.), 2010. P. 263-306; ᾿Αλεξόπουλος Σ., πρωτ. ῾Ο χρόνος τελέσεως τῆς Προηγιασμένης̇ ῞Ενα σύντομο σημείωμα // Σύναξη. 2008. Τ. 104. Σ. 29-36; он же (Алексопулос С.). Чин литургии Преждеосвященных Даров: Богосл. аспекты // Правосл. учение о церк. таинствах: V Междунар. богосл. конф. РПЦ (М., 13-15 нояб. 2007 г.). М., 2009. Т. 1. С. 461-478; idem (Alexopoulos S.). The Presanctified Liturgy in the Byzantine Rite: A Comparative Analysis of its Origins, Evolution, and Structural Components. Leuven, 2009. (Liturgia Condenda; 21); Parenti S. L'attribuzione a S. Gregorio «Dialogos» papa di Roma della Liturgia dei Doni Presantificati // Idem. A Oriente e Occidente di Costantinopoli: Temi e problemi liturgici di ieri e di oggi. R., 2010. P. 75-87. (Monumenta studia instrumenta liturgica; 54).
Свящ. Михаил Желтов
Ключевые слова:
Богослужение Римской Католической Церкви Богослужение Восточных (нехалкидонских) Церквей Богослужение православное Литургика. Основные понятия Богословие литургическое Богослужение раннехристианское Богослужение Русской Православной Церкви Литургия Преждеосвященных Даровчин, заменяющий собой полную евхаристическую литургию
См.также:
БИБЛЕЙСКИЕ ПЕСНИ песни Свящ. Писания, пророческие песни,неск. вошедших в богослужебную практику поэтических текстов из ВЗ, а также апокрифического и раннехрист. происхождения
ВЕЛИЧИТ ДУША МОЯ ГОСПОДА евангельская песнь Богородицы (Лк 1. 46-55), к-рая в богослужебных книгах включается в число библейских песней
АНАФОРА центральная, евхаристическая молитва Божественной литургии, богослужебный термин
БРАК общественный, и в частности правовой, институт, заключающийся в продолжительном союзе лиц муж. и жен. пола, составляющем основу семьи
ВЕЛИКАЯ СУББОТА суббота накануне Пасхи, когда Церковь вспоминает телесное погребение и сошествие Христа во ад, начиная праздновать Его тридневное Воскресение
ВЕЛИКИЕ ПОНЕДЕЛЬНИК, ВТОРНИК, СРЕДА первые 3 дня Страстной cедмицы, начало непосредственной подготовки к празднику Пасхи
ВЕЛИКИЙ ПОСТ период литургического года, предшествующий Страстной седмице и празднику Пасхи
ВЕЛИКИЙ ЧЕТВЕРГ четверг Страстной седмицы
ВЕЧЕРНЯ одна из главных служб суточного круга в христ. Церкви
ЕВХАРИСТИЯ. ЧАСТЬ II главное таинство христ. Церкви, состоящее в преложении приготовленных Даров в Тело и Кровь Христовы и причащении верующих
ЕЛЕОСВЯЩЕНИЕ [Соборование, букв.- молитвомаслие (святой елей)], одно из 7 церковных таинств, в к-ром при помазании тела больного специально освященным елеем
АЛЛИЛУИАРИЙ изменяемая часть Божественной литургии, песнопение, предваряющее чтение Евангелия
АЛЛИЛУИЯ торжественная литургическая аккламация
БОГОСЛУЖЕНИЕ одно из самых фундаментальных проявлений человеческой религиозности
ВЕЛИКАЯ ПЯТНИЦА пятница Страстной седмицы, один из главных дней церковного календаря, посвященный воспоминанию дня искупительных страданий и Крестной смерти Господа Иисуса Христа
ВЕЛИКОЕ СЛАВОСЛОВИЕ древний христ. гимн, один из важнейших текстов утрени